Глава 2

       Потолок крошечной комнаты, любезно предоставленной ей руководством школы, был высоким, испещрённым от старости тонкой сеткой едва заметных трещин. Она изучила кажется их все, за те долгие часы, что безуспешно пыталась заснуть. События минувшего дня терзали Аделин яркими вспышками воспоминаний, стоило ей только попытаться закрыть глаза. Казалось, она села на Хогвартс-экспресс миллионы лет назад, а прошлая жизнь в маггловском Лондоне вообще ощущалась недосягаемо далёкой.        Всё в этой школе было совсем иначе. Здесь можно было не скрывать свои странные способности — хотя преодолеть укоренившуюся привычку разыгрывать из себя самого заурядного маггла было чертовски трудно. Студенты кругом от мала до велика пользовались магией в стенах школы с такой завидной обыденностью, словно эти фокусы совсем ничего не стоили.        Аделин до сих пор чувствовала напряжение во всём теле от бесконечных попыток делать вид, что её ничуть не поражает окружающее безумие. Эта новая жизнь казалась настоящим сном. Но несмотря на то, что в эту реальность она вписывалась до удивительного гармонично, девушка не переставала ощущать себя слоном в посудной лавке. Катастрофически заметным инородным предметом, попавшим в давно уже сформировавшуюся экосистему волшебного мира.        Забавно, что на фоне всего этого, самым странным оказалось знакомство с местными обитателями.        Ты удивительно наглая, Стоун.       Аделин раз за разом прокручивала в голове лекцию в пыльной аудитории, заваленной сверху донизу книгами. Смаковала каждое слово диалога, участницей которого невольно оказалась. Вслушивалась в интонации хрипловатого баритона, до последнего звука отпечатавшегося в её ушах. Рассматривала намертво зафиксированный в памяти образ. Эти напускно-безразличные серые глаза, в которых внезапно вспыхнуло пламя… интереса?       Заносчивый, самовлюблённый сынок богатого папочки заставил её сегодня пустить в ход весь арсенал своей наигранной наглости. Обычно Аделин держалась куда скромнее. Но ей не хотелось позволять ему ощущать своё превосходство во время их словесных поединков. Казалось, позволь она ему почувствовать власть, как всё тут же пойдёт прахом.       Она мгновенно наскучит ему.       Не выдержав, Аделин резко села на кровати и подтянула тонкие ноги ближе к груди. Случившееся с ней за один день нужно было тщательно переварить. Но когда, если минуты неумолимо бежали вперёд, подталкивая к очередному, наполненному событиями дню? Будто бы все годы довольно невзрачной жизни вели Стоун к моменту, когда за одни несчастные сутки она смогла бы прочувствовать всю возможную гамму чувств.       Самым важным сейчас были грядущие экзамены. Те жалкие лекции, которые она умудрилась посетить за прошедший день, были давно ей изучены. Но кто знает какие провалы в образовании могло допустить чёртово домашнее обучение?        Затем — распределение. Вот его Аделин втайне боялась. Сомнения, вперемешку с надеждой, бродили внутри её измотанной души, окончательно заставляя путаться в собственных желаниях. Она смирилась бы с любым решением, однако от результата зависело то, как ей придётся выстраивать свою жизнь тут дальше.        Небо за окном постепенно приобретало всё больше пастельных оттенков приближающегося рассвета. Стоун не смогла сомкнуть глаз ни разу в течение этой короткой ночи. Грядущая среда одновременно страшила и заряжала болезненным интересом. Отбросив одеяло, девушка направилась в ванную. Горячие струи воды обожгли прохладную кожу, и через несколько мгновений Аделин почувствовала, что наконец расслабляется. Обхватив себя руками за плечи, она грелась под душем. Голову наконец-то покинули абсолютно все мысли. Ничего не осталось, кроме этой маленькой ванной комнаты и кафельных стен душевой кабины. Долгожданная тишина внутри черепной коробки.        Закончив, Аделин наскоро обтёрлась большим махровым полотенцем и наложила чары, окончательно испарившие всю влагу с поверхности её кожи и волос. Критически оценив своё отражение в овальном зеркале над раковиной, девушка пришла к выводу, что после насыщенного событиями дня и бессонной ночи выглядит довольно приемлемо.        Через двадцать минут, облачённая в узкие чёрные джинсы и объёмный тёмно-зелёный свитер поверх белоснежной рубашки, Аделин зашнуровала лакированные оксфорды и одним движением пальцев заставила волосы собраться в небрежный пучок. В течение вчерашнего дня она ненароком следила за тем, как выглядят девушки её возраста. Мода в волшебном мире отличалась от того, к чему она привыкла в маггловском Лондоне, но Стоун не могла бы сказать, что здешние правила ей были не по душе. Ко всему этому нужно было просто привыкнуть.        Agnes Obel — Riverside — иногда для атмосферности будут включены ссылки на подходящие моменту треки (прим. автора)        Он всегда рассказывал ей о том, как устроен сокрытый от неё мир. Аделин всегда с удовольствием слушала эти истории. Пару раз Он даже приносил несколько колдографий, откуда на неё с улыбкой смотрели разнообразные волшебники и волшебницы. Одну из них Аделин хорошо запомнила: молодые мужчина и женщина кружились в вальсе, а в какой-то момент вдруг замирали, глядя в объектив абсолютно счастливыми лицами. Что-то в этом снимке заставляло сердце юной волшебницы болезненно трепетать и ещё сильнее жаждать встречи с неизвестной, но такой притягательной реальностью.       Ещё Стоун помнила их самый первый спор, жарко разгоревшийся накануне Рождества. Это был, кажется, первый год, когда Он внезапно появился на пороге её дома после многолетнего отсутствия. За это время из белокурой девчушки Аделин уже начала превращаться в девушку со своей особенной точкой зрения по любым возникающим вопросам. Она вообще рано умудрилась повзрослеть: жизнь тому всячески способствовала.        Сидя у камина и слушая мелодичное потрескивание дров, они вдруг переключились на то основное, что мучило Аделин с момента, когда она начала самостоятельно подвергать окружающий мир критичной оценке. Девушка точно знала, что если где-то существует реальность, в которой она с её «чудачествами» выглядела бы абсолютно нормальной, то почему вместо спокойной жизни среди аналогичных людей, ей приходится каждый день подвергать себя тотальному самоконтролю и насмешкам бестолковых одноклассников? Он раз за разом терпеливо объяснял о страхе, в котором жил Волшебный мир, о Тёмном Лорде и его приспешниках, терроризирующих семьи колдунов, о войне, которая неукоснительно надвигается на всех их. Но несмотря на все его истории, даже если и удавалось убедить строптивую отшельницу на несколько минут, в конечном счёте Аделин неизбежно приходила к выводу, что должна быть по другую сторону скучного магловского мира.        -Это опасно, Лин! — возмущался Он, меряя ногами гостиную. — Как ты не можешь понять? Я не могу подвергать такому риску то малое, что у меня осталось. -Разве здесь ты не делаешь со мной то же самое?! -Не сравнивай нападки глупых мальчишек с безграничной силой пусть тёмного, но чертовски талантливого мага! -Почему ему вообще была бы интересна такая заурядность, как я? — со слезами на глазах выкрикнула Аделин, вскакивая на ноги с ковра, на котором сидела наслаждаясь теплом огня в очаге. -Поверь, — Он вдруг оказался рядом, обхватил её лицо ладонями и внимательно вгляделся в голубые глаза. — Просто поверь мне. Здесь, вдали от всего этого кошмара, тебе намного лучше… Веришь? -Пытаюсь. Он вдруг выпустил её лицо из своих объятий, резко выпрямился и хитро взглянул сверху вниз. Этот наивный и такой обиженный тон её голоса рассмешил его. И с нескрываемой улыбкой, Он вдруг пригладил её выбившиеся в пылу спора кудри. -Ты невероятно умная девочка, Лин. -Есть в кого, — она обиженно обняла себя руками за плечи. -И страшно упрямая, — вздохнул Он, отточенным движением откидывая назад волнистые чёрные волосы, в которых уже появилась серебряная проседь. -Есть в кого, — снова повторила она, показывая ему язык. -Отчасти из-за того, что я знаю, чья кровь течёт в твоих венах, ты заперта здесь, — с едва сдерживаемым смехом пояснил Он. — Эта фамильная строптивость до добра не доведёт.        Как минимум в одном умозаключении Он действительно оказался прав. Этот фамильный характер действительно никогда не доводил до добра. Аделин чувствовала в себе эту бурлящую кровь, что заставляла её порой принимать опрометчивые решения и кидаться в омут с головой. Но долгие годы отшельничества всё же не прошли даром, день за днём взращивая в ней граничащий с жестокостью самоконтроль. И когда Аделин внезапно получила письмо с приглашением в Хогвартс, то едва не задохнулась от нахлынувших эмоций. Он обо всём договорился. Конечно же даже не намекнув ей о предоставившейся возможности наконец-то перестать чувствовать себя белой вороной.        Все эти воспоминания ныне казались рассказанной кем-то старой сказкой.        Аделин потёрла пальцами переносицу, чувствуя предательское жжение в глазах, набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула, окончательно успокаиваясь. Не хватало ещё явиться на второй день обучения с опухшими, зарёванными глазами.        Когда она спустилась в Большой зал, столы уже частично были заняты студентами. То тут, то там раздавался смех или чьи-то возгласы. В общем и целом картинка напомнила Стоун столовую в её Лондонской школе: маггловские дети мало чем отличались за завтраком от детей волшебников. Разве что не умели заставлять левитировать кубки с апельсиновым соком. -Доброе утро, красавица, — ухо обожгло горячим дыханием. -Теодор, — Аделин обернулась, сразу же натыкаясь на довольную ухмылку слизеринца. -Как спалось на новом месте? — поинтересовался он. — Надеюсь, мучили приятные сны? -Без сновидений. -Как жаль, — он наигранно расстроился. — Я надеялся навестить тебя в царстве Морфея.        Аделин едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Нотт несомненно был привлекательным юношей. Высокий, с густыми волнами каштановых волос, аккуратно зачёсанными назад, с яркими зелёными глазами в окружении чересчур длинных и пушистых ресниц. К тому же он был высок и ладно сложен. И тем не менее его попытки выразить ей свою симпатию казались невероятно нелепыми. Возможно, с кем-нибудь другим они и сработали бы, но Аделин ощущала себя так, словно каждое произносимое им слово было вселенской глупостью. -Не желаешь присоединиться к нам за завтраком? — не дождавшись ответа, парень кивком головы указал на стол, украшенный серебряной и зелёной символикой Слизерина. Стоун проследила за направлением и наткнулась на знакомый прищур серых глаз.       Староста сидел за столом, окружённый своей неизменной свитой, а между тем всё равно выглядел обособленно. К левому плечу прижималась девушка, которую Аделин видела рядом с ним вчера. Короткое каре идеально прямых чёрных волос, алые губы и призывно расстёгнутые верхние пуговки на рубашке. Спутница времени даром не теряла, всем своим видом демонстрируя, кто тут главный. Пальцы с длинными ногтями поглаживали плечи предмета обожания, а болотно-зелёные глаза с вызовом уставились прямо на Аделин, будто та собиралась в следующую секунду вырвать драгоценность из цепких лапок слизеринки. -Боюсь, не все из твоей компании будут рады новой соседке, — усмехнулась Аделин, переводя взгляд на ожидающего ответ Нотта. -Ты о Пэнси? — он действительно развеселился. — Пока ты держишься на почтительном расстоянии от нашего Светоча, она не посмеет вцепиться тебе в глаза. -Всё настолько плохо? -Ну, заполучить в свои маленькие ручки такое сокровище удаётся не всем.        Он сказал это с каким-то затаённым пренебрежением, словно говорил не о друге, а в конец надоевшей вещице, которую почему-то не поднимается рука выбросить. И Аделин вдруг осознала, что возможно Малфою требовалось прилагать усилия дабы удерживать статус персоны нон-грата в этом странном сообществе поклоняющихся ему однокурсников.        И все ли из них поклоняются? -Мисс Стоун, — напомнил о себе Нотт. — Я умру от голода, если Вы не ответите согласием на моё предложение.        Аделин точно знала, что не хотела бы провести утро в компании человека, который будет вворачивать сомнительные комплименты всякий раз, когда она попросит передать ей кусок поджаристого тоста. И тем не менее выхода, кажется, не было. -Привет.        Рядом вдруг возникла взъерошенная копна шоколадных кудрей. Гермиона внимательно изучала лицо новенькой, словно бы не замечая стоявшего по соседству Нотта. -Доброе утро, маленькая всезнайка, — улыбнулся тот. -Привет, — ответила Аделин, мысленно благодаря всех богов за столь внезапное появление вчерашней знакомой. -Не хочешь присоединиться к нам за завтраком? — предложила Грейнджер, указывая в сторону Гриффиндорского стола и друзей, с аппетитом уплетающих сытный завтрак. -Боюсь, мисс Стоун уже ждут в другом месте, — пояснил Теодор, скрещивая руки на груди. -Боюсь, я спрашивала не тебя, — без тени враждебности ответила Гермиона, с вопросом глядя на замершую студентку. -Да, — замешкавшись, всё же отозвалась Аделин. — Да, конечно.        Гермиона удовлетворённо кивнула и направилась к друзьям, уверенная, что новенькая отправится следом. Аделин попыталась было последовать её примеру, но запястье тут же перехватила крепкая ладонь. Она удивлённо уставилась на Нотта, будто тот внезапно оказался призраком. -Теперь ты должна мне завтрак, красавица, — он многозначительно вскинул брови. -Твоя настойчивость граничит с маниакальностью, — она попятилась. -Очаровательные девушки всегда были моей слабостью. -Не могу похвастаться симпатией к одержимым мальчишкам, — Аделин тактично улыбнулась, мягко высвобождая руку из его пальцев. -Поверь, с безумцами иногда очень весело, — Теодор подмигнул. Поправив ремень сумки, болтавшейся на плече, он направился к заждавшейся его компании. -Попытки не увенчались успехом, — подытожил Забини, когда Нотт поравнялся со своим столом. Очевидно Блейз умудрился разглядеть разворачивающуюся сцену в перерывах между перелистыванием страниц книги, которую увлечённо читал. -Просто она предпочитает блохастых пёсиков с Гриффиндора, — пропела Пэнси, пристально наблюдая за тем, как Аделин присоединяется к Золотому Трио за завтраком. -Нужно предоставить девочке самой выбирать сторону, — Нотт неопределённо пожал плечами, усаживаясь напротив Малфоя. Чистое фарфоровое блюдо с серебряной каёмкой тут же материализовалось перед ним. -Цель оказалась не такой уж легкодоступной? — поинтересовался Драко. -Возможно, мне придётся изменить привычную тактику, — согласился Теодор, намазывая тост тонким слоем абрикосового джема.        Тем временем Аделин, спешно нагнав Гермиону, устраивалась на лавке рядом с ней. Тарелки на этом столе были украшены тонкой золотой каёмкой, а на кубках красовался алый герб со свирепым жёлтогривым львом. -Аделин Стоун, — представила староста, ладонью указывая на соседку. — Это Джинни Уизли, её брат Рон и Гарри. Гарри Поттер. -Очень приятно познакомиться.        В воздухе ещё не успела заглохнуть последняя буква фамилии, как Аделин обернулась и намертво прилипла к стулу. Он смотрел на неё через стол, заинтересованно разглядывая из-за круглых стёкол очков. Зелёные глаза, словно излучающие тепло и свет, чёрные волосы, небрежно падавшие на лоб, светлая кожа и конечно же едва заметная линия знаменитого шрама на лбу. Гарри Поттер. -Привет, — выдохнула Аделин, отчаянно пытаясь отыскать обратный путь к реальности. -Как тебе в Хогвартсе? — доброжелательно поинтересовался он, подавая ей блюдо с яблочным пирогом. -Х… хорошо, — откашлялась девушка, забирая маленький кусочек выпечки, украшенный тонким слоем сахарной пудры. — Пока что непривычно, но я справлюсь. -Уже успела познакомиться с нашей головной болью? — Рон продолжал пребывать в своём мрачном расположении духа. -Он имеет ввиду компанию Малфоя, — пояснила Гермиона, посыпая овсянку молотым миндалём. — Не обращай внимания. Обычно Рональд куда более приятный в общении. Когда не погружается в пучину меланхолии. -И только Гермиона у нас всегда весела, оптимистична, и довольна сложившимися обстоятельствами, — злобно отозвался друг с такой яростью наливая себе в бокал апельсиновый сок, что тот тут же выплеснулся наружу, забрызгав льняную скатерть. -Просто я умею приспосабливаться, — невозмутимо парировала Грейнджер. Достав палочку, она одним взмахом уничтожила оранжевые пятна. — Когда жизнь даёт тебе лимоны, нужно делать из них лимонад. -А когда жизнь даёт тебе хорька вместо соседа?! -Нужно просто смириться и делать то, что ты умеешь делать хорошо. В моём случае — это исполнять обязанности старосты. -Твои амбиции подчас больше характерны совсем для другого факультета.        Гермиона уставилась на Рона так словно бы хотела испепелить его своим взглядом. За столом воцарилась оглушающая тишина. Аделин пыталась медленно дожевать и проглотить кусок пирога, отправленный в рот где-то в середине этой безумной перепалки. За хлёсткими фразами явно скрывался куда более мощный конфликт. Казалось, поднеси к этой пороховой бочке спичку — и все они взлетят на воздух. -Всем приятного аппетита, — титаническим усилием взяв себя в руки, Гермиона обвела друзей невозмутимым взглядом. -Да, — Рон с грохотом вскочил на ноги, попутно хватая сумку со своими вещами. — Всем приятнейшего аппетита.        Разъярённый, он пулей вылетел из Большого зала. Гермиона тем временем продолжала размеренно завтракать овсянкой, словно бы произошедшее никак её не касалось. -Обычно приём пищи проходит куда безобиднее, — тихо прокомментировал Гарри, всерьёз опасаясь, что новая знакомая сбежит при первом подвернувшемся случае. -Это лето было для него особенно тяжёлым, — напомнила младшая Уизли, поднимаясь, чтобы направиться на поиски брата. -Это лето для всех было тяжёлым, Джинни, — ледяным тоном отозвалась Гермиона. -Поговорим об этом позже, — поджав губы, ответила девушка. Она наклонилась и быстро чмокнула Гарри в губы. — Увидимся.        Уровень неловкости зашкаливал настолько, что Аделин благодарила небеса за свой вовремя набитый рот и полное отсутствие возможности хоть как-то прокомментировать произошедшее. Внутренне она уже сожалела, что не приняла предложение Нотта разделить за завтраком зелёно-серебряный стол. -Значит, домашнее обучение, а? — добродушно поинтересовался Гарри в нелепой попытке сгладить обострившийся диалог. -Да, — благодарно выдохнула Аделин. — Скучное домашнее обучение вдали от нормального мира. -Пожалуй, понятие нормы тут сильно размыто. -И всё же находиться среди… -Я разве была не права? — внезапный вопрос Гермионы прервал Аделин на полуслове. -Прости? — Гарри вопросительно взглянул на подругу. -Я сказала что-то не так? -Гермиона… — он попытался подобрать подходящие слова. -Он должен наконец понять, что жизнь изменилась. Мы не можем постоянно стараться вписываться в его понятийные границы только из-за того, что так давно дружим. Времена меняются, люди меняются. И чего он хочет, в конце концов? Чтобы я добровольно отказалась от должности, к которой стремилась все эти долгие семь лет. И почему? Просто потому, что этого внезапно захотел сам Рональд Уизли?! Из-за того, что моим соседом оказался Драко-Чёрт-Его-Возьми-Малфой?!       Тишина, поглотившая Большой зал на последних, особенно громко сказанных, словах Гермионы, казалась сейчас пронзительно оглушающей. Будто бы даже звук столовых приборов резко поглотило всеобщее изумление. -Кажется, сам Драко-Чёрт-Его-Возьми-Малфой слышал тебя, — прошептал Гарри, замечая внимательный взгляд колючих серых глаз из-за стола неподалёку. -Ну и пусть, — выдохнула Гермиона на порядок тише. — Простите. Пожалуй, на сегодня я достаточно сыта.        Когда звук её удаляющихся шагов растворился в возобновившейся какофонии утреннего завтрака, Аделин со странным смущением заметила, что за этим куском стола они остались с Поттером наедине. -Извини за это, — он попытался как-то смягчить обстановку. -Тебе не стоит извиняться, — покачала головой девушка. — Я понимаю. У всех бывают неловкие периоды в общении. -Гермиона права. Нам всем пришлось нелегко в последние полгода… На самом деле в последние семь лет. И возвращаться к обычной жизни, когда ты не имеешь ни малейшего понятия о том, что она должна из себя представлять — нелегко. -Тогда наши ситуации поразительно схожи, — грустно усмехнулась Аделин. — Я понятия не имею, что такое жить среди таких же как ты. В моей реальности я скорее изгой с чудачествами, чем адекватный человек. -Ты быстро привыкнешь, — пообещал Гарри. — Я помню свой первый год в Хогвартсе. Всё было таким диковинным. Но со временем все эти магические выкрутасы теряют своё внеземное очарование. -Спасибо, — она наконец решилась поднять на него глаза. Поттер сидел напротив, тепло и открыто улыбаясь. Так, словно бы они тысячу лет знали друг друга. Сердце в груди снова опасно сжалось и затрепетало как пойманная в кулак птичка. Аделин смотрела на него, не в силах унять будоражащую изнутри нервную дрожь. -Ты в порядке? — взволнованно спросил тот. -Что? — она потрясла головой, стараясь быстрее привести себя в чувство. — А… да… да, прости. -Ты смотрела на меня так, словно я оживший призрак. -За столом красно-жёлтых происходит настоящая драма, — заинтересованно прокомментировала Пэнси, когда рыжий из Трио вдруг подскочил и вылетел пробкой из Зала. -Не поделили новую подружку? — лениво поинтересовался Нотт, отхлёбывая горячий кофе. -Где твои манеры, Теодор? — равнодушно поинтересовался Драко. — Ты же первым занимал очередь. -Откуда нам знать, дорогой друг, — тягуче отозвался сокурсник. — Возможно, маленькой Мисс Стоун хватит на всех нас. -Боже, до чего противные вещи ты иногда говоришь, — хохотнула Паркинсон. -Каждый думает в меру своей испорченности, — веско заметил Забини, перелистывая очередную страницу книги. -В любом случае, на сегодняшней лекции я постараюсь занять ей местечко рядом с собой, — многозначительно пообещал компании Нотт. — Если, конечно, меня снова не обскачет наш дражайший мистер Мне-Нет-До-Этого-Никакого-Дела Малфой.        Щёки Пенси мгновенно запылали от едва сдерживаемой ярости. Ей потребовалась вся ночь, чтобы успокоиться и не расколошматить о головы соседок парочку старинных ваз. Она мечтала стереть из памяти тот миг, как Драко вошёл последним в забитый до отказа кабинет Флитвика, а затем отправился вслед за посредственной тёлкой куда-то на «галёрку». Пэнси действительно пыталась занять ему отличное место. Даже прогнала прочь особенно медлительную и пучеглазую гриффиндорку. Но на тёплое местечко рядом с ней приземлилась вездесущая задница Нотта. А Малфою пришлось разбираться с рассадкой самостоятельно.        Пэнси не помнила ни минуты из этой треклятой лекции. Ёрзая на деревянной лавке, она пыталась разглядеть хоть что-то среди заваленных книгами задних рядов. И лишь единожды умудрилась привстать, чтобы тут же бессильно упасть назад, больно ударившись мягким местом о наполированное сотнями студентов сиденье: светловолосая голова Драко была опасно приближена к улыбающейся физиономии этой новой выскочки. И Паркинсон готова была поклясться, несмотря на то, что видела только его затылок, Малфой тоже улыбался. -С чего бы ему заниматься всякой ерундой? — фыркнула Пэнси, крепче сжимая пальцы вокруг предплечья, обтянутого тонким кашемировым свитером. Угольно-чёрным. Идеально чистым. -Возможно, потому что нашему Королю Жизни тоже бывает скучно? — усмехнулся Теодор. -Он может найти занятие поинтереснее, чем стелиться за очередной юбкой. -Новая юбка, мисс Паркинсон, всегда интереснее старой, — наставительным тоном проговорил Нотт, с интересом косясь в сторону хранящего молчание старосты. -Ему не интересны твои глупые игры, Тео, — скривилась Пэнси. И Драко почувствовал, как её ногти впились ему в кожу даже сквозь тонкую вязку джемпера.       Если она порвёт его своими когтями… -На прошлой лекции у Флитвика мне так не показалось, — понизив голос, заключил Теодор. -Ты волен делать что угодно, Нотт, — меланхолично отозвался Драко, резким движением сбрасывая пальцы Пэнси со своей руки. — Я не буду тебе препятствовать. -Сдаёшься без боя? -Нет, — равнодушно парировал староста. — Незачем сдаваться, если не участвуешь. Мне достаточно знания, что если я захочу, то легко выиграю.        Он точно знал, что в крошечном мозгу Пэнси сейчас взрываются жизненно-важные сосуды. -Воу, воу, воу! — Нотт не на шутку завёлся. — Ваша самоуверенность, мистер Малфой просто зашкаливает. -Это не самоуверенность. Всем известный факт. -А не хочешь ли ты поспорить? — резко отставив в сторону чашку с остатками терпкого американо, Нотт вдруг протянул ему ладонь через стол. -Он не будет заниматься этими глупостями! — почти взвизгнула Пэнси в одну секунду обретая возможность говорить. Она перегнулась через столешницу и шлёпнула его по руке, заставляя убрать конечность туда, где ей было самое место. -И всё же, — Теодор проигнорировал её выпад. — Осмелится ли самый блестящий ученик этой богадельни принять брошенный вызов? Давай же, Малфой. Докажи, что не всё в твоей жизни случилось благодаря деньгам и связям папочки.        Серые глаза опасно сверкнули, схлестнувшись в незримом поединке с изумрудным взором противника. Окружающий мир на мгновение перестал существовать. Что-то в словах Нотта, сказанных напоследок, чтобы задеть его за живое, было куда важнее основной причины спора. Что-то недоброе было в будто бы радостной интонации сокурсника, всего-навсего предлагающего безобидный спор. -Каковы условия? — ледяным тоном поинтересовался он, заключая в крепкие тиски рукопожатия ладонь Теодора. -Ммм… дай подумать, — хитро осклабился тот. — Рыцарский спор? На невинность нашей мисс Недотроги. -Ты совсем офонарел! — Пэнси тут же вскочила с места, пытаясь расцепить их ладони. Нотт лишь дёрнул в сторону рукой, отгоняя её назойливые пальцы. -Спорим на желание, — продолжил Теодор. — Если выиграю я — ты выполнишь любую мою прихоть. Если ты… что ж, я к твоим услугам.        Драко внимательно изучал соперника через стол. Они так крепко сжимали руки друг друга, что казалось кости внутри ладони превратятся в сплошной порошок. -Что скажешь, Малфой? Сумеешь доказать, что ты не просто папочкин сынок? Маленькая лялечка знаменитого Пожирателя Смерти, — издевательским тоном подначивал Нотт. — Ты же не жалкая тень Люциуса, пытающаяся бесталанно пародировать настоящего потомка знатной крови?       Бешеная ярость в одно мгновение захлестнула Драко, заставив разум начисто отключиться. Сколь много времени бы не прошло с последней битвы, воспоминания о том, через что пришлось пройти его семье, были свежи как никогда. И тот тон, с которым Нотт посмел открыть свой рот и произнести имя его отца, заставил Драко полностью потерять над собой контроль. -По рукам, — убийственно произнёс он. -По рукам, — хищно улыбнулся Теодор, кивком головы предлагая сидевшему по соседству Гойлу разбить их руки. -Вы оба просто жалкие идиоты, — казалось, Пэнси вот-вот разрыдается.        Вырвав ладонь из пальцев оппонента, Драко вдруг со странным удивлением обнаружил, что она всё ещё сидит рядом с ним. Паркинсон буквально трясло от плохо сдерживаемой обиды. Но вместо логичного сочувствия, Малфой вдруг ощутил безграничную усталость и равнодушие. Он точно знал, что эта выходка не сойдёт ему с рук и Пэнси попытается позже поговорить с ним о случившемся. И ещё острее понимал, чем кончится этот бессмысленный диалог.        Он ненавидел эти разборки, которые она периодически пыталась ему устраивать. Время от времени Пэнси настолько заигрывалась ролью его девушки, что начинала искренне в это верить. И тогда они вдруг оказывались в каком-нибудь укромном месте, где он в очередной раз, чаще в довольно грубой форме, объяснял ей принцип их совместного существования. В конце Паркинсон обычно заливалась соплями и лезла к нему мириться. А делала она это единственным известным ей способом.        Очевидно, в этот раз ему придётся сводить со своего белья пятна красной помады… -Если вы закончили, я хотел бы обсудить сегодняшнюю тренировку, — безучастный к происходящему Блейз вдруг резко захлопнул свою книгу и обвёл глазами присутствующих.        Драко шумно выдохнул, в ту же секунду осознавая к чему была эта затравка. -Уже через месяц нам впервые предстоит сыграть дружеский матч с Когтевраном, — продолжил Забини. — А у нас всё ещё нет приличного охотника. Вейзи до сих пор валяется в больнице Святого Мунго с сотрясением. И я сомневаюсь, что он окрепнет к предстоящему матчу. -Вообще-то этот вопрос уже решён, — всё ещё капризным тоном отозвалась Пэнси. — Драко включил меня в состав сборной. -Почему отсутствие охотника волнует больше меня, чем нашего капитана команды? — проигнорировав её слова, Забини с интересом взглянул на старосту. -Мы попробуем Пэнси, Блейз, — подтвердил Малфой. -Ты волен пробовать кого угодно, — пожал плечами друг. — Но мне нужен охотник. Или я снимаю с себя ответственность за результаты этого и последующих матчей. Вдвоём с Ургхартом мы не справимся. -Вообще-то я всё ещё здесь, — злобно прошипела Паркинсон. -Я что-нибудь придумаю, Блейз, — сдался Драко. -Да пошли вы! — Пэнси сорвалась с места и бегом помчалась прочь из Большого зала. -Нельзя было обсудить это со мной чуть позже? — устало вздохнул Малфой, обращаясь к Забини, который, казалось, даже не заметил этой истерической вспышки.        Драко отлично понимал мотивы друга. Его чрезвычайная ответственность и серьёзность, с которой тот подходил к казалось бы просто игре, делали Забини незаменимой правой рукой загруженного по самую шею старосты школы. Он даже с удовольствием передал бы ему титул капитана команды, но точно знал, что тот не возьмёт на себя такую ответственность. -Прости, Малфой, но твоя подружка провалит нам первую же тренировку.        Драко это знал. Он пообещал Пэнси место в команде в одну из их особенно жарких ночей. Она проявила свои таланты с блеском, и разомлевший Малфой, запутавшись в хрустящих простынях, разрешил бы ей тогда даже править миром. Если бы мог.        Слава Мерлину, он не мог. -Возможно, стоит попробовать её в роли… — он замер на половине фразы, отчаянно примеряя на Паркинсон возможные должности в команде. -Что же ты замолчал? — с издёвкой поинтересовался Блейз. -Всё равно у нас нет лучшей кандидатуры, — наконец выдохнул Драко. — Тебе так или иначе придётся дрючить Ургхарта, чтобы вытаскивать игру вдвоём. -В таком случае нам нужен кто-то третий, кто хотя бы не будет ныть по поводу сломанного ноготка, — резонно добавил Забини. -Давай мы хотя бы попробуем провести сегодняшнюю тренировку вместе с Пэнс? — миролюбиво предложил Малфой. -Нотт, ты не хочешь попробовать себя в роли охотника? — видимо, Блейз окончательно пришёл в отчаяние, раз попросил о таком одолжении Теодора. Несмотря на незаурядный ум, благодаря которому Нотт практически не уступал Драко в школьных предметах, игрок в квиддич из него был мягко говоря посредственный. -Избавь меня от вашей бестолковой чехарды на мётлах, — поморщился тот, небрежно помахав в воздухе рукой. — Не хочу в конце года собирать своё лицо по кусочкам. -Значит, у меня нет вариантов, кроме как выдрачивать из Паркинсон девичий флёр, — обречённо подытожил Забини. -Я что-нибудь придумаю, — пообещал Драко. — Но сейчас нам лучше поторопиться. Через пятнадцать минут Снейп ворвётся в аудиторию. И если мы придём позже, то проведём полжизни за чисткой котлов. ****       Сырой воздух подземелий выстуживал из лёгких последнее тепло. Аделин стояла несколько поодаль от остальных учеников, пряча тонкие пальцы в рукава объемного свитера. Кофе, который она всё же успела выпить за самым неловким завтраком в своей жизни, перестал греть её внутренности ещё на подходе к лестнице, ведущей куда-то в зловещий мрак коридоров. Гарри проводил её практически до аудитории, а затем исчез, вынужденный искать среди сокурсников лучшего друга. Но несмотря на то, что Аделин жарко заверила его в своей самостоятельности, сейчас её уверенность куда-то улетучилась. Студенты рассредоточились по тёмным углам, переговариваясь вполголоса, словно бы в подземельях действовали какие-то особенные правила. -Попалась, — жаркий шёпот полоснул шею и завершился поцелуем на щеке. -Ты понимаешь, что за подобные преследования тебя легко можно отправить в тюрьму? — поинтересовалась девушка, воинственно скрещивая на груди руки. -Слишком малый проступок для Азкабана, — губы Нотта растянулись в довольной ухмылке. — А даже если и так, то я готов на любые лишения ради таких приятных воспоминаний. Ты у меня в голове, мисс Стоун. И это чертовски приятно.       Он постучал указательным пальцем по виску. -Боже, и кто-то клюёт на комплименты подобного толка? — она всё же не смогла сдержать улыбки. — Подчас это звучит так нелепо, что мне за тебя стыдно. -Однако ты улыбаешься, — довольно заметил Теодор. — Сядем вместе? -А у меня есть выбор? — вздохнула девушка. -Кажется, абсолютно никакого, — развёл руками слизеринец. — К тому же на занятии Великого и Ужасного тебе точно понадобится опыт человека, не раз проходившего через это мучение. -Всё настолько страшно? -Просто у профессора свои методы обучения. И лучше быть к ним готовой, даже если ты счастливая обладательница временного иммунитета. Идём.        Умело лавируя между группками студентов, Нотт уверенно двинулся в сторону аудитории. Внутри было темнее, чем того предполагали учебные классы. Тут и там тускло горели скученные огрызки оплавленных свечей. Но их крошечных огоньков было явно недостаточно для того, чтобы осветить всё помещение. В какой-то момент, двигаясь почти наугад, Аделин почувствовала, как тёплые пальцы проводника переплелись с её. -Да ты замёрзла, малышка, — он удивился, подтаскивая её к свободной парте в одном из самых тёмных углов кабинета. -Настолько, что даже пропущу твою фамильярность мимо ушей, — ответила девушка, усаживаясь на жёсткую лавку. -И в кого ты такая недотрога? -Тебе будет трудно в это поверить, но не всем девушкам нравятся вот такие… подкаты. -Так расскажи, что нравится тебе, — Нотт подмигнул, устраиваясь рядом и тем самым перекрывая все пути к отступлению. — Мы значительно сэкономим время. -Твоя самоуверенность граничит с безумием, — пояснила Аделин. — С чего ты взял, что я рано или поздно сдам позиции и отвечу тебе взаимностью? -А разве есть причины не поддаться искушению? -Почему я вообще должна поддаваться? -Я уверен, что физически привлекательнее большей части здешнего мужского населения, — вполне серьёзно рассудил он. — Я не глуп, хотя зачастую паясничаю и позволяю себе быть смешным. Впрочем, считаю это скорее своим преимуществом, нежели недостатком. Это позволяет мне сделать уверенный вывод, что тебе как минимум не будет со мной скучно. А если ты рассматриваешь отношения с кем-то со стороны исключительно чистой выгоды, то я из чистокровной семьи волшебников с отдельным счётом в банке Гринготтс. -Вау, — только и сумела ответить Аделин. — В таком случае, позволь поинтересоваться, зачем тебе я? Во всём Хогвартсе не нашлось более достойной твоего сердца волшебницы? -А если это любовь с первого взгляда? -А если я просто какое-то юбилейное число в твоём потайном списке побед? — она подалась вперёд, сокращая между ними расстояние. — В таком случае мне интересно знать, какое? Счёт идёт на десятки, или уже перевалил за сотню? -Если ты наклонишься ещё ближе, я дам тебе полистать эту занятную записную книжку, — хрипло отозвался Теодор. -Ты хоть когда-нибудь бываешь серьёзным? — Аделин откинулась назад. -Я был вполне серьёзен, когда выдвигал предположение о первой и внезапной любви, напрочь вскружившей мне голову. Могла же ты, в конце концов, вскружить мне голову? -Святая Цирцея, — девушка закатила глаза от осознания своего бессилия. — Гормоны окончательно затмили твою способность соображать здраво. Мистер Нотт, давайте вернёмся к нашему диалогу тогда, когда Вы начнёте хоть немного жить самостоятельно. Не натягивая на себя эту дурацкую шутовскую маску. -Доброго дня, мисс Стоун.        От этого хрипловатого равнодушного баритона по коже Аделин разом взметнулись вереницы мурашек. Она подняла голову на звук, чтобы тут же оказаться во власти внимательно изучавшего её взгляда. Тёмно-серый в сумраке кабинета, словно озёрная вода, покрытая свежим льдом. Ей внезапно стало ещё холоднее от этого неприкрытого интереса. -Доброго, — ответила она, ощущая странный дискомфорт. -Занял злачное местечко? — поинтересовался Малфой, словно нехотя переводя взгляд на сокурсника. -Мисс Стоун наверняка понадобится помощь кого-то опытного на столь насыщенной лекции, — пояснил Нотт, вальяжно устраиваясь на неудобной деревянной лавке. -В таком случае, когда Вам понадобится помощь, — Драко снова перевёл взгляд на девушку, — не стесняйтесь обращаться, мисс Стоун.        С этими словами он занял место по соседству. Аделин молча наблюдала, как староста словно бы безучастно раскладывал на столе необходимые для занятия предметы. Он и его приятель, сейчас расположившийся у неё под боком, были словно абсолютно полярные друг другу точки. Пылкость и настойчивость Нотта резко контрастировала с непроницаемым равнодушием Драко. Неуловимо схожие внешне, внутренне они напоминали лёд и пламя. И если неутомимые попытки Нотта добиться от неё симпатии вызывали у Аделин только острое чувство неловкости, то холодность и колючесть Малфоя подталкивала её к действиям, словно заставляя глубже заходить на его неизведанную территорию. Она всегда любила сложные задачки, а мистер Лучший-Ученик-Школы был как раз одной из них. -Ещё немного, и я начну ревновать, — шепнул Теодор, вдруг оказываясь непозволительно близко. — Ты прожжёшь дыру в этой светлой головушке. -Ты можешь сообщать мне о своей ревности только в случае, если мы давали друг другу какие-то обещания. Пока этого не случилось, я вольна распоряжаться направлением своего взгляда так, как сама того захочу. -Мне нравится твоя оговорка во времени. -Я говорю гипотетически, Теодор. -И всё же это «пока», Аделин.        Дальнейший диалог был резко прерван внезапно наступившей тишиной. Дверь аудитории громко хлопнула за спиной человека, вороном пролетевшего между рядами в волнах развевающейся за спиной чёрной мантии. Взмахом палочки он заставил свечи и огонь под учебными котлами разгореться сильнее. Аделин сразу ощутила, как окружающий мир вокруг становится светлее. -Долголетние эликсиры, — прозвучал в тишине его низкий, гортанный голос. — Повторяем.        На доске тезисно проступили основные понятия, которые студенты должны были охватить за грядущее занятие. Нотт тут же развернул пергамент и принялся бегло переписывать обозначенную информацию. Заметив, что Аделин сидит неподвижно, он призывно шикнул, пододвигая к ней чистую бумагу. -В твоих же интересах повторять за мной, — едва слышно предупредил он. -Мисс Стоун, — раздалось плавное обращение, больше напоминающее по звуку зарождающееся рычание крупной кошки. -Добрый день, сэр.        Драко замер на середине строчки, услышав тон, которым девчонка произнесла незамысловатое обращение. Ни капли страха или благоговейного обожания, которое за столько лет он привык слышать в сторону декана. Даже сам Малфой не позволял себе такой уверенности в голосе при обращении к зельевару. Разве что наедине и лучше в компании отца. -В ваших же интересах проявить большее прилежание на данном занятии, — чеканя слова проговорил профессор. — В грядущих экзаменах Вам обязательно встретятся вопросы на заданную тему. -Я прошла эту тему год назад, сэр, — очевидно девчонка совсем не дружила со здравым смыслом. -И вы так заносчивы и самоуверенны, что даже не попытаетесь раскрыть учебник?        Драко явственно слышал эти металлические нотки, что не сулили ничего хорошего наивной идиотке.        Покойся с миром, Стоун. -У меня нет причин сомневаться в своих знаниях, — раздалось в ответ.       И в ту же секунду весь класс замер, не в силах продолжать свои записи. Студенты, отлично знающие, что такое Северус Снейп, мысленно прощались с едва обретённой ученицей. -У меня был великолепный учитель.        Хана тебе, малышка Стоун. -Раз Вы явились в мой класс согласно своему гибкому расписанию, будьте добры следовать примеру своих товарищей, — сухо отозвался зельевар.       И всё?       Драко даже поднял голову, чтобы убедиться, что в класс зашёл Снейп, а не его жалкий двойник. Декан, затянутый в свой чёрный сюртук, восседал за столом, склонившись над пожелтевшими листами пергамента. Очевидно, приступил к проверке ранее сданных эссе. Малфой украдкой обернулся проверить не осталась ли от Стоун горстка пепла, пока он приводил себя в чувство от её поразительной наглости. Но Аделин всё также сидела позади него, старательно выводя что-то в любезно одолженном Ноттом пергаменте. Встретившись с ним взглядом, она лишь вопросительно изогнула бровь дугой.        Драко медленно отвернулся к своим записям и несколько раз с усилием моргнул, проверяя не спит ли он. Нет. Всё та же знакомая аудитория. Подземелья. Снейп за столом. Едва уловимый запах серы вперемешку с родной плесенью этих отсыревших стен.        Что это, блять, такое было? -Вы уже закончили работу, мистер Малфой? — до его шокированного разума добрался фирменный «вопрос с подвохом». Что в очередной раз подтверждало вменяемость зельевара. -Простите, сэр.        Потратив ещё около получаса на фиксацию давно изученной информации, Драко с удовлетворением оглядел исписанную бумагу и отложил перо в сторону. Теперь его волновал лишь один вопрос: он единственный заметил то, что произошло в самом начале занятия, или все остальные пребывали в таком же блаженном ужасе. Но визуальная инспекция класса ни к чему не привела. Студенты кропотливо склонились над партами, стараясь действовать как можно быстрее. Все уже были хорошо научены предыдущим опытом работы на занятиях Снейпа. За любую, даже незаметную иному глазу, промашку можно было схлопотать таких проблем, которые научили бы раз и навсегда беспрекословно следовать требованиям профессора. Драко сам не раз получал дополнительные задания от беспристрастного крёстного. Именно поэтому тот факт, что наглая девчонка до сих пор была жива, приводил его в праведное изумление.        Аделин закончила конспектировать тему почти в одно время с Малфоем. Она видела, как он отложил в сторону перо, разместив его в идеальной параллели со сложенными в стопку исписанными листами пергамента. Он задумчиво и совершенно беззвучно барабанил длинными пальцами по крышке стола, очевидно глубоко погрузившись в раздумья. Стоун покосилась на Нотта. Перо буквально летало по поверхности бумаги, покрывая её размашистым, острым почерком. Профессор Снейп был погружён в проверку чьих-то домашних заданий, пока весь остальной класс пыхтел над довольно объёмной для конспектирования темой. -У вас есть пять минут для того, чтобы закончить, — низкий голос зельевара разрезал мирную тишину аудитории, нарушаемую лишь поскрипыванием перьев.        И тут же рядом с левой ладонью Драко, мирно покоившейся на поверхности парты, приземлился смятый клочок бумаги. Мельком проверив не наблюдает ли профессор за этой частью аудитории, Малфой быстро развернул записку с недоумением уставившись на незнакомый почерк.        «В чём дело? Ты оборачивался».        От удивления его брови сами поползли вверх.        Усмехнувшись, он вывел короткий ответ прямо под ровными, округлыми буквами вопроса. Сложил бумагу и щёлкнул пальцами, проворачивая незамысловатый фокус. Записка, вяло покачивая в воздухе сложенными краями, словно бабочка взметнулась к его плечу и дальше — в сторону своего первоначального отправителя.        Аделин ловко поймала её на лету и тут же развернула, впиваясь глазами в ровные, слегка заострённые буквы.        «Хотел убедиться, что ты всё ещё жива».        Губы непроизвольно растянулись в улыбке. Это маленькое проявление человечности со стороны равнодушного ко всему слизеринца, действительно её позабавило.        Драко спиной ощущал её внимательный взгляд, изучавший его затылок. Ему вдруг снова захотелось оказаться рядом с ней среди дурацких книг Флитвика, чрезвычайно близко. Разглядывать её ключицы через едва заметное окошко расстёгнутых пуговок на рубашке.       Блять.       Он мысленно выругался, поймав себя на каких-то из ряда вон выходящих мыслей. Эта выскочка тут всего два дня, а привычный для Драко мир уже начинал трещать по швам.        Малфой вспомнил об обиженной Пэнси, пулей вылетевшей из дверей Большого зала. Он ведь даже не потрудился проверить, пришла ли она на занятия. Паркинсон начисто вышибло из его головы, заменив на какие-то сомнительные, отдающие неприятным розоватым оттенком, размышления.        Серые глаза вдруг расширились, и Драко едва не выругался вслух. Час назад он поспорил с Ноттом. И, кажется, осознание нахлынуло на его бестолковую голову только что.        Он заключил пари, что первым залезет в трусы к девчонке, что сидела сейчас прямо за его спиной. Будучи в здравом уме и трезвой памяти, Малфой ввязался в крайне сомнительную авантюру. Тон Нотта, которым тот озвучил условия, до сих пор звучал на задворках сознания. И что-то в нём заставляло Драко внутренне напрячься. Смысл был не в Аделин, она скорее служила катализатором. Было что-то ещё, что всякий раз ускользало от его понимания, как только он принимался раскладывать по полочкам произошедшее.        И тем не менее.       Он поспорил, что переспит с ней раньше Нотта.        Хотя вообще не планировал развивать их общение в подобной плоскости.       Идиотизм. -Сдаём работы, — гаркнул Снейп, и класс тут же зашевелился, как единый пробудившийся ото сна организм. Ручеёк студентов образовался с задворок парт прямо до стола профессора. Вышколенные, студенты складывали исписанные пергаменты в две аккуратные стопки. Гриффиндор — справа, Слизерин — слева. Зельевар внимательно следил за каждым, словно пронзая насквозь своим фирменным чёрным взглядом.        Драко возложил работу на профессорский стол одним из последних. Следом прошла Стоун, вручая пергамент непосредственно в руки Снейпа. Сделав вид, что покидает кабинет, Малфой затерялся в тени одного из стеллажей, внимательно вслушиваясь в разворачивающийся диалог. -Ты закончила в одно время с Драко, — заметил профессор, разглядывая исписанную бумагу. — Неплохо. Но я ожидал лучшего результата. -Я начала позже всех, — пояснила девушка. -Так разве это должно меня волновать? — с убийственным спокойствием поинтересовался Снейп. — Мне достаточно того, что ты явно можешь лучше. -Я буду стараться, сэр, — с этими словами девушка развернулась, чтобы уйти. -Стоун? — он окликнул её почти тут же. Драко мог поклясться, что она не успела сделать и пары шагов. -Да, сэр? -Твоя откровенная лесть была неуместной. -Простите, профессор. -Я предпочитаю праздной болтовне — реальные дела. Будьте добры, на моих занятиях проявляйте весь Ваш потенциал, мисс Стоун.       Малфой готов был поклясться, что его челюсть рухнула вниз вместе с любой возможностью продолжать адекватно воспринимать реальность. Либо это был не Снейп, либо девчонка сущий дьявол.        Сопровождение: nothing, nowhere — blood        Как только она поравнялась с ним в попытке покинуть аудиторию, Драко схватил тонкое запястье и бесцеремонно потащил Аделин за собой, увлекая прочь от цепкого слуха профессора. Он знал подземелья как свои пять пальцев, и мог ориентироваться тут с закрытыми глазами. Удивительно, но девчонка не издавала ни звука, покорно следуя за своим внезапным проводником. Малфой пронёсся по коридору ещё несколько метров, а затем резко вильнул влево, утягивая добычу за собой. Эта ниша за одной из статуй была хорошо им изведана. До получения особой привилегии в виде отдельной спальни, им с Пэнси приходилось отыскивать всевозможные укромные уголки. -Что это было? — прошипел он практически ей в лицо. Пространство не позволяло соблюдать расстояние, дозволенное правилами приличия. -О чём ты? — Стоун искренне изумилась. -О вашем щебетании со Снейпом. -Щебетании? -Ты собираешься уточнять каждое слово из моих вопросов?        Она молча уставилась на него снизу вверх, будто пытаясь разгадать в выражении его лица неведомые вопросы. Драко выжидал, параллельно пытаясь привести себя в привычное состояние. -Северус преподавал мне в течение некоторого времени, — наконец, призналась девушка. -Северус? -Ты будешь уточнять каждое слово из моих ответов?        Ему захотелось что-нибудь ударить. -Северус, — повторил Малфой, словно пробуя имя крёстного на вкус. — Чёрт тебя дери. -Я бы предпочла, чтобы меня никто не драл.        Драко впился в неё глазами, будто пытался заново разглядеть.        Откуда ты взялась, Аделин Стоун? Чёрт тебя всё же дери… -Ты так и будешь пялиться на меня? — уточнила девушка, чувствуя как под свитер пробирается холод. — Если есть, что спросить — спрашивай. -Я пытаюсь сосчитать, сколько у тебя ещё осталось жизней. -Точно хватит на обозримое будущее. -Ты потрясающе наглая, Стоун. -Ты уже говорил мне эти комплименты. -Это не похвала. -А я всё же предпочту думать, что это она.       И как только ей удавалось двумя фразами заткнуть его за пояс и победно отряхнуть ладошки? Взгляд Драко метнулся от её голубых глаз ниже. И замер в наблюдении за тем, как медленно и чувственно она облизала припухшую нижнюю губу. Что-то внутри него подпрыгнуло и сделало замысловатое сальто, приземлившись где-то внизу живота. -Мы так и будем стоять тут? — прошептала Аделин с интересом наблюдая за оппонентом. -А что ты предлагаешь? -Будь джентельменом, в конце концов. Проводи меня на следующую лекцию. -И что у тебя по твоему индивидуальному расписанию? -Трансфигурация.       Малфой беззвучно выругался сквозь зубы. Она словно нарочно подбирала занятия вместе с его факультетом. И он вдруг поймал себя на мысли, что пора бы дать фору Нотту и заполучить бразды правления ситуацией в свои руки. -Хорошо, — медленно кивнул Драко, принимая её условия. — За это ты проведёшь со мной бок о бок последующие полтора часа. -Справедливая плата.        Он готов был поклясться, что уже выиграл спор. Расстояние, разделявшее их, было настолько крошечным, что при желании Драко мог сосчитать количество её тихих вдохов. А подавшись вперёд, с лёгкостью изучил бы ритм сердца. И из того, что он успел понять о мисс Стоун, можно было сделать вывод: она понимала все нюансы их щекотливого положения также чётко, как это делал он. И тем не менее даже не пыталась отстраниться. -Волшебство момента упущено, — вдруг обозначила Аделин, уперев правую ладонь в его грудь. — Всё, о чём ты сейчас думаешь нужно было сделать чуть раньше. Теперь придётся ждать другого подходящего случая.        Драко даже не сразу понял, о чём идёт речь. Мысли превратились в тягучую патоку. Он ощущал только её ледяные пальцы сквозь тонкую вязку кашемирового свитера. -Не понимаю, о чём ты, — потребовалось немало усилий, чтобы вернуть себе хвалёное безразличие. Его выдавал лишь слегка хрипловатый голос. Аделин хотела поспорить, что кто-кто, а он точно понимает смысл сказанных ею слов, но предпочла подыграть. Очевидно, в благодарность за язык, наконец-то спрятанный за зубами, Драко проявил всю врождённую галантность. Выбираясь из укрытия, он протянул ей свою прохладную сухую ладонь. Как только их пальцы соприкоснулись, Аделин словно бы почувствовала слабый разряд электричества. Она решилась взглянуть на него и поразилась глубине, которую внезапно обрели его серые глаза, влажно поблёскивающие в полумраке подземелий. И это вновь заставило её сердце пропустить удар.        Кажется, она была в корне неправа по поводу упущенного момента.        Они размеренно шли по коридорам огромного замка. Аделин полностью доверилась своему спутнику, полагаясь на его опыт в обитании среди этих стен. Повисшее молчание ничуть не сковывало. Стоун вообще вдруг ощутила себя крайне комфортно, как ещё ни разу за эти два дня пребывания в Хогвартсе.        А-то и за всю жизнь… -Ты поразительно тихая, — насмешливо заметил Малфой. Он вышагивал рядом с ней, стараясь подстроиться под совместную комфортную скорость. Руки спрятаны в карманы классических чёрных брюк. Сумка с учебниками свободно болтается на плече. Явно дорогие кожаные ботинки начищены до блеска. Белоснежный воротничок рубашки, выглядывающий из-под тонкой ткани джемпера, идеально выглажен. Светлые волосы уложены в безупречно аккуратную причёску. Весь образ являл собой типичного аристократа девятнадцатого века, сошедшего с картины из учебника по истории искусств. Неудивительно, что Пэнси сходила с ума от одной мысли его упустить. Казалось, Малфой не предпринимает никаких усилий, чтобы выглядеть великолепно каждую секунду своей жизни. -Нужно уметь замолкать вовремя, — ответила Аделин. -Не знал, что ты умеешь, — тем не менее в голосе послышались нотки одобрения. Или ей просто хотелось их слышать.        Драко не хотел спешить, намеренно растягивая удовольствие просто идти рядом. К тому же, если они явятся на занятие чуть позже остальных, то у него будет веский предлог сесть вместе с новенькой куда-нибудь подальше. Несмотря на то, что Пэнси обязательно закатит ему грандиозную истерику, а подобная выходка только подольёт масла в огонь, Малфой всё же хотел пойти ва-банк. -Значит, Теодор. -Что, Теодор? — уточнила Аделин. -Наступает по всем фронтам, — пояснил Драко не оборачиваясь. -Он не привык к отказам? -Нотт и девчачьи отказы — это что-то из параллельных вселенных. -Как и ты. -Что? — он даже остановился. -Ты ведь тоже не привык к отказам, — девчонка явно издевалась. -Я не страдаю от недостатка внимания, — усмехнулся Малфой. — И в моём случае нет острой необходимости гоняться за юбками. -Красотка с каре, — понимающе протянула Аделин. -Пэнси Паркинсон, — обозначил он, продолжая свой путь. -Теодор сказал, пока я не нарываюсь, мои глаза и волосы защищены от цепких коготков мисс Паркинсон, — Стоун сказала это с такой будничной интонацией, что ему искренне захотелось расхохотаться. -Пэнси не моя девушка, если ты об этом, — вместо этого зачем-то пояснил Драко. — Но ей нравится так думать. -А ты? -А я не люблю рушить чужие фантазии.       Аделин почувствовала, как за рёбрами скребутся вонючие кошки. Испытывать ревность в данном положении было минимум глупо, но она ничего не могла с собой поделать. То, как его не-девушка препарировала её взглядом сегодня за завтраком, наводило на определённые мысли. Аделин не боялась обрести недоброжелателя, скорее сам факт существования Пэнси был немного раздражающим. Ей было позволительно чуть больше, чем всем. Чуть больше, чем самой Аделин. И это раздувало внутри привычный огонь противостояния. Это случалось с ней с самого детства: стоило кому-то озвучить малейший запрет, как всё существо крошки Аделин тут же восставало против ограничений.       Иногда Он со смехом говорил, что это «Слабоумие и отвага».        Драко прислушивался к каждому шороху, надеясь, что девчонка продолжит задавать ему вопросы. Этот очевидный интерес к персоне Пэнси искренне его забавлял. И вдобавок вселял надежду, что в дурацком споре он имеет все шансы прийти первым к победе. -Ты же не обдумываешь план удаления Паркинсон с игрового поля? — с нескрываемой издёвкой поинтересовался Драко, искоса наблюдая за её реакцией. -Вы несомненно очаровательный молодой человек, мистер Малфой, — пафосно ответила Аделин. — Но вряд ли стоите участия в таком низменном действе, как женская драка. Да и мои ногти явно уступают коготкам вашей пассии. -И её богатому опыту в отстаивании своих владений, — он усмехнулся, всё же заметив в словах спутницы такую нужную ему язвительность. Ему нравилось нравиться. Упоительное чувство владения чьим-то вниманием. Возможно фантазиями и снами. Малфой точно знал, что является предметом воздыхания многих сверстниц и даже особенно рано созревших девочек помладше. Некоторые из них даже решались на отчаянный шаг и ловили его по тёмным коридорам. Он до сих пор помнил своё праведное недоумение, когда четверокурсница Анджела Браун перехватила его на третьем этаже во время вечернего дежурства и, затолкав за гобелен, принялась «страстно» целовать лицо. На деле было противно и мокро, да и губами она попадала в довольно странные места. И тем не менее его это тогда знатно позабавило.       А говорят, когтевранцы все из себя правильные и чопорные.        Драко тогда по глупости рассказал всё Пэнси, надеясь всего лишь посмеяться. Но уже на следующий вечер собственноручно вытаскивал из волос обескураженной Анджелы намертво вцепившуюся в них Паркинсон. Возможно именно в тот момент он наконец понял, насколько важными эти недоотношения были для Пэнси.        Они поравнялись с аудиторией в тот момент, когда туда зашла Макгонагалл. Прежде, чем её тонкая рука успела захлопнуть массивную дверь, Драко втащил внутрь себя и притихшую Стоун. -Простите, профессор, — спокойно извинился он. -Мистер Малфой, — женщина едва заметно кивнула. — Я вижу, Вы всё же приступили к обязанностям старосты. Занимайте свободные места.        Схватив Аделин за локоть, он подтащил её к самой последней парте. Ставка была сделана на неудобный угол обзора для Паркинсон, кажется искренне наслаждавшейся сейчас обществом Нотта где-то далеко впереди. -Почему мы скрываемся? — шёпотом поинтересовалась Стоун, когда он практически впечатал её бедром в книжный шкаф. Стол, за который они сели, всегда использовался как дополнительный для особенно больших потоков и стоял среди книжных стеллажей, особняком ото всех остальных. И сейчас эта укромность играла им на руку. -Ты же любишь всякие тайные закоулки. -Я? — она вскинула брови, пытаясь не зайтись заливистым смехом. — Сдаётся мне, это скорее потому, мистер Малфой, что Вы истинный подкаблучник. -Я спасаю твои глаза, между прочим. -Не понимаю, — девушка задумчиво постучала указательным пальцем по губам. — Если ты не считаешь её своей девушкой, а только позволяешь бедняжке так думать… Для чего это тебе? Прикрытие латентных… -Заткнись, Стоун, — шикнул Драко. — Ты что-то опять сильно разговорилась. -Мне просто интересно, — невинно отозвалась та. — Ведь почему-то из всех девушек в школе именно Пэнси выпала честь наглаживать тебя каждую перемену, как большого кота. -Ты хочешь занять её место? — серьёзно спросил он, поймав её блуждающий взгляд в серую стужу глаз. -У меня аллергия на кошек, — выдержав воистину театральную паузу, парировала Стоун.        Слава Мерлину, тех огромных бабочек, что взвились в животе от этого вопроса, она смогла удержать. Аделин понимала, что он играет в заданную игру, и что эта откровенная провокация была лишь попыткой перекинуть мяч на её сторону. И тем не менее это ужасно её взволновало. -У меня нет времени на отношения, — неожиданно для себя самого, пояснил Драко. — Пэнси находится рядом тогда, когда мне это нужно. Взамен получает возможность рассказывать всем небылицы о нашей романтической связи.        Даже если романтики там, как красоты в горном тролле. -Ты завёл девушку для статусности? -Я завёл девушку для спальни, Стоун, — он усмехнулся её наивности.        Конечно, если бы захотел, он мог получить любую. Но никто не бежал по щелчку пальцев быстрее, чем всегда и ко всему готовая Паркинсон. Её синдром недолюбленности играл ему на руку. Стоило лишь чуть-чуть приласкать, и Пэнси горы могла свернуть.        В глубине души Драко прекрасно понимал, что пользуется ей. Причём делает это открыто, что добавляло в их союз оттенков исключительного садизма. По окончании войны, когда уже было решено, что он всё же завершит обучение в Хогвартсе, Малфой признался себе, что пора заканчивать детские игры. Вернувшись, однако, не смог сдержать данного себе обещания. И уже через пару дней в спешке накладывал Заглушающие чары на дверь новообретённой спальни, свободной рукой толкая Пэнси куда-то в сторону кровати.        Вдобавок Паркинсон была невероятно послушной. Он знал, что забываясь, может быть чрезмерно грубым и невнимательным. Однако юная мазохистка храбро и стойко выносила любые его манипуляции, утро за утром терпеливо сводя палочкой синяки и засосы. -Нас всё же заметили, — шёпот Аделин раздался у самого уха.        Он поднял голову и тут же зацепился за прожигающий взгляд сокурсницы.        Чёрт возьми, у неё глаза на затылке? -Теперь мне несдобровать? — уточнила Стоун, легонько касаясь пальцами его плеча. В тех местах, где остановились подушечки её пальцев, кожу покалывал незаметный электрический ток. Драко с удивлением обнаружил, что девушка бесстрашно смотрит глаза в глаза разъярённой Пэнси. Судя по тому, как багровело её лицо, Аделин и правда была на волоске от запрещённого заклинания. -Если ты продолжишь в том же духе, то да, — усмехнулся Малфой. -В таком духе? — невинно уточнила девушка. Прохладные пальцы скользнули по плечу выше, к воротничку рубашки. Затем ловко пробежали по нежной коже на шее, за правое ухо, и запутались в шелковистой платине волос.        Драко замер как вкопанный, чувствуя как стремительно теряет связь с реальностью. Зрение на мгновение сказало ему «до свидания», но даже сквозь мутную пелену и пятна, он точно знал, что рука Паркинсон неосознанно потянулась к палочке.       Стоун начисто лишена инстинкта самосохранения.       Тем временем пальцы девушки выписывали замысловатые узоры на его затылке. И если бы Малфой мог, он точно бы сейчас заурчал. Ощущения были фантастически приятными. -Боюсь, она уничтожит меня в конце лекции, — усмехнулась Аделин, резко одёргивая руку. Драко едва сдержался, чтобы не издать протестующий стон. -Удивлён, что она не кинула в тебя Кедаврой, — хрипло отозвался он, приглаживая волосы на затылке. -Как жаль, — наигранно пождала губы Аделин. — Я не успею дожить до выпускного. -Стоун, ты поразительно наглая. -Вы повторяете это слишком часто, мистер Малфой. Мне приходится соответствовать.        Драко лишь беззвучно хохотнул. Безрассудство, с которым девчонка кидалась в собственноручно спровоцированные авантюры, заслуживало аплодисментов. -Жизнь в Лондоне была настолько скучной, что ты решила за неделю лишиться в Хогвартсе головы? -Ты удивишься, узнав насколько я живуча.        От дальнейшего диалога их отвлёк голос Макгонагалл, призывающий студентов выйти ближе к центру кабинета, где уже стояли подготовленные для практического занятия круглые столики. Предстояло заставить трансфигурировать несколько одушевлённых объектов. -Мисс Стоун, будьте добры присоединиться к мистерам Нотту и Малфою, а также мисс Паркинсон, — попросила Минерва, возвращаясь к объяснению задания.        Следуя за Драко, Аделин заняла место у одного из столов, на котором располагалась клетка с волнистыми попугайчиками. Напротив, прожигая её взглядом, встала Паркинсон, готовая, кажется, в любую минуту перелететь через преграду и вцепиться сопернице в волосы. Стоун кожей ощущала все те варианты уготованной для неё участи, что возникали в голове Пэнси один за другим, словно картинки диафильма. -Сегодня будем отрабатывать обратные обращения, — тем временем разглагольствовала Макгонагалл. — Вам необходимо вернуть первоначальный облик всем тем объектам, которые вы видите перед собой на столах. -Интересно, Стоун, на что же ты способна? — ледяным тоном поинтересовалась Пенси, вытаскивая палочку. -Попугайчики, милая, — напомнил Нотт, предупреждая начало конфликта. -До конца занятия вам необходимо заставить трансфигурировать абсолютно все объекты, — завершила пояснения профессор. -Предлагаю начать, — прежде, чем Паркинсон успела что-либо добавить, Драко открыл крошечную дверцу клетки и, запустив внутрь ладонь, цепко схватил сопротивляющуюся птичку. Попугайчики бешено заверещали и забились о прутья своей тюрьмы. -Пэнси, — попросил он, галантно вытягивая руку в сторону. Отточенным движением палочки студентка заставила пичугу превратиться в крупную лилию. -Очаровательно, — похвалил Нотт, но девушка проигнорировала его восхищённый тон. Она с вызовом смотрела на Аделин, наблюдая за малейшей реакцией. -Давай, Стоун, — кивком головы Пэнси указала на мечущихся по клетке птиц. — Твоя очередь. -Пожалуй, уступлю место мужчине, — отказалась девушка. -А что так? — фальшиво посочувствовала Паркинсон. — Забыла дома волшебную палочку? Хотя зачем сквибам какая-то веточка? Если таланта нет, ему неоткуда взяться. -Позволю себе проигнорировать эти детские нападки, — равнодушно ответила Аделин.       Нотт, укачивающий в ладони голубую птичку, уже произнёс необходимое заклинание. Появившийся в пальцах ирис был галантно преподнесён новенькой, что только сильнее заставило Пэнси залиться пунцовой краской ненависти. -Принимайся за дело, Стоун. Или ты умеешь только трогать то, что тебе не принадлежит? — прошипела она, подначивая соперницу к действиям. -Зато как я это делаю, — улыбнулась Аделин.       Драко почувствовал, как по спине снова прошёлся едва уловимый разряд электричества. -Всем плевать, — фыркнула Паркинсон. -Я бы так не сказала, — многозначительно протянула новенькая, бросая слишком прямой взгляд на застывшего рядом Малфоя. В ту же секунду напряжение, копившееся в раскалённых до бела нервах Пэнси, достигло своего предела. Вскинув руку одним точным движением, слизеринка направила кончик палочки в сторону наглой выскочки. -Экспульсо!        Прежде, чем кто либо успел что-то сделать, синяя вспышка осветила кабинет. Драко запоздало вскинул руку, чтобы предотвратить неизбежное. Но, к своему удивлению, обнаружил, что Аделин не сдвинулась ни на шаг. Он готов был поклясться, что у Стоун не было палочки. Однако заклинание, выпущенное Пэнси вдруг срикошетило о незаметную преграду и отбросило Паркинсон назад. Неловко вписавшись спиной в книжный шкаф, девушка мешком свалилась на пол.        Мерлинова борода! Щитовые чары.        Аудитория погрузилась в тотальную тишину. Все замерли на месте, наблюдая за странной картинкой. Минерва поспешно спустилась с возвышения, на котором располагался её стол, и подошла к невнятно стенающей Пэнси. -Что здесь произошло?! — возмутилась профессор, наскоро проверяя состояние студентки. -Недоразумение, — выдохнул обескураженный Теодор. -Мистер Малфой? — свирепый взгляд Макгонагалл впился в старосту школы.        Я, блять, не имею ни малейшего понятия. -Мисс Паркинсон применила боевое заклинание против… Стоун, — он поразился, насколько по-идиотски звучала сейчас сухая констатация фактов. Это не объясняло абсолютно ничего. -Оставайтесь в классе, — Минерва сжала губы так, что они превратились в сплошную ниточку. — Я отведу мисс Паркинсон в больничное крыло, а затем мы продолжим занятие.       Она помогла Пэнси подняться и медленно повела её к выходу из кабинета. Малфой проводил взглядом их удаляющиеся спины, а затем резко повернулся к Аделин, вонзая в неё вопросительный взгляд, требующий немедленных объяснений. Та стояла, словно как ни в чём не бывало, молча наблюдая за разворачивающимися событиями.        Десятки глаз наблюдали за ними, уверенные, что через мгновение прозвучит настоящая сенсация. Драко с трудом оторвал взгляд от Стоун и оглядел аудиторию. Ещё чуть-чуть и они отойдут от первоначального шока. А следом обрушится гвалт вопросов. -Идём, — схватив девчонку за локоть, он потащил её к двери. Покинув кабинет, они прошли в такой манере ещё несколько метров, а затем староста затолкал свою добычу в небольшую комнату, заваленную сверху донизу непонятными предметами. Одна из редко используемых Филчем кладовых пришлась сейчас как нельзя кстати. -Ты понимаешь, что тебе придётся объясниться? — хриплым от быстрой ходьбы голосом, потребовал Драко. -О чём ты? -Блять! — он резко ударил основанием ладони в стену рядом с её головой.        Аделин зажмурилась. Зажатая с обоих сторон его руками, упёртыми в шершавую каменную поверхность, девушка не могла убежать, даже если бы сильно захотела. -Не испытывай моё терпение, Стоун, — выдохнул Малфой. -Это Защитные Чары, — она развела руками, словно приходилось объяснять самые обычные вещи первокласснику. -А то я не догадался, что это было Протего. -Тогда я не понимаю, что ты хочешь узнать? — она непонимающе хлопала длинными ресницами, глядя на него снизу вверх. -У тебя не было палочки, — прошипел Драко, взбешённый тем, что приходится всё пояснять. -У меня не было времени её доставать! Или ты предпочёл бы собирать меня по стенам?! -Ты владеешь невербаликой, — он пригвоздил её взглядом к стене. -Ты утверждаешь, значит мне не нужно отвечать.        Драко убрал одну руку со стены и устало потёр переносицу. Сегодня ему всё острее начинало казаться, что он нянька несносного ребёнка-непоседы. Стоун не имела ни малейшего представления о том, как нужно было существовать в Хогвартсе. Вдобавок её острый язык и буквально талант находить неприятности, не способствовали облегчению его переживаний. На самом деле, он чувствовал, что дошёл до предела. Возвращаться в класс после случившегося казалось истинным безумием: студенты просто порвут её на части своими вопросами. -Послушай, — тихо начал Малфой. — Твой авантюризм не лишён очарования. Но он начинает балансировать на грани с безумием. -Прости, — Аделин выдохнула слово едва слышно, но этого хватило, чтобы он пришёл в полнейшее замешательство. Драко ожидал возмущений, попыток переложить ответственность за случившееся на Паркинсон, каких-то бессмысленных споров. А вместо этого… извинения? -Что? — он смотрел на неё так, словно бы видел впервые. -Извини меня, — просто ответила Стоун, в упор глядя ему в глаза. — Всё это… сложно объяснить. Кто-то будто бы открыл клетку и позволил мне вылететь. И это опьяняющее чувство свободы окончательно усугубило мой и без того отвратительный характер. Пожалуй, всё, что тебе следует запомнить обо мне, так это то, что порой я могу быть исключительно невыносима.        Малфой панически подбирал слова, но голова как назло опустела. -Я извинюсь перед Пэнси, когда подвернётся возможность, — пообещала Аделин.        Он вдруг расхохотался. Звук его смеха, гортанный, рокочущий, словно ручей о камни, настолько заворожил девушку, что она словно приклеилась к месту. Малфой смеялся так, как давно уже не делал. Ситуация добивала его своей нелепостью. За два дня это невесть откуда свалившееся на них недоразумение сумело заткнуть за пояс мисс Паркинсон с её паранойей, и самого Драко, никогда не проигрывающего в словесных перепалках. Исключение составлял разве что Поттер и компания, да и там счёт скорее был равным. -Нам стоит вернуться в класс? — осторожно уточнила Аделин, когда он всласть насмеялся. -Боюсь, сегодня тебе лучше на занятиях не показываться, — всё ещё тяжело дыша ответил Драко. — Идём, немного проветримся.        Осеннее солнце заливало своим светом простиравшиеся внизу холмы и ослепительно бликовало на поверхности Чёрного озера. Где-то в кристально чистой глубине сентябрьского неба играли птицы, наслаждаясь уходящим теплом. Малфой привёл Аделин в Астрономическую башню отчасти, потому что сейчас это было самым укромным местом, отчасти потому что с неё открывался фантастический вид на прилегающие территории. -Значит, невербалика? — с горькой усмешкой уточнил он, подходя к самому краю площадки. Расставив руки в стороны, Малфой упёрся в металлические прутья перил и бесстрашно посмотрел вниз. Высоко так, что захватывает дух. -Ты сам всё видел, — Аделин подошла к нему, остановившись всего в нескольких шагах позади. Его острые лопатки проступали под школьной формой, когда он особенно сильно пытался выглянуть вниз.        Словно бы отрубленные крылья. -Чем ещё вы удивите меня, мисс Стоун? — с улыбкой поинтересовался Драко, поворачиваясь, чтобы лучше видеть её. -Ты же понимаешь, что вещи, поражающие тебя, для меня могут быть обыденностью?        Он помолчал, несколько мгновений вглядываясь в её лицо, а затем медленно кивнул. -Заранее опасаюсь, сколько проблем ты можешь принести своему будущему факультету, — усмехнулся Драко. -Я же уже извинилась, — напомнила девушка, скрещивая на груди руки. -Должен признать, это было круто, Стоун, — словно нехотя произнёс Малфой. — Действительно круто. Несмотря на то, что изначально в конфликте всё же виновата ты… Пэнси надолго запомнит этот день. -Надеюсь, она в порядке, — казалось, Аделин искренне переживала. — Мне иногда тяжело остановиться от соблазна испытывать чужое терпение. Впрочем, надо отдать ей должное, она долго держалась.        Драко снова почувствовал фантомные пальцы, ласкающиеего шею и затылок. -Я сам восхищён её выдержкой. Других она пыталась испепелить и за меньшее.        Напряжение, постоянно витавшее между ними в воздухе, вдруг стало усиливаться. Он чувствовал это кончиками светлых волосков, покрывающих кожу. Драко не понимал, откуда берётся это неуловимое, будоражащее чувство, но отчаянно решил ему не противиться. Жгучий интерес раз за разом подталкивал его делать следующий шаг навстречу чему-то неведомому и манящему. Это было похоже на подарок под ёлкой в Рождественскую ночь. Ты точно знаешь, что ещё не время срывать обёртку, но страшно хочется заглянуть внутрь. -И как с таким характером ты умудрилась прожить всю жизнь среди магловских ребятишек? — спросил он. -Тебе будет трудно в это поверить, но на самом деле я отлично умею держать себя в руках. -Вот уж и правда, — он усмехнулся. -Мне пришлось рано повзрослеть, — словно нехотя пояснила Аделин, подходя ближе и облокачиваясь на перила рядом с ним. — Когда ты единственный ребёнок «со странностями» среди кучи обычных детей — это всегда грозит крупными проблемами. Я рано поняла, что для собственной безопасности мне лучше не пользоваться фокусами, которые я умела делать всё время, как себя помню. Этими фокусами невозможно завести друзей. Ещё хуже пытаться избавиться ими от обидчиков. Однажды я попыталась отпугнуть хулигана, швырявшего в меня камни на перемене, маленькой шалостью. Ничего особенного, безобидное подобие Чар Щекотки… Вечером его друзья били меня за школой ботинками с металлическими носками.        Она произнесла это буднично, но Малфой почувствовал, как горло сжали ледяные пальцы страха. -Почему твои родители… -Погибли, — она перебила его прежде, чем Драко успел закончить вопрос. — Оба. Давно. -Кто тогда занимался твоим обучением? — удивился собеседник. -Мой… опекун, — ответила девушка. — В конечном счёте, сюда я попала также благодаря его влиянию. -И всё же, почему он не отправил тебя раньше в куда более подходящее место? — Малфой словно со стороны услышал в собственном голосе возмущённые нотки. — Насколько я понимаю, он — волшебник? -Да, — Стоун на мгновение сжалась, словно кто-то ударил. — Так было правильнее. -Получать удары утяжелёнными ботинками?!        Она посмотрела на него, чуть склонив голову вбок, и вдруг мягко улыбнулась. Этот проблеск беспокойства был невероятно очаровательным. Аделин и подумать не могла, что источающий направо и налево холодную отстранённость Малфой способен испытывать нечто воистину человеческое. -Полагаю, без такой школы выживания мой характер был бы в разы отвратительнее. -Ты чёртова мазохистка, Стоун. -У каждого свой грех.