Трагедия

Город ревел, его тело пронизывало огромное количество больших жёлтых каменных столбов. Они же обрушили десятки зданий Мондштадта, создав из уютного города руинную пустошь, которая была похожа на логово Ужаса бури, но умноженную на десять. Тем, кто оставался в своих домах во время эвакуации, стоило только посочувствовать. Остальные же находились в Спрингвейле, наспех организовав там помощь раненым. Всех, кто имел глаза бога, способные лечить, и просто способные лечить, оставили тут, включая женщин и детей, которые трепетно помогали первым. Других, кто был способен держать оружие, отправили к городу. Это было величайшее поражение ордена; они всегда были готовы к атаке извне, но не были готовы к атаке изнутри; это был их самый большой просчёт. Но магистр не успевал себя винить за это: у неё не было времени. Джинн ждали долгие часы работы над горами раненых до полного изнеможения, как и всех здесь. Перейдём к «передовой» за мостом города. Там творилась суматоха: регулярно в обороняющихся жителей города прилетали огромные каменные глыбы, те лишь успевали прятаться за такими же каменными глыбами, только уже монолитно вставленных в землю. Везде стояли и баррикады, но больше нескольких попаданий они не выдерживали. Вместе с сотрясавшейся землёй восклицали и крики: у кого-то испуганные, у кого-то истеричные. Владельцы глаз бога то создавали всяческие магические барьеры, не дававшие камням долететь, то отбивали их напрямую, как только могли. Венти, который стоит отдельного упоминания, своими стрелами, заряженными силой анемо, разрушал камни, превращая их в щепки. Барбатос понимал, что происходит. И он боялся. Боялся, что вслед за городом свободы падут и другие величественные города, а разобщённые архонты не смогут справится с этой угрозой. «Только общими усилиями, только соединив силу всех семи они могли бы!..» «Но они не смогут."-вмешалась реальность, -"Город был уничтожен меньше, чем за несколько часов. Оно поглощает энергию всего, что видит, оно может выкачивать её из воздуха! Никакие силы не смогут добраться до Мондштада вовремя.» Влажным мечтам пришлось заткнуться, смирно склонив голову и с сочувствием смотря на город. Надежды было мало, но она есть. На кону стояла жизнь Тейвата, их родного и многовекового мира. Довольно иронично, что такая дола выпала на самое слабое звено гармоничной системы семи Архонтов. Поражение недопустимо! Но виновник торжества так не думал. Он продолжал, находясь в воздухе над входом в город, пулять камни в обороняющихся, иногда изощряясь на всяческие фигуры из камней. Он мог делать из них что-либо, словно это был пластилин. Но это был настоящий камень. Всю эту красоту анархии узрела сама Люмин. У неё и Паймон не было слов, только животный испуг и лишь капелька геройства. Это было разрушительней Ужаса бури, который теперь казался детской игрушкой, опаснее Тартальи, одиннадцатого предвестника Фатуи, и, казалось, что даже воля Селестии не могла быть на столько разрушительной… Она бежала к защищающимся. Сейчас это слово их лучше всего характеризовало. Почему? Оно движется прямо сюда. А вокруг него формируется огромное кристаллическое гео поле, уничтожая все шансы на победу. Камни перестали лететь. Оно лишь приближалось, а его глаза ярко светились белым цветом. Вся одежда была изорвана от вырывавшихся элементальных микрореакций на коже. А сама кожа… Это обугленное и торчащее в некоторых местах месиво тканей и мышц описывать будет довольно сложно. От былого Альбедо осталось полностью только лицо. Но, не смотря на все раны, он продолжал атаковать. Венти опустил руки. Шансов нет, надежда иссякает с каждым мгновением. А эти мгновения шли до-о-олго, как будто злорадствуя. Хотелось, чтобы всё побыстрее закончилось. Барбатос соскучился по ромашковому вину. -Венти! -подбегает к нему Люмин. Она распрашивает его, что происходит, но ответа не слышит. -Я… Хочу снова стать ветром. Всё рухнуло. Шансов нет. Где-то на фоне владелец местной винокурни, сам почти полностью в ранах, воодушевлённо собирает всех для единой атаки. Даже Сахароза переосилила себя и пыталась что-то сделать. Она просто действовала так, как ей говорили. Мысли были полностью опустошены. Только вчера она видела своего учителя, правда, недомогавшего, но он был нормальным. А сейчас… Это машина для истребления живого, которая как раз таки именно этого жаждет. Мона, которая совсем недавно переехала в Мондштадт, пыталась создать такую струю воды, которая сможет пробить этот щит, а Лиза вместе с Кейей пытались ей подсобить. Скаут собирался отправлять град огненных стрел на купол. Ещё какие-то искатели приключений и остатки ордена пытались в одиночку или отдельными группами сломить щит и поразить Альбедо. Всех их объединяло одно — за последний час они устали, безумно устали. Каждая минута была наполнена огромным количеством событий, так горестных их душам. Но они боролись, видимо, понимая, что понимал и Венти. Если не они — то никто. Звонкий хлопок пощёчины раздался как будто эхом в голове Барбатоса. -Продолжай бороться! -Поняв, что архонт отчаялся, кричала Люмин. Никакой реакции. Только взгляд, налитый слезами. Горечь на душе Венти была неимоверной: отчаяние раскалёнными пиками втыкалось в душу, беспомощность острыми когтями рвала её, не оставляя и капельки целой части. Архонт с горестью улыбнулся, и, кажется, хотел что-то сказать, но это продлилось лишь мгновение. Он зарыдал. Зарыдал очень громко, как маленькая девочка, как тот город, который олицетворял свободу и жизнь. Мондштадт был мёртв, как и он сам с этого момента. Без сердца бога — он песчинка в этом мире, которая ни на что не способна. Венти бросился прочь. В лес. Подальше от этого дерьма… Остановить его Люмин не смогла. Да и не очень то было нужно. Бывший архонт ветра и земель свободы был ни на что не способен. Полетел сокол Дилюка! Хорошо летит. Ввысь, как бумажка, подхваченная ветром. Быстро, как буря, отчаянно, как Венти. На соколе виднелся сам его владелец. Тот, замахнувшись мечом в ободранной одежде, готовился нанести удар, который мог сокрушить нарушителя покоя Мондштадта и его жителей. -Га-а-арх! -Этот тяжёлый крик, казалось, разнёсся по всему миру, показывая решимость Дилюка. Удар, взрыв… Треск. Ничего не помогло. Это был треск костей и суставов владельца винокурни. Он пытался самопожертвованием спасти всех, но у него ничего не вышло. Альбедо огромными камнями придавил его о свой же щит, от чего на нём осталось характерное кровавое пятнище с некоторыми частями человеческого тела. Отряхнув камень, как руку от влаги, на всех полился дождь из кровавых останков. Сколько раз я уже писал об отчаянии? И я напишу о нём снова. Желание бороться пропало. Все приняли правду: всё исчезнет. Но не Люмин.

***

Было грустно, но всему приходит конец. -Как и нашей встрече, — с улыбкой говорил Альбедо, обнимаясь на прощание с путешественницей, -я не забуду тебя и твою летающую подругу. Да и в конце концов мы ещё увидимся! Ты ведь вернёшься в Мондштадт? -Да-да, -утверждала Люмин, обнимая, а после отпустив алхимика, -мы с Паймон обязательно вернёмся после путешествия в Инадзуму, не переживай. -Ты всё ещё не запомнил моего имени? -Сложив свои миниатюрные ручки на поясе спросила феечка. -Отнюдь, я его прекрасно помню. -И в правду? Так скажи же его! -Начинала злиться по-детски Паймон. -Зачем? Может, нам, друзьям, стоит доверять друг другу? -Ехидно проговорил Альбедо, -ладно-ладно, шучу, Паймон. -Вот-вот, доверять ему ещё тут…-Теперь ручонки феечки были сложены на груди, а сама она, кажись, обиделась. Люмин улыбнулась, наблюдая за этой забавной сценой. Наступило неловкое молчание. Алхимик понял, что это тот самый момент. Он решительно подошёл к путешественнице. -Мне надо тебе кое-что сказать, но нам придётся отойти, -всем своим видом показывая серьёзность его намерений. -А…-Видимо, навоображав всякого, девушка смутилась, -хорошо. -Ха-а-а? Ты не хочешь, чтобы Паймон слышала твоего признания Люмин? Альбедо лишь цокнул и, взяв девушку за запястье повёл её за угол того лагеря исследователей около драконьего хребта. -Да, я тебя слушаю, -навострила уши девушка, когда они скрылись от взора феечки. -У меня большая просьба к тебе, -парень закрыл глаза, слегка наклонил голову и сложил перед собой руки замочком. Люмин вопросительно смотрела на него. Тот, открыв глаза, сказал: -Если это случится, то убей меня. -Стоп-стоп! Ты же говорил, что вероятность слишком малень… Договорить ей не дал палец алхимика, который лёг ей на губы. Девушка замолчала, выглядя растерянной и шокированной. -Это очень важно для меня. Больше никто не сможет этого сделать. Ты выполнишь мою просьбу? Люмин кивнула.

***

За спиной из воздуха образовался тот самый меч, который Альбедо отдал девушке в драконьем хребете. Она тут же взяла его в руки. -Люмин, ты и в правду это сделаешь? -Всё ещё ничего не понимая сильно сжимаясь спросила Паймон. -Выбора нет, -она направилась в сторону, где господствовало моральное опустошение. На её лице была твёрдость, она была уверена в своих действиях. Да и как она может сомневаться в убийстве того, кто устроил огромную смертоносную трагедию? -Оставайся тут. Путешественница сорвалась с места, ринувшись в толпу. Почти все там стояли, не зная, куда деваться. Прошлая жизнь исчезла в, казалось, мгновенья, оставив после себя лишь пепел на гробу будущего. Его уже собиралась бросить в гробовую яму. Эту огромную и тяжеленную коробку с невероятным количеством воспоминаний их обладатели уже подняли. Остался только последний рывок и… На сердце станет легче. Подул ветерок. Люмин сделала максимально сильный анемо заряд себе под ноги, чтобы подлететь. От такой резкой нагрузки мышцы её левой руки заболели, но она не обращала внимания. Теперь и она парила. Правда, не долго… Крыльев то у неё не было! Люмин, чуть не сломав себе ноги, приземлилась на верхушку защитного купола Альбедо, взвизгнув. И не удивительно. Щит-то на ощупь был полноценный камень. -Я исполню обещание, слышишь?! -Собравшись с силами встала Люмин. Она видела свою злость и ненависть, которве сочилась из неё, словно жир из жаренной свинины. «Этот ублюдок уничтожил Мондштадт! Убил жестоко почти всех!"-Злорадствовал демонёнок на правом плече Люмин. «Но он не хотел!"-пролетело в мыслях девушки. К её сожалению, Альбедо всё-таки услышал и поднял голову. Он оскалился, увидев в руках Люмин тот самый фиолетовый меч, который светился ярко-ярко фиолетовым цветом. Со стороны бывшего алхимика фавония послышался дикий рёв. -Заткни-и-и-ись! -закричала в ответ путешественница, пытаясь его перекричать. Под этот крик она вонзила в щит тот меч. Он должен был помочь. Обязан. Другого выхода она не видела, его просто не существовало. В отличии от красноволосого старика меч Люмин достиг цели — он прошёл через щит. Останки древнего дракона всё ещё имели невероятную силу, с которой совладать могла лишь она… Непрекращающийся рёв начал становиться хриплым и прирывистым. рука Альбедо взмахнула вверх. Позади девушки послышался гул чего-то летящего и большого. Реакция была моментальной: метеор, призванный Люмин, сбил глыбу камня куда-то в сторону. Но веселье на этом не закончилось. Щит начал проворачиваться. Сначала медленно, а после резко повысил скорость. Путешественница, крича с испуга, схватилась за меч, который был крепко зажат гео силой щита. Когда она нависла, держась только за него, послышался очень громкий и противный скрежет камня. Меч рубил его, как масло, а повороты лишь помогали с этим. Спустя нескольких секунд Люмин прорезала достаточный проход и сумела проникнуть внутрь защитного купола. Тем временем внизу все наблюдали за происходящим над мостом. Путешественница из другого мира, которая спасла их уже однажды, может спасти их и сейчас. -Ей… Ей нужно помочь! Как-нибудь! Срочно! -приказывала Лиза всем, кто был способен двигаться и соображать. Как они собираются помочь Люмин? Неизвестно. Под действием адреналина все пытались думать, но пока ничего не выходило. -Иди сюда, тварь! Давай, ублюдок! —истерично кричала Эмбер, стреляя в тот купол. Она поняла, что единственное, на что все здесь способны — это отвлечь чудовище. Пару стрел скаута явно не хватило, но… Все без объяснений поняли девушку и начали повторять за ней — пытаться отвлекать Альбедо. -Учитель… Я вас ненавижу! Ненавижу-ненавижу-ненавижу! -Кричала Сахароза, плача. Её слова подтвердились брошенными в сторону бывшего учителя маленькими карманными часами, которые он подарил Сахарозе на один из её дней рождений. Она никогда и думать не могла, что будет говорить что-то подобное… Но её учитель заслужил её ненависть, он уничтожил то, ради чего все здесь старались, то, ради чего они были готовы отдать жизнь, служа в Ордо Фавоникус. Провокации, как ни странно, отвлекали Альбедо — тот обратил на летящее в него всё внимание. На мгновение. Это мгновение спасло всех. Или?.. Люмин, находясь в куполе, полностью отдалась мечу. Всю свою силу и энергию она влила в него. Тот светился теперь не тёмно-феолетовым, а голубо-жёлтым. Силы анемо и гео смешались в нём в одно целое, образовав что-то неведомое. Теперь этот меч был наполнен светом, а как известно — свет всегда побеждает тьму. Вонзившийся в тело Альбедо меч подтверждал это. Удар был нанесён прямо в сердце. Люмин начала проворачивать меч, толкая его глубже. Надо было действовать наверняка. Защитный гео купол начал рассеиваться, а Альбедо с Люмин начали падать. У неё получилось. На сколько она знала, надо было поражать именно сердце, что девушка и сделала. Теперь он нейтрализован и, считай что, уничтожен. Только вот… Они теперь падают. Рефлекторно Люмин схватилась за то, что было рядом с ней — за тело Альбедо. Вроде как то, что считалось каким-то всемогущим, уже было повержено. И это было сделано даже слишком легко, чем все ожидали. -Про…сти, -послышалось с уст Альбедо. Это было чудом, что Люмин смогла услышать его: в основном она слышала лишь гул ветра. Хотя… Может, ей просто показалось? Предсмертные галлюцинации ещё в моде, правда, не ясно, работают ли они на тех, кто умирает от падения с высоты… -Ты не хотел, -наплевав на возможный бред ответила девушка, положив свою руку на целёхонькую щёчку бывшего алхимика.

...

Она выполнила обещание. Сделала то, что я просил… Если бы не она, то весь Тейват пал бы. Но, может, я преувеличиваю? Не важно. Мне пора сделать хоть что-то перед своей смертью, что облегчит ношу других после того ужаса, который я сделал своими руками. Я не достоин прощения.

...

Руки девушки были по бокам сжаты руками, как она считала, мёртвого Альбедо, отчего сильно испугалась. Неужели оно не сработало? Сейчас она, как и все здесь умрут? После такой эйфории от победы... Но нет. Всеми последними силами Альбедо, считай что, прямо перед падением, подставил своё тело под тело Люмин. Так вероятность её смерти уменьшилась, ибо падение смягчит его грешное тело. Пуф! Грохот упавшей парочки услышали все. Да и ясно! Они видели их полёт и видели финт, который устроил теперь ненавистный им человек. Хотя человеком его называть им будет невероятно стыдно и противно. Девушка осталась цела, а к ней с осторожкой начали подходить другие.