Часть 1. Новое начало или старое продолжение

Эмилия

Сегодня я пролежала в кровати непростительно долго. Серьёзно, мне уже час как нужно было спуститься, но делать этого не хотелось совершенно. — Эй, Сев, нам действительно стоит вставать, — тихо сказала я вслух, почесав за ухом огромного чёрного полукнизла, что сладко посапывал у меня под боком. Кот лишь лениво приоткрыл глаз, посмотрев осуждающе-презрительно. Закатив глаза, я перевела взгляд с кота на потолок, в который раз задумавшись, гений ли я или просто мазохистка. Назвать кота именем первой любви может и неплохая идея (я хотя бы перестала вздрагивать при его звучании), но всё же это не давало окончательно забыть прошлое. «Ага. Это и Его маленькая копия, что вечно норовит разнести дом», — саркастично подметил внутренний голос, напоминая о последних «экспериментах» мальчишек. Снизу послышалась беготня, и стало понятно, что полежать подольше мне точно не удастся. Я лениво поднялась с постели, встряхивая при этом одеяло, чтобы уронить противного кота. Северус недовольно мяукнул, но пошел за мной в ванную, сверля все тем же презрительным взглядом. Удивительный кот. Вечно осуждает и недоволен, но при этом всегда следует за мной хвостом. Сделав все утренние процедуры, я, как и каждый день до этого, внимательно осмотрела в зеркале собственное лицо. Миловидное, обрамленное тёмно-каштановыми, слегка волнистыми волосами. Кожа выглядит здоровой. Глаза сейчас казались медовыми под яркими лучами солнца, что проникали через окно. Лишь мелкие морщинки в уголках глаз начали предательски выдавать мои двадцать восемь. Николас недавно сказал, что немного косметических чар, и меня можно будет принять за студентку шестого курса с моим-то детским личиком и хрупкой фигурой. Что ж, лучше бы так думал не только он, а то у меня с возрастом разыгралась какая-то паранойя насчёт старости. Возможно, надоедливый друг прав, и это всё из-за того, что я никак не могу завести стабильные отношения. Что-то там о том, что я слышу недостаточно комплиментов в свой адрес, не чувствую поддержку… В общем-то, психолог из Николаса так себе. Не думаю, что стоит зацикливаться на этом. Улыбнувшись, я завязала волосы в высокий хвост, надела любимый изумрудный сарафан, и мы с книзлом направились вниз. На кухне, как всегда, было шумно. Двое черноволосых мальчишек громко спорили друг с другом, сидя за столом. У плиты вместо Эля или Корицы, моих любимых домашних эльфов, расположился Ник. Тридцатилетний парень жарил яичницу, напялив на себя розовый фартук с рюшками, который неизвестно как появился в моем доме. Из небольшого магнитофона приглушенно звучало магловское радио. Всё-таки хорошо, что мы в последние годы сосредоточились на внедрении электроники в волшебный мир. За пределами Англии маги отчаянно нуждались в подобных штуках, поэтому были просто счастливы, когда Николас и я стали создавать и зачаровывать предметы, что были так похожи на магловские, но отлично работали в доме волшебников. За пять лет работы у нас даже появились конкуренты, делающие подделки. Но секрет нашей продукции был надёжно защищён, поэтому заказов было много, а соглашались делать товар мы не всегда. Спрос был крайне высоким по всему миру, конечно, за исключением нашей родной чопорной Англии. Мы могли позволить себе выбирать клиентов. — Да ничего подобного! — голос сына, явно превышающий все дозволяемые децибелы, прервал мысли в моей голове. — Гарри, я тебе говорю: зелье лучше подействовало бы на дракона! — Да? Почему же тогда в Румынии мы ни разу не видели, чтобы смотрители использовали зелья? Они успокаивали их только зак-ли-на-ни-я-ми! — Гарри привстал на стуле, стараясь перекричать Тео в их жарком споре. Неделю назад мы вернулись из поездки в Румынию, куда отправились в качестве подарка на одиннадцатилетие мальчишек. Их дни рождения шли с разницей в пять дней, и у нас завелась традиция праздновать их трижды. Каждый по отдельности и один раз вместе. — Всё потому, что они не умеют нормально варить зелье! Вот если добавить… — Мальчики, — прервала я их страстную перепалку. Двое мальчишек мигом повернулись ко мне, казалось, сразу забыв о своем недавнем споре. — Мама! — закричали они, улыбаясь и подбегая обниматься. Гарри не перестал называть меня «мамой» даже после того, как узнал правду о своих настоящих родителях. На самом деле я рассказывала ему о них всё детство, показывая колдографии, письма, личные вещи. Полностью историю он узнал лишь в семь лет. Тогда он сказал, что всё понимает, но совсем не помнит своих родителей, а нас очень любит, поэтому хотел бы продолжать считать меня мамой, а Тео — братом. Конечно же, я с радостью согласилась, но продолжила рассказывать истории про Лили, Джеймса, его друзей и про нашу учёбу в Хогвартсе. Они даже про Северуса знали. Мне не хотелось обманывать их историями о вечной дружбе между нами, поэтому мои рассказы о прошлом были не всегда радостными, зато часто смешными и всегда правдивыми. Возможно, не очень объективными, но и об этом я их предупреждала. — Доброе утро, — снова в унисон. Иногда пугало, когда они начинали одновременно говорить, но ребята всё-таки всё детство были неразлучны. Очевидно, что они досконально изучили друг друга и переняли повадки. — Доброе. Опять вы спорите на весь дом? Говорила же я вам, что нужно вести себя тише и спокойнее. Что вы собираетесь делать в школе, где такое поведение недопустимо? — Ой, брось ты, Эмми. В школе, переполненной подростками, недопустимо веселье и громкий смех, — Ник весело взглянул на меня, расставляя тарелки с приятно пахнущими тостами с сыром, джемом, овощами и чашки с кофе, чаем. — Когда учились мы, там была та ещё вакханалия. — Ваха… что? — спросил Тео, уже засунув в рот свой тост. — Это когда очень шумно и все вокруг бегают. Примерно то же, что вы с Гарри творите каждый день дома, только народу в этом участвует больше, — ответила я, отпивая кофе. Так намного лучше. Дети на какое-то время притихли, увлеченные едой и перешептыванием между собой. Наглый Северус залез на стол и украл пару тостов с сыром. Я промолчала. Этот кот просто невыносим. — Эмми, мы собираемся в Потайную Аллею? — Ник намазывал свой тост джемом, не смотря на меня. Потайная Аллея была точно таким же местом, как и Косой Переулок, за исключением того, что находилась в Германии. Мы решили, что лучше уж купить все необходимые для школы вещи тут, чем трансгрессировать в Лондон, боясь встретить кого-то знакомого. Нас с Тео никто не узнает, а вот Ника или Гарри могут. — Да, думаю, можно. Осталось всего лишь три недели. Не стоит делать всё в последний момент. Нужно будет ещё хорошенько подумать над тем, что вам можно будет рассказывать в школе, мальчики, — со всей возможной строгостью посмотрела я на ребят. Это, кажется, сработало: они усиленно закивали. Улыбнувшись такому послушанию, я уже собиралась спросить их про список необходимых вещей, как на кухне возник Кир. Молодой эльф, которого я приобрела специально для Гарри, потому что от семейства Поттеров не осталось даже домового. — Госпожа! — плаксиво захныкал Кир, вытаращив на меня свои огромные глаза. — Госпожа! Это просто какой-то чудовищный кошмар! — Кир, успокойся. Присаживайся и расскажи нам, что случилось, — я отлевитировала для эльфа стул из столовой, на который тот сразу же забрался, попутно благодаря. — Сначала эти невоспитанные маглы, госпожа Эмилия! А теперь ещё страшный, просто чудовищно огромный великан! — на последних словах голос Кира сорвался на ультразвук. Гарри с Тео тут же позабыли про тосты и уставились на эльфа во все глаза. Я переглянулась с Ником. Да ладно… Они что, всерьёз подослали к предполагаемо ничего не знающему о мире магии ребёнку Хагрида? Зачем? Чтобы запугать? — В общем, — грустно продолжил эльф, — я делал всё так, как вы приказывали. Удивился, начал задавать дурацкие вопросы и восхищаться тем, что я, то есть господин Гарри — волшебник. Великан, кажется, ушел довольным, но пообещал вернуться и пойти со мной за покупками, — захныкал Кир, прижимая свои длинные уши к глазам. — М-да, старик совсем спятил, раз к одиннадцатилетнему мальчугану послал Хагрида, чтобы тот рассказал ему о мире магии. Так недолго и в психушку ребенка отправить! — возмутился Николас. — Они это серьёзно? — рассеянно спросил Гарри. — Никуда бы я не пошел с огромным незнакомцем и не поверил бы ни в какую магию. — Точно! — поддержал друга Тео, хлопнув того по плечу. — Вот если бы кто-то из учителей пришел, доказал бы, что умеет колдовать. А ведь, насколько мне помнится из ваших рассказов, Хагрид — лесничий, которому запрещено пользоваться палочкой, — добавил мальчик, гордясь тем, что запомнил такие подробности. Да уж, всё становиться абсурдным, хотя ещё даже не началось толком. Теперь надо было придумать, как избавиться от лесничего, чтобы он не отправился покупать волшебную палочку вместе с лже-Гарри. Моя иллюзия прекрасно обманывала семью Петуньи, старушку-сквиба, живущую по соседству, и, видимо, Хагрида. Однако она может не выдержать стольких взглядов волшебников и уж наверняка падёт от пристального изучения мастера по изготовлению палочек. Но отправлять Гарри на Тисовую или в Косой переулок я совершенно точно не собиралась. Хватит и того, что эти бессовестные мальчишки уговорили меня отпустить их в Хогвартс. Была б моя воля, они б остались на домашнем обучении. Всё равно уже перегоняют школьную программу. — Не нужно паниковать. Кир, тебе придется сделать так, чтобы как можно меньше волшебников прикасались к тебе, — говорила я, нервно постукивая по столу ногтями. — Сделай вид, что боишься или смущаешься от такого внимания. И самое главное: Хагрид ни в коем случае не должен идти с тобой за волшебной палочкой. Скажи, что лучше будет разделиться, чтобы быстрее всё купить, что за палочкой и формой сходишь сам. Ходить, естественно, никуда не нужно. Форму преобразуй из каких-нибудь тряпок, а палочку я дам тебе заранее, но её лучше не вынимать, чтобы не привлекать лишнего внимания. И ещё постарайся, чтобы вы купили как можно меньше вещей. И никаких живых существ. Пожалуйста! Всё понял? — мы, конечно, оставили немного настоящих денег в сейфе Гарри, но на дорогие покупки их не хватит. Да и куда потом всё это добро девать? — Да, хозяйка! — Хорошо. Теперь возвращайся к Дурслям. Вечером можешь прийти домой, если будешь уверен, что никто не заметит твоего отсутствия, — эльф важно кивнул, гордясь, что получил очередное задание. Я устало потёрла глаза. А ведь день только начался, и он определенно собирается быть длинным. — Ладно, ребята, — я успокаивающе погладила Гарри по руке, пытаясь ободрить погрустневшего ребёнка. — Пока что нам не о чем волноваться. Давайте закончим завтракать и пойдём за покупками. Спустя полтора часа я, Николас и Сев имели честь наконец-то лицезреть собранных Тео и Гарри в холле. Дети имеют привычку отвлекаться на любую мелочь, когда им нужно уходить куда-то из дома. Немного отчитав детей за медлительность, я решила, что до нужного места мы доберёмся с помощью трансгрессии. Маленькое наказание моим негодникам, которые не особо любили данный способ перемещения. Погода стояла тёплая и ясная, поэтому мальчишки, до сих пор не научившиеся приземляться при перемещении на собственные ноги, плюхнулись попами на чистую и сухую плитку. Не забыв повозмущаться на тему запачканной одежды (так я и поверила, что их это заботит), они всучили мне списки с нужными для школы вещами и, сказав, что встретят нас через полчаса в книжной лавке, убежали в неизвестном направлении. Я и слова не успела сказать. — М-да, твои дети однозначно разнесут Хогвартс, — заржал Ник сбоку. Мне оставалось лишь недовольно смотреть на него, ведь он был прав. Северус, кажется, устал от продолжительного стояния в центре аллеи и решил самостоятельно выбрать для нас первый магазин. Уже чувствуя усталость от предстоящего шопинга, я направилась вслед за котом в канцелярский магазин. Как ни странно, но мы довольно быстро закупились всем, что было в списке. Оставались только учебники, форма и палочки. Последнее из списка мы вычеркнули: свои палочки мальчики получили три года назад. У чистокровных волшебников хорошие привилегии. В книжном Гарри и Тео, как обычно, зарылись среди огромных томов о заклинаниях, квиддиче, зельеварении, драконах и других магических существах. Подойдя ближе, я незаметно отпихнула подальше книгу по анимагии. Рановато такое читать. Они ведь обязательно захотят попробовать. — Вы бы хоть нужные учебники нашли, что ли, — недовольно пробурчала я, продолжая ставить особо «опасные» тома на место. Тео оторвался от чтения, закатил глаза и жестом показал на две аккуратно сложенные в стороне стопки. — Меньше презрения во взгляде, молодой человек, — шутливо пожурила я. — Извини, — лучезарно улыбнулся Тео, подходя ко мне с какой-то огромной книгой. — Нам же можно взять с собой несколько книг для чтения? — Конечно. Но они должны будут пройти мою проверку. И не слишком много! В комнатах будет негде разложить их, а пылиться в сундуке они не должны. Лучше я вышлю вам новые, как прочтёте, — мальчики согласно закивали, убегая выбирать самые интересные экземпляры. Вскоре нам всё же удалось уйти из книжной лавки, прихватив пару десятков лишних томов. С формой мы справились куда быстрее и, довольные, что выполнили все важные дела, отправились перекусить в какой-нибудь магловский ресторанчик. Мы вообще больше любили ходить по неволшебным частям города и носить современную удобную одежду маглов, нежели странные лохмотья. Нет, конечно, некоторые маги одеваются элегантно и красиво, но слишком вычурно, на мой взгляд. Про мальчиков и говорить не стоит, они без ума от удобных джинсов, футболок и кроссовок. Остаток дня прошёл на удивление спокойно. Мальчики занялись перелистыванием школьных учебников первого курса (вряд ли там найдётся что-то, чего они ещё не изучили). Николас отправился отдать заказ очередному клиенту, а я решила написать Трисс, моей подруге из Ильверморни. Девушку вообще-то звали Патриция Мелвори. Она была на два года младше меня, но это не помешало ей стать моей первой знакомой в новой жизни. Несмотря на то, что мы потеряли друг друга на несколько лет, судьба снова нас свела. Сейчас Трисс разъезжала по свету в поисках редких артефактов, изредка наведываясь в гости. Вспомнив, что подруга недавно выразила желание приехать, я решила написать ей о том, что дети скоро собираются уехать в школу, а заодно попросить о парочке полезных безделушек. Отдав письмо Мефисто (своему любимому почтовому ворону), я спустилась вниз, чтобы немножко посидеть в компании мальчиков. Стоило только появиться в гостиной, как меня сразу же усадили на небольшой диван у камина, а двое черноволосых бесят устроились по бокам, положив голову мне на колени. Сева запрыгнул на спинку дивана и лёг, положив голову на моё плечо. Николас уселся на пол перед нами, взяв с собой очередной толстый альбом с фотографиями. Я и Ник всю жизнь снимали при любом удобном случае, поэтому фотографий у нас была уйма. В углу гостиной, сбоку от камина, была «стена воспоминаний». Туда вешались самые любимые фото, которые коллективно избирались нами и менялись несколько раз в год. Под ними стояла небольшая тумба, где хранились остальные альбомы с фотографиями. Мы провели остаток вечера, вспоминая наши первые годы в Хогвартсе. Тео и Гарри по десятому разу просили рассказывать истории, которые им больше всего нравились. В сотый раз расспрашивали про учителей, факультеты, замок. Они уточняли такие подробности, что казалось, мальчики продумывают, где тайно заниматься своими экспериментами и кто из учителей их прикроет. В конце концов, уговорив меня позволить им взять с собой в школу колдограф, довольные дети отправились спать. В такой уютной атмосфере прошёл остаток месяца. Гарри и Тео были в нетерпении от предстоящего приключения, но видно было, что они уже начали скучать. Мальчики стали чаще крутиться вокруг меня. Наши вечерние посиделки стали затягиваться, а пару раз они даже попросились поспать со мной, чего уже не бывало много лет. Через неделю появился Кир. Он отчитался об успешном выполнении своего задания. Правда, притащил с собой огромную полярную сову. Гарри она безумно понравилась, поэтому птицу пришлось оставить. Мы решили, что ребята заберут её в Хогвартс. Будут передавать через неё письма. Вообще-то я давала им с собой два сквозных зеркала, но они заявили, что хотят иногда писать «по старинке», а также иметь возможность передавать мне посылки. Идея была отличная. Я согласилась, чтобы Гарри взял с собой сову, а Тео — моего книзла. Мне было бы спокойнее, если бы Сев присматривал за ними. За три дня до поездки на Кингс-Кросс заявилась Патриция. Черноволосая синеглазая красотка разгромила мне весь лес вокруг барьера своим новеньким Харлеем, а затем стала злить меня попытками покурить в доме. Люблю её, но большую часть времени она просто невыносима. Трисс выполнила мою просьбу. Теперь у мальчиков была пара колец. Не суперсильный физический щит от действительно тёмной магии и ментальный щит от вмешательств в воспоминания, который ещё мог позволить своим обладателям мысленно переговариваться между собой. Последнее кольцо я попросила достать и себе. Щит мне не нужен, а вот возможность переговариваться с мальчишками мысленно вполне пригодится. Кольца мы повесили на цепочку, чтобы Гарри и Тео могли скрыть их от посторонних глаз. Проверяя исправность работы ментального кольца, я в которой раз задумалась, что неплохо бы, годика через два, так как сейчас детский разум не способен быть собранным, найти мальчикам учителя по легилименции. Мне она никогда не давалась. И хотя окклюменцией я владею прекрасно, мысль о том, чтобы рыться в чьих-то воспоминаниях вызывает лишь отвращение. Первое сентября началось крайне суматошно. Полчаса после завтрака мальчики бегали из комнаты в комнату, пытаясь не забыть какие-то вещи, хотя все чемоданы были собраны ещё вчера. Я, Ник и Трисс ждали внизу, забавляясь детским волнением. Мы решили отправиться в Лондон пораньше, чтобы до отъезда погулять в Косом переулке. Чемоданы уменьшили, а вот сову пришлось тащить Николасу. Гарри пытался приучить её ездить на плече, как это делал Мефисто, но получалась пока не очень. Магический Лондон навевал кучу воспоминаний. Улицы, магазины, да даже люди практически не изменились. Я уже забыла, что жизнь может быть настолько статичной. Пока мы разглядывали магазинчики и лакомились купленным мороженым, на нас странно косились прохожие. Да, картина, наверное, была та ещё: двое одиннадцатилетних мальчишек, одетых в джинсовые комбинезоны, футболки и кеды, бегают от прилавка к прилавку, громя всё на своём пути. Миловидный красавчик в обтягивающих джинсах и белом свитшоте, тащит за собой клетку с белой совой. Знойная черноволосая красотка, одетая в чёрные шорты, белую футболку, высокие кожаные сапоги и кожаный длинный плащ, ежеминутно бросает взгляды на проходящих парней, закуривает и поправляет солнечные очки. И я — ребёнок в голубом платье до колена, белых кедах и чёрном ободке на голове. Ник пошутил, что у меня кризис среднего возраста, и я впала в детство. Где-то позади нас недовольно плелся чёрный кот. Конечно, все пялились. Странная компания для волшебного мира. В десять тридцать мы были на платформе, полной шумных учеников. Ник пошёл отнести чемоданы. Трисс кадрила какого-то старшекурсника, а мальчики, явно обеспокоенные, стояли рядом, ухватившись за мои руки. — Не волнуйтесь, — постаралась, как можно ободряюще сказать я. — Ничего страшного не произойдёт. Мы хорошо продумали план. У вас есть артефакты, вы умнички и много всего знаете, — я присела на корточки, всё ещё не отпуская их рук. — А вдруг кто-то будет нас задирать? — спросил Гарри напряжённо. — Вот ещё! Никто не посмеет! Я же еду с тобой, — быстрее меня ответил Тео. — Конечно, — мягко засмеялась я. — Никто не сможет обижать таких крутых мальчишек! — я потрепала их по волосам и достала из сумки небольшой футляр и два браслета из чёрного оникса. — Держи, — я протянула Гарри футляр. — Это очки Джеймса. Я подобрала их тогда, а потом восстановила. Думаю, ты уже достаточно взрослый, чтобы бережно обращаться с дорогой тебе вещью. Некоторые врожденные проблемы со здоровьем невозможно вылечить магией, поэтому Джеймсу, а теперь и Гарри, приходится носить очки. Хочется верить, что скоро это будет ненужным в волшебном мире, но почему-то кажется, что маглы быстрее решат эту проблему. С их тягой к прогрессу-то. — Спасибо, — шмыгнул носом малыш, бережно забирая у меня очки и обнимая от избытка чувств. — Не за что. Они всегда были твоими, — погладила его по щеке. — А теперь держите вот это, — сказала я, отдавая им браслеты. — Это порталы до дома. Используйте их, если будете в опасности, на территории Хогвартса они сработают только в один конец, — дети закивали, надевая браслеты, а потом оба кинулись мне на шею. — Мам, — тихо прошептал Тео. — А ты сильно волновалась, что Шляпа не послушает тебя и определит не на тот факультет? Было страшно?

Flashback

Вокзал Кингс-Кросс был переполнен людьми. Всюду сновали семьи с чемоданами, летали совы, бегали кошки и квакали жабы. Семья из четырёх человек только что успешно преодолела барьер, что отделял платформу от взглядов маглов, и теперь быстрым шагом направлялась к первым вагонам. Красивый мужчина лет сорока вёз два больших чемодана и клетку с совой. Миниатюрная женщина в персиковой мантии шла рядом с мужчиной, ведя за руку сына-подростка. Её волнистые каштановые волосы бодро подпрыгивали в такт быстрой походке. Она пыталась не отставать от мужа. Следом за ними плелась девочка. На вид ей можно было дать лет семь, хотя на самом деле было девять. Она была одета в темно-бордовое старомодное платье и школьную мантию. Короткие волосы девочки, достающие лишь до плеч, переливались на солнце золотыми и красными бликам, под стать её глазам, и вились так же, как и у матери. На плече у неё сидел иссиня-чёрный ворон, который, казалось, был больше самой малышки и изрядно тормозил её движение. Она еле поспевала за быстрым шагом родителей и старшего брата. Наконец они остановились у одного из вагонов. Папа пошёл отдавать их багаж старшекурсникам, пока мама давала наставления брату. Девочка рассеянно смотрела по сторонам. Дети вокруг слишком взрослые, слишком шумные, слишком энергичные, и, она уже догадывалась об этом, слишком глупые. Ехать в Хогвартс не хотелось. Там будет скучно и одиноко. Все будут шептаться о ней и её семье. А ещё был Джеймс. Он со своими друзьями наверняка будет обзывать её малявкой или выскочкой. Ох уж эти мальчишки и их странные игры! Брат не умел по-другому. Дома, в те редкие моменты, когда сестра с бабушкой приезжали к ним или приглашали их в гости, Джеймс был добрым и заботливым старшим братом. С ним было интересно играть в игры, в которые она раньше не играла. Но она предчувствовала, что перед своими школьными друзьями он будет совсем другим. Но делать было нечего: она уже пообещала бабушке. — Милый, пожалуйста, не забывай писать нам хотя бы раз в неделю! Оказывается, отец вернулся, и сейчас родители уже заканчивали прощаться. И правда, почти одиннадцать. — И не шалите там слишком часто, — засмеялся мужчина, несильно хлопая сына по плечу. — Ладно-ладно, обещаю! — отмахнулся Джеймс, заметив в вагоне своих друзей. — Ну всё, я пошёл, — сказал мальчик, обнимая целующую его мать и убегая в вагон. Женщина ещё долго махала сыну, пока тот не скрылся в поезде, затем повернулась к дочери. — Эмилия, — в голосе слышалось намного меньше эмоций, — я всё ещё считаю, что тебе рано ехать в Хогвартс, но раз так решила твоя бабушка, я ничего не могу поделать. Будь осторожна, — женщина немного помолчала, потом недовольно добавила, смотря на птицу дочери. — И отошли его домой. В школу не разрешается привозить воронов. — Я постараюсь быть осторожной, мама, — тихо ответила Эмми. Её голос был на редкость красивым. Не тонкий и звонкий, как у большинства детей, а какой-то певучий, спокойный, завораживающий. Женщина вздрогнула, в который раз поразившись интонации маленькой дочери. — Мефистофеля вернуть не обещаю: бабушка писала насчёт его директору, — всё тот же тон, будто собаку успокаивает. — Хорошо, тогда можешь идти, — немного удивленно произнесла женщина. Девочка неловко обнялась с родителями и исчезла в вагоне вслед за братом. В таком холодном прощании не было чего-то удивительного. Эмилия с двух лет жила у бабушки, которая признала в ней наследницу своего рода. Родителей она видела редко и, как бы ни желала обратного, они не питали к ней сильных чувств, перекинув все родительские эмоции на брата. С Джеймсом, кстати говоря, дела были куда лучше. Возможно, в силу небольшой разницы в возрасте или потому что ему нравилось быть старшим братом, но отношения у них были хорошие, можно сказать, что дружеские. Правда, как только Джеймс узнал, что Эмми предстоит поехать в Хогвартс прежде срока, на два года, он жутко разозлился. Она поняла, что в школе дружить они не будут. Может, он не даст её в обиду, защитит от кого-то другого, но сам издеваться точно будет. Ведь именно так он вел себя в своих рассказах о первом годе обучения в школе магии. Поморщившись от собственных мыслей, Эмилия стала искать свободное и желательно пустое купе. Поиски увенчались успехом, поэтому до школы она доехала в компании своего друга-ворона и книги по магическим иллюзиям, что дала ей бабушка. Из вагона она вышла одной из последних, сразу направляясь к лодкам с первокурсниками. Мефисто слетел с плеча, чтобы самостоятельно добраться до замка, а она осталась в компании двух девочек, вяло отвечая на их вопросы и догадки по поводу того, как будет проходить распределение. Из лодки можно было вдоволь налюбоваться замком. Он действительно был величественным и красивым. «А ещё там хранится море тайн». Эмми слегка воодушевилась собственным мыслям, с улыбкой рассматривая огоньки вдалеке. На берегу их встретила строгая женщина в остроконечной шляпе и попросила следовать за ней. Она привела их в маленькую комнатку, где они провели в волнении несколько долгих минут, а затем распределила всех парами и вывела в Большой зал. Эмилия с другими первогодками стояла сбоку от гриффиндорского стола и могла видеть брата, который старался на неё не смотреть. Дальше виднелись столы других факультетов, но из-за маленького роста девочка не могла их разглядеть, поэтому принялась рассматривать парящие под потолком свечи, вспоминая, какими заклинаниями можно добиться подобного эффекта. — Эмилия Поттер-Этингер, — засмотревшись на потолок, она пропустила, как добрая половина первогодок прошла распределение. Вздохнув, девочка отправилась к потрёпанной шляпе, что лежала на табурете перед преподавательским столом. Отовсюду уже слышался шёпот учеников. — Поттер? У Поттера что, сестра есть? — Ты слышал? Макгонагалл сказала Этингер! Значит, Поттеры в близком родстве с самими Этингерами? — Как ты можешь не знать, кто они? Это же прямые потомки самой Морганы! У них в волшебном мире влияния больше, чем у Министра Магии любой из стран! — Серые кардиналы! — Если ей дали эту фамилию, значит, она была выбрана наследницей! Директор, слегка изумлённый осведомлённостью учеников, хотел было их успокоить, чтобы не смущать крохотную девочку, что почти уже добралась до Распределяющей Шляпы, но его опередили. Крупный ворон с оглушительным «Кар-р-р» ворвался в Большой зал и уселся на плечо Эмилии, складывая массивные крылья как раз тогда, когда девочка садилась на табурет. Получилось устрашающе-эффектно. Зал затих. Эмми закатила глаза на весь этот цирк и быстро надела шляпу. Хотелось поскорее закончить это, снять древний артефакт, который выглядел так, будто ещё несколько минут назад его на помойке обгладывали крысы. «А-а-а, — услышала девочка в своей голове, — маленькая мисс Поттер пожаловала к нам гораздо раньше положенного. Что же, у вас есть все задатки успешно начать и закончить обучение в Хогвартсе». Эмилия грустно вздохнула, на ощупь погладив Мефисто. По-другому не получалось из-за шляпы, что закрывала глаза. «Ну-у, не печальтесь так уж сильно! Уверена, вам ещё успеет понравиться здешняя жизнь. Давайте-ка лучше посмотрим, куда бы вас отправить. Хм-м… Гибкий ум, трудолюбие, готовность к самопожертвованию, хитрость и, конечно же, ваша родословная. Считаю, что наилучшим вариантом для полного раскрытия ваших способностей и характера будет СЛИ… «Стоять! — мысленно изо всех сил крикнула девочка. — Туда не надо. Брат плохо отзывался об этом факультете. Мне вообще-то всё равно, какое у него там о ком мнение, но не хочу давать ему повод лишний раз доставать меня. Нужно что-то более нейтральное». «Хм-хм. Может, тогда вас распределить к непоседливому мистеру Поттеру?» «Вот уж нет! По его рассказам на Гриффиндоре одни оболтусы учатся! Вечно у них там шум, веселье, и комнаты крохотные к тому же. — негодовала девочка. — Точно! Я вспомнила, что у Слизерина самая большая гостиная, и в комнатах они по двое спят. На каком-нибудь факультете есть так же?» «Мисс Поттер, вы собираетесь выбрать факультет по размеру гостиной и спальни?» «А от факультета зависят изучаемые предметы?» «Нет, но…» «ТОГДА КАКАЯ РАЗНИЦА? — вспылила малышка. — Отвечай уже давай, пока не спалила. Бабушка тут как раз показывала парочку заклинаний, но я ж маленькая, так что они не совсем стабильно срабатывают…» «Ладно-ладно! — быстро ответила Шляпа, чей голос, казалось, стал звучать чуть испуганнее. — Есть нейтрально относящийся ко всем факультет с уютной гостиной! Комнату там тоже делят двое детей. Я всё ещё думаю, что хорошим вариантом был бы Слизерин, но если судить по вашему питомцу…» — КОГТЕВРАН! — оглушительно крикнула Шляпа. Девочка поспешно сняла сей дурно выглядящий предмет, спрыгнула со стула и посмотрела в зал, ища брата. Джеймс не был расстроен или рассержен, даже присоединился к оглушительным аплодисментам воронов стараясь отнекиваться от расспросов друзей. «Вот и чудненько!» — подумала Эмми, обводя глазами зал, и, обворожительно улыбаясь никому и в то же время каждому, пошла к своему новому факультету.

End

— Было немного волнительно, но совсем не страшно, — ответила я, вынырнув из воспоминаний. — Всё будет хорошо. Даже если не попадёте на один факультет. — Но мы хотим! — протестующе воскликнули мальчики. Подошедшие Ник и Трисс засмеялись. — Значит, точно попадёте, — подмигнула им подруга. — А если Шляпа начнёт вредничать, — заговорщически прошептала им я, — передайте ей от меня привет. Мои уверения вроде успокоили мальчиков. Они даже слегка улыбнулись, снова начав обсуждать предстоящую поездку. Наше прощание длилось ещё минут десять. Потом Тео и Гарри, прихватив с собой сову, Буклю и моего Севу, скрылись в вагоне. Я простояла на перроне, пока не скрылся самый последний вагон поезда, хотя мальчики заняли место в середине, и их черноволосые макушки уже давно перестали мелькать в окне. На душе резко стало тоскливо и пусто. Кажется, Ник перенёс меня к дому, а Трисс вроде бы осталась в Лондоне, чтобы что-то купить. Дома было до ужаса тихо. Отмахнувшись от домовиков, которых впервые за долгое время было трое, я сразу же поднялась к себе в комнату. Мефисто тихо прокаркал, когда я, не раздеваясь, плюхнулась на кровать, тихо заплакав. — Ну уж нет, подруга, — протянул Николас, заходя в комнату и ложась рядом. — Ты не будешь реветь дома, когда твои сыновья, впервые за одиннадцать лет, между прочим, отправились учиться! От его слов я сильнее заплакала, а Ник со вздохом перетащил моё бренное тело ближе, устраивая меня у себя на груди, и крепко обнимая двумя руками. — Чего ты расплакалась? Никто там твоих мальчиков не съест! — Съест! — капризно ответила я, утыкаясь парню в грудь. — Подавятся, милая! — Ник развернул моё заплаканное лицо к себе, заглядывая в глаза. — У них всё будет прекрасно. Мы ВСЁ продумали. В конце концов, если будешь сильно волноваться, придумаем, как их навестить. Хорошо? — Хорошо… — Вот и умничка! А теперь, — хитро прищурился друг, — раз уж нам выпал шанс в кои-то веки остаться вместе одним и повеселиться в компании взрослых… Пора отправляться на поиски вторых половинок. Неважно, на ночь или всю жизнь!