5. Благо

— Бел, солнышко! Пора вставать. — тихий, умиротворённый голос отца пробивался сквозь пелену сна. — Ещё пять минуточек, пожалуйста. — сонно раздалось в ответ. — Бел, нас ждёт бабушка. Пора-пора вставать. Ну, соня! Всё проспишь! — рассмеялся отец и принялся щекотать девочку. Та в ответ, заливаясь смехом, начала сталкивать его с кровати. — Ну пап! Щекотно! Ай! Папа! — Просыпайся соня сонная! — смеялся мужчина. — Ну всё: я проснулась! А мы скоро поедем? А мы зайдем к тёте Марте? А Джесси поедет с нами? — посыпался град вопросов. — Эй-эй, притормози. Сначала умываться и завтракать. Всё, жду тебя внизу. После завтрака, всё также смеясь и шутя, загрузились в машину. Ванс всегда старался окружить единственную дочь вниманием. С его работой это было непросто и он часто винил себя в том, что его нет рядом тогда, когда он нужен. Уход жены, которая на седьмом году совместной жизни обвинила его во всех смертных грехах, лишь укрепил его в этих мыслях и теперь он просто лез из кожи вон, чтобы заменить Бел ещё и мать. Вот и теперь он вез дочь на праздники, где её ждала не только любимая бабушка, но целая сказка наяву. С утра небо щедро сыпало мелкой, противной крошкой, а вечер обещал обратиться настоящей снежной бурей. Бел, словно завороженная, разглядывала в окно машины заснеженные поля и проносившиеся мимо дома, похожие на пряничные, а Ванс гнал, стремясь обогнать непогоду. Оставалось каких-то пять миль, когда буря настигла их. Снежная стена лишила видимости, жуткий свист и треск ломающихся деревьев было слышно даже сквозь закрытые стекла. Машину Ванса закружило, казалось: ещё немного и её оторвет от земли и унесет, как домик Элли. — Папа! Папочка, мне страшно! Я боюсь! — этот, полный ужаса и боли, крик ещё долго будет сниться Вансу в кошмарах. — Ну-ну, Бел. Всё хорошо. Сейчас метель успокоится. Глазом моргнуть не успеешь, как мы будем уже у бабушки. Не плачь, малышка. Всё будет хорошо. — старался придать голосу уверенности мужчина. Удар, последовавший в следующую секунду, разорвал мир. Кровавыми бликами, стеклянной крошкой на зубах и прошивающей болью наступила тьма. Посеревший от горя Ванс, на которого нельзя было взглянуть без слёз, не соглашался с вердиктом врачей. Поседевший, раздавленный он проводил очередную бессонную ночь в палате, где его Бел, его сокровище, опутанная бесчисленным количеством проводов и датчиков, напоминала сломанную пустую куклу. Отчаянная, безумная надежда, нежелание смириться толкали на поиск решений. Спустя восемь лет Вансом Ри была создана система "Благо", изначально направленная на решение одной-единственной задачи: спасти Бел.