5. Малек

      – Микаэль предложил, чтобы наша ведьмочка переспала с Рафаилом.       Одри поперхнулась чаем. Ангел побледнел сильнее обычного, а Микаэль потёр рукой лоб, прикрыв глаза.       – Кхм… – сощурился Кассиэль. – Что, прямо так и сказал?       – Нет, – невозмутимо отрезал начальник и встал с дивана. – Я предложил, чтобы Рафаил и Одри легли спать одновременно.       Это звучало уже чуть лучше, но всё равно непонятно. По крайней мере, можно было выдохнуть – Микаэль не сошёл с ума и не собрался разбрасывать по спальне лепестки роз, укладывая её в постель с Рафаилом.       – Я могу войти в… твой сон, – поспешил объясниться Рафаил, заливаясь краской. – Провести тебя через него. Так ты не забудешь, что спишь, и возможно, я смогу понять, как нам избавить тебя от кошмаров окончательно.       – «Возможно»? – переспросила Одри. Звучало как-то неубедительно.       – Попробовать стоит, – пожал плечами Кассиэль, немного расслабившись. Идея явно пришлась ему по душе. – Не хочу больше тебе сниться.       – А я хочу, – подхватил Давид, улыбаясь. – Только не в кошмарах, конечно. Так что соглашусь с ним.       – Да неужели? – видимо, к общему знаменателю демоны приходили так редко, что Кассиэль не сдержался.       Одри осознавала, что это, может, её единственный шанс. Опустившись в кресло, где раньше сидел Микаэль, отпила из чашки.       – Расскажи подробнее, – она недоверчиво обратилась к Рафаилу. – Что значит «войти в сон»? Ты будешь там со мной?       – Что-то вроде того, – ангел заметно приободрился. – Ты сможешь меня видеть, слышать и общаться со мной. Чувствовать моё присутствие. Если начнётся что-то страшное, я не дам тебе забыть, что это сон.       – Погоди, – у Одри пересохло в горле, несмотря на выпитые полчашки чая, – а если мне будет сниться что-то, ну…       Взгляд сам непроизвольно метнулся к Давиду.       – Кхм… – Рафаил сдвинул брови и засунул руки в карманы. – Ты должна плыть по течению, что бы ни происходило.       «Прекрасно. Просто потрясающе», – Одри не верила своим ушам. Если ей приснится сам Рафаил – это полбеды, но ещё один коктейль от Давида или даже визит Кассиэля в её комнату окончательно убедит парней, что она маньячка.       – Одри, – Микаэль окончательно обрёл привычные спокойствие и уверенность: видимо, в найденном решении он не сомневался. – Я понимаю ваше беспокойство, – она очень надеялась, что всё же не до конца. – Но кошмары, из которых не вырваться, ещё и наносящие травмы в реальности… Это серьёзно. Позвольте нам помочь.       Чего бы она ни боялась, едва ли у Одри был выбор.

      ***

      К её удивлению, им не нужно было лечь рядом или даже взяться за руки. Одри расположилась на диване – и к неудовольствию Давида, право укрыть её пледом вырвал себе Кассиэль.       Архангел сел в ближайшее кресло. Все надеялись, что до этого не дойдёт, но, если она снова получит травму, так Микаэль заметил бы вовремя и сразу смог бы её исцелить. Давид остался стоять у дивана Одри, облокотившись на спинку, Кассиэль пока не знал, куда себя деть. Сложно было смириться, что он никак не сможет защитить её в плену кошмара – разве что, попробовать разбудить. Одри попросила разбудить её без промедлений, если всё зайдёт слишком далеко.       Было и страшно погружаться в неизвестность, но одновременно приятно просто позволить себе заснуть. Даже случись самый лютый ужас, с ней будет Рафаил – а уж он на деле доказал, что способен спасти её от кошмаров, происходящих даже наяву. Ангелу не пришлось в прямом смысле ложиться спать: он сел на пол около дивана, подогнув ноги, и сосредоточился.       А Одри, ощущая приятное тепло, обволакивающее её душу, с облегчением закрыла глаза. Давид подмигнул ей напоследок.

      ***

      Она гадала, кого занесёт ей в сон на пятый раз. Снова Кассиэля или Давида? Может, её ждут полные версии кошмаров с Рафаилом или Микаэлем? Или вообще с Фелонией? А то и они, все вместе, вытворяющие с ней всё, на что только способно её богатое воображение...       Но этого она совсем не ожидала. На пару мгновений Одри даже забыла, что это сон, но Рафаил не заставил себя долго ждать. Возник в паре шагов от неё, огляделся, как случайный посетитель, задумчиво провёл рукой по волосам.       – Где это мы?       Администратор, или скорее секретарша профессора Синнера не слышала и не видела ангела – улыбнулась одной только Одри.       – Приёмная Малека, – она ответила Рафаилу мысленно. Так они могли не привлекать внимание фантомов своими разговорами, и сон не закончился бы раньше времени.       – Про него тот Голос из реки тоже говорил?       – Нет, – Одри не сомневалась. – Это странно, он ни разу мне не снился.       – Может, здесь что-то ещё, – он закусил щёку и поразмыслил. – Ни о чём не переживай. Как я говорил, просто плыви по течению.       Когда помощница профессора разрешила войти, Одри задержалась у двери в нерешительности, осознав, какой конкретно сюжет тут может развернуться на глазах у Рафаила. Может, ей удастся вносить свои коррективы в происходящее? В конце концов, важнее всего была концовка её сна…       Кабинет выглядел привычно – такой же просторный, наполовину стеклянный и холодный. В нём не было ярких красок, и даже битком набитые книжные стеллажи не создавали уюта.       – Террариум какой-то, – поёжилась Одри.       – Обычно не так? – поинтересовался ангел, разглядывая прозрачные перилла верхнего этажа.       – Да нет, всё так… – до неё только сейчас дошло, что та мысль не предназначалась Рафаилу. Нужно быть осторожнее.       Малек сидел в своём кресле, сосредоточенно вчитывался в бумаги, будто его не известили о приходе девушки. Одри воспользовалась возможностью и решила разглядеть профессора – точнее, фантом на предмет внешних несостыковок, но пока она видела перед собой привычного Малека Синнера. Такой же высокий – это было заметно, даже когда он сидел за столом. Всегда одетый с иголочки, немного в стиле ретро, будто вышел прямиком из старого голливудского фильма.       И когда он приподнял голову и ухмыльнулся, глядя на Одри, она почувствовала то же, что при первой встрече в реальности. Этот парень видел её насквозь.       – Садись, я скоро освобожусь, – скучающий голос, тоже такой знакомый, прозвучал негромко. Малек тут же вернулся к своему занятию, более не обращая на неё внимания.       Одри повиновалась и села, сосредоточившись на маленьком несчастном цветке, одиноко стоявшем на кофейном столике. Рафаил находился где-то за её спиной – она его чувствовала, хотя не была уверена, что увидит, если обернётся.       – Опять исчез, – девушка задумчиво взглянула на запястье, где больше не было браслета. – А ты говорил, он не волшебный.       – Самый обычный, – мысленно ответил Рафаил, не появляясь. – Думаю, это ты наделила его особым значением.       Профессор надел колпачок на чернильную ручку, громко защёлкнул, и вальяжно откинулся на спинку кресла, немного крутанувшись влево. В его глазах загорелся огонёк, что часто происходило при их встрече. Не знай, как Малек выглядит, Одри бы подумала, что имеет дело со старым, прожжённым циником, уставшим от жизни, повидавшим слишком многое. Наверное, адвокатская карьера давала о себе знать – через его руки прошли, должно быть, сотни судеб. Каждое дело давало заблудшим душам надежду на искупление, но и уничтожало чью-то веру в справедливость. А учитывая, какие дела интересовали профессора Синнера больше всего, не стоило надеяться, что он сотворил много добра. С другой стороны, он не был обязан. Одри невольно сравнила его с Давидом… даже зная, что тот демон, в его добродетель девушке верилось больше.       – Ты просила о встрече, – Малек развёл руками. – Что-то случилось?       Её накрыла ледяная волна паники.       – Я просила? – Одри хотела было оглянуться в поисках Рафаила, но вовремя одёрнула себя. – Что мне ему сказать?!       – Спокойно, – ободряюще ответил ангел откуда-то справа. – Импровизируй.       Времени на обдумывание лжи не было. Да и если у этого фантома было хоть немного таланта, как и настоящий Малек, он раскусил бы её в два счёта.       – Кошмары. Они не прекратились, – она рассудила, что поступила бы так в реальности, не раскрой Микаэль ей правду. Снова вернулась бы в этот кабинет, возможно, умоляя забрать у неё вновь обретённые воспоминания. – Каждый раз меня утягивают в страшный сон и не отпускают. Причиняют боль.       – Хмм… – протянул он. – Как любопытно. И кто тебе снится?       – Какой конкретный вопрос, – фыркнула про себя Одри.       – Это игра твоего подсознания, – напомнил Рафаил, ненадолго появившись в поле её зрения. – Должно быть, ты мучаешься чувством вины из-за того, что видела нас.       Одри перевела взгляд на профессора, который уже был у своего стола, сидел на краю, скрестив руки на груди и вкрадчиво всматриваясь в её лицо.       – Парни из «Астреи», – она решила снова ответить честно.       – Даже твой начальник? – профессор вопросительно поднял бровь, ожидая её реакции. – Ангел во плоти!       Она усмехнулась и ответила:       – Все мы не безгрешны, профессор Синнер.       Девушка встала, не желая более смотреть на него снизу вверх, но не решалась подходить слишком близко. Однако… именно этого ей хотелось. Фантом излучал энергию, притягивал её, манил сделать шаг. Ещё один. Или дело было вовсе не в магии кошмара, а в том, чьё лицо она сейчас видела перед собой? Так и норовило произойти то, чего Одри так опасалась. Или.. желала?       – Мне это не нравится, – честно призналась она Рафаилу и прикрыла глаза. – Кажется, я теряю контроль.       С ответом он чуть помедлил, на этот раз не появляясь.       – Значит, так нужно. Следуй импульсу. Ничего страшного пока не происходит.       – Ещё скажи, что завязка интересная, – мысленно возмутилась Одри. – Тебе попкорн принести?       – Не трать время на споры, не рискуй, – поторопил ангел, соскочив с темы.       Одри поддалась. Почувствовала приятное облегчение, будто всё это время шла в гору, но теперь нужно было только спускаться вниз. Они оказались очень близко друг к другу, его холодное дыхание коснулось кожи, обостряя все чувства.       – А я… – хищный взгляд пробежался по её лицу и ниже, в прорезь блузки. – Я тебе снюсь?       От абсурдности вопроса она тихо рассмеялась. Плыть по течению? Играть? Это она может.       – Сны ни к чему, когда реальность взрывается красками.       Ответ его удовлетворил, губы растянулись в коварной улыбке, однако Малек не торопился. Откинул её волосы за плечи, будто невзначай коснувшись тонкой ткани блузки. По телу Одри пробежали мурашки.       – А следы?.. Тоже продолжают появляться?       Околдованная близостью к нему, она смогла только кивнуть. Профессор невесомо провёл кончиками пальцев по лбу, куда до крови впивалась ледяная корона из сна с Микаэлем; очертил овал лица, спустился к шее, где Давид оставил царапину и след от страстного поцелуя; обнажил плечо, которое накрывал одеялом Кассиэль в её первом кошмаре. Всех этих следов уже не было, но Одри помнила – а значит, помнил и сотканный из её воспоминаний профессор Синнер.       Он отпустил девушку и обошёл сзади.       – Есть предположение, – удовлетворённо хмыкнул Малек. – Хочешь, проверим его?       – Ммм… – невнятно выдала она, не успев придумать ответа.       Сильная рука легла на живот и рывком притянула назад. Одри оказалась прижата спиной к груди Малека – и тут же – ко всему его телу. Пока её сердце колотилось до звона в ушах, его – билось размеренно, будто совсем ничего не происходило. Другая ладонь профессора легла на шею девушки и резко сжала. Одри машинально закрыла глаза и легла затылком на его плечо.       – Думаю, тебе просто нравится испытывать боль, – тонкие губы Малека почти касались её уха. – На грани наслаждения.       От шеи рука поднялась выше, холодная ладонь обхватила лицо. Большой палец скользнул между приоткрытых губ, от одного уголка рта до другого. Затем Малек отнял руку от её лица, расстегнул верхние пуговицы и пробрался рукой ей под лифчик, который, к его удобству, уже тоже, по волшебству сна, оказался расстёгнут, и сжал грудь до боли. Левая рука всё ещё властно прижимала девушку к телу, медленно поглаживая живот и спускаясь ниже, доводя до исступления. Он уткнулся носом ей в висок и провёл кончиком языка по коже… Одри была готова поклясться, что язык у него был раздвоен.       Она открыла глаза, оседая в его руках. Боль? Нужна ли ей боль после череды потрясений? Даже… пусть и такая. Если да, то ещё не скоро. Нужно было разобраться во всём происходящем, в себе, не говоря уже о том, чтобы получше узнать Малека. Она его не боялась, но и выстраивать с ним доверительные – не говоря уже о каких-то других – отношения было непросто. Единственный человек из всех её новых знакомых казался скрытнее ангелов и коварнее демонов.       – Я не могу пошевелиться, – звук собственного тяжёлого дыхания мешал собраться с мыслями, но Одри попыталась. Решила поиграть с фантомом, и сама пришла в ловушку без сопротивления. Глупая. – Как мне от него избавиться?       Ангел не отвечал. Малек грубо дёрнул ткань блузки, выправляя её из юбки. А ещё Одри чувствовала, вполне буквально, что профессор в полной готовности прижать её грудью к столу, задрать юбку и удовлетворить свой звериный аппетит. Не то чтобы Одри совсем уж категорически не понравилась эта мысль, но…       – Рафаил! – наверняка её тон звучал грубо, но выбора не было.       – Прикажи остановиться, – тихо послышалось в ответ.       – Синнер не послушает.       – Не Синнеру.       – Тут есть кто-то ещё?       – Одри, я в тебя верю.       – Мне не до загадок!       Но Рафаил затих. Робкие попытки Одри высвободиться из рук профессора остались не замечены, а сказать вслух она всё ещё ничего не могла. Кому приказать? Здесь был только он, Рафаил и…       Она сама. Ей нужно было отдать приказ своему подсознанию. Одри сконцентрировалась, стараясь игнорировать жар собственного тела, отзывавшегося на прикосновения Малека, и приказала всему этому закончиться. Не вышло.       – Представь это, – направил Рафаил. – Но постарайся не прервать сон.       – Ты совсем не помогаешь!       Одри начинала закипать от негодования. Зачем она только на это согласилась? Знала же, что так и будет! И какого чёрта Рафаил не скажет прямо, что ей делать?!       Она с усилием представила, как Малек отпускает её. Но ни один из вариантов не заставлял профессора отстраниться. Представляла, как сама отталкивает его – без толку. Может, потому что в глубине души она знала: случись такой эпизод в реальности, по собственной воле друг от друга они уже не оторвутся. Кто-то должен был прервать их, кто-то со стороны…       В сумочке Одри зазвонил телефон. Малек тут же с недовольством обратил на него внимание.       – Мне нужно ответить, – она вдруг осознала, что снова может говорить. Хрипло, с трудом различимо, но всё же.       – Ничего, твой начальник подождёт, – Одри слышала одно, но ослабевавшая хватка профессора говорила о другом. – У него ангельское терпение.       «Архангельское», – мысленно исправила она, пытаясь снять с себя его руки, которые бесстыдно лапали всё, что попадалось. Сам Малек при этом казался невозмутим, будто всё это – только эксперимент, и она – его подопытная. Нужно было придумать что-то ещё.       Дверь внезапно распахнулась, и в кабинет торопливо забежала секретарша с подносом.       – Ваш чай, профессор, – прощебетала она.       Одри наконец удалось вырваться из рук Синнера. Она тут же обернулась и успела заметить, как лицо фантома из безликой массы мгновенно сложилось в знакомый образ. Наверное, ещё немного, и началась бы её нелюбимая кошмарная часть. Лже-Малек с недовольством поправил галстук, тем самым напомнил Одри, что она и сама в далеко не приличном виде.       Девушка привела в порядок одежду и пригладила волосы. На столике у грязно-золотого цветка теперь стоял маленький овальный поднос с двумя чашками – которые выглядели точь-в-точь, как их чайный сервиз в «Астрее». Когда-то, в одну из реальных встреч, они с Малеком пили виски, и ставили бокалы на то же место.       – Профессор помог вам? – от её неестественной улыбки, как у стюардессы в падающем самолёте, Одри было не по себе.       – О да, – она подыграла с притворным энтузиазмом.       – Я же говорила, – удовлетворённо сказала девушка и почти поклонилась Малеку. – Он способен сделать всё, что угодно.       Одри как током ударило.       – Что вы сказали?..       Профессор выгнал девицу, пробормотав себе что-то под нос, засунул руки в карманы, отстранился. Сейчас их с Одри разделяло метра полтора, и девушка была начеку. Что он обдумывал, так пристально на неё глядя? И как ей не прерывать сон, если сейчас, возможно, Малек опять начнёт её касаться?       Она будто невзначай оглядела кабинет, ища глазами Рафаила, но тот прятался. Тем не менее, Одри ощущала его присутствие. Собрав волю в кулак, она с нажимом стала перебирать: что мог бы предложить ей настоящий Малек?       – Пойдём, – он выдвинул ящик своего стола и достал ключи от машины. – Я забронировал столик.

      ***

      Одри поражалась, какую гигантскую работу проделывало её подсознание. Офис, приёмная, салон его машины, даже пейзаж за окном – всё походило на настоящее. Если бы не змеиный язык, внезапно сменившие цвет ремешки на рукавах и чай в домашнем «астрейском» сервизе, она бы поверила, что это реальность.       Вдруг заметив ангела в зеркале заднего вида, она чуть не подпрыгнула на месте. Рафаил тут же приложил палец к своим губам.       – Что такое? – тут же встрепенулся Малек, перестав следить за дорогой.       – Н-ничего, – пробормотала она в ответ. – Показалось, что перед колёсами кошка. Но это был пакет.       И Рафаил, и лже-Малек посмотрели на неё скептически. К счастью, фантом только зажал улыбку в уголке рта и отвернулся.       – Это было не очень убедительно, – усомнился Рафаил.       Одри прошипела в ответ:       – В следующий раз выдай мне сценарий. Где ты вообще был?!       – Эм-м… – он стрельнул глазами в пол. – Не хотел подглядывать.       – Да чего уж тут, – Одри чувствовала, как краснеет до кончиков ушей. Самое страшное уже произошло. И хотя теоретически она много чего могла нафантазировать о Малеке, Рафаил в качестве наблюдателя в её планы не входил. – Ты здесь, а Микаэль… ох…       Она спохватилась и отогнула солнцезащитный козырёк. Осмотрела шею, повертевшись перед небольшим зеркалом. Малек не оставил следов, когда попытался её придушить – значит, ещё был шанс, что хотя бы начальник ничего не заметил и не стал подслушивать её мысли. Хватило и Рафаила.       – Здорово ты это придумала, – он нашёл тему для разговора и пригнулся чуть ближе к спинке её сидения. – С секретаршей и с рестораном. Он ничего не заподозрил, я уверен.       – Я бы порадовалась ещё больше, если бы ты мне помог, как и обещал.       – Я и помог, – горячо запротестовал ангел. – Советом!       – Замечательно… – она не верила своим ушам.       – Одри, я не могу влиять на твой сон, только наблюдать. И подсказывать. Лучше тебя твоё собственное подсознание никто не знает.       – Можно было подсказывать чуть более понятно!       – Я думал, всё и так очевидно…       Ей хотелось прикрыть глаза от усталости, но она сдержалась. Только прижалась спиной к сидению, размышляя.       – Скажи, что хотя бы что-то узнал.       – Ну… – сконфужено протянул Рафаил у неё над ухом. – Нечто неясное произошло, когда секретарша сказала что-то про помощь профессора.       «Он способен сделать всё, что угодно».       – Я тоже это почувствовала. Но почему? Это было как…       – Дежавю, – закончили они почти одновременно. Одри еле сдержалась, чтобы не переглянуться с ангелом.       Это должно было что-то значить.       – Нужно продолжать, – заключил Рафаил. – Мне кажется, ответ уже близок. А куда мы едем?       – Ресторан Адама Вилено, – уверенно ответила Одри, хотя профессор-фантом не говорил этого вслух. Не было необходимости, ведь это придумала она сама. – Мы там обедали на неделе, поэтому решение вполне в духе Малека.       – Погоди, а разве Фелония не говорила, что его ресторан прикрыли? – ангел был крайне удивлён. – Вы обедали в закрытом ресторане?       – Это… – ей хотелось возразить, но слова Рафаила заставили задуматься. Фел действительно сказала о том, что полиция нагрянула в ресторан, и случилась облава за несколько дней до того, как они с Малеком там обедали. – Это подозрительно.       Ей вспомнилось, как Адам Вилено заискивал перед профессором Синнером… Она не удивится, если окажется, что ресторану чудесным образом вернули лицензию. «Он способен сделать всё, что угодно».       – Почти приехали, – известил Малек.       Ей стало тревожно.

      ***

      Ресторан Адама Вилено и так был местом не из приятных, но попасть туда в кошмарном сне было ещё хуже. Этот момент Одри не продумала, но по крайней мере, она ощущала присутствие Рафаила и попросила не отходить от неё ни на шаг. Мысль, что в реальном мире её сон стерегут два демона и архангел, тоже успокаивала.       Она справится, и они во всём разберутся. Иначе и быть не может.       Сидя за знакомым столиком в полумраке, Одри обвела взглядом янтарные стены. Чем-то походило на кабинет Малека – так же безжизненно и прохладно. Да и владелец заведения, как и профессор, любил распоряжаться чужими жизнями, правда речь шла не о человеческих. Сколько пушистых и крылатых созданий было убито здесь самым жестоким образом, Одри старалась не представлять. А от понимания, что в реальности, возможно, Малек помог этому чудовищу продолжить дело, ей становилось мерзко.       – Так и знал, что тебе понравилось здесь, – удовлетворённо кивнул профессор, ожидая официанта.       – Безумно, – процедила она в ответ.       Малек небрежно махнул молодому человеку, но вместо него к ним подошёл сам Адам Вилено. Снова.       – Какого чёрта?.. – Одри стиснула зубы. – Я не хотела его видеть!       – Видимо, тебе кажется, что он в любом случае должен быть здесь, – рассудил Рафаил.       – Ещё бы. Мясник и его пещера ужасов.       Адам почтительно поклонился, недобро посмотрев на Одри – взгляд пронизывал её до костей. Она бы не удивилась, если именно он погнался бы за ней с разделочным ножом под дьявольский смех Малека. Очень даже логичное завершение вечера.       – Господин Синнер. Ваше блюдо скоро будет готово.       Малек кивнул и задержал его руку – Адам хотел было подать Одри меню.       – Не сомневаюсь, что будет как всегда превосходно. Подайте вместе с крылышками – для моей спутницы.       Вилено вежливо улыбнулся и сощурился, глядя на Одри.       – Прекрасный выбор.       К счастью, жуткого владельца ресторана у их столика больше никто не задерживал. Она огляделась. У стен, словно манекены, неподвижно стояли официанты. Слышался низкий гул голосов посетителей, но вот незадача… обедали они одни.       – Сомнус даже не старается, – подумала Одри и ухмыльнулась.       – Ты сейчас более внимательна к деталям, – пояснил Рафаил и материализовался у её правого плеча, осторожно переходя в поле зрения девушки. – Но ты права, они размываются. Кошмар вступает в новую фазу. Будь осторожна.       – Это ты меня так успокаиваешь?       – Одри… – профессор привлёк её внимание, и девушка подняла глаза.       В этом полумраке, под расслабляющую музыку, будь они в другом месте и в реальности, она бы задумалась о чём-то другом. Что он видит в ней особенного и зачем помогает на самом деле? И помогает ли? Почему, будучи студенткой, она упорно прогуливала его лекции? Может, подумала бы о том, какой он опасно-притягательный, и как это её заводит, несмотря на все странности…       – Да?..       Он встряхнул салфетку, сложил её вдвое и положил на колени.       – О чём ты думаешь?       Как вовремя.       – О тебе, – на этот раз она меньше боялась подыгрывать ему, но всё же, невольно опустила взгляд, ища поддержки Рафаила. Ощутив её, набралась решимости. – И о том, что ты говорил мне о животных, готовящихся на убой.       – И что же? – он не удивился ответу.       – Я не холёная лошадь, – она пригнулась к столу, вызывающе глядя в его тёмные проницательные глаза. – Не свинья, не корова и любой другой безликий скот.       – Погоди, – Малек расхохотался и склонил голову на бок, постучал пальцами по белой скатерти. – Разве я что-то такое сказал?       Рафаил хотел было запротестовать, но Одри не обращала на него внимание.       – И они не причинят мне вреда, – она покачала головой, убеждая себя в собственных словах.       – Как и любой добросовестный работник, следящий за скотом, – Малек заговорщически тоже пригнулся к столу, не сдерживая насмешки. – Будут холить и лелеять свою зверушку, могут даже полюбить… Пока хозяин не даст команду.       – Хозяин? – она отогнала мысли о Сомнусе и Фурии. Снова вспомнила, как Микаэль без колебаний сказал, что все они на одной стороне.       Её сомнения не остались не замечены. Малек удовлетворённо облизнул губы.       – Какая, должно быть, у тебя крепкая вера, – он задумчиво провёл пальцем по ножу. – В них. И в их хозяев.       – А вы, профессор Синнер? – Одри невозмутимо улыбнулась. – Вы сами себе хозяин?       Фантом застыл. У девушки не было ответа на вопрос – а значит, не мог ответить и сидевший перед ней Малек.       – Одри, что за… – обеспокоенный Рафаил, облокотился на столик и привлёк её внимание. – Не знаю, о чём речь, но ты ломаешь структуру сна. Ещё рано.       – Мне это надоело, – она сама не обратила внимание, как сказала это вслух.       Малек тут же ожил:       – Наши блюда несут слишком долго, ты права, – он выпрямился и хлопнул в ладоши. – В любом случае, Одри, ты можешь на меня положиться. Всегда. Я не желаю тебе зла, поверь.       – Я… – ей хотелось возразить, но она не смогла. – Я знаю.       Странно, но она действительно его не боялась. Малек был заносчив, самовлюблён, таинственен, вселял сомнения, недоговаривал – может, даже не меньше, чем парни из «Астреи», однако не было похоже, что он хотел сжить её со свету. Знал ли настоящий Малек о сущности агентства? Знал, кто перед ним? Не является ли она частью и какого-то его тайного плана? Чем больше Одри об этом думала, тем больше возникало вопросов.       Официанты, до этого безликие статуи, поставили перед ней большую тарелку, накрытую крышкой. Её подняли – и Одри не сразу поняла, что за блюдо перед ней.       Четыре больших не прожаренных куска. Два из белого мяса, один – из красного, и четвёртый совсем тонкий, жилистый. На обещанные крылышки это совсем не было похоже.       – Это шутка какая-то? – она с возмущением взглянула на Малека. – Кажется, Адам Вилено всё ещё на меня зол. Это даже не крылышки.       Профессор вытянул шею, без энтузиазма заглядывая ей в тарелку.       – Крылышки, конечно. Что же ещё?       Одри присмотрелась и увидела – действительно, на нижней стороне, прилегающей к тарелке, даже виднелись перья. На одном куске чёрные, на втором – с позолотой на концах…       Ужас охватил мгновенно. Она резко отпрянула от стола – так стремительно, что сломала пару ногтей о край. Сердце стучало в ушах, оранжевые стены за спиной Малека поплыли, скручивая его ухмылку и большие тёмные глаза в размазанную картинку. Одри чувствовала, как её вот-вот стошнит.       – Тихо, тихо… – тёплое прикосновение Рафаила не дало ей упасть в обморок прямо на месте. Он гладил её по руке. – Посмотри на меня.       – Он… – Одри шепнула, позабыв о телепатической связи. Взглянула на ангела, который старался приободрить её своей улыбкой.       – Он ничего нам не сделал, – Рафаил продолжал, не переставая её касаться, спокойно удерживая фокус на себе. – Это сон. Мои крылья при мне. И у остальных, я тебя уверяю, тоже.       У неё не было сил отвечать или спорить. Ангелу пришлось повторить это ещё несколько раз, прежде чем Одри удалось взять себя в руки и глубоко вздохнуть.       – Сомнус за это поплатится, – она скрипела зубами, сглатывая тошнотворный ком. – Я помогу Давиду вырвать эти белые патлы!       – Не осуждаю, – кивнул Рафаил и подмигнул ей. – Давид бы и с этим, – ангел покосился в сторону Малека, – справился в два счёта.       – И никаких крылышек на обед!       Набравшись решимости, Одри придвинулась обратно к столу. Пришлось перебороть отвращение, но кое-как она закидала куски мяса листьями салата, чтобы меньше цепляться взглядом за своё «блюдо». Обратила внимание на Малека.       Он сидел, как ни в чём ни бывало, читал состав на контрэтикетке вина.       – Думал о красном, но у тебя мясное ассорти, – профессор цокнул языком. – Так не годится. Лучше розэ.       По щелчку пальца бутылку заменили.       – Что ж это за птицы такие? – Одри откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. Уверенность в своих силах постепенно возвращалась. Она почувствовала лёгкое покалывание в пальцах и безошибочно поняла, кто сейчас взял её, спящую на диване в гостиной «Астреи», за руку. Кровь стёрлась, ногти восстановились. Видимо, Микаэль заметил и исцелил её.       «Спасибо», – мысленно поблагодарила Одри, хотя эта ерунда не стоила внимания архангела. Напоминание, что она не одна даже за пеленой кошмара, разлилось теплом по её груди.       – Очень редкие птицы, – со знающим видом многозначительно протянул Малек. – На земле таких по пальцам пересчитать. К тому же, изловить трудно, но некоторым удаётся.       – Не дождёшься, – Рафаил сказал это искренне, или только для успокоения Одри, девушка не знала, но не смогла сдержать довольной улыбки, на мгновение пересекшись взглядом с ангелом.       Одри закрыла глаза и размяла шею. Мелодия на фоне исказилась, будто музыканты серьёзно сфальшивили, но когда девушка разомкнула веки, всё вернулось в норму.       – Ужас какой, – скривился Рафаил. – Лучше так не делай, ради меня.       – Скажи спасибо, что это не я играю.       – Пара уроков, и ты бы справилась, – ангел посмотрел ей в глаза и улыбнулся.       – Тут нужна программа музыкальной школы, – возразила Одри, совсем позабыв, что напротив неё сидел лже-Малек. Было приятно отвлечься и просто поговорить с Рафаилом, видеть его улыбку и слышать, как он говорит о будущем. – Тебе предстоит много работы, и пока она не будет завершена, я тебя не отпущу.       Ожидаемо, лицо Рафаила тут же накрыла тень скорби, словно он уже похоронил себя заживо. Станет ли ангел для неё кем-то большим, или они только друзья – Одри было неважно. Она не позволит ему сдаться без боя.       – Кажется, я знаю, как тебе побороть кошмар, – вдруг осенило ангела.       – Умеешь же ты соскакивать с темы.       – Если досидишь до самого конца и дашь ему отпор, испугаешь, заставишь исчезнуть… – задумался Рафаил, повернувшись к Малеку, который будто вообще запамятовал, что пришёл в ресторан не один и изучал материализовавшееся в его руках меню. – Это перестанет на тебя действовать.       – Иммунитет?       – Что-то вроде, – он пожал плечами. – Я не уверен, но попробовать стоит. Ты уже дважды за долгий сон отогнала морок. Это даёт свои плоды.       Одри обратила внимание на Малека, который отдал официанту меню. Паренёк, лицо которого уже стёрлось в безликую массу, кивнул и удалился. Стены, словно усыпанные золотыми звёздами, казались живыми, а музыка, к несчастью Рафаила, звучала фальшиво уже без помощи девушки.       – Почему ты не ешь? – с лёгким раздражением поинтересовался Малек.       Она вспомнила о блюде, что ей на него подложили, и по телу тут же пробежала дрожь.       – Было бы невежливо начинать одной, – Одри пожала плечами. – Твой обед ведь ещё не принесли.       – Попрошу дать жалобную книгу, – профессор сложил руки на груди и откинулся на спинку стула. – Обслуживание сегодня никуда не годится.       Официанты мгновенно засуетились. Налили вина, поставили перед Малеком тарелку с такой же крышкой и подняли её.       Ей казалось, она была готова ко всему. Пережила два витка кошмара, с ней был Рафаил, а в реальности за руку держал Микаэль, но ничто не спасло её от этого ужаса. Перед глазами стремительно темнело. Одри была уверена, что её сердце остановилось. Ни музыка, ни попытки ангела привести девушку в чувства уже не достигали её ушей.       На тарелке Малека лежала голова Давида.       Для осознания хватило доли секунды. Одри не смотрела – не смела, не хотела, не могла. Тут же отвернулась в сторону Рафаила, видела, как он активно что-то говорит ей, берёт за руки, но не чувствовала его прикосновений и не слышала голоса.       – Разбуди… – она надеялась, что сумела сказать это. Горло как сдавило, Одри казалось, не прорвалось ни звука. Вокруг сгущалась чернота.       Позади Рафаила расплывался образ. Как Малек берёт салфетку со своих колен, стряхивает и заправляет в воротник. Как после манипуляций с вилкой и ножом подносит кровавый кусочек к своим губам.       Ангел положил руку ей на щёку и удержал Одри лицом к себе, не давая смотреть дальше.       Если Сомнус задумал её убить – это ощущалось действительно так. Она не могла думать о том, как выбраться из кошмара, только мысленно прощалась с жизнью. Одри ничем не сможет им помочь, и никогда больше их не увидит. О попадании на небеса не шло и речи, а в аду… Ни Давид, ни Кассиэль, ни Фелония, ни тем более Рафаил с Микаэлем не удостоят её грязную грешную душу своим присутствием.       Внезапно Рафаил исчез.

      ***

      Она почувствовала прилив сил, словно была цветком, который полили в жаркий летний день. Одри выпрямилась, расправила плечи и вдохнула полной грудью. Тьма начала отступать, сквозь густую тишину пробились первые звуки.       – Держись… – Одри услышала голос Рафаила. Поняла, что он был у неё за спиной, крепко держал за плечи обеими руками. Посмотрела наверх и увидела его лицо, убедившись в своей догадке, накрыла руки ангела своими, наконец ощущая прикосновения. По обе стороны от неё шевельнулись уже знакомые белые крылья. – Вот так. Дыши.       Обводя взглядом потолок, стены, всё, обходя только Малека, с упоением смаковавшего свой кровавый обед, Одри успокаивалась.       – Ты… куда ты пропал? – она тяжело дышала, глядела на Рафаила снизу вверх, запрокинув голову. – Я думала…       – Что я тебя бросил? – обескураженно спросил ангел. – Нужно было подать знак остальным. Я тут же вернулся.       – Знак?..       – Не будить тебя. Кассиэлю почти удалось, но ещё рано.       – Ты издеваешься? – теперь, когда силы начали возвращаться, ей захотелось расплакаться.       – Проснёшься сейчас – в следующий раз будет ещё хуже, и все наши сегодняшние старания пройдут зря.       – Хуже? – Одри не верила своим ушам. Бросила взгляд на Малека, который медленно моргнул в ответ, как довольный кот. По его подбородку стекали струйки крови. – Ты считаешь, может быть хуже?!       – Уверен, – он сделал шаг и вернулся на место справа. Крылья спрятались, но ангел не отпускал девушку, крепко сжимая её руку. – Ты должна дождаться нужного момента и дать ему отпор.       Одри с опаской снова посмотрела на лже-профессора, уже не отворачиваясь. Взгляд сам соскальзывал ниже, к тарелке. Едва ли она могла игнорировать то, что там видела.       – С Давидом всё в порядке, – подал голос Рафаил, напоминая о главном. – Сидит сейчас около тебя, спящей, в гостиной, придумывает болезненные способы убийства Сомнуса. И ревнует, что тут с тобой я, а не он.       – Похоже на него, – нервно улыбнулась Одри и сосредоточилась на Малеке.       Профессор замер, нахмурился. Заговорил голосом, мало похожим на свой:       – Ты всё ещё не ешь, – взмахом он указал на её тарелку. На фоне происходящего невнятные, не ощипанные до конца куски мяса уже перестали пугать. – Не понравилось? Ничего, я заказал тебе ещё кое-что.       Добром это кончиться не могло. За спиной Рафаила выстроились трое официантов, все держали такие же большие блюда, накрытые крышками. Одри не нужно было открывать, чтобы понять, что лежит на этих трёх тарелках.       В её душе поднялась буря. У Одри было много сомнений по поводу всего, что происходило в её жизни за последнее время. Ей открылись тайны мироздания и чувства, которых она прежде не испытывала. Она была необходима своим новым знакомым ради чего-то, однако не верила, что ими движет только цель и холодный расчёт. С ними Одри ощущала себя не только нужной, но и любимой. Это могло быть наивным, и всё же, её вела вера в лучшее. А сомнения… сомнения помогали ей оставаться в трезвом уме.       – Я не боюсь, – Одри сказала это прямо ему в лицо. К кому она обращалась? К Сомнусу? Малеку? Своим собственным страхам?       Во снах она сталкивалась лицом к лицу с неизвестностью. Кассиэль, Давид, Рафаил, Микаэль – ангелы и демоны, неведомые ей мотивы, стремления и силы. Могли ли парни навредить ей? Могли, именно это её и пугало. Стали ли бы они это делать?       Маловероятно.       И Малек – человек, знакомый ей ещё из «прошлой», обычной жизни. Человек, таящий в себе много секретов и подозрительным образом связанный с делами грешников, Зверем… Способный «сделать всё, что угодно». Он что-то знал. Он был опасен. Снова взглянув в свою тарелку и закрытые крышками блюда в руках официантов Одри поняла, чего опасается – что Малек действительно представляет опасность… но не только для неё одной. Глупо, ведь ангелы и демоны вполне в состоянии за себя постоять. Однако даже они чего-то боятся.       – Я больше не позволю использовать против меня мои же воспоминания и страхи, – Одри разжала руку ангела, встала и облокотилась на стол, глядя на лже-Малека сверху вниз. Тот вытер испачканный кровью рот и подбородок белым рукавом. Его взгляд ничего не выражал.       – Одри, Одри… – пророкотал он. – Хочешь поговорить о страхах? Маленькая грешница…       На фоне зазвонил телефон. Пронзительно, громко, эхом разносясь по ресторану, где уже не играла музыка. Она помнила, откуда звонили, и кто.       – Ты знаешь, куда тебе дорога, – профессор вытащил салфетку из-под воротника и бросил поверх своего «блюда». Сложил руки в замок над тарелкой, облокотившись локтями на стол. – Ты ведь ничем не лучше своих родителей. Придётся отвечать и за них, и за себя.       – Знаю, – Одри кивнула, и по её щеке сама собой потекла слеза. – Но верю, что ещё не всё потеряно. Мне есть, ради чего и ради кого бороться.       Она выпрямилась и отступила на несколько шагов. Малек, не расцепляя рук, нахмурился и замер. Стены ресторана начали скручиваться, словно бесшумно сгорая.       – Грешникам воздастся по заслугам. Но не Зверю решать, кто виновен. А я просто так не дамся.       Из глаз Малека медленно потекли кровавые слёзы. Красные пятна проступили и сквозь салфетку, которую тот накинул на голову Давида. Одри недоумённо взглянула на Рафаила, озиравшегося вокруг с таким же непониманием. Он отступил на шаг – из одной из тарелок в руках официанта на пол около него также стекала кровь, в которую он чуть не наступил. Нахмурился.       Когда Одри снова перевела взгляд на Малека, кровь тонкой струйкой потекла даже из его носа. Столы вокруг, своды, всё сминалось и исчезало, но девушку это не пугало.       – Ты говорила это искренне, – скорее утверждал, чем спрашивал Рафаил, приблизившись к ней. – Я надеюсь, что…       Одри обняла его за торс и крепко прижалась щекой к груди. Рафаил, ошарашенный таким внезапным порывом, спустя пару секунд обнял девушку в ответ и уткнулся подбородком ей в макушку. Закрыл глаза, наслаждаясь этой минутой, отданной только им двоим, не думая о причинах и следствиях. Может, Микаэль был прав, и не только они спасут её… но и она их? Каждого из них.       Нужно было только оправдать её веру. И с пониманием относиться к оставшейся доле скептицизма.       – Я буду ждать тебя наяву, с остальными, – Рафаил отпустил её, не желая более испытывать судьбу. Стёр слезинку с её лица. – Ты прошла путь до конца и победила. И теперь вольна проснуться сама.       Она благодарно улыбнулась и кивнула. Ангел растворился прямо у неё на глазах. Тем временем, медленно рассыпались уже и истуканы-официанты с их чудовищными деликатесами, и лже-Малек. Одри прихватила со стола недопитое розэ, выпила залпом и швырнула бокал на пол, разбив вдребезги.       В последний раз взглянув на исчезающего Малека, с мольбой глядевшего на неё сквозь пелену кровавых слёз, Одри проснулась.

      ***

      – Ты уверен? – переспросил Микаэль, закрывая свой ноутбук.       Ангел потёр подбородок и отвёл глаза в сторону.       – Абсолютно. Не знаю, как и в какой момент. Это знамение предназначалось мне, или ей, но… это был не просто сон.       Начальник сцепил руки в замок. Проблема дорогой их сердцам оценщицы была решена, но возникла другая, посерьёзнее.       – И она ничего не осознала?       – Маловероятно. Для такого нужен опыт.       Микаэль задумался.       – Нужно быть осторожными с Синнером. Если всё не так, как мы думаем…       – Не знаю, – Рафаил решительно взглянул на брата. – Но разгадка близится.