Время мечтать

Среда, 11 июля, Москва «Гонщица “Формулы-2” дисквалифицирована на два этапа!» «Форменный кошмар для российского автоспорта». «Кто заменит отстранённую от гонок юную звёздочку из “Премы”?» «Nike разрывает контракт с пилотессой из-за нарушения обязательств…» «По слухам, академия “Феррари” может лишиться одного из воспитанников…» Я глубоко вздохнул и перевёл взгляд с открытых на экране ноутбука заголовков СМИ на сидящую рядом Лизу. – Ну и чего ты этим добилась, а? – В сотый раз повторяю: не знаю, что на меня нашло! – воздела руки ввысь Форман. – Я же извинилась, Жумакин! И перед тобой, и перед этим… и перед судьями… – Что ж, на последних это явно не произвело должного эффекта, – хмыкнул я. Затем позакрывал все вкладки и развернул файл с книгой. – Ты как вообще? Не уходишь из гонок? – Пф-ф… Ещё чего, – фыркнула Лиза и снова насупилась. – Сезон-то в любом случае я до конца оплатила. Так что в Монце точно вернусь и надеру вам зад, вот увидишь. – Даже несмотря на то, что там, как ты сама говорила, одни прямые? – поддел я её фразой из интервью. – В «четвёрке» это не помешало мне забрать там все три подиума. В случае чего буду просто подрезать всех перед шиканами. – Ну, флаг тебе в руки. – Я принялся печатать новую главу. – Кстати, спасибо за редактуру. Теперь я лучше представляю себе, как писать дальше. – Ох, ну ты и высрал, аффтар… – взялась за голову Лиза. – Вот как, скажи мне на милость, работать со сценой, в которой дословно написано: «Короткая глава с совещанием главных злодеев. Варианты – “Блэкрок”, ЦРУ, Римский клуб. Всё идёт по плану. Фармкомпании гребут огромные деньги. Пандемия – повод для установления цифрового концлагеря»? – процитировала она по памяти и передёрнулась. – Или вот следующее: «Биолаборатории работают на полную мощность, исследуя штаммы вируса для поражения определённых наций…» Жумакин, ты в своём уме? Ты предупреждение пишешь или конспирологический роман-катастрофу? – Понемногу и того и другого, – ответил я, продолжая печатать. – Надо сгустить краски чуть сильнее, чем там было на самом деле, чтобы все прониклись, но не слишком, иначе тупо не поверят. А так всё в рамках допустимых предположений. – Ох и нахлобучат нас за твой креатифф… – покачала головой Лиза и вдруг усмехнулась. – Вот за это ты мне и нравишься. Такой же безбашенный идиот, что и я. Вместо ответа я улыбнулся, закрыл ноутбук и, сграбастав Лизу за плечи, властно притянул её к себе. – Ну… – заглянул ей в глаза – две сверкающие зелёные бездны. – Как насчёт кое-чего безбашенного прямо сейчас, м-м? Она ткнулась своим носиком в мой, а затем жарко прошептала мне на ухо: – С тобой, Жумакин, в любое время.

* * *

В личном зачёте после этапа на Сильверстоуне Расселл улетел относительно Норриса в стратосферу, оторвавшись от соотечественника уже на целых сорок пять очков. А вот Лиза после шестнадцатого места и дисквалификации откатилась с третьего места сразу на пятое, пустив вперёд Албона и Маркелова. А за ней в каких-то шести очках находился я сам. И за два этапа я рассчитывал набрать как минимум вдвое больше. Если кратко, то вот как выглядела верхушка чемпионата: 1. Джордж Расселл (ART) – 164 очка (4 победы, 7 подиумов, 3 поула, 3 быстрых круга, 2 схода). 2. Ландо Норрис («Карлин») – 119 (1 победа, 6 подиумов, 1 поул, 1 БК). 3. Александр Албон (DAMS) – 111 (2 победы, 3 подиума, 3 поула, 2 схода). 4. Артём Маркелов (Russian Time) – 97 (3 победы, 3 подиума, 4 БК, 2 схода). 5. Елизавета Форман («Према») – 90 (4 подиума, 1 БК, 2 схода, 1 ДСК). 6. Я (Russian Time) – 84 (4 подиума, 3 схода). И было уже в принципе понятно, в чью пользу склоняется борьба за титул. За пять этапов отыграть такое отставание даже Норрису будет непросто – чего уж говорить об Артёме. Лиза же, триумфально начав сезон, к этому времени его окончательно запорола. А я? Я просто рассматривал текущие результаты как подготовку. Вряд ли меня возьмут в основной состав «Торо Россо» на следующий год. Поэтому все возможные ошибки лучше совершить сейчас – а в сезоне 2019 побороться за титул. Среди команд тоже не было ничего неожиданного. За счёт блистательных результатов Джорджа и провала соперников из «Карлина» ART Grand Prix, до этого шедшая на третьем месте, резко запрыгнула на вершину таблицы. В глубине зачёта тоже кипели страсти: «Харуз» обошёл DAMS за пятое место, «Кампос» сместил «Трайдент» с седьмого, а «Арден» благодаря победе Макси Гюнтера в спринте вырвалась-таки наконец с последнего. И расклад на данный момент был приблизительно такой: 1. ART – 196 очков. 2. «Карлин» – 188. 3. Russian Time – 181. 4. «Према» – 165. 5. «Харуз» – 139. 6. DAMS – 134. 7. «Кампос» – 47. 8. «Трайдент» – 42. 9. «Арден» – 39. 10. MP Motorsport – 34. И вот тут, в сражении за командный кубок, у нас ещё были все шансы перетянуть одеяло на свою сторону. Потому что, как ни крути, в ином случае судьба коллектива будет печальной.

* * *

Четверг, 12 июля – Я хочу поднять этот бокал за успех, которого мы добились! – провозгласил Юрий Жумакин, поднявшись с фужером шампанского в руке. В моём стакане был лимонад, у мамы – тоже шампанское. – Каждый из нас проделал немалый путь – и теперь мы все вместе можем насладиться этим триумфом! Ура! Мы чокнулись бокалами и дружно выпили. Всё же насколько обычная газировка вкуснее этой пенистой спиртовой дряни… – Ну а теперь… – Отец с усмешкой потёр ладони, усаживаясь на место. – Прошу всех к столу. Мы расселись и принялись лопать. А праздновать было что. На недавнем этапе чемпионата России по картингу, прошедшем в одно время с моим уик-эндом в Австрии, «Москоу Аваланч», до этого болтавшаяся где-то в середине таблицы, неожиданно для всех взяла первую победу. За команду ездили ребята, занимающиеся в клубе у Игоря: Пётр Зуев и Фёдор Добропольский. Одному шестнадцать, другому – четырнадцать. Раньше я о них вообще не слышал – должно быть, потому, что в моей прежней вселенной гонщиками они так и не стали, но здесь отец с Игорем сумели осуществить их мечту. Именно Зуев в начальной гонке этапа приехал первым, потеснив «киборга» Ивана Чубарова из «Роснефти», а Добропольский взял тогда третье место. Во втором заезде они стали четвёртым и шестым, но всё равно в командном зачёте это вывело «Московскую лавину» на третью позицию – позади всё той же «Лада-Роснефти» и «Дозари». И на оставшихся двух этапах парни вполне могли побороться за новые подиумы. А, ещё у мамы на кулинарном блоге в инсте недавно сровнялось полмиллиона подписчиков. Ну и я в целом проводил не самый плохой сезон в одной из престижнейших гоночных серий мира. Тоже вполне себе повод для гордости. – Миш, а почему Лиза сегодня не с тобой? – спросила мама пару минут спустя. – А так бы сели, познакомились поближе… – Ну ты скажешь тоже… – чуть не подавился я мясом по-французски. – И вообще… как ты себе это представляешь? Все эти знакомства, совместные ужины – пережиток прошлого и, если честно, полный кринж, сорри за мой испанский… Ну и представь, как это выглядело бы со стороны – словно в третьесортном сериале. Мы бы смущались, говорили тупыми клише и от неловкости творили всякую дичь… И да, это не я Лизу отговорил, а она сама решила, что есть дела поважнее… М-м-м, объеденье… Мама негромко рассмеялась и наколола на вилку ломтик салата. – В самом деле, Милена, – проговорил отец, смакуя свою порцию. – Зачем докучать молодым со всякими там традициями? Пусть развлекаются как хотят. Как-никак, не маленькие уже… – Кстати, пап… – Я отпил ещё лимонада. – Спасибо за билеты на финал по футболу. Мы с Лизой как раз очень хотели туда попасть, но всё никак не могли найти время… – На здоровье, – отмахнулся Юрий Жумакин. – Мне для вас ничего не жалко. Теперь, когда у нас вновь появилась кое-какая стабильность, можно подумать и о себе… Остаток ужина мы болтали о всяких пустяках. Я наконец-то смог расслабиться после полугода всей этой гоночной кутерьмы и почувствовать себя свободно. К тому же за три года в новом теле я прикипел душой к этим людям, которые теперь были для меня самыми дорогими на свете. Интересно, что же это за перемена такая произошла со мной, когда-то ещё Шумиловым? Может, всего-то и надо было, что… повзрослеть?.. Когда горячее и десерт – огромный желейный торт с бананами и киви – были съедены, мама принялась собирать тарелки, а отец тихонько взял меня под локоток и потянул к выходу из кухни. – Не возражаешь, если я ненадолго украду Михаила? – обратился он к жене. – Нужно поговорить о всяких скучных делах. – Идите, идите, – улыбнулась нам мама. – Я тут сама разберусь. Мы вышли в коридор и свернули к отцу в кабинет. Мне нечасто доводилось заглядывать туда, и с последнего раза тут многое изменилось. Поэтому я украдкой разглядывал комнату, пока мы заходили и усаживались на диван. – У меня к тебе серьёзный разговор, Миша, – сказал отец и придвинул закрытый ноутбук. – Вернее, даже два. – О чём? – спросил я с невозмутимой миной, но внутри сразу насторожился. – Что-то стряслось? – Что? Не-ет… нет-нет, всё более-менее нормально. Просто рабочие моменты. Он открыл ноутбук, ввёл пароль – и я сразу же узнал график, показанный на экране, отчего выдохнул с облегчением. А попутно напряг мозги, вспоминая будущее. – Как видишь, наши криптонакопления принесли нам гораздо больше, чем я ожидал, покупая биткоины по несколько сотен долларов, – проговорил отец и указал на резкий пик на графике. – В декабре общая стоимость активов – с курсом под двадцать тысяч – достигла чуть ли не десяти миллионов. Но… Его палец двинулся дальше, вдоль прыгающей туда-сюда ломаной линии, похожей на очертания неприступного горного хребта. Вправо… и вниз. – Похоже, золотые яйца этой невидимой курицы начинают портиться. И раз уж именно ты подбил меня влезть в это дело… – Он внимательно посмотрел на меня. – Ты уверен, что это не начало конца? Что это не пузырь, который вот-вот может окончательно лопнуть? – Тут нужно время, – ответил я, дёрнув щекой. – Да, на первый взгляд выглядит так себе, но… просто поверь. У крипты есть будущее. Судя по тому, как всё идёт, цена будет падать и дальше… может быть, аж до самой зимы. И вот тогда, – я театрально воздел палец, – у нас будет последний шанс закупиться по дешёвке, прежде чем всё вновь начнёт дорожать. А однажды график и вовсе улетит в стратосферу. Отец как-то странно на меня глянул, и я подумал, что, может быть, сболтнул лишнего. «“Штирлиц, где вы так научились водить машину?” – “В ДОСААФ.” Чёрт, аккуратней надо, аккуратней…» – И на чём же основана эта твоя уверенность? – хмыкнул Юрий Жумакин. – Смотря что ты хочешь от меня услышать, – вздохнул я. – Если почему так думаю я, то, считай, это просто интуиция. Она меня уже давно, знаешь ли, не подводила. Если же какие-то разумные доводы… Что ж, это и правда был пузырь, который должен был лопнуть. Пройдёт какое-то время, прежде чем рынок вновь придёт в норму. Не забывай, вся эта затея довольно новая, ей всего-то несколько лет… Но люди всё равно будут в неё верить. А значит, в какой-то момент цены точно попрут вверх за милую душу. – Ну, будем надеяться… – пробормотал отец и закрыл ноут, после чего пристально посмотрел на меня. – И второе, о чём я хотел бы поговорить… Об этом никто пока не должен знать… и в особенности – те, с кем ты гоняешься. – Команда? – нахмурился я в полном недоумении. – А они тут при чём? Вдруг я вспомнил ту самую нотку грусти в голосе Стрельниковой после основной гонки в Шпильберге. Внутри заворочалось смутное подозрение – и пока отец молча смотрел на меня, око оформилось в мысль, от которой мои глаза расширились, а рот приоткрылся. – Погоди… серьёзно?.. Отец легонько кивнул. – Да, Миш. На будущий год я собираюсь выкупить «Русское время». – Он усмехнулся. – Хватит уже заниматься всякой мелочью в виде картодромов и экипировки. Пора включаться в большую игру. И «Формула-2», на мой взгляд, сейчас лучший выбор. – Погоди-погоди… – Я выставил перед собой ладони. – Дай мне секунду… Ты всерьёз собираешься выкупить команду… ради меня? Не боишься, что обо мне поползут слухи как о «втором Стролле»? – Не боюсь, – твёрдо ответил он. – Ну и всё же не переоценивай свою значимость. Да, ты – важная причина, но не единственная. Быть в числе владельцев предприятий такого уровня – значит выйти на международную арену. Да, мелким, но всё-таки игроком. А где игра, там и возможности. – Поня-ятно… – протянул я и почесал в затылке. – И-и-и… почему ты рассказываешь об этом мне? Разве не проще напрямую связаться со Светланой? – Всё не так просто. – Он слегка сморщился. – Дело в том, что я не единственный претендую на покупку Russian Time. Ты ведь в курсе, кто на самом деле управляет командой, верно? Я кивнул. В принципе это не было секретом: вся информация лежала в открытых источниках. Команду «Русское время» основали в 2013 году бывший гонщик Игорь Мазепа вместе с Тимо Румпфкайлем, боссом «Мотопарка», за который я ещё недавно гонял в «Формуле-3». Но перед сезоном 2014 года Мазепа умер, и «Мотопарк» прекратил поддержку. Коллектив объединился с iSport International, которых они заменили в GP2, и управление командой, по сути, взяли на себя британские менеджеры. В 2015-м же их выкупил другой коллектив из Британии – Virtuosi Racing. Именно они поставляли машины и весь персонал – и, стараниями Артёма Маркелова и Луки Гьотто, в прошлом году взяли командный кубок. Но сказка была не вечной. Над «Русским временем» зримо сгущались тучи, и окончательный приговор был не за горами. – Они хотят продать всё китайским инвесторам, – продолжил отец, и я вздрогнул, вынырнув из своих мыслей. – Вывеска не имеет значения, главное – деньги, которые за ней стоят. Может быть, даже протащат в состав какого-нибудь китайского гонщика… Но не суть. Так вот, мне нужно, чтобы ты, – его палец нацелился на меня, – прощупал почву и через госпожу Стрельникову закинул удочку руководству о другом возможном покупателе. Пару секунд я сидел в полнейшей прострации, осознавая, что именно меня просят сделать. Что-то в этом казалось мне неправильным… как будто вся эта хитровымудренная интрига направлена только на то, чтобы хоть как-нибудь запутать сюжет простенького спортивного слайс-оф-лайфа. – А… Почему ты сам напрямую с ними не свяжешься? – спросил я, всё ещё недоумевая. – Зачем привлекать меня, Светлану, выдумывать какие-то мутные схемы? Он вздохнул и посмотрел на меня. – Причина одна: деньги. Если за дело взялись китайцы, то бюджет у них должен быть серьёзный. У меня есть деньги, Миш; я выправил ситуацию после всех тех крахов, которые были у нас за последние годы. Что-то смогу поднять на торговле акциями; может быть, привлеку инвесторов; в крайнем случае попрошу тебя продать часть биткоинов. Но я боюсь, что меня просто задавят – фигурально, конечно же, – если я выскажу интерес к покупке команды. Или хуже того – просто не удостоят внимания. Я перевёл дух и пожевал губу. Часть меня буквально вопила от радости… и в некоторой мере гордости за отца – за то, что он решился на подобный, не побоюсь этого слова, безумный шаг. Но другая часть пребывала в каком-то скептическом шоке и предупреждала мой внутренний голос о том, что это может закончиться полным провалом. – Знаешь… – медленно начал я, тщательно подбирая слова. – Не мне указывать тебе, что делать, но… я бы советовал тебе отказаться от этой затеи. Если ты не уверен, что дело выгорит; если сам говоришь, что можешь не вывезти по затратам… может, стоит тогда пересмотреть свои планы? Сосредоточиться на чём-то более понятном, более близком? У тебя же сейчас и так команда в чемпионате России выступает! И они сейчас на подъёме! Стоит ли отвлекаться, смещать фокус ради эфемерной мечты, которая может и не осуществиться? На миг наши взгляды встретились. Отец моргнул и отвёл глаза. – Что ж… значит, нужно ещё раз всё обдумать и взвесить. Ладно, Миш, пока что этого разговора не было. Но… ты всё-таки подумай, хорошо? Он подмигнул мне и поднялся с дивана. – Ну что, продолжим семейный вечер?

* * *

Среда, 25 июля Будапешт (Венгрия) Они стояли и смотрели друг другу в глаза – как давние друзья, или бывшие враги, или и то и другое сразу. Как будто старые знакомые встретились после долгой разлуки – и ни один не мог подобрать слов, чтобы разорвать тишину. Наконец Лиза ухмыльнулась краем рта и сказала: – А ты подрос, Ральф. Эстонец пригладил пятернёй непослушные светлые волосы и окинул Форман взглядом серо-зелёных глаз. В новенькой красной футболке «Премы», он возвышался над гонщицей без малого на полголовы. – А ты, гляжу, совсем не изменилась, – фыркнул он в ответ. – Всё та же заноза в заднице. – Так значит, это ты меня заменяешь? – спросила Лиза, пропустив мимо ушей колкость, будто бы нарочно брошенную ради того, чтобы её разозлить. – Всего на два этапа, – вздохнул Ральф Арон. – Так и так за титул в «Ф-3» не борюсь. Думаю, «Према» даже не станет выставлять никого вместо меня, обойдясь четырьмя машинами вместо пяти. – Да ладно, смотри на это как на возможность, – отмахнулась Форман. – Если нормально проедешь, то, глядишь, на будущий год и пристроят куда получше. Арон внезапно помрачнел, стиснул зубы и отвернулся. – Мне некуда идти, – мрачно проговорил он. – Бюджета ещё на один сезон просто нет, особых заслуг тоже. Остаётся лишь в ежегодной «Аурум-1006»[1] гонять, но с неё много славы не поимеешь. Разве что в гонки на выносливость можно будет потом пойти. Но, думаешь, к этому я стремился? – Оу… – только и произнесла Форман, потрясённая таким откровением. – Ну… а… как там твой брат? – Пауль? – На лице Ральфа снова показалась улыбка. – Всех рвёт и мечет в картинге. В следующем году, по идее, должен пересесть уже на открытые колёса. Надеюсь, ему повезёт на пути к «Формуле-1» больше, чем мне… Но что это мы всё обо мне? Как у тебя на личном фронте? Лиза обернулась. Невдалеке, около гостевого домика в паддоке, о чём-то болтали, смеясь, трое парней. Намётанный глаз Форман вмиг распознал среди них Жумакина, Троицкого и Мазепина. «Наверное, недавний финал ЧМ по футболу обсуждают», – предположила она. – Даже не надейся, – фыркнула гонщица и строго посмотрела на собеседника. – Лучше делай то, ради чего тебя взяли мне на замену. И только попробуй разбить мой болид, понял? – Твой? – выгнул бровь Арон. – Уверена? А если и разобью, что ты мне можешь сделать, не нарвавшись на неприятности сверх тех, в которые уже влипла? – Да мне насрать. – Лиза вытянула руку и ткнула пальцем ему в лицо. – Номер три в этом году мой, и я за оставшиеся этапы довезу его до победы хотя бы в одной гонке. Усёк? – На что спорим? – усмехнулся эстонец. «Не иначе, чует лёгкий выигрыш. Ну, я ему такого удовольствия не доставлю…» – На желание, – ухмыльнулась Лиза в ответ. – Всё, что придёт победителю в голову. В разумных пределах, естественно. – Боюсь даже представить, где эти самые «разумные пределы» находятся у тебя, – хохотнул Арон, но потом посерьёзнел. – Хорошо, Лиз. Я сделаю всё, что в моих силах. В конце концов, «Формула-2» – это уже престижно. – Ловлю на слове, – кивнула Форман. – А теперь иди давай, тебя там на интервью, должно быть, заждались. Арон шутливо отсалютовал ей и, кинув мельком взгляд на троицу чуть в стороне, пошёл прочь по многолюдному паддоку. Лиза смотрела ему вслед. На её лице застыло странное выражение – не то она хотела сплюнуть, не то улыбнуться. Сзади послышались шаги, и знакомые руки обняли её за плечи. – О чём секретничали? – Да так, – не оборачиваясь, загадочно ответила Форман. – О своём. О делах прошлого, настоящего и будущего.

* * *

Суббота, 28 июля Влажная трасса скользила под шинами, пока я осторожно подъезжал к стартовому полю. Над треком уже не лило, но в воздухе ещё висела мелкая морось, поэтому всем пришлось сделать целых три прогревочных круга, чтобы хоть отдалённо подготовить дождевую резину для старта с места. Да, движки «Мекахром» наконец пофиксили, добавив больше крутящего момента при работе сцепления и исправив проблему с дросселем, на которую многие, в том числе и мы с Артёмом, жаловались на предыдущем этапе. На прошлой неделе даже прошли специальные тесты на Маньи-Куре и Поль-Рикаре, где каждой команде дали сто километров пробега, чтобы опробовать обновления. В целом, управление мощностью и впрямь стало более отзывчивым; правда, у сцепления всё так же остался очень короткий ход, но для меня по ходу сезона это не было критичным. Всё. Больше никаких стартов с ходу под сэйфти-каром. Теперь – только настоящие гонки. – Расселл стартует с пит-лейна: заглох на прогреве, – проинформировал меня Джофф. – На одну машину впереди меньше. Я тяжело вздохнул, глядя на болиды, стартующие передо мной. Квалификацию мы запороли. Всё началось ещё на свободных заездах, когда при первом выезде мы не попали в настройки, а на второй у нас не осталось свежих шин. И хоть венгерская трасса была одной из моих любимых, нормально вкатиться в неё на технике «Формулы-2» у меня не вышло. Придётся прорываться с пятнадцатого места, в то время как Артём чисто на опыте завёз свою «Даллару» на седьмую позицию. У Лизы Хунгароринг тоже вызывал лишь приятные впечатления – ведь уже на втором этапе в «евротрёшке» она забрала здесь победу в одной из гонок. Вот уж где она могла бы отыграться за прошлые неудачи и включиться вновь в турнирную гонку. Но, видимо, не судьба. От Арона сложно было требовать чего-то сверхъестественного. Эстонец впервые сел в болид «Ф-2» и на высокие места не претендовал. Мягко выражаясь. Я скосил глаза в зеркало. Серебристо-бордовая «Према» рычала мотором справа на ряд позади. Ну поглядим, что из этого получится. Из головы всё никак не выходили слова отца о возможной покупке команды. Конечно, будет приятно знать, что меня не высадят из кокпита… ровно до тех пор, пока не кончатся деньги. Пока что за моё участие в «Формуле-2» платили «Ред Булл» и SMP Racing… но кто знает, как всё может обернуться? Да и потом, не испорчу ли я этим отношения со Светланой, Артёмом (который после этого сезона точно уйдёт), инженерами и менеджерами? Да, я понимал мотивы отца, желающего вернуться в большую игру после той роковой стычки с Форманом. Но… кто сказал, что у меня не может быть своего мнения на этот счёт? А деньги… Гоночная команда как пылесос, высасывающий из карманов валюту в огромных количествах. Не найдётся ли этим деньгам лучшего применения в будущем? Пока сложно сказать. Но ясно одно: я и дальше буду выкладываться на полную, стремясь приехать как можно выше. Набирать как можно больше очков. Завоёвывать подиумы и победы. И, если получится… даже стать чемпионом. Пять стартовых огней… И… поехали!!! Выжимаю сцепление, плавно давлю на газ. Чёрт, пробуксовка! Теряю пару позиций, но на старте это не критично. На влажной трассе обязательно кто-нибудь ошибётся. Главное, чтобы это оказался не я. От спрея из-под болидов не видно буквально ни зги – воздух заполняет мокрая взвесь. Ориентируясь по красным аварийным огням, лавирую в стартовой толчее, изо всех сил стараясь никого не задеть. В полном хаосе двадцать машин заныривают в поворот. Гонка на выбывание началась. Кто-то впереди продолжает бороться колесо в колесо. Мне смутно видно, кто это; я сосредотачиваюсь на своём вождении. Только бы не вылететь на первом круге. А там как пойдёт. Но – обошлось. Подъезжаю к стартовой прямой без происшествий, в относительно чистом воздухе – брызги от машины передо мной летят в сторону. На выходе из дуги занимаю внутренний радиус и мчусь вперёд, переключая передачи всё выше. – Пятнадцатый, как и стартовал, – сообщает Джофф; пит-борды в таких условиях просто бесполезны. – Перед тобой Гелаэль – полторы секунды. Сзади Арон в семи десятых. Ага-а… Понял-принял. Отбиться от атак дебютанта должно быть не так уж трудно, ну а обогнать индонезийца, своими деньгами отрезавшего меня от тестов в системе «Ред Булл», – можно сказать, дело принципа. Проще, однако, сказать, чем сделать. Мокрый асфальт заставляет держать концентрацию всё время круга – причём у меня банально нет преимущества по скорости перед соперниками. Настройки, которые мы кое-как подобрали, позволяют мне разве что ехать в своём темпе по намеченной траектории. Самое неприятное, что воды сейчас не настолько много, чтобы навыки вождения в дождь проявились в полную силу. Остаётся лишь выжидать, пока трасса не начнёт сохнуть. Круга до седьмого стараюсь просто держать темп (в районе минуты пятидесяти пяти, тогда как посуху времена должны были быть секунд на двадцать быстрее), чтобы не отставать от Гелаэля, а потом и от откатившегося на его место Майни – просто один синий «Трайдент» поменялся с другим. «Режим Шумахера» не включался: не та машина, не те условия. А до «Сенны» я, наверное, и вовсе ещё не дорос. Впереди же боролись все кто во что горазд – идя бок о бок, размениваясь позициями и выталкивая друг друга в гравий. Не-ет, спасибо, мне такого пока не надо. Здесь, позади, безопаснее. В какой-то момент Гелаэль, шедший на тринадцатом месте, опережает ошибившегося на торможении Роя Ниссани – и оба оказываются в опасной близости от второго из «Трайдентов», за которым на безопасном расстоянии следую я. Но дело доходит до второго сектора, и в шикане израильский пилот просто выносит соперника за поребрик. Гелаэль теряет пару секунд и возвращается на трек прямо передо мной, блокируя уже мои попытки воспользоваться случаем. Трасса тем временем начинает подсыхать, и болиды становятся ощутимо быстрее. Мне же приходится всё время следить за температурой шин, колеблющейся у нижней границы рабочего окна. У меня просто не выходит заставить машину ехать быстрее. Ладно. Сегодня не мой день. Хотя… гонка ещё не кончилась. Может, на сухих шинах дело пойдёт поприятнее. На гоночной траектории воды всё меньше, и резина резко начинает перегреваться. Помянув «добрым» словом криворуких мудил из «Пирелли», смещаюсь на главной прямой вправо, чтобы немного охладить покрышки на мокром участке асфальта. Но о борьбе, понятное дело, речи уже не идёт. – Как шины? – вклинивается в рёв мотора голос гоночного инженера. – Отстой, – честно говорю я, заруливая в поворот. – Я ничего не могу сделать. Ни-че-го. – Мы не можем сделать пит-стоп сейчас, трасса ещё влажная. Сколько ты ещё вытерпишь? – Два… три круга, – фыркаю я. – Если дольше, то про очки можно будет забыть. Я тут застрял просто наглухо. – Как считаешь, сможешь дотянуть до целевого круга плюс один? Ух… – М-м… а какой у нас целевой? – спрашиваю, мучительно роясь в памяти. Да, я могу помнить ход и результат сотен гонок, но вот эта маленькая деталь, которую мы обсуждали вчера на брифинге ещё до того, как пошёл дождь, сейчас ускользнула от моего разума. – Пятнадцатый. – Не знаю… – со вздохом говорю я. – Можно попробовать. На целевом круге они, ясное дело, собираются зазывать Маркелов. Что ж, объяснимо. – Тогда решено. И… де Врис заходит в первый поворот по внешней, что даёт ему три-четыре десятых преимущества. Попробуй тоже, но осторожно. – Ладно. По внешней, говоришь? Хм, а почему бы и нет. На следующем круге также смещаюсь на влажную траекторию на прямой, но перед торможением расширяю – и в итоге заношу в поворот на несколько километров в час больше. Болид чуть сносит на выходе, одна микрокоррекция рулём – и всё возвращается в норму. Ну спасибо, Джофф. Удружил. Без шуток. Правда, повторить этот финт становится всё сложнее, и в конце концов я возвращаюсь к обычной, «безопасной» траектории с внутренним апексом. Рисковать всем, чтобы выжать лишнюю пару десятых, плетясь в конце? Нет уж, я пас. На шестнадцатом круге, как договаривались, заезжаю в питы и получаю свежий комплект «медиума». Я не один такой – как раз началась большая волна пит-стопов. Дело и правда идёт веселее. Шины быстро встают в держак – и вот я уже за Артёмом, который запитился кругом ранее. На пит-бордах показывают, что мы штампуем лучшие времена, – однако трасса лишь подсыхает, и с каждой минутой все едут только быстрее. Но темп у нас хороший, и пару кругов спустя мы нагоняем сине-голубой DAMS Латифи. Право на крыло есть и у меня, и у Артёма, так что во второй зоне DRS, между первым и вторым поворотом, не атакую, обороняя тылы от канадца. Но когда выходим на прямой участок после третьего, машину Артёма срывает в занос, и лишь каким-то чудом он отлавливает болид и выезжает обратно на трассу – на секундочку, всё равно перед Латифи. А вот мне это даёт выйти вперёд и забраться, таким образом, в очковую зону. В паре секунд уже маячит плотная группа из шести машин, сражающихся за четвёртое место. Сердце стучит как бешеное в азарте погони. В голове – кристальная ясность; я чувствую уверенность в себе и знаю, что делать. Что ж, может, в этой гонке ещё не всё потеряно?! Новое сообщение на табличке: FL 1:40.1 GHI –1.8 Ничего себе – это я так ускорился? Одна-ако… Впрочем, расслабляться нельзя. Ни на миг. Приближаюсь в зону крыла и пристраиваюсь в хвост Луке Гьотто. Шины наконец-то работают с полной отдачей – и надо выжимать из них всё возможное, пока позволяет резина. Ну и DRS, чтобы не отставать от соперников, куда же без неё. Пара кругов – и обгон! Заныриваю по внутренней в первый поворот. Торможение жёсткое, на грани блокировки, но всё же выруливаю и еду дальше – уже на девятом месте. В груди разливается удовлетворение. Всё-таки я не «липовый» чемпион «Ф-3», как обо мне писали хейтеры после первых неудач на фоне успехов Ландо и Лизы, и тоже кой-чего могу… А уж если отцу и правда удастся купить команду… Зазевавшись, пропускаю точку торможения перед шиканой и запоздало бью по педали. Колёса тут же блокируются, и я срезаю связку, неприятно подскочив на поребрике. Гьотто тем временем проезжает мимо меня, возвращая себе позицию. Гадство! Так и тянет треснуть кулаком по рулю, но есть риск что-нибудь на нём случайно переключить. Поэтому, стиснув зубы, гоню на максимум, чтобы не потерять из-за ошибки чересчур много времени. – Соберись, Майк, – говорит в наушниках Джофф. Под ровным тоном так и сквозит неодобрение. – Просто делай что можешь. Легко сказать. Испорченный комплект «медиума» начинает понемногу перегреваться, так что приходится держать поистине ювелирный баланс между температурой резины и скоростью. Но о борьбе за высокие места речи уже не идёт. Тут бы до финиша доехать, не растеряв позиции. Блин. Помяни чёрта… Артём снова показывается в зеркалах, виляет туда-сюда на прямых, недвусмысленно сообщая о своём присутствии. – Размен, – приказывает инженер. – На этом круге. Я и сам понимаю, что сопротивляться бессмысленно. Резина уходит – и лишь вопрос времени, когда меня начнут «есть» пилоты один за другим. Так что без лишних вопросов отворачиваю в сторону, пропуская напарника. Тот сразу же улетает вперёд, включаясь в погоню, а я остаюсь позади, отчаянно воюя со скользящими шинами. Вскоре меня проходит Латифи, оттесняя на двенадцатое место. Вот срань! Ну зачем, зачем я отвлёкся на мечты о несбыточном? Ведь ясно же как день, что ничего путного из этого не выйдет… Вдруг сине-голубой DAMS просто замедляется на прямой. Быстрым движением руля уворачиваюсь и пару секунд провожаю болид взглядом в зеркале заднего вида. Сейчас будет… – ВСК, Майк, ВСК. Не обгонять, – на всякий случай доводит до меня Джофф, дублируя индикацию электронных маршалов. – Судя по всему, продлится недолго – примерно круг. До финиша останется три, так что подготовь резину перед финальным рывком. – Принято. Еду медленно, соблюдая дельту. Влететь на штраф как-то не очень хочется – учитывая, что в прошлый раз мне это стоило реверсивного поула в воскресенье. Поэтому слежу за тем, чтобы дельта всё время оставалась положительной. На этот раз скорость ограничили не на тридцать процентов, а на сорок пять – видимо, из-за того, что маршалы вручную откатывали болид с трассы, – а потому приходится быть вдвойне внимательным. Зелёный сигнал включается, когда я подъезжаю к шикане, отставая от Артёма примерно на три секунды. Чёрт, не успел среагировать. Теперь единственная надежда на очки – ждать, пока Маркелов кого-нибудь обойдёт, и самому врываться в борьбу за позиции. На что в действительности шансов довольно мало. На предпоследнем круге, правда, Артём проходит двоих и поднимается на восьмое место. Вот жук! Опять решил завтра стартовать с поула. Я же просто доезжаю. Розовый «Арден» прямо передо мной, но ресурса для обгона в шинах уже не осталось. Однако Роберто Мери на бело-красном MP Motorsport сам ошибается и блокирует колёса, благодаря чему я протискиваюсь на десятое место. Вырвал очко, так сказать. М-да… В последней связке Фукузуми сносит на внешку. Заныриваю внутрь – и пересекаю финишную черту девятым. Фу-у-ух. Это было жёстко… – Ты сделал всё, что мог, Майк, – подбадривает меня инженер. – Заслуженные очки. – Ага, спасибо. Артёма с поулом, кстати. – Да, завтра нам это будет очень полезно… Но я уже не слушаю. Все мысли переключаются кое на что другое. Заезжаю в питы, выбираюсь наружу и первым делом беру у подошедшего Евгения Яковлевича свой телефон. Быстро захожу в поисковик, листаю новости. Воздух с шумом вырывается из груди. Ага, вот и оно. «Министр спорта: Россия не будет предоставлять в ВАДА базу данных Московской лаборатории». Хех. Зашевелились-таки. ____________________ [1] Гонка на выносливость с дистанцией 1006 км, проходящая на трассе Паланга в Литве. Экипаж с участием Ральфа Арона выигрывал заезд в классе GT в 2019 году, в классе GT Open – в 2020–2021 годах.