4.

Августа смотрит на кружку с чаем и тянется за кувшином с молоком, но Аякс отодвигает его на край широкого стола. — Аякс, дай мне молока, пожалуйста. — Ну кто вообще пьёт чай с молоком! — возмущённо выпаливает он — и даже не думает отдавать кувшин. Августа сверкает глазами и встаёт — сама заберёт, раз уж ей не отдают по доброй воле. — Я пью. — А ты пробовала чай без молока? Оно только перебивает вкус. — Не пробовала, — признаётся Августа, садясь обратно. — Так почему бы не попробовать? Или Отец вам вообще ничего пробовать не разрешает? — Разрешает! И вообще... Я, например, только в доме Очага впервые... попробовала конфеты. Аякс растерянно моргает. — А в том приюте их не было? — Он отводит взгляд, когда Августа качает головой. — Понял, извини. Но всё же... Попробуй чай вот так — без ничего, только с лимоном. Он вкусный, клянусь тебе. — Чем клянёшься? — Августа приподнимает бровь, поддразнивая Аякса. Он шутки не понимает — и отвечает абсолютно серьёзно: — Её Величеством Царицей клянусь. Августа не сдерживает тихого смешка. — Я пошутила. А потом подносит к губам кружку с горячим чаем, осторожно пробуя его. И чувствует кисловатый привкус лимона и вишни на языке, лёгкую сладость мяты и крепость чайных листьев, не перебиваемую ничем. Слабо вяжет язык. Молоко обычно смягчало горечь, и Августа привыкла пить чай с ним. Но готова признать, что и без него он... вкусный. Аякс пытливо смотрит на неё. — Мне нравится. Аякс сияет, словно начищенная мора. — А я говорил! Августа тихо смеётся. И делает ещё один глоток.