О дивный старый мир

      Бесконечные равнины, изрядно мозолившие глаза, стелились красными коврами на многие километры вперёд, изредка взмывая вверх стенами, образующими этот жаркий мир пещер. Каменная пустыня была почти мёртвой, на пути сложно было встретить жизнь, только если небольшие группки свинозомби, среди которых мелькала одинокая фигура человека. Он бродил по равнинам в поисках золота, только не ради наживы, а ради куда более важной миссии. Два дня прошло с тех пор, как вновь одинокий юноша в маске покинул величественную Крепость. И всё это время, как старый старатель, Дрим, не покладая рук, работал киркой, выкапывая золотые крупинки и переплавляя их в слитки привычного размера. Настроение пока было ни к чёрту, хоть и потрудился парень на славу: за этот небольшой промежуток времени ему удалось набрать ценного металла на сорок два слитка. Конечно, в его родном мире больше за плату ценились изумруды, но золото, кусков тридцать, так же считалось за большое состояние, так что сейчас путник мог быть распознан обществом как довольно богатый человек. Но юноша даже не собирался выносить всё это богатство за пределы Нижнего мира. Запас золота планировалось потратить на эндер-пёрлы. Куда гуманнее и правильнее будет выторговать их у пиглинов, нежели убивать кучу эндерменов, которые, к слову, тоже разумные существа, хоть пока и враждебные. Спустя следующие сутки рюкзак стал ещё тяжелее. Золота прибавлялось, но вот съестные ресурсы подходили к концу. Юноша обошёл, как казалось, чуть ли не весь Незер, потому неплохо запомнил местность, биомы и их основных обитателей. Нижний мир был скуп на животных, особенно на тех, которых можно было использовать в качестве пропитания. Но спустя столь долгие путешествия Дрим подметил, что в этом высушенном жарой месте есть два приспособившихся к жизни леса — Искажённый и Бордовый. В первом деревья отличались ярко-бирюзовой кроной и поленьями, поджечь которые было невозможно. Но живности в нём не водилось, только пара ядовитых для людей грибов пробивалось сквозь лазурную траву. Зато во втором, Багровом лесу, обитали хоглины — огромные кабаны, размерами с лошадь, только с короткими ножками. На них юноша и решил поохотиться, потому отправился к ближайшей красно-лиственной роще, которую он заприметил издалека.       Высокие деревья, чьи верхушки покрывала густая бордовая листва, со всех сторон окружили пришедшего в лес незваного гостя. Безмолвная чаща нависла над путником, в угрюмой тишине не проскальзывал ни малейший звук шуршащего листа. Лес словно застыл, горячий ветер не гулял среди высоких веток. Тишина создавала паршивое чувство, будто каждое дерево, походившее на берёзу, сейчас затихло, чтобы понаблюдать за незнакомцем своими глазами, узором разбежавшимися по коре. Но был и плюс у этого безмолвия, царившего среди высоких стволов — слышны были малейшие шаги, любые ненароком созданные кем-то живым звуки, и даже хрюкание где-то вдалеке.       Гость Бордового леса, прислушиваясь, пошёл на шум борзого копания земли. Действительно, скоро юноша вышел на небольшую поляну, где не особо крупный хоглин рыл острыми бивнями почву. Услышав тихие чужеродные шаги, не похожие на стук копыт собратьев, кабан поднял голову и, грозно выдохнув большими ноздрями воздух, завертел головой по сторонам. Дрим скользнул за дерево, продолжая наблюдать за поведением животного. Свинья бросила вскапывание земли и, отрывисто недовольно хрюкая, пошла в сторону юноши, чуя посторонний запах. Но только она подошла к дереву, от которого особенно явно пахло человеком, из-за мощного красного ствола вылетел топор, пробив толстую кожу кабана. Свин взвизгнул и тяжёлыми прыжками подался назад. Дрим выскочил из засады, готовый добить дикое животное, но одного удара не хватило, чтобы нанести сильный урон, парень только разозлил добычу. Хоглин, яростно дыша и похрюкивая, раза три приподнял пыль с земли копытом, готовясь разогнаться, и, навострив бивни, бросился на врага. Но тут же с разбегу кабан врезался в деревянный щит и получил очередной удар топором, на этот раз оставившим глубокую рану. Он уже слабее отпрыгнул на пару метров назад, но его хищный взгляд всё ещё держался на путнике. Видя, что добыча слабеет, Дрим быстрым движением зарядил лук и выпустил в хоглина три стрелы одну за другой. Свинья повалилась набок и наконец расслабилась, что ознаменовало победу. Юноша уже привык разделывать туши животных в полевых условиях, поэтому много времени процесс спускания крови и сбора мяса не занял. Да и что медлить? Тут же, на месте, была поставлена печь, и три куска свинины отправились на жарку. Но в тихом потрескивании углей вдруг послышался хруст веток в чаще леса. Дрим поднял голову, напрягая все органы чувств. Из гущи деревьев доносился быстрый топот копыт, приближавшийся с каждой секундой. Меж деревьев показался силуэт бегущего хоглина. Юноша только успел встать наизготовку, как на полянку вылетел кабан, вдвое больше предыдущего. Его широко распахнутые глаза налились кровью, песок и пыль так и летели из-под чёрных копыт. Парень успел заслонить себя от белых исцарапанных бивней, но кабан так усердно бился об деревянную защиту, что сапоги путника скользили по сухой земле, поднимая клубы пыли. Дать отпор сложно, а щит грозится быстро превратиться в груду щепок. Дрим понял, что так просто с этим зверем не совладать, потому, не найдя выхода лучше, бросился наутёк к близжайшему крепкому дереву. Кабан — за ним. Вот только парень проворно вскарабкался на высокую ветвь местной красной акации, а свин остался внизу, пытаясь поставить короткие передние ноги на ствол и задрать голову. Путник, присев на спасительную ветку и держась левой рукой за красноватый ствол, смотрел на хоглина, который топтался под юношей, яростно тряся синей редкой гривой и изредка бодая дерево. Тряска от толчков сбрасывала наземь багряные листья, но Дриму она была не сильно страшна. Он, ещё надёжнее устроившись на суку, вновь зарядил лук и начал обстрел. Много стрел ушло, чтобы пробить плотную шкуру огромного кабана, но всё же острые наконечники сделали своё дело. Свинья свалилась от кровопотери. Когда парень убедился, что она не подаёт явных признаков жизни, он спрыгнул с ветки и осторожно приблизился к исколотому стрелами животному. Оно не дышало, и глаза закатились, что красных зрачков не было видно, только белки выступали наружу. Вытаскивая из туши перепачканые чёрной густой кровью стрелы, юноша усердно прислушивался и оглядывался по сторонам. Мало ли, ещё кабаны нагрянут. Но вокруг всё было тихо. Что вообще приманило второго хоглина на поляну? Возможно, яркий запах жареного мяса, оставленного путником в печи. Эти свиньи всё-таки хищники. Усвоив, что готовкой в лесах с хоглинами лучше не заниматься, Дрим собрал добычу и вышел из чащи на небольшой уступ, возвышающийся над морем бордовой листвы. Закинув в печь оставшееся мясо, юноша, задумавшись, присел на край земляного возвышения. Необычный красивый вид открывался с этой точки: красно-лиственные деревья расположились могучим полком по западной стороне, разрастаясь ещё и по вершинам скал да по парящим над землёй утёсам. А вот к востоку они редели, там всё чаще попадались поляны, среди стволов можно было легко заметить блуждающих свинозомби. Жара утомляла, путника клонило в сон. Чтобы не заснуть, он похлопал себя пару раз по щеке, протёр глаза под маской, и стал внимательно рассматривать лесной массив, стараясь примечать детали, не давая мозгу расслабиться. Небольшая лавовая речка, мама-кабаниха с подрастающим малышом, неловко перепрыгивающим выступающие корни деревьев, пытаясь поспеть за кормилицей, пиглин, гордо шагающий по красной траве, закинув золотой топор на плечо. С высоты было видно многое, даже группу каких-то существ, теряющихся в гуще древесных стволов. Сначала юноше показалось, что это просто очередное сборище свинозомби, но когда он заметил, что для довольно медлительных созданий они передвигаются слишком резво, парень лёг грудью на землю и прищурился. Нет, глаза его точно не обманывают — это люди, причём очень хорошо ему знакомые. Долго же Дриму не попадались на пути мэнханты, и вот, судьба выбрала этот момент, чтобы снова столкнуть друг с другом старых друзей. Только вот путник никогда не был фаталистом. Что бы сделал обычный человек, если бы заметил группу убийц, охотящихся на него? Скорее всего, унёс бы побыстрее ноги в обратном направлении, пока его не обнаружили. Но у юноши в маске были совершенно другие планы. Сейчас ему нужны его преследователи. Выйдя из Крепости несколько дней назад с хилым запасом огненных стержней, парень выдвинул предположение, как можно получить запасные артефакты: мэнханты, разрушая блоки призыва, наверняка стояли возле них достаточно долго, чтобы успели подоспеть ифриты, драки было не избежать. Значит, возможно, ребята собирали оставшиеся после мобов стержни и забирали для своих нужд. Была вероятность, что они могли просто сжигать артефакты, чтобы те не достались Дриму, но надежда, что столь нужные компоненты для открытия портала лежат в сумках врагов, всё же оставалась. Юноша не стал ждать: он быстро спустился с утеса в лес и, стараясь ступать как можно тише, пошёл в сторону, куда уходили шаги и негромкие разговоры. Голоса привели его к небольшой поляне. Юркнув в кусты, парень стал вглядываться в окошки между тонких колючих прутьев. Охотники даже не подозревали, что их главная добыча притаилась в паре шагов от них, потому не боялись громко обсуждать свои насущные проблемы. — Так, ладно, впредь нужно быть со свиньями поаккуратее, а то мы больше травм от них получим, нежели еды, — рассудил Сапнап, разминая мышцы медленным вращением предплечий. — Ага, и счётчик смертей пополним, — недовольно сказал Джордж, наклонившись назад, потягиваясь и потирая спину. — Ничего. Зато сколько мяса остаётся от этих здоровяков! — ухмыляясь, проговорил Энтфрост, протирая от вязкой крови рукоять меча. Ребята ставили печи, верстаки, и всё ходили вокруг куста, где засел путник, чуть ли не заглядывали за частые тонкие ветви, и с каждым их приближением сердце юноши замирало, всё тело сильнее прижималось к земле, словно стараясь с ней слиться. Но наконец мэнханты повернули в сторону, ведущую в глубь леса, и, оставив печи, медленно направились туда — охотиться на хоглинов. Снова уходят, и Дрим уже собирался тенью последовать за ними, но понял, что спешить рано. Джордж задержался на пару мгновений, оставил рядом с ещё тёплой топкой свой рюкзак и вновь присоеденился к команде. Вот она, прекрасная возможность схватить вещи и убежать. Нужно действовать тихо, и в то же время быстро, чтобы уйти незамеченным. Но задача не казалась сверхсложной, потому лазутчик-новичок с уверенностью двинулся за заветной котомкой. — Джордж? — вдруг обратился к другу Бэд. — А где твой рюкзак? — А, да я его возле печей пока оставил. Мне с кабанами драться неудобно, пока он у меня на спине болтается. Мешает, — отмахнулся НотФаунд. — Ты с какого дуба рухнул? Ты что, не соображаешь, что все твои вещи может стащить один зелёный хмырь? — нахмурившись, выпучил глаза на товарища Сапнап. — Ой, да ладно вам. Мы его не встречали уже несколько дней. И да, мы же ведь решили, что пока не наберём побольше припасов — не приступим к поискам, не так ли? Ну какова вероятность, что он прямо сейчас окажется в том же лесу, что и мы? Шанс — один к десяти тысячам, не меньше, — скрестив на груди руки говорил Джордж. — Плевать на твою теорию вероятностей, шансы всегда есть. Поэтому забери сумку! Не хватало ещё, чтобы Дрим стащил у нас не только половину припасов, но и артефакты, нужные ему для открытия портала. Сейчас не время рисковать по пустякам, дружище, — слегка нахмурившись ответил Сап. НотФаунд хотел было возразить, но только еле заметно закатил глаза под очками и развернулся в сторону временного лагеря, от которого ребята успели отойти на порядочное расстояние. Под ногами шелестела опавшая листва, тонкие прутья разросшихся кустов и деревьев царапали лицо и руки. Вот, за ветвями уже показалась поляна, и тут, сквозь лесные хворостины, Джордж заметил движение — полуразмытое из-за веток зелёное пятно резко скользнуло от печей к кустам и скрылось за ними, встревожа тишину леса характерным шуршанием. Охотник в сомнениях потёр глаза и вылетел на лужайку. Схватив рюкзак, который по прежнему лежал на своём месте, он проверил содержимое. Всё было на месте. Тогда, вынув из ножен меч, парень крадучись подошёл к кустарнику и уже собрался было заглянуть за густые красные ветви, как из листвы вылетел кулак, со всей силы ударив НотФаунда по переносице. От неожиданности и резкого удара Джордж упал на спину, а его враг, выбравшись из гущи назойливых веток, путавших ноги, бросился бежать. — Чтоб мне провалиться, он здесь! Ребята, он и вправду прямо здесь! Я преследую его! — восклицал охотник, вытирая кровь с носа и поправляя, по-видимому, уже где-то треснувшие очки. Он кинулся вдогонку за Дримом, который, только оказавшись на границе леса и каменной пустыни, свернул в близь проходившее ущелье. Долго гнаться за беглецом не пришлось — он, осознав, что в данный момент его настигает лишь один человек, решил долго не раздумывать и вступил в драку. Оба участника схватки чувствовали, что противник в маске стал крепче и проворнее: удары мечами наносились быстрее и точнее, щит меньше давал промахов, блокируя оружие, движения были более лёгкими и отработанными, неожиданные новые приёмы с обеих сторон грозились в любой момент оборвать жизнь оппонента. И всё же, рано или поздно техника одного бойца должна была превзойти технику другого. Так и вышло: Дриму хватило доли секунды, чтобы выловить нужный момент и точным движением вмазать противнику по виску краем щита. Голову Джорджа слегка развернуло и он упал на колени, схватившись за окровавленную бровь. А очки дальтоника отлетели в сторону и с треском ударились о камень. Зажмуренные глаза НотФаунда заполонили сверкающие белые точки. Уши сквозь тихий звон различили удаляющиеся шаги.       Преодолевая лёгкое головокружение охотник встал на ноги и растёр пальцами глаза. Звёздочки от удара больше не мешали, но реальность для мэнханта резко изменилась: всё кроваво-красное пространство превратилось в густую черноту, лиловый туман вдали теперь казался синим, всё вокруг поменяло свои цвета. Врождённый недуг, от которого дальтоник совсем отвык благодаря очкам, снова дал о себе знать. Не обдумывая никакого плана действий и плюнув на разбитую оптику, Джордж пошёл дальше по дну ущелья, куда, как ему казалось, ушли шаги врага. Вокруг тихий гул, совсем далеко позади, кажется, слышались голоса бегущей подмоги, высокие чёрные стены расщелины тут и там сверкали золотыми вкраплениями. Охотник старательно всматривался в созданную его глазами черноту камней, разглядывая дорогу и продолжая шагать вперёд. Внезапно крепкая рука схватила охотника за плечо и резко утянула влево. Джордж не успел ничего сообразить, как его со всей силы ударили об острую неровную стену спиной. Меч вылетел из рук мэнханта. Мельком он успел заметить жёлтую толстовку перед тем, как в его челюсть прилетел кулак. НотФаунд смог ответить противнику парой ударов в грудь, но он чувствовал, как по затылку разбегается боль, и сзади по шее течёт что-то неприятное и тёплое, как он слабеет. На ногах сложно было стоять, и обессиленный парень наверное упал бы, если бы Дрим вновь не прижал его к стене и, схватив за чёлку, не начал со всей силы бить голову врага об каменную стену. Истошный вопль успел вырваться из горла избиваемого, прежде чем его глаза мёртво уставились в одну точку. Дрим подхватил под руки обмягшее тело старого друга и, присев на колени, обнял его. — Прости меня, — прошептал юноша с горечью, но без дрожи в голосе. — Прости. Но так надо.       Голоса приближающихся охотников уже разносились эхом по ущелью. Медлить не стоило. Путник снял с мертвеца разорванный рюкзак, из которого посыпались вещи. Среди них оказались и ифритовые стержни — целых пять штук. Надежда оправдалась. Рассмотреть всё содержимое ранца и забрать что-нибудь полезное, конечно, хотелось, но времени оставалось только чтобы схватить столь важные артефакты, ради которых и задумывалась вся эта афера, и припустить со всех ног дальше по раскорёженному дну обрыва. Только благодаря вылетевшему из рук Джорджа мечу, торчащему из прохода, мэнханты заметили совсем не приметную развилку. Как раз в двух шагах от поворота лежал труп. Сапнап отправился дальше, намереваясь успеть догнать беглеца, а Бэд и Энтфрост остались забрать вещи и тело друга. Ребята, осмотрев рану и прикинув, что она заживать будет максимум час, взгромаздили себе на плечи мёртвого товарища и побрели в сторону, куда ушёл Сап. — А ну спускайся оттуда! Я ж тебя всё равно стрелой достану! — раздавался голос мэнханта совсем неподалёку. Энт и ББХ выволокли Джорджа к концу ущелья, где две стены сходились, запечатывая трещину. Там стоял их соратник, зарядив лук и усердно целясь в маленькую пещерку. Завидев товарищей, он оставил своё занятие и подошёл к ним. — Быстро вы, это хорошо. Я решил за ним не лезть, а то ещё выдумает чего-нибудь, или просто столкнёт с высоты. Не хватало и из-за меня кучу времени терять, — говорил Сапнап, помогая ребятам аккуратно уложить востанавливающегося друга на камнях. — Это ты правильно сделал, что не пошёл один на один. Я так понял, он пока оттуда высовываться не собирается, — вытирая об одежду руки спросил Бэд. — Да. Спасается в той щели, как ласточка от ястреба, — Сапнап кивнул головой в сторону укрытия преследуемого, откуда доносился тихий скрежет метала об точильный камень. — Не уходит, походу, тоже перерыв понадобился. — Ну и хорошо, как раз подождём восстановления Джорджа и будем придерживаться нашего плана. Атаковать сейчас всё равно бессмысленно, мёртвого же мы тут не бросим, — сказал Энтфрост, усевшись на землю.       Пока мэнханты возились внизу, Дрим, прекрасно слыша их рассуждения, времени решил не терять: он плавил собранное золото в слитки, подготавливал железо к ковке оружия, штопал дыры на одежде. Руки его от ежедневной работы киркой покрылись мозолями, поэтому и на то, чтобы перемотать стёртые ладони бинтом, стоило также уделить время. Юноша с необъяснимым благоговением слушал, как внизу спокойно болтают охотники о чём-то вторичном, точно он снова очутился в том времени, когда разум его товарищей не принадлежал Дракону, когда они были друзьями, когда они были командой. Он даже, кажется, улыбнулся. Но мимолётное мгновение умиротворения прервала стрела, задевшая в полёте показавшееся из укрытия плечо задумавшегося парня. Дрим отпрыгнул в глубь своей норы, зажав царапину рукой. Бинт как раз был неподалёку. — Ха! Я попал в него! — радостно воскликнул Сапнап. — Перестань, мы же договорились подождать! — нахмурился БэдБойХэйло. — Не удержался. Хотел показать вам, какой я отличный лучник, — прищурившись ухмыльнулся стрелок.       Бэд недовольно закатил глаза. Сап рассмеялся, убрал лук в сторону, и, что-то бубня, подошёл к верстаку. Засвистел точильный камень, скользя по алмазному лезвию топора. — Что ты делаешь? — не сдержав интерес, спросил через минуту ББХ. — Да вот, помнишь, на нас пиглин напал? Мы его когда зарезали, я у него в кармане нашёл алмазный точильный камень. Без понятия, где он его нашёл или как сделал своими неуклюжими копытами, способными держать только оружие, но тем не менее теперь эта точилка моя! Я наконец-то могу наточить свой топор так, что он что угодно с одного удара рассекать пополам будет! — довольно говорил Сап, заканчивая работу. Охотник обтёр оружие тряпкой и, приподняв топор повыше, рассмотрел сверкнувшее бирюзовое лезвие. Оно казалось тоньше травинки и острее любого клинка. — Ого, отличная работа! Можно посмотреть? — разглядывая во все глаза оружие спросил Бэд. — Нет, извини, не дам. Вдруг порежешься, — отказал Сапнап, с улыбкой осматривая топор со всех сторон на расстоянии вытянутой руки, наслаждаясь своей отточенной поделкой. Он так увлёкся, что не заметил, как за низ обуха, соединяющего лезвие и топорище, был зацеплен крючок, и в мгновение оружие вырвалось из рук охотника, устремившись рывком вверх. — Что? Что произошло? Куда… — оторопел Сап. Тут же он услышал звонкий смех и задрал голову. На уступе стоял Дрим, держа в правой руке удочку, а в левой алмазный топор. — Он только что стащил твой топор удочкой?! — сдерживая смешок выпалил Бэд. — Да, чёрт его возьми! — ответил обескураженный охотник. — А ну верни назад! — кричал он, осознавая, что теперь оружие можно вернуть только силой, или благодаря случаю.       Джордж кое-как раскрыл слипшиеся веки под окружающие звуки. Сапнап ходил с очень озабоченным видом, резко разворачиваясь из стороны в сторону, Бэд пытался что-то ему сказать, а Энтфрост сидел на камне, наблюдая за сложившейся картиной. НотФаунд перевернулся на бок и, оперевшись на локоть, слегка приподнялся. Ребята обратили внимание на движение и, заметив, что это очнулся раненый, подбежали к нему. — Как долго я тут уже лежу? — хрипя, пробормотал Джордж. — Не так долго, могло быть и хуже. Около часа, может, даже поменьше, — откликнулся Энт. — Кстати, вот твои очки, — он протянул Джорджу его разбитую вещь. — Чёрт, я явно не рассчитал свои силы, когда вступил с ним в драку. Он и впрямь стал гораздо сильнее. Похоже, я его не заметил, когда проходил мимо того поворота. Подумал, что просто золото блестнуло, а это, видимо, была его толстовка. Я же отвык, — пострадавший сел, потерев затылок ладонью, и принял очки. — Спасибо, друг. Пожалуй, мне нужно прекратить ныть по пустякам и становиться более бдительным. Если бы я не оставил сумку, то и всего этого не случилось бы. — Не переживай, зато мы его зажали! — хлопнул Джорджа по плечу Бэд. — Вон он, наверху, — ББХ указал пальцем на Дрима. — Он что, уже успел сделать алмазный топор? — удивился НотФаунд. — Нет. Просто Сапнапу тоже нужно быть более бдительным, — сказал Энтфрост, с ухмылкой поглядев на разозлённого ситуацией товарища. — Да, да. Он стащил мой алмазный топор. Но может вы, вместо того, чтобы смеяться надо мной, поможете всё-таки? — раздражённо говорил Сап, активно жестикулируя. — Похоже, помощи от вас не дождёшься. Ладно, значит сам справлюсь, — махнув рукой проворчал парень, не наблюдая энтузиазма в глазах друзей.       Охотнику ничего не оставалось, как взять ситуацию в свои руки. Он выхватил из рюкзака оставшиеся у него каменные блоки и начал строить под собой башню. Дрим стоял высоко на маленьком уступе и понимал, что Сапнап вряд ли станет подходить к нему слишком близко, ведь он мог одним ударом сбросить врага вниз, но всё же стоило определиться с путём отступления на всякий случай. Тут и возникла проблема — рядом на стене больше не было никаких каменных выступов, нужно было сооружать путь из блоков самостоятельно. Но только путник залез рукой в рюкзак, раздался звонкий удар по каменной породе, под ногами почувствовалась вибрация. Оказалось, Сап поступил хитрее, и, найдя слабое место в скале, вонзил в него кирку. Трещина поползла по стене, и участок с гравитационной породой обрушился. Охотник остался невредим, оползень не задел его башню, а Дрим вместе с каменной лавиной полетел вниз.       От скалы отошла совсем небольшая часть, поэтому путника не завалило. Но приземление с такой высоты на твёрдую поверхность не сулило быть благополучным. Воздух резко выбило из лёгких, тело пронзила острая щиплющая боль. Мэнханты переполошились, неожиданность затормозила их, потому они не сразу бросились в атаку. Дрим почувствовал резкую тошноту, когда попытался осторожно, но быстро встать. Он лишь надеялся, что ничего себе не сломал. Но, по всей видимости, кости были целы. Беспокоила только сильная боль в плече. И, слегка дотронувшись до сустава, парень понял её причину — переломов, конечно, не было, а вот вывих он себе всё же заработал. Плечевой сустав сдвинулся вперёд, и теперь путник мог еле-еле шевелить рукой, и то через дикую рвущую боль. Ситуация сложилась совершенно не в пользу Дрима: охотники уже кинулись в его сторону, а он, по сути, остался без рабочей правой руки. Да ещё и щит был забыт в пещере наверху. Думать, что делать, придётся на ходу. Юноша, еле увернувшись от меча Бэда, ломанулся в сторону, откуда пришёл, и, поддерживая травмированную конечность, припустил настолько быстро, насколько позволяли отбитые о землю ноги. — За ним! Взять его! — кричал Сапнап ребятам, бегущим позади. Они быстро настигали пострадавшего, казалось, их разделяет расстояние в пару шагов. Но в последний момент беглец юркнул в узкий проход в стене, а охотники, не успев затормозить, были брошены инерцией вперёд. Подняв клубы красной пыли, они всё-же остановились и бросились обратно к щели. На удивление, впереди был короткий проход, не содержащий в данный момент ничего живого, и тупик. Ребята мелкими шагами двинулись в узкую расщелину. — Будьте аккуратны, вдруг это ловушка, — прошептал Бэд. — Да когда бы он успел её сделать? Идём уже, только держимся вместе, — шёпотом отчеканил Сапнап. Охотники, подходя всё ближе к тупику, заметили в левой стене дыру, проглядывающуюся под определённым углом. Они ускорили шаг, надеясь застать жертву врасплох. Но, только переступив порог маленькой пещеры, ребята заметили стоявшую прямо на входе кровать. Они только успели осознать происходящее, как из-за небольшого каменного перекрытия вылетел увесистый булыжник, и только он приземлился на лежбище — прогремел взрыв.       Разрушение оказалось сильнее, чем ожидалось. В клубах дыма сложно было разглядеть хоть что-то, кроме взорванного пола, потолка и стен, по которым кое-где разбегался слабый огонь. Радовало, что в добавок ничего не было слышно. Ни треска местной горной породы, ни оползней, ни чужого кашля. Дрим приподнял голову, выглядывая из-за каменного укрытия. Тела мэнхантов беспорядочно валялись на проходе, одно из них упало в небольшой кратор, оставшийся после взрыва. Все они были истыканы большими и маленькими деревянными щепками, в некоторых местах их кожа обгорела. Выживший побрёл на выход, обходя по безопасным местам дыру в полу. Дым разъедал горло, парень хотел по привычке заслонить рот правой рукой и прокашляться, но резкая боль остановила его. Юноша поморщился, прислонил ко рту левый рукав толстовки и вышел из задымлённой пещеры. Болевой порог у него был высоким, но разум туманила непрекращающаяся боль в плече. Он остановился и, взявшись здоровой рукой за сустав, попробовал осторожно вправить его на место, но лучше не стало. Напротив, попытки исправить положение причиняли ещё больший дискомфорт. Путник стиснул зубы, проглатывая крик. Ему в любом случае некого просить о помощи, придётся выкручиваться самому. Впрочем, он уже привык.       Дрим принял решение вернуться в Багровый лес, пока преследователи ещё не очнулись. Задерживаться там не стоило, всё-таки, нужно найти место более спокойное и находящееся как можно дальше от временной могилы мэнхантов. Приходилось долго плутать по вытоптанным пиглинами тропинкам, дабы найти выход из леса. Проходя красную пустыню, путник пытался вспомнить, как их учили в школе самостоятельно делать перевязки и вправлять вылетевшие конечности. Воспоминания приходили отрывистыми и невнятными, ведь уроки по безопасности всегда проходили в шумной обстановке, сложно было что-то понять из речи преподавателя. Поэтому приходилось вспоминать всё, что юноша успел прочитать сам, услышать и запомнить. Тем временем путник дошёл до Искажённого леса. Здесь водилось огромное количество эндерменов, потому он старался быстро перемещаться между деревьями, поросшими бирюзовым мхом, и чаще опускать взгляд в землю.       Спустя несколько часов похода по ландшафту Незера, силы окончательно покинули путника. Сильная боль измотала его, и сейчас он просто старался найти какую-нибудь невзрачную пещеру для передышки. На сей раз удача улыбнулась ему. Совершенно случайно на глаза Дриму попалась маленькая дыра в красной стене, немного возвышающаяся над землёй. К ней не пришлось строить подъём самостоятельно, узкая тропинка вела прямо к пещере по стене. Добравшись до укрытия, юноша поставил два каменных блока в ряд и закрепил лямки рюкзака на правой ладони. Он резко выдохнул и, помогая левой, осторожно отвёл правую руку назад. В голову не сразу пришло соображение, что стоило перед этим действием прикусить ремень или кусок какой-нибудь плотной ткани, чтобы не кричать или не откусить себе язык. Но теперь пришлось пару раз выпустить из горла крик, чтобы впоследствии иметь возможность разговаривать. Отведя конечность назад на девяносто градусов, Дрим лёг на каменное ложе, фиксируя в таком положении руку. Если парень ничего не путал, то такая поза и вес рюкзака через некоторое время сами вправят сустав на место. Оставалось только ждать. Болезненное ожидание и усталость быстро погрузили в сон.       Очнулся Дрим, как ему показалось, через полчаса, как заснул. Но на деле могло пройти уже несколько часов. Повреждённая рука затекла, парень её почти не чувствовал, что не давало понять, сработал ли способ лечения. Юноша медленно поднялся, выпрямляя конечность. Теперь кость уверенно вставала в сустав, а плечо не свисало вниз. Как только рука вновь достаточно налилась кровью, стало точно ясно, что метод сработал. Резкой боли при движениях больше не было, была лишь остаточная, совсем слабая, да и она должна скоро пропасть. Ситуация налаживалась, что несомненно радовало. Осталось только наложить повязку, и снова отправляться доделывать незаконченное дело.       На равнине найти пиглинов не составляло труда. Золота было собрано много, пришло время поторговаться. Конечно, как только человекоподобные свиньи замечали путника — сразу бросались в атаку, но слитки, которые им тут же протягивал юноша, заставляли их пересмотреть своё резкое решение. Обмен золота на вещи оказался куда более долгим и нервозатратным, чем в прошлый раз. За целый слиток, на который в мире людей можно было купить чуть ли не целых двух здоровых лошадей, пиглины предлагали куски коровей кожи, или заржавевшие железные чехлы для сапог, или треснувший, совсем негодный золотой меч. Всё это было, по сути, мусором, который Дриму был не к чему. Но возвращать золото назад торгаши не собирались. Приходилось ждать, когда хотя-бы кто-то из них предложит взамен эндер-пёрлы. Запасы драгоценного металла уже начали заканчиваться, и нервы тоже. Столько сил было потрачено, а всё впустую. Но огорчаться раньше времени не стоило. Из множества копыт, протягивающих путнику всякий хлам, высунулась ещё одна пара, держащая заветные жемчужины. Наконец-то. Дрим немного раздвинул всех антропоморфных свиней в стороны, чтобы понять, кто из них сегодня так щедр, и продолжать торги именно с ним. Этот пиглин выглядел более сурово, чем все остальные. Они, конечно, все одевались как разбойники, но этот был похож на бандита или охотника ещё сильнее. Левый глаз заплыл, вместо обычного серого мутного зрачка белело чистое глазное яблоко, жилет и вся кожа существа была покрыта швами и шрамами. Видимо, неспроста у него запас эндер-пёрлов. Пиглин не жадничал и за каждый новый слиток отдавал четыре жемчужины. Появлялось ощущение, что мобу просто нужно их быстро кому-нибудь сплавить, дабы избежать возможных проблем. У путника, конечно, появлялись вопросы, но главное, он получил то, что ему было так нужно — диковинные сферы, целых шестнадцать штук. Теперь у юноши были все артефакты для открытия портала, осталось их только соединить. Но этим можно заняться уже в родном измерении. Предстояло не забыть дорогу до портала и добраться до него благополучно.       Спустя четыре дня или чуть меньше, Дрим всё ещё брёл по бескрайним просторам мира пещер. Мысль о том, что он больше здесь ни в чём не нуждается и сейчас идёт к двери домой, ободряла как никогда. Путник даже прибывал в приподнятом настроении. Он уже миновал половину дороги, встретив по пути знакомые колонны Крепости, возвышающиеся из лавы, и какой-то бастион, который раньше не попадался ему на глаза. Было интересно посмотреть, что это за место, но вокруг было слишком много пиглинов, а рисковать всем без причины сейчас совершенно не стоило. Юноша шёл немного другой дорогой, в обход. По лаве сейчас не поездить — все страйдеры бродили далеко от берега. А жаль, он захватил для такой поездки гриб из Искажённого леса. Но, как оказалось, проход длинным путём тоже может иметь свои плюсы: на краю обрыва виднелось явно разрушенное сооружение из чёрно-фиолетовых блоков. Приблизившись, парень убедился в верности своей догадки — это был старый портал, прямо как тот, что он видел в самом начале своего путешествия на краю деревни. Один из блоков обсидиана покрылся трещинами, из которых сочилась лиловая вязкая жидкость. Похоже, высокая температура со временем действовала на материал. Рядом с постройкой стоял сундук, совсем потрескавшийся. Без проверки его не оставили. Содержимое оказалось несколько необычным и более богатым, нежели в сундуке у портала в родном измерении юноши. На дне лежало два золотых яблока, железный слиток и золотые чехлы для сапог, с выгравированной на них снежинкой. Не придав особого значения гравировке, путник забрал всё содержимое и собирался уже двигаться дальше, но заметил, как все свинозомби, бродившие вокруг, вдруг злобно захрюкали и, взяв в неуклюжие копыта мечи, направились в одну и ту же сторону. Поток мобов стекался в одно место — поворот за скалой, из-за которой вскоре послышались невнятные разговоры и крики. Дрим ускорил шаг, всё ещё не отрывая взгляда от удаляющегося скопления свинозомби. Тут через толпу агрессивных мобов резко продрались четверо потерпевших: — Сапнап! Зачем ты вообще его толкнул?! — кричал ББХ на удирающего от толпы вместе со всеми друга. — Да что? Он мешал мне следить за Дримом, и вообще, он слишком громко хрюкал, я боялся, что он нас выдаст! — оправдывался на бегу Сап. — Ну, теперь-то можешь не переживать, не свинозомби нас выдал, а твоя выходка, — крикнул Энт. — Зато нам нечего терять. К чёрту перепирания, они дыхание сбивают. За ним! — прикрикнул Джордж, и все устремились в сторону отдаляющегося юноши.       Свинозомби преследовали мэнхантов разъярёной толпой. По идее, было даже выгодно вступать в схватку — врагам бы мешали новые противники, у которых численное превосходство, да и сил, возможно, юноша потратил бы меньше. Но эта ситуация всё же сохраняла в себе опасность и для путника — а вдруг он случайно во время драки тоже заденет свинозомби? Тогда вся эта вооружённая куча кинется на него и мокрого места не оставит. И к тому же, повреждённое плечо всё ещё ныло и рабочая рука была ослаблена. Не было чёткой уверенности в успехе, поэтому оставался второй вариант — делать ноги. Только вот открытое пространство впереди кончалось, берег обрывался перед лавовым морем. Парень не растерялся и стал быстро строить под ногами мост, но не просто в линию из блоков, а лестницей наверх. За время похода он успел натренироваться в таких постройках, поэтому сейчас он выстраивал переправу за считанные секунды. Но другой берег слишком далеко, у парня могут просто закончится материалы прямо на середине кипящего моря. Мэнханты уже взбирались по лестнице, стараясь столкнуть как можно больше свинозомби с моста. Стоило поспешить с придумыванием плана. Дрим быстро огляделся вокруг. Оказалось, что страйдеры, которых он видел, пока исследовал руины портала, подошли чуть ближе к берегу, и теперь бродят почти прямо под мостом. Тогда юноша выхватил удочку, подцепил крюком одно из животных и с разбегу прыгнул назад. Точно так же, как и в тот раз с охотниками, леска натянулась о мост, и страйдер подлетел вверх. Как раз в этот момент он поравнялся с Дримом, падающим в лаву. Парень успел схватить животное за седло и запрыгнуть на его спину прямо в воздухе. Сила притяжения, и страйдер приземлился ножками на магму, подняв маленькую густую волну, и, привлечённый грибом на удочке, побежал вперёд, увозя на спине ловкого юношу от охотников, что-то удивлённо кричавших ему вслед.       Зверь вёз путника через лавовое море, обходя Крепость. Иногда требовались небольшие остановки и передышки, чтобы не загнать не слишком выносливого страйдера. Потому путь по лаве несильно сократил время. Даже слегка удлинил. Пришлось добираться не сразу до Долины песка душ, а только до красной равнины, ведущей к ней. Прошла ещё неделя в скитаниях по жаркому Нижнему миру. Путнику казалось, что в этот раз Незер измотал его ещё сильнее, чем в прошлый.       Юноша успел пройти огромное расстояние по красным равнинам и пересечь две Долины песков душ, прежде чем на горизонте показались Базальтовые дельты. Да, это был тот самый биом, на каменных башнях которого распологалась заветная дверь домой. Улыбка засияла на лице Дрима. Он подошёл ближе к началу возвышения каменных столбов и только начал внимательно перепрыгивать с одного на другой, как заметил, что из тумана на горизонте показалась какая-то постройка, похожая на небольшой замок или оборонительную крепость. Юноша точно помнил, что ничего подобного здесь раньше не было, да и вряд ли кто-то из местных жителей стал бы строить на такой неравномерной почве замок. Прячась за столбами, парень приблизился к постройке. Именно на её месте должен был стоять портал. Вглядываясь в туман, можно было различить движение на стенах замка. Сердце снова забилось быстрее. Из пепельной завесы послышались знакомые голоса. Дрим прижался спиной к одной из башен, загораживающих его от взора гарнизона. Мэнханты каким-то образом смогли добраться до портала раньше, может и с помощью эндер-перлов. Решили возвести оборонительное сооружение, чтобы их жертва точно не проскользнула в родной мир. Но Дрим оказался хитрее. Порывшись в рюкзаке, он достал зелье невидимости. Была только одна загвоздка: его действие распространялось только на тело, одежду и дерево, а вот на металл оно не действовало. Придётся рискнуть и пойти в логово врагов без брони и со сложенным по кожаным чехлам оружием.       Путник снял доспехи, часть запихнул в рюкзак, остальное перемотал куском ткани. Потом одна половина жидкости из колбы утекла в горло, другая была чуть ли не каплями распределена по одежде, оружию и котомкам. Закончив, Дрим посмотрел на руки. Это было странное ощущение, подносить чуть ли не к носу свои ладони, но не видеть их. Всё будто растворилось в пространстве. Зелье работало, но время его действия было сильно ограничено. Стоило поспешить. Парень выглянул из-за укрытия и стал заранее прокладывать маршрут. До крепости было совсем недалеко, главное — не издать ни звука. Ребята ходили по стене своего невысокого замка и вглядывались вдаль, в то время как невидимый юноша подкрался к подножию сооружения. Прислонившись к стене он вслушивался в шаги охотников, в голоса, пытаясь понять, насколько враги сосредоточены и насколько близко. Воздух резко скользил в лёгкие, издавая еле уловимые звуки. Нервозность сдавливала мышцы. Вдруг слева из прохода вышел Джордж, огляделся и зашёл назад. От неожиданности перехватило дыхание. Дрим сидел прямо под носом у противника. Нужно пробираться внутрь. Не обнаружив живых на проходе, юноша проскользнул по коридору до поворота, за которым показался портал. Пульс отдавал в уши. Совсем рядом с дверью домой стояло две кровати. Мэнханты решили позаимствовать идею. Тут очень чётко послышались слова Бэда. Дрим резко зажался в углу. По коридору, напевая лёгкую мелодию, прошёл ББХ, за которым проследил невидимый взгляд. Охотник даже не подозревал, что шагни он чуть правее в угол, он бы наступил на своего врага. Как только Бэд покинул коридор, Дрим рывком дёрнулся к порталу, обошёл кровати и, шагнув в переливающийся водопад лилового света, закрыл глаза.       Шум. Пустота. Затишье. И снова шум. Но уже такой родной, такой приятный, и так давно не слышимый. Дрим неуверенно приоткрыл веки. Под них забрался тёплый свет заходящего солнца. С непривычки парень потёр глаза и сщурился, выходя из портала. Свежий воздух снова заполнял лёгкие, вечерняя прохлада приятно обдувала тело.       Он снова дома.       Путник посмотрел на свободную руку, которая начала проявляться после зелья. Он успел как раз вовремя. Из джунглей доносились пение и крики их обитателей, где-то вдали шумело море. Вода. Как давно юноша её не чувствовал на своих руках. Он пошёл в сторону спокойного океана.       Сейчас ему казалось, что он не видел ничего прекраснее: песчаный берег, море, рыжее заходящее солнце, дробящееся в воде на миллионы танцующих бликов, пара дельфинов, выпрыгивающих из глубокой пучины, старающихся перескочить через небесный огненный диск. Он помнил, что за ним прямо сейчас могут гнаться, но это мгновение полного умиротворения заворожило юношу. Опомниться ему помог дельфин, плавающий совсем рядом с берегом. Он своим стрекочущим языком будто звал парня к себе. Дрим знал, что эти умные создания могут отвезти человека через весь океан туда, куда он их направит, потому зашёл в воду, прямо в одежде и со всеми вещами. Дельфин подплыл ещё ближе, потёрся о ноги путника и толкнул его вперёд. Парень только успел сообразить, что полностью погрузился в воду, как целая стая млекопитающих уперлась носами в его ступни и понесла подальше от пустыни, рассекая глубину моря. Лопающиеся от скорости пузырьки воздуха шумели в ушах, мутная водяная пелина закрывала глаза, но всё же позволяла видеть. Дельфины держали своего попутчика, плыли рядом, пели свои песни, помогали путнику всплывать, не сбрасывая скорость, когда ему нужен был воздух. А он, в свою очередь, вёл стаю к берегу, который уже показался на горизонте.       Так быстро даже на лошади юноша не добрался бы до этого места. Через любой океан неплохо получается срезать путь. Млекопитающие вынесли парня на песчаный берег рядом с лесом. Некоторые из них случайно выпрыгнули на сушу, и Дрим помог им попасть обратно в море. Попрощавшись с дельфинами, путник отошёл глубже в дубовую рощу. Солнце зашло, мокрая одежда заставляла съёживаться. Но юноша был даже рад этому, жара Незера уже давно осточертела, потому он наслаждался этим холодом. И всё же заболевать не стоило.       Путник развёл костёр. Вокруг, на удивление, не было мобов, стояла лесная тишина. Просушившись у огня, Дрим вновь надел доспехи, положил рядом с собой меч и лёг спать. Шум зелёной листвы, моря, шелест травы, всё вокруг так успокаивало. Проваливаясь в сон, путник лишь успел осознать, как сильно он сейчас счастлив.