Глава 4 "Долг платежом красен"

Что за герой решил защитить мою скромную персону? Цепким взглядом поднимаюсь  по спине вверх, очерчиваю плечи и останавливаюсь на светлых непослушных волосах. Кругом все с изумлением замолчали.  Что? Почему? — Семпай… — рефери первым обратился к незнакомцу с благоговейным трепетом. — Что вы.? — Все в порядке, — голос блондина был чуть глухим — охрипшим. — Я приму вызов вместо него, — он указал большим пальцем себе за плечо — то есть на меня! Зачем ему это делать? — Ах, да. Держи. Каково же было мое удивление, когда пацан засунул руку в карман и достал оттуда пачку тех самых влажных салфеток для интимной гиены, которые утром я одолжила неизвестному ученику в туалете! — Ты меня прямо спас, сенькью!  Он скользнул по мне голубыми глазами, точнее глазом, потому что смотрел на меня в полоборота. Кажется, он заметил моё вытянутое лицо. — Считай, что таким образом возвращаю долг. Так что беги отсюда, а я немного разомну кулаки. Мне повторять дважды не надо было. Ребята вокруг возмущённо заорали, пытались мне помешать уйти, но начало новой битвы отвлекло их. Я ускользнула гуськом, под конец услышав ещё более недовольные возгласы, но мне было все равно, что там происходит. Добежала до столовки и с радости заказала три булки с мясом, одну с вишней и клубничное молоко. Покушать я любила. Села за один из свободных столиков у окна, благо вся местная шпана отвлекалась в спортивном зале. Пока я с удовольствием дожевывала вторую булочку с курицей и грибами, столовая заполнилась учениками. У киоска началась война за гамбургеры и колу — видимо, они были тут в дифиците, — а потом ещё и за места за столами. Наглые спихивали с насиженных мест более дохленьких мальчиков, иногда отбирали еду. Ну и вандализм тут творится. Вдруг кто-то схватил меня сзади за шкирку, отчего пиджак ровно обрисовал мои скромные холмики, и отшвырнули (меня, а не мой скромный бюст) в сторону. Я даже не поняла, что произошло: в следующую секунду мои булки с мясом и вишнея валялись у меня на коленях, а сок приземлился прямо на голову, больно ударив углом упаковки. Я сидела неподвижно, хлопала глазами и пыталась совместить свою реальность с нынешней.  Вообще не помню, чтобы ко мне так по-мусорски обращались, потому что меня знали — я могла не думая зарядить кулаком в глаз. Но мой бедный младший братец был не такой. Он скорее тайком кормил птичек семечками, убирал валявшийся мусор, возвращал лишнюю денежку в магазине и плакал, слушая скулеж бездомных щенят в коробке на улице. Мой невинный во всех смыслах брат не заслуживает такой гребаной несправедливости. Злые слезы заполнили глаза и тугой ком больно застрял в горле. Вокруг всем было пофиг, безразлично, наплевать. Молча сложила булочки в рюкзак, зло допила молоко. Не знаю какой из имбецилов толкнул меня, но скорее тот, что спокойно сидел на моем прежнем месте, спиной ко мне. Вскочила с пола, подлетела к мудаку сзади и со всей силы пнула в спину. Он вдавился животом в стол и, не знаю, что он там собирался делать, но с минуту просто сидел неподвижно, а потом медленно обернулся и одарил меня взбешенным взглядом.   — Что, смертник, — прорычал он, вставая со стула, — на тот свет захотелось? В ответ я пилила его своим фирменным убийственным, о котором мои ребятки с благоговейным трепетом высказывались очень положительно. К черту конспирацию, отмутузю гондураса, хотя бы пар выпущу. Внутри клокотала такая злость и кулаки чесались! Опустила рюкзак на пол и просто смотрела, как он подходит ко мне очень близко, ноздри больше похожи на паровоз, который с шумом расширялись и сужались. Он был выше меня на голову и имел счастье лицезреть мой острый взгляд в самом первом ряду и с самого лучшего ракурса. Мне редко, но говорили, что мои глаза опасно пугающие. Я собиралась вмазать своим фирменным правым прямо в солнечное сплетение, чтобы наверняка доставить уроду самое наивысшее наслаждение. Подняла руку, собираясь замахнуться. — Вот ты где! — чужая ладонь легла на плечо, и я уставилась на нее как на гадюку. Скинула чужую культяпу и взглянула на того, кто посмел. Снова тот самый блондин! — Что надо? — мне было не до дружелюбия. Он проигнорировал мой тон гопницы и панибратски обнял за плечи. — Надеюсь, вы тут не драку устроили? Только не в столовой. Это святое место. — Да ладно вам, семпай, — лениво протянул балбес напротив, его голос стал заискивающим, — мы дурачимся. А почему вы держитесь за этого?  Сказал так, будто я тут дерьмо какое-то. — Ну раз у вас не серьёзно, то мы пошли, — тотально проигнорировав своего кохая, «семпай» повёл мою тушку к выходу из столовой. А, ну ладно, пофиг. Мы вышли намного дальше пределов святыни для некоторых семпаев и двинулись непонятно куда — меня просто вели за собой. — Чего тебе надо? — подняла в его сторону голову и мы чуть не столкнулись носами. — Ух ты, у тебя глаза зелёные, — просвистел блондин, беззастенчиво пялясь на моё лицо. А у него небесно-голубые. Настолько чистые, что надо бы подать в суд на природу: нельзя иметь такой цвет глаз — это притовозаконно. Ещё убьёт какую-нибудь девчонку своими моргалами. — Потрясно. Никогда таких не видел! То есть розовые волосы — норм, а глаза зелёные — сразу необычно? Это типа комплимент для парня или мне стоит побеспокоиться о своей попе? — С тебя хавчик! Резкий переход на еду. Нет, мне стоит побеспокоиться разве что о своём кошельке. — С чего вдруг? — Я дрался вместо тебя! Спас тебе жизнь. Чего? А кажется совсем недавно ты хотел вернуть мне долг!  — А одним «спасибо» ты сыт не будешь? — ухмыльнулась, засунула руки в карманы брюк и вынырнула из его объятий. — Ты уверен, что хочешь просто так уйти? — догоняет меня. У нас практически одинаковый рост. А он реально симпатичный, но простоват на вид. Кому-то такие нравятся. — А что меня останавливает? — Ну, хотя бы я. Он что, серьёзно? Если бы в этой момент я была девчонкой, то посчитала бы за флирт. Но мы же пацаны. — Слушай, ты кто такой? — Наруто! — улыбнулся, будто солнце проглотил и светится им изнутри. — Узумаки Наруто! — Поздравляю. И что тебе от меня надо, Узумаки Наруто? — Идём! Покажу! Обычно так педофилы говорят. Схватил на этот раз за локоть и я решила не сопротивляться. Не то чтобы сильно доверилась, просто я свои силы знаю и, если что, за себя постою. — Ты просто не представляешь, как помог мне утром. Как только представлю, что пришлось бы подмываться в раковине… Не, лучше не надо. А того боя и вовсе не было. Пацана сдуло. Даже обидно. Так хотелось кулаки размять. Туалетная тема сильно аппетит не повышает, но все же я не все булочки доела. Открыла рюкзак, достала пирожки. Заодно увидела мамино бенто. Я и забыла про него, можно было и не тратиться. Протянула один пирожок Наруто. — Сенькью, — не стесняясь, взял моё подаяние, развернул и откусил большой кусок. — Я пипец голодный. Он ещё о многом болтал, из него просто лился не фонтан, а водопад слов. Мы прошли не много, но мне показалось, что тупо водили хоровод вокруг школы, а потом поднялись по пожарной лестнице на крышу. — Вау, красотень, — действительно, раскинувшийся вид был шикарным. Не то, что гаражи в противоположной стороне. Ну, ясное дело, это ж не столица, чтобы от всякого мусора улицы подтирать. — Ну, ты начнёшь базар или как? Он почесал затылок и засмеялся. — Слушай, я же тебя знаю. Было круто, что у тебя наконец-то яйца прорезались, но с головой дружить-то надо, датебайо! Ну разок со зла ударишь, а завтра будешь весь в гипсе. Ты ж дохляк, а в этой школе слабаков любят не просто избивать, а гнобить. Да пожестче. Поверь, я знаю. Учусь тут с первого класса. И я тебе помог только один раз, на большее не рассчитывай. Туалетная бумага творит чудеса, правда кратковременные. Но надо дать должное, сегодняшняя помощь была мне нужна. Я и вправду не знаю какие тут уроды учатся, вдруг маньяки малолетние. Это тебе не романтизм уличных драк, где брат за братана пойдёт и в пекло, и два против двадцати. — Понятно. Слушай, а кто тут у вас местный авторитет? Он удивлённо перевёл взгляд голубых глаз с панорамы на меня. — Зачем тебе? — Хочу подмазаться. — Ты так спокойно об этом говоришь, — усмехнулся. — Я довольно авторитетный в этой школе. Сам видел с каким уважением ко мне относятся. И вправду. Что в зале, что в столовой его называли семпаем, притом с долей веса в интонациях. Прозвенел звонок, предупреждающий, что обед окончен и через пять минут начнутся уроки. Одновременно с тем блондинчик достал телефон из заднего кармана. Что-то прочитал на дисплее и вмиг стал серьёзнее. — Окей, Саку, у меня ещё дела! Ещё поболтаем, а мне пора! — хлопнул по плечу и стартанул словно ракета. А чего сразу не спрыгнул с крыши, так уж точно ближе? Я же вернулась в класс, где меня ждал, в смысле, уже не ждал ни стул, ни парта. Блин, что за детский сад? Клише, ребят. Я такое в манге читала. Пошло все нахер. На сегодня моего терпения хватило. Со всей силы пнула ногой ближайшую парту, та улетела в другую, та куда-то ещё и создала общий погром. Те, кто были в этот момент в классе охреневшими глазами таращились на созданный бардак. Я сложила руки в карманы брюк и злобно зыркнула на них. Уберутся сами. Мудаки. Ох, мне даже полегчало немного. Теперь я поняла всю кайфовость обучения в мальчишечьей школе. Буянишь себе целыми днями и пар выпускаешь, притом никто тебе ни слова не говорит, ну, из взрослых. Очень красноречиво показала классу фак и пошла на выход.