помощь

— Хочу подышать. С этими словами Лика вышла на балкон, судорожно вдыхая холодный октябрьский воздух у открытого окна. Внизу шипели остатки листвы, вечер был ветреным и хмурым. На стеклах очков белели, раздражая, высохшие разводы от дождя. — Что-то нужно? — ласково и тихо позвала Нина, осторожно проскальзывая у Лики за плечом. Ее присутствие, как и всегда, оказывало на мысли какое-то бактерицидное действие. Будто напряженную Лику завернули во что-то мягкое, давали свободу чувствовать. Она неопределенно дернула плечами. Жизни просто стало слишком много, и ей нужен был перерыв. Тишина, молчание, размеренное дыхание. Прохлада. Прикосновения к любым поверхностям жгли. Жгла вязаная кофта, жгла хлопковая футболка, жгли кончики осветленных волос, касавшиеся плеч. Жег подоконник, на который она опиралась ладонями. Лика застыла в неосознаваемой надежде, что отсутствие движений даст ей больше сил. Нина невесомо, кончиками пальцев провела по ее плечу: — Можешь сесть в кресло, я принесу плед. Лика кивнула, растерянно оглянулась на небольшое пыльное кресло в углу. В два нетвердых шага она оказалась рядом с ним, забралась с ногами и, уставившись в угол, где стена переходила в балконное окно, поняла, что не хочет шевелить глазами. На задворках сознания мелькнула идея свернуться в кресле калачиком, но для этого нужно было двинуться. Не доставало воли. Она отрешённо дышала раненым зверем, чувствуя, как холод покрывает ладони и голые щиколотки успокаивающей пленкой. На периферии проступили руки Нины, укладывающие плед, избито красно-клетчатый, Лике на колени. Руки сами зарылись в складки скатанного флиса. Нина ничего не говорила, но оставалась на месте, оперевшись на подоконник. Лика — дышала, прикрыв глаза.