II

Постановка программы происходила в обычном режиме, не считая, конечно, того, что нам приходилось делать это ночью. Ведь желающих покататься в обычное тренировочное время очень много. Александр Павлович, именно так я теперь называю своего бывшего одногруппника, оказался прекрасным постановщиком. Он ответственно подошёл к своей задаче, предложил несколько разных нарезок музыки и плана выполнения технических элементов. Я ещё не до конца восстановила прыжки. Поэтому эти элементы делает только Игорь, а я просто имитирую, а иногда вообще ничего не делаю. Александр Павлович не спрашивает ничего у меня по поводу травмы. Скорее всего, его мама уже всё ему поведала. Ах, да! Его мама работает в нашей тренерской группе. Именно Ульяна Юрьевна ставила программы ребятам на протяжении очень долгого времени. Да и короткую нам уже поставила она. — Ясмина, посмотри сюда, — Александр Павлович показывает мне на шкаф, на который мне следует взглянуть после выполнения одной из поддержек. Мы повторяем ещё раз связку, которая состоит из каскада прыжков, небольших шагов и той самой поддержки. Это практически самый финал программы. Останется определиться с финальной позой и сделать что-нибудь необычное. — Игорь, если ты так и будешь прыгать этот аксель, я уберу его отсюда. — Игорь получает очередное замечание, ведь не может докрутить прыжок и срывает каждый раз, как только мы начинаем «собирать» программу. Парень злится и на себя, и на меня, и на хореографа. — Вон Яська вообще не делает. И ничего же. — впервые за все четыре проведённые тренировки возражает он. Я подъезжаю к нему. Мне прекрасно известно его чувство. Игорь сам долго боролся с травмами, но они не были такими серьёзными, как у меня. — Игорь, ты должен быть поддержкой для Ясмины. Но никогда, запомни это, ты не можешь упрекнуть её в травме. Если вы сами так себя ведёте друг с другом, не уважаете партнёра, то что вы хотите от других? Вы - пара. Именно вы и есть главная поддержка и опора. — «тренер» подъехал к нам и встал между нами, положив руки нам на плечи. — Дорогие мои, я прекрасно помню, какими вы пришли. Маленькие, худенькие, прыгучие, готовые идти до самого конца, следуя за топовыми парами. А сейчас? — Мы ведь сами топовая, как ты выразился, пара. — проговорил Игорь. — Вспомните себя. Вы видели в нас пример. А сейчас вам очень далеко до образцовый пары, хоть все предпосылки стать ею у вас имеются. Наличие олимпийской медали не говорит о том, что можно перестать работать. Наоборот. Нужно ещё больше проводить времени здесь. Я помню, как в вас никто не верил. Говорили, мол они ничего не добьются, уйдут через пару лет, и никто о них не вспомнит. — Ушли. — я улыбнулась и посмотрела на Игоря. — Ушли, конечно. Вон «серебро» дома лежит. Вы побили множество мировых рекордов, то, что пока есть только один крупный титул - не страшно. Москва, как говорится, тоже не сразу строилась. — мы все вместе выехали на центр льда, Саша подтолкнул нас, и мы встали в начальную позу. Я так понимаю, сейчас мы впервые исполним нашу произвольную практически целиком. До этого мы катали только фрагменты. Начинается музыка. Наша история. Как ни странно, но нам с Игорем удалось очень быстро вникнуть в образы. Трагедия. Теракт. Неопределенность. Неизвестность. Любовь. Отчаяние. Надежда. Боль. Это именно то, что мы обязаны показать в данной программы. Это самая трудная история, которую мы исполняли на льду. Сейчас, когда программа ещё свежа, все переживания в ней обостряются. Из-за этого нам тяжело выполнять технические элементы. Поддержка, спина, показать руку, «врезаться» в Игоря. — Стоп! — музыка становится тише. А Александр Павлович вновь выходит на лёд. А я замечаю кровь на руке Бельского. С ужасом смотрю на партнёра. Это я его так? — Ясмина, зачем ты так в него «влетаешь»? Не нужно так хвастаться за руку Игоря, посмотри. — он указывает на его окровавленную руку. — По-другому это получается не красиво. Я ведь должна показать, что боюсь его потерять. — я тут же решаюсь возразить «тренеру». — С одной стороны, Яся права, — встревает в разговор Игорь, — но я не хочу, чтобы каждый раз у меня были подобные ранения. Как с боя. Игорь свёл всё к шутке. Тем самым он снял напряжение между мной и Сашей. — Хорошо, но не нужно травмировать друг друга. Вон, Яся, ты сама ещё никак не восстановишься. На сегодня, я думаю, всё. Можете идти по домам. — Завтра уже показываем программу маме. Надеюсь, ей всё понравится и не придется переделывать. — неожиданного для меня произнёс Игорь, когда мы уже переобувались. Я попрощалась с Игорем и Сашей и пошла в раздевалку. Нужно привести себя в порядок до того, как меня увидит мой молодой человек. Мне удалось сходить в душ, нанести совсем немного косметики. Вообще мне очень повезло. Так как «природа» дала мне неплохую внешность, благодаря которой я могла не тратить кучу времени на макияж. На тренировки нет никакого смысла краситься, потому что всё потечёт. Но сейчас, когда у меня появился парень, мне хочется чувствовать себя красивой и уверенной в себе, чем мне и помогает косметика. Всего в раздевалке я провела не больше тридцати минут. Получив смс от Льва, что он ждёт меня возле дворца, я поспешила выйти к нему. Его машина, лада гранта, стояла прямо возле входа. Меня радует, что он умеет водить и отец купил ему машины. Сама я тоже хотела бы получить права, но времени сейчас нет. Лёва пообещал научить меня водить, но сейчас отказывается, он боится, что я разобью его «малышку». — Звёздочка моя, как прошла тренировка? — он поцеловал меня, как только я седа на переднее сиденье. — Всё хорошо. Упала раз 10, но всё остальное прошло просто великолепно. Парень жмёт на педали и мы отъезжаем от здания. С Лёвой мы встречаемся уже семь месяцев. Мне всегда говорили, что у спортсменов не может быть личной жизни. Я, конечно же, всегда верила своим тренерам. Но что-то пошло не так... Началось всё с обычной дружбы. Мы изредка ходили гулять, в кино, пару раз даже на обычном катке в городе побывали. Всё изменилось в ноябре, когда Яковлев начал оказывать мне более настойчивые знаки внимания, чаще делать комплименты и намекать на что-то большее, чем просто дружба. Я же делала вид, что не замечаю всего этого. Мне не хотелось никаких отношений в тот момент. Но всё изменилось 3 декабря. Мы с Лёвой пошли гулять по ночной Москве. Прекрасно помню этот момент. Мы остановились на набережной и он без всяких красивых слов взял и предложил мне стать его девушкой. Я стояла в таком шоке, что передать его словами я не смогу. Не понимала как реагировать на его слова. А потом... Я не знаю почему, но я согласилась. Нет, я совсем не любила Яковлева и влюбленности тоже не было. Зато присутствовал интерес. Лев был рад, он сразу же начал меня целовать и обнимать. Слава Богу, никаких разговора про свадьбу на тот момент он не заводил, иначе я бы убежала в туже секунду. Но ещё страшнее было рассказать об этом моим тренерам и маме. Если последней вообще пофиг на то, что происходит в моей жизни, то тренеры восприняли это достаточно эмоционально. Мария Олеговна поддержала, так как сама ещё молодая и прекрасно меня понимает. А вот остальные были против. Твердя о том, что я пожалею и только хуже будет от этих отношений. Игорю я так же рассказала абсолютно всё. От него я ждала поддержки, но, по итогу, он лишь сказал, что я - дура. Дело в том, что с Игорем мы очень близки. На протяжении многих лет он оставался самым родным человеком для меня в Москве, ровно до того времени, пока из Уфы не приехала в столицу моя лучшая подруга - Ерченко Кира. С ней мы познакомились на катке, когда нам обоим было по три года. Конечно, ни я, ни она этого не помним. Но фотографии, сделанные её мамой сохранились до сих пор. Однако, Кира не долго прозанималась фигурным катанием, уже в шесть лет она забросила это дело, но дружба наша продолжалась, она всё крепчала с каждым годом. Кира приехала в Москву два года назад. Мы обе закончили девятый класс, но в разных городах. Только я решила продолжать обучение в школе, а она - поступила в колледж в столице. Наши родители договорились между собой и сняли нам квартиру, которая находится не далеко от моего котка и колледжа Киры. Жильё нам нашли просто бесподобное. Сама квартирка не большая, но уютная. У каждой из нас есть своя комната, также присутствует гостиная, плавно переходящая в кухню. Но самое любимое наше место - огромный балкон. Хоть и живём мы только на 3 этаже, вид с него всё равно открывается чудесный. — Ясмин, ты со мной вообще? — я настолько ушла в себя, что перестала обращать внимания на своего парня. Оказалась, мы уже подъехали к моему дому. Я на 100% уверена, что он ждал приглашения на чай. Но фиг ему, а не чай. Я хочу побыть одна. Или с Кирой. Но точно не с ним. В квартире я оказалась минут через пять. К моему удивлению, Киры дома не было, что показалось мне странным, так как я не помню, чтоб она собиралась куда-то идти. Я несколько раз позвонила подруге, но она так и не ответила. Поэтому я зашла в свою комнату. Не знаю почему, но я сразу же посмотрела на стенд с множеством фотографий. Здесь висят фотографии и с Олимпиады, и с чемпионатов Мира и Европы, и обычные повседневные. Есть одно фото, которое точно можно назвать моим любимым. Оно сделано 3 февраля 2018 года. Тогда мне исполнилось 16 лет И мы с командой решили устроить небольшой праздник по этому поводу. Точнее, устроила его только команда, а для меня это было сюрприз. Тот день начался точно так же, как и все остальные на предолимпийском сборе. Утром я созвонилась с мамой, которая поздравила и пообещала отдать мне подарок после игр. Две тренировки на льду, ОФП, тренажёрный зал. Всё как всегда. Ничего не обычного. Диана Евгеньевна тогда попросила нас с Игорем чуть задержаться на льду, чтобы ещё раз откатать короткую программу, поставленную по сюжету фильма «Фрида». Но вместо одного раза нам пришлось катать целых три. С тренировки мы не уходили, а «уползали». Оба понимали: «Олимпиада на носу». В свой номер я зашла уставшая и даже не обратила внимания на открытую дверь. Но стоило включить свет, как я увидела «море» шаров, цветов, подарков и всю нашу команду. Крики: «С днём рождения!» раздавались на весь отель. Но нам всем было плевать на это. Ко мне поднесли торт, на котором было ровно 16 свечей, которые я тут же задула, успевая загадать самое заветное желание. Утром, разбирая подарки, я наткнулась на коробочку, завёрнутую в синюю обёрточную бумагу. Внутри оказался золотой браслет с олимпийскими кольцами и записка, написанная Сашей от руки. В ней было много разных пожеланий и слов поддержки, так необходимой мне. Тогда я ещё не догадывалась, что уже через одиннадцать дней я буду стоять на олимпийском пьедестале и держать в руках свою серебряную медаль. А браслет, подаренный олимпийским чемпионом, - станет моим талисманом на долгое время.