Часть 2

Прохожие спокойно шли по своим делам: кто домой, кто на работу, кто куда-нибудь еще. Никто никому не мешал. Жизнь кипела на оживленных улицах Токио. Маленькая девочка шла с мамой к маминой давней подруге, попутно кушая голубое мороженое со вкусом черники. Время было позднее, еще немного и солнце бы совсем ушло за горизонт, оставив людей в полной темноте. – Мам, – позвала девочка свою маму, – а кто это там? – указав пальцем на верх, предположительно на крышу какого-то здания, спросила кареглазая. – А? – не расслышав с первого раза, переспросила женщина своего ребенка. – Ну, там. Там на крыше. Там девочка стоит! Мам! – с каждым словом повышая громкость голоса, говорила малютка. – А? Где...

Шаг. Тело свалилось.

– О, господи... – женщина схватилась в ужасе руками за лицо, одновременно спрятав дочь за своей спиной, чтобы та не видела того, что пока рановато для её возраста.

***

Минутами ранее.

– А, ну стой! – крикнул чей-то голос. Но было поздно. " Прости меня, мам..." Девушка, стоящая в одном легком голубом платье, ступила в пропасть, в глубину энергичного, шумного города, один лишь русый волосок остался лежать на тех ржавых перилах, на которых она несколько секунд назад стояла. – Какого... – произнес парень, чьи волосы были розоватого оттенка и требовали повторной покраски, так как корни уже немного отрасли. Какая-то левая девушка просто свалилась с крыши. Какое ему вообще дело? Но он же зачем-то поднялся на этот этаж и крикнул ей эти три слова. Зачем? А все потому, что это подобие человека когда-то перешло ему дорогу. Каким образом? Просто родилось на свет. А может он ошибся и спутал ее с кем-то другим? Исключено. Эту суку он не забудет никогда. Он задушит ее собственными руками. Заставит молить о пощаде, а потом прострелит ей бошку, но не до конца, она будет жива, она будет медленно истекать кровью, и никто ей не поможет, никто не потянет ей свою гнилую руку помощи, никто даже не обратит на нее внимание, будто её вообще не существовало на этом свете.

***

Алая вязкая жидкость медленно растекалась по небесно голубой ткани, создавая незамысловатые великолепные узоры, как когда-то давно их создавали великие творцы мира. Человеческая туша лежала на бетонном полу какого-то балкона. Нога, кажется, была сломана. Вокруг тела находилась небольшая лужица крови. Не получилось. Не получилось снова уйти от реальности. Не получилось снова ощутить ту легкость, существовавшую не так давно. Не получилось уснуть вечным сном. Глаза главной героини, глаза, которые недавно излучали доброту и счастье, погасли. Все конец. Конец без начала. Пока-пока благополучное будущее. Эх, печаль. Где-то рядом с девушкой послышались шаги. Неспешные, ленивые шаги. Кажется, тот кто приближался был в шлепках, характерный звук шлепанья был отчетливо слышен. – Живая еще?