2

2. Испытание Карлос смеялся в кулак, смотря на нее. Радовался. Конечно, ему хорошо, родители провели с ним всего часовую беседу и отпустили, ей же напоминали о комендантском часе каждый день. На самом деле злило Клару не совсем это, а недоверие родителей к ней. Неужели они считали ее дурой? Клара даже задумалась, смотря на маму, листающую толстую тетрадь с рецептами. Если память не подводила, то она никогда не шалила, с сомнительными компаниями не общалась и вела себя всегда примерно. У нее даже друзей кроме Ют никогда не было, лишь знакомые, которым быстро это общение наскучивало. Поэтому Клара не совсем понимала их страха. Но все равно внимательно слушала причитания матери, которая из дома выходила лишь в магазин и разговаривала по пути с соседями. Обычно после таких встреч мама становилась очень тревожной и если ей не отвечали на звонки, то сразу обзванивала всех, чей был номер. Порой за такое поведение родителей ей становилось стыдно. Одноклассники над ней уже смеялись, а учителя перестали задавать вопросы лишь несколько месяцев назад. Масла в огонь подливала еще и Ют, которая всегда весело отвечала на мамины звонки, иногда в шутку сама отправляла сообщения, что все хорошо. Подруга относилась ко всему с юмором и это хорошо, но то, что потом она подшучивала еще и над самой Кларой расстраивало. Клара тряхнула головой и улыбнулась, когда мама поставила перед ней тарелку с омлетом. Отец пришел несколькими минутами позже и сел напротив Карлоса, включая радио. Новости он слушал всегда, хоть и знал, скорее всего намного больше, чем им говорили. − На юге Пятого города произошел обвал здания. Полицейские и спасатели разбирают завалы в поисках тел, ведь старое здание гипермаркета было местом встречи подростков. Также в магазинах поднялись цены на крупы и овощи. Женщина говорила много и быстро, порой Клара не поспевала за ее мыслями, а из-за помех большинство слов не понимала. Однако то, что вновь поднялись цены и разрушилось еще одно здание поняла. Цены сейчас поднимали на все, просто кто-то понемногу и часто, а кто-то более редко, но сразу на несколько долларов. Клара, как и ее сверстники не придавали этому значения, потому что считали обыденностью. Ее же родители всегда хмурились, смотрели друг на друга долго, а потом вздыхали тяжело. Карлос обычно непонимающе смотрел на эту пантомиму, а Клара не вмешивалась, если нужно – они сами скажут. Ее больше сейчас волновало то, что время поджимало. Она обычно выходила в половину, от дома до школы спокойным шагом около двадцати минут. При таком раскладе до урока всегда оставалось двадцать минут, потому что учителя приходили после второго звонка. Обычно Клара приходила самая первая и радовалась этому, ведь шанс на опоздание сводился к нулю, а вот Ют всегда прибегала в последний момент и порой сталкивалась с учителем в дверях. И за это стыдно было Кларе, а не остальным. Из размышлений ее вывел недовольный голос отца. − Разорить нас хотят. Нет бы наладили взаимоотношения со стеной или соседними странами. Совсем не думают о людях. − Не ворчи, как старый дед! Давно уже пора понять, что у нас больше нет президента, лишь номинально и то, он пытается заработать хоть какой-то авторитет у остальных. Нами управляют группировки и это, к сожалению, факт. Так что не трать нервы понапрасну, а лучше ешь. И вы ешьте быстрее, иначе опоздаете! – мама посмотрела на них сурово и быстро встала, убирая грязную посуду в раковину. Вняв ее словам, Клара в несколько глотков выпила чай и, убрав посуду в раковину, побежала в свою комнату. Старые половицы под ногами, как всегда, скрипнули, сумка, собранная еще с вечера, нашлась на спинке деревянного стула. Она встала перед вымытым зеркалом и педантично поправила школьную форму, пригладила пушащиеся, чистые волосы. К сожалению, тонкие, короткие волоски выбивались даже из тугой косы. Дорога от дома до школы заняла пятнадцать минут, но в класс она вошла не первой. И до первого звонка оставалось минут десять. Расслабилась. Клара вздохнула и выложила на парту учебники, поставив на соседний, свободный стул сумку. Обычно в классе за партами сидели по двое, но с ней никто не садился. Раньше была Ют, но и она быстро отсела, потому что предпочитала более разговорчивые компании. Клара не обижалась, ей наоборот удобнее. Но ощущение собственной неправильности зудело в затылке, вспыхивая иногда красным светом. Когда вошел учитель, голова Клары была пуста от посторонних мыслей, а тетрадь открыта на выполненном домашнем задании. *** Она была лучшего мнения об интеллектуальных способностях Ют. Мало того, что та в последнее время постоянно смотрела в телефон и чему-то глупо улыбалась, так еще и теперь предлагала невиданное. Авантюру. Кларе поначалу показалось, что у нее слуховые галлюцинации, но Ют смотрела пристально и выжидающе. − Ты сейчас так пошутила? – непонимающе переспросила Клара, замирая на месте. Она очень надеялась, что ей послышалось. Но широкая улыбка Ют, не выпускающей телефон из рук, оказалась красноречивее всех слов. − Ну чего ты волнуешься? Мы всего лишь немного погуляем в парке, ничего страшного не случится. Все же не послышалось. Клара закрыла глаза и с силой потерла переносицу. Она еще от прошлого похода в магазин втайне от родителей не отошла, всегда напрягалась, когда они находились рядом. Даже сейчас стыдилась им в глаза смотреть. Не так давно у нее даже истерика случилась на этой почве, потому что мысль о том, что родители больше не доверяли ей или вовсе разочаровались – ее убивала. Сейчас Ют предлагала нечто намного страшнее. Выдохнув медленно, она посмотрела на Ют. Конечно, Кларе хотелось бы прогуляться. Она была не против короткой прогулки в тихом парке, где кроме карликовых деревьев, переполненных окурками урн, скамеек и неработающего фонтана ничего не было. Но слова отца все еще слышались в ушах, как и предостережения матери. − Тот самый парк, в котором два года назад нашли избитого ребенка? Мне кажется, это не самая лучшая твоя идея, − покачала головой Клара и пошла дальше, но ей вновь преградила путь Ют. − Ну ничего страшного не произошло же. − Его избили и бросили в кустах умирать. У него теперь нет глаза и множество шрамов на теле. Это, по-твоему, ничего страшного? – скептически спросила Клара. Она помнила ситуацию с этим мальчиком, потому что случайно увидела его фотографии по телевизору. Потом ей несколько дней снились кошмары. Сейчас никто не знал, где этот мальчик, но его случай самый страшный. Страшнее смерти Лисы и того, что у нее на бедре отрезали часть кожи, обезобразили лицо до неузнаваемости. Ют скривилась, скорее всего тоже вспомнила, но не отступилась. Шла рядом с ней и улыбалась широко. Расписывала, как хорошо им будет в парке и что в это время года ничего опасного не происходило. Зная Клару, Ют невзначай упомянула новостные сводки, статьи в газетах и обмолвилась, что в них всегда говорилось о вечернем времени. Клара и сама понимала, что большинство плохого происходило после наступления сумерек, днем обычно улицы патрулировали полицейские. С ними даже Стая не воевала, может, справедливо опасалась, а может, им это просто не выгодно. Смотря на тонкие деревья с редкой листвой, Клара вспоминала картинки в старых книгах. Там деревья были пышнее и более яркими, эти же казались безвкусной копией. Она читала много книг, особенно старых, но до сих пор не понимала, почему в Пятом городе так плохо росли кустарники, и земля местами шла тонкими трещинами, казалась сухой и твердой на вид. На самом деле этот вопрос требовал более детального изучения, но она не так интересовалась природой, как Ют, а скорее подолгу рассматривала высокую стену. Ее воздвигли спустя несколько лет после первой революции, и никто точно не знал, что находилось по ту сторону. Кто-то говорил, что стена опоясывала страну, защищая от других государств, некоторые, что по ту сторону тоже жили люди и места их похожи на рай из книг. Однако есть те, кто утверждал, что видел там монстров, химер, за которыми следили ученые. Клара не верила ни первым, ни вторым, ни третьим, потому что не выдела логики. Во всех случаях возникало много вопросов и несостыковок. Но она знала, что когда-нибудь сама доберется до ответа и разгадает тайну стены, сделав их жизнь лучше. Когда-нибудь ее имя не будет сходить с первых полос газет, ее труды будут издавать книгами и почитать, как почитали работы Пифагора и других мыслителей. Ее пихнули в бок. Клара тряхнула головой и недовольно посмотрела на Ют, ощущая тупую боль под ребрами, куда угодил острый локоть. − Ну давай, мы быстренько, − уговаривала она и улыбалась, убирала за уши рыжие пряди. Вздохнув тяжело, Клара достала телефон, почувствовав короткую вибрацию. Мама написала, опять беспокоилась. Написав, что уже идет домой, Клара недовольно скривилась, когда Ют не остановилась, напирала и толкала ее в сторону парка. − Ты же знаешь, что мне нельзя, − недовольно отозвалась она и покачала головой для надежности. – Если отец узнает или я позже приду домой, то они поднимут панику. Будто ты не знаешь. Отец будет здесь и окажется не в восторге от того, что я нарушила пять его правил. − Уже пять? − Если быть точным, то шесть, − подсчитав, ответила Клара, поправляя лямку сумки на сгибе локтя. Ют вздохнула тяжело и посмотрела на нее расстроенно. Но тут ее глаза посветлели, она встрепенулась и улыбнулась уже лукаво. Это плохой знак. − Если ты не хочешь гулять, может, тогда просто пройдем через парк? Домой, − сразу же добавила Ют, заметив хмурый взгляд. Улыбнулась шире, сдерживая порыв радостно захлопать в ладоши, заметив сомнение. – Мы пойдем домой, просто немного другой дорогой. Ничего страшного не произойдет. Обещаю, мы дойдем быстро и не будем останавливаться у кустов и лавочек. Соглашайся. Посмотрев на время, Клара неуверенно помотала головой. Нет. Родители будут злы на нее за это, да и страх перед неизвестностью присутствовал. Она же одна. Обычно на улице рядом всегда шел отец, которого побаивались, к нему не подходили и к ней тоже. Без него Клара чувствовала себя не защищенной, ведь Ют всегда была такой непосредственной. К тому же этим поступком она наверняка нарушит множество правил, по которым жила много лет. Ей прошлого раза хватило. Поход в магазин был месяц назад и ей до сих пор стыдно вспоминать об этом. Разочаровывать родителей опять не хотелось. Однако страх тесно переплетался с желанием и любопытством. Короткий путь от школы до дома приелся и порой навевал скуку. Другие подростки так не ходили. Они гуляли, пили газировку у магазинов, ели чипсы и слушали громко музыку. Бегали к вышке, где подключались к интернету. Клара так не делала. Ют, хоть и казалась дурочкой, все понимала и моменты слабости чувствовала. Напирала, мягко увещевала, и Клара не заметила, как сама придумывала оправдания, успокаивала себя, смотря под ноги. И правда, ничего же страшного не случиться от короткой прогулки. Родители не узнают, что вместо оживленной улицы они пойдут по тихому парку. Ничего не случится. Все маргиналы выходили с приходом темноты, чтобы их не заметили, а сейчас день и очень светло. К тому же вокруг людей много, с ними точно ничего не случится. Родители не узнают. Вздохнув тяжело, она сдалась. − Хорошо, но мы быстро пойдем и, если будет хоть малейший признак опасности – возвращаемся. Я надеюсь на твое благоразумие, Ют. Мы всего лишь пойдем до дома другой дорогой, не прогуляемся неспешным шагом, а пойдем домой. Ют на все ее слова кивала или закатывала глаза, но ничего не говорила. Клара была даже рада этому, потому что словесного потока не выдержала бы. Она и так чувствовала себя виноватой. О, Клара чувствовала себя просто отвратительно, подсчитывая сколько правил уже нарушила и как сильно злился бы отец. В парке ей понравилось. Клара с интересом смотрела по сторонам, прятала лицо от редких прохожих, боясь быть узнанной, поддерживала разговор с Ют. На самом деле она не понимала смысла их разговора, но все равно невпопад отвечала, рассматривая жухлые деревья, которые выглядели такими то ли после долгой зимы, то ли из-за неправильных удобрений. Сейчас тепло, иногда дул прохладный ветер, но природа оживала и в куртках становилось жарко. Клара рассматривала кусты, пробегающих мимо бездомных собак и кошек. Слишком пугливых. Дворовые животные теперь редко подходили к людям, с рук еду не брали и скалились, когда к ним подходили, ели отходы и то, когда никого рядом не было. Странно, но так было всегда, сколько Клара себя помнила, хотя мама иногда рассказывала, как взяла кошку с улицы и приютила ее. Та кошка давно умерла, а больше никого они не брали. Наверное, все привыкли к той кошке и других просто не признавали. Клара держала руку на телефоне и с содроганием, напряжением в мышцах ждала звонка. Наверное, она ему была бы даже рада, чтобы эта эмоциональная пытка закончилась. Но мама лишь написала короткое сообщение и успокоилась, когда Клара ответила, что почти подходила. На самом деле она была не далека от истины, потому что они шли в нескольких метрах от дома, но все же липкий стыд остался на коже неприятным ощущением. С телефоном в руках шла не только она. − С кем ты постоянно переписываешься? Телефон из рук почти не выпускаешь. Вопрос простой и ни к чему не обязывающий, но Ют покраснела, сжала телефон в ладони сильнее и нервно рассмеялась. Убрала волосы за ухо, начиная крутить сережку-колечко. − Ничего такого, − отмахнулась она и все же убрала телефон в карман. – Просто общаюсь кое с кем, вот и все. Интересный собеседник, ничего более. Нервничая, Ют заговорила о природе и о переработке мусора, про которую у них в городе забыли. Раньше сортировали, сейчас же бросали все в свободные контейнеры. Клару это не волновала, а Ют часто возмущалась и высказывала свое недовольство всем нарушителям, которых видела. Если Ют говорила про экологию и мусор, то значит точно нервничала. Клара некоторое время смотрела на нее с подозрением, но потом отмахнулась и приняла правила игры. Каждая из них имела право на секреты. Дома, мама первым делом проверила у нее температуру, прощупала руки и, заглянув в глаза, спросила, все ли хорошо. Нервничая и от того почти выталкивая из себя слова, Клара улыбнулась натянуто, сказала, что все хорошо. На самом деле все и правда было хорошо, потому что мышцы приятно гудели после прогулки и в голове впервые пустота. Правда, все приятные ощущения перебивались страхом и нервозность, которую заметили и родители, но они поверили в то, что причиной такого состояния была приближающаяся контрольная. Хоть отец и смотрел на нее внимательно. *** Это была уже закономерность, которая Кларе не нравилась. Во время ужина отец посмотрел на нее с братом строго, как смотрел перед долгим разговором. Клара напряглась, хоть и старалась не показывать этого, чтобы не выдать. Брат же сидел спокойный, смотрел с интересом и даже шутил, хваля мамин яблочный пирог. Интересно, Карлос тоже никогда не нарушал правила или так хорошо скрывался? Смотря на него искоса, Клара нервно теребила под столом штаны на коленях, вытирала потные ладони. Вдох-выдох, вдох-выдох, спокойнее, увереннее, смотри на родителей пристально, но без нервов. Не показывай свой страх. − Стая проснулась. Клара нахмурилась, не понимая, к чему клонил отец. Стая на их улицу почти не приходила и давно уже не грабила, о себе знать не давала. Но сразу же вспомнилась смерть Лисы, все те слухи вокруг заброшенного кинотеатра. Напряглась. − И чего они хотят? – осторожно спросил Карлос, тряхнув головой. Он не выглядел напуганным или напряженным, просто заинтересованным. Смотрел на отца спокойно, крутил в руках пустую кружку, скорее всего думая о своем. Клара порой завидовала его хладнокровности и простоте, тому, что родители не так строго к нему относились, не так контролировали и не писали каждые полчаса. Вздохнув тяжело, Клара поправила волосы, забранные в низкий хвост. Тоже посмотрела на отца выжидающе, спокойно, по-прежнему украдкой вытирая влажные ладони о пижамные штаны. − Они часто ездят на стройку рядом со стеной. Мы не можем их поймать, нечего предъявить, − сказал отец и нахмурился, сжимая руку в кулак. – Но мы считаем, что они что-то задумали. Плохое для нас. Они готовятся и скорее всего это связано со смертью Лисы. Поэтому вы теперь будете жить по режиму. Комендантский час в пять, о каждом своем шаге вы должны отписываться. Если вы не отвечаете на звонки, я сразу еду за вами, и вы садитесь под домашний арест. Поняли? Карлос с Кларой кивнули, не видя смысла спорить. Отец всегда ставил их перед фактом, мама не возражала, а потом и вовсе поддерживала, сама контролировала. Клара склонила голову в бок, задумчиво стуча пальцами по колену. Ничего в ее жизни не изменится, разве что денег на сообщения уйдет больше. Она внимательно слушала отца, кивала, когда он смотрел на них выжидающе. Когда он решил, что все рассказал и получил от них заверения в соблюдении правил, улыбнулся, потирая бороду. Отец даже прикрепил на холодильник новый список правил, по которому прошелся несколько раз. Указал на самые важные из них и заставил детей повторить. Клара все их знала, цитировала спокойно и, когда вернулась в комнату, еще раз повторила. Если отец говорил, что на улице опасно и лучше не выходить, значит так и было. С Ют они больше ходить не будут. Только школа, дом и прогулки с родителями. Слухи в Пятом городе распространялись быстро. Поэтому Клара не удивилась, когда в столовой, сидя за столом с Ют, услышала разговоры. За их столом сидело всегда несколько человек, с которыми она общалась поверхностно. С ними разговаривала Ют, шутила и смеялась громко, даже когда держала в руках ложку с едой. Клара не сильно обращала на них внимание, читала конспекты, учебники и попутно обедала. Клара даже сегодня не обращала внимание на них, на смех и разговоры, но напряглась, зацепившись за «Стаю». Подняв голову, с интересом посмотрела на людей, которые с опаской посматривали по сторонам, голос понижали и говорили на несколько тонов ниже. − Поговаривают, что Стая скоро будет собираться. Будут искать новую девчонку или парня на место Лисы, − шептала девушка, смотря по сторонам. Она усмехнулась и наклонилась ниже. – Скорее всего информация будет передаваться от человека к человеку. Может, будут сообщения, но вряд ли, ведь они не хотят спалиться. Дикость. Тряхнув головой, Клара отогнала от себя мысли о Стае. Не думала, не анализировала услышанное, но все равно невольно прислушивалась, чувствуя интерес. Мало правдивой информации о Стае гуляло по Пятому городу, да и правдивой ли она была? Отец не раз говорил, что они всегда скрывали лица за масками, говорили между собой коротко и не показывались. Их никто в лицо не знал, даже полицейские. Поэтому Стая была повсюду. Даже кто-то из ее одноклассников мог оказаться в банде, преступником. От этих мыслей становилось страшно. Клара гнала их от себя и каждый раз возвращалась, потому что чувствовала интерес. Наверное, она бы обрадовалась возможности их хоть раз увидеть, даже издалека. Поэтому собирала все слухи, прислушивалась к разговорам, хоть и не показывала никогда своей заинтересованности. Нельзя дочери полицейского интересоваться преступниками! Погрузившись в свои размышления, она доела пресные макароны и выпила холодный чай. Посмотрела на Ют, которая оживленно обсуждала с остальными возможность получения сообщения о месте встречи. Глупость. Неужели они не понимали, как это опасно и не разумно, почти нереально. Клара понимала, как трудно попасть в Стаю, потому что не раз слышала, как обжигались остальные, и знала, какие последствия это за собой влекло. Поэтому не разделяла всеобщий ажиотаж. Да, ее интересовала эта тема, но лишь в теоретическом плане и больше для общего развития, а не для ощущения собственной крутости. Ют выглядела заинтересованной. На уроке она не только переписывалась с кем-то, пряча телефон за учебником, но и посматривала на других. Наблюдая за подругой, Клара отчетливо понимала, что та загорелась идеей о Стае и не отступится. Вздохнув тяжело, она перевернула лист и продолжила писать. Лишь бы ее не втянула в это. *** О Стае ничего не было слышно несколько дней, и Клара успокоилась. Она уже забыла про разговор в столовой, следовала правилам отца, который вновь приходил домой поздно, но страшных историй не рассказывал. Пятый город жил спокойно, ничего не происходило и Клару это устраивало. Найдя нужную литературу в местной библиотеке, она часто засиживалась там или брала ветхие книги на дом, работая над проектом. Спокойствие длилось не долго и первым его нарушил телефонный звонок посреди ночи. Клара сонно подняла голову с подушки и непонимающе посмотрела на вибрирующий телефон. Смотрела на него некоторое время, потом все же взяла и ответила на звонок, кладя голову обратно на подушку. − Кто? – хрипло и очень тихо спросила она, опасаясь разбудить остальных. − Ты спишь что ли? – удивленный, бодрый голос Ют ударил по барабанным перепонкам. Клара вздрогнула и уменьшила звук, опасаясь, что подругу слышали другие. Но к ней никто не шел, а Ют продолжала. – Я нашла! Я нашла его! − Кого? Она не понимала, что от нее хотела Ют в час ночи. Почему вообще звонила в выходной? Клара чувствовала тяжесть в теле и голове, как глаза закрывались, как она то и дело проваливалась в короткую дрему, из-за чего телефон накренился и слова подруги слышались глухо. − Ты меня не слушала? Я нашла место, где будет проходить испытание! Мы сможем увидеть Стаю! Ют радовалась, Клара дремала и изредка мычала в знак того, что слушала. Она слушала, но смысл слов не понимала, а вскоре и вовсе отключилась, проваливаясь в сон и не слыша оживленных размышлений подруги. Утром Клара надеялась, что ей все это приснилось. Она посмотрела на лежащий под подушкой телефон, потерла лицо. Странный сон. Реалистичный. Однако все же сон, потому что даже Ют не решилась бы на такое, на встречу с опасной Стаей. Да и место встречи скорее всего найти не так просто, ведь в банды брали своих, люди со стороны лишь наблюдали, если им это позволяли. Поэтому ночной разговор не больше, чем сон, навеянный разговорами и всеобщими волнениями. Умывшись и позавтракав с братом и мамой, вернулась в комнату, где вновь вибрировал телефон. Звонила Ют. Постояв некоторое время с вибрирующим телефоном в руке, Клара все же вздохнула и ответила. − Восемь часов утра воскресенья. У тебя совесть есть? – недовольно отозвалась Клара, садясь на край кровати. − В смысле? Ты что, не помнишь, о чем мы с тобой разговаривали ночью? Мы же собирались на испытание, Клара. Мы договорились, что ты приходишь ко мне с ночевкой и мы едем на испытание Стаи, потому что это круто! − Нет, − резко ответила Клара и отключилась. Нет. Это была просто отвратительная идея, в которой она не будет участвовать. Никогда и ни за что. И никакого согласия Клара не давала, просто не могла, потому что это безумие. Нарушение всех правил! *** Плохая идея. Пойти на заброшенную стройку ночью определенно было плохой идеей. Клара и днем обходила заброшенные дома стороной, ночью же они превращались в монстров с огромными ртами, разбитыми глазницами и ветхой пастью, из которой порой доносились странные звуки. Бетонный скелет головы великана, на который она смотрела сейчас с ужасом. Язык прилип к небу, ноги парализовало. Шла она только благодаря Ют, которая радостно говорила, как им будет интересно, держала крепко под руку, подталкивая вперед. Клара не уверена, что будет интересно, но покорно переставляла ноги. Плечи заболели, словно на них легли лямки тяжелого портфеля, ладони вспотели, а череп великана приближался. Она уже видела его огромный, кривой и черный рот, в котором мелькали белые вспышки. И как они оказались здесь? Как Клара позволила Ют уговорить себя? В свое оправдание, Клара сказала бы, что сопротивлялась долго и артачилась, даже когда за ней приехал отец Ют. С ночевкой родители отпустили ее неохотно и с требованием: телефон всегда включен, и она в любой момент должна ответить. Такую проверку ей устроил отец уже несколько раз и последний они почти спалились. Как она оказалась в машине с другими, незнакомыми людьми оставалось загадкой. Клара все же поддалась на уговоры, поверила в уверения, что все будет хорошо и их не тронут. − Не волнуйся! Они обещают, что будет очень весело, безопасно и быстро. Родители даже не заметят нашего отсутствия, − убеждала ее Ют, толкая в спину. Клара сглотнула сухой ком в горле, когда выбившиеся из хвоста волосы мазнули по щеке, а холодный ветер пробрался сквозь плотные черные джинсы и водолазку. Нет, Клара совсем не волновалась. Она совсем не боялась заброшенной стройки, которая напоминала поделки из спичек, которые они делали в младшей школе. Нет, не боялась темноты, странного места и причины, по которой ее сюда привели. Ноги подогнулись, а крик застрял в горле, когда кто-то посвятил в них фонариком. За страхом пришло облегчение, судорожный выдох от осознания, что рядом стояли другие люди. Однако и оно быстро прошло, сменившись оцепенением, когда присмотрелась. Все люди стояли в черной одежде и обуви, сливались с бетонными стенами и редкими, облезлыми деревьями. Их лица скрывали детские маски животных с пустыми глазницами и неестественно широкими, счастливыми улыбками. Такие же маски держали и они. Маски кучей лежали в начале тропинки, и все их брали, словно знали, что произойдет. Клара не знала и ее это пугало. Напрягало еще и то, что безучастной скорее всего остаться не получится. − Давай быстрее, сейчас начнется! − от возбуждения Ют задыхалась, руки дрожали, когда она впихнула ей пластмассовую, тонкую маску кролика. Клара прикусила щеку изнутри, посмотрела с опаской на подругу, которая улыбалась широко. − Это все плохо закончится. Ют от ее слов лишь отмахнулась. Клара поправила волосы, забранные в высокий хвост застрявшие в тонкой резинке маски. Теплое дыхание оседало на пластике и отдавало ментолом, сквозь прорези мир казался меньше, а заброшенное здание опаснее. Пустырь погрузился во мрак. Все отключили фонарики на телефонах в один момент. Тишина, прерываемая тихими, невнятными шепотками. Клара вытерла влажные ладони о брюки и еле сдержала слезы, обжигающие глаза. Происходящее ее пугало. Все замолчали. Маски повернулись вправо, где на поваленном дереве стояло три человека. Два в кепке и большой толстовке, без пола и лица, между ними парень в маске волка. Они смотрели на собравшихся так, словно запоминали или тихо потешались. Стояли молча, пока человек в маске волка не фыркнул приглушенно. Его голос грубый, слова невнятные, жеванные. − Добро пожаловать на испытание! Рад видеть вас живыми. Ваше испытание начнется уже скоро. Кларе стало плохо. Она не только нарушила комендантский час, но и главное правило: не подходить к стене после девяти вечера. В ночи стена чернильной полосой шла вдоль горизонта. По спине заструился холодный пот. Клара вытерла ладони о джинсы, ощущая влажность от тяжелого дыхания на лице. Волк. Стая. Она знала, что в Стае погибла лисица. Предполагала, что они искали замену. Не предполагала, что Ют не шутила. − Вам нужно добраться до верхнего этажа. Кто до него дойдет − победит, кто проиграет − получит наказание. Старт по звуковому сигналу. Удачи, щенки! Люди кричали. Люди бесновались. Они счастливы, возбуждены и настроены на победу. Клара смотрела на них и невольно проникалась, чувствовала растущий азарт, тупую боль от улыбки, растянувшей сухие губы. Опасно, но интересно. Внутри просыпалось другое, немного дикое, азартное. Когда пустырь огласил громкий гудок, Клара побежала вместе со всеми. Ее толкали, отпихивали. Она поскальзывалась на мелких камнях, смотрела на острые, холодные колонны и искала другие пути. Поднималась по хлипким ступеням, из которых змеями вылезали толстые железные прутья. Слышала крики, видела драки на пустых полах, тела людей, которые оставались позади. Сама пряталась за колоннами, дышала прерывисто тяжело, осматривалась настороженно сквозь круглые глазницы. Сегодня она нарушила одно из главных правил отца − пришла к группировке, орудующей в северной части города. Клара замерла на верхней ступени. Пришла боль. Тяжелое дыхание распирало грудную клетку, пульсирующая боль в боку то ли от бега, то ли от удара, немного раздражала. Дрожали ноги, колени подгибались, из-за чего она облокотилась на стену. Болели руки. Открыв слипшиеся от пота ресницы, посмотрела на ладони с содранной кожей, глубокими царапинами и занозами. Вроде бы она кого-то ударила палкой. А может, и нет. Произошедшее стерлось из памяти. Словно не было ничего. От одиноких, оглушительных хлопков она вздрогнула. Подняла резко голову и сглотнула вязкую слюну с привкусом пыли. Волк. Все в той же странной, детской маске. − Молодец, ты пришла первая. Пойдем. Он обнял ее за талию и повел за собой по пустому этажу без стен, с мелкими камнями под ногами. Клару все еще потряхивало. Она по-прежнему не понимала, что происходило и почему ее хвалили. Выдохнула длинно, когда увидела старый диван, а на нем кружевное белое платье по колено. Чужое присутствие Клара скорее почувствовала, чем увидела. Теперь рядом не только люди в кепках, но и другие. В масках. Они стояли молча. Ждали. Большие ладони легли на плечи. − Надень его, − Волк подтолкнул ее в сторону дивана. Наблюдал, пока Клара дрожащими руками сняла с себя водолазку и маску, повела плечом из-за холода. Платье оказалось больше и пахло приторно: кондиционером и почему-то фруктовыми духами. Ее одежда валялась на полу неопрятным комом, вновь большая рука на плече, ладонь стирающая грязь с лица. Странная, колючая тяжесть венка с мелкими, красными цветами. − Добро пожаловать в Стаю! Ты теперь в семье. Давай отпразднуем это вином и нежнейшим мясом! Стоя среди незнакомых людей в масках, Клара чувствовала, как шок и эйфория медленно отпускали. Тело пробила крупная дрожь, от сладкого, приторного запаха становилось тошно. Скривившись. Она резким движением поправила хвост и скрестила руки на груди, чувствуя себя странно. К ней подходили, жали липкие ладони, хлопали по плечу и поздравляли. С чем? Почему они так радовались? Клара не понимала, вообще не понимала, что происходило. Что она вообще, черт возьми, делала здесь?! Вздрогнув, она со страхом посмотрела на вошедшего парня в маске оленя. Рога у него тоже были ветвистые и широкие, а в руках поднос с жаренным мясом. Пряным мясом, запах которого перекрывал противную отдушку духов, исходящих от платья. Все присутствующие, а их оказалось больше, чем говорил отец, радостно вскинулись и подошли к подносу. Они громко разговаривали, веселились и смотрели на Волка, который смеялся, прыгал со стола на спинку дивана, расплескивая пиво. Ужасно. Клара смотрела на них и дышала медленно, пытаясь успокоится. Кошмар. Мало того, что она находилась в комендантский час вне дома, так еще и в окружении опасных преступников, которых ловил отец. Родители. Она их обманула. Не только обманула, но и нарушила множество правил. Выдохнув судорожно, Клара почувствовала жар стыда внутри и холодный ветер снаружи. Повела плечом, ощущая мурашки. Сделав неловкий шаг назад, думая о побеге и о том, где сейчас находилась Ют. Все ли с ней в порядке? Ждала ли она или уехала? А если уехала, то, как Клара доберется до дома? Господи, она даже не знала, где точно находилась?! Подавив приступ паники, Клара затравленно посмотрела на остальных. Зверинец. Сделав еще один шаг назад, замерла в страхе, чувствуя напряжение в теле. За спиной стоял кто-то большой и теплый, почти горячий. Большая, сухая ладонь легла на ее плечо и сжала крепко. − Ты чего не развлекаешься? В честь тебя же праздник, − недоуменно спросил Волк и, подняв маску козырьком, с интересом посмотрел на нее. Слишком близко, из-за чего его теплое дыхание с привкусом дешевого алкоголя чувствовалось на губах. Посмотрев ему в глаза, Клара напряглась. Голубые глаза, черные, чуть вьющиеся волосы и татуировка на шее. Запоминающаяся внешность, только она не уверена, что видела его раньше. Волк приблизился, рассматривая ее с интересом, усмехался, чувствуя легкую дрожь тела под руками. − Не напирай на девчонку! Она и так еще в себя не пришла, а еще ты тут, − прикрикнула на него девушка, скрывающаяся за маской мыши. Клара была незнакомке благодарна, хоть и не видела ее лица, слышала лишь грубоватый голос. Волк на это лишь усмехнулся и подцепил пальцами жирный кусок мяса с пластиковой тарелки. Сжав руку на ее плече сильнее, он поднес мясо к лицу. − Скушай. Ну же, мы старались, давай зайчонок. Он настойчиво прижимал мясо к ее губам, усмехался жестче и смотрел пристально. Смотрел не только Волк. Чувствуя смущение вперемешку со стыдом, Клара приоткрыла рот и сразу же почувствовала привкус специй и жира. На вкус как свинина, только жирнее и немного жестче. Она жевала медленно и несколько раз старалась проглотить, но кусок большой и в горло не лез. Давясь, сдерживая жгучие слезы, Клара не смотрела по сторонам, потому что все смотрели на нее одну, словно ничего больше интересного нет. И Волк не отходил, улыбался широко, прижимая ее плечом к своей груди. Когда она проглотила предложенный кусок, ей дали стаканчик с простой водой. Замечательно. Вода – лучшее, что случилось с ней за последнее время. Только Клара немного расслабилась, как тут же напряглась, ощущая чужие пальцы на лице. Волк убирал волосы, прилипшие к ее потному лбу. − Наш маленький Зайчонок. От того, как он ее называл и как произносил это слово, Кларе становилось не по себе. Клара вновь повела плечом и неуверенно посмотрела на него. − Мне, наверное, домой пора, − пролепетала Клара, понимая, что ее тихий голос скорее всего не слышен во всеобщем гомоне. Но Волк услышал. Он нахмурился, смотря недовольно, осмотрел Стаю и склонил голову в бок, раздумывая. Клара испугалась. Неужели разозлился? Будут ли у нее из-за это проблемы или все обойдется? Но его ответ удивил и обрадовал одновременно. − И правда, тебе лучше отдохнуть. Я тебя провожу. Они ушли не попрощавшись. Клара подняла с пола свои вещи и маску, оставаясь в странном платье. Смотрела на волка искоса, следила за дорогой, опасаясь упасть, но по сторонам не смотрела. Помнила, сколько людей было и понимала, что некоторое по-прежнему лежали на бетонном полу. К счастью, Ют с остальными не уехали. Они стояли у машины и обрабатывали раны, Ют звонила, ругалась громко и вновь звонила. Наверное, искала ее. Некстати Клара вспомнила, что телефон лежал в штанах и не вибрировал, может, сломался или разрядился. Почувствовав облегчение, Клара улыбнулась широко и сделала шаг навстречу Ют, но замерла. Волк держал за предплечье крепко. Его горячее дыхание обожгло ухо, из-за чего по спине пробежались мурашки. − Береги себя, Зайчонок. Скоро увидимся. Клара дернула плечом, надеясь, что это была последняя их встреча, но все равно кивнула. Она улыбнулась и обняла Ют, которая скривилась от боли, но крепко обняла в ответ, обеспокоенно спрашивая, что случилось. Переполненная облегчением, чувствуя сильный прилив разных эмоций, не заметила Волка, который стоял и смотрел, пока машина не скрылась из виду. Волка, который спокойно поднялся на верхний этаж и усмехнулся, наблюдая за своими зверятами. Хорошо, что Зайчонок не остался. Она еще слишком впечатлительная и не приученная.