1. Кассиэль

      — Я подожду, пока ты уснёшь. Ложись.              Но сон никак не шёл, а Кассиэль, по своему обыкновению, не заводил пустых разговоров. Для значимых разговоров Одри устала — впечатлений и вправду хватало. От изгнания демона из маленькой девочки, чудовищно растерзавшей своих родителей, до разговора на чистоту с Микаэлем. Никакой отец-священник, даже будь он самым обычным и преданным слугой божьим, не смог бы подготовить её. Одри не просто услышала слова начальника, она увидела. Правду.              И этот молчаливый рыцарь, сидевший сейчас на крае её постели, был прав — ей не стоило видеть вторую пару крыльев за ночь. Внезапно открывшаяся истина так будоражила, что Одри и без того совсем не могла заснуть. Стоило закрыть глаза, как перед ней начинал вертеться калейдоскоп ярких образов — как светлых, так и пугающих. Тьма, выливавшаяся изо рта одержимой девочки, покорёженные тела, боль на лице отца, потерявшего дочь; и на лице Фелонии, услышавшей страшные слова о своей семье. Воспоминания о произошедшем в деревне и вовсе наводили на неё животный ужас. Рафаил… с ним ещё предстояло поговорить, и эта мысль тоже не давала ей покоя.              Такой мир открылся Одри. Если бы Микаэль не осмелился показать ей свои крылья — она бы усомнилась, существует ли в этом новом для неё мире хоть что-то прекрасное. Белоснежные с позолотой крылья и сейчас разрезали ворох тёмных воспоминаний, давали надежду на лучшее. Все обитатели дома, будь они ангелами или демонами, не желали ей зла — Одри в это верила. И плевать, что нашёптывал тот Голос.              Взять хотя бы Кассиэля. Кто бы мог подумать, что парень, не желавший пускать её на порог, теперь станет сторожить её сон?              Одри усмехнулась этой мысли, и он тут же повернул голову. Нахмурился и спешно отвёл взгляд.              — Ты специально?              — Что? — удивилась она неожиданному вопросу.              — Дразнишь меня.              И правда. Одеяло, которое она натянула до подбородка, лишь бы не смущать Кассиэля лишний раз, сейчас окутывало только её ноги. Одри не помнила, как его сбрасывала.              — Нет, просто жарко стало, — «рядом с тобой», — мысленно продолжила Одри и едва сдержала вторую усмешку. Она бы не стала его дразнить, нет, из всех них такое сошло бы ей с рук разве что с Давидом.              Кассиэль снова обернулся к ней с явным недоумением.              — О боже, — Одри сглотнула, и веселье как рукой сняло. — Ты что, тоже мысли читаешь? И так почти общага, а теперь совсем никакой личной жизни.              — Нет, — как всегда, в своей лаконичной манере, отрезал Кассиэль.              — «Нет, не читаю» или «нет, личной жизни не будет»?              — Не читаю. Но и второе… — затуманенный взгляд очертил изгибы её тела, уже не впервые за эту ночь. — Очевидно, напрашивается.              Отчего-то ответ на вопрос прозвучал двусмысленно. Одри стало неловко, и она потянулась было к одеялу, накинуть его на этот раз до лба, чтоб наверняка, как вдруг на её руку легла широкая ладонь. От этого внезапного прикосновения закружилась голова. Девушка не стала оборачиваться и смотреть на Кассиэля — боялась спугнуть его, словно наваждение. Длинные пальцы медленно скользили вверх по её телу, накрывая одеялом. И вместе с этим, как по волшебству, на неё наваливался долгожданный сон. К сожалению девушки, совсем не вовремя.              — Спокойной ночи, Одри, — палец очертил линию подбородка и поднялся к щеке. — Если вдруг проснёшься — стучись ко мне. Прогуляемся по саду.              Она улыбнулась, уже не в состоянии открыть глаза. На несколько мгновений воцарилась полная тишина — даже мысли встали на паузу. Внезапно девушка почувствовала ещё одно лёгкое касание на своём лице. Попыталась поймать руку Кассиэля, однако…              — Перо, — веки разомкнулись сами собой. Одри глядела на тёмное, жёсткое перо, оказавшееся в её руке. Совсем не похожее на то лёгкое пёрышко, которое она сняла с волос Микаэля в день их знакомства. — Касс…              — Я здесь, — тут же ответил он, не дав договорить собственное имя. — Прости. Это…              Одри приподнялась на кровати и смотрела на него. У дверей, вокруг растерянного Кассиэля, на пол спускались ещё несколько точно таких же перьев. «Обычно мы хорошо контролируем процесс», — пояснял сегодня начальник. Обычно. Всё в этой ночи было необычно. Кассиэль, потерявший контроль? Кассиэль?! Как-то это…              Она и моргнуть не успела, как стену перекрыли гигантские крылья. Кассиэль раскрыл их почти бесшумно — точнее, позволил им прорваться. Демонические крылья не сияли, как у архангела, при виде их не хотелось пасть на колени, и всё же, они манили. А Одри даже не думала сопротивляться.              Девушка выскользнула из постели. И в обычное время она чувствовала себя рядом с Кассиэлем крошечной, но это было совсем другое. Одри слышала, как колотится его сердце. Перевела взгляд с широкой груди, обтянутой чёрной футболкой, к крыльям. Задала немой вопрос. Он кивнул в ответ.              От первого касания он немного вздрогнул. Тёплая ладонь Одри осторожно прошлась по изгибу крыла и ниже, к кончикам перьев. Жёсткие у основания и чуть мягче к концу. Такого насыщенного, бордового цвета…              — Как тебе? — вопрос Кассиэля сбил её с мысли.              — Они… впечатляющие, — с улыбкой ответила девушка, помня их разговор. Подобрать слово было легко, сложнее — понять, с чего вдруг он передумал и решил показать крылья? Демонические крылья.              Странно было жить в мире, где существуют настоящие ангелы и демоны, и ещё страннее было узнать, что Кассиэль относится к последним. Фелония? Даже забавно, учитывая её профессию. Давид? Ходячий змей-искуситель. Но Кассиэль? Этот верный рыцарь в сияющих доспехах? При всей неприветливости парня, стоило узнать его получше, как Одри поняла, что он надёжный друг, если не сказать большего. С ним было спокойно.              — Почему ты…              — С тобой не хочется притворяться, даже в малостях, — хрипло проговорил Кассиэль, отвлекая её внимание от своих красных крыльев, словно лимит был исчерпан. — Пойдём. Я покажу тебе кое-что.              Он сделал несколько шагов к окну и протянул ей руку.              — Пойдём? — скептически взглянула Одри.              — Полетим.              — О нет, — она замахала руками. — Нет-нет…              — Ты мне не доверяешь? — спросил Кассиэль угрюмо.              — А вдруг ты меня посреди леса вниз скинешь?              — Не планирую.              — Как-то не обнадёживает.              — Одри, решайся. Скоро светает.              Сердце заходилось стуком. Не в привычке Кассиэля было бы такое предлагать, а уж тем более, уговаривать. Хотя она не знала его в новой ипостаси… Высоты Одри не боялась, и вообще, с Кассиэлем было ничего не страшно. Увидеть облака, не с земли и не из иллюминатора? Встретить рассвет в небе? Когда ещё представится такая возможность?              — Ладно, — выдохнула Одри. — Только дай мне…              Не успела она сказать «одеться», как Кассиэль рванул её за руку, подхватил и оттолкнулся от открытого окна.              — Эй, ты чего так…              — Держись крепче.              Обычно она бы высказала ему за грубость, но сейчас была совсем не в том положении. Крылья разрезали воздух крупными рывками, стремительно унося их к алеющему небу. Одри вцепилась в шею Кассиэля, сжавшись всем телом, чувствуя, будто вот-вот сорвётся, но демон крепко держал её в своих объятиях. Она ощущала, как от каждого взмаха напрягаются мышцы его спины, но внешне демон был абсолютно спокоен. Бесстрастен.              Одри даже не подумывала смотреть вниз, зато вверху… это действительно было прекрасно. Она позволила себе оглядеть бескрайние небесные просторы, крепко держась за шею демона. Кассиэль поднял их выше облаков. Не было птиц, ничего — только редкие порывы ветра и шумные взмахи демонических крыльев. Наконец неба коснулся первый луч солнца, медленно, величественно возвещая о начале нового дня.              — Как красиво… — пробормотала она, но её спутник никак не отреагировал. Одри сощурилась от света и немного отвернулась, прижавшись щекой к плечу Кассиэля. Невольно задумалась, где же живут ангелы? Там, ещё выше? Какая магия скрывает их от людских глаз? А демоны?              Ей не сразу пришло в голову, что Кассиэль, Давид и Фелония, должно быть, редко поднимаются в небо. Вотчина демонов — ад, верно? Хотя работают же они с Рафаилом и Микаэлем на земле, так может, и в остальное время такое возможно? Раздумывать об этом всерьёз всё ещё было странно.              Она поёжилась — Кассиэль поднялся слишком высоко. Восторг от увиденного уже не согревал её, одетую в одну только тонкую ночнушку, дышать тоже становилось всё тяжелее.              — Давай спускаться? — предложила Одри, чувствуя, как тело уже не на шутку бьёт мелкая дрожь. Странно, как Кассиэль этого не заметил. — Мне холодно.              — Холодно? — впервые за полёт он подал голос. Девушка подняла голову, но демон даже не смотрел на неё. — Сейчас спустимся туда, где потеплее.              Одри не придала бы значения этой фразе, но внутри неё всё скрутило от ощущения надвигающейся катастрофы.              Кассиэль наконец повернулся к ней лицом. Его глаза вспыхнули красным, заставив Одри оцепенеть.              Сжав девушку в своих руках ещё крепче, демон внезапно сложил крылья и рванул вниз. Свист ветра заглушал её крики, и единственный, кому они предназначались, сурово глядел на неё пугающими красными огнями в прорезях глаз. От него веяло абсолютным безразличием. Бороться было бессмысленно — даже если удастся вырваться, что казалось невозможным, она разобьётся.              Любые вопросы, которые могли возникнуть к Кассиэлю, проносились, уступая место только одной мысли: «Это всё». Одри запрокинула голову — лучше было смотреть наверх, на удаляющееся небо, чем в эти огненные опалы демонических глаз. Он влетел в расселину, и чёрные стены постепенно сдвигались, превращая небо в маленькую голубую точку. Пока наконец не скрылась и она. Перед глазами Одри осталась только тьма.              Девушке показалось, что она теряет сознание, как вдруг что-то произошло. Всё тело сотряс удар — вот и приземлились. Сделав глубокий вдох и попытавшись откашляться, Одри обнаружила, что лежит не в смертельных объятиях Кассиэля, а на земле. Точнее, на берегу какого-то болота, наполовину в воде. Ночнушка, волосы, всё вымокло в этой горячей жиже… красного цвета.              — О боже… — нет, это не могла быть кровь. Остатки здравого смысла говорили Одри, что кровь такой консистенции не бывает, но она чувствовала тот самый металлический привкус даже у себя во рту.              Одри не могла сдвинуться с места. Чудо, что падение с высоты не убило её на месте, но она вполне могла переломать себе все кости. Так ли это, убедиться пока не получалось — она не чувствовала своего тела.              Стоило ей осознать, что Кассиэль куда-то подевался, и задаться вопросом, хороший ли это знак, в нескольких метрах перед её глазами, у деревьев, забурлила водная гладь. Показались чёрные волосы, налитые кровью глаза, навершие знакомого меча за спиной, широкая грудь в литых доспехах... Кассиэль вытягивался на поверхность, поднимался из этого болота, словно оно было бездонным. А вслед за ним, с других концов цепей, которые показались в его руках, выныривали огромные клыкастые псы.              — Кассиэль! — Одри сорвала голос в отчаянном крике. — Какого?..              — …чёрта? — прогудел он голосом, будто не принадлежавшим ему.              Гончие зарычали. Одри действительно хотелось спросить, какого чёрта он творит?! Как чей-то верный пёс, Кассиэль получил приказ убить её, и исполняет задание самым изощрённым способом? Но разве он не служит Микаэлю? Архангел точно не стал бы её убивать…              Хотя точно так же с каких-то пару часов назад она была уверена, что Кассиэль — её надёжный друг.              — Это не ты, — постаралась сказать Одри твёрдо, как могла. — Ты бы не стал так поступать со мной!              За его спиной громким рывком распахнулись огромные крылья, вымокшие в крови. Псы пытались сорваться с места, но Кассиэль пока удерживал их твёрдой хваткой.              — Даю фору тридцать секунд, — предупредил он. — Беги.              И она побежала. Сама не поняла, как вдруг оказалась на ногах, хотя только что не могла пошевелиться. Это кровавое болото, эти деревья, стволами утопающие в жиже, и есть ад? Здесь она и погибнет? Или Кассиэль утащит её и посадит в котёл неподалёку от матери?              Одри бежала, спотыкаясь, дальше и дальше в адский лес. Тридцать секунд прошло, демона и его гончих не было слышно, а у неё уже не осталось сил. Она прижалась спиной к стволу дерева, пытаясь надышаться раскалённым воздухом, думая, что такой смерти вообразить себе не могла даже в самом бредовом сне. В одной вымокшей ночнушке, на болоте, от рук того, кого считала своим другом. Что-ж, Рафаил тоже однажды сумел её удивить своей жестокостью. Теперь хотя бы говорить с ним не придётся.              Взгляд упал к запястью, на котором ангел недавно застегнул ей браслет. Куда тот подевался? Обронила в небе или на бегу? Она ведь не стала снимать его даже перед сном. Впрочем, какая уже разница…              Теперь Одри слышала приближающихся псов, но бежать уже не было ни сил, ни смысла. Зачем она вообще вернулась в этот проклятый дом? Поверила словам Кассиэля? За этим он убедил её вернуться, чтобы сейчас использовать для развлечения своих собак? Хотя кого она обманывала — в тот момент ей хотелось вернуться. «Домой».              Быстрые лапы неслись к ней всё ближе, но один из волков нашёл её раньше других. Одри вздрогнула всем телом при виде огромной чёрной морды, искажённой рыком. «Он найдёт тебя, если захочет».              — Бруно?..              Один из адских псов Кассиэля, ну конечно. С какой вероятностью он пришёл спасти её? Не станет же благодарить за построенную будку.              — Бруно, пожалуйста… — она отошла от дерева, медленно удаляясь, слыша теперь не только других гончих, но и тяжёлые шаги Кассиэля. Её загнали в ловушку. У неё не было крыльев, чтобы улететь, и не оказалось друзей, готовых прийти на помощь. Одри споткнулась и упала на спину. Волк приготовился к прыжку. Нет, этого не могло быть, это какой-то один огромный кошмарный…              — Сон!              

***

             Одри вскочила, скидывая с себя удушающее одеяло. Волосы прилипали к шее, ночнушка промокла от пота, в висках пульсировала боль. Браслет, и тот нагрелся от жара, охватившего её тело. Девушка спешно встала с постели и распахнула окно, за которым сияли первые лучи рассвета.