8 глава

“Наш мир переживает сотрясения, когда его звёзды начинают падать с неба”. Так писал Том в одной из своих статей. Многие люди давали ему положительную оценку работы, и хвалили эти рукописи. Но иногда, парню не хотелось думать о том, что его мысли, действительно правдивы. Он весь вечер думал о том, что Лили выходит замуж, и о том, что у него есть чувства к ней. Вернее, даже не чувства, он любит её, как ни один из этих мужей не сможет полюбить. И это действительно так, все с кем была Лили, делали ей только больно, а Том заживлял её раны. Никогда это не было так серьёзно, ведь если это решение принял её отец, то против его мнения, Лили не сможет пойти. Тому становилось хуже и хуже от этого осознания. Он не сможет подарить ей своё сердце, но только какие-то бродяги, валяющиеся в грязи, вместо того, чтобы стать ей заменой солнца, будут вечно любоваться глазами Лили, даже не понимая их ценность. Том осознавал на что идёт, ещё тогда, узнавая каждого, в кого она влюблялась. Он знал, что всё этим закончится, что не сможет быть с ней, будучи “хранителем” её души. Ему нужно было признаться следующим днём, иначе больше шанса не будет. Пролежав в размышлениях два часа, Том заснул до четырёх дня. Встав, с полным опустошением внутри, он сразу же побежал в палату к Лили, но она ещё спала. Том не стал её будить, и пошёл обратно к себе. Её побледневшее лицо заставляло сердце парня очень медленно биться, он боялся за неё, и хотел, чтобы девушка была счастлива. Весь день, Том лежал в кровати, писал стихи, и пытался вылить всю кровь на листки бумаги, что источалась из его разбитого сердца. Он тосковал, и эта тоска была сильнее любого чувства, потому что Том понимал - “если сейчас любовь не сможет победить, то она мертва”. Но с другой стороны, ему не хотелось ничего портить. Ему не хотелось создавать ощущение, что девушка совсем одна, ведь если её лучший друг признается в любви? Что она подумает? Том просил у Бога, чтобы она стала счастливой. Он не думал, что если она будет с ним, то это случиться, но он знал, что будучи с таким мужем, которого подберёт ей отец, она не сможет испытать радости больше. Том не хотел, чтобы звезда умирала, поэтому решил, что сделает всё для её счастья. Без тридцати восемь, в комнату вошёл отец. На лице Мистера Коннорса было пару синяков. - Привет, сынок! Хотел поговорить с тобой. Знаешь, мне самому тяжело это признавать, я знаю, кто для тебя Лили, но ты должен перестать с ней общаться. Она не та, за кого себя выдаёт… - - Ты подрался с её отцом? - Сразу понял Том, как только отец заговорил с ним о Лили. Всё с самого начала было странным, ведь отец почти никогда не был таким чувствительным к сыну, и в первые, после смерти матери, так, подошёл пообщаться. - Да. Мы не смогли разрешить этот вопрос мирно, но я выбил из него, что ты можешь с ней потанцевать ещё один день, после сегодняшнего - - Ужасно - Том стал смотреть в потолок. Мистер Коннорс начал уходить, и когда закрывал дверь, добавил: - Если… Если она для тебя как родная душа. Если всё, что ты писал в своих книгах и статьях - правда, то борись за неё до последнего вздоха. Как я за маму - Тома удивило то, что он заговорил про маму. Он никогда о ней не говорил, даже просто затронуть её имя не давал, а тут. Целая фраза. Ещё и с таким смыслом. ”И это получается, он читал мои книги?”. Этот вопрос тоже застревал в голове. Том пошёл ещё раз проведать Лили, зашёл в палату, и не увидел её. Не было ни души. Парень понял, что будет ждать её там, где она сказала, и надеяться, что с ней всё хорошо. Вновь наступила полночь. Третий день бала, каждый был в маске животного. Это сделано специально для того, чтобы огни душ могли воссоединиться в едином танце, но чтобы они проявились, видеть было друг друга запрещено. Считалось, что незримое должно и оставаться незримым. Том долго ждал Лили, и когда танцы уже начались, она до сих пор не появилась. Но в какой-то момент, кто-то схватил Тома за руку, что перепугало его с ног до головы, но остановило мысли о Лили. Парень даже потерял дар речи на какое-то время, но перед собой, увидел пышное, белое платье, украшенное разными тканями из дорогих материалов, собранное аккуратным швом, распущенное изящными линиями и формами. Девушка повернулась заячьей маской к Тому, а он смотрел на неё, сквозь маску чёрного кролика, тогда они стали танцевать. Сначала парень растерялся, делал неправильные движения, постоянно сбивался, но позже вошёл в ритм, после толчка девушки. В какой-то момент, мелодия стала медленной, и Том с Лилей смогли сблизиться. - Эй! У меня есть план! Когда вернусь к тебе вновь, через четыре сильных куплета, просто следуй за мной, хорошо? - сказала прекрасная крольчиха - Всё что скажете, милая леди моего сердца - - Ну уж ладно тебе! - шикнула на него Лили Через несколько минут, Лили и Том разошлись по разным танцорам, и Том почувствовал себя одиноко. С каждой леди, что он встречал танец, не было никакого огня, и только холод раздирал его изнутри. Только Лили по-настоящему кипятила ему кровь в движениях, и воодушевляла его. Но все остальные, хоть он и не видел их лиц, только заставляли ощущать себя через чур хорошим. Поэтому ему никогда и не нравилось искать себе новых танцоров. Лили было не так важно, с кем она танцует, ведь в её голове был план, план который двигал девушку к свободе. Прошло уже три полных куплета, и со своим танцором, Лили смотрела только на отца, что стоял в стороне колонны. Он не видел её, и уже давно забыл о контроле над ней. В его мыслях, была идея, что с помощью брака больше никогда не будет думать об её безопасности. Он сможет сделать её вечно своей, а муж был всего-лишь формальностью, и некоторой радостью для Лили. Прозвучало две ноты, два удара ногой, два взмаха веером, два скрипа смычка, и Лили встретилась снова в танце с Томом. Только теперь, как только они встали с парнем в начальный поклон, Лили принялась бежать. Том недолго думая, последовал за ней. Когда все вокруг поднялись, встав в тесный ряд, парень и девушка неслись так, что ноги блестели. Отец заметит их исчезновение только через двадцать минут, радуясь своим шампанским, его лицемерная улыбка сделается смущённой мордой, а после, этап “напуганная рожа”, что не сойдёт с его лица ещё долгое время. Слуги начнут поиски через тридцать минут, когда отец прикажет это. Мистер Коннорс улыбнётся через пятьдесят минут, когда всё станет ясным, и гостям скажут о пропаже. Лили бежала с Томом по знакомым коридорам, приведя его к корню, и позже, к двери, на которой никакого замка не было. Девушка сильно распахнёт её, бросит маски на пол, и скажет: - Доверься мне! - Сильно запыхавшись, возьмёт его за руку, и проведёт до конца серой земли. Дальше будет обрыв вниз, где из-за листвы, не будет обзора, и ясности, где они окажутся. Но Лили было всё-не-по-чём, зная, что если она развернётся, то попадёт в клетку на много лет вперёд. Она прыгает вниз, понимая, что вряд-ли, даже выживет. Том видя всё это действо, впадает в дикую панику, но стиснув зубы, прыгает за ней.