Перевёртыш

      Сначала Софья шла в сторону дома, но потом, вспомнив Сеню, то, как он любит забираться в самые дебри и время, которое обычно требуется на поиски этого колдуна, свернула с дороги и отправилась сразу в лес.       В лесу было Тихо темно и холодно. В утреннем тумане силуэты деревьев обращались в диковинных чудовищ, загараживающих дорогу своими гигантскими кривыми лапами, самые обычные пни могли прикинуться фраском, спящим на поляне, свернувшись клубком и уткнувшись мокрым носом в свой пушистый серый хвост, домом каких-нибудь мелких тварей, похожих на фей из лесов Двулистана, но в тысячу раз злее, или ещё чем похуже. В дали какие-то серые тени будто-бы водили хороводы, то высоко подпрыгивая и кружась в воздухе, то стелясь по Земле, словно дым перед оттепелью. Всё окружающее теряло свой первоначальный смысл, меняло облик, искажалось, перетекало из одного образа в другой, ещё более безумный и причудливый, будто бы насмехаясь над одиноким путником, очаровывая, шутя и обманывая почти на каждом шагу, пугая мраком и случайными шорохами, заставляя жертву окончательно потеряться среди иллюзий.       Долго Софья бродила по лесу, то и дело про себя поминая крепким словцом Сеньку, забравшегося в такую глушь. Она прекрасно помнила где видела его в последний раз и довольно уверенно шла вперёд по узенькой полузаросшей тропинке, огибая заросли высокой жгучей лесной травы, пока не увидела незнакомую стрелу, воткнувшуюся в ствол одного из деревьев.       Волшебница немного удивилась, когда подошла ближе, вытащила её из трещины в коре и как следует рассмотрела: древко стрелы было практически вдвое короче и тоньше, чем у охотничьей; рыже-зелёное оперение на хвосте принадлежало явно не здешней птице; на плоском остром наконечнике треугольной формы одна боковая сторона удлиннялась в сторону древка, как бы образуя крюк, предназначенный, судя по всему, чтобы цепляться за плоть. Софья знала всех охотников в округе, и никто из них никогда не использовал стрелы с подобными наконечниками. Тем не менее она решила не придавать этому особого значения, положила стрелу в сумку и спокойно отправилась дальше.       Спустя некоторое время ей встретились слишком уж странные следы вполне знакомого животного: в грязи чётко различались отпечатки 4 подкованых лошадиных копыт, да только, не могли они принадлежать коням Рухляндии: Слишком мелкие, какие больше подошли бы быстрым как ветер коням степей, так ещё и подковы были, а это для местных попросту странно, ведь скакать им приходилось преимущественно по грязи и сугробам.       В голову Софьи закрались некоторые подозрения. Особенно по поводу случайности некоторых недавних событий. Она уже не была так уверена в том что это чудовища осмелели и все беды от них; да и в лесу последнее время как-то чересчур тревожно... Он будто бы озлобился, помрачнел, ощетинился тысячами колючек, словно предчуствуя скорую беду и потому всем своим видом показывая, что не рад гостям.       Ещё немного побродив по чаще и собрав попутно несколько трав, которые могли пригодиться для зелий, волшебница, наконец, выбралась из шипастых ягодных зарослей на поляну, где предположительно мог быть её друг. Софья осмотрелась. Убедившись, что вокруг точно никого нет, что никто не подглядывает и не подслушивает, она принялась осматривать деревья.       С первого взгляда и не поймешь кто из этих дубов- перевёртыш; вернее, который из них нужный: Уж больно они похожи меж собой. Однако, если хорошенько присмотришься в каждом заметишь какие-нибудь мелочи отличающие его от других: у этого сучок есть, у того листья мельче, у другого ветки обломаны и где-то ободранна кора, а у следующего где-то на стволе вырезан ножом какой-то знак.       Девушка довольно быстро отыскала нужный ей дуб, благо, на его стволе было несколько крупных кривых надрезов, которые, скрещиваясь, образовывали нечто, отдалённо напоминавшее снежинку. Софья уселась в корнях дерева, погладила рукой его жёсткую кору, и мысленно обратилась к нему. "Слышишь ли ты меня? " - спросила она. Прошло несколько секунд, а может и минут, волшебница несколько раз повторила свой вопрос. В ответ- тишина. Долго Софья пыталась дозваться до своего друга, но он лишь молчал. Лишь тогда, когда волшебница воспользовалась его полным именем, которое вообще мало кто знал, она услышала в своих мыслях тихий, немного хриплый голос дуба-колдуна. " Слышу. " - был ответ. Сеня вовсе не был рад тому что его потревожили, а потому звучало это так, будто он бы с большим удовольствием похоронил кого-нибудь под толстым слоем желудей. Пусть они с волшебницей и были друзьями, он не очень-то любил случайные встречи.       Перевёртыш недовольным тоном осведомился, что послужило причиной визита, а Соня тут же попросила его принять человеческий облик, объяснив это тем, что кто-то возможно сумеет прочесть их мысли. Дуб некоторое время вредничал, но всё же согласился.       Софья встала и отошла на несколько шагов. Дерево заскрипело затрещало, кора его зашевелилась, из борозд пошёл ядовито-зелёный дымок, и скоро на месте огромного дуба стоял молодой на вид парень, тихо бормоча себе под нос что-то вроде ругательств и довольно сильно шатаясь. - Давно в человека не превращался, да Сеня? Теперь шатает с непривычки? - сказала волшебница подходя к нему. - Давно... - вздохнул колдун, изо всех сил стараясь не свалиться на пол. - Да присядь ты, привыкнешь хоть немного, потом пойдём. - Ладно, ладно.- пробурчал Сеня, садясь на землю и скрещивая ноги. Софья Устроилась рядом. - Зачем я тебе понадобился и что такого ужасного произошло, что я вынужден обращаться в человека чтобы поговорить с тобой? - Тссс... тише. Боюсь как бы там война не началась... И, к тому же, в лесу похоже чужаки есть. -прошептала волшебница, испуганно озираясь по сторонам. - Ах вот оно что... но я-то тут при чём? - Проверить кое-что хотим, на границе. Без тебя никак. - Хотим? То есть, не одна ты? - Верно. - тут Софья подробно поведала о приснившийся ей ночью кошмаре, о их с Дарьей странном плане и о своих подозрениях, показала найденную недавно стрелу, а под конец попросила друга помочь им с вылазкой.       Пока волшебница рассказывала, перевёртыш зло поглядывал на неё, то и дело мрачно вздыхал, но помочь всё-же согласился, несмотря на то, что покидать родной лес ему совершенно не хотелось.       Ещё немного поспорив, дуб-колдун с волшебницей под ручку отправились в село. Сеня запинался чуть ли не об каждый корешок, вот и дошли не к обеду, как рассчитывала Софья, а позже часа эдак на два.       Пока её друг ходил кругами по двору, пытаясь отыскать сонин фонарь, который вроде-как висел на ветке дерева где-то над грядками с тыквой, но почему-то именно сейчас стал невидимым, волшебница быстренько перекусила, а затем, когда Сене всё-таки удалось достать пропажу с дерева, они вдвоём закрылись в сониной кладовке, которая обычно использовалась в качестве лаборатории, с целым ворохом всевозможных трав, и до самого вечера из-за запертой на проволочный крючок двери было были слышны только бульканье варева в котле и изредка тихая ругань в адрес колючих ингредиентов.       Когда зелья были готовы, Софья сложила их в сумку, убедилась, что они не бьются друг о друга в кармашках, достала из подвала свой посох и прикрепила фонарь к его навершию, проверив, не затупился ли кинжал и не забыла ли она ещё чего-нибудь нужного, прицепила ножны на пояс. За сборами Софьи, стоя у окна, наблюдал дуб-колдун. Всё, что могло ему понадобиться, у него уже было. Дурное предчувствие, мучившее девушку с самого утра не ослабло и уж тем более никуда не пропало, а лишь усиливалось с каждым часом.       Немного подумав, Софья решила, что одного простого клинка тут будет мало, поднялась на второй этаж, вынула из прикроватной тумбочки красивую резную рукоять, отвела в сторону небольшой металлический крючок, и нажала на мелкую кнопочку, располагавшуюся рядом. Внутри рукоятки что-то звякнуло, а из щели на конце её мгновенно выдвинулся острый сверкающий серебром клинок. Волшебница внимательно всмотрелась в украшавшие ручку камни. Большая часть их уже потускнела, из всех семи лишь один вспыхнул кроваво-красным, в тусклом свете лампадки бросая на стены и потолок рубиновые отблески, остальные же были противного, мутно-белого цвета с редкими зелёными прожилками, какие часто встречаются на обросшем тиной кварце, и будто бы смотрели в ответ. Софья явственно ощущала, насколько клинок изголодался. "Ничего, я тебя без работы не оставлю"- прошептала волшебница. Камни на рукояти благодарно сверкнули. Задвинув лезвие обратно и защёлкнув предохранительный крючок девушка повесила кинжал на пояс рядом с первым.       Спустившись, она накинула тёмную мантию, зажгла фонарь и вышла за дверь. Сеня уже ждал её снаружи, обратившись древесным волком. Волшебница боязливо огляделась по сторонам, уселась на свой посох и на нём полетела к условленному месту. Перевёртыш бежал следом, сумерках практически сливаясь с грязной дорогой. Повеяло вечерней прохладой. Где-то на западе гасли последние лучи заката, на улице пахло сыростью, от недавно закончившегося дождя на дороге стояли огромные лужи.