Глава 1 "Бунтарка"

— А-аааа, — кричали вокруг, — это Монстр, бежим скорее! Я размахивала битой, пыталась разогнать местную детвору от своего брата, который сжатым в комок на земле не шевелился. Местные хулиганы лет десяти с визгом кидались от меня прочь. Они прекрасно знали, что Сакура Харуно точно сможет стукнуть по лбу и лопатой (далеко не игрушечной) и камнем, и даже папиной битой. К слову, он их коллекционировал и страшно ругался, когда хоть одна случайно пропадала. Ясное дело, что не случайно, но все же. Кинулась на ближайшего пацана, который храбрился, но получив по руке, разревелся и побежал за остальными. А вот нефиг моего брата трогать! Он такой славный, никогда и никого в жизни не обидел. Это я не такая: всегда лезу на рожон, чтобы везде быть первой и вообще. Выругалась как слышала от папы и побежала к брату. Стала его гладить по спине. Этот жест он знает и по нему сразу меня узнал: поднимает голову и я вижу его заплаканное лицо. Вот зла нет на всех пацанов. Я им покажу, как мелких обижать! Мы с Сакурано очень похожи. Оба худые, розововолосые и зеленоглазые. Близнецы как никак. Только с характерами полные противоположности. Так что различить нас было очень легко, по крайней мере сейчас. Ну, и ещё потому что сегодня я была в платье, в которое меня вырядила мама по случаю праздника. Жутко смотрелось с короткими волосами и битыми коленками, но взрослым нравится, а мне все равно. Никогда не любила платья. — Давай вставай, — протягивая брату руку и помогаю встать. — Чего ты всегда ревешь при них? Вот они и обижают. Уроды. Сакурано вытирает глаза и нос с соплями, поднимает на меня огромные заплаканные глаза. — Я просто хотел с ними подружиться. — Ага. Додружился. Тебе меня мало? — Нет, — шмыгает носом. — Но ты моя сестра. И что?! Меня задевают его слова. Можно подумать, что братьям с сёстрами дружить нельзя. — Ну хочешь, мы больше не будем братом и сестрой! — Нет! — кричит он и кидается в мои объятия. Ну вот и разобрались. Страшно гордая собой и своей значимостью, обнимаю Саку в ответ и позже мы возвращаемся домой. С тех пор мы действительно были не разлей вода. Девчонки меня мало волновали, да и не могу я дружить с такими, которые не любят бейсбол или другой вид спорта. Я правда пыталась понять их девчачьи увлечения, но быстро становилось скучно и я убегала играть с братом, ловить жуков и червяков, лазать по деревьям и играть в мяч. Иногда даже приходилось драться с местными гопниками, часто удирать от них, иногда лежать со сломанной рукой или ногой, выбитым зубом или с синяками. Мама всегда со слезами на это смотрела, а папа закалял: показывал как давать сдачи, держать удар и иногда даже плеваться. — Но это в крайних случаях, Бунтарка, — хватал он меня за щеку и пытался ее оторвать. По крайней мере, так мне казалось. Брат стоял рядом и тоже слушал наставления отца.  Конечно, родители плохому не научат, вот мы с братом и слушали. Жили мы в городе-миллионнике, где каждый знал друг друга. По крайней мере, меня знали точно. Немало я бедокурила на местных улочках, устраивала мордобой и выясняла отношения. Чаще всего из-за брата, который даже за шесть лет не изменился, как был мягкотелым мямлей — так и остался! За столько лет это стало немного бесить, самой уже хотелось его приложить о стену и хорошенько разукрасить его мор… то есть лицо.  Я теперь решила поменяться и стать примерной девушкой, носить юбки и даже краситься. Все же мне уже скоро семнадцать, выпускной через год, а все нецелованной вот уже битый год хожу. Неприлично просто. Бросаю взгляд в зеркало и понимаю, что неприлично ходить с отбитыми коленями и иметь такую мускулатуру как у меня. Бодибилдер какой-то. А если напрячь живот, то еще и кубики появляются. Кто на такую как я вообще посмотрит? Шварценеггер в юбке.  Положила руки туда, где должна быть грудь и поняла, что от брата вообще не отличаюсь. Где обещанные формы о которых я у мамы спрашивала? Говорила, что будет, а вот нет их. Сколько лет уже жду. Чуть не разбив зеркало, накрыла его простыней и побежала на первый этаж, где меня ждала обалденная мамина стряпня. Хоть как-то утолю свою печаль. Брат сидел и смотрел в планшет, папа ругал его, а мы одновременно с мамой сели за стол. — Аппаратуру со стола! — это папа Саку говорит и тот послушно убирает планшет и смотрит на отца. — Кхм! У нас для вас хорошая и плохая новости, мелкие. С какой начать? — С плохой, — говорю я. — С хорошей, — блеет брат. С секунду смотрим друг на друга, а потом резко вскидываем кулаки вперёд. Играем в цу-е-фа (камень-ножницы-бумага). Выиграл брат.  — Мне предложили отличную должность на работе! — гордо объявляет отец и мы с братом радуемся. Еще бы! Если папа станет лучше зарабатывать, то мы сможем получить новые смартфоны, а я наконец-то купить приличные для взрослой девушки вещи. Да, мы алчные дети.  — А другая новость? — ждала я, чтобы охладить впечатления после хорошей новости. — Нам придется переехать. Так, не поняла. — А для кого эта новость плохая? — уточнила. — Ну как же, — теряется мама. — Вам будет так трудно расстаться с друзьями и привычной жизнью… Ага, морды красить местной гопоте и держать район в страхе. Честно, устала я уже быть местной мафией, у меня даже банда была своя и раболепных парней держала под крылом. Жалко было свой личный гарем распускать, хоть какая-то радость для тонкой девичьей души, но придется. Ради новой жизни. А то за меня никто не пойдет замуж с моей-то славой мордобойца.  Брат вот уже плачет от радости. Он еще с рождения мечтал убраться из нашего городка, как чувствовал, что станет местной грушей для биться. Конечно, быть нюней при грозной сестре, та еще перспектива. Я уже все раскладывала по полочкам у себя в голове. Надо перед отъездом еще раз припугнуть Бешеного, чтобы даже не вздумал сунуться в мой район — хоть какая-то защита ненадолго, пока ребята будут привыкать к жизни без меня.  -… школу выбирать, — вынырнула из своих мыслей и услышала только это. — В смысле? — встреваю я и берусь за еду, засовываю сразу самый большой кусок в рот. — Сакура, не спеши! — одёргивает мама, но когда я ее слушала? После обещаний про формы, ага. — Снова ты не с нами! Мы про школу. Надо быстрее решаться, чтобы успели подготовиться.  Чему там готовиться? Расспрашиваем с братом куда нашего отца засовывают, то есть всовывают, блин, лучше бы он этого не слышал. В общем, переезжаем в столицу нашей прекрасной страны. Я присвистнула. Нехило. Родители даже показали дом, который присматривают для покупки. Маленький такой, но для нас хватит, и недалеко от папиной новой работы. Маме-парикмахеру будет легче найти работу, да и тут она принимала клиентов на дому, так что претензий ни от кого не было.  Сакурано с удовольствием искал новую школу в том районе, где у нас будет новый дом. Мне же было пофиг куда, я еще здесь должна разобраться с оставшимися делами. Перебинтовала руки, надела удобные джинсы и простую майку. Этим осенним днем я собираюсь круто повеселиться.  — Снова туда идешь, — отвлекшись от своего интереснейшего занятия, шепчет мне брат. — Без меня им будет туго. Сегодня стрелка с Тачи из Пристани.  — Я тебя не понимаю, и с кем у тебя что — тоже, — мотает головой брат и снова забивается в планшет. — Ты же девочка. Вот именно, что девочка. Пора уже и женщиной становиться, да вот не с кем. Ближе к девяти вечера собрались в нашем убежище с ребятами. Как всегда, кто какого добра смог принести: пиво, сигареты, шлюхи. Незнакомых девчонок замечаю сразу, и не видя ни одной серьёзной рожи, разрешаю им остаться. Надо же мальчиков баловать, не на меня одну им же смотреть. Ещё влюбятся, ага. Им до моих вкусов как до луны. Конечно, сама рожей не вышла, так сразу давай принца подавай, но нет. Сердце ни при ком из них не бьётся, вот чтобы из груди хотело выбиться. Единственный адреналин в моей жизни — это драки. Берём девок и собираемся к нашему любимому месту, зная наперёд, что встретим там Тачи. Он там был и уже ждал. — Эй, Бестия, долго же ты. Что, каждого ублажала? Щас тебя так ублажу, что спать будешь на голове, обезьяна. — А мне дашь? — при этом показательно тронул себя за ширину и изобразил поступательные вращения. Таким дебилам надо сразу в зад швабру засовывать. Простату массировать. — Горд только показывать, а на деле? Боишься облажаться? Я люблю опытных парней и не с таким стручком как у тебя. После этого махач был обеспечен. И он начался. Бить девку они не стеснялась, потому что ни разу в меня не попали. Всегда битыми и уходили, вот и в этот раз тоже. Вывернула руку этому ублюдку и заставила поцеловаться с асфальтом. Мои мальчики тоже отлично со всеми разобрались, я чуть слезу не пустила, как гордилась ими. Могу оставить со спокойной душой. После долго бухали и я поделилась с ребятами своим уходом. Жалко расставаться, я же каждого знаю. Они тоже расстроились, но до отъезда обещала быть с ними и иногда приезжать в гости, все же у меня тут еще родня есть: бабушка с дедушкой (с обеих сторон) и двоюродные сестры. А пока объявила предвыборную кампанию, чтобы избрать нового главу клана. Ребятам дала неделю на размышления, а после: жеребьевка и финал. Может, еще соревнования придумаю, посмотрим по настроению. До выборов провожу время с братом, который будто проснулся, а до этого долгое время спал. Он уже начал собирать вещи, хотя точной даты отъезда еще не известна. Расклеил всю нашу комнату (она у нас общая) в фотографиях новой школы, города, района и прочей ереси. Разнесло его от счастья, в общем. И ведь ничего не скажешь, школы рядом с нашим новым домом были только две (ближайшие, до остальных добираться долго): одна для мальчиков, другая — для девочек. Брат чуть ли не кипятком ссал от радости, а я думала, что помру еще полтора года учиться ТОЛЬКО с девчонками. Но потом одернула себя и напомнила, что хочу стать отличной девушкой и среди настоящих городских девчонок смогу быстрее прийти к своей цели! А там и парня будет легче найти. Ага, или девочку, судя по их количеству в новой школе. Ничего, заставлю потом брата с самым красивым парней из своей тюряги познакомить. Надеюсь, он не будет таким хлюпиком и там. Этот шанс прошляпить нельзя! Дальше жизнь идет как всегда. С каждым днем вечера наступают быстрее, небольшие дожди бодрят, а мы в своей берлоге выбрали нового главаря. Джумпей — хороший выбор. У него отличный левый удар и он прекрасно может вырубить с одного удара. Конечно, немного падок на красивых шлюх, но за ним любой из банды пойдет. Так что я осталась довольна и со спокойной душой была готова расстаться с братством.  На прощальной вечеринке чуть не расплакалась, потому что было жалко расставаться со своим личным гаремом. Где я еще облапаю столько прекрасных мужских экземпляров? Каждый стал мне чуть ли не братом. За каждого тут повырвала бы кадык, но все же придется  прощаться. Всему приходит конец, а этот был концом одной жизни и началом другой. Так бывает. Я со скрипом в сердце перечеркивала эту главу и начинала новую. Главу, где Харуно Сакура не гроза и авторитет местного района, а обычная девушка.