Она то тянется далеко...

      - Леви! Вставай, мерзкий старикан! Ты пропустил завтрак! – дверь готова сорваться с петель от того, как сильно хочет ворваться в его комнату Ханджи.       - У меня выходной! Иди нахуй! – хриплый от сна голос мужчины раздается из-под одеяла. Он крепко обнимает тело девушки, лежащей рядом, прижимает его к себе и утыкается лицом в растрепанные волосы.       «Чучело, поспать не дает».       «Ну она же не знает, что ты не спал половину ночи. Но да, бесит».       Глаза обоих резко открываются, можно уловить движение воздуха от взмаха ресниц. Взгляды встречаются в тишине комнаты. Свет весеннего солнца предпринимает попытки пробраться сквозь плотные занавески, но это совершенно не отвлекает шокированную пару.       «Ты это слышишь?»       «Охуеть!»       - Охуеть! – тихо произносит голосом Микаса, прикрыв рот ладонью, - Я же еще вчера ничего не слышала, когда мы засыпали.       - Связь крепчает, видимо. Покажи метку.       Девушка откидывает одеяло, предоставляя доступ к своему телу. Леви проходится пальцами по широкой алой ленте под грудью. Кадык двигается, когда он сглатывает густую слюну то ли он нервов, то ли от утреннего возбуждения. Он наклоняется, оставляя на метке влажный поцелуй, и рассматривает ее ближе.       - Чувствуешь что-нибудь?       - Нет, все как раньше.       «Удивительные сюрпризы, конечно».       - Леви!       - Что?       - Вылезай из моей головы!       - Ты удивишься, но ты тоже сидишь в моей. Подумай о чем-нибудь.       «Старый коротышка».       - Не такой уж и старый.       - Блять! Просто блять!       - Нужно проверить на расстоянии. И попробовать блокировать. Но не сейчас, - его губы не отрываются от бархатистой фарфоровой кожи девушки, покрывая ее невесомыми поцелуями.       - Может, обратимся к Ханджи?       - Издеваешься? Хочешь стать жертвой ее экспериментов? Мало ей Эрена с его титанической сущностью, так пусть она еще и нас с тобой в свои ценные экземпляры запишет.       - Странно, что в штабе только мы с тобой с такими метками и способностями, не находишь?       - А вот об этом можно и расспросить ее. Займусь этим потом.       «А сейчас нам нужно кое-что проверить».       Мужчина перемещает ладони на запястья Микасы и, смыкая на них пальцы, просит подчиниться. Девушка слегка сощуривает разрез глаз, но расслабляется и дает ему сделать то, что он хочет. Под напором Леви закидывает руки за голову, предоставляя ему еще лучший обзор на свое тело. Голодный взгляд, полный искр вожделения, скользит от шеи к животу, а губы требовательно накрывают рот.       - Леви! Прекращай! – наигранно протестует Микаса, - Что ты собрался проверять?       - Нашу сексуальную связь. Если ты не против, конечно.       Его горячий язык исследует длинную тонкую шею, оставляя на ней влажные следы, что сбивает ритм дыхания девушки. Микаса наклоняет голову в бок, чтобы ему было удобнее доставать до эрогенных зон, понятия о которых были размытыми до этого момента. Вибрация удовольствия проходится по телу, когда грудь девушки прикасается к прохладной коже торса мужчины. Леви в свою очередь, почувствовав острые соски, впившиеся в его чувствительную грудь, начинает плавно двигаться вверх-вниз, задевая бусины нервных окончаний.       - Ммм… Леви…       - Мне остановиться? – зубы оставляют след на ключице, от чего девушка вздрагивает, а он чувствует прилив влаги в промежность, об которую трется вставшим членом.       - Н… Да. Остановись сейчас же.       - Прямо сейчас? – одна ладонь обхватывает грудь, вторая скользит по талии, останавливаясь на ягодице.       Микаса стонет в понимании того, что не сможет ему отказать. Они провели вместе всего одну ночь, но он уже знает о ней гораздо больше остальных, вместе взятых. Сейчас, исследуя ее тело не всегда аккуратными, но невероятно приятными ласками, Леви подчиняет себе еще и ее физическое существо, а разум уже давно в его власти.       Укусы становятся более сильными, но не приносят дискомфорта. На коже остаются следы от зубов, которые нужно будет скрывать под одеждой. Язык добирается до чувствительной груди, проходясь по ней широким мазком. Микаса выгибается всем телом, но не опускает руки, держит их так, как положил Леви. Это приятно до невозможности. Его резцы смыкаются на соске и оттягивают его. Из горла девушки вырывается сдавленный крик.       - Так мне остановиться? – низкий возбужденный голос еще больше заводит.       - Н… Да, - глаза Микасы закрыты, ноги согнуты в коленях, спина изогнута в возбуждении, - Да, Леви.       Ее ступни напрягаются, когда сосок второй груди оказывается заключен между длинных изящных пальцев. Горячее дыхание на шее запускает химическую реакцию, заставляющую кровь бурлить. Стоны становятся громче и все чаще срываются с губ, а бедра приподнимаются в желании быть ближе к возбужденному члену, который простым трением приносит море удовольствия. Резкий толчок бедрами ощущается проникновением во влагалище, и Микаса громко выдыхает.       - Все еще хочешь, чтобы я остановился?       - Ах, Леви…       Его движение плавные и медленные, что вызывает вздох недовольства у девушки, которая распалилась уже достаточно для того, чтобы испытать сильный оргазм, нужно только немного ускориться. Но процессом сейчас руководит Леви, которому доставляет неимоверное удовольствие растягивать его до помутнения рассудка девушки. Ему хочется слышать ее просьбы. Язык скользит от шеи к груди, зубы снова смыкаются на чувствительной бусине соска, и он слышит тонкий стон. На спине остаются следы в виде царапин от ее коротких ногтей, но это не приносит боли и дискомфорта. Знать о том, что ей так хорошо с ним и под ним – истинное чистое счастье.       - Леви, пожалуйста…       - Ты что-то сказала? – его член выходит на половину, бедра замирают.       - Леви, быстрее, пожалуйста… Не могу больше…       - Ты хотела, чтобы я остановился.       - Я убью тебя, Аккерман, если ты не дашь мне кончить! Быстрее!       Ее злость подстегивает растянуть удовольствие еще больше. На бедро со звонким шлепком приземляется ладонь, оставляя горящий след.       - Ай-ай-ай, непослушная девочка. Мы так не договаривались, - резкое движение бедрами, член снова внутри, но поступательных движений нет.       - Ах, Леви, - тихий хнык и зажмуренные глаза, - Пожалуйста.       - Не слышу, - сдерживаться становиться все сложнее, пульсирующая боль на грани с удовольствием, которое усиливается, когда Микаса сжимает стенки влагалища. Дыхание становится частым и сбитым, а ритм сердца ускоряется с каждой секундой ожидания ее ответа.       - Не останавливайся, пожалуйста. Продолжай быстрее. Леви…       - Кто?       - Мой капитан… Быстрее… Капитан Леви, пожалуйста…       Его гортанный рык отскакивает от стен комнаты. На шее девушки остается яркий след от укуса, чувствительные рецепторы кожи настраиваются на волну удовольствия, которая начинает маячить на горизонте с ускорением движений бедер Леви.       - Вот так?       - Да! Да, мой капитан!       - Открой глаза, Микаса! Смотри на меня!       Ладонь одной руки поддерживает ее поясницу, прижимая впалый живот к торсу. Вторая ложится на грудь и с силой сжимает ее, заключив сосок в тиски между пальцами. Изогнутая спина девушки доставляет эстетический оргазм, и как бы сильно не хотелось кончить прямо сейчас, он сдерживается, чтобы доставить несравнимое удовольствие Микасе. Ее серые глаза затянуты пеленой вожделения, из приоткрытого рта вырываются звонкие стоны с каждым толчком. Оргазм окутывает плотным коконом тело брюнетки. Леви продолжает резко двигаться, впитывая картину, представшую перед ним: она великолепна, ни одного изъяна. И благодарит небеса и судьбу за то, что рядом с ним именно Микаса, в момент пика своего наслаждения.       - Снова нужно менять постельное. Не завидую я работникам прачечной.       - Это всего лишь на пару постельного больше, чем обычно.       - Я забыла, что ты чистоплюй.       - Пойдем в душ. А потом заглянем к Ханджи.       - А тренировки?       - У нас сегодня выходной. Но если ты хочешь тренировку, могу устроить тебе индивидуальную, - его рука скользит по влажной коже живота вниз, останавливаясь на лобке. Пальцы нежно поглаживают распухший после оргазма клитор, а плечи ощущают давление.       Выбраться из постели оказалось труднее, чем представлялось. И если бы не голодный желудок, пара соуломейтов и не подумала бы показываться на людях. Крепкий поцелуй у казарм на глазах солдат – и Леви отпускает девушку переодеться, следуя в кабинет майора Зое.       - Эй! Микаса! Ты где была? – Саша залетает в комнату следом за брюнеткой, разглядывая ее, как невиданное доселе блюдо, - Я волновалась.       - Не делай вид, будто не слышала слухов по отрядам во время завтрака и утренней тренировки.       - Так это правда?       - Ты же знаешь, что да. После моего признания нетрудно догадаться, где я могу находиться.       - И что вы делали?       - Глупый вопрос, Саша. Только не вздумай растрепать всем. Хотя все и так знают.       - И как он?       - У тебя нездоровый интерес к моей личной жизни. Ты Эрена не видела?       - За завтраком видела. Хмурый и задумчивый, как обычно. С ним даже Армин не решился заговорить. А после того, что наговорил Флок…       - Что сказал Флок? – серые глаза стреляют разрывными снарядами в подругу в желании узнать, что произошло, пока ее не было, - Саша, что сказал Флок?       - Ну… - шатенка, смущаясь, прикрывает ладонью лицо, будто ей в глаза светит яркое солнце, - Он сказал, что капитан выбрал себе самую смазливую девчонку в подстилки, и никакой связи между вами нет, это только прикрытие.       - Вот сука, - девушка вылетает из комнаты, прихватив с собой шарф для того, чтобы прикрыть следы на шее, - Конченая мразь.       Ее никто не останавливает по пути к кабинету Ханджи. Стоит только обратить внимание на ее выражение лица, как становится понятно, что девчонку лучше не трогать. Кулаки упорно работают, сжимаясь и разжимаясь. Микаса уверена, что ее чувство злости передается и Леви.       «Леви! Слышишь меня?»       «Ты скоро? Я не могу здесь один находиться. Стоп, ты злишься. Что случилось?»       «Флок. Он…»       «Давай поговорим после того, как расспросим Ханджи. Мне неудобно разговаривать с тобой в голове и с ней в кабинете».       «Хорошо, я уже рядом».       В кабинете майора душно и пахнет чем-то, напоминающим плесень, и Микасе от Леви передается ощущение брезгливости. Она хочет улыбнуться, но сжимает губы в тонкую полоску, подходя ближе к креслу, в котором развалился мужчина. Садится на подлокотник и ощущает прикосновение ладони к бедру. Рука Леви притягивает ее к себе ближе, но садиться к нему на колени кажется не совсем уместным в данной ситуации. Микаса просто кладет кисть на его плечо.       «Если тебе неприятно здесь находиться, то какого хера ты развалился, как у себя в кабинете?»       «Не смешно».       - Так-с, - говорит Ханджи, оторвавшись от заполнения очередного документа, - Все, я вся ваша. Что вы хотели узнать?       - В корпусе есть еще помеченные?       - Конечно. Сейчас их становится больше из-за возраста, сам знаешь.       - Нет, Ханджи, - перебивает Микаса, - Есть ли такие, связь которых отражается не только в одинаковой метке?       - Я должна что-то знать о вас?       - Думаю, да. Покажем ей?       Леви кивает, прикрыв глаза, и расстегивает рубашку, оголяя мускулистый торс, рассеченный алой лентой. Микаса зеркалит его действия, и так же скидывает рубашку.       - Охренеть! И давно? Можно потрогать? Это уже не нить!       - Мы в курсе, очкастая. Сегодня утром заметили.       - Ты поэтому не явился на завтрак и на тренировку? Разглядывал метки?       - Тц, заткнись и отвечай на вопрос. Есть что-то подобное?       - Тут помимо меток есть вещи поинтереснее. Ты зачем так сильно кусал девочку?       - Ханджи! – щеки Микасы наливаются ярким румянцем, и она прячет их в шарф, пока застегивает пуговицы рубашки.       - Не твое дело. Так что?       - После лазарета мало кто приходит для того, чтобы выяснить, что с ними происходит. Поэтому пока что я не могу однозначно ответить на твой вопрос. Лично я не видела такого.       - Сможешь узнать?       - Да, я постараюсь. Есть еще какие-то признаки связи?       Пара переглядывается. Даже читать мысли не нужно для того, чтобы узнать, о чем думает каждый из них. Микаса опускает голову и тихо начинает говорить.       - Когда… мы… ну… когда Леви… вошел… и начал двигаться… у нас… мы… души будто вылетели из тел. Вот.       - Все интересней и интересней. А можно подробнее?       - Твое любопытство загонит тебя в могилу, чучело. Микаса все рассказала.       - Повторялось еще?       - Нет, только в первый раз.       - Сие чем-то сопровождалось? Может, вы думали о чем-то в этот момент? Или делали что-то особенное?       - Леви, - брюнетка кладет голову на плечо мужчины, пряча вспыхнувшее лицо, - Не заставляй меня повторять это.       - Хорошо, я сам, - пальцы зарываются в мягкие черные волосы, и он снова поворачивается к ученой, глаза которой горят нездоровым блеском, - Все было стандартно, ничего особенного. Я подождал, пока она привыкнет, потом начал двигаться. Резко стало больно, Микаса закатила глаза и выгнулась в спине, и следом я вырубился. Ничего не помню, очнулся резко.       - О чем думали в этот момент?       - Ну, я подумал о том, что… Только не вздумай ржать и кому-то рассказывать! - Ханджи проводит по губам двумя пальцами и изображает замыкание маленького замочка, - Я подумал о том, что она моя, а я принадлежу ей.       - Я подумала о том же, - тихий голос Микасы звучит приглушенно, но этого достаточно для того, чтобы перепонки взорвались от услышанного. Леви впивается в нее сталью своих зрачков и сжимает в руке ее ладонь.       - Удивительно! Просто превосходно!       - Что? Ханджи!       - Я никогда не видела подобного, но слышала о связи истинных соулов, которая появляется в тот момент, когда оба безвозвратно принимают свою связь. Видимо, вы смирились со своей участью именно во время секса. Мне нужно больше подробностей! Я хочу вас обследовать!       - Пошла нахер, сумасшедшая. Никогда в жизни. Хватит и того, что ты знаешь об этом.       - Ну Леви! Пожалуйста!       - Нет.       - Микаса, скажи ему!       - Извини, Ханджи, но нет.       - Сраные Аккерманы! Вы не даете мне развиваться в науке!       В столовой тихо и безлюдно. Солдаты уже пообедали и сейчас занимаются уборкой в штабе. Уйти из кабинета майора-ученой без проклятий в свой адрес не вышло, и сейчас, сидя напротив друг друга и поглощая оставленную еду, пара переглядывается и изредка улыбается.       - Получается, мы с тобой истинные соулмейты. Подумать только, я и капитан Леви.       - Тебя что-то не устраивает?       - Я бы ответила положительно, если бы не проводила рядом с тобой столько времени в последние три месяца. Не такой уж ты злой и бескомпромиссный. Хотя, скорее всего, дело нашей связи. В любом случае, я рада, что все сложилось именно так, - девушка убирает грязную посуду, обходит стол, садится рядом и оставляет нежный поцелуй на гладко выбритой щеке мужчины.       - Так что там Флок?       - Совсем забыла. Эта тварь говорит о том, что ты выбрал в подстилки самую смазливую девчонку, и никакой связи между нами нет.       Тонкая бровь Леви слегка приподнимается, но лицо не выражает никаких эмоций, что немного беспокоит Микасу.       - И?       - Что значит твое «и», Леви? Тебя все устраивает?       - Про меня ходило и ходит много слухов, и этот не особо выдающийся.       - А про меня первый раз говорят, да еще и такой бред. Мне не нравится.       На уровне ребер девушки начинают колоть маленькие иголочки, когда ее брови сходятся к переносице в недоумении: неужели он не защитит ее? Дискомфорт на алой линии касается и мужчину, и он незаметно потирает ее, чтобы унять зудящую боль под грудью.       - Если мы будем реагировать на каждую сплетню, нас надолго не хватит, Микаса.       - Мне посрать на то, что ты думаешь о том, что говорят о тебе. Слушать такой бред о себе я не намерена!       - Ты злишься?       - Это очевидно! Он сказал это Эрену, и…       - Ах, вот в чем дело. Снова Йегер. Я думал, ты переступила эту ступень.       - О какой лестнице ты сейчас вообще говоришь? Эрен и без того ходит, как в воду опущенный, а теперь еще и это.       - Я не могу залезть ему в голову и положить туда смирение, Микаса. Он взрослый человек, и должен нести ответственность за свои действия и эмоции. Хватит уже опекать его!       - Ты ведешь себя, как узколобый баран! Дело не в опеке! А в том, что…       - В том, что он узнал о том, что мы занимаемся не только заполнением бумаг, блять! Хватит уже! Что ты хочешь, чтобы я сделал? Убил Форстера?       - Уже ничего. Спасибо за внимание!       Девушка вскакивает с места и направляется к выходу из столовой. Под грудью нестерпимо жжет, в глазах режет от потока слез.       - Микаса! Стой! Микаса! – Леви быстро преодолевает образовавшуюся дистанцию и хватает девушку за локоть, - Прекращай истерику, психованная!       - Да пошел ты!       Микаса выдергивает руку из хватки капитана и удаляется из столовой. По щекам текут слезы беспомощности, впитываясь в бордовый шарф, и ей кажется, что он пульсирует болью так же, как и алая лента метки под грудью.