Катабасис - часть 1

К тому времени, как солнце село и Орочимару решил лично вмешаться в битву, Карин задумалась, не слишком ли поздно. Обито вернулся из того жуткого параллельного измерения, в котором она побывала не единожды, и теперь ему каким-то образом удалось стать Джинчурики Десятихвостого. Его чакра была ужасающей, его аура была такой же плотной и холодной, как бездонная яма – не иначе, беглое изучение его неестественно темной чакры создало в ней ощущение, что сама бездна смотрит на нее, забирая тепло и свет. Она хотела помочь Саске, но его битва была слишком рискованной для нее, в данный момент. Если ее убьют под перекрестным огнем, это никому не принесет никакой пользы. Суйгецу, само-собой, атаковал, не задумываясь, готовый поддержать Джуго и Саске в битве против Обито. Карин искала возможность, но вмешательство Орочимару остановило ее руку. «Это нехорошо», - сказала она, мрачным взглядом осматривая местность в поисках чего-нибудь, чего угодно, что могло бы им помочь. «Мы ничего не можем сделать, пока внутри него сидит этот монстр. Если бы только был способ разделить их». Слева от нее Орочимару усмехнулся. «Наспех продумываешь план нападения, не так ли? Я жду благодарности от Саске, когда все закончится, за то, что спас тебя от необдуманных действий». Карин сузила глаза. «У меня нет плана, просто гипотетический. У нас нет возможностей». Взрыв прогрохотал по земле с такой силой, что Карин и Орочимару пришлось встать на колени. Волна паники охватила Карин, ее незначительное желание воспротивится Орочимару было подавлено, когда перед ней возникла реально безнадежная ситуации окутанная пламенем и черным дымом. Где-то там Саске, Суйгецу и Джуго рисковали своими жизнями, чтобы уничтожить человека, который пытался разорвать их на части. «Возможно, я смогу исправить это», - сказал Орочимару, поднимаясь. Карин отряхнула трико и встала. «Что ты сейчас несешь?» «Я предлагаю тебе следить за своим языком перед своими пращурами, моя дорогая». «Ты не мой патриарх, Орочимару». Как он посмел, после всего через что заставил меня пройти… «Кучиёсе: Эдо Тенсей!» Его призыв прервал ее мысли, и Карин закашлялась пока дым рассеивался. «Да, я не твой патриарх», - сказал Орочимару, смотря сквозь дым. «Но вот они.» Две фигуры начали обретать формы сквозь дым, но Карин вынуждена была убрать грязь со своих очков, если она надеялась хоть что-то рассмотреть. К тому моменту, когда она снова могла видеть, призванные подошли к ним. «Кто...?» «Узумаки Мито и Узумаки Кушина», - сказал Орочимару, и его губы растянулись в той жуткой ухмылке, которая раньше у Карин вызывала мурашки от страха. «Эдо Тенсей. Это техника Тобирамы-куна. Что это означает?» - потребовал ответа Мито. «Мито-сама», - удивленно сказала Кушина. «Тогда это означает ... Орочимару. Это ты сделал». «Дамы, мы попали в затруднительное положение. За вами находится Джинчурики Десятихвостого, и он был…» «Что ты только-что сказал?» - спросила Мито, приближаясь. «Это невозможно. Единственный способ возродить Десятихвостого - это слить воедино всех девятерых хвостатых, а для этого потребуются сильнейшие техники запечатывания…» «… только Узумаки могли справиться с этим. Да, боюсь что, смерть держала вас в стороне от событий, некоторое время», - сказал Орочимару. Он приступил к объяснению статуса текущей войны, подчеркнув тот факт, что союзные войска ужасно проигрывают Джинчурики Обито и возрожденному Учиха Мадаре. Две женщины внимательно слушали, но, как заметила Карин, чакра Мито колебалась при упоминании о воскрешенном Учихе. Она не особо об этом думала. «В любом случае, такой монстр уничтожит все человечество. Мы должны остановить это». - обеспокоенно сказала Кушина. «Мито-сама?» Карин посмотрела на двух женщин. Узумаки. Прямо как Наруто. Но зачем их сюда призывать? «... Биджу такого масштаба слишком велик для нас двоих, Кушина. Нам понадобится помощь, но большая часть нашего клана была уничтожена во время гражданских войн, когда ты была еще ребенком». «Не все», - сказал Орочимару. «Это Карин. Она чистокровная Узумаки». Все взгляды обратились на Карин, которая ощущала себя словно ее только-что окатили ледяной водой. «Я… Что?!» «А ты как думала, как мне удалось узнать так много о Узумаки, если не через тебя? У твоего клана весьма отличительная чакра; ее сила не имеет себе равных. Это причина, по которой ты смогла спасти Цунаде-химе даже в ее состоянии. Я думал, что ты возможно, уже догадалась об этом». «Хватит этой чепухи», - сказала Карин. Конечно, я догадывалась, но это... Тогда к ней пришла мысль. Если она была Узумаки, тогда это могло означать, что она и Наруто были… «Подойди сюда, дитя», - сказал Мито, протягивая руку. «Эй, держим руки при себе, леди», - сказала Карин. Отстраненное спокойствие, которое Мито создавала ранее, даже когда Орочимару рассказывал о войне, исчезло, а ее чакра заострилась. «Простите? Если ты не хочешь, чтобы я насильно отделила твое сознание от твоего тела и запечатала его где-нибудь, где не светит солнце, тогда тебе лучше изменить свой тон по отношению ко мне, прямо сейчас». Карин уронила челюсть, потрясенная резким изменением характера и довольно неприятной угрозой. Было ли это вообще возможно? Кушина нервно засмеялась и встала между Мито и Карин. «Ну же, я уверена, что она ничего не имела в виду этакого, Мито-сама». Кушина повернулась и посмотрела на Карин через плечо, ее умиротворяющее выражение лица превратилось во что-то огненное и потустороннее. «Правда?» Карин пришлось сделать шаг назад перед подавляющей силой их объединенного всплеска чакр, почти задохнувшись. Она поправила очки еще выше на носу. Что ж, может, мы все-таки родственники. «П-правда», - выдавила Карин, подавив негодование. «Я имею ввиду, вроде как». Кушина улыбнулась и взяла Карин за руку. «Ты должна быть примерно одного возраста с моим сыном Наруто, ты знаешь его?» «Он ваш сын?» «Ты все-таки знаешь его!» Кушина просияла. «Да, немного», - сказала Карин, глаза смягчились, когда она вспомнила яркую чакру Наруто и то, насколько комфортной она ощущалась, словно она вернулась домой холодной ночью к пылающему огню и чашке горячего шоколада. «Обычно я терпеливый человек, но, боюсь, время - это не та роскошь, которую мы можем себе позволить прямо сейчас», - сказал Орочимару серьезным тоном, направляясь к полю битвы, где очередное землетрясение сотрясло землю. Он нахмурился. «Эта женщина «сожжет» себя еще до самого начала». Карин задумалась, имеет ли он в виду Цунаде, но решила не спрашивать. «Нам нужен еще один человек для техники, о которой я размышляю», - сказала Мито. «Кушина и я возглавим запечатывание, но мы не можем сделать это в одиночку. Нам нужен еще один, помимо Карин и Наруто». «Что ж, идем за ними!» - сказала Кушина, размахивая руками. «Ах, не могу дождаться, чтобы снова увидеть Минато и Наруто!»

* * *

Все было хуже, чем представляла Карин. Мертвые лежали растущими грудами, их кровь окрашивала землю в ржаво-коричневый цвет, который практически походил на мокрый песок на пляже. Она внезапно вспомнила свое раннее детство. Она была на пляже и нашла участок с хорошим песком вдоль скалистого побережья Страны Водоворотов. Замок, который она построила, не был чем-то особенным, но он принадлежал ей. Оглядываясь назад, можно сказать, что небольшой отпуск, который она провела с родителями в стране, лежащей в руинах, после всех этих лет, обрел для нее смысл. Они просто хотели увидеть свой дом и показать его Карин, прежде чем сбежать обратно в свою укрытую заводь. Которая принесла им много хорошего в конце концов. «Я отправлюсь найти Наруто, хорошо?»,- Кушина сказала. «Поторопись, пожалуйста», - ответила Мито, стараясь не наступить ни на одно из изуродованных тел под их ногами. «Он примерно в четырехстах футах отсюда, на два часа дня», - сказала Карин, различая чакру Наруто из множества копирующих покровов, окружающих союзные войска. Кушина помахала рукой и помчалась в направлении, указанном Карин, ее длинные волосы развивались за ней дикими красными волнами. «Это настоящий талант», - сказала Мито. «Возможно, мы сможем использовать это как наше преимущество». Карин воспользовалась моментом, чтобы рассмотреть эту женщину, о личности которой она еще очень мало знала. Ее серо-зеленые глаза говорили о давнем грузе, похожим на истощение или усталость, но не о грусти. Они были зоркими, и Карин подумала, может ли Мито распознавать ложь так же, как и она. Ее белая ниспадающая юката казалась неуместной для этой сцены, но, насколько Карин могла заметить, под ней были боевые щитки. Золотой головной убор казался немного показушным, но Карин находила его симпатичным если быть откровенной. Возможно, это была какая-то корона. И ее заколотые волосы, такие же как у Карин и Кушины, были красными, как кровь, растекающаяся у них под ногами. Более ранняя вспышка раздражения на поведение Карин заставила ее выглядеть карикатурно смешной (если угроза стать овощем может быть описана как смешная), но теперь в ней не было ничего смешного. Она была прекрасна, как мраморная статуя или бесценная картина - классическая и уравновешенная, даже под жаром и вонью смерти, - все же Мито казалась нетронутой кровопролитием. И ее чакра была огромной. «Найди источник силы Джинчуурики», - сказала Мито. «Нам придется сосредоточиться на нем, когда мы вытащим из него Биджу». «Как, черт возьми, мы собираемся это сделать?» - сказала Карин, уже работая над поиском Обито. Мито ответила не сразу, и Карин заметила, что что-то привлекло ее внимание. «Эй, Бабуля, ты хоть слушаешь?» «Это все происходит опять», - сказала Мито обеспокоенным, но твердым голосом. «Что происходит?» Именно тогда Карин заметила, что Мито была сосредоточена не на самом сердце битвы, где находился Обито, а на другой группе шиноби. Судя по ощущению их чакр, их сила была чудовищной. «О, это тот странный парень Хаширама. Который Первый Хокаге», - сказала Карин. Возможно, он и был странным, но восприятие его силы, которые она почувствовала, были за пределами возможностей. Как кто-то мог быть таким сильным? Саске и близко не стоял... «Мой муж», - сказала Мито, озабоченно нахмурив брови. «А Мадара ...» И вновь Карин ощутила, как стоит разинув рот. «Подожди, ты та Узумаки? Та, кто придумала, как запечатать всех Биджу, раньше всех остальных?» Мито улыбнулась, но это не коснулось ее глаз. «Я вижу, что меня не забыли полностью». Карин слышала истории о принцессе Узумаки, гении, путешествующей по стране, охотясь на гигантских зверей. Но это всегда были сказки. Которые Карин рассказывала мама, пока та засыпала, когда была маленькой, великая королева-воительница с волосами цвета крови, и два ее товарища, один из них был таким же сильным, как сам лес, а другой с глазами, которые могли гипнотизировать даже самых страшных созданий ночи. Но никогда Карин не подозревала, что эти истории основаны на правде. Они ей нравились, потому что у принцессы были такие же ярко рыжие волосы, как и у нее, но до сих пор она не осознавала правду о таком совпадении. Что еще скрывали от меня родители? Не то чтобы у нее была возможность спросить их теперь. «Но я не могу забрать себе все заслуги. Хаширама и Мадара всегда были со мной. Мы ... были командой». В это было трудно поверить. Этот парень Мадара выглядел одним из главных антагонистов в этой войне. Но Карин ничего об этом не сказала. «Хэй, Карин!» Мито и Карин обернулись на звук голоса Наруто. По причинам, на которых она не хотела зацикливаться, сердце Карин согрелось при виде золотого парня, который заставил ее ощущать себя в безопасности в тылу врага, хотя она никогда не скажет этого вслух. С ним была Кушина, а также Харуно Сакура, девушка, которую Саске пытался убить, когда его поглотило Проклятие Ненависти. Эта мысль испортила настроение Карин. Она плохо знала эту девушку Сакуру, но никто не заслуживал такого обращения. Саске извинился перед Карин, хотя они оба понимали, что он не соскочил с крючка и еще долго не соскочит, но оказал ли он Сакуре такую же любезность? «... О, это ты» -, сказала Карин усмехнувшись. «Ты не торопился, пока добирался сюда». Наруто улыбнулся от уха до уха. «Ага, ну, я был вроде как занят спасением мира, понимаешь?» «Еще никто ничего не спас, тупица». Прежде чем кто-либо еще успел что-то сказать, Сакура подошла к Карин и взяла ее за руки. В ее глазах стояли слезы. «Карин», - сказала она, с благодарным взглядом. «Спасибо за спасение Цунаде-сама. Большое тебе спасибо». Инстинкты Карин кричали, чтобы она оттолкнула девушку, разорвав физический контакт. Люди хватали ее только по одной причине, и укоренившийся рефлекс был почти физически болезненным из-за его настойчивости. С незначительным усилием она подавила его, не обнаружив лжи в словах благодарности Сакуры. Карин вздохнула и взъерошила свои волосы. «Ага, ничего страшного. Орочимару был довольно настойчив». «Эй, я не знал, что ты спасла Баа-чан! Это невероятно, спасибо, Карин!» - сказал Наруто. «Это о моей внучке?» - сказала Мито, подходя к группе. «Ах, волноваться не о чем. Цунаде-сама сейчас сражается, вы же в курсе?», - сказала Кушина. «Внучка?» - спросила Сакура, складывая два и два. «Вы… Узумаки Мито?» После краткого знакомства Кушина подняла вопрос, который волновал Карин. «Нам все еще нужен еще один человек для запечатывания», - сказала она. «Но Цунаде-сама завязла в бою, и тело Минато недостаточно целое, чтобы справиться с этим». Мито указал на лицо Сакуры. «Сакура, твой лоб». Глаз Сакуры дернулся, и Карин нахмурилась. В чем была ее проблема? «Эй, эй! Сакура-чан, она просто хвалила тебя! Не пугайся, ладно?» - сказал Наруто, взяв ее за руку. Сакура выглядела так, словно у нее пойдет пар из ушей, и Карин ухмыльнулась. Он единственный из нас не вспыльчивый. «Что насчет моего лба?» - вежливо разозлилась Сакура. Мито, похоже, не заметила или не обратила на это внимания. «Это моя печать Инь. Полагаю, ты знаешь, как полностью высвободить ее?» Гнев Сакуры мгновенно утих, и она коснулась свободной рукой бриллианта на лбу. «Ох! Ум, да, знаю. Цунаде-сама тренировала меня». «Значит у нас есть пятый шиноби», - сказал Мито. Затем она обратилась к группе. «Это потребует все, что у нас есть. Мы собираемся вырвать Десятихвостого из его Джинчуурики, а затем разбить его на девять частей». «О», - ошеломленно сказала Сакура. «Что ?! Как по-вашему мы это сделаем? Я не очень разбираюсь в запечатывании, знаете ли?» - сказал Наруто. «Вот почему мы здесь», - сказала Кушина, кладя руку на плечо сына. «Мы будем направлять каждый ваш шаг на пути». Выражение на лице Наруто смягчилось настолько, что Карин практически захотелось улыбнуться и заплакать одновременно. Каково это снова видеть свою мать? И своего отца? У нее никогда не будет такого шанса. Но Наруто не мертв... Карин отвернулась. Она не должна сейчас так думать. Она все еще была частью Така, а он был из Конохи, несмотря на войну. Она была верна Саске, а не ему. У них может даже и шанса не будет поговорить, когда эта война закончится. Они могут даже не дожить до конца. «Вы хоть знаете, как запечатать эту штуку?» - спросила Карин. «Это будет немного сложнее, чем с обычным Биджу». «Нет», - безразлично сказала Мито. «Нет?!» - уточнила Сакура. «Нет», - повторила Мито. «Но я смогу это сделать». «Сможешь сделать…?!» - сказала Карин, ошеломленная, так же как Сакура. «Вы двое, дайте ей договорить», - сказала Кушина, этим огненно-ядовитым тоном, вернувшимся к ней. Карин отступила, ворча, и Наруто потянул Сакуру за плечо, качая головой. Мито ухмыльнулась. «В любом случае, да, я сделаю это. Пятиконечная элементальная печать должна помочь отделить Биджу от его Джинчурики». «Обито», - сказал Наруто. «Учиха Обито. Это его имя». Карин думала, что Мито разозлится так же, как когда она перебила ее, но она ошиблась. «Учиха Обито», - произнесла Мито. «Моя ошибка.» «Итак, приступим», - мрачно сказала Кушина. Группа направилась к месту нахождения Обито, но Карин колебалась. Она задавалась вопросом, как там Саске сейчас, когда Наруто больше не сражается. Зная его, он показывал свои лучшие техники изо всех сил избивая врагов. Обычно это обнадеживает, но Обито не был похож ни на одного врага, с которым они когда-либо сталкивались ранее. Он был намного сильнее Саске будучи Джинчурики, и она беспокоилась, что может произойти что-то ужасное. Рука на ее плече заставила ее подпрыгнуть. «Саске с моим отцом и другим Хокаге», - сказал Наруто, улыбаясь. «Ты знаешь этих Учиха: они становятся сильнее, чем сильнее их избивают». Карин потребовалось мгновение, чтобы понять, Наруто уловил ее беспокойство, и решил утешить ее. Он был таким ярким и теплым, и она чувствовала головокружение, словно все ее тревоги исчезли хотя бы на мгновение. «… Да», - сказала она, отмахиваясь от него, в попытке скрыть мягкость в глазах, когда она думала о мальчишке, которого любила. «Они как тараканы. Не убьешь их, даже если попробуешь». «Именно», - сказал Наруто, широко улыбаясь. «Эй, ну же, ребята!» - позвала Сакура. Они с Кушиной уже пошли вперед. «Иду, Сакура-чан!» - крикнул Наруто, отпрыгивая. Карин собралась последовать, но ненадолго поймала взгляд Мито. Выражение лица матриарха было немного удивленным, но в остальном нечитаемым. «Ты идешь, Бабуля?» Мито моргнула и кивнула. «Да, поторопимся».