Приглашение в Ночной Рейд

      Семья аристократки Арии встретила его также приветливо, даже слишком. Узнав то, что юноша тесно связан с сильнейшим генералом Империи, старик ещё больше захотел видеть Тацуми в качестве личной охраны своего семейства. Мало того, вызвав паренька на разговор один на один, тот расщедрился и предложил ему место главы стражников, сместив того бородатого мужчину, с которым недавно разговаривал парень. Это помогло бы в его карьере, но юнец не хотел подставлять незнакомца, который ему многое поведал о ситуации в Столице. Потому он вновь отодвинул этот разговор и свой ответ. В конце концов, завтрашним днем он покинет Столицу, а там неизвестно, будет ли нужда встречаться с этой семьёй и дальше.       Коротко поужинав с семьёй, да рассказав несколько небольших историй с фронта, Тацуми поспешил в свою комнату. Путь завтра ему предстоит не близкий, а потому необходимо хорошенько отдохнуть перед дорогой. Лёжа в мягкой кровати, он пытался представить радостную встречу с старейшиной деревни, как он отдаёт деньги, но позже эта радость прекращается, когда он сообщает о смерти Саё и Иэясу, и что самое страшное — идёт к их родителям.       Сказать, что Тацуми было страшно — ничего не сказать, ему было чертовски обидно за то, что те двое погибли в самом начале пути. Благодаря этим мыслям он не смог уснуть вплоть до полуночи, лишь позже ненадолго задремал, но все же проснулся. Что-то гложило его в этой ночи, даже свет, промелькающий из окон, был каким-то не таким, от него веяло холодом. Звук, как что-то тяжёлое упало в коридоре, заставило его дернуться, а благодаря тому, что он заметил из окна бегающих внизу стражников, юноша додумался быстро взять свое снаряжение, перед тем, как выбежать за дверь.       Длинный проход, ведущий к лестнице вниз к главному холлу особняка, заставил его остановиться. Прям посреди красной дорожки лежало располовиненное тело мамы Арии. Руки были зверски отброшены в сторону. «Если их решили ограбить, то зачем же так убивать?» — дело принимало неслабый оборот. Если кто-то решил напасть на семью, полностью защищенную стражей, то наверняка это очень хорошо оснащённая группа, к тому же многочисленная. Конечно, он мог просто сбежать, ведь это не его проблемы, но эти люди помогли ему в трудный момент, а потому отплатить им следует тем же.       Первое, что он решил сделать — найти Арию с её отцом, если те ещё живы, но, как позже оказалось, дом пустовал. Не было ни Арии с отцом, ни стражников, ни даже нападавших, что выглядело довольно странным. Будь это ограблением — дом бы наверняка обчесывали в поисках ценного. Лишь несколько трупов людей в доспехах лежали в гостиной.       Пробегая мимо окон, он увидел группу солдат, защищающих убегающую Арию с отцом. Но делали они это весьма скверно, находясь на почти открытом поле. Если у врага есть стрелки, то это провал. Не тратя время на то, чтобы выбежать через главный вход и обход дома, парень решил сократить, рукоятью меча выбив стекло окна на первом этаже, через которое и оказался сразу в нужной ему стороне. Расстояние между стражниками и убегающих аристократов было довольно большим, потому воспользовавшись моментом, Тацуми со всех сил рванул к ним.       — Тацуми?! — удивилась Ария, но после пискнула, когда крепкая рука юноши сжала её ладонь и потащила за собой в сторону небольшого леса. Шанс не наткнуться там на врага был невелик, но все же лучше, чем находиться у всех на виду. Пробежав значительное расстояние, которое только могли они позволить, они добрались до уровня сарая, за которым они и спрятались. Тацуми сразу отогнал мысль о том, чтобы спрятаться внутри. Судя по сорваному замку заднего входа, там уже кто-то был. Тацуми вздрогнул, когда в щели приоткрытой двери разглядел подвешенный труп. Неужели нападавшие уже успели повесить людей?       Тацуми открыл дверь и был поражён увиденным. Он видел много трупов на войне, но это было просто нечто…       Большое количество тел, преимущественно женских, было подвешены на толстых металлических крюках, чьи концы были воткнуты прям в уже посиневшие тела, часть лежало в клетках, некоторые вообще начинали разлагаться. Такое грабители бы не смогли сделать за такой короткий срок, а ещё этот запах… «Понятно, что он тут маскировал», — шок сменился злостью. Только одни люди могли быть виновным в этом.       Ария, видимо, поняв всю ситуацию, стала пятиться назад, но крепкая рука Тацуми на её белоснежной шее, крепко прижала её к стене, надавливая, заставляя девчонку кряхтеть. Старик было дернулся к дочери, но лезвие, направленное в его сторону, заставило главу семейства передумать…       — Как это понимать?! — зашипел юноша, уводя девушку внутрь строения. Её отец последовал за ними. Пройдя до центра сарая, тот швырнул блондинку на землю, подставив ей под горло холодное лезвие меча.       — Зачем вы это делаете, мать вашу?! — закричал юноша.       Ему уже было плевать на то, что их может кто-то услышать. Смотря на изувеченные, измученные тела молодых девушек он просто не мог контролировать нарастающий гнев. Слова того стражника оказались правдой. Жена солдата, без угрызения совести изменяющая мужу, пока тот был на войне, семья богачей, похищающая и убивающая вряд ли в чем-то повинных людей… Столица — похоже, и вправду не то место, куда они хотели попасть, и ради этого погибли его друзья?!       — А что нам ещё делать? Чего ты так взъелся?! — закричала в панике Ария, — Люди из деревень — это простой скот, и, вообще, они должны быть благодарны за приложенные усилия над ними! — Тацуми едва удержался от того, чтобы надавить на меч, что оборвало бы жизнь аристократки. Непонятно почему, но ему словно открыло глаза, мозаика начала складываться воедино. Это все он, Премьер-Министр! Все это идёт с позволения верхушки Столицы. Невозможно творить подобное и оставаться незамеченным властями, а раз те ничего не предпринимают, то это значит лишь одно…       — Кто ты такой, парнишка? — голос сзади заставил его вздрогнуть, казалось, волоски на затылке встали дыбом, кто-то подошёл сзади, а он даже не услышал шагов.       — Пожалуй, это мне стоит спрашивать… А ты кто? — Тацуми посмотрел у сторону проёма, свободной рукой обняв рукоять кинжала на спине. В проёме, благодаря лучам луны, виднелась стройная фигура девушки с звериными руками и хвостом. «Тейгу?» — Тацуми сразу вспомнился рассказ Эсдес об загадочных артефактах, наделяющих своих владельцев необычайной силой. Он уже видел способности её Тейгу, а что может таинственная незнакомка — даже знать не хотел.       — Хм… Ни разу тебя раньше не видела, — девушка словно проигнорировала вопрос Тацуми.       — Не знаю откуда, но видимо ты не местный. Смею предположить, что тебе не было куда идти и эта мисс тебя пригласила к себе? Я же угадала? Можешь не отрицать, она так всех бродяг зовёт, а потом вытворяет с ними ЭТО. Слушай, я вижу, что в тебе есть потенциал… Парнишка, почему бы тебе не вступить к нам, в Ночной Рейд? — и вновь Тацуми услышал это название, хотя и не думал, что столкнётся к ними.       — Мы как бы так сказать… Очищаем Столицу от нечисти, вроде этой, — незнакомка говорила слишком спокойно, что не слабо тревожило Тацуми.       — Извиняюсь, но у меня плохие планы… — если он правильно понял суть, то… Действовать нужно было крайне быстро, ведь эта девушка вряд ли напала на особняк в одиночку. Дождавшись, когда она подойдёт ближе, юноша схватил лежащие колбы с фиолетовой жидкостью, той самой, что маскирует запах, и швырнул прямо на звероподобного человека. Та защитилась своими лапами, но жидкость расплескалась об её руки, попала также и на лицо.       — Черт… — выругалась та, зажмурившись и пытаясь оттереть залипшие глаза, в то время, когда Тацуми вместе с Арией и её отцом выбежали через ту же дверь, что и вошли, отправились дальше в лес… Им крупно повезло, что в задней части участка они ни с кем не встретились, перелезли через забор и скрылись в переулках.       — Ты как? — спросила Акаме свою подругу, когда добрались до сарая, перебив всех стражников, — Сможешь их отследить?       — Не думаю. У меня вообще все мутно после того, как этот парнишка вылил на меня эту мерзость! Найду — убью гада! — разочарованно ответила Леонэ. Она была и расстроена и зла одновременно. С её опытом убийств так позволить себя облопошить и кому — всего лишь какому-то юнцу? А теперь наверняка ещё выслушивать от Наджэнты за проваленную миссию.

Тацуми…

      — У вас есть знакомые в городе? — пытаясь отдышаться, спросил Тацуми, когда они уже были далеко от места происшествия.       — Да, да, конечно! — поспешно отозвался старик. — У меня куча знакомых, ведь я родственник самого министра, мы можем переси… — он заткнулся, ощутив у горла неприятное покалывание.       — Не думайте, что я спас ваши жизни просто так, — металлическим голосом произнёс парень, — Вы должны будете замолвить за меня словечко, шепнуть нужным людям о том, что я вас спас от неминуемой смерти и что меня нужно как-то наградить, — юноша бросил взгляд на съежившегося от страха старца и вовсю дрожащую дочурку. — И не дай Бог, вы ляпнете что-то не то или расскажете лишнее… Где бы вы не были, у кого бы не прятались, я клянусь, что найду вас и тогда вы пожалеете, что вас не убил Ночной Рейд, все поняли?       — Да, да, конечно. В конце концов, вы все равно спасли наши жизни. Замолвить за вас слово — меньшее, что мы можем сделать, — прислужливо улыбнулся мужчина, льстя Тацуми. Впрочем, он уже не обратил на это внимание, развернувшись и уйдя в своём направлении.       У него осталось всего одно единственное место, куда он мог пойти и где его примут. Благо, ему рассказали адрес.       Чтобы не происходило, судьба все равно сталкивает их, соединяет вместе, даёт возможность увидеться. Правда первое, что почувствовал, когда ночью влез в её особняк — это холодную сталь на своём горле.       — Тацуми, ты?! — генерал была поражена, убирая нож. Она всегда жила в своём небольшом домике без охраны, потому что ей это не нужно. Никто, даже самые отпетые негодяи, никогда не осмелются влезть к ней, потому она была не слабо удивлена, когда почувствовала чье-то присутствие на своей территории, но кто бы мог подумать, что это будет Тацуми… А ведь она едва сразу не перерезала ему глотку. Хорошо, что решила сперва посмотреть на наглеца…       — Что ты тут делаешь? — девушка зажгла свечу, кладя ее на стол, у которого они и сели. Тацуми не видел причин, чтобы утаивать от неё произошедшее, потому пересказал всю ситуации в доме аристократов. Рассказ любимого взбудоражил девушку, она стала расхаживать из стороны в сторону, когда услышала про его встречу с Ночным Рейдом… Она не могла поверить, что её Тацуми столкнулся с такой опасностью, но, к счастью, на этот раз все обошлось…       — Я слышала о них, но не знала, стоит ли тратить на них время и будет ли в этом интерес, но теперь… Они едва не навредили моему Тацуми, этого я простить не могу! Я создам группу людей с Тейгу, с ними мы быстро уничтожим Рейд. Заставим их на коленях молить о пощаде, нет, молить о смерти! Раздавлю каждого червя из Ночного Рейда, собственным же каблуком! — конечно, было видно, что девушка сильно начала переживать о нем, как в принципе не в первый раз, но иногда эта через чур обильная забота даже пугала. Она была словно спичка, легко воспламеняющаяся от чирканья об коробок, стоило ей узнать о инциденте с Тацуми, так сразу же решила их уничтожить. Не сказать, что ему было от этого неприятно, даже наоборот, хотя и становилось немного неловко от того, что его защищают, будто какого-то ребёнка.       Когда генерал немного успокоилась, они пошли спать, и девушка и слушать не стала про то, что Тацуми ляжет на диван в гостиной, забрав паренька в свою спальню. Стоит признать, что несмотря на свой статус и, наверняка, немалые деньги, Эсдес жила довольно скромно. В её доме не было всех тех изысков, которые он наблюдал в доме Арии, интерьер дома Эсдес был донельзя минималистичным и простым. Хотя что тут говорить, учитывая то, что все равно большую часть времени она проводит на работе.       — Отныне, пока мы будем в Столице — ты всегда должен будешь жить у меня! — не спросила, а поставила его перед фактом, когда они улеглись спать.

Ночной Рейд…

      — Значит вы провалили миссию, потому что Леонэ позволила какому-то незнакомому парню одурачить себя? — сверлящим взглядом пилила Наджэнта.       — Д-да… — тихо отозвалась Леонэ, уже успев в голове трижды пообещать себе поквитаться с тем пареньком.       — И кто же это был? — без капли заинтересованности спросила их босс.       — Обычный молодой парень… Я некоторое время подслушивала их разговор, это он угрожая им, увёл их в сарай. Вроде как его звали… Тацуми? Да, да, точно Тацуми! — ответила зверочеловек. Мимолетное удивление, проскользнувшее на лице их босса заметила вся команда.       — Командир… Вы его знаете? — больше всех насторожился Лаббок.       — А? Не, не обращайте внимания, — задумчиво ответила Наджэнта, распустив после этого весь Ночной Рейд на заслуженный отдых.       «Это был Тацуми, значит…»

Тацуми…

      Проснулся он от того, что мягкие, шелковистые пряди волос защекотали его лицо. Открывая глаза, он уже знал, что там будет. С улыбкой он взглянул в голубые глаза Эсдес, на щеках которой виднелся румянец. Девушка нависала над ним, не отрывая своего взгляда, руками гуляя по его торсу. Они пробыли так добрую минуту, прежде чем та, поцеловав его в лоб, слезла.       — Доброе утро, — почти синхронно сказали они. Новоиспеченный лейтенант был рад такому пробуждению. Это был, пожалуй, самый светлый момент за все время, как он покинул деревню. Уютная атмосфера рядом с Эсдес умиротворяла его. Мысль о том, что их судьбы сплелись между собой — теперь не была пугающей, как раньше. Наоборот, он был даже рад, что судьба решила подшутить над ним таким образом. Он не чувствовал больше какую-то отчужденность, ему было все равно на остальных, пока он был возле неё.       Почему-то вдруг ему вспомнились ухмылки Люка. Тогда он ещё не понимал его, но теперь считал их даже забавными, словно заместитель Эсдес заранее знал, во что это может вылиться.       Как бы они этого не хотели, но время неумолимо шло, значит им нужно было собираться, ведь как они решили: лучше всего выйти утром. Беда была только в другом — это в одежде, ведь они договорились не одеваться в привычную военную форму, и если у Эсдес обычная одежда была, пусть и носила она её крайне редко, то для Тацуми дела в этом плане обстояли куда хуже. Спасением был магазин. Благо, находился он не так далеко от её дома и уже вскоре парень вышел из него, одетый в чёрные брюки, черную лёгкую кофту и белый, утеплённый плащ. Все же на север идут, а там с тёплым климатом всегда проблемы.       Город их проводил совершенным спокойствием, лишь несколько человек, не веря своим глазам, посмотрели на них. Ещё бы… Не каждый день увидишь Генерала в обычной одежде, хотя оружие на них все же было, куда без него. Коней они не гнали, неспешно проезжая по тропе среди деревьев, встречая на пути небольшие поселения возле столицы. Чем дальше они уходили, тем реже стали видеть жилые дома, изредка встречая одинокие, иногда даже погорелые хижины.       — Никогда бы не подумала, что буду вот так спокойно ехать с любимым, — проговорила Эсдес, бросив мимолетный взгляд на спутника.       — Это плохо? — смех Тацуми заполнил округу.       — Неет, — протяжно сказала генерал, — Просто я не рассчитывала встретить человека, которого полюблю всем сердцем. Когда я дала Министру листок с критериями моего возлюбленного, тот сказал, что такой человек вряд ли существует.       — Покажешь? — Тацуми досмерти стало интересно поглядеть на этот список.       — Кого? Список? — Эсдес приспустилась, одной рукой шаря в седельных сумках, а второй держа поводья, удивив паренька. Он не надеялся на то, что у неё по-прежнему есть тот листок и что она носит его с собой, а сейчас… В его руки попала небольшая бумажка с красивым почерком, где все было расписано по пунктам.       Он должен иметь достаточный потенциал — и действительно, Тацуми помнил про то, что Эсдес говорила, что у него немалый потенциал. Вот только она уже и планов на него имеет. Хорошо, что они не противоречат его собственным.       Он должен быть моложе её, ибо должен подчиняться — юноша взглянул на девушку. Не похоже, что у них прям совсем крупная разница в возрасте. Хотя последние строчки немного напрягают.       Он должен быть рождён не в столице. Как и я. — Интересно, какой бы стала Эсдес, родясь в главном городе Империи? Хотя даже и думать не стоит.       Он должен иметь опыт в охоте на Опасных Зверей, чтобы потом вместе охотиться — позволит ли она вообще ему охотиться? А не прикончит зверей ещё до того, как он только до них добежит, желая показать свою силу и превосходство над ним.       У него должна быть искренняя улыбка…       — У меня что, искренняя улыбка? — он повернул голову.       — Ещё какая, — улыбнулась девушка, смутив его, пока тот не вспомнил про третий пункт.       — Скажи, Эсдес, — парень колебался, стоило ли ему говорить это генералу? — Возможно мне не стоит это говорить и тебе не понравится, но правда ли Столица испорчена коррупцией и беззаконием? — Тацуми не знал, как правильней сформулировать вопрос, потому выдал то, что первым пришло ему в голову, боясь взрывной реакции девушки, но на удивление, та отнеслась довольно спокойно.       — Не удивлена, что ты заметил. Достаточно побыть несколько дней, чтобы понять это. Да, город действительно погряз в тёмных делах богачей, имеющих почти полный карт-бланш на действия. Все это пошло от Министра.       — Почему Император никак не старается это исправить?       — Он ребёнок. Всего-лишь марионетка в руках старика, ему достаточно лишь слышать вранье от него, что город процветает и его жители довольны.       — И…тебе нравится служить таким людям? — сердце забилось сильнее, ему показалось, что он сболтнул лишнего.       — А что мне делать? Броситься, как Ночной Рейд и начать убивать чиновников? Тацуми, это система, которая формировалась ещё до нас с тобой. Просто убив всю верхушку, ситуацию не исправишь. Вместо них придут другие и не факт, что лучше, тоже самое и с революционерами, — в словах Эсдес была правда, Тацуми тоже думал об этом, когда столкнулся с Ночным Рейдом. Они не показались ему чем-то плохими, но и хорошими их тоже не назвать. Тут нет чёрного и белого.       — Давай закроем эту тему. Тошнит от всей этой политики. Сейчас мы вместе, а это самое главное. — Тацуми не мог не согласиться с Эсдес. Не место, да и не время рассуждать о подобном, тем более, когда это ничего не даст.       — Угу, — они продолжили свой путь, но уже в тишине.

Через некоторое время…

      Они вышли к небольшому ручью, спрятанному среди нескольких деревьев, чтобы пополнить запасы воды и устроиться на привал. Этот ручей означал ровно половину пройденного пути, но дальше идти они не захотели. Близился вечер, ночью передвигаться они не горели желанием, да и коням нужен был отдых.       Разведя костёр, они сидели, приобнявшись, в полной тишине. Мясо кроликов, которых поймала по пути Эсдес, сейчас прожаривалось на трескающем костре. Язычки пламени, стремящиеся вверх, отсвечивали их лица. Эсдес выглядела нормально, а вот глаза парня были прикрыты, ещё минута и он заснёт. Лишь потеря опоры разбудила его, когда Эсдес продвинулась чуть вперёд снимать их ужин с костра. Тацуми был удивлён тому, что Эсдес захватила с собой приправы и прочие хитрости готовки, а попробовав приготовленное ею мясо — был поражён вдвойне. Ничего вкуснее он раньше не пробовал. Похоже, что Эсдес была искусна в кулинарии ровно также, как и в бою.       — Слушай, — обратилась та к нему, когда они закончили трапезу и улеглись в двойной спальный мешок, — Я знаю, что ты тоже что-то чувствуешь по отношению ко мне, я не слепая, — Тацуми здорово напрягся, он не ожидал, что Эсдес решит заговорить об этом.       — Я…       — Я уже говорила тебе, что люблю тебя, говорила это искренно без малейшей капли лжи, но почему ты не можешь сказать тоже самое? — вопрос, заставивший Тацуми задуматься аж на целых пять минут. То, что Эсдес стала ему очень близка — он уже давно понял. Если вначале он чувствовал небольшой страх перед генералом, то сейчас он хотел все дольше находиться рядом с ней.       — Я…боялся все испортить, — признался юноша.       — Испортить? — не поняла Эсдес.       — Да, испортить. Признаться девушке, а потом узнать, что на самом деле она к тебе ничего не чувствует и ты для неё просто друг, — перед парнем возник образ Саё, когда он впервые признался девушке о своих чувствах. Тогда он чертовски боялся, может быть и сам не верил в успех, но не мог больше держать это в себе. Его опасения тогда подтвердились и подруга детства «отшила» его, предложив просто быть друзьями. После того признания парень немало переживал, некоторое время даже не выходил на улицу, а когда те двое пришли за ним, он впервые смог увидеть то, как смотрела Саё на Иэясу. Хоть она постоянно ворчала на того, подкалывала, Тацуми понял, что любила она не его, а его друга — Иэясу.       — Глупый… Я ведь уже сказала, что люблю тебя, разве этого недостаточно, чтобы понять, что ты для меня не просто друг? — Эсдес придвинулась к нему, оплетая его голову руками, он невольно пошёл на встречу и теперь их тела соприкасались. Ощущение тёплой и гладкой кожы её тела приводило парня в чувство эйфории. Непонятно от чего, но у юноши закружилась голова.       — Давай так… Я скажу эти слова, когда настанет идеальный момент для этого, хорошо? — сперва Эсдес захотела запротестовать, но позже сочла это весьма романтичным, а потому удовлетворенно кивнула. Ночь выдалась прохладной, костёр уже потух, но их согревало тепло их тел, плотно соприкасающихся друг с другом.       На удивление, следующим утром встал первым Тацуми, но своим шебуршанием, видимо, разбудил свою спутницу. Быстро собрав все вещи, они двинулись в путь. И продолжили бы идти, если бы не остановились недалеко от деревни, в которой были похоронены его друзья, но привлекло внимание юнца далеко не это, а дюжина коней, стоящих рядом с деревней.       — Что это? — спросил Тацуми, издалека наблюдавший за деревней.       — Должно быть, солдаты Империи, — констатировала Эсдес, что Тацуми и так понял по коням.       — Я это понял, но что они тут делают? — деревня эта находилась на значительном расстоянии от Столицы, да и вообще ото всех местных точек армии.       — Скорее всего, собирают «дань». Поехали. Это не наше дело, — Эсдес двинулась дальше, но остановилась, когда заметила, что Тацуми не последовал за ней. — Ты чего? — она повернула голову через плечо.       — Мы должны выяснить, что там происходит, — даже до сюда доносится громкие голоса, хоть в них и не получалось ничего разобрать.       — Это ещё почему?       — Люди из деревни помогли мне, когда я был ранен, они похоронили моих друзей. Я не могу просто так бросить их. Если там все будет спокойно, то просто уедем, хорошо? — словно умоляющий взгляд Тацуми заставил девушку сдаться. Он помнил про беззаконие, что творится в Империи, а потому боялся, что деревню постигла такая же участь. Благо, он решил на всякий случай захватить с собой военную форму, в которую быстро и влез. Не успели они войти в деревню, как из ближайшего дома выбежала женщина, а следом и мужчина в доспехах, с силой схвативший её за волосы и потащивший обратно в домик.       — Эй, ты, — голос юноши затвердел, он слез с лошади и отправился в сторону солдата. Тот, увидев Тацуми, резко отпустил селянку, подбежал к парню и отсалютовал.       — Что здесь происходит?       — Собираем налоги, господин лейтенант, — громко и чётко отрапортовал солдат. Он побледнел, когда за спиной Лейтенанта показалась Эсдес. Той и форма была не нужна для того, чтобы её узнали. Но присоединяться к разговору она не спешила. Ей понравилось то, как любимый злится, стало интересно, что он будет делать дальше.       — Неужели для этого нужно вести себя, как варвар? Почему не сделать это спокойно? Чем вы тогда отличаетесь от тех же бандитов? — голос его все мрачнел, но позже он вздохнув, посмотрел за спину воина. Все стражники, что наблюдали за этим издалека — стояли в оцепенении.       — Где ваш командир?       — Сержант Ардаль сейчас разговаривает с старейшиной в его хижине, господин, — Тацуми больше не сказав и слова, толкнув плечом солдата, быстрым шагом двинулся вперёд, не обращая и малейшего внимания на уступающих дорогу стражников, успевших забыть о своих новых жертвах. Дом старейшин долго искать не пришлось, Тацуми помнил его местоположение, к тому же у входа стояло несколько стражников.       — С дороги! — Тацуми отбросил тянущиеся к нему руки солдат, пройдя дальше. Преследовать его те не стали. Дверь распахнулась и он вошёл в темноту. Глазам нужно было привыкнуть к темноте, но когда он смог разобрать происходящее, в комнате он увидел избитого старейшину, все ещё пытающегося подняться, самого сержанта, стоящего у стола с приспущенными штанами, и мычащую, дергающуюся девушку с распахнутым бюстом, лежащую на столе.       — Кто… — слова оборвались вместе с рукой, полетевшей в сторону. Ардаль упал на колени, крича и скуля от боли, девчонка соскочила со стола и бросилась к старику, прижимая хрипящего к себе.       — Кто ты такой, сука… Лейтенант?! За что?! — взревел сержант с красными глазами, посмотрев на паренька, все ещё не отпускающего оружие.       — За все…за все, что ты причинил этим людям. Кто давал тебе право так поступать с ними? — сержант не отвечал, лишь громко сопел, и тогда Тацуми понял, что вот она, вся суть людей из Столицы… За всего несколько дней он не единожды уже убедился в этом. Сержант, выхватив нож, бросился на своего обидчика, в последний момент замешкавшись, когда в дом зашла Эсдес. Этого тому хватило, чтобы напороться на меч. Тацуми попал сержанту в грудь, пронзив ровно в сердце. Издав свой последний стон, он пал. Юноша, вытерев окровавленное лезвие об его одежду, упрятал его снова в ножны. Зажглась свеча, после которой старик узнал паренька, ещё недавно попавшего к нему совершенно раненым и поникшим.       — Ты же тот парень, который недавно похоронил здесь своих друзей, да? — глаза старейшины загорелись надеждой.       — Он самый, — парень попытался улыбнуться, но не получилось. Слишком многое произошло для того, чтобы улыбаться. Вместо этого он подхватил старика, совершенно не обращая внимания на то, что тот пачкает его одежду своей кровью. Под испуганные взгляды солдат сержанта, он провел старика в хижину местного лекаря, а когда собирался покинуть их, тот дёрнул его за рукав.       — Спасибо тебе. Если бы не ты, страшно представить, что было бы с моей внучкой. Если что-то нужно — говори, сделаем все, что попросишь. Если что, мы постоянно следим за могилами твоих друзей, кха-кха, — кровь полилась ручьём их уст мужчины.       — Не стоит. Я просто возвращаю долг. Лучше побеспокойтесь о себе, — лейтенант вышел из хижины, после чего вместе с генералом построил всех солдат, велев похоронить своего командира, а после убираться прочь, далеко и надолго, иначе их постигнет тоже, что и их командира — смерть. О том, что двое вполне могут устроить такое, никто не сомневался, ведь в спутниках молодого лейтенанта был Генерал. Перед этим они сорвали с них все знаки отличия, Эсдес навсегда лишила их статуса воинов Империи.       — Большое спасибо… Без тебя ничего не получилось бы, — тихо проговорил Тацуми, когда они вышли из деревни и стали подниматься чуть выше.       — Да ничего… Знаешь, было интересно понаблюдать за «таким» тобой, — ухмыльнулась Генерал, — Кстати, куда мы идём?       — Перед уходом мне нужно навестить друзей, — ответил Тацуми, отодвигая очередные кусты, за которыми уже виднелись две могилы, два бугорка, под которыми спят вечным сном Саё и Иэясу. Адреналин стал спадать, Тацуми все больше и больше вздрагивал, по щекам невольно потекли горячие и солёные струйки. Он думал, что со временем он успокоится, что время лечит, но нет. Нихрена оно не лечит, лишь маскирует. Ему было обидно то, ради чего погибли его друзья… Юноша стал успокаиваться, когда почувствовал лёгкое прикосновение руки спутницы.       — Вот мы и снова встретились, — почувствовав на себе непонимающий взгляд спутницы, Тацуми заговорил.       — У меня все хорошо. Много, что произошло за последнее время после того, как мы с вами расстались, но я ни о чем не жалею. Столица оказалась совсем не тем местом, как мы тогда представляли. Порой я даже жалею о том походе, о том, ради чего вы погибли. Но благодаря этому походу я даже встретил девушку, ставшую в итоге для меня близким человеком, — Тацуми сильней сжал ладонь девушки.       — Хочу сказать вам спасибо, ведь без вас ничего бы этого не вышло, — и он был прав. Тацуми мечтал об этом, но первыми, кто всерьёз заговорил о походе — были именно Иэясу и Саё. Иэясу всерьёз начал готовиться, Саё его поддержала и после они втянули в эту идею и самого Тацуми.       Переплётая пальцы, он уже спокойно и неотрывно смотрел на могилы друзей, положил цветы и ушёл. В деревне задерживаться он не стал, а покинул почти сразу же, как только убедился, что солдаты ушли. Сев на коней, они поехали дальше на север.

Неделю спустя…

      Тацуми с волнением въехал в знакомый лес, в котором они, ещё будучи детьми, любили играть. Он с грустью осматривал небольшие тропинки, со временем уже успевшие обрасти и спрятаться, мелькали картинки воспоминаний их игр, и от этого становилось ещё невыносимее. Сама деревня встретила их спокойно, на улицах виднелись единичные прохожие, бросавшие ему улыбки и взмахи рук, узнавая своего выходца. Когда они подходили к дому главы деревни, тот сам вышел, встав в ступор, никак не ожидая увидеть Тацуми.       — Тацуми, это ты?!       — Я, дядюшка Войст, — улыбнулся мальчишка, после чего они крепко обнялись. Войст ещё долго смотрел на него и на Эсдес. На его лице прям читался вопрос про Саё и Иэясу.       — Тут это, — лейтенант подошёл к коню и достал из седельный сумки два звенящихся деньгами мешочка, — Это вам, — он быстро протянул их Войсту, желая немного отсрочить неудобный вопрос.       — Подождите, — внезапно раздался голос девушки, — У меня тоже есть кое-что, — сверху старости упали ещё три завязанных мешочка. Глаза Войста засияли, но он замялся.       — Это вам. Кстати, дядя Войст, нам бы где постирать нашу одежду, — Он расправил две формы и тогда челюсть старика чуть не отпала. На одной форме виднелись лычки Лейтенанта, на второй вообще Генерала. Но он быстро и громко позвал двух девушек, лица которых Тацуми почему-то не вспомнил. Те подхватили одежду из их рук и понесли куда-то в деревню.       — Всё расскажу, только давайте зайдём внутрь? — предложил Тацуми, на что глава, быстро спохватившись, плечом распахнул перед ними двери.       — А те двое — кто? Я их не помню, — юноша зашёл внутрь. Следом последовала девушка и уже за всеми вошёл старик, убрав золото в свой сундук и заперев его на ключ.       — Вдовы… Это Ирран и Гугель привели их из соседней деревни. Если ты помнишь, один был дровосеком, ушел в лес, да лесное чудище утащило его, одна нога и осталась лежать в поле. Второй ушёл к старым шахтам, а там образовались какие-то бандиты или кто-то ещё. Иногда слышны крики и шум, но к нам они пока не лезли. После того случая я категорически запретил уходить далеко от деревни, хотя детвора по-любому все ещё шныряет в лесах, но дети никогда не отличались послушанием.       — Опасный зверь рядом с деревней? — насторожился Тацуми, задумавшись. Нужно будет сходить проверить. Эсдес усмехнулась, видимо, поняв, о чем думает её возлюбленный.       — Но хватит пока о грустном. Лучше расскажи о себе, о том как вы добрались до Столицы и что с вами было, — Тацуми вздрогнул. К сожалению, настоящая печаль только начиналась. Он только заикнулся, чтобы начать рассказ, как дверь быстро распахнулась, вновь вбежала женщина с платком на голове и грязными от работы в поле, руками.       — Тацуми, ты вернулся! — с улыбкой обняла его женщина, — Как там Саё, Иэясу? Они наверное не смогли приехать из-за новой работы? Тацуми? — женщина насторожился, заметив резкое изменение в лице мальчишки… И он рассказал им всю свою историю с того момента, как они вышли из деревни, и что самое страшное — как погибли Саё и Иэясу, нарочно упустив момент про изнасилование. Говорить становилось все труднее, смотря на тускнеющие глаза женщины. Та разрыдалась, упав на колени и положив голову на его колени. Кричала, все тело дрожало, а Тацуми ничего не мог сделать, не мог пошевелиться, сидел как вкопанный.       — Они не отомщены? — внезапно каким-то, даже страшным голосом спросила мать Саё.       — Я их убил, — ком подкатился к горлу юноши, — А Саё и Иэясу пришлось похоронить в деревне, что у ручья, — женщина отплолза от мальчика и скукожавшись разместилась на старом кресле в углу комнаты.       — А что было дальше с тобой? — продолжил спрашивать староста, Тацуми рассказал о дальнейшим его пути, о правде Столицы и о том, как познакомился с Эсдес, генералом Империи.       — Хорошо, что хоть с тобой все в порядке, — произнесла женщина, немного успокоившись, — Одна только Зилька у меня осталась, никого больше нет, — вновь слезы появились на карих глазах женщины.       — Беда! У нас беда! — мужской вопль послышался за дверь. В дом главы деревне выбежал запыханный мужчина.       — Войст, дочь Харрибель не вернулась! Ушла в лес и не вернулась!       — Что? Может быть просто заигрались в лесу? — староста привстал.       — В стороне, куда они пошли слышались мужские голоса, а следом крики, страшные и ужасные крики. Я хотел было пойти туда, но я ведь без оружия!       — Боже мой! — женщина закрыла лицо руками, вновь плача, — С ней ведь моя Зелька ходит! Господи, за что ты так со мной?!       — Я все проверю. Куда они пошли?       — В сторону старых шахт они направились утром, — взволнованно ответил мужчина, смотря как Тацуми надевает на себя ножны. Эсдес тоже встала, готовя свой клинок. Тацуми чуть ли не бегом вышел из хижины и направился в сторону шахт, петляя между деревьями, пока не наткнулся на красный кусок ткани, зацепившейся за ветку. Парень замедлил шаг, стараясь не упускать ничего из виду. Притоптанная трава прекрасно указывала и путь и вскоре они набрели на маленькую девочку, закинутую в кусты. Тацуми осмотрел её руки, на запястья которых виднелись красные следы. Не наверняка обвязывали веревками или даже хуже, ведь руки отдавали синеватым оттенком. На бессозанном лице девушки виднелась гематома. Порванная одежда, но Тацуми был не уверен, что девочка подвергалась насилию. Скорее всего девочка пыталась дать отпор.       — Эсдес, не могла бы ты отнести её в деревню? — Тацуми повернулся в сторону Генерала, на что та непонимающе взглянула на него.       — А ты?       — Я пойду дальше. Не бойся, я смогу справиться с ними, — металлическим голосом ответил он, поднимая девочку. Получив вздох, после одобрительный кивок, он аккуратно переложил тело на руки девушки, а после направился дальше. Вскоре, он вышел к дороге, усыпанной гравием. Было похоже, что следов больше нет, но пройдя чуть дальше, он увидел небольшое самодельные ожерелье, лежащее прямо посреди дорожки. Впереди виднелись небольшие пристройки перед шахтами. Тацуми упал в ближайшие кусты, когда из угла дома вышел человек в капюшоне. Он осмотрел местность и вновь скрылся за домом. Время поджимало, его не хватало на то, чтобы досконально заранее понять хотя бы приблизительное количество противников, а потому надеясь на удачу, он перебежками добрался до здания, скорее всего бывшего склада. Выглянув из-под угла, он увидел сидящую у каких-то обломков троицу.       — По-быстрей бы он уже закончил с нею. Трахаться, пиздец, как охото, — неприятный, щепелявый голос донесся до ушей юноши.       — Имей терпение. Босс только что вошёл в склад, — ответил ему второй.       — Понимаю… Может все же не стоило бросать ту малявку? — не успокаивал я хозяин первого голоса.       — Совсем больной, что ли? Она ещё ребёнок, какой кайф будет? К тому же она так начала брыкаться, что могла переполошить всю округу. Я б посмотрел на тебя со спущенными штанами, убегающего от толпы разъяренных крестьян с вилами. Вот была бы умора! — паррировал третий.       — Да что там крестьяне эти! Давно бы уже наведались, да показали, кто тут теперь все решает. Сами бы потом своих девок к нам бы тащили!       — Нас слишком мало, если вдруг они решат все разом пойти на нас.       — Да вы просто все ссыкуны, — фыркнул первый.       — Что ты тогда боссу это не сказал, когда он велел в деревню не ходить, а? — после слов третьего голоса тот замялся и больше не проронил ни слова, а Тацуми понял, что у него есть мизерный, но шанс того, что он может успеть. Бегло оценив всех троих, он увидел в них дилетантов, вряд ли они владеют достаточными навыками. Разве только их командир, но эти не идут ни в какое сравнение с теми, с которыми юноша сражался на фронте.       — Это ещё кто? — буркнул первый, когда Тацуми вышел из укрытия. Двое успели отскочить, но тому кто сидел к нему спиной повезло чуть меньше. Как только бандит встал, голова все же сошла с шеи, укатившись под ноги товарищам.       — Да что за?! Ты кто, сука, такой?! — ответом стало то, что неизвестный им паренёк рывком настиг второго, разрубив ему грудь и оставив того захлебываться собственной кровью на земле. Оставшийся начал пятиться назад, по его периодически дергающим рукам было понятно, что тот стал бояться его. Одолеть противника, что нетвёрдо стоит на ногах и трясётся от страха оказалось не сложно.       — Это вам не беззащитных девочек трогать, — сказал юноша уходя от уже трупа. Дойти до старых ворот склада ему не пришлось. Дверь сама распахнулась и на входе встал массивный бандит с топором в руке. Он побагровел, увидев мёртвые тела своих товарищей, со злостью плюнул в траву и направился к противнику. Он отличался от своих товарищей, в бою он не проявлял страх, уверенно размахивая своим топором, от которого только и следовало, что уклоняться. Пытаться блокировать такие удары топора мечом — значит точно сломать лезвие, а вместе с этим позволить топору попасть по себе. Однако юнец увидел то небольшое мгновение, когда здоровяк открывается и прекрасно воспользовался им. Стойкость противника треснула сразу после того, как он получил не очень глубокую царапину. Тацуми промахнулся совсем чуть-чуть, когда у вернулся от очередной его атаки и, второй рукой достав кинжал из-за спины, попытался разрезать тому шею. Задетое самолюбие не позволило здоровяку трезво вести бой, участились выпады, появилось много лишних движений в то время, как Тацуми, все ещё подпитываемый злостью за их содеянное, продолжал все больше и больше атаковать. Только старые, но все же элементы доспехов периодически защищали жизненно-необходимые органы соперника, пока он не упал на одно колено, когда клинок юнца прошил ему ногу. Ждать пока противник оклемается глупо, потому Тацуми почти сразу же боковым ударом отсек его голову.       Было страшно заходить внутрь, он боялся, что опоздал, увидеть ту же картину, что когда-то увидел с Саё. Отперев дверь, он медленно вошёл внутрь, послышалось громкое и поспешно мычание, он быстро подался вперёд и это спасло его жизнь. Сзади что-то просвистело с громким ударом об пол. Не похоже, что этот человек был воином, держал меч странно, да и видно было, что он для человека в сером плаще и очками на угловатом лице, весьма тяжеловат.       — Постой, я не с ними! Меня тоже схватили! Я испугался, потому атаковал случайно! — незнакомец выронил меч, выставив руки впепед, вновь сильно мычание, Тацуми прищурился. Он не поверил…       — Тогда почему ты не связан и не попытался её развязать, когда бандит вышел? — действительно, никаких следов насилия на незнакомце не было, даже запястья были совершенно белыми, да и выглядел он вполне опрятно для пленника.       — Просто мой отец — очень богатый человек! Если с меня хоть волосок бы упал — он бы мигом все здесь разметал, — очередной прокол с стороны незнакомца. Громкое и протяжное мычание девушки, заставившее лицо парня дернуться, выдало его с полнотой. Чтоб ещё раз убедиться, Тацуми сделав вид, что поверил, отвернулся и начал склоняться к девушки. Её испуганные глаза стали сигналом, он повернулся и выбил нож из рук незнакомца. Нож со звоном отлетел в сторону, незнакомец со страхом начал пятиться назад, но так и остался. Юноша со всей силы вогнал меч в грудь и пригвоздил того к стене. Под харканья незнакомца, он наконец вынул кляп изо рта красноволосой девицы, разрезал верёвки на руках.       — Тацуми, я так испугалась! Спасибо, что спас меня, спасибо! — девчушка обняла друга, крепко прижавшись к нему. Она не выдержала наплыва эмоций и вскоре одежда Тацуми начала мокнуть от солёных слез Филлираны.       — Филли, все хорошо, я здесь… Больше никто тебя не обидит, — шептал парень. Он был рад видеть её, вспоминая моменты, когда периодически они играли все вчетвером. Она была немного младше его с Саё и Иэясу, но её их компания привлекала больше, чем своих ровесников.       — Когда ты вернулся?       — Сегодня и приехал. Зеллю уже отвёли в деревню на лечение…       — Ты пришёл сюда не один?       — Нет, со мной была моя подруга, — юноша помог ей встать.       — Саё и Иэясу тоже приехали?! — спохватилась девушка.       — Саё и Иэясу… Мертвы… — вздохнул Тацуми видя, как на её глазах промелькнули слезы, но быстро прошли.       — Тацуми… Ты один… всех убил? — она была поражена, когда выши из сарая.       — Ну да. После фронта убивать становится легче, — нехотя признался, юноша, перед уходом посмотрев на тела бандитов, стараясь запомнить, кто где лежит. Пока они возвращались в деревню, он кратко рассказал ей свою историю.       Матушка Филли встретила их сразу же после выхода из леса. Они крепко обнялись, женщина стала расцеловывать пропавшую дочурку, а та в смущении пыталась отстраниться. Сам герой деревни подошёл к Эсдес, быстро приобняв ту за талию, слился с ней в коротком поцелуе. Ему нужно было успокоиться, а поцелуй будет кстати. К тому же, Эсдес наверняка начала скучать, а это не слабо подняло Генералу настроение. Тацуми был готов поспорить, что девушка так все время и простояла, ни с кем и не заговорив. Даже с дети с небольшой опаской, но все же заинтересованностью стояли в стороне, боясь подходить к строгой на вид «тёте».       — Я знала, что ты справишься, — бросила Эсдес, отвернувшись. Сколько бы она не старалась, но он по-прежнему пробуждает в ней её «слабую» сторону. Она не может быть с ним такой же, как и с остальными. Тацуми — единственный, кто может её засмущать, пошатнуть её спокойствие и хладнокровие. Ещё этот старик, что посмеивался глядя на них. Это раздражало. Чтобы над ней смеялся какой-то старикашка?! Но она должна держать себя в руках, пытаться казаться не враждебной, нейтральной по отношению к ним, ради её любимого. Ещё эти дети, буквально испепеляющую её своими наивными глазами. Но тут нормально. Хорошо, что не подходят. Эсдес шатнула головой, только представив, что у них с Тацуми может появиться ребёнок. Она знала, что когда люди женятся — у них обязательно появляется маленький отпрыск, но почему-то не могла представить себя, нянчиющейся с детьми. Она рождена для битв, сражений не на жизнь, а насмерть, а не для пелёнок и младенцев. «Нужно будет поговорить об этом с Тацуми, когда придёт время»       Вечер выдался более приятный. Староста по поводу возвращения Тацуми закатил чуть ли не пир. Почти все жители посёлка находились сейчас за большим и длинным столом, уничтожая свои многогодичные запасы вина и прочего пойла, поедая зимние запасы. Благодаря деньгам, что принёс Тацуми, о голоде можно теперь не беспокоиться. Центром внимания само собой был Тацуми и его новая спутница. Разговаривали в основном про то, какой парень молодец и герой, обещали всегда помнить. И юноша был очень рад тому, что тот приятный вечер никто не оборвал и не испортил, как это повелось уже с ним. Застолье закончилось так, как и должно было. Для них с Эсдес, по её же просьбе, выделили одну комнату с двуспальной кроватью, на которой они и разместились, лёжа в обнимку, чувствуя дыхание друг друга. С её лица не сходила улыбка, совсем не как у стола, который судя по всему — для неё выдался скучновато.       — Слушай, милый. Давай завтрашний день проведём только вдвоём? Ты и я, и больше никого, — шепнула та ему на ухо.       — С удовольствием. Правда я хотел найти того Опасного Зверя, про которого рассказывал глава, — Тацуми ожидал возмущения, но девушка внезапно взбодрилась.       — Это же отлично! Давно ещё хотела поохотиться вместе! — хоть Эсдес и успела показать свою силу на фронте, девушка все равно не хотела упустить ни единой возможности впечатлить парня.

На следующее утро…

      На удивление, утро тоже произошло довольно спокойно. За исключением того, что ночью шёл дождь, но в некотором роде это даже играло Тацуми на руку. Закончив утренние дела, пара тотчас решила отправиться на Зверя. Не обращая внимания на предложенный Эсдес вариант, юноша первым делом потащил на место убийства тех бандитов. Он также, как и Эсдес, имел желание впечатлить девушку своими навыками в поисках, хотя что-то подсказывало ему, что кого-кого, а Генерала впечатлить чем-либо вряд ли получится.       Его надежды оправдались. Трупы, которые он оставил, действительно сыграли свою роль. Их запах привлёк чудище и тот их уже успел объесть. Жаль, что скорее всего этот перекус наверняка станет его последним.       Благодаря дождю, на земле теперь оставались отпечатки лап чудища, которые шли дальше в сторону туннелей шахт.       — Обычная ящерица, — с досадой определила Эсдес, смотря в сторону, куда уходят следы, — Эти трупы тех людей?       — Да. Решил оставить их, запомнить их местоположение, чтобы потом выманить монстра, — признался юноша. Возможно нарочно оставлять тела людей на сьедение чудищам, когда мог их похоронить — не очень гуманно, но хоронить этих тварей, которые чуть не убили двух девочек из его деревни — он не горел желанием.       — Нормально, — лишь это ответила генерал, так что Тацуми не понял, похвала это или простое, мимоходное слово. Впрочем, додумать он не смог. Дальше повела Эсдес, даже практически не глядя на следы, она шла так, будто бы уже знает, где находится логово Опасного Зверя. Тацуми был расстроен, что весь его план пошёл коту под хвост и вместо того, чтобы попытаться впечатлить Эсдес, челюсть упала у него самого. Логово не оказалось пустым, там были две молодые особи, самец и самка, видимо готовясь к производству потомства. Они даже рыкнуть не успели, как были убиты с помощью льда. Сразу двое, а ведь Тацуми когда-то пришлось тратить на такого куда больше усилий при том, что он был с ещё двумя людьми. «Интересно, у неё вообще есть границы её силы?»

Ближе к вечеру…

      Староста пришёл почти перед самой ночью, заставив удивиться парня и девушку, уже готовившихся спать. В руке он держал толстую книгу, названия которой уже стерлось под своей старостью.       — Я крайне неловко себя чувствую, что обманывал тебя все время, — парень приготовился увидеть нечто худшее. Кто знает, может болезнь Столицы расползлась по всей стране и в любом месте есть свои скверные секреты.       — Ты же не помнишь своих родителей, верно? — вопрос был риторическим, на него не нужно было отвечать, ведь старик и без того знал ответ, — Твои родители появились из ниоткуда, просто пришли одним днем, потрепанные, грязные и вымотанные, твой отец был ранен. С собой они привели тебя. Маленького, больного и вымотанного. Уже тогда ты не помнил то, что с тобой было раньше. Так вы и поселились в деревне. Кем были твои родители — никто не спрашивал, эти двое хранили секреты, что все попросту боялись связываться с ними. Твой отец последние свои дни в деревне ходил мрачный, пока он с женой и вовсе не покинул деревню, перед этим попросил меня отдать вот это, — старейшина развернул книгу, нашёл нужную страницу и вынул оттуда запечатанный конверт.       — Я должен был отдать тебе его, когда ты подрастешь и обретёшь свою цель в жизни, найдёшь свой путь. Я вижу, что ты уже определился в жизни, даже нашёл близкого себе человека. Вообщем вот. Может прочитаешь? — Тацуми в ответ замялся. Не каждый день узнаешь, что родители, которых ты даже не помнишь — оставили тебе записку и ушли. Почему они не взяли его с собой?       — Дядя Войст, вы меня простите, но позвольте прочитать это самому, — старик поспешно извиняясь, мигом поспешил выйти из дома. Юноша меньживался, пока его не прервала Эсдес слегка охрипшим голосом. Почему-то она взбудоражилась не меньше его самого.       — Тацуми, что это?       — Письмо от отца…       — Это я понимаю… Почему оно запечатано печатью с гербом моего клана Партас? — девушка сглотнула. Она никак не ожидала увидеть это спустя столько лет, да ещё на сообщении, адресованному её любимому.       Парень ничего не ответив, дрожащими пальцами раскрыл конверт, где на пожелтевшей бумаге красивым почерком был написан следующий текст:

Тацуми, если ты это читаешь, то это значит, что нам все же пришлось разделиться. Мне очень жаль… Я не знаю, буду ли жив в то время, когда ты откроешь данное письмо. Но если буду, то мы обязательно встретимся. Я знаю, ты не слабо удивишься, увидев незнакомый для себя знак на печати, твоя девушка из этого клана наверняка заметит это. Не задавайся вопросом про то, как я это узнал. Скажу только, что такова сила моего Тейгу. К сожалению, я не буду знать, что будет с тобой после того, как ты прочтёшь это письмо, но знай, что я всегда, как бы это сказать, будто наблюдал за тобой, но сейчас не об этом. Быть может ты не помнишь своей прошлой жизни и тогда тебе наверняка интересно, откуда мы пришли, и кто мы. К сожалению, всего сказать не могу, не хватит и бумаги, и времени, потому скажу самое главное. И я, и твоя мама, да и ты — все мы принадлежим к уже исчезнувшему северному клану — Партас. Не знаю, как ты воспримешь это, но такова правда. В наших жилах течёт весьма странная кровь. Быть может, когда-нибудь ты поймёшь это. Послушай, Тацуми… Ты должен вернуться на историческую родину клана, пробраться к западной стороне Священной Горы и найти пещеру. Там я тоже оставлю для тебя кое-что важное. Я бы с удовольствием написал бы тебе ещё много чего, но время не ждёт. Искренне желаю удачи на вашем с Эсдес пути.

С любовью, твой отец.

      Он читал это вслух, пытаясь унять дрожь в теле. Открывая конверт с письмом, он надеялся получить ответы, но вопросов только прибавилось. Он оказывается с того же клана, что и Эсдес, отец каким-то образом знал, что будет с ним в дальнейшем. Если знал, то почему ни разу не попытался даже дать весточку о себе или о том, что его ждёт. Может он умер почти вскоре после этого письма? Вполне возможно. Это бы многое объяснило. Особенно то, что его отец даже не попытался найти его.       Эсдес тоже сидела молча, пытаясь переварить всю полученную информацию. Письмо подлинное, в этом она убедилась по деталям, но разве существует Тейгу, способное узнать будущее? Что он будет именно с ней? Но что ещё больше возбудило сознание Генерала — это то, что Тацуми, её милый Тацуми с того же клана, что и она. Это не печалило, а даже бодрило девушку. Она не единственная из этого клана. Парень решил посвятить её в столь важное для себя письмо. Это означало то, что она для него тоже очень важна, как и он для неё. В такие моменты начинаешь верить в судьбу.       — Эсдес, мы можем завтра отправиться туда? — тихо спросил юноша. Генерал лишь обняла его, сильно прижимаясь к нему. Мог бы и не спрашивать…