Часть 3

*** Ольга по-хозяйски прошла в кухню, заглянула в холодильник. – Так. Мышь поаесилась, креветки забираем с собой. – Оль, может по дороге пару пива возьмём? – Только пару. – Ольга в открытую флиртовала и кокетничала с Пашей — влюбилась. Павел лишь восхищённо на неё смотрел и ждал того, что будет дальше. Действовать он не спешил, боялся всё испортить. – Хорошая ты баба, Ольга Кирилловна. – подумал он. Неделя совместной жизни у Ольги дала свои плоды: Паша любовался ею каждый день и однажды понял, что влюблён. Случившееся казалось ему внезапной радостью и наваждением. – Оль, завтракать пойдём. – его руки щекотали её пятки. – Боже, Арефьева, как ты сладко спишь. – Он не спускал с неё восхищённого взгляда. – Ну-ка брысь отсюда. – Ольга испугалась, в первую очередь, своих чувств. — подумать только она и Рыков, кому сказать, не поверят. Но она впервые за год проснулась счастливой, потому что каким-то внутренним чутьём ощущала, что она желанная. — давно забытое чувство. Накинув халат, она вышла на кухню и села за стол. – У меня день рождения что ли? – Нет, день рождения у меня. – ответил Паша. Разговор был до одури непринуждённый, уютный, будто они давно живут вместе. Они оба нарушили земной покой и привычный уклад жизни друг друга. Мир вдруг стал тесным для обоих. Паша обнял Олю за плечи. – Рыков, ты чё? – Оля сжалась, превратилась в ёжика, маленького и фырчащего, но чувствовала, что без него она больше не сможет. – Скажи, откуда ты взялась? – радушно спросил Паша. – Рыков. – цыкнула Оля. Ей казалось, что с любовью и тем светлым, что она испытывает в данную минуту к Паше она опоздала на добрых двадцать лет. – И что мне делать с тобой такой? – Павел вздрогнул, будто где-то неподалёку прозвучал выстрел. В его жизнь постучало счастье в лице той, от кого он меньше всего этого ожидал. И мир стал невероятно тесным. – Любишь меня? – спросила Ольга. Какая ж она уязвимая сейчас. Болело внутри так, будто кожу содрали самым варварским способом. – Люблю. – ответил Павел искренне и чисто. Лгать ей он почему-то не посмел. Может, не такая уж несвоевременная страсть? – мелькнула у него в голове. – Поцелуешь меня? – Ольга до умопомрачения хотела нежности и абсолютного принятия. И чувствовала, что Паша тот, кто сможет ей это дать.