Аромат твой, мне услада

       Иссиня-чёрным коконом ночь окутала общину, украшая свой небосвод ярким бисером — звёздами. Те освещали и вдохновляли молодые сердца к дерзким, наполненными жизнью, поступкам. Так, ведомая их маленькой идеей, Джульетта спешила к кирпичному домику, раскрашенному в голубые оттенки, она остановилась подле задней двери, ведущей в небольшой цветочный садик, и постучала по водосточной трубе: их тайный с Мирабель знак. Со второго этажа раздалось тихое шипение. Подняв голову, Мадригаль увидела лицо Мирабель. Девушка помахала рукой из окна, прося отойти подругу чуть подальше. Джульетта послушно отошла на пару шагов назад, прижимая руки к своей груди и поправляя заодно небольшой жемчужный кулончик — подарок Агустина. — Отошла? — чуть громче произнесла Мирабель. — Да.       Следом из окна вылетела коса из тряпок, связанных между собой. Довольная собой девушка глядела на то, как последняя тряпка коснулась песчаной дорожки. — Потяни её, хочу проверить прочность. — попросила Мирабель и сложила руки в молебном жесте. Джули сначала потянула легонько, а после, уже применяя силу, дернула так, как того от неё ожидали. Коса сохранила своё положение и не распалась. — Замечательно! — девушка скинула из окна пару тёмных туфелек, которые на лету попыталась неловко схватить Джульетта и укоризненно за это посмотрела на Миру. А та, не заметив взгляда подруги, перевесила ноги через подоконник и мелкими прыжками начала спускаться, держась за импровизированную верёвку. И как только она коснулась босыми ногами песка, то получила в свои руки туфли. — Мира, предупреждай, когда кидаешься вещами. — улыбнулась Джули и подставила свою руку, чтобы Мирабель смогла натянуть свои туфельки. — Извини, я просто запаниковала, — она выпрямилась и кивнула на окно. — Думала, что матушка проснулась. — Но теперь у меня один вопрос, — Джульетта коснулась косы из тряпок. — Как мы это обратно забросим? — А брат младший мне на что? — из окошка высунулась юная мордочка Антонио — младшего брата Мирабель. — Тигрёнок, подтяни ткани, пожалуйста. Мальчишка кивнул и молча затянул их обратно в комнату старшей сестры. — Умница! — Мира послала брату воздушный поцелуй, и тот счастливо помахал им рукой. — У тебя прекрасный братишка. — улыбнулась Джульетта и повела подругу к дому Перес. — У тебя тоже. — призналась девушка и смущённо поправила очки на носу. Джульетта остановилась на несколько мгновений, всматриваясь в лицо спутницы, а после положила смуглые руки на её плечи. — Правда? — Д-да? — вопрос был странным. — Ну я так думаю.       Джульетта прикрыла глаза, теперь веки, окрашенные лёгким голубым тоном, были особенно видны, и вдохнула: — Мирабель, скажи честно. — старшую Мадригаль уже давно мучил этот вопрос, и теперь, когда никого рядом нет, она могла задать его. А учитывая то, сколько всяких намеков она видела от Миры в сторону Бруно — этот вопрос был задачей времени и случая. — Тебе нравится мой брат?       Девушка застыла под ладонями, они не давили на неё, а вот вопрос морально прижал её к земле. Всё тело сковало и она нервно хихикнула. «Н-нравится ли мне Б-бруно?! — внутри, Мирабель бегала по маленькому кругу и прижимала ладони к своим горящим щекам, что кстати очень отразилось на реальности — Бруно, Бруно Мадригаль?» — Д-да? — Это вопрос или утверждение? — Джульетта встала ближе, она не любила так давить на кого-либо. Но если они не сделают хоть что-нибудь, то они до пятидесятилетия телиться будут. — Да. — Мирабель заалела и хлопнула себя по лицу, сдвигая очки на лоб, запищала. — Джули, ну з-зачем ты так?! Я, я…а-а-а-а-а-а.       Мадригаль улыбнулась, её с сестрой догадки были верны. Малышка Мирабель по уши влюбилась в Бруно. И это, впрочем, было ясно, как день. — Уф. — она положила ладонь на груди и похлопала девушку по плечу. — Тише, Мира, тише. — Как тут быть тихой, когда ты спрашиваешь у меня такое? — Мирабель продолжала, смущенно попискивать, как мышка. — Как мне теперь идти на танцы? — Но всё это время ты как-то находилась с ним рядом, нет? — Раньше об этом знала только я, а теперь и ты. — она фыркнула. — А следом узнает Пеппа, а там и Феликс. И всё! — всплескивая руками, та отошла от Джульетты и глядела по сторонам. — Теперь я не знаю, я буду видеть ваши взгляды. — Мирабель, — Джульетта старалась привлечь её внимание. — Послушай для начала и ответь мне на вопрос: ты давно испытываешь эти чувства? — Д-да, — Мира скрестила пальцы. — Но поняла это недавно. — и взглянула на Джули. — Ты же не скажешь об этом Бруно? — Не скажу, — помотала головой Джульетта. — Я же сама вывела тебя на этот ответ, извини, но я просто уже не выдерживала. — она хихикнула. — Не замечать ваших искр между друг другом — это дело не реальное. Серьезно, Пеппа уже подумывала подговорить Каситу. А матушка нам уже все уши прожужжала. — старшая редко порывалась говорить так много, но, когда её полнили эмоции и мысли, сдержаться она уже не могла, она тараторила так, что ее не остановить. — П-подожди! — Мира помотала головой и заинтересованно взглянула на Джульетту. — Что значит подговорить и всё остальное, о чем ты говоришь?       Собеседница прикусила губу и вытянулась: — Ну-у, мы просто желали вам помочь, — сдалась, — Я хотела поскорее увидеть ваши счастливые лица. И чуточку подразнить Брун… — она сжала воздух большим и указательным пальцем, словно сдавливала ягоду. — Совсем чуть-чуть. — То есть… — Мира поправила очки. — Я правильно поняла, что те случаи со «случайно закрытой дверью в кладовке», «случайно вылитым ведром воды из окна» и «случайно споткнувшимся Бруно на лестнице» — это не воля судьбы, а ваши проделки? — А, эм, ну… — Джульетта отвела взгляд, отшагивая назад. — Да? — и глупо улыбнулась в придачу. — Ох, Боги, — Мирабель шокировано обхватила свое лицо, снова. — Это всё меняет. ВСЁ МЕНЯЕТ! — она попыталась успокоить себя махая руками, подобно птице, небольшая привычка от Пеппы. — И как давно вы начали догадываться об этом? — Тоже давненько, если честно, — призналась подруга. — И поэтому мы решили вас подталкивать, по чуть-чуть. — И сейчас ты решила признаться? — Да, подумала, что если ты уже поняла, что чувствуешь, то будет легче, если мы посвятим тебя в дело. — А если бы ты ошиблась? — Ну, это тоже бы помогло, мы бы перестали это делать. — Полагаю, что и на сегодня что-то было запланировано? — Мы упросили Хуана Перес устроить эту вечеринку, — Джули аккуратно взяла Мирабель за ладонь и повела её к дому Перес. — Поэтому, думаю, мой ответ на твой вопрос — да. — Я даже не знаю, как на это реагировать, — девушка хмыкнула. — Благодарить или ругаться на вас. — Если всё получится, — протянула Мадригаль. — То думаю, что можно и похвалить.       На некоторое время Мирабель задумалась, пока её тащили к высокому трехэтажному домику, украшенному висячими цветами и красными зигзагами. Всё смешалось в огромную кучу: собственные эмоции, чувства и полученная информация. «Я только что поняла, что мне по-настоящему нравится парень… Бруно. Как я тут же узнаю, что меня пытаются с ним же свести. Мои подруги — его сёстры. Боги, надеюсь, что сегодняшняя ночь пройдет нормально. Пожалуйста.» — Джули, — она окликнула подругу. — А ты уверена, ну, что Бруно испытывает что-то подобное? — Мхм, моего брата сложно понять. Он довольно закрыт и редко говорит о своих чувствах с нами, — Джули печально пнула носком камушек на дороге. — С тобой он открыт и счастлив. Поэтому, думаю, что ты ему, как минимум — небезразлична. — В-вот как, — Мира поправила волосы, когда девушки почти подошли к дому. — Просто, он не подавал никаких намеков. Я всё ещё думаю, что это безответно. — Вот мы и проверим, — приободрила её Джули. — Всё будет хорошо, верь. Если он посмеет тебя обидеть, то получит и от меня и от Пеппы и вообще ото всех вокруг. — Не стоит, — посмеялась Мирабель, ей стало немного легче. «Я ему небезразлична?»       Порой, когда мы слишком много времени проводим с одним человеком, то совсем не замечаем его изменений: внешних и характерных. Они растут с нами, а потому мы очень быстро привыкаем и для нас ничего не меняется. Вот и Мирабель потерялась в понимании Бруно. Для неё он тот же маленький мальчик с которым они бегали на речку от сеньоры Альмы. Тот же парень, который помогал ей таскать ткани на рынок. Тот же юноша, который теперь заставляет её сердце биться, как горный ручей.       Возле дома их встретили Пеппа, Феликс, Агустин и Бруно. Всё четверо помахали руками девушкам. — Ну наконец-то, мы думали вы потерялись, — Пеппа метнула небольшую молнию в бок, похоже, выуживание брата далось им с трудом. А это частенько злило среднюю сестру. Зато виновник стоял в стороне и в ус не дул, расслабленно покачивался на пятках и смотрел в сторону. До поры до времени, пока не получил толчок от Агустина. — В-вау, — хрипло вырвалось из груди.       Оторвать взгляд от цветущего голубовато-лилового платья было невозможно. Мирабель, как фея, стояла в тени, еле освещаемая небольшим фонариком возле дома. Её аккуратные ладошки, красивые открытые плечи, округлые бедра и сильные ноги: всё это было сокровищами. Добротная женская фигурка привлекала множество взглядов, но лишь один был прикован к ней всегда — и сейчас этот взгляд сверкал. Бруно восхищенно оглядывал каждую сборочку вручную сшитого платья. А когда это цветочное чудо подошло ближе, то Бруно, не замечая своих мыслей, высказал их: — Ты выглядишь восхитительно, Мира… — мягкая улыбка, не зря он надел сегодня темно-синюю рубашку, она хорошо подойдет под лавандовое платье девушки. — С-спасибо, — девушка, польщенная комплиментом, расцвела и взяла юношу за руки. — Пойдем внутрь, а то остальные уже ушли. — А? — Бруно посмотрел по сторонам, и правда. Никого.       «Насколько долго я смотрел на Мирабель?» «Чёрт, он ведь пялился, да? Это же так называется. Ужас, какой ужас.» — Идё-ём, — Мирабель потянула его внутрь, отворяя темно-красную дверь. — А то так простоим до конца вечеринки на улице.       «Это будет очень обидно, учитывая, что эта вечеринка была организована для нас!»       Когда молодежь оказалась в просторном холле, украшенном цветами и лентами, они тут же погрузились в ночную атмосферу танцев. Скрытых от взора консервативных старших. Однако, Феликс и Бруно могли бы поклясться, что каждый из этих очень серьезных взрослых отчебучивал и не такое. Но никто из них ведь никогда в этом не признается. Потеряют свой авторитет в глазах и так непослушной молодежи. — Вау, кто к нам пришёл! — зычно гаркнул высокий парень с рыжими кудрями. — Мигель, — проскрипел Бруно, сжимая челюсти и пытаясь натянуть дружелюбную улыбку. — Рад тебя видеть. — И я тебя, Бруно, — Мигель покачивал в руках бокал вина и хмельно улыбался, изначально его целью был зашедший Бруно. Но как только вслед за ним впорхнула бабочка Мирабель — то взгляд тут же переполз, подобно гадкому ужу, на девушку. — Мирабель, ты чудесно выглядишь. Затмеваешь всех в этом зале. — А, ох, с-спасибо Мигель, — Мира приветливо кивнула, пьяные взгляды её не прельщали, скорее ставили в очень неловкое положение. — Не думал, что придешь, ха-х, а ты та ещё озорница, будешь вино? — он протянул свой бокал девушке. Но бокал перехватил Бруно и с улыбкой подошел ближе к парню. — Хм, Бруно? — Извини, думаю, пить с самого начала вечеринки — это глупо, — предсказатель поднял подбородок, Мигель был выше него. — Так что твое предложение мы рассмотрим чуть позже. И втиснув бокал обратно в руку Мигеля, Бруно увел Миру в другую сторону, поближе к своим. Возле них как раз стоял Хуан, сын семьи Перес и хозяин этой вечеринки. Парень о чем-то активно болтал с Агустином и посмеивался. Джульетта с Пеппой же потихоньку передвигались к танцполу. А вот Феликса не было в зоне видимости.       «И куда он успел пропасть.» — Мирабель! Бруно! — Хуан помахал рукой, подзывая друзей к себе. — Рад вас видеть. Наконец-то решились сходить на наши встречи? — Гуляка ты, Хуан, — добродушно усмехнулся Бруно, они хлопнули в ладоши. — Не думал, что ты пригласишь столько народу. — Извини, — Хуан почесал затылок. — Знаю, тут есть некоторые, мхм, личности тебе неприятные. — Неприятные слабо сказано, — Бруно кинул взгляд на Мигеля. Хуан тоже противно поджал губы и с осуждением смотрел на бокал вина в руке парня. — Его притащила Тереза, а я не мог ей отказать. — парень взглянул на девушку с прекрасными яркими рыжими волосами. Её огненные пряди могли посоревноваться с золотыми кудрями Пеппы. Но лично Хуан был очарован огнём, оставляя золото Феликсу. — Ах, вот оно как, — Бруно кивнул, словно понимал всю эту сложную паутину отношений среди всей компании молодежи Энканто. Порой все эти ниточки любовных отношений превращались в такую жуткую паутину, что легче было бы её разорвать и сплести что-то дельное заново. Однако другие желали обычно запутывать ситуацию до такого кошмара, что все выходили из любовного клубка проигравшими. Сколько сломанных сердец он уже видел на зеленом стекле своей магии. — И почему он такой популярный? — Он же красив, как самый дорогой андалузский жеребец, — передразнивая хором произнесли Агустин и Бруно, после смеясь и качая головой. — Я словно попала в клуб ненавистников Мигеля, — покачала головой Мирабель — Если вы собираетесь и дальше как сеньоры Аделана и Прима сетовать на неугодных, то я пошла танцевать! — она обиженно посмотрела на Бруно и ушла к его сестрам. — Я что-то не так сделал? — Бруно указал на себя пальцем и взглянул на друзей. Те лишь пожали плечами. — Чёрт их разберет, — Хуан вновь кинул взгляд на предмет своего обожания. — Они такие сложные. — И недосягаемые, — Агустин сжал краешек своего пиджака. — Может, потому что с ними разговаривать надо, — Феликс навалился на плечо Бруно, утягивая его чуть вниз — А не гадать? — в другой руке он держал веточку винограда, которую, как раз и жевал, на пару с разговором. — Ну там спросить, не? Я обычно, если вижу, что моя Пеппита обижена, просто спрашиваю, что случилось. — Всё так просто у тебя. — фыркнул Хуан. — Самое сложное, на самом деле проще некуда, а девушка, это вам не диковинная зверушка. — Я с Мирабель часто говорю. — попытался выкрутиться Бруно.       Феликс зацепил губами ещё одну ягоду и, проглатывая, засмеялся: — Бруно, Бруно. — парень похлопал его по спине. — Мирабель не такая загадочная, как некоторые леди в этом зале. Обернись, только медленно, на танцпол.       Парень осторожно начал поворачивать голову в сторону танцующих, в центре танцевала Мирабель. Вздымая подолы юбки и обходя танцующих вокруг неё. Огибая парочки, одиноких юношей и девушек. Быстрые мелкие шаги, вздымающиеся кисти рук и радостное лицо. — Заметил? — Ч-что? — прошептал Бруно, не отрывая взгляда от поражающей своим танцем Мирабель. — Она танцует одна. — Мирабель часто танцует одна… что не так?       Феликс ударил себя по лбу и взглянул на Хуана с Агустином, те придерживали кулаки возле рта, сдерживая смешки. — Идиот! — Феликс толкнул парня в сторону танцпола. — Иди к ней и пригласи на танец. — Я? — Бруно встал, как осёл, и глядел то на Миру, то на друга. А тот лишь махал руками, прогоняя друга к девушке. — Увижу, что ты снова оставил её одну, то клянусь Богом, сдам тебя Пеппе на растерзание.       Бруно подобрался и поспешил в толпу, распихивая других плечами, он был не очень тактичным. Хотя и те по отношению к нему были не столь добрыми и приятными людьми. С течением времени ему становилось плевать на их косые взгляды, но кололо. Сейчас же, даже этих колкостей не было — цель одна, добраться до лиловой бабочки в зеленых очках. — Мирабель. — Бруно немного испугал девушку своим голосом и тем, что она неожиданно оказалась в его объятьях. — Брунито! — девушка подпрыгнула. — Напугал. — её надутые в обиде губки были безумно смешными и милыми. — Потанцуем? — он протянул ладонь и почесал кончик большого носа. — Понял? — Мирабель легко положила ладони на плечи Бруно, подходя к нему ближе, сокращая дистанцию до нескольких сантиметров, смущая парня. Взгляд которого дрожал, подобно колосьям в шторм. — Или кто-то подсказал? — Мх, ну да, я дурак. — Бруно горько скривился и с мольбой посмотрел в карие глаза подруги. — Прости. До меня долго доходит, я исправлюсь. — Очень на это надеюсь. — она качнула бедрами, намекая, что пора бы начать танцевать, а то они, как каменные столбики, встали среди танцующих.       Дрожащими пальцами Бруно осторожно взял Мирабель за талию и одним поворотом повел их по линии танца. Незримая, но ощутимая всем, кто ступил на танцпол. Одна яркая пара, сверкающая алыми оттенками, скользящая мимо девушка в белом платье с желтыми полосками и они, синие кораблики, проходящие мимо всех. Качок в одну сторону, Мирабель прогибается в спине и задорно взмахивает кистью в воздух, а Бруно чуть отводит ногу в сторону и наклоняет девушку ещё ниже. А после так же подтягивает обратно к себе, мимолетно касаясь носом темных кудрей. Ещё один поворот — и они пересеклись с парой Джульетты и Агустина, тот так же набрался смелости пригласить его сестру, и та сверкала от счастья. Её серьги-капельки звенели, а ушки, украшенные ими, очаровывали худоватого пианиста. — Бруно. — Мирабель привлекала своим голосом, ярким и запыхавшимся. — Не отвлекайся.       Она прокрутилась в его руках, и прижалась спиной к нему, игриво покачивая плечами. Бруно не оставался в стороне, увлекшись танцем, он положил руки на талию, даже чуть ниже, ближе к бедрам и повел девушку вперед. Разворачивая и смотря на наглое лицо. Мирабель разыгралась, поддержка подруг и атмосфера вседозволенности ночной вечеринки давали свои плоды. Теперь ей хотелось захватить всё внимание парня напротив нее. И она сделает все ради этого. Она станцует так, чтобы Бруно и взгляда отвести не смел. Чтобы и слов у него не было, кроме запыхавшегося дыхания. Потому, как только сменилась мелодия, она ускорилась, подгоняя тем самым Бруно. Ему стоило перехватить одно запястье, как девушка упорхнула из рук и стояла перед ним, высоко вздымая подол юбки и склонясь трясла плечами, подмигивала и кружилась на месте. — Ну нет! — Бруно стукнул каблуком, скрещивая руки за спиной, и начал двигаться к девушке обходя её по кругу. Словно играя, как райские птицы играют во время весны — самого романтичного времени года. Звуки кастаньеты и испанской гитары — это был фанданго. Танец ухаживания, от самого начала отношений до самого страстного пика любви.       Каждый шаг, каждый наклон был переполнен эмоциями, они вырывались наружу. Создавалось ощущение, что они одни на танцполе, но это не так. Просто у каждой пары был свой личный мирок: по-своему тихий или, наоборот, по-своему вулканически жаркий. То, как ласково поглаживал Агустин плечи Джульетты или то, как страстно расцеловывал Феликс руки Пеппиты. Всё они были сосредоточены на своих спутницах, как и он. Полностью поглощенный цветочной магией Мирабель. Юбка, подобная крыльям гигантской бабочки. Белый верх, как белоснежный мир вокруг: чистота и святость. И смуглые, покрытые каплями-родинками плечи. Чёрт, эти плечи сведут его с ума. Будь его воля он бы…       Один смелый шаг — и Бруно притянул убегающую Мирабель к себе, та смеялась от того, как парень разрушил эту небольшую танцевальную игру, но смех пропал в тот момент, когда Бруно поцеловал её в плечо. В одно из сплетений её множества родинок. Та фейерверком вспыхнула и замерла в его руках. «Б-Бруно?!»