Глава 2: Жизнь-это борьба.

      Он не мог двигаться. Не было и капли сил. Он только слышал. И чувствовал. Чьи-то взволнованные голоса. Голос Катары? Неужели они не умерли? Он был не такой, как в подземелье. Она боялась, что он умрет? Почему? Разве он им не враг? Они вторглись в самое опасное место в мире ради него?       Печально будет, если все их усилия пропадут в пустую. Он не ощущал себя живым. Ему уже не было больно. Но он все ещё слышал. Только один вопрос останавливал его, не давал уйти в мир духов, где скорее всего его уже ждал дядя.       Почему? Зачем? Будь он на их месте, никогда бы так не поступил. Это совсем не рационально. Но это так... По дружеский? Внезапно он ощутил тепло огня, за которым так долго бежал. И который теперь сам пришел к нему. Там, где сердце ещё минуту назад горело яростью тысячи солнц, а потом чуть не погасло навсегда зародился маленький огонек уюта и умиротворения, и почему-то та сила, которая помогла ему расплавить оковы, не исчезла, а наоборот укрепилась, стала сильнее. Он ощутил прохладные прикосновения воды на своих ранах. От них шел пар, и кровь чуть ли не кипела, но ему было все равно. Неужели то, за чем он всегда бежал было так близко?       "Я не должен спать, я должен бороться" Казалось, прошла вечность, но раны все ещё сочились жидким кровавым раскаленным металлом. Зуко чувствовал атмосферу напряжения. Они до сих пор куда-то летели, и он ещё не умер. Первым осознанным действием - была попытка вздохнуть глубже. Но лёгкие отозвались болью, от оставленных стрелами и дымом повреждений.       Тихий стон боли как будто остановил мир. Катара подняла голову и смотрела как тяжёлые, как свинец веки поднялись, открывая затуманенные болью глаза. После пытки Азулы второй глаз мог открываться достойно широко, хотя от это по оголённым нервам прокатывались ужасная боль. Но для него последняя неделя изменила представление о боли. Он забыл, какого это, жить без нее. Катара, едва дыша приблизилась к его голове и потрогала горячий, как печка, лоб. Так ли должно быть у магов огня, она не знала. Лихорадка могла окончательно его добить. Открыв бурдюк с водой, девушка живой струёй поднесла воду к его рту. - Зуко, все будет в порядке. Ты в безопасности. Все осталось в прошлом. Больше не будет боли. Тебе надо попить, чтобы стало лучше.       В едва приоткрытый, с большим трудом, рот влилась живительная влага. Катара едва сдерживала слезы. Человек, их злейший враг, принес себя в жертву ради них. Там, на площади, даже готов был умереть. Укрыв провалившегося в беспокойный сон Зуко, девушка не смогла сдержать нахлынувших слез. Сокка присел рядом и приобнял ее за плечо. Он не знал, что ей сказать. Никто не был уверен. Ещё когда Катара увидела, как принца огня на сквозь протыкает десятки стрел - она была в ужасе. Спрыгнув с Аппы Катара и Аанг с помощью маги воды и воздуха подняли его с земли как можно аккуратнее. Они боялись, что из-за одного неловкого движения слабое сердцебиение могло оборваться. Вторая волна ужаса нахлынула, когда пришлось вынимать стрелы. Один большой ожог на всю спину, ужасные, глубокие, грубо склеенные огнем раны на животе, точечные порезы у болевых окончаний, вырезанная кожа на ногах... И конечно с мясом отодранный шрам. Это было ужасно. Катара ещё не видела жертв пыток, и, наверное, никогда не хотела бы. Когда из его спины вынимали стрелы, он никак не реагировал. Кровь, вытекающая из раны, была медленной и ее было не много. Как будто она давно закончилась в теле, которое не раз лишались ее на этой неделе.       И сейчас снова. Она даже боялась представить, через что он прошел. - Наш отец... Он бы никогда такого не сделал. Даже если бы мы перешли на сторону народа огня. Пытать, а потом послать на казнь... Это ужасно. Мы должны были прилететь раньше.       Катара уткнулась лицом брату в рубашку и заплакала. Аанг и Сокка, молча смотрели вперёд, погруженные в свои мысли. Даже Тоф опустила голову так, чтобы никто не видел ее мокрых глаз. Он же все ещё мог умереть. За них. Если бы он не перешёл на их сторону в тот момент, никто не знал, смогли бы они сбежать.       Аппа летел над горными хребтами земли огня, ища удобное место для ночёвки. Вскоре Аанг заметил долину между двумя скалами, по центру которой находилось небольшое проточное озеро. Аккуратно опустившись на землю, ребята спрыгнули с летающего бизона, забрали с него вещи и нового члена команды и распределили обязанности. Катара начала готовить ужин, вытаскивая из мешков все необходимое, Аанг с Соккой отправились за дровами и, возможно, дополнением к ужину, а Тоф сооружала палатки для них. Почти закончив, она обернулась к Катаре, которая как раз проверяла состояние, так и не очнувшегося принца огня. -Что мы с ним будем делать? Его одного оставлять нельзя. Мало ли что может произойти. Нужен кто то, кто бы разбудил тебя. -Нет, не надо, так все будут только не высыпаться и пользы от этого не будет. У меня очень чуткий сон. Если я положу голову ему на грудь, то почувствую, если что-то пойдёт не так. Губы мага земли растянулись в широкой усмешке. -Тоф, что... Даже не думай! Я ничего такого не имела ввиду! Как ты можешь о таком думать, когда он на грани жизни и смерти? По нашей вине, между прочим.       Ничего не ответив, девочка развернулась, и вместо одной одноместной палатки, возвела двухместную.       Катара была на нее очень зла. Как о таком можно сейчас думать? Она вновь взглянула на Зуко. Ту живительную воду она потратила, и уже ничто не может помочь ей, кроме удачи и магии. Собрав немного воды из озера, Катара взяла принца огня за руку. Она все ещё не привыкла к тому, на сколько у него горячая кожа. Оголенные нервные окончания были не самыми жизненно опасными травмами, но несомненно одними из самых болезненных. Болевой шок проходит быстрее, чем заживают эти раны. Наверное, это было ужасно. Никто даже подумать об этом не мог, иначе они бы прилетели гораздо раньше. Катара прикусила губу и занялась исцелением. Проводя по местам разреза, вода соединяла края раны. Сломанные кости были слишком сложны для нее, но зафиксировать их здоровыми тканями, вполне выполнимо. Закончив с руками, она устало откинулась назад. Как организм человека справляется с таким, если даже магии даётся это с трудом?       Когда принесли дрова, маг воды поставила суп на костер, и начала ждать готовности, иногда поглядывая на Зуко и проверяя его состояние. Он лежал рядом с ней и своим теплом практически перебивал жар костра. Все были взволнованны, и больше не слышалось привычных разговоров или смеха. Поужинав (Катара так же как утром напоила принца теплым бульоном, хотя на этот раз он и не проснулся) и обсудив ближайшие планы, команда Аватара собрала грязную посуду и положила аккуратной стопкой возле костра. Аанг помог Катаре отнести Зуко в палатку, после чего все распрощались, и разделились по спальным местам. Катара сначала не решалась, но потом вспомнила, что она здесь в первую очередь врач, а потом как девушка, положила голову на уставшую и истерзанную грудь принца огня, слушая его сердцебиение. Она сама не заметила, как под ритмичные удары теплого сердца мага огня уснула.       Что-то изменилось. Открыв глаз, Катара поняла, что размеренный ритм сердца ускорился, а в палатке стало тепло и светло. Лицо мага огня исказила боль. Девушка поняла, что это исходит от ладоней принца. Воздух вокруг них дрожал. Это был не огонь, это была раскаленная плазма. Как будто маг огня держал в руках кусок звёзды. Поняв, что вода здесь не поможет, Катара приблизилась к целому уху Зуко и прошептала звонкими и прохладным, как знойный ручей, голосом: - Ты в безопасности, Зуко. Тебя никто не тронет. Той боли больше не будет. Все живы и здоровы. Зуко, все хорошо. Медленно лицо принца огня разладились, жар около ладоней развеялся и сердцебиение вновь замедлилось. Тяжело вздохнув Катара не удержалась и погладила его по голове с улыбкой сострадания. Конечно, то что она сказала - не правда. Но сейчас это не важно.       Странное состояние. Чувствовать боль как бы со стороны. Она была далёкой, не своей. Он шел сквозь пустоту куда-то вперёд. То тут то там появились яркие блики. Это были духи. Они разговаривали, смеялись, кто-то плакал. Но кроме белой пелены Зуко не мог ничего разглядеть. Вдруг перед ним появилось яркое свечение, а потом из него собралась знакомая девушка. - Азула, что ты тут... - У себя спроси, что я делаю в мире духов. Жду не дождусь, когда ты перейдешь грань. Я буду мстить за себя вечность. И ты некогда не будешь знать покоя.       Зуко молчал. Он не сердился на нее. Своей смертью она искупила все свои грехи. И добавила ему новые. - Кстати, ты не встречал ещё своего дядюшку? Мне кажется здесь он на много счастливее. Не приходиться присматривать за глупым племянником. Ты ему столько бед принес.       Зуко сжал кулаки. Он знал, знал, что это правда. Что он приносит тем, кого любит только боль и страдание. Он сердился не на Азулу, а на самого себя. -...пока я его не нашла. Знаешь, пытать людей в мире духов очень даже интересно. Хотя у них и нет крови, душа даже более восприимчива к боли, чем тело.       Зуко вскинул голову с болью и гневом посмотрел на Азулу. - Нет... -Да, братик, да -Как ты смеешь! -А кто меня остановит.       Руки Зуко начали нагреваться. Но в друг тихий, журчащий как летний ручей прозвучал у него в голове. Он забрал боль, волнения, тревоги и вновь окунул в блаженную тьму. -Зуко так и не проснулся?       Катара отрицательно покачала головой. - Сколько можно спать! -Катара с хмурым осуждением посмотрела на Сокку- ладно, прости. Надеюсь он скоро поправиться.       Прошел ещё один день. Вечер был вполне обыкновенным. Катара даже на пару часов забыла о раненном принце, предварительно напоив его теплым супом. Зайдя в палатку, она поняла, что что-то изменилось. Маг огня вполне осознанно сжимал руки и стискивал зубы, терпя боль. -Зуко... Ты очнулся!       Он не слышал ее слов. Боль звоном в ушах проносилась в голове. Катара вытянула воду из сумки и обернув ею свои руки, принялась искать источник. Но его не было. Точнее, он был по всюду. Каждая клеточка его тела посылала крик о помощи мозгу. Девушка приложила руки к его голове и приглушили боль. Зуко выдохнул, и открыл глаза. Темная палатка. Прохлада около висков. Чье-то теплое дыхание. Что-то внезапно отзывалось у него в сердце. Что-то знакомое, но ужасно далекое. Маленький принц огня, в отличии от своей сестры болел достаточно часто, особенно зимой. И отец не был этим доволен. Пока Зуко мог стоять на ногах, его продолжали тренировать. Вечером, когда под конец обессиленный он ложился в кровать, к нему приходила мама. Она рассказывала интересные истории, в которых добро всегда побеждало. Она укрывала его одеялом прикладывала свои прохладные, по сравнению с ним, руки к его горячим ушам. И уставший и наслаждающийся тишиной и прохладой маленький принц огня засыпал. И снились ему только хорошие сны.       Всегда, когда она была рядом, все беды казались ему маленькими и незначительными. Пока она на не ушла. Где же ты… -Мама... - Зуко произнес мысли в слух. Он ещё не до конца отделял реальность от сна. И Катара понимала это. Она только на секунду задержала дыхание, а потом нежно погладила его по волосам. - Зуко, поспи. Уже поздно и ты устал. Завтра начнется новый день...       Она сама не до конца понимала, что говорила. Да и никому из них это было не важно. Под тихое журчание ее голоса Зуко уснул. Отпустив магию, Катара тяжело вздохнула и легла, привычно положив голову ему на грудь, хотя это уже перестало быть необходимым. Ей было это знакомо. Возможно, когда она сама будет находиться между жизнью и смертью, то тоже будет думать только ней.       Утром Зуко с трудом открыл веки. Теплый свет непривычно бил в глаза после долгого мрака. Покорители огня всегда вставали рано, с первыми лучами солнца. Вот и сейчас, никто кроме него ещё не проснулся. Чувствуя на груди что-то тяжёлое, Зуко посмотрел туда. Голова с темно-каштановыми волосами покоилась прямо у него над сердцем. Даже если бы он и захотел, то не смог прогнать ее. Поэтому он тихо лежал, наслаждаясь первыми лучами солнца сквозь входной проем палатки. Спустя пару часов, принц почувствовал движение, Катара поднялась и потянулась и протерев глаза, она посмотрела на него. -Зуко... Ты проснулся, я так рада. Надо пойти, рассказать ребятам... -Подожди... - У Зуко не хватало сил говорить громко, и девушка остановилась у выходя из палатки. -Катара... Спасибо...       Она с улыбкой кивнула, и вышла на улицу. Спустя пол часа Зуко уже сидел на построенной Тоф полу-кровати с откинутой спинкой. Мягкие спальные мешки племени воды были идеальны для его сломанных ребер. Конечно, он не ожидал что все примут его с любовью, но они, после того как он им помог, относились к нему как равному себе. И только к вечеру, когда все сидели около костра и поедали ужин, Зуко спросил самый важный для него вопрос. -Где мой дядя?       Все тут же замолчали, переводя друг на друга глаза. Наконец Аанг взял на себя смелость сказать это. -Зуко ... Прости нас, но твой дядя... Он... Умер.