Часть 1

      Рождество в Корее, на самом деле, своеобразный праздник. Это не только религиозное событие и лишний повод собраться в кругу семьи, нет. Кто-то когда-то решил, что Рождество — это время для влюблённых парочек. Поэтому среди молодёжи бытует мнение, что этот праздник надо отмечать со своей второй половинкой и только.       Дабы не упиваться своим одиночеством, мы с моей подругой Ли Ён решили провести эту ночь весело и с размахом. Нас ждала горячая вечеринка в одном из дивных клубов Сеула. Но прежде чем пойти туда, мы решили встретиться на площади перед нашим универом. Ровно в девять вечера я уже стояла у главной ёлки, что сияла и переливалась цветными огнями гирлянд. Руководство ВУЗа не пожалело средств на украшение площади. Кроме ёлки здесь располагались светящиеся фигурки сказочных животных. Между фонарями тянулись подсвеченные голубым светом снежинки. Студенты шумными компаниями фотографировались у инсталляций, всюду слышались радостные крики и смех. Особая атмосфера счастья и безграничного веселья царила в этот вечер на площади университета.       Только я стояла хмурая у ёлки, переминаясь с ноги на ногу. Лёгкий морозец холодил коленки. Я уже поняла, что надеть капроновые колготки — было не самым лучшим решением. Но идти в клуб в штанах с начёсом тоже так себе идея, тем более, когда там был строгий дресс-код.       Прыгая на месте, я вдруг заметила неподалёку Чонгука — студента, который учился на другом факультете, но часто попадался мне на глаза в последнее время. Он стоял в компании своего знакомого, оживлённо что-то обсуждая. Поймав мой взгляд, Гук удивлённо приподнял бровь и ухмыльнулся, а я тут же опустила глаза, не в силах терпеть его насмешливый взор. Вот уже которую неделю я стараюсь избегать этого парня, и этому были свои причины.       - Йо-хо-хо, малышка, - меня отвлёк неизвестный в костюме Санты. Он подошёл ко мне ближе и улыбнулся.       - Привет, - угрюмо ответила я.       - Вижу, ты одинока в этот вечер, - снова заговорил он, выдыхая изо рта белые клубы пара. Мороз крепчал с каждой минутой, а Ли Ён где-то пропадала и даже не отвечала на мои звонки. Проигнорировав вопрос, я всматривалась в толпу, боясь не заметить подругу.       - Не печалься, вот тебе волшебное средство. - Санта оказался слишком настойчивым в попытке разговорить меня. Он вдруг окинул меня загадочным взглядом, показав петарду в руке. Она была похожа на бабочку с крыльями. - Кинь, и как только она взлетит и взорвётся, загадай желание. Оно обязательно сбудется.       Санта вдруг поджёг петарду и быстро сунул мне в руку. Заметив как шипит фитилёк, я распахнула глаза от удивления. Ничего себе подарок на Рождество! Санты след простыл, а длинный фитиль тлел угрожающе быстро. Не успев вовремя убрать руку, я почувствовала опаляющий жар и выбросила петарду на землю. Вместо того, чтобы взмыть вверх, она оторвалась от поверхности по наклонной траектории, низко пролетела несколько метров и направилась прямо в сторону Чон Чонгука. Мать его, Чонгука! Короля всея университета, наследника одной из самых богатых семей в Корее! Я открыла рот, чтобы предупредить его о надвигающейся опасности, но крик будто застрял в горле.       Хлопок, дымок и тишина. А дальше как в замедленной съёмке: суета вокруг, крики. Растолкав столпившихся студентов, я в ужасе увидела лежащего навзничь Чонгука. Он уткнулся лицом в снег. Скользнув взглядом по его фигуре, я в ужасе застыла на месте. В районе его пятой точки поднимался дымок, ткань брюк кое-где подпалилась, оголяя задницу парня. "Я убила человека", - пронеслась жуткая мысль при виде Чонгука.       - Сука!!! - проорал неожиданно парень, приподняв голову. - БОЛЬНО!!!       В толпе студентов послышался крик: «Ребзя, у Чонгука жопа горит!!!» Кто-то заржал, как ненормальный, кто-то достал телефон, чтобы заснять "эпичный" момент для Тик-тока. Я же быстро стянула с себя пальто и кинула его на спину Чонгука, скрывая от глаз окружающих его подпалившийся зад.       - Ёб... - взревел парень. - Горячо!!!       - Нельзя накрывать, - крикнул кто-то из присутствующих и убрал пальто в сторону, а я, чтобы хоть как-то помочь парню, присела рядом и стала накидывать снег на место ожога. Никто особо не стремился помочь, только знакомый Гука, с которым он стоял у ёлки, суетливо о чём-то разговаривал по телефону. Остальные же продолжали вести съёмку с места событий.       Чонгук корчился и ёрзал на месте, он то сжимал кулаки, то разжимал. Ему действительно было больно, и я совершенно не знала, как ему помочь. Вскоре послышались сигналы сирены, а ещё через несколько минут к нам подбежала бригада врачей.       - Что случилось? - спросил один из них, наклоняясь к Чонгуку.       - Неудачный запуск петарды, - жалобно проговорила я, пряча голову в плечи. Я чувствовала себя невероятно виноватой.       - Не первый случай за сегодня, - вздохнул немолодой мужчина и скомандовал остальным, - кладём на носилки...       Я увязалась вместе с врачами. Я даже слышать не хотела, что мне надо остаться. В конце концов, я убедила их, сказав, что тоже получила травму. Уже в машине, я обратила внимание на неприятные ощущения в руке. Оглядев пальцы, я заметила, как на коже проявились мелкие пузыри. Врач обрабатывал раны Чонгука, я не стала отвлекать его от этого важного дела.       - Даже не знаю, как ты будешь за это расплачиваться, Ким, - напряженно прошептал Чонгук. Угроза в его голосе пугала меня. Всё усугублял и тот факт, что у нас с ним были натянутые отношения. Все мои попытки держаться подальше от Чонгука летели крахом. Мы часто с ним сталкивались в не самых удобных ситуациях. Однажды я опрокинула поднос в столовой прямо рядом с его столиком, отчего брызги от еды попали на дорогие ботинки и брюки парня. Тогда я словила уничтожающий взгляд и недобрую ухмылку. "Мне пипец", - подумала я тогда и не ошиблась. Всю неделю Гук заставлял меня ходить на лекции и писать конспекты по предмету, который у меня даже не стоит в списке обязательных к обучению.       Как-то раз в компании моей подруги я надралась как нехорошая скотина. Так мы оплакивали мои прошлые отношения, которые не сложились. Изрядно выпив, чтобы забыться, я вместо того, чтобы позвонить в службу такси, случайно в списке контактов телефона нажала на номер Чонгука. Я полчаса ныла, что мне плохо и болит душа, что мне нужна машина до дома, иначе я усну где-нибудь под кустом и стану жертвой маньяка. Конечно, я прифигела, когда вместо обычной машины за мной приехала дорогая тачка. Будь я более менее трезвой, я бы, естественно, не согласилась даже дотронуться до неё. Но нелёгкая понесла меня открыть заднюю дверцу. В салоне сидел Чонгук. Он ровно держал спину и будто излучал невероятное превосходство и надменность.       - Ничего не подумай, Ким, - вальяжно заявил он мне тогда, - но мне ещё немного нужна твоя помощь.       Водитель затолкал офигевшую меня в салон машины, усадив рядом с Гуком.       - Куда там тебе? - небрежно спросил парень, глянув в окно. Путаясь в словах, я назвала свой адрес, совершенно не понимая, что вообще происходит. Может быть, мне это всё снилось?       - За вызов машины придётся расплатиться натурой, - спокойно заявил Чонгук, как только автомобиль тронулся с места.       - Натурой? – переспросила я, уже рисуя в воображении самые непристойные картины. Теряясь в откровенных образах, что ходуном ходили в моём сознании, я инстинктивно прикрыла грудь рукой.       - Пф, - фыркнул Гук, усмехнувшись. - Ничего себе там не надумай. Лекции по экономике ждут тебя, девочка.       В этот момент машина вдруг резко затормозила, пропуская кого-то на выезде. Чувствуя неконтролируемый приступ тошноты, я наклонилась вниз. Меня вырвало прямо на резиновый коврик под ногами у Гука.       - И по истории права тоже, - с отвращением выдал парень.       Я три недели, забив на свою учёбу, таскалась по предметам Гука, писала за него лекции и прокляла всю свою невезучесть. Я поклялась, что буду держаться от него как можно дальше.       Однако приключилась ещё одна досадная история. Однажды вечером после игры в волейбол получилось так, что я отправилась в душевую позже всех. Только успев намылить тело и голову, я почувствовала, что сначала вода стала холоднее, а потом её и вовсе отключили. Стоило мне только приоткрыть один глаз, как веко тут же неприятно заныло изнутри. Думая, как спастись, я кое-как стёрла пену с лица, укуталась в полотенце и вышла в раздевалку.       - Воду отключили? - поинтересовался кто-то из студенток.       - Иди в мужскую, парни сегодня раньше отыграли, скорее всего, там никого нет. А по расписанию занятий по физре больше нет.       Идея мне не понравилась сразу, но мысль о том, чтобы идти с намыленной головой через весь кампус в общагу, вообще не радовала.       Постучав в дверь мужской раздевалки, я не услышала ответа.       - Эй, кто-нибудь здесь есть? - поинтересовалась, я приоткрыв дверь. Тишина в ответ порадовала меня. Пройдя быстренько в душевую, я стянула полотенце и кинула его на лавку. Включив воду, я постаралась поскорее смыть шампунь с волос. Подставляя лицо под струи тёплой воды, я ликовала как ребёнок и блаженно улыбалась. Моя радость была настолько велика, что я стала напевать вслух дурацкую песенку: «Бейби шарк. Ту-ру-ру-ру».       - Ким? - услышала я чей-то удивлённый голос. Распахнув глаза, я резко повернула голову. Опешивший Гук стоял напротив. Он разглядывал меня с ног до головы, шаря по моей фигуре любопытным взглядом.       - Извращенец!!! - заорала я и плеснула ему водой в лицо. Прикрыв обнажённую грудь, я толкнув Гука в сторону и, схватив с лавки полотенце, побежала прочь из раздевалки. Конечно, я понимала, что Гука винить не в чем, но с того дня я даже боялась взглянуть в его сторону. Лишь разглядев его силуэт в толпе студентов, я старалась выбрать иной путь, чтобы с ним не столкнуться. Чувство стыда съедало меня изнутри. Я старательно избегала встречи с Чонгуком, но кажется все мои планы рухнули. Судьба-злодейка снова гаденько надо мной постебалась. Злополучная петарда угодила прямо в зад Гуку. Я даже боялась подумать, какие последствия меня ждут после этого случая.       - Прости, - тихо заговорила я, когда врач наложил повязку на ягодицы парня. - Мне действительно жаль.       Я лишь заметила, как напряглись его плечи. Он промолчал в ответ, и это было недобрым знаком.       У больницы нас уже встретил главный врач и охрана. Гука должны были отправить в отделение для VIP-клиентов.       - Вам, девушка, в приёмный покой, - заявил врач.       - Нет, - выкрикнул Чонгук, когда его погрузили на кушетку. Он одарил меня тяжёлым взглядом. - Её никуда не отпускать.       - Но... - попытался возразить сотрудник охраны.       - Я сказал, - рявкнул парень, давая понять, что не потерпит возражений. Моё сердце неспокойно дрогнуло. Я совершенно не знала, что у Чонгука на уме. Мне оставалось только гадать, какое наказание он придумает за мою оплошность.       Гука доставили в палату, а меня пока попросили посидеть в коридоре. Это объяснили тем, что пациента надо переодеть и уложить на кушетку. Когда из палаты вышел врач, я резко встала:       - Скажите, доктор, опасная ли травма?       Мужчина кивнул головой, заставляя меня нервно сжаться. Он ободряюще похлопал меня по плечу и сказал, что я могу войти в палату. Его сдержанный тон слишком меня напугал. Несмело, даже нехотя, я открыла дверь и вошла внутрь. Горел приглушённый свет, на стене висел телевизор, фоном играла тихая, спокойная музыка. В углу у окна стояла небольшая ёлочка, украшенная гирляндами и шарами. Помещение больше напоминало дорогой гостиничный номер, чем больничную палату. Гук лежал на просторной кровати лицом вниз. Его поясница была прикрыта лёгким одеялом. На прикроватной тумбочке работал увлажнитель, обдавая пространство паром.       - Пришла? - спросил Гук и тут же скомандовал. - Подойди сюда.       Он перевернулся на бок и посмотрел на меня снизу вверх суровым взглядом.       Я подошла ближе и присела на корточки. Парень смутился, слегка поджав губы. А я пыталась понять, насколько он хреново себя чувствует. Глаза Чонгука как-то странно поблёскивали, а на щеках вдруг выступил румянец. Испугавшись, я дотронулась рукой до его лба. Если поднимется температура, это может привести к осложнениям. Не очень-то мне хотелось, чтобы у него были побочные проблемы.       - Без домогательств, - хлопнув меня по руке, шикнул парень. А я отпрянула от кровати и встала в полный рост, отойдя чуть поодаль. Окинув меня взглядом, Чонгук вскинул с удивлением бровь и усмехнулся: «Что это на тебе?» Посмотрев на свой наряд, я неловко улыбнулась. Для сегодняшней карнавальной вечеринки я выбрала наряд феи Динь-Динь: коротенькое блестящее платье ярко-зелёного оттенка и прозрачные крылышки, которые, кажется, помялись под пальто. Парик где-то потерялся, и мои спутанные длинные волосы разметались по плечам.       - Костюм Динь-Динь для вечеринки, - ответила я.       - Фея, значит, - сощурив глаза, ухмыльнулся парень, а по моей спине пробежал холодок. Чонгук будто замышлял что-то недоброе.       - Я..., - начал было он, но осёкся, когда дверь в палату неожиданно отворилась. На пороге появился высокий мужчина в тёмной водолазке и серых брюках, следом шёл худощавый рыжий парень в чёрном костюме. Он смотрел внимательно на того, с кем пришёл, сквозь тонкие круглые очки.       - Чонгук, мелкий засранец, - проговорил тот, что вошёл первым. Он напряжённо провёл рукой по платиновым волосам и недобро оскалился. Рыжий же достал из кармана телефон и протянул его Чонгуку.       - Вот, полюбуйтесь, - проговорил он. Чонгук взял гаджет, внимательно глядя в экран. Он то и дело улыбался и весело ухмылялся.       - Тебе весело? - пробасил блондин, сев в кресло. Рыжий, как верный пёс встал рядом. - Это же крах всего. Пресса гудит новостями о том, что младшему наследнику Чон подпалили петардой зад. Стоимость акций компании падает, Гук. Отец с матерью в Макао, но какой им праздник, после таких новостей?       - Чем они расстроены больше, Намджун? Новостью о том, что я пострадал, или тем, что цена на акции падает? - спросил с горечью в голосе Гук. Его глаза вдруг тронула тень разочарования. Блондин плотно сжал губы, но бросив на меня беглый взгляд, спросил: «Это ещё кто?». Рыжий поправил очки на переносице и «просканировал» меня внимательным взглядом.       - Это же она, - сказал он. - Фея.       Намджун недовольно искривил губы.       - Вы, может, объяснитесь, барышня, - грозно начал он, - как так вышло, что запущенная вами петарда попала в зад моего брата?       - Я жертва обстоятельств, - нервно выдохнула я. - Мне эту петарду кинули в руки. Чтобы не пострадать, я выбросила её в снег, но она вместо того, чтобы потухнуть, взлетела и попала… Ну…       Я замялась под строгим взглядом Намджуна.       - Оставь всё это, - махнул рукой Чонгук. - Я сам с ней разберусь.       - Ну отчего же, господин Чон, - встрял в разговор рыжий, - мы можем подготовить иск в суд. Репутацию надо защищать.       - Хосок, я не собираюсь ни с кем судиться, - смело заявил Чонгук.       - Хорошо, - кивнул Намджун, - тогда нам надо выработать стратегию.       - Я уже всё придумал, - засуетился Хосок, - мы скажем, что причиной недоразумения стал некачественный товар. Остаётся только выяснить, где петарда была куплена и кто её производитель.       Хосок перевёл вопросительный взгляд на меня, ожидая ответа.       - Я не знаю, - пожала я плечами. - Петарду мне кинули в руки. Вот.       Я выставила ладонь вперёд, демонстрируя ожоги на пальцах. Пузыри распухли и неприятно ныли.       - Ким, твою мать! - шикнул Чонгук. - Быстро пошла к врачу за помощью.       Я насупилась.       - Я бы на вашем месте её не отпускал, она может сбежать, - заговорил рыжий.       - Заткнись, Хосок, - выпалил Гук. - Шагом марш, Ким!       Испугавшись грозного взгляда парня, я быстро вышла из палаты, захватив с собой сумочку. Взяв в руки телефон, я увидела пропущенный звонок от Ли Ён и несколько сообщений в какао-толке.       «Прости… Не смогла прийти вовремя. Меня пригласил на свидание Чимин. А у телефона на морозе села батарейка», - совершенно бессовестно писала мне подруга. «Но стоило оставить тебя одну, как ты вытворила какую-то дичь. Что происходит, Ким Со Ын?» - вопрос подруги задел меня. Далее следовала череда видеороликов со странными названиями: «Петарда угодила Чон Чонгуку в зад!», «Ору! Фея спасает ягодицы наследника семьи Чон!», «Шок! Фея Динь-Динь появилась на празднике и спасла горящие ягодицы парня!!!», "Горелый зад и Динь-Динь".       - Что? Что? ЧТО за бред? - с негодованием выкрикнула я. Сжав руки в кулаки, я недовольно нахмурилась. В душе оседали скверные чувства от осознания того, насколько может далеко зайти человеческое безразличие. Пока дымился зад Чонгука, никто даже не подумал помочь. Все стояли с телефонами, чтобы запечатлеть хайповый материал для соцсетей. Это и пугало, и злило одновременно.       Я нашла пункт дежурной медсестры и попросила обработать мои ожоги. Я уточнила у неё, насколько серьёзна травма пациента из VIP-палаты, на что она улыбнулась и выдала многообещающее: «Жить будет!».       Я глянула на настенные часы и с грустью подумала о том, что скоро настанет Рождество, а я пропадаю в больнице. Праздник накрылся медным тазом и был испорчен нехорошим Сантой. Вспомнив про надоедливого незнакомца в костюме рождественского персонажа, я быстро ринулась обратно к палате.       Намджун и Хосок всё ещё были рядом с Чонгуком.       - Вам же нужен резонанс? - запыхавшись, заявила я. Намджун удивлённо посмотрел в мою сторону, Хосок заинтересованно поправил очки, ожидая от меня дельного предложения. А Чонгук недовольно нахмурился.       - Можно выпустить экстренный репортаж и заявить о злоумышленнике, переодетым Сантой. Сказать, что неизвестный, пользуясь замешательством жертвы, кидает в руки зажжённую петарду и сбегает. Объявить, что жертвой маньяка стал наследник семьи Чон. Сказать, что он сейчас находится в больнице в стабильно-тяжёлом состоянии. Врачи не дают никаких прогнозов. Полиция в срочном порядке разыскивает злоумышленника. После таких сообщений всем будет не до смеха. Маньяк с петардой — шутки ли? Пострадать может каждый. Врач сказал, что это не первый случай сегодня. За это тоже можно зацепиться.       Выслушав меня, Намджун напряжённо сглотнул.       - Что-то в этом есть? - задумчиво протянул Хосок. - Надо придать скандалу серьёзности и запугать публику фактами. Неплохо, неплохо, Динь-Динь.       - Со Ын, - перебила его я.       - А? - переспросил Хосок.       - Меня зовут Со Ын.       - Отлично, - хлопнул по коленкам Намджун. - Будем пробовать эту версию. По крайней мере, это заставит многих отвлечься от смешных роликов в сети.       - Рождество же, - пожала я плечами. - Разве есть кому-то дело до роликов в сети. Это же семейный праздник, весёлая суета, подарки у ёлки, живое общение.       Наблюдая хмурые лица Намджуна и Чонгука, улыбка застыла на моём лице. Будто все те вещи, о которых я говорила, были им совершенно чужды.       - Нам пора, - неловко кашлянув, заявил Намджун и, повернувшись в сторону Чонгука, произнёс. - Я заказал в палату ужин из ресторана, привезут через час.       Гук лишь кивнул в ответ, а Намджун сухо бросил: «С наступающим Рождеством».       - С наступающим, - тихо произнёс Гук, когда дверь за Намджуном и Хосоком закрылась. Чонгук устало прикрыл глаза и тяжело вздохнул.       - Мне тоже пора,- осторожно начала я. - Тебе надо отдохнуть.       - Шутишь что ли? - усмехнулся парень, заставляя моё сердце дрогнуть. Насмешка в его голосе насторожила меня. - Подпалила мне зад, а теперь решила сбежать?       Укор в его голосе явно взывал к моей совести.       - Пойдёшь тусить в клуб, зная, что стала причиной моей травмы? - продолжал морально давить на меня Гук. - Бессердечная.       - Я и не собираюсь в клуб, - возмущённо заявила я. - Пойду домой, включу какой-нибудь романтический фильм и съем ведро мороженого для поднятия настроения.       - Размечталась, - прошипел сквозь зубы парень. - Даже не думай никуда уходить. Останешься рядом.       Я нахмурилась. Провести Рождественскую ночь в больнице рядом с Гуком - так себе перспектива. Заметив сомнение в моих глазах, Чонгук тут же быстро добавил:       - Мне достаточно позвонить Хосоку, чтобы он начал процедуру подачи иска в суд.       - Но это же нечестно! - с негодованием выпалила я, сделав пару шагов по направлению к двери.       Гук взволнованно приподнялся на кровати, подперев голову рукой.       - Оставлять меня одного в больнице нечестно, Ким, - выдохнул Чонгук, и в его глазах на мгновение промелькнула такая грусть, отчего моё сердце неприятно сжалось. В конце концов, путь и не специально, но ведь это я испортила парню праздник. Заметив, что я замешкалась, Гук категоричным тоном заявил: «Пить хочу». Парень кивнул в сторону кувшина с водой, что стоял на прикроватной тумбочке. Кинув свою сумку на диванчик, что стоял у стены, я налила из кувшина воды в стакан и подала его парню. Он сердито изогнул бровь, давая понять, что не собирается его брать.       - Ну с руками то у тебя всё в порядке, - недовольно пробурчала я.       - Подай-ка мне телефон, - заулыбался Гук, - позвоню Хосоку.       - Вот гад, - еле слышно шикнула я и поставила стакан на тумбочку. Сев рядом с Чонгуком, я обхватила руками его плечи и помогла парню приподняться чуть выше. Прислонившись к моему плечу, Гук расплылся в довольной улыбке. Он был слишком близко - так, что я смогла разглядеть его длинные ресницы, мягкие чётко очерченные губы. Мне было волнительно и странно видеть его с такого ракурса - сверху вниз. Так Чонгук казался ещё беспомощнее, ещё уязвимее.       Прислонив стакан к его губам, я помогла парню сделать глоток. Заметив, как капелька воды пролилась мимо и потекла по его подбородку, я невольно дотронулась до неё пальцем, чтобы стереть. Я почувствовала, как Гук вздрогнул, взволнованно отстранившись. А я не успела среагировать, отчего вода из наклоненного стакана прыснула прямо на его больничную рубашку.       - Прости! Прости! - быстро затараторила я, поставив стакан на тумбочку. Заметив огромное мокрое пятно на ткани, я прикусила губу. Боясь недовольной реакции Чонгука, я распахнула края рубахи, чтобы помочь её снять. И только, когда я заметила обнажённый торс парня с подкаченными упругими мышцами, я замерла на месте. Всё это время Чонгук внимательно наблюдал за мной, но заметив мой встревоженный взгляд, изогнул одну бровь и уверено заявил: «Продолжай, мне так нравится».       Его слегка хриплый голос заставил меня вздрогнуть. Мои щёки предательски вспыхнули румянцем, когда я поняла в какой щекотливой ситуации оказалась.       - Я…. просто… ммм… - будто потеряв рассудок, замямлила я в ответ и отдёрнула руки.       - Решила оставить меня в мокрой рубашке? - покачал головой Чонгук, а в его глазах зажглись насмешливые искорки.       - Нет! - выпалила я и тут же снова распахнула края его рубахи в сторону. Стараясь не смотреть на идеальные кубики пресса Чонгука, стараясь не замечать, как вздымается подкаченная грудь парня при каждом выдохе, я дрожащими руками, кое-как стащила больничную рубашку с Гука.       - Ты пролила воду специально? - с подозрением в голосе спросил он.       - Вот ещё… - фыркнула я, отвернувшись в сторону, чтобы парень не заметил мои горящие от смущения щёки.       - Раздела меня, а что дальше? - послышался требовательный голос Чонгука рядом с ухом, тёплое дыхание парня защекотало кожу на шее, откуда-то взявшаяся непонятная волна мурашек пробежалась по всему телу.       - Я за сменной одеждой, - быстро проговорила я и выбежала из палаты. Ощущая испарину на лбу, я чуть нагнулась, стараясь восстановить сбившееся дыхание. Разум бомбили разного толка мысли, которые совсем не отличались пристойностью. «А что если он, а что если мы…», - думалось мне, когда я мысленно представила обнажённый торс парня, его надменную ухмылку и горящие тайной раскосые глаза. Махнув головой, я попыталась избавиться от этого наваждения. Я дала себе обещание держаться подальше от Гука в этот вечер. На часах уже было пол одиннадцатого вечера, и стрелки всё ближе приближали время к Рождеству.       На пункте медсестры, я взяла для Гука рубашку, уточнила будет ли обход врача, на что мне ответили, что пациента оставили в больнице до утра, и сегодня уже его никто не потревожит.       - Это не моё, конечно, дело, - тихо заговорила дежурная медсестра, - но разве вы не собираетесь домой? Скоро уже Рождество.       Глянув с тоской на дверь VIP-палаты, я отрицательно покачала головой: «Я останусь до утра». Женщина кивнула, подмигнув мне, давая понять, что всё понимает. Ободряюще похлопав меня по руке, она сказала мне, что по правилам больницы посторонним нельзя находиться с больным всю ночь, но господин, который недавно вышел из палаты, попросил, чтобы мне разрешили остаться.       Я с удивлением посмотрела на медсестру.       - Да, он сказал, что господин Чон пойдёт на поправку быстрее, если вы будете рядом, - на её лице заиграла улыбка довольного шиппера. Что-то мне подсказывало, что завтра весь персонал будет судачить о том, что один из самых богатых наследников страны провёл ночь с девушкой в их больнице. Во всём этом чувствовался самый настоящий заговор, но что я могла поделать? Я попыталась уверить себя, что остаюсь из-за чувства вины и долга, но где-то на задворках сознания душу теребил соблазнительный образ полуобнажённого Чонгука.       Вернувшись в палату, я ахнула, когда оказалась в полутёмном пространстве. Свет не горел, а мигающие гирлянды рождественской ёлки лишь подсвечивали небольшое пространство вокруг, отбрасывая неяркие блики на пол и стены. Гук стоял у окна. Я нервно сглотнула, когда взглядом пробежалась по стройному силуэту парня. Он стоял облокотившись одной рукой о подоконник. Густая шапка волос нависла над стройной шеей Гука. Во мне вдруг проснулось желание подойти и запустить пальцы в его шевелюру, провести вверх, ощущая, насколько она густая и тяжёлая, затем коснуться кончиками пальцев его шеи. Мне непременно хотелось дотронуться ладонями до широких плеч парня, спуститься руками вниз, обхватив его стройный торс. Воображение разыгралось настолько, что я не сразу заметила, что Чонгук развернулся ко мне лицом и смотрел на меня внимательным взглядом.       - Иди сюда, - шепнул он, отчего моё сердце вздрогнуло. Я прикусила губу, когда заметила связанную в тугой узел простыню, что скрывала бёдра парня. Чонгук был подобен небесному божеству, что явился ко мне в эту волшебную ночь. Я словно заколдованная, нервно сжимая ткань больничной рубашки, что была у меня в руках, направилась в сторону парня. Пропустив к подоконнику, Гук навис надо мной, облокотившись ладонями по обе стороны от меня.       - Смотри, - проговорил он, отчего мои руки обдало мелкой дрожью. - Красиво...       Только сейчас я глянула сквозь окно и заворожённо застыла на месте. В оранжево-мглистом пространстве города, подсвеченном лишь фонарями, мельтешили крупные хлопья снега. Беспорядочно кружащиеся в зимней метели, они укладывались на тротуары и дороги пушистым белым покровом. Несмотря на хаос, в котором летали снежинки, во всей картине была своя особая умиротворённость. Буйство погоды, наоборот, отзывалось безмятежностью в душе.       - Красиво, - шёпотом повторила я. В этот момент Гук положил голову мне на плечо. Я вздрогнула, когда его руки обхватили мою талию, а губы мимолетно коснулись натянутой кожи в районе ключицы. Ощущая, как по позвоночнику пробежалась дрожь, как волна тепла охватила всё тело, я решила, что не буду останавливать Гука. Мне захотелось узнать, как далеко он решил зайти.       - Ваш ужин, господин Чон. - Послышался за дверью голос доставщика. Мне показалось, что Чонгук разочарованно выдохнул.       - Войдите, - крикнул он и остался стоять у окна, не давая мне двинуться с места.       - Добрый вечер, - заговорил незнакомец, когда дверь отворилась.       - О, простите, - сконфуженный голос доставщика заставил меня улыбнуться. Я прикусила губу, представив себе, какую картину он сейчас наблюдает.       - Оставь пакеты на столе, - сухо скомандовал Чонгук. Послышались быстрые шаги, шуршание пакетов. «С наступающим», - тихо произнёс доставщик, прежде чем покинуть палату. Как только за ним закрылась дверь, я выдохнула, боясь пошевелиться. Гук всё ещё стоял рядом. Ощущая его тёплое дыхание, мне хотелось ещё немного постоять так у окна, любуясь рождественским пейзажем. Но предательское урчание в животе, заставило меня сжать плечи.       - Пошли, поедим Ким, - проговорил Гук и отошёл в сторону. Он всё ещё оставался в своём слишком соблазнительном наряде. Разбирая пакеты из ресторана, он ставил контейнеры на стол, то и дело поглядывая на меня с довольной ухмылкой. Угощение, заказанное Намджуном, было невероятно вкусным: здесь были и мидии, запечённые по особому рецепту ресторана, и креветки, обжаренные в темпуре и специях, и многое другое.       - Ешь, - скомандовал Гук, протянув мне пластиковую тарелку с закусками и салатом.       Он и сам палочками поддел поджаренные полоски мяса и опустил их в соус. Я забыла как жевать, когда заметила, как капелька соуса смачно шлёпнулась на кожу в районе пупка Чонгука. Ком из еды застрял в горле, когда парень смахнул каплю соуса пальцем и облизал его. Закашлявшись, я потянулась за водой.       - Ким, - усмехнулся парень, - не смотри на меня таким голодным взглядом.       В глазах Гука засияли насмешливые искорки, отчего мне показалось, что он говорил вовсе не о еде. О каком вообще ужине может идти речь, когда напротив стоял такой обольстительный Гук, среди одежды которого числилась лишь тонкая больничная простыня вокруг бёдер. Сердце волнительно дрогнуло, когда Гук поймал мой слишком внимательный взгляд.       - Знаешь что, Ким, - проговорил он, отставив тарелку и палочки в сторону. - Я слишком долго терпел. Терпел, когда ты звонила мне и полчаса рыдала в трубку, терпел, когда пьяная уснула в моей машине.       Я несмело поставила и свою тарелку на стол, с волнением слушая Чонгука.       - Терпел, когда увидел тебя в мужской душевой, терпел даже тогда, когда ты после этого старательно избегала меня, стоило лишь тебе только со мной столкнуться в коридоре универа. Я даже терпел тогда, когда узнал, что в Рождество ты пойдёшь с подругой в клуб, и подговорил своего знакомого пойти в то же место. Тебе не кажется, Ким, что я слишком терпелив??       Я даже не шелохнулась, когда парень подошёл ко мне и сгрёб в охапку.       - К чёрту ужин, - прошептал он в мои губы и накрыл их мягким поцелуем. Будто тысяча фейерверков взорвалось в моём сознании в этот момент. Мне казалось, что я слышу как гулко бьётся сердце в моей груди. Привкус специй на губах дурманил пряным ароматом. Я поддавалась воле Чонгука, раскрываясь ему навстречу. Я и не думала сопротивляться.       В конце концов, разве это неплохая альтернатива — провести ночь в страстных объятиях того, кто вызывал столько чувств? Это лучшая перспектива, чем в одиночестве перед телевизором поедать мороженое, наблюдая за романтическими сценами на экране. Нет, уж лучше тонуть в тёплых объятиях настоящего мужчины, чем пускать слюни и наблюдать со стороны за любовными отношениями героев.       Я безропотно отвечала на все ласки Гука, целовала в ответ, без остатка отдаваясь вспыхнувшей страсти между нами. Я тонула в своих ощущениях, позабыв обо всём на свете.       Когда наши тела, раскалённые взаимными ласками, готовы были слиться в едином порыве, Гук прошептал, тяжело дыша: «Противозачаточные?»       Я отрицательно покачала головой, ответив: «Презервативы в сумочке».       - Ты сводишь меня с ума, Со Ын,- он впервые за всё время назвал меня по имени. В его глазах, что были затуманены страстью, вдруг промелькнула тень негодования.       - Ты собралась в клуб, прихватив с собой презервативы?       Коснувшись ладонями его плеч, я отвела взгляд, выдав смущённое: «Угу».       - На что ты там надеялась? - рыкнул Гук и склонился надо мной.       - Плохая девочка, - шикнул он мне в ухо и шепнул: «Укушу». Сцепив зубами мою мочку уха, он тут же нежно обхватил её губами, заставляя меня выгнуться ему навстречу.       - Знаешь, может быть, это неплохо, - тихо заговорил Чонгук, проведя ладонью от моей груди, по талии и ниже, - что эта петарда, запущенная тобой, задела именно меня.       - Почему? - удивилась я, сгорая от дрожи, которую вызывали прикосновения парня.       - Потому что ты здесь, со мной, а не ошиваешься по клубам в поисках сомнительных удовольствий.       Он уткнулся носом во впадинку моей шеи, языком провёл вниз, едва касаясь губами моей кожи. Чонгук дразнил меня, заставляя гореть от нетерпения. Но горел сам, отдаваясь в пучину нашей пылкой страсти. Казалось, он совершенно позабыл о своей травме, и только лишь выбираемые нами позы, напоминали мне о том, что надо быть более осторожной, чтобы не причинить Гуку вреда.       Мы раз за разом, будто опоённые, отдавались друг другу. Это была самая незабываемая ночь в моей жизни, но как только была достигнута высшая точка, как только дурман возбуждения спал, как только сердце возобновило свой обычный ритм, в голову пришли совсем не радостные мысли.       Дождавшись, когда уставший Чонгук ровно задышит, погружаясь в безмятежный сон, я выскользнула из-под одеяла и, наспех одевшись, покинула палату. Голова кружилась от тех эмоций, что я испытала, но страх завладел моим сознанием. Что если я захочу повторить это снова? Что если я слишком поддамся этим бесперспективным чувствам?       Выходя на улицу, вдыхая морозный воздух, я попыталась уверить себя в том, что всё, что было между нами в палате, никогда больше не повторится. Пусть это останется волшебством на одну ночь...