Черный дракон

Что такое Рождество? Рождество — это сказка, ключевыми элементами которой являются пряный запах глинтвейна, тёплые свитера, множество подарков, весёлый звон колокольчиков и, конечно же, самые близкие, любящие друг друга люди… И только у Чёрных Драконов всё совсем иначе. Рождество — это ночь, о которой никогда не вспомнишь. У них были лучшие причины амнезии: терпкий запах крепкого алкоголя приятно обжигает рецепторы наравне с порохом, и уже изрядно повеселевшие драконы с упоением наслаждаются спиртным; горячий металл греет лучше миловидных свитеров с оленями, и доказательством тому являются созвездия ожогов; хруст переломанных костей ласкает слух намного приятнее хрупких подарков, а сравнительная прочность скелета позволяет размять кулаки; звон колокольчиков и искренние поздравления не слышны из-за выстрелов кольтов, отсчитывающих наступление полуночи вместе с громкими наёмниками. Раз. Первая пуля оставляет дыру в потолке. Два. Вторая летит в стену, чуть не задев железную черепушку. Три. Патрон не успевает покинуть стенки дула, когда в комнату забегает главный предвестник чудес. — Я испёк мандариновое печенье! — Восклицает Кабал, ослепляя собравшихся по-детски радостной улыбкой. Пожалуй, только этот мужчина был наполнен традиционным духом рождества: свитер, прихватки в виде снеговиков, красная мишура на шее и эльфийский колпачок идеально дополняют образ безжалостного убийцы. — Оно немного твёрдое, но я думаю, что всё равно получилось вкусно. — Может, это стоило поручить нашим дамам? — Недоверие отчётливо слышится в интонации Кано, — он даже не осмеливается подходить к угощению. Благо у наёмника было весомое оправдание в виде занятых бутылками рук. — Они бы лучше управились с рецептом твоей мамули. Или что, она не оставила на прощание даже бумажку и муку? Едкий смех механика заражает каждого, даже самого Кабала. Заливистый хохот был настолько громким, что бокалы из тонкого стекла дрожат под натиском многоголосья, но всего через секунду эта песнь пришла к своему логичному завершению. Недолго длится момент радости. Кабал, не жалея плодов собственного труда, подхватывает одну печеньку и отправляет её в полёт, нарочно прицеливаясь в голову Кано. Громкий звон металла заполоняет комнату неприятным дребезжанием, от чего даже сам механик недовольно хмурится. Он искренне надеялся, что хотя бы эта печенька рассыплется в пыль, но выпечка отличилась превосходной крепостью. Ёлочка без единого скола падает прямиком в маленькие ладошки Киры, что всего минутой ранее старательно подкрашивала губы. — Очень крутое печенье, Кабал! Кажется, оно даже крепче Тремора. — Усмешливо бросает девушка, облокачиваясь на плечо Кано. Ритмично простукивая одну из множества рождественских мелодий по крепкому черепу, который, кажется, уже совсем ничего не чувствовал, она не без удивления бросает ёлочку Эррону. Печенье не рассыпалось даже под натиском Киры, — в таком случае его вообще ничего не сокрушит. — Кстати, а где Тремор? — Он ушёл за мандаринами, — Рычит Эррон, пытаясь откусить от выпечки хотя бы маленькую часть. Кажется, намного проще раскрошить зубы, нежели печенье-титана. — Наши Кабал спустил. — Сарина пробовала печенье, и у неё не возникло никаких проблем. — С явным недовольством возражает мужчина, оставив поднос на общем праздничном столе. В его глазах отчётливо виднелась смесь тоски и озлобленности, — он стремится защитить своё детище. — Ты ебаный гений! Ты видел её пасть? Её зубкам подвластно любое дерьмовое печенье. Или что, она не демонстрировала свой внутренний мир? Ты бы ещё Такарт... Тарака... Блять, ну зубастым дал попробовать. — С уже родной едкостью вскрикивает Кано, демонстративно подходя к несчастной выпечке. Он без всяких, несомненно, ненужных раздумий подхватывает с подноса съедобную ель, и удерживая её за «кору» разбивает о стол. Печенье разлетается в разные стороны вместе с одним из незастрахованных бокалов, отныне представляя настоящую опасность для босых ног. Волновало ли это кого-то? Нет, сейчас важно печенье. Кано, лишь усмехнувшись с данной картины, наконец пробует то, что осталось от несчастной ёлочки, после запивая любимым пивом. Его выражение лица было невероятно серьёзным, словно он эксперт, который решает судьбы неудачных печенек уже с десяток лет. Наконец он вынес вердикт. — Правда, че вы разорались? С пивом покатит. — Вот, всё, види… Че ты там сказал? — Воодушевлённый вердиктом "главаря" Кабал стремительно теряет весь рождественский настрой. Слова, относящиеся к сущности возлюбленной, задевают его намного сильнее, чем печенье зубы Эррона. Покрасневший от ярости мужчина стремительно настигает бездумного Кано, — честно, голова всегда была его сильной стороной, — а тот лишь смеётся и вновь шутит про год Быка. Рождество — это вдохновение для наших душ. Оно заставляет думать о других, направляет мысли к дарованию, и именно поэтому драконы стремились подарить друг другу множество сломанных костей да беспамятство. И вновь горячий металл, терпкий запах пороха и спирта, хрустящие "подарки", звон пуль и головы… Рождество — это праздник для любящих.