3 глава. Судьба под луной

      Отъезд Августа озадачил всех в храме. Он просто вышел через двери, ведущие во двор, обошёл каменное строение и сел в машину одного из зевак-таксистов и исчез в неизвестном направлении. Однако Константин, взявший в этот день обязанности святого отца на свои плечи, сказал всем возвращаться к своим делам, полностью доверившись преподобному.       Машина остановилась на окраине города. В самом отдалённом районе, где и церквей никогда не возводили. Сунув пару скомканных бумажек в руку шофёра, отец Вигго быстро вышел и закрыл дверь. Пыльная дорога вела вниз, к реке, бегущей здесь уже тысячи лет. Нет ничего более неизменного, чем эта полоса воды, разделяющая их город.       Каблуки туфель отбивали мерный такт об дорожное покрытие. Ветер мягко гладил кроны деревьев, изредка позволяя себе выдернуть один-два листика и унести с собой, как сувенир. Улица, где прошло не только детство, но и часть осознанной юности Августа, была старой, как потрескавшаяся снаружи ваза. Потрескавшаяся, но всё ещё выполняющая свои функции. Редкие машины богатых соседей стояли у гаражей, как некогда стояли благородные скакуны, готовые в любой момент броситься в путь. У дома Шелксбортов играли их собственные дети и их друзья, дети семьи Хоффинг. Такие себе детишки: отец Вигго помнил, как они выдумали дурацкую игру во время богослужения и опрокинули два подсвечника у изображения святых. Ничего страшного не случилось, огонь почти мгновенно потух, но шум и лязг металла помешал службе и Августу пришлось пару дней ходить с дёргающимся веком.       А вот и его цель — старый, но опрятный двухэтажный дом у старого берега. Старым берегом называют здесь линию земли, до которой поднималась вода в лучшие годы этой реки. Отец рассказывал, что его прадед купил водяную мельницу и прямо на ней и поселился. Потом этот дом переходил из поколения в поколение до настоящего времени. К моменту получения дома отцом Августа река уже значительно подсохла и была не способна продолжать свою работу по вращению колеса мельницы. Отец демонтировал его и за два года пристроил второй этаж, превращая маленькую хозяйственную постройку в настоящее тёплое гнездо семейства Вигго.       Три удара по двери. Тишина. Священник открыл дверь и вошёл внутрь. Пусто. Наверное, его мать ушла в город за овощами к ужину, а там встретила своих неугомонных подруг и решила пропустить час-другой за судачеством о жизни жителей города. Отца не было смысла ждать раньше позднего вечера — много работы. Август снял обувь и прошёл внутрь. Его длинная сутана тянулась, словно мантия призрака, пробирающегося сквозь забытые временем артефакты прошлого. Он провёл пальцем по подлокотнику отцовского кресла и аккуратно сел в него. На миг показалось, что отцовские руки сняли с его плеч все проблемы, навалившиеся с тех пор, как он стал настоятелем храма.       “Я сделал страшную ошибку, пап…” — Он согнул руки в локтях и уткнулся в них лицом.       “Знаю, Август. Но ошибается любой человек. Мы бы не были великими мастерами в своих сферах, если бы не совершали ошибок. Я бы не стал знаменитым часовщиком в городе, если бы не ошибался.” — Разум священника идеально точно воспроизводил голос родителя.       “Но одно дело сломать чьи-то часы: всегда можно будет купить новые. Я же общался с Дьяволом. Я предоставил ему свою душу. Возможно, не полностью, но дверь открыта, а значит и замок уже вскрыт.” — Священник посмотрел на занавески окна, сшитые матерью.       “Ты знаешь о моём отношении к вере, сынок… Ей больше твоя мама интересуется. Я же придерживаюсь мнения, что Он может нам только изредка помогать, да и то не особо заметно. Свою жизнь мы строим сами.”       “Да, пап, я помню твои слова.” — Август встал с кресла и обошёл его. Пройдя через небольшую арку-проём, он вошёл в кухню.       Здесь всё было так по-домашнему. Мама всегда хранила идеальную чистоту. Все конфорки газовой плиты были начищены, на столешнице не было ни пятнышка, а по небольшой лужице воды у вазы было ясно, что цветы вновь получили ежедневную порцию свежей влаги.       На улице скрипнула садовая калитка. Обернувшись, священник быстрыми шагами пересёк гостиную, затем вышел из дома и, обогнув его, остановился перед этой калиткой. На коленях перед клумбами возилась женщина в грязно-зелёном фартуке и полола цветы (Август никогда не разбирался в цветах и считал это не особо нужным навыком). Он зажал пружину на деревянной раме в кулак и открыл дорогу в сад. Замолкнувшая калитка покорно закрылась, не издав писка.       — Тебе помочь, матушка? — Достаточно громко сказал он, когда расстояние между ними было чуть больше метра.       — О, Господи! — Женщина сложила руки на груди и развернулась. — Что же так пугаешь старую?!       — Думал, что неожиданный голос сына обрадует, а не напугает. — Август улыбнулся.       — Тебя вообще дома не увидишь — совсем потерялся в своём храме, как получил повышение. Бог видит своих самых лучших детишек. — Вскочив на ноги, женщина поцеловала первосвященника в щёку и, отряхнув фартук, быстро побежала к калитке. — Идём в дом, я тебя чаем угощу. Наверное, и не ешь вовсе там.       — Да мама, ты опять за своё? Нормально я питаюсь.       — Не ври, мы все знаем, что за высокую духовность вы платите скудным питанием. Нечего тут. Был у меня в школе одноклассник, Джек Хоуди…       — Я эту историю слышал уже раз сто, мам. — Август улыбнулся и зашёл в дом, вслед за женщиной.       — Послушаешь ещё раз. Не на исповеди же, не грязь выслушиваешь.       — И то верно.       Чай быстро был залит горячей водой. На кухне поднялся приятный аромат, который сразу же начал расползаться по другим комнатам. Сын рассказывал матери о своей жизни, делился последними новостями, которые слышал в храме. Многие оказались действительно свежими — женщина не слышала о них и, вероятно, долго ещё не услышала бы, так как жила далеко не в центре города.       — На самом деле я хотел поговорить с отцом. Как он вообще поживает?       — В целом, он очень даже хорош для своих лет. Сейчас так же работает, как и раньше. Пьер помогает ему, насколько хватает опыта. Он сказал, что делает очень серьёзный заказ и сегодня ночует в мастерской. Думаю, что тебе тогда лучше на следующей неделе приехать.       “За следующую неделю я сгнию от дыхания Дьявола.” — только и усмехнулся у себя в голове Август.       — Ладно, спасибо, мам. Передавай ему привет, и чтобы берёг здоровье — он уже не юнец, каким он себя считает. — Улыбнувшись, Вигго допил чай и покинул отчий дом, предварительно поцеловав мать.       К храму он добирался пешком. Солнце уже спряталось за горизонтом, отдавая свою смену молодому полумесяцу на небе. Подходя к воротам, мужчина увидел мальчика, сидящего на скамье ровно напротив ворот через дорогу. Кажется, что он кого-то ждал. Золотые волосы чуть длиннее, чем должны быть у мужчины, но и не настолько длинные, чтобы осуждать его за этот выбор. На нём была белая рубашка и шорты в зелёную клетку. Обычный, опрятный сын какого-нибудь банкира, ждущий отца после долгой рабочей смены. Август распахнул ворота и зашёл внутрь храма, закрыв их за собой.       Он не знал, что память его подводит и в ближайших пяти кварталах от храма нет никаких банков…