Глава 3. Разоблачение

      С её губ сорвался испуганный всхлип:       — О, боже, вы знаете?       Она вжалась лицом в матрас от стыда, поворачиваясь к нему спиной и выставляя на обозрение только ягодицы — хотя, что уж скрывать, Северус Снейп уже видел и пользовался всеми её отверстиями для их общего удовольствия. Но больше всего её пугала мысль о том, что он увидит её лицо, пылающее от стыда.       — С того момента, как вы вошли сюда, мисс Грейнджер, — сказал он, нежно поглаживая её потную спину, его прикосновения были неожиданно ласковыми. — Вы обладаете очень узнаваемой магической аурой. Наблюдая за вами столько лет, мне было так же легко вас узнать, как и по лицу.       — Вы узнали мою магическую ауру? — прошептала Гермиона, с трудом веря в это. Разве это вообще возможно?       — Да, — отозвался он сухо, и его северный акцент вдруг прорвался сквозь привычную речь. — Узнал, глупая девчонка.       Затем он взял себя в руки и, продолжая мягко похлопывать её по ягодицам, добавил уже более спокойно:       — Это навык, отточенный годами работы, когда приходилось вычислять, кто скрывался под масками и плащами.       — Понятно, — тупо сказала она, не зная, что ещё можно ответить.       — А что бы вы сделали, мисс Грейнджер, если бы сегодня клиентом оказался Люциус? Он тоже клиент вашего бюро, и именно он рекомендовал его мне.       При этих словах Гермиона резко обернулась к нему, потрясение отразилось на её лице. Она заметила, как его обычно бледное лицо покраснело от недавней активности, а сальные пряди волос прилипли к коже. Её взгляд скользнул по его мускулистому торсу и большому, влажному члену, который постепенно уменьшался в размерах.       Ей было стыдно признаться себе, что при одной мысли о том, что они сделали, её возбуждение снова нарастало. Он знал, что это была она. Но решился бы он на это, если бы видел её настоящей, а не в образе соблазнительной рыжеволосой девушки? С дрожью в руках она сняла чары гламура, обнажая своё истинное лицо и тело.       Снейп глубоко вздохнул, его тёмные глаза пронзительно изучали её черты с какой-то странной, почти пугающей интенсивностью.       — Вы, должно быть, любите рисковать, маленькая гриффиндорка, — тихо произнёс он. — Ведь даже если бы Люциус не узнал вас, он наверняка догадался бы, что перед ним ведьма под гламуром. Поверьте, он бы сорвал его из чистого любопытства. И уж он не стал бы хранить ваш грязный маленький секрет. А что тогда, мисс Грейнджер…       Гермиона содрогнулась, закрыв глаза. Слабо, еле слышно она спросила:       — А вы, сэр?       — Я сохраню ваш секрет, если расскажете мне, как так вышло, что принцесса Гриффиндора, которую я считал на верном пути к блестящей академической карьере, стала маггловской проституткой.       Она на мгновение замялась. Стоит ли рассказать ему о своей проблеме, о преступлении? Или позволить ему думать, что она просто стала проституткой ради острых ощущений? Снейп бы поверил, Гермиона была уверена, учитывая, как она вела себя с ним. Но больше всего ей хотелось завоевать уважение Северуса Снейпа. Она хотела, чтобы он знал, что она делает и зачем, — так было бы легче в будущем.       Откашлявшись, она чётко произнесла:       — Мне нужны деньги для учёбы. Как вы знаете, я получаю степень магистра по Магии Разума в Оксфорде, и у меня нет возможности оплатить обучение. Я не занимаюсь сексом с клиентами, я просто внушаю им, что у них был невероятный секс.       На мгновение Снейп выглядел ошеломлённым, но затем просто пожал плечами.       — Вы играете с огнём, мисс Грейнджер, но кто я, чтобы вас судить? Простите, возможно, я ошибаюсь, но я полагал, что вы из довольно обеспеченной семьи.       Гермиона тяжело вздохнула и опустилась на кровать.       — Это больше не так. Мои родители всё ещё не помнят меня и живут в Австралии. Они даже не знают, что у них когда-то была дочь.       — Если это произошло во время войны, Министерство должно было бы помочь… — начал он, но она прервала его:       — Я сделала это сама. Незаконно, чтобы защитить их.       Вот и всё. Она раскрыла своё преступление. Обливиэйт, который она наложила, был незаконным, и любое вмешательство для их лечения означало бы разоблачение.       Глядя на него, она тихо произнесла:       — Я не особенно горела желанием провести несколько лет в Азкабане.       Снейп коротко усмехнулся.       — Кто же этого хочет? — пробормотал он, пристально её разглядывая.       Гермиона почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Впервые она кому-то это рассказала, и её сердце сжалось от отчаяния — она так хотела вернуть своих родителей.       — Как я это вижу, — продолжила она хриплым голосом, — единственный выход для меня — достигнуть мастерства по Магии Разума, чтобы безопасно снять заклинание самой. Но для этого нужны деньги. Это замкнутый круг: одно преступление ведёт к другому.       — Мисс Грейнджер, заставлять своих клиентов испытавать потрясающий оргазм с помощью иллюзий — далеко не самое худшее, что вы могли бы сделать, — промурлыкал он, уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. — К тому же хороший Маг Разума не может совершенствоваться, если строго придерживается закона. Закон, как вы знаете, слишком ограничивает возможности для практики. Я даже осмелюсь предположить, что ваши преподаватели ожидают, что студенты будут злоупотреблять своими способностями.       Девушка слегка улыбнулась и кивнула, подтвердив его догадку.       Он потёр лицо, сел рядом с ней и спросил:       — Всё же, почему вы не выбрали более законную работу?       — Я пыталась поначалу, но это отнимало слишком много времени от учёбы. С клиентами я могу манипулировать восприятием времени и заставить их кончить за пятнадцать минут, не больше. Это лёгкие деньги и отличная практика.       — Но риски… — задумчиво протянул он. — Не стоит забывать, что Люциус и я можем быть не единственными волшебниками, которые ищут острых ощущений с маггловской проституткой. Хотя, откровенно говоря, пока вы меняете волосы на рыжие, от Люциуса вы в безопасности. Он терпеть не может рыжеволосых. А вот я, — он бросил на неё лукавый взгляд, — питаю к ним особую слабость.       Гермиона залилась румянцем, вспомнив о его любви к матери Гарри. Возможно, именно поэтому он так наслаждался этим моментом, а не из-за неё.       Чувствуя лёгкое раздражение от этой мысли, она спросила:       — Почему вы здесь, сэр? Я думала, что ведьм вокруг вас хватает, и вам не нужно платить за удовольствие.       Он фыркнул, снова возвращаясь к своему северному акценту:       — О да, это так. Но даже если мне до смерти хочется выпить и заняться сексом, я не могу шагнуть в паб, чтобы не нарваться на «Ежедневный Пророк», как, впрочем, и вы. Со временем это надоедает, а Совет не в восторге от того, что директора школы регулярно видят в компании случайных знакомых.       — Могу себе представить, — пробормотала она, вспомнив те свидания, после которых её лицо тут же украшало первую полосу с заголовками «НОВЫЙ РОМАН ЗОЛОТОЙ ДЕВОЧКИ». Обычно это случалось ещё до того, как они успевали выпить первый бокал.       — А у вас, — спросил он, — нет бойфренда, который бы удивлялся, почему его девушка постоянно занята по выходным?       — Нет, — резко ответила она. — У меня просто нет времени.       Когда Гермиона чуть подвинулась, на простынях осталось видно влажное пятно, и она моментально покраснела. Северус же только ухмыльнулся:       — Можете смело использовать Тергео или любое другое заклинание, что вам по душе.       Стремясь произвести впечатление, она просто молча посмотрела на него, не двигаясь, ожидая его следующего шага.       Приподняв бровь и медленно оглядев её с головы до ног, он тихо проговорил:       — Или, раз уж ты такая извращённая девчонка, можешь оставить мою сперму себе.       Лицо мгновенно залила краска, но, к её удивлению, Северус тоже слегка покраснел. Неловкое молчание воцарилось между ними. Гермиона почувствовала, что их привычные роли — профессора и студентки — больше не подходят для этой ситуации. Пока они вели разговор, всё возвращалось в знакомое русло, но его слова напомнили им обоим о том, почему они действительно находятся здесь. И ни одному из них это не доставляло особого комфорта.       Откашлявшись, Снейп наконец заговорил:       — Я мог бы предложить тебе подработку в Хогвартсе. Моей матери нужна помощь, её возраст даёт о себе знать.       Её глаза удивлённо округлились.       — Ваша мать? Она в Хогвартсе? Я и не знала.       Его лицо скривилось в лёгкой усмешке:       — Подумай, Грейнджер. Возможно, Волдеморт не был единственным слизеринцем, склонным к анаграммам.       До неё медленно дошло, и она ошеломлённо выдохнула:       — Ирма Пинс?       — Да, когда-то ей потребовалось безопасное убежище. Теперь она нуждается в помощи в библиотеке, — добавил он, слегка задумавшись. — Она приняла бы тебя, ведь знает, что ты любишь книги так же, как и она. Моя мать не доверит свои книги кому попало, она относится к ним весьма… трепетно.       Гермиона рассмеялась:       — Я знаю. Это могло бы быть интересно, хоть и займёт больше времени, чем моя нынешняя работа.       Снейп пожал плечами:       — Ты могла бы жить в Хогвартсе бесплатно. Места там предостаточно, и, что немаловажно, тебе не пришлось бы бояться разоблачения.       Гермиона задумалась. Стабильная работа, запись в резюме, возможность работать в библиотеке, снова иметь доступ к бесценным книгам и при этом не тратить деньги на жильё — это предложение было весьма заманчивым, хоть времени на учёбу и станет меньше.       Очевидно, неверно истолковав её молчание, Снейп сухо добавил:       — Грейнджер, чтобы было ясно: я не привык принуждать своих сотрудников. И уж точно не собираюсь шантажировать тебя, требуя бесплатных услуг.       — Ох, — удивлённо прошептала она, — я об этом даже не думала. Как вы, наверное, заметили, мне даже… понравилось. Но да, я приму ваше предложение, если ваша мать будет не против.       Снейп слегка расслабился, и её вдруг осенило: неужели у него всё ещё осталась эта привычка — спасать людей? Неужели она, Гермиона Грейнджер, превратилась в его новый проект спасения? В это трудно поверить. Она быстро отогнала эту мысль, как случайную и ненужную.       Снейп ухмыльнулся и сказал:       — С другой стороны, если вдруг захочешь, можешь приходить ко мне в свободное время. Кажется, мы… хорошо сработались.       Она покраснела, тихо ответив:       — Да, я согласна, сэр.       Его взгляд снова медленно скользнул по её телу, заставляя её сердце биться быстрее, и профессор с хитрой ухмылкой произнёс:       — Пока контракт ещё не подписан, мисс Грейнджер, как ваш клиент, я всё ещё имею право выдвинуть пару условий. Я хочу, чтобы ты легла на спину и раздвинула ноги как можно шире. Прямо сейчас. Я собираюсь трахать твою сладкую маленькую киску, пока ты снова не закричишь.