Глава 17

***

      — Мам, ты только посмотри! — Диа радостно вытянула вперёд листок с ярким рисунком.       На щеках и носу малышки красовались разноцветные пятна.       — А ты умывать её не пробовал? — Джинни вопросительно приподняла брови и посмотрела на Малфоя.       — Не поверишь, пробовал, — чуть прищурившись, тихо хмыкнул он.       Девушка с пониманием кивнула и, сняв с дочери пальто, отправила её мыть руки и оттирать лицо.       — И как она? Всё нормально? — как и каждую субботу, начала расспрашивать Джинни.       Ей было тяжело на это пойти, но всё же в какой-то момент она дала добро на один выходной в неделю в поместье Малфоев. Драко в свою очередь дал слово, что его отца там не будет. Первые разы девушка приходила вместе с малышкой, но потом ей, очень не кстати, поставили дневную тренировку в субботу.       Тревога буквально съедала изнутри. Но главным и решающим фактором в этом вопросе была сама Диа. Малышка любила бывать в доме Малфоя. И каждую субботу ждала с нетерпением.       — Как и всегда, замечательно. Ела, играла, придумывала со своими красками новые решения для интерьера в моём доме, — с неприкрытой иронией протянул Драко. — В следующие выходные приедет матушка, написала, что скучает по внукам. Отец останется во Франции.       — Понятно, — коротко кивнула Джинни и скрестила руки на груди. — Зайдёшь?       — Нет, вечернее занятие Скорпиуса скоро закончится. Я должен вернуться и отпустить учителя, — выдохнул Драко.       — Он хоть иногда отдыхает? — не смогла смолчать Джинни.       — Да, когда наблюдает за носящейся по мэнору Диасцией и делает вид, что ему это не интересно, — Малфой слабо усмехнулся.       И девушка тоже не сдержала лёгкого смешка.       — Ладно, тогда хорошего вечера? — наконец посмотрев на него, уточнила она.       — Да, — произнёс Драко, будто и правда собираясь уходить, но потом резко сделал шаг к ней и потянул за руку на себя, прошептав на ухо: — Хорошего вечера, Джинни.       Дыхание перехватило. Но Драко резко отстранился и открыл входную дверь как ни в чём не бывало.       — Диасция, я ухожу, хорошего вечера и доброй ночи.       — Пока, — крикнула Диа уже из своей комнаты. — Смотри, чтобы тебя не схватил дракон по дороге домой! Уверена, они охотятся на таких невоспитанных пап.       Привычная усмешка и хлопок входной двери. Джинни осталась в прихожей одна, глупо сжимая ладони от возмущения. Вот когда он успокоится?

***

      — Мерлин, пошли мне сил, — тихо выдохнула Джинни куда-то в пустоту гостиной и буквально рухнула на маленький диван.       За окном уже давно стемнело. После изнуряющей тренировки девушка забрала Диа, покормила её дома, поиграла и час укладывала спать. И моральные, и физические силы были на исходе.       Она точно не ожидала никого в этот вечер. Но пламя в камине говорило само за себя.       — Только не Малфой, — приподнимаясь на руках, обречённо выдохнула Джинни.       И, кажется, её мольбы были кем-то явно услышаны. Из камина уверенно вышла Флёр, изящными движениями стряхивая маленькие пылинки с плеч своей мантии.       — Что ты тут делаешь? — удивилась Джинни.       Девушка тихо хмыкнула и как ни в чём не бывало сняла свою мантию, откидывая её вместе с аккуратной шляпкой на кресло.       — И тебе привет, — наконец, произнесла она.       — Что-то случилось? — уточнила Джинни, окончательно садясь на диване.       — У меня — нет, — спокойно отозвалась Флёр, вышагивая по гостиной и осматриваясь. — А вот у тебя — да.       — Не понимаю, о чём ты, — Джинни нахмурилась и поднялась на ноги, направляясь за незванной гостьей, что уже прошла на кухню.       — И это тоже часть проблемы, — кивнув самой себе, заключила Флёр и принялась открывать один кухонный шкаф за другим.       — Что ты ищешь? — всё ещё не совсем понимая, что происходит, уточнила Джинни.       — Бокалы, разумеется, — легко ответила та.       — Зачем они тебе?       — Для стимулирования понимания, — с хитрой ухмылкой наконец-то извлекая желаемое, ответила Флёр.       Два бокала опустились на стол и быстро наполнились белым вином.       — Садись, — прозвучало почти как приказ.       Джинни опустилась на стул, но пить не спешила.       — Не ожидала гостей в такое время. Как же дети?       — У них есть отец — за них не стоит беспокоиться. А вот за тебя — да, — безапелляционно констатировала Флёр и сделала глоток вина.       — У меня тоже всё нормально, — ответила Джинни, выдерживая пристальный взгляд.       — Так ли это? — светлые пальцы Флёр размеренно постукивали по столу.       — Да, это так. Тренировки полным ходом, Диа ходит в сад. У нас всё хорошо.       — А Малфой? — светлые брови игриво приподнялись, и девушка плавно покачала свой стакан.       Джинни шумно выдохнула и потянулась за своим бокалом, сдаваясь, очевидно.       В прошлые выходные у неё были Рон с Гермионой и детьми. А Диасции не было. Так что вопросы возникли сами собой. И, видно, информация предсказуемо распространилась. Впрочем, Флёр была точно не худшим вариантом. Вот если бы приехала её мать…       — Правильный выбор, — тем временем с лёгким смешком одобрила Флёр и тут же осушила свой бокал, наполняя его заново и заодно добавляя собеседнице.       — Он усиленно испытывает моё терпение, — Джинни коротко закатила глаза и, сделав ещё пару глотков, выложила всё, что происходило за последние недели.       А происходило ничто иное, как изощренная проверка её нервов на прочность. С тех пор, как состоялся тот разговор, Малфой больше не пытался её поцеловать или затащить в постель. И, конечно же, он не собирался говорить с ней о каких-то там чувствах.       Вместо этого он просто начал в любой момент, когда поблизости не было Диа, дразнить её. Иначе это не назвать. Он шептал ей на ухо слова, от которых каждый раз шли мурашки. Почти не касался — если только совсем невесомо и будто случайно. Но нарушал всякие границы постоянно. Малфой вечно находился непозволительно близко, но черту не пересекал.       И это сводило с ума сильнее, чем если бы он просто снова поцеловал её.       Они больше ничего не обсуждали. Рафаэль куда-то пропал. А терпение Джинни было уже на исходе.       — Весело, однако, — лёгко посмеиваясь, заключила Флёр и о чём-то задумалась.       — Очень, — недовольно пробормотала Джинни.       Она правда не знала, что ей с этим делать. Каждый раз ей оставалось только глупо прятать лицо, пока с него не сойдёт предательская краска, и тихо ненавидеть Малфоя. Вот чего он этим добивался?       — Считаю, стоит уже сделать решающий ход, — неожиданно уверенно заявила Флёр.       — Решающий ход к чему? — не поняла Джинни.       — К тому, чтобы вы двое уже наконец-то сошлись. А не испытывали друг друга на прочность, зажимаясь по углам, пока Диа не видит, — заявила та.       — Никто ни с кем не собирается сходиться. И мы не зажимаемся по углам, — не согласилась Джинни. — Малфой просто специально это всё затеял. Видимо, его высокое эго не может пережить, что я не готова с ним переспать. Вот и отыгрывается.       — Да-да, не собираются они, — Флёр закатила глаза, а затем решительно выставила ладони на стол. — Давай будем честны: если бы его эго было бы так сильно задето, он не стал бы объясняться с тобой ещё в тот вечер. Но открылся тебе настолько, насколько вообще большинство парней умеют это делать. Не откровенный разговор по душам, но уже неплохо. И то, что он делает сейчас — просто его метания. Он не может решиться на этот серьёзный шаг. И отказаться от тебя до конца не может. Вот и компенсирует это таким образом.       Для Джинни это звучало как бред сумасшедшего, но мгновенно аргументов против этой теории просто не нашлось…       Уизли внимательно посмотрела на Флёр. Они никогда не были подругами, да и вообще не общались толком — за исключением общих семейных посиделок. Поэтому она так насторожилась от внезапного визита. Не хотела вначале говорить, но быстро сдалась. Потому что с Флёр было легко. Да, она довольно резкая и прямолинейная. Но, пожалуй, это было единственное, что готова выслушать Джинни.       — Даже если ты права — я не собираюсь вынуждать его. Мне это попросту не нужно, — выдохнула девушка и спокойно посмотрела на Флёр.       — Никто и не говорит про вынуждать. Но прежде ответь мне вот на что: ты так уверенно велела Малфою подумать о своих чувствах. Дала понять, что ничего несерьёзного не примешь. А сама?       — Что — сама? — не поняла Джинни, слегка нахмурившись.       — Ты сама готова к чему-то серьёзному? У тебя есть чувства к Малфою? — уверенно произнесла Флёр, будто пытаясь своим взглядом просверлить девушку насквозь.       Та легко дёрнула плечами и тихо выдохнула.       — Ты права, — неожиданно согласилась Джинни. — Я не подумала тогда о том, готова ли сама признаться в ответ. Голова постоянно была занята Диа, их взаимоотношениями. И наши с ним казались чем-то незначительным где-то на фоне. Но даже так они ощущались слишком остро. А когда волнение за малышку немного отпустило, то напряжение между мной и Малфоем, будто красный флаг, вечно маячило перед глазами. Я мгновенно решила, что как тогда, легко и без обязательств, нам больше не подходит. И вместе с тем обратной стороны тоже всерьёз не допускала. Наверное, я с самого начала подозревала, что он никогда на это не пойдёт. Что ничего не выйдет.       — Вот видишь, — невесело усмехнулась Флёр. — Малфой, по крайней мере, честен в своих чувствах и намерениях. А ты — нет. Вынудила его делать выбор, при этом даже не допуская всерьёз, что у вас может что-то получиться. А если бы он тогда согласился? Предложил бы тебе полноценные отношения. Потом бы замуж позвал. И ты бы потом ответила, что не готова и не подумала, да?       Каждое слово Флёр било точно и болезненно. Джинни невольно сжала ладони, но отпираться не стала.       Она ведь и правда всерьёз не думала о том, что у них может что-то получиться. Но всё же…       — Думаю, у меня есть к нему чувства, — вслух закончила она свою мысль.       Флёр в ответ удивлённо наклонила голову вбок и внимательно посмотрела на девушку.       — Думаешь? — это уточнение почему-то прозвучало с не малой долей иронии.       Но Джинни усилием воли заставила себя не раздражаться на этот счёт — пусть и говорить дальше от того стало труднее. Но она продолжила:       — То, что произошло между нами тогда, много лет назад, было спонтанным решением. И сейчас я говорю, что не жалею, потому что есть Диа. Я же безмерно её люблю — как можно теперь жалеть? Но правда в том, что дело не только в ней…       В этом было трудно признаться даже перед самой собой. Но она и правда иногда вспоминала то утро, их близость, каждое сбивчивое прикосновение. С годами воспоминания становились всё более расплывчатыми. Но без следа так и не исчезли, просто не могли.       — Я была несколько раз на свиданиях за эти годы, — неожиданно произнесла Джинни, а Флёр без удивления кивнула.       Парочка из них была устроена именно общими усилиями Гермионы и Флёр. Одно — сокомандницами Джинни. И ещё одно — по желанию самой девушки. Оно и стало последним. Это происходило в разные периоды, но исход всегда был один: она не чувствовала ровным счётом ничего, совсем.       — Мы сидели в этих пресловутых ресторанах, слушали занудную музыку, задавали и отвечали на глупые вопросы, — плавно проводя кончиком пальца по краю своего бокала, начала Джинни. — И, что бы за парень ни был передо мной, мысли всегда были о другом. Я думала о Диа, о тренировках — о чём угодно. Но, выходя из ресторана, даже не всегда могла вспомнить, как зовут человека рядом со мной, хотя он точно представлялся.       — Ну, может, просто рестораны это не твоё, — пожала плечами Флёр и сделала долгий глоток вина.       Уголки губ Джинни сами приподнялись вверх, и она легко тряхнула головой, устремляя взгляд за окно.       — С Малфоем так не выходит, — на первый взгляд, отстранённо произнесла она, но затем в её взгляде будто что-то поменялось. — Рядом с ним я не могу думать о чём-то другом, не могу отвлечься. Боюсь, даже если мы будем находиться в самом интересном месте на свете — я не смогу забыться. Не смотреть на него, не думать о его действиях, не прокручивать каждое его слово по несколько раз в голове. Когда он рядом, со мной будто в миг становится что-то не так. Я думаю об этом после, когда он уходит и забирает дурацкое наваждение вместе с собой. И никак не могу понять саму себя. Но, полагаю, это всё говорит о многом.       — Так и есть, — признала Флёр и, вытянув руки вперёд, чуть наклонилась через стол, поймав взгляд Джинни. — Так почему же ты не хочешь принять это? Ты ведь специально подвела Малфоя к этому выбору. Рассчитывая, что он просто уйдёт, сбежит от чувств. И тем самым позволит тебе не думать о своих, да? Просто переложила ответственность, как удобно.       — Ты перегибаешь, — твёрдо произнесла Джинни, однако на девушку это ожидаемо не произвело никакого эффекта. — Я полагала, что Малфою не нужны подобные чувства. И оказалась права.       — Думала, сдаваться не в твоём характере, — очевидно, пытаясь задеть её, протянула Флёр.       — Чего ты этим хочешь добиться? — наконец, не выдержала Джинни. — Зачем ты вообще решила прийти и поговорить?       Флёр вдруг рассмеялась.       — Начинаю понимать, почему все в твоей семье так боятся с тобой говорить об этом, — пояснила она. — Ты можешь быть более грозной, чем все твои братья вместе взятые, когда тебе что-то не нравится.       Про себя Джинни решила расценивать это как комплимент, однако вслух ничего не сказала, молча скрестив руки на груди и выжидающе глядя на Флёр.       — Я начала это всё, чтобы вывести тебя из себя окончательно. Настолько, чтобы ты не выдержала, резко собралась и отправилась что-нибудь доказывать Малфою. Что-нибудь про чувства, ответственность и всё такое. В процессе вы бы наконец-то поговорили. И ознаменовали начало своих взрослых серьёзных отношений… — эти слова Флёр произнесла с неприкрытой иронией… — страстной примирительной…       — Довольно, — прервала Джинни, уже догадываясь, что за счастливую концовку им придумала Флёр.       — Ну как тебе мой план? — всё ещё веселясь, протянула девушка.       — В твоём стиле, — оценила Джинни и вновь замолчала.       — Так сколько бокалов ещё нужно, чтобы ты наконец оторвалась от стула и отправилась покорять своего холодного мистера Малфоя? Кому же ещё под силу растопить сердце этого ледяного дракона, одиноко чахнущего над златом в своём огромном особняке? — теперь Флёр уже откровенно забавлялась и несла всё больший бред.       Впрочем, что-то в этом определённо было. В голове мгновенно пронеслись детские рисунки Диа с драконами и замками, и улыбка вышла как-то сама собой.       — Возможно, этот разговор поставит точку между нами, — поднимаясь, произнесла она.       — Или станет началом чего-то нового, — оптимистично добавила Флёр.

***

      Драко сидел за столом, скучающе обводя взглядом завалы из кучи бумаг.       — Хозяин, — поклонился появившийся домовик. — Господин Скорпиус уснул.       — Я завтра уйду рано, проследи, чтобы Скорпиус позавтракал до прихода учителя, — не глядя на Тинки, выдохнул Малфой и отвернулся к окну.       Голова уже который день была забита ворохом странных мыслей. Которые никак не складывались во что-то внятное. И это очень раздражало.       — Слушаюсь, господин, — отозвался домовик и, немного подождав на случай дополнительных указаний, молча исчез.       Драко быстро потерял счёт времени. За окном стучал дождь вперемешку со снегом. Мерзкая погода. Почти такая же паршивая, как его состояние. Но если с погодой всё было легко и понятно, то вот в себе разобраться оказалось куда сложнее. Хотя, обычно он и не пробовал.       Неожиданно пламя в камине заискрилось. Было несколько вариантов, кто мог без предупреждения посетить его в столь поздний час. Но её он увидеть точно не ожидал…       Уизли медленно вышла из камина, оглядываясь. Да, Малфой открыл ей доступ к каминам в мэноре. Ведь теперь Диасция часто тут бывала. А значит, у неё с Джинни должен был быть беспрепятственный проход в поместье Малфоев.       Вот только они всегда прибывали в субботу, через камин в гостиной. И в своём кабинете в пятницу вечером он точно никак её не ждал.       — Что-то случилось с Диасцией? — Драко тут же поднялся на ноги.       Но девушка выглядела спокойной и слегка загадочной.       — С ней всё хорошо: она дома, спит. И там ещё Флёр на всякий случай, — как бы между делом сообщила Джинни и уверенно стала сокращать расстояние между ними.       — Флёр? — Драко слегка нахмурился, по-прежнему не особо понимая, что происходит.       Однако девушка не ответила. Вместо этого она подошла к нему вплотную и неожиданно потянулась к вороту рубашки. Ловкие пальцы быстро застегнули верхние пуговицы, затем она провела ладонями по плечам, будто расправляя ткань и наконец удовлетворённо кивнула.       — Идём, — уверенно заявила Джинни и сама взяла его за руку, потянув к камину.       — Куда? — спросил Драко, но объяснять ему явно никто ничего не планировал.       Вскоре они вышли совсем из другого камина в маленькой комнате. И раньше, чем Драко успел вновь начать задавать вопросы, Уизли толкнула единственную имеющуюся дверь. Теперь они оказались в просторной зале.       Свет был приглушённым, Малфой чуть осмотрелся, подмечая левитирующие в воздухе маленькие свечи, бордовые гирлянды и еловые ветки, должно быть, до сих пор не убранные после Рождества. Откуда-то доносились звуки скрипки.       В этот момент к ним подошла невысокая работница и обменялась молчаливыми кивками с Уизли. Их проводили к столику.       — Что это за место? — уже мысленно смирившись со странной ситуацией, спокойно произнёс Драко, продолжая изучать пространство.       — А на что похоже? — усмехнулась Джинни и взяла со стола меню.       — Ресторан, — просто констатировал Драко.       — И он даже не магловский, — довольно добавила Джинни, как будто ожидая за это особую похвалу.       Малфою вдруг тоже захотелось усмехнуться. Он вернул взгляд на девушку. По большей части она казалась спокойной и уверенной. Длинные волосы легко струились по плечам, а тёплые огни летающих над ними свечей причудливо играли своими отблесками на медных прядках.       Эта картина даже завораживала. Но не могла запутать до конца. Он всё равно видел, как напряжённо её пальцы сжимали кожаное меню в руках. И взгляд. В глубине карих глаз совершенно точно стояло напряжение и будто тревога? Хотелось непременно выяснить всё до мельчайших подробностей. Но он знал, что она не сдастся просто так. Раз привела его сюда, значит, быстро и прямо она не готова. И ему придётся сыграть в эту причудливую игру.       — И зачем мы здесь? — быстро пробежав скучающим взглядом по меню, произнёс Драко.       Девушка слегка приподняла брови и тоже убрала меню в сторону. Она медлила. Неужели ей так нравилась эта странная игра? Или же всё дело в нерешительности, так тщательно скрываемой ею? Драко терялся в догадках.       — Свидание, — вдруг обескураживающе легко выдала она.       — Свидание, — зачем-то утвердительно повторил он и кивнул сам себе. — Разве не я тогда должен был пригласить тебя?       Кажется, он слишком легко вошёл в эту игру… ему было почти стыдно за то, как быстро он принял образ. Но вместе с тем отчего-то по-детски весело. Очень глубоко внутри.       — А ты бы пригласил? — почти игриво протянула Уизли.       — Не знаю, не думал об этом, — зачем-то озвучил мысли вслух Драко.       А сам вдруг осознал, что да — не думал, но как же теперь жалел. Он мгновенно прокрутил эту мысль в голове. Представил, как бы в очередной раз, будто дразня, подошёл к ней со спины, склонился над аккуратным ушком, которое тоже оказалось не обделено веснушками, и прошептал, что приглашает её на свидание. Уизли бы легко вздрогнула, нахмурилась и раздражённо выдохнула, пытаясь за этими эмоциями скрыть своё смущение. От этой картины всё внутри будто скрутило тугим узлом, и стало физически больно от того, что уже ничего нельзя переиграть.       — В любом случае, я уже сделала это. Так что предлагаю насладиться вечером, — произнесла тем временем Джинни и кивнула уже знакомой официантке.       Та быстро приняла заказ и удалилась.       Малфой тем временем повернулся чуть вправо, рассматривая маленького эльфа, что играл на скрипке, сидя на высоком стуле посреди сцены. Она была небольшой, устроенной в нише одной из стен, почти в самом углу.       — Он свободный, — вдруг произнесла Джинни и, столкнувшись с вопросительным взглядом серых глаз, пояснила: — Этот эльф здесь работает наравне с магами. У него нет хозяина, и он сам выбрал, чем хочет заниматься. Посетителям нравится его музыка.       — Сейчас заплачу от этой трогательной картины, у тебя есть платок на такой случай? — с иронией протянул Драко и чуть откинулся на спинку стула.       Девушка лишь тихо усмехнулась. А чего она хотела? Впрочем, она и сама узнала об этом ресторане от Гермионы. Она продолжала заниматься правами домашних эльфов. И тот, что работал здесь, был одним из тех, для кого той удалось выбить свободу. Раньше он играл для своего хозяина, освоил инструмент много лет назад по его приказу. Теперь же эльф стал свободным, мог делать всё, что пожелает. И пожелал продолжать играть на скрипке. Только уже для себя и для тех, кто приходил в этот ресторан. Он мог прийти и уйти, когда захотел. Но сколько бы раз Джинни ни бывала в этом заведении, маленький эльф неизменно радовал посетителей своей чарующей музыкой.       — Может, мы всё же перейдём к сути? — неожиданно резко произнёс Драко.       Джинни даже слегка удивилась. Ей показалось, что Малфою было несколько весело. Но теперь он вдруг выглядел серьёзным и будто слегка недовольным чем-то. Но чем? Неужели его так вывела из себя история о свободном эльфе? Девушке было трудно это понять. Да, Малфой, конечно, не из тех, кого заботили права домашних эльфов. Но не настолько ведь, чтобы так менять настроение из-за подобного?       А Драко тем временем и сам не знал, что именно так сильно его разочаровало. То, что Уизли вдруг уделила всё своё внимание какому-то эльфу и перестала его замечать, прервав тем самым их маленькую игру, которая только начала ему нравиться? Или странная внезапная мысль о том, что девушка уже бывала в этом месте? Бывала — и будто не один раз. Что, если она так же приходила сюда на свидание? Вот только не с ним. И это почему-то выводило из себя, хотя не должно было. Поэтому Малфой очень постарался успокоиться, отвлекаясь на официантку, что поставила перед ними блюда и открыла бутылку белого вина, наполняя им бокалы.       — Любишь белое вино? Или предпочитаешь красное? — спокойно спросила Джинни, будто предыдущего вопроса Малфоя попросту не было.       — Я предпочитаю огневиски, — уже успокоившись к этому моменту, безразлично отозвался Драко, однако бокал с вином взял.       — До этого я была здесь с Роном и Гермионой. А ещё с Луной и её мужем, — зачем-то произнесла Джинни — на первый взгляд совершенно ни к чему, — на самом деле внимательно следя в этот момент за Малфоем.       И оказалась очень довольна по итогу. Ведь она совершенно точно попала в цель.       Драко вдруг оторвал взгляд от бокала и поднял его на неё. Слишком резко, чтобы она не считала в этом настоящую эмоцию. То странное спокойствие и будто радость, что он испытал от этих слов. Хотя, конечно, Малфой мгновенно собрался, вновь обратив свой взор на вино, будто в том крылась загадка всего мироздания.       — Но на свидания я тоже ходила, просто не сюда, — всё тем же лёгким тоном добавила Джинни, а в душе откровенно забавлялась.       Малфой ревновал. Сначала это было лишь осторожное предположение. Почти на сто процентов надуманное. Но после его прошлой реакции она даже не сомневалась в этом нелепом предположении. И почему-то никак не смогла себе отказать в лёгком поддразнивании. А когда ещё выдастся такой шанс? К тому же, так было проще скрыть свою настоящую реакцию на этот внезапный факт. Потому ей отчего-то очень нравилось это осознавать. И даже волнение от истинной причины их сегодняшней встречи ненадолго отпустило.       — Так нравится играть со мной? — протянул Драко и уставился прямо на неё, неотрывно, властно, давяще, словно пытаясь отомстить ей за насмешки таким образом.       Джинни опустила руки на колени, сцепляя пальцы от вернувшегося напряжения.       — Совсем немного, — признала она.       Малфой тихо усмехнулся и отвёл взгляд. Джинни смогла сделать рваный вдох.       Какое-то время они сидели в тишине. Но она прекрасно понимала, что поговорить всё равно придётся.       — Ты думал над тем, что я сказала тебе в тот вечер? — спросила Джинни и с вызовом посмотрела на Малфоя.       Драко спокойно воззрился на её лицо. Должно быть, она собрала всю свою решимость — только бы не выдавать своего волнения. В этом была вся Уизли. Но ему это нравилось. Гораздо сильнее, чем он был готов признать.       Решимость Джинни восхищала. Он таким не был. Никогда.       — Думал, — всё же признал Драко.       — И это что-нибудь изменило? — не теряя напора, уточнила она.       Он чувствовал, как важен его ответ. Лёгкая игривая атмосфера растворилась так внезапно и безвозвратно, будто её и не было никогда. И теперь от его слов зависело всё.       Можно было бы решить, что это преувеличение. Но Драко знал, что нет. И почему-то не к месту, но он вдруг вспомнил своё мимолётное раздражение сегодня, в ту минуту, когда он допустил мысль, что Уизли была здесь с кем-то другим, не с ним. Такая мелочь смогла за пару мгновений вывести его из себя. Это раздражало, потому что уязвляло.       Рядом с ней он не владел своими эмоциями. Это был аргумент против. Он хотел не владеть своими эмоциями рядом с ней. Это был аргумент за.       — Я тебя хочу, — чётко, откровенно, не медля больше ни секунды.       Джинни слегка приоткрыла губы, будто ожидала любого ответа, но точно не такого. И раньше, чем она смогла бы что-то ответить, Драко добавил:       — Я хочу видеть тебя каждый день. Хочу, чтобы ты взяла мою фамилию. Хочу, чтобы ты жила в моём доме вместе с Диасцией. Я хочу тебя в свою жизнь. Хочу всю, без остатка. Навсегда.       Ей казалось, будто земля ушла из-под ног, она словно зависла где-то в невесомости. Она ощущала, словно потеряла всякое чувство реальности. Всё это происходило не взаправду, не по-настоящему. Настолько нереально было то признание, что она вдруг услышала.       — Ты уверен в том, что говоришь? — тихо уточнила она, в мгновение растеряв всю свою решимость. — Ещё недавно ты говорил, что никому не признавался в чувствах — и не станешь. А сегодня… — Говорил, — прервал её Драко. — А ты говорила, что от того, что я запрещу себе чувствовать, ничего не изменится. И была права. Поначалу эта правда меня здорово раздражала. Именно тем, что всё было именно так. А после того, как ты озвучила это, игнорировать сей очевидный факт стало просто невозможно. Я злился и на тебя, и на себя. А сегодня просто сдался — можешь расценивать это так.       Джинни слушала его, внимательно ловя каждое слово. И, конечно, она заметила, как трудно и уязвлённо прозвучали последние слова. Малфой будто уже винил себя за то, что сказал, признался. Будто ненавидел сам себя, считая подобное слабостью, которой он добровольно сдался.       — Спасибо, — вдруг с улыбкой произнесла Джинни, и Драко удивлённо замер.       Он внимательно смотрел на неё, явно не до конца понимая, что она имеет в виду.       — Спасибо, что оказался рядом тогда, — издалека начала Джинни. — Уже семь лет прошло? Возможно, уже слишком поздно, но я рада, что встретила тебя в тот день. Спасибо, что ты пытаешься стать хорошим отцом для Диа, что принял её, несмотря на то, что шесть лет даже не знал о её существовании. Спасибо, что вновь оказался рядом в тот вечер, когда Рафаэль перешёл черту, — всё это она говорила легко и спокойно, но на последних словах голос всё-таки дрогнул: — И спасибо за то, что ты сказал сегодня.       Уизли закончила говорить, но по-прежнему продолжала смотреть на него с улыбкой. И он смотрел в ответ, но никак не мог осознать, осмыслить до конца. Она благодарила его? Это было странно. Это было не похоже на неё. Зачем ей благодарить его?       — Интересно, а это точно обычное вино… — вдруг задумался Драко, посмотрев на свой бокал.       А Уизли просто рассмеялась, больше не в силах сдерживаться, глядя на его растерянное лицо.       И Драко вдруг тоже отчего-то захотелось рассмеяться. И ему стоило не малых усилий преодолеть этот порыв.       Они всё сидели, слушали отдалённую мелодию скрипки и ловили каждый взгляд, отдалённую эмоцию. В этот вечер они словно заново изучали друг друга.       Жаль, что время текло так быстро. Казалось, катастрофически. Это было какой-то детской глупостью, но ему упрямо не хотелось отпускать Уизли в этот вечер. Потому что внутри сидел липкий страх, что всё это окажется сном. Насмешкой судьбы, ироничной шуткой. Ведь на самом деле он не имеет на это никакого права.       И он не мог даже подозревать, что в этот самый момент Джинни одолевали схожие сомнения. Она, конечно, не думала, что происходит что-то, чего она не заслужила, на что не имеет права. Но ощущение нереальности не покидало. Он правда сказал то, что она услышала? Он действительно хочет видеть её в своей жизни? Что для Малфоя значит «навсегда»? Именно важность этих слов вселяла такой сильный страх внутри. Именно поэтому из ресторана они вышли на холодную ночную улицу, а не вернулись по домам через тот камин, из которого переместились изначально.       Джинни не заметила, в какой именно момент Драко взял её за руку. Почему-то этот жест вдруг ощущался как что-то само собой разумеющееся, словно так и было всегда. Она неожиданно остановилась и посмотрела на ночное небо.       Звёзд совсем не было видно. Их закрывали тёмные облака. Но это отчего-то нисколько не удручало. Возможно, испортить такой вечер просто ничто было не в силах.       — Ты мне нравишься, — вдруг легко произнесла Джинни, открыто глядя Драко в глаза.       Может, на фоне признания Малфоя это прозвучало слишком несерьёзно. Будто они школьники, что прячутся от профессоров в арках старых коридоров и неловко признаются друг другу в своих чувствах. Но Драко без труда уловил то, что хотела Джинни передать. То, что она на самом деле вкладывала в эти слова. И больше не смог сдерживаться, притягивая её к себе.       Поцелуй был плавным, неспешным. Он неторопливо касался её губ своими, то ли пытаясь растянуть этот момент, то ли запечатлеть в нём каждую эмоцию, что они испытывали друг к другу. Это было чем-то настолько важным, что даже страшно моргнуть — вдруг оно рассеется, словно мираж, призрачное видение. И Драко прижал её ещё сильнее, теша внутри себя мысль, что не отпускал бы больше никогда. Совсем. А Джинни и не сопротивлялась, легко уткнувшись кончиком носа куда-то в его шею и тепло улыбаясь самой себе.       С Малфоем не было страшно выглядеть уязвимой и слабой. Ему отчего-то хотелось сдаться. Хотелось просто сказать: «Да» на его: «Я хочу тебя всю, без остатка». Это была опасная и тернистая дорожка. Она могла очень сильно пожалеть о том, что вообще связалась с Малфоем, что так просто взяла и пустила его в свою жизнь. Но это было совсем не «просто». Для них обоих — нет. И прекрасно осознавая, как сильно он преодолел себя, сколькими внутренними принципами поступился, чтобы быть с ней откровенным, меньшее, что она могла — это отплатить ему тем же.       Поэтому Джинни сдалась. Возможно, даже больше, чем сам Малфой. Больше, чем желала бы. Но было поздно сворачивать назад. И она очень отчётливо понимала, что и не хотела бы. Будущее пугало. Было слишком много «но» и «если» между ними. И ни одно больше не останавливало. Кажется, в этот вечер они оба сделали свой окончательный выбор.