4. Микаэль

      «И Микаэль, гордо восседающий на горе трупов»       Идти было совсем недалеко, и наверняка Одри добралась до кабинета начальника в считанные минуты, но ей они показались вечностью. Каждый спешный шаг отзывался острой болью, а густая чернота так и норовила снова заволочь глаза. Однако Одри приказывала ей отступить, и прогоняла мерзкий шёпот из своей головы.       Она не спала, вот что было важно. Ещё немного, и ангелы ей помогут, нужно только продержаться...       В кабинет она практически ввалилась, чудом расправившись с дверью. Микаэль тут же вскочил с кресла – поражённый, обеспокоенный. На мгновение сознание девушки снова помутилось, и она увидела расправленные крылья, яркий нимб и золотые, как у Рафаила, глаза. Это стало последним ударом. Одри всхлипнула и упала на колени перед архангелом. А он, устремившись вперёд, опустился напротив неё и, не раздумывая, прижал к своей груди.       У неё не было сил объясниться, однако Микаэль и не требовал. Неважно, что привело её – он не станет спрашивать и просто останется рядом. Заберёт её боль, какой бы та ни была. Это до ужаса напоминало ему о той ночи, когда Рафаил принёс её, умирающую, в «Астрею». Он спасёт её снова, и будет делать это сколько угодно, даже если это дорого ему обойдётся.       Одри чувствовала, как глаза возвращаются в норму, но не смела их открывать. Пусть всё остаётся, как есть – в этих тёплых объятиях не жаль было и умереть. Может, она и вправду умирает, и Микаэль только проводит её на ту сторону? Его дар давал ей успокоение, а его сердце... Одри слышала, как оно колотится, может, даже быстрее, чем у неё.       Ей не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что Микаэль сомкнул вокруг неё не только руки, но и свои белоснежные крылья. Стало легко на душе, спокойно, так и хотелось просто…       «Нет, нет! Только не спать!» – Одри сообразила слишком поздно. Она уже проваливалась в сон. От божественного света и тепла – в адское подземелье, где нет ничего, кроме крика и боли грешников. Однако оказалась она совсем не в котле рядом с ними.       Она сидела на троне – высоко под красными сводами. С опаской Одри взглянула вниз и вскрикнула, осознав, что возвышается над горой зловонных обглоданных трупов. Девушка ощутила холодное касание на своей руке и повернула голову. На троне рядом гордо восседал Микаэль – облачившийся во всё чёрное, спрятавший свои ангельские крылья – как король ада, но никак не правая рука бога. Его не волновали стенания душ под ногами, и ужас, охвативший его спутницу. «Ангелы не должны быть такими, – мысленно запротестовала Одри. – Микаэль не такой».       – Ты ведь этого хотела, – уголки его губ чуть приподнялись. Он сказал это без усмешки, просто как констатация факта. – Быть со мной, здесь.       – Это не ты, – сказать это было легко. Одри без страха посмотрела фантому прямо в лицо. – Микаэль не здесь, и никогда не был.       Тот отвернулся, безучастно глядя перед собой. На несколько мгновений её скрутило от ощущения полнейшего одиночества, как вдруг…       – Одри, я рядом, – в её душе что-то встрепенулось. Голос Микаэля звучал на задворках сознания – настоящий, из реальности. Он всё ещё держал её в своих объятиях.       Другого шанса не будет.       – Разбудите меня! – взмолилась Одри. Порыв ветра обдал девушку затхлым запахом разложения, ей стало тошно.       – Не выходит, – она услышала его вздох. Фигура рядом с ней, притворявшаяся Микаэлем, сидела неподвижно, губы не шевелились. – Это слишком опасно для вас.       Кто-то сзади грубо схватил её за волосы и насильно повернул голову, не давая взглянуть на фантома. Теперь они смотрели в одном направлении – на океан окровавленных тел.       – Но что мне…       – Вы должны разрушить структуру кошмара.       – Что?..       – На чём всё держится. Уничтожьте это.       Ей на голову легло что-то ледяное. Давило, впивалось в кожу, вгрызалось в самый череп. Лже-Микаэль провёл костлявыми пальцами по её руке, всё ещё не давая взглянуть на него:       – Королеве положено носить корону.       Боль довлела, медленно стекала ото лба вниз, вместе с капельками крови. Одри предчувствовала, что от этого может впасть в отчаяние и потерять концентрацию, как было в другие разы.       Но теперь она была не одна. Девушка ощущала физически, как Микаэль, в реальности, осторожным касанием стирает кровь с её лица, а боль начинает ослабевать.       – Одри, я с вами, – утешил архангел. – Но торопитесь. Найдите и уничтожьте якорь.       Якорь? Вокруг не было ничего – только черепа под ногами, два трона, вдавливаемая в её голову корона и…       Одри вырвала руку из хватки лже-архангела, и основание трона пошатнулось. Она выпрямилась и взглянула на существо на троне. Лицо было чужим. Не похожая на Микаэля, какая-то хлипкая, жалкая, безликая фигура. Перевёртыш, инструмент архитектора кошмаров, только и всего.       «Вот оно!» – она сорвала со своей головы корону и швырнула в него:       – Коронуйся сам!       Металл начал плавиться на лице фантома, затекая в глаза, оставляя дыры на серой коже. Одри толкнула его трон ногой, и тот повалился вниз… и вместе с ним начало проваливаться и основание у неё под ногами.       – Что?! Нет! – крик разнёсся эхом в адских стенах. Девушка отчаянно старалась удержаться на месте, хватаясь за трон, но сорвалась и полетела спиной вниз. – Микаэль!       

***

      Он поймал её во сне и ни на секунду не отпускал наяву. Одри распахнула глаза, судорожно вдыхая, не веря, что ей удалось освободиться. Взглянула на Микаэля – он был необычно взволнован, смотрел на неё сверху вниз, приоткрыв губы, ловил каждое изменение в её лице. На шее у расстёгнутого ворота рубашки виднелся кровавый след.       Девушка осознала, что лежит у него на коленях. За спиной архангела бесшумно дрогнули крылья, которые всё это время были при нём. Одри приподнялась и села на пол.       – Как ты? – мягко спросил Микаэль, не отпуская её руки, словно был единственным, что сдерживало отступившую боль. Непривычное «ты» из уст начальника резануло слух. Говорил ли он так раньше? Всё было как в тумане.       – Жива, – выдохнула она. – Уже достижение.       Архангел не улыбнулся шутке, напрягся, даже крылья сложились строго вертикально. Он потянулся свободной рукой к её щеке. Одри закрыла глаза и замерла, чувствовала тепло, исходящее от его ладони. Ощущала, как быстро набирается сил – не осталось ни боли, ни даже усталости. Сердце пропустило удар, она ждала, что Микаэль прикоснётся к ней, но… он отстранился.       – Это… – Одри взглянула на кровавый отпечаток на его шее. – Было реально?       Кровь с её лба, когда кто-то вдавил в её голову ледяную корону во сне. Так он заметил? Почувствовал на своей коже?       – Вполне, – Микаэль не сдержался снова. Дотронулся до её волос, заправил прядь за ухо и задержал руку у её лица. – Прости меня.       – За что? – она старалась не шевелиться, боялась спугнуть ангела, словно птицу.       – Ты пыталась сказать о кошмарах, но я не воспринял твои слова всерьёз. Это моя вина.       – Микаэль, – Одри сглотнула. Терзаемый муками ангел… что может быть печальнее? – Мы оба не могли знать, что это.       – Я должен был знать. Но я всё исправлю.       Одри уже давно стало легче, ему не было нужды держать её за руку, и всё же, он не отпускал. Наверное, она никогда в этом не разберётся. Есть ли у неё настоящие чувства хоть к кому-то из них? Или это всё только сны, бурные фантазии, демоническое наваждение, может, благоговение перед высшими существами? Девушка дала себе обещание больше не играть ни с чьими чувствами, не давать надежд, которые не собиралась оправдывать. Для начала нужно было разобраться в себе. Но если бы сейчас Микаэль потянулся поцеловать её сам… она не была уверена, что нашла бы в себе силы его отвергнуть.       Нетерпеливый стук в дверь вырвал их обоих из размышлений. Микаэль оправил ворот, встал и помог Одри подняться. В кабинет влетели парни – Давид, Кассиэль и Рафаил, которого начальник и отправил за остальными. Они усадили её в кресло, закидывая вопросами, демоны попутно переругивались друг с другом, Рафаил подошёл к архангелу и шепнул ему что-то на ухо, не отрывая от девушки взгляда.       – Так, ведьмочка, – Давид облокотился на спинку её кресла и с нетерпением поглядел на оценщицу. – А теперь рассказывай всё с самого начала.       

***

      Кабинет Микаэля был тесноват для таких собраний, поэтому все перебрались в гостиную. Давид суетился вокруг Одри, Кассиэль молча сопровождал их, пока Микаэль и Рафаил тихо что-то обсуждали в паре шагов позади.       – Я вырву ему глаза голыми руками, – скалился Давид. Сказано это было с такой серьёзностью, что Одри стало не по себе.       – Если это Сомнус…       – «Если»? – он тут же перебил Кассиэля и повернулся к нему всем телом.       Одри вжалась спиной в диванные подушки и помассировала лоб. По крайней мере, всё вернулось в норму. В то время как демоны нашли повод для ссоры, на девушку обратили внимание ангелы. Рафаил приблизился и опустился на диван рядом с ней.       – Будет непросто, – он с сочувствием заглянул ей в глаза. – Но ты должна рассказать обо всём, что видела. Так мы быстрее поймём, как избавить тебя от кошмаров.       Эта мысль мгновенно нагнала на неё панику, и Одри даже не успела осознать, почему именно. Она тут же посмотрела на Микаэля, стоявшего поодаль, сжимавшего свои ладони в привычной манере.       – Разве вы не… видели? – Одри была уверена, что да. Он ведь забрался ей в голову, даже говорил с ней телепатически, пока она восседала на троне с ним. Точнее, с фантомом, притворявшимся Микаэлем – но то был плод её воображения, её страхов. Вот тебе и «я не умею читать мысли»…       Архангел покачал головой.       – Я смог до вас дотянуться, этого было достаточно, – пояснил он. Снова на «вы», к лёгкому разочарованию Одри. – Но как вас ранили, и что вы видели, я не знаю.       – Ранили? – Давид даже отвлёкся от начатой им перепалки.       –Мне уже гораздо лучше, – она чувствовала, как розовеют щёки. – Может, кошмаров больше не будет?       – Я бы на это не рассчитывал, – Микаэль снова отрицательно мотнул головой. – Я забрал боль и усталость, но это ненадолго. Скоро вас опять будет клонить в сон.       – Мне нужен кофе, – перспектива свалиться в очередной пугающий сюжет её совсем не радовала.       Давид всплеснул руками:       – Боюсь, ещё одна чашка, и нашему начальнику придётся лечить твою тахикардию.       Перед её лицом возник стакан воды, протянутый Кассиэлем. Девушка приняла его с нервной улыбкой – в горле действительно пересохло. Все четверо обитателей «Астреи» смолкли в ожидании её рассказа. Взгляд Одри метался от одного парня к другому: как им признаться, какими чудовищами она их вообразила в своих снах? Про разные двусмысленные… или, в случае Давида, далеко не двусмысленные моменты даже думать было неловко.       – Кажется, я опять сплю, – девушка отложила стакан и накрыла своими холодными ладонями лицо.       – Нет, Одри, – мягко уверил Рафаил, положив руку ей на плечо.       – Ущипнуть тебя? – предложил Давид.       Придётся говорить, других вариантов у неё попросту не было. Одри собралась с духом и начала издалека. Про таинственный голос в кровавой реке, поведавший ей о них в ту страшную ночь.       Кассиэль в литых доспехах, по колено в крови удерживающий на цепи гигантских клыкастых псов.       Давид с диким, пылающим взглядом и десятками тварей за спиной.       Рафаил, жестокий и беспощадный, сжигающий всех на своем пути.       И Микаэль, гордо восседающий на горе трупов.       Как они снились ей уже тогда, после побега из «Астреи» – обрывочные кошмары, но вполне обычные. Потом хуже – следы на теле, Мор… И снова парни, только теперь с крыльями.       – Сон о Кассиэле был первым, – удивление на лице демона нужно было видеть. – Эти кошмары… я никогда не знала, когда они начинались. Всё казалось вполне обычным и реальным, пока…       Девушка тяжело вздохнула. Никто не давил на неё, терпеливо выжидая.       – Всё в порядке, Одри, – постарался успокоить Микаэль, сев в соседнее кресло. Он сцепил пальцы в замок, внешне абсолютно непоколебимый, как всегда. Однако она сомневалась, что он сможет лечь спать, не решив её проблему. Как минимум, благополучие Одри – часть его работы, а для Микаэля долг превыше всего.       – Мы говорили, – девушка опустила взгляд в пол. Так было легче – не думать, как они будут на неё смотреть после сказанного. – С Кассиэлем. Потом я начала засыпать, но почувствовала в своей руке перо. Он раскрыл крылья, и… – некоторые детали она всё же решила опустить. – Мы летели к небу. Было восхитительно, захватывающе, пока К… он не сложил крылья и не упал прямиком в ад, бросив меня в кровавое болото. И потом спустил на меня псов.       Так тихо в «Астрее» ещё не было. Одри украдкой подняла глаза – Микаэль сосредоточенно разглядывал стену, подперев рукой подбородок. Анализировал услышанное, а может, и то, что она не сказала вслух, но успела подумать – насколько ей было в тот момент страшно. Насколько преданной Кассиэлем она себя ощущала. Реакцию остальных она проверять даже не хотела – особенно самого Кассиэля, всё это время стоявшего за её спиной.       Послышались знакомые шаги. Демон обошёл диван и опустился на одно колено прямо перед ней. Осторожно попробовал заглянуть девушке в лицо.       – Одри, – он немного нахмурился, и всё же, уже одно только её имя было сказано с сочувствием. – Мы очень коротко поговорили, и я ушёл, как только ты заснула. Больше ничего. Я бы никогда…       – Я знаю, – она осмелилась взглянуть на него. Было странно смотреть на Кассиэля сверху вниз. – Ты бы не сделал мне больно. И крылья у тебя чёрные, а не красные.       Он улыбнулся одним уголком рта.       – Поэтому ты спрашивала, – подал голос Давид. – Он приснился тебе с красными крыльями?       Одри кивнула. Послышался шелест бумаги – он достал из кармана пиджака свой рабочий блокнот и перелистнул страницу.       – Что? – демон пожал плечами в ответ на недоумённые взгляды. – Самое важное лучше законспектировать.       – Как ты проснулась? – спросил Рафаил.       – Когда на меня набросился Бруно, – вспомнила Одри, глядя, как на лице Кассиэля снова промелькнула тень сожаления. – Я поняла, что это сон. И сразу очнулась.       – Правильно. Потому что Бруно бы тебя тоже не тронул, – без сомнений проговорил Кассиэль. – Никогда.       Теперь она чувствовала себя глупой – уже за то, что хоть на секунду поверила во всё увиденное. Кассиэль излучал такую внутреннюю силу, уверенность, готовность поддержать её при любых обстоятельствах, как она вообще могла сомневаться? Одри улыбнулась ему, с облегчением вздохнув, и Кассиэль наконец позволил себе встать и расположился за креслом Микаэля.       – Что было во втором сне? – поинтересовался начальник, переведя на неё взгляд. Он смотрел устало, будто на каждое её слово прокручивал в голове целую энциклопедию в поисках ответов. Может, так и было.       – Давид… – Одри подумала, что ещё один стакан холодной воды сейчас пришёлся бы кстати. Или приложить к краснеющему лицу, или вылить себе на голову, чтобы остудиться от этих горячих воспоминаний.       Демон снова перелистнул страницу своего блокнота, на этот раз с нескрываемым энтузиазмом.       – Что? – он сощурился. – Я конспектирую. Одри, чем мы…       – Ничем интересным!       «О боги, пусть это тоже будет сном!»       – Значит, Сомнус плохо старался, насылая этот кошмар, – махнул рукой Давид. – Я никогда не трачу время на неинтересные занятия.       – Одри, можно пропустить подробности и перейти сразу к сути, – спас её Микаэль. Одри так сильно старалась не вспоминать страстные поцелуи и объятия с полуголым демоном, что начальник уже мог нарисовать картину маслом, если сейчас читал её мысли.       – Ладно, ведьмочка, – Давид вздохнул с притворной тоской, но самодовольство с его лица никуда не исчезло. – Расскажешь мне как-нибудь позже. Я тоже решил показать тебе крылья?       – Нет, – она была счастлива, что ей дали начать с самого главного. – В какой-то момент твои… – Одри осеклась, не желая даже называть кошмарные образы их именами. – Его глаза загорелись красным. Из головы начали вырываться какие-то тени, нападать на меня… Все, кроме одной, оказались в комнате.       Давиду тут же стало не до смеха. Он закусил губу и сосредоточенно начал делать пометки в блокноте.       – Значит, оба раза в кошмарах мы пытались тебя убить, – угрюмо заключил Кассиэль.       – Кроме этого, что было необычного? – спросил Давид, не отрываясь от записей, явно желая не зацикливаться на озвученном коллегой факте. Или на некоторых деталях?       – Красные глаза, у Кассиэля, кстати, тоже, – вспомнила Одри. – Твой пирсинг был не с той стороны носа. Шрам Кассиэля исчез. И что-то ещё…       – Искусственные кошмары часто создаются с мелкими упущениями, – пояснил Рафаил, откинувшись на спинку дивана. Одри последовала его примеру и повернула голову. – Твоё подсознание заставили работать на создание страшного полотна так активно, что мелочи стёрлись.       – Как вы проснулись? – на этот раз спросил Микаэль.       Одри медленно обратила на него свой взгляд, полный благодарности.       – Вы заглянули в гостиную, где я спала. Мне снилось, что я у двери, и вы в неё постучали.       В ответ на это Микаэль мимолётно улыбнулся – впервые с начала разговора. Она рассказывала дальше – про свою беспокойную ночь в одиночестве, и сон без сновидений в машине.       – Единственный раз, когда я нормально спала за последние дни, – призналась Одри. – Потому что… ты был рядом?       Она взглянула на обескураженного Рафаила.       – Не думаю, Одри, – поторопился ответить ангел, дабы не приписывать себе заслуг зря. – Думаю, дело в месте. Ты спала вне стен «Астреи».       – Но вы мне снились и до возвращения сюда.       – Ты сама сказала, что те сны были обрывочными. Здесь другое, нечто продуманное и основательное, – сомневался Рафаил. – В третий раз ты тоже не увидела границы между сном и реальностью?       Одри совсем забыла рассказать им о столкновении с Сомнусом подробнее. Как он практически признался в содеянном, но потом ушёл, сдвинув её со своего пути.       – Я сразу почувствовала себя разбитой, – даже мысленно возвращаться туда было тяжело. – Еле дошла до хранилища, упала в кресло. Думаю, тогда и заснула. Пришёл… он притворялся тобой, – Одри посмотрела на Рафаила. – Этот фантом, притворившийся тобой. Я не могла пошевелиться, когда…       – Я делал с тобой то, что с теми людьми в церкви, – тихо закончил за неё Рафаил, немного отвернувшись. Она не могла видеть его лица.       Минуту тишины нарушил Давид:       – Детали тоже поплыли?       – Не знаю, это всё сразу выглядело, как сон, – Одри потёрла лицо. На неё начала наваливаться обещанная усталость. – Будто он даже не пытался походить на Рафаила. И браслет исчез. В первый раз тоже, может, и в другие, а я не заметила. Было ужасно осознавать, что это сон, и при этом не быть в состоянии сбежать. Меня как приковали к креслу.       – Как же ты выбралась? – спросил Давид.       Одри оцепенела. Действительно, как? Не могла шевельнуться, а потом вскочила…       Ей живо представилось, как сейчас все они окажутся фантомами. Как глаза Давида и Кассиэля нальются кровью, а Рафаила и Микаэля – запылают раскалённым золотом. Как они будут хохотать, что искусно провели её, дурочку, после чего Сомнус с Фурием упекут её в какое-то страшное место, где она надолго останется вдалеке от всего, в холоде и одиночестве. И это в лучшем случае. Девушка судорожно вздохнула.       Ангел, сидевший рядом с Одри весь этот разговор, без промедления взял её за руку и крепко сжал, возвращая к реальности.       – Я буду повторять, сколько потребуется, – она не поняла, кому он это сказал, ей или Микаэлю. – Одри, ты не спишь.       – И мы не дадим тебе спать, пока не убедимся, что это безопасно, – уверенно добавил Кассиэль.       Со вздохом Одри разжала руку Рафаила и переплела их пальцы. Так казалось надёжнее. Но взгляды остальных парней от неё не ускользнули.       – Не знаю, как, – она пожала плечами. – Приказала ему исчезнуть, но он никуда не делся. Собрала все свои силы и вырвалась, чтобы дойти до кабинета Микаэля. Голоса не пропали, и я почти ничего не видела. Но смогла завершить путь, а дальше… – Одри обратилась к архангелу. – Вы знаете.       Микаэль задумчиво опустил взгляд.       – Что вы видели?       Она надеялась, что хотя бы здесь ей не придётся вдаваться в детали. Ему будет неприятно это слышать – он едва ли показал бы это, но Одри знала.       – Как говорил тот Голос – вас, на кровавом троне. То есть, фантома. На горе трупов. И рядом… сидела я, – она недоговаривала о каждом из парней, но последний сон был таким коротким, что иначе суть передать было уже невозможно. Какая разница, они уже и так наверняка поняли, что она слишком уж много о них думает. Одри закрыла глаза и быстро договорила. – Кровь на лбу была от короны, мне вдавили её в голову. Без помощи я бы не выбралась.       Девушка снова откинулась назад и коснулась затылком спинки дивана. Слышала чей-то тяжёлый вздох, шелест бумаги, тихие шаги. Даже голова закружилась. В реальности её удерживал только Рафаил.       – Значит, в третий и четвёртый раз ты сразу понимала, что это сон, – подытожил Давид. – Но только в последний раз не смогла проснуться.       – Это уже было больше похоже на галлюцинации, чем сны, – проговорила Одри в ответ, не размыкая век.       – Если это Сомнус…       – «Если»! – мгновенно перебил ангела Давид. Снова.       – Я думаю, Сомнус отправил тебя в кошмар насильно, когда вы столкнулись, – продолжил Рафаил. – И все силы ты истратила на то, чтобы вырваться из сна со мной. На последний не хватило. Микаэль… – он обратился к брату.       Одри приоткрыла глаза. Архангел стоял у окна и смотрел на статую Астреи, заключив руки за спиной. Высокий, с идеальными чертами, сам как античная статуя великих мастеров. Может, по подобию таких, как он, эти статуи и создавали. На оклик он только немного повернул голову.       – Почему не вышло её разбудить? – спросил ангел.       Микаэль молчал. Ненадолго задержал взгляд на Одри, повернулся, не торопясь, и хотел было что-то сказать, но в последний момент остановился. Девушка была готова поклясться, что причина была в ней. Опять секреты?       – Я должен поговорить с Сомнусом. Всё исправить.       Намерение архангела было логичным, смелым, и Одри мгновенно захотелось протестовать. Один раз альбинос уже недвусмысленно дал понять, что ничто не остановит их от смещения Микаэля с должности. Это поставило бы под удар их миссию, не говоря уже о том, что в таком случае Одри вряд ли увидит его снова.       – Прежде чем рушить твою… карьеру, дорогой брат, – вдруг сказал Рафаил, – нужно обсудить альтернативы.       Они напряжённо переглянулись. Оба не проронили ни слова, будто общались телепатически. При всей видимой открытости и желании поделиться правдой, глупо было полагать, что ей сходу раскроют все тайны и будут рассказывать о тонкостях небесных дел. В конце концов, она даже близко им не равная.       – Знаете, – она отпустила руку Рафаила и встала. Ангел вскочил вслед за ней. – Прогуляюсь-ка я на кухню. За чаем.       – Я с тобой, – сразу же вызвался Кассиэль. – Ты не будешь разгуливать по этому дому одна.       Оставив в гостиной ангелов и Давида, они вышли в коридор.       

***

      Чайник вскипал минуты три, и это были три самые долгие и неловкие минуты в её жизни.       – Ну давай, – Одри махнула рукой, готовая ко всему.       Кассиэль взглянул на неё с лёгким недоумением.       – Что?       – Говори, что обо мне теперь думаешь.       – Я ничего не думаю, – он облокотился на кухонную тумбу.       Может, так оно и было – Кассиэль не слыл любителем давать комментарии. Но даже с учётом многочисленных недоговорок, вряд ли от него скрылся момент, что в том кошмаре он всё же задержался у неё в комнате. Потом, очевидно, нечто интересное произошло с Давидом, а закончилось коронацией с Микаэлем. Уберегло от её похоти разве что Рафаила, и то не факт.       – Конечно, – фыркнула Одри.       – Если хочешь наказания – это не по моей части.       В порыве негодования, злости на саму себя, девушка слишком неосторожно взялась за чайник и обожглась, едва не уронив. В один шаг Кассиэль оказался около неё, взял руку девушки и осмотрел покрасневшие пальцы.       – Я в порядке, – она хотела выдернуть руку, но Кассиэль не позволил. – Ерунда.       – Уверена? – его хватка немного ослабла, и Одри мягко высвободилась, подставив ладонь под струю холодной воды в раковине.       – Это лёгкий ожог, а не нападение летучих лисиц. Жить буду.       Видимо, убедившись, что ничего серьёзного действительно не произошло, Кассиэль сам взял чайник. Одри подумалось, а не могут ли демоны браться за раскалённые предметы голыми руками? Может, ручка чайника в таком случае Кассиэлю вовсе ни к чему.       – Вот тебе и «наказания не по моей части», – пробормотала Одри.       – Ты же не думаешь, что это я? – со всей серьёзностью спросил Кассиэль. – Или… что, правда думаешь?       – Нет, – выдохнула Одри и украдкой на него взглянула. – Я просто устала.       – И этого бы не случилось, если бы ты пришла ко мне сразу, – выпалил он и замешкался. – То есть, к нам. Не довела бы себя до такого состояния.       – Кассиэль, это всего лишь чайник.       Она повернулась и едва не врезалась в его широкую грудь. К счастью, чашку с налитым чаем он оставил около плиты, а не держал в руках. Кассиэль внимательно посмотрел на девушку сверху вниз и осторожно приподнял за подбородок. Под этим напряжённым взглядом она замерла, не зная, чего ожидать.       – Я бы никогда не причинил тебе зла, Одри, – он говорил тихо, а звук его голоса почти гипнотизировал. – Как и остальные. Мы на твоей стороне. Я должен знать, что ты это осознаёшь, и впредь не побоишься обратиться к нам за помощью. Это важно.       Казалось, она слышала это от них уже слишком часто. Все просили не бояться, рассказывать, задавать вопросы… но чётких ответов она получила не так уж и много. Тем не менее, в искренности намерений Одри не сомневалась.       – Обещаю, – она сглотнула. Кассиэль стоял слишком близко. – Если мне ещё раз приснится, как ты купаешь меня в кровавом болоте, узнаешь об этом первым.       – Одри…       – Правда, – она осторожно отстранилась и обошла его сзади, забрав свою чашку. Кассиэль повернулся следом. – Я знаю, что ты защитишь меня.       Эти слова отозвались тоской в его душе, хотя он на самом деле сделал бы всё возможное, чтобы защитить её. Как бы она к нему не относилась. И какая бы опасность ей ни грозила – Зверь, насланные кошмары, летучие лисицы… разве что горячий чайник, который она решила схватить голыми руками, был ему неподвластен.       – Идём, – позвала Одри. – Надеюсь, это всё закончится как можно скорее.       Кассиэль последовал за ней.       

***

      Если Одри после прогулки на кухню стало легче, то в гостиной атмосфера едва ли разрядилась. Давид ходил из стороны в сторону, подперев бока, Рафаил будто не сдвинулся с места, разве что вид его с привычного страдальчески-ангельского сменился на напряжённый. Микаэль сидел рядом с братом. У девушки возникло ощущение, что они вернулись слишком рано и прервали тайный разговор.       – Появились мысли? – поинтересовался Кассиэль.       Архангел взглянул на Рафаила, кусавшего свои губы.       – Да только одна, – оживился Давид. – Микаэль предложил, чтобы наша ведьмочка переспала с Рафаилом.       Одри поперхнулась чаем.