Что там за туманом?

Юноша с платиновыми волосами сидел на краю чёрной скалы над океаном и смотрел вдаль. Далеко за горизонтом, был виден туман. Фрол вдохнул запах океана, он вспоминал, как он приходил на это место в детстве, без разрешения мамы, когда она работала в академии с утра до позднего вечера. Блондин всегда находит в этом месте некое умиротворение. Айла всегда ему говорила не подходить к океану, но он её никогда не слушал. Он помнил, как всю свою  сознательную жизнь, он спрашивал об отце, но мама ему ничего не говорила, абсолютно ничего, как и все. Все только говорят, как он безумно похож на него. Воспоминания ворвались в его голову. Он вспомнил, как однажды, в десять лет, он сидел под деревом и читал книгу. Маленькие дети  подбежали к нему и позвали играть с ними, но он отказался, поясняя это тем, что у него нет времени на их бесполезные детские игры. Когда он дочитал книгу, он пошёл к своей маме в закрытую беседку, чтобы они наконец пошли домой, но он подслушал разговор. Айла с другом их семьи Лифием Чейзом сидели за столом и разговаривали о Фроле, Лифий говорил Айле о том, что во Фроле всегда будут гены его отца, этого уже не изменить. Фрол досконально не помнил всю эту сцену от начала до конца, но он помнил, что когда его мама увидела его за дверью, в отражение окна, и поняла, что он подслушивал их разговор, она на него очень рассердилась. Ещё парень помнил одну фразу, которую сказал Чейз в тот день: «Айла, пойми, как бы тебе не было больно, но ты должна постараться забыть Колдена. Знаю, это абсолютно невозможно сделать, когда твой сын его полная копия, но ты должна постараться. Слышишь? Ты мучаешь себя каждый день вспоминая его. Когда ты его забудешь, тебе станет легче». Фрол часто вспоминал эти слова, он задавался вопросом, кто такой «Колден», и почему Лифий с его мамой говорили о нём, и какое отношение этот Колден имеет к их семье, а самое главное, почему его мама должна была забыть его? Слишком много вопросов крутилось в голове у юноши, но он так и не получил на них ответов. Вдруг, сзади послышались шаги. Фрола словно выбросило из мыслей, и он снова начал замечать вещи вокруг себя. Повернувшись назад, он увидел того, кого совсем не ожидал увидеть. Это был Лифий Чейз. Последний раз блондин видел темноволосого парня неделю назад, когда у Фрола был день рождения. Так они смотрели друг на друга секунд двадцать, пока Чейз не нарушил тишину. —Можно присесть рядом?—спросил с улыбкой Лифий. Блондин кивнул, он знает, что даже, если его крёстный отец занят своей работой, он всегда сможет попросить у него моральной или физической помощи. Брюнет сел рядом с парнем на край скалы и тоже начал смотреть вдаль о чём-то думая, теребя в руке краешек ткани чёрной мантии. —Слушай, Лифий—осторожно начал Фрол. —Сразу говорю, денег не дам—с ухмылкой перебил крестника Чейз. —Нет, деньги тут не причём, я хотел спросить... —Почему твоя мама ходит по школе, как тайфун? Я сам хотел узнать. Не знаешь, кто её так разозлил?— с хитрой улыбкой на лице спросил Лифий. —Да. Почему она, как «тайфун», я знаю. Это...из-за меня, а точнее...— парень выдержал паузу, не решаясь продолжить, но из-за недовольного лица Чейза, который явно понимал, что дело не чистое, блондину пришлось продолжить. —Это...—Фрол вздохнул, и опустив голову и недовольно продолжил—из-за моих вопросов... —Только не говори, что ты снова задавал вопросы о своём отце?— с надеждой посмотрел на Фрола брюнет. Фрол молчал, подтверждая догадку Лифия. Чейз тяжело вздохнул и опустил глаза. —Ты же знаешь, что мы не любим о нём говорить, он делал непростительные вещи, Фрол—с неким отчаянием сказал Лифий. —Да...я знаю, но всё же он мой отец, а я даже имени его не знаю, и не знаю, почему он ушёл. Пойми, Лифий, я хочу знать, и...я имею права знать. —Я знаю, но...—брюнет повернул голову в сторону крестника, чтобы он наконец прекратил задавать вопросы, но остановился. Он понимал, что мальчику и так сложно находится в этом неведении столько лет. Отпустив свою злобу куда подальше, Лифий всё же решился. —Хорошо, Фрол, я...я расскажу. —Правда?—тут же загорелся Фрол. —Да, всё же мне уже больно смотреть, на то, что ты страдаешь из-за этого. Парни грустно смотрели за горизонт, но ничего не было видно за туманом, который виднелся вдали. Брюнет тяжело вздохнул. —Тебе совершенно о нём ничего не известно, да? —Ты же знаешь, что нет—с печалью ответил ему Фрол. —Да, прости. —Ты же мне собирался что-то рассказать, верно?—с надеждой спросил блондин, желая наконец узнать правду от крёстного. —Ты знаешь, где находится башня астрономии, Фрол? —Кажется да, я туда пошёл после...эм...разговора с мамой за учебниками. А что?—с непонимание спросил крестник Чейза. Брюнет вздохнул, осколки не самых хороших воспоминаний, снова начали появляется в его голове. Он понимал, что Фрол должен знать хотя бы что-то, чтобы его душа успокоилась, но так отвратительно  было говорить об этом гнусном змее, или хотя бы произносить его имя. Чейз думал, что у Фрола не появятся вопросы о отце, но как же он ошибался, с годами вопросов  становилось всё больше, и если он сейчас ему не расскажет, будет ещё хуже, поэтому черноволосый продолжил. —Ночью на астрономической башне, перед самым Рождеством, всё и началось. Ты наверное хоть раз задумывался о том, кто такой Колден верно? Помнишь тот день, когда мы с твоей мамой о нём говорили несколько лет назад? —Да, помню! —На астрономической башне, примерно 17 лет назад, твой отец признался в любви твоей маме. —И она ответила ему взаимностью, да?—спросил Фрол. —Да, и это была её самая большая ошибка. Они встречались почти три года, и в конце седьмого курса, он нас предал, я не буду тебе говорить, как именно он предал, тебе это не нужно знать, но ты очень похож на Колдена Мейта. Иногда, когда я смотрю на тебя, я вижу его. Вы одинаковые-ваша манера речи, манеры поведения, характер, движения, внешность, все напоминает о нём. —Колден Мейт? Так звали моего отца?—неожиданно вспыхнул блондин. —Да—ответил Чейз. —И когда мама на меня смотрит, она тоже видит его, как и все вы? И ей из-за этого сложно? Ей больно вспоминать его?—с грустью спросил Фрол. Он наконец понял, почему мама иногда даже смотреть на него   не может. —Да. Как бы тебе не было обидно, но это так, твой отец делал вещи за которые, его нельзя простить. Но ты не совсем такой, как твой отец, единственное, что вас отличает, это то, что у тебя есть сердце, а у него нет...не зря тогда мисс Элони говорила, что его сердце злое и чёрствое, и оно не способно на любовь. —Элони?—спросил Фрол. —Рената Элони-она была нашей учительницей по Футуроло́гии. Она учила нас видеть будущее, как распознать человека, посмотреть его судьбу, но она была весьма прямолинейной и...мягко говоря, немного сумасшедшей. Некоторые ученики даже думали и громко заявляли о том, что мисс Элони надо сдать в психиатрическую клинику. Лично я думал, что она что-то придумывает в своей голове, и выдаёт это за правду, но я ошибался. Насчёт твоего отца, она явно не ошиблась. Элони говорила, что он не способен на любовь—Чейз фыркнул—так оно и вышло. —Она не права—резко сказала блондин. —Что?—не понял Лифий. —Каждый человек способен на любовь—чуть повысил тон Фрол. —Но только не твой отец—повернувшись к Фролу сказал Чейз. —Нет, он тоже способен—противостоял Фрол. —Фрол Лен-ро, послушай меня внимательно, я тебе и так рассказал то, что не должен был. Не смей мне высказывать свои предъявы. Я видел Колдена, я знаю, что он за человек, и я знаю то, что ты сейчас ошибаешься. Твой отец-настоящая мразь, которая не заслуживает спокойно жить, а если эта тварь уже сгнила в сырой земле, так ему и надо, он это заслужил. А ты пожалуйста, больше не поднимай эту тему, не смей больше спрашивать о нём ни меня, ни Айлу, никого-либо другого. Мы тебе как лучше хотим сделать, а ты нос воротишь, и лезешь в то, от чего мы тебя пытаемся уберечь!—закричал Лифий на крестника. Фрол смотрел на крёстного в упор. Блондин подумал, что он готов взорваться, не сдержаться и наорать в ответ на Чейза или даже ударить от злости. Как он смеет так говорить о его отце?! Он сжимал кулаки до белых костяшек, тысяча оскорблений и язвительных фраз пролетело в голове, но портить отношения с Лифием он не хотел, поэтому самое лучшее, что можно сейчас сделать, это просто уйти, в таком состоянии злости говорить нормально просто невозможно. Резко опустив голову вниз, юноша вздохнул и досчитал до десяти. Подняв голову вверх, он посмотрел на Лифия. Они зло смотрели друг на друга несколько секунд. И наконец Фрол спросил. —Мой отец. Он жив? —Не знаю, никто не знает, никто его не видел после того случая—отчеканил Чейз. —Ясно—сказав эту фразу, Фрол встал и начал уходить со скалы, но пройдя всего два шага, он  остановился. —Что там за туманом?—не разворачиваясь спросил блондин. —Никто не знает. Через него не пройти. Как только Брайн Рейн использовал свою силу. Ни директора, ни Карна никто не видел. —А маги чёрной смерти, что стало с ними? —После того, как Брайн Рейн и Карн Вайцерберг пропали в вспышке света, из земли всплыла волна тумана, и она отбросила магов, через несколько секунд туман вырос, будто стена. Никто не знает, что это. Но многие думают, что это будто стена, состоящая из тумана, защищает нас от них...если они конечно ещё живы. —Колден Мейт был с вами?—спросил Фрол. Лифий раздражительно вздохнул при упоминании этого имени. Он стал задумчиво смотреть на далёкое море. И через пару секунд всё же ответил. —Не знаю, его не было на поле боя. 3-го марта 15 лет назад, мы его видели в последний раз. —Понятно—безразлично ответил блондин и ушёл, направляясь в сторону академии, башни которой были скрыты за небольшим лесом.              Спускавшись по лестнице, Фрол решил пойти в гостиную факультета-Свир, на который его определили недавно. Он специально пошёл длинным путём, чтобы не встретить свою маму или кого-то ещё. После окончания академии, Айла начала работать учителем астрономии, тётя Летисия в шутку говорила, что ей всегда нравились звёзды, и она могла бы в космос полететь для того, чтобы изучать их. С годами всё так поменялось…новый директор-Берди Даймон, его взгляд был таким проницательным, а когда он определял на факультет, казалось, что он будто сканирует, ощущаешь себя, как на опыте каком-то. Мама рассказывала, что он был учеником Брайна Рейна, пока тот не умер. Фрол уже успел услышать от других учеников, что этот новый директор намного хуже прошлого, и парень не мог с этим не согласится, у директора был весьма пугающий вид, он так смотрел на него сегодня, будто готов был убить, особенно, когда он сказал о отце. Фрол вспомнил, как он наклонился к его маме и что-то прошептал, и это её явно напугало, наверное из-за этого у неё так вытаращились глаза. Интересно, что же он ей сказал? Спустившись в гостиную он увидел, что никого нет, хотя это не удивительно, ведь было уже восемь вечера, а значит, что сейчас все на ужине. У Фрола не было чувство голода, поэтому он не нашёл лучшего решения, как пойти немного вздремнуть, всё же завтра у него первый учебный день. Юноша начал рассматривать дизайн гостиной: кожаные диваны, тёмные стены, и камин, в котором горело зелёное пламя. Впереди была широкая лестница, а наверху этой лестницы была дверь, которая по-видимому вела в комнаты учеников. Быстро поднявшись по этой лестнице и зайдя за дверь, блондин увидел длинный тёмный коридор со множеством дверей. Вспомнив, что по дороге в класс, мама говорила ему номер его комнаты и дала ключ, парень начал искать её, медленно проходя вглубь коридора, и всматриваясь в каждый номер на двери. Пройдя ещё несколько метров, он увидел комнату номер 14. Достав ключ из кармана, Фрол вставил ключ на замочную скважину, и прокрутил влево два раза. Дверь открылась. Войдя в комнату, он увидел стены, тёмного весенне-зелёного цвета, в правом углу была большая кровать из тёмного дубового дерева, и точно такой же шкаф в левом углу. Рядом со шкафом был рабочий стол, и под столом мусорка. Около кровати была дверь, скорее всего она вела в ванную. Открыв её, парень смог разглядеть в почти непроглядны темноте тумбочку, на которой стояла свеча, душевую кабину, рядом с ней унитаз и раковину, а над ней зеркало с узорами. Войдя в тёмную ванную комнату, юноша достал из кармана брюк зажигалку, подошёл к тумбочке и зажёг свечку. Взяв её в руки, парень подошёл к раковине и положил свечку на раковину. Посмотрев на себя, юноша не мог поверить в то, что узнал. Своим видом он напоминает своей маме ту боль, которую причинил ей его папаша. Ха, какая ирония. Сердцу стало больно, оно будто разрывалось на части, неужели он всего лишь ошибка? Слёзы потекли у парня из глаз. Он опёрся на раковину и постоял так пару секунд, тяжело дыша. Приподняв голову, он посмотрел на себя в зеркало. Мысли пожирали голову юноши, его мучали вопросы: «Какой мой отец? Что он такого сделал, что его все так ненавидят? Можно ли это как-то исправить? И жив ли он вообще? Что произошло много лет назад? Что там за туманом?» —Как же это всё надоело—схватив себя за голову тихо произнёс юноша. Неожиданно вспомнив слова крёстного, его осенила идея. Снова посмотрев на себя в зеркало, он произнёс: «Так значит...если нельзя пройти через туман, ведь можно пройти под ним». Свечка затухла.