Глава 2. Шоу

      Ох, её тело пронзила сладкая дрожь, и Гермиона почувствовала, как между ног стало влажно. Так вот в чём его игра — унижение. Она должна была догадаться. Это полностью соответствовало его натуре: сильный, властный, безжалостный. Но она знала, что справится с этим. Более того, её тело откликалось на происходящее на самом примитивном уровне.       Медленно опустившись на четвереньки, она поползла к нему, оставшись лишь в чёрных кружевных трусиках, не отрывая от него взгляда. Снейп наблюдал за её приближением с явным восхищением, и Гермиона отметила, как его дыхание стало чуть более частым. Слава Мерлину, их желание было взаимным, ведь она чувствовала, как влажность от возбуждения становилась всё более ощутимой, пропитывая трусики насквозь.       Остановившись у его ног, она опустилась на пятки, слегка разведя ноги, чтобы дать ему полюбоваться её грудью, плоским животом и скрытым под кружевом лобком.       Его губы едва заметно изогнулись в насмешке, и он медленно произнёс:        — Я чувствую твой запах.               Её лицо тут же залилось румянцем.        «Он наверняка считает меня самой похотливой шлюхой», — подумала Грейнджер. Но его взгляд ясно давал понять, что ему нравилось её смущение.       — Коснись себя, — приказал он, его голос прозвучал низко и властно, и её сердце на мгновение замерло. В этом приказе не было места сомнению — она должна была подчиниться. Её руки медленно скользнули по груди, пока она не начала мягко сжимать свои соски, ощущая, как её тело отвечает на каждое прикосновение.       — Ниже, — прошипел он. — Погладь себя… поверх трусиков.        Её правая рука скользнула вниз, нежно поглаживая промежность, и с её губ сорвался тихий стон, когда пальцы коснулись чувствительного бугорка.       — Да, вот так, — пробормотал профессор с явным удовлетворением, наблюдая, как её дыхание становилось всё более прерывистым, а тихие стоны перерастали в жалобные звуки. Мастурбировать перед Северусом Снейпом… Гермиона и представить не могла, что подобное когда-нибудь произойдёт, но её возбуждение только нарастало. Выпуклость в брюках становилась всё более заметной, и вскоре он медленно начал ласкать себя, заставляя её разум утонуть в волнах нарастающего желания.       Наконец он хмыкнул и произнёс:        — Расстегни мою ширинку, девочка.        — Да, — прошептала она, наклоняясь вперёд и упираясь руками в его бёдра, пока медленно расстёгивала пуговицы на его брюках. Конечно, у Северуса Снейпа должны были быть пуговицы, а не молния — Грейнджер едва не улыбнулась, отметив про себя эту деталь.       Когда она расстегнула ширинку, его член дёрнулся под тонкой тканью чёрных боксеров. Гермиона подняла взгляд, как бы спрашивая разрешения прикоснуться, и он кивнул, глядя на неё с явным восхищением.       Её пальцы осторожно скользнули вдоль члена, и девушка с удивлением отметила, что он был гораздо больше, чем её дилдо.             Тепло его тела пульсировало под ладонью, и когда она попыталась полностью обхватить его рукой, его глубокий стон пронзил её, словно поток раскалённой лавы, заставив всё её тело содрогнуться от накатившего возбуждения.       Лаская крупную, округлую головку, изучая её рельефы и вены, Гермиона погружалась в это ощущение, словно опьянённая.       — Достань его, — тихо, но настойчиво приказал Снейп, в его голосе звучало напряжение, словно ему было любопытно, осмелится ли она это сделать.       Гермиона кивнула, с нетерпением стягивая его боксеры, желая увидеть его член. Головка была тёмно-красной, а из отверстия сочился предэякулят. Он оказался толще, чем она себя представляла.        — А теперь соси. — Его следующий приказ прозвучал как вызов, и Грейнджер, опустив голову, вдохнула его мускусный запах. Обхватив головку губами, она удерживала его взгляд. Его глаза расширились в удивлении, как будто он не верил, что Гермиона всё-таки решилась на это, и из его груди вырвался дрожащий выдох. Он на мгновение закрыл глаза, наслаждаясь её действиями.       Его член был слишком большим, чтобы полностью поместиться у неё во рту, но она старалась двигать языком, постепенно беря всё глубже, облизывая и посасывая. Северус слегка подался бёдрами вперёд, но вскоре, раньше, чем ей бы хотелось, челюсть начала уставать от напряжённой, широко раскрытой позиции.       Он продолжал двигаться с ней в унисон ещё некоторое время, прежде чем потянул её за волосы, мягко отодвинув её голову, и поднялся, заставив её сесть между его ног.       — Открой рот снова, — приказал он, его голос был низким и напряжённым. — И продолжай трогать себя. Только поверх трусиков, мисс.        Гермиона подняла на него взгляд и, улыбнувшись, прошептала:        — Да, сэр.        Её слова заставили его в очередной раз резко втянуть воздух. Радуясь короткой передышке, она почувствовала, что в этом положении её челюсти стало легче. Теперь он проникал глубже, касаясь задней стенки её горла, и она дышала через нос, стараясь подавить рвотный рефлекс. Поглаживая себя, Грейджер невольно извивалась, усиливая трение.       Он тихо засмеялся и хриплым голосом произнес:        — Какая же ты всё-таки нетерпеливая, маленькая… шлюшка.        Гермиона понимала, что, возможно, должна была бы почувствовать себя оскорблённой, но этого не произошло. Если Северус Снейп решил использовать грязные словечки, она была готова слушать. Тихий звук удовольствия вырвался из её горла, приглушённый членом, заполнявшим её рот. Её клитор был напряжён и пульсировал, а трусики были настолько мокрыми, что их, наверное, придётся выжимать после. Она знала, что скоро кончит: низ живота уже начинал сжиматься, а дрожь пробегала по всему телу. Гермиона надеялась, что он её трахнет, потому что если он просто кончит ей в рот, то она сильно разозлится.        Как будто прочитав её мысли, он отстранился и хрипло приказал:        — Ползи на край кровати. Встань на четвереньки, девочка.       Она поспешила занять нужное положение, не задумываясь о медленных, соблазнительных движениях.       — Мои трусики, сэр…        — Оставим их пока на тебе, — ответил он с лёгкой насмешкой в голосе. Встав прямо за ней, он скомандовал: — Голову вниз, спину прогни.        Её тело мгновенно подчинилось, и Гермиона опустила голову на матрас, ожидая следующего приказа. Его большая, грубая рука коснулась её ягодиц, мягко поглаживая их, затем медленно скользнула по бёдрам, а пальцы пробежали по ластовице трусиков.        Вот более выразительная версия:       — Ты насквозь промокла, — прошептал он хрипло, а затем его голос стал глубже и ещё тише: — И я уверен, что ты очень… очень непослушная девочка. Не так ли… мисс?        Гермиона пискнула, ожидая, что он добавит «мисс Грейнджер», но понимала, что он не мог её узнать сквозь чары. И всё же мысль о том, что он мог догадаться, кто она на самом деле, вызвала дрожь.        «Очень непослушная», — подумала Грейнджер, потирая бёдра друг о друга.       Звук удара раздался до того, как она его почувствовала. Снейп замахнулся и шлёпнул её по ягодицам, и Гермиона тихо застонала. Удар был жёстким, но невероятно приятным, посылая волну возбуждения прямо к её клитору.       — Считай, девочка.        — Один, — выдохнула она, и затем он снова шлёпнул её по другой ягодице. — Два!        Он продолжил до пяти, прежде чем начал мягко поглаживать её ягодицы, успокаивая жжение от ударов, нежно касаясь её промежности, и это заставило её извиваться от сильных ощущений.        — Ты готова на большее,  готова быть хорошей маленькой шлюшкой для меня, мисс? — его акцент на слове «меня» не ускользнул от неё, но мысли смешались от возбуждения. Может, у него был какой-то извращённый мотив? Он хотел, чтобы она, оплаченная им проститутка, на самом деле испытывала возбуждение от него? Это не было чем-то необычным — многие фантазии, которые она внушала своим клиентам, включали влечение к ним. Но в этот раз всё было иначе. Она действительно безумно хотела Северуса Снейпа.       — Да, сэр! Я буду хорошей шлюхой для вас, сэр, я так сильно вас хочу.        — Хорошо, — прохрипел он, затем резко нанес серию из пяти быстрых шлепков, заставив Гермиону заскулить от смеси удовольствия и боли.       Когда его руки схватили её за бёдра, притягивая к себе, всё, о чём она могла думать, было: «Наконец-то».       Грубо отодвинув её трусики в сторону, он резко вошёл в неё, и Гермиона вскрикнула от неожиданного вторжения. Боже, он был таким большим, полностью заполнил её. С каждым толчком он притягивал её бёдра ближе к себе, и Грейнджер почувствовала, как член пульсирует внутри неё.       — Прикоснись к себе снова, — почти прорычал он. В комнате эхом раздавались влажные шлепки их бёдер. Его хватка была настолько крепкой, что наверняка оставит синяки.       — Да, сэр, — простонала она, чувствуя, как те самые вены и головка, которые она ласкала языком, теперь растягивали её киску, нежно лаская изнутри. Энергично стимулируя клитор, она ощущала приближение оргазма — дрожь уже пробегала по телу, а клитор пульсировал от возбуждения.       Маг за её спиной сменил хватку, одной рукой поглаживая её ягодицы, и когда его пальцы скользнули под трусики, нежно касаясь её сжатого анального отверстия, Гермиона едва не закричала от нетерпения: «Да, пожалуйста!»       Он усмехнулся, и в тот же миг, словно по волшебству, его палец покрылся смазкой, и он медленно ввёл его в анус.       — Боже, да, пожалуйста, ещё… — её стоны превратились в мольбу, полную желания, а Снейп тихо смеялся, наслаждаясь её реакцией.       — Тебе это нравится, — хрипло произнёс он, вставляя второй палец, одновременно продолжая глубокие толчки. Гермиона вскрикнула, когда волна удовольствия накрыла её. Она буквально растаяла вокруг члена и пальцев Северуса Снейпа. Её киска спазматически сокращалась, судороги прокатывались по её животу, а её задница сжала его пальцы в тиски. В этот момент она могла только прошипеть:        — Ещё, трахните меня жёстче, пожалуйста, сэр!       Снейп тяжело дышал, пока она спускалась с пика, и через мгновение, зарычав, сорвал с неё трусики. Его руки раздвинули её ягодицы, и он прижал головку члена к сокращающемуся колечку мышц, медленно вдавливая её внутрь.       Она, возможно, напряглась бы, ощущая, как что-то столь внушительное проникает внутрь, если бы не была настолько расслаблена после оргазма. Но вместо этого Гермиона просто выгнула спину, позволяя ему войти без сопротивления.       Его дыхание стало прерывистым, и он низко зарычал, наклоняясь над ней, поставив одно колено на край кровати, а другую ногу оставив твёрдо стоять на полу.       — Ты такая тугая, сжимаешь мой член так сладко, мисс. Сейчас я растяну твою дырочку, а потом хорошенько проработаю твой зад, пока не кончу в тебя. Ты бы хотела почувствовать, как я наполняю твой зад спермой… мисс?       — Да, — едва слышно сказала Гермиона, чувствуя, как её мышцы расслабляются, постепенно привыкая к его размеру. Он начал двигаться — сначала медленно, осторожно растягивая её, но вскоре его движения стали резкими и мощными, позволяя ему с каждым толчком проникать всё глубже.       Было немного больно, но одновременно невероятно приятно, и Гермиона почувствовала, как удовольствие постепенно нарастает вновь.        Его рука скользнула вниз, к её клитору, и начала нежно поглаживать его. Гермиона сначала вздрогнула от острой чувствительности этого маленького бугорка, но вскоре её тело само начало двигаться навстречу, прижимаясь к его пальцам. Возбуждение стремительно нарастало, приближая её к новому пику. Эхо прошлого оргазма всё ещё отзывалось в её теле, и на этот раз разрядка подступала быстро — её стоны становились всё громче с каждым шлепком его бёдер о её ягодицы.       — Кто бы мог подумать, что такая прилежная девочка, как ты, займётся чем-то подобным, — прошептал он, но вскоре его слова стали сбивчивыми и прерывистыми: — Твоя киска течёт для меня, попка сжимает мой член… ты так прекрасно раздвигаешь ноги и так хорошо принимаешь меня в зад… Такая послушная маленькая шлюшка, моя маленькая шлюшка.       Мурашки пробежали по её спине, клитор пульсировал под его рукой, и Гермиона выгнулась, прижимаясь ближе. Её тело подрагивало в ответ на его прикосновения и его член, глубоко погружённый в её зад. Она закричала, извиваясь на нём, а он хрипло выдохнул:        — Мерлин! — и его тело содрогнулось в оргазме, наполняя её тёплыми струями спермы.       И затем он медленно вышел из неё.