2 глава. О соперничестве и снах

      —Руслана, ты там живая?— Федосеева нехотя подняла голову на голос лучшей подруги, лениво показывая ей большой палец вверх и вновь роняя ладонь на диван.       Ее квартира, как это обычно бывало по вечерам, была погружена в приятный полумрак, нигде не горело основное освещение, и лишь точечные светильники разбавляли мрак теплым свечением, а рассеянный свет от телевизора освещал добрую часть зала, где она сейчас лежала на диване не в силах шевелиться.       Сегодня закончилось последнее испытание, мистер Икс в лице Димы Билана остался позади. Впереди финальная съемка для первого выпуска, встреча со всеми своими соперниками, и долгий путь на проекте.       В честь такого события Наташа — лучшая и единственная за всю жизнь подруга, да и в принципе очень близкий человек, которого так хотелось называть сестрой,— решила придти к ней в гости и осталась с ночёвкой, чтобы немного успокоить впечатлительную Руслану, помочь ей отдохнуть и хоть немного придти в себя после всех этих эмоциональных потрясений.       Сильная усталость давила на плечи, глаза покраснели и постоянно болели, а от яркого света их начинало резать, создавалось впечатление, что туда насыпали песка. Она еле смогла доехать домой, боясь, что из-за дерьмового зрения просто-напросто учинит аварию. И это лишь от нескольких незначительных испытаний. А что ждало ее дальше...       —Давай садись нормально,— Наташа села на диван рядом с ней, аккуратно ставя на обивку небольшой поднос с чаем, на скорую руку сделанными бутербродами и парочкой бутыльков. С глазными каплями, которые Федосеева никогда не выкладывала из сумки и имела множество аналогичных баночек по всей квартире, и остывшим отваром из ромашки, который сладковато пах.       —Опять твои народные средства?— Руслана тут же взяла капли, закапывая собственные глаза. Зрение на несколько секунд поплыло, раздражение и боль спали, но ненадолго.       Наташа в это время взяла маленькое полотенце с края подноса, вымачивая его в ромашковом чае. Молча похлопала себя по коленям, приглашая лучшую подругу прилечь. Федосеева лишь слабо усмехнулась, откидывая волосы с лица. Легла, прикрывая глаза, и тут же почувствовала, как приятная влажная ткань легла на лоб и глаза. Ладонь подруги теперь была сверху, чуть придавливая, и позволяя ей полностью расслабиться.       —Расскажи уже, как там все прошло?—Руслана вновь улыбнулась. Она не вдавалась в подробности, когда рассказывала маме, потому что не хотела её лишний раз волновать без повода, но подруге рассказать всю правду-матку было просто необходимо.       Когда Илья Ларионов предложил ей один из самых смелых экспериментов за все время существования шоу, она по началу испугалась. Уже тогда глаза довольно сильно устали, да и она бы сама предпочла немного отдохнуть, но наблюдатели так оживились, уверяли, что она точно должна справиться, что отказать просто не получилось. Да и место в битве ей уже было обеспечено. Поэтому рискнуть она все же решилась.        Вновь ушла к месту досмотра, где одна из наблюдавших ободряюще ей улыбалась, как бы невзначай придерживая пальцами за запястье и упрашивая потом чуть задержаться и поговорить. Для Русланы все это было в новинку, но она, конечно же, не возражала, желая помочь.       А дальше…а дальше четыре попадания из четырех. Она не ошиблась ни разу, нашла всех спрятанных людей, и потратила на это каких-то пару минут, если не считать время вхождения в транс. Громкие аплодисменты, собственный радостный смех, лёгкий тремор рук от шока. Ее просили сделать шоу, и она это сделала, пусть и не целенаправленно. А ещё побила рекорд Гецати и Максима Федорова и, черт возьми, это было приятнее всего. Победить мужчин, обойти их. Всех, искавших до этого людей в багажнике.       Потом были долгие разговоры с наблюдателями, из-за которых съемки для остальных затянулись. Для Русланы и это стало чем-то новым. Она пыталась каждому передать слова давно ушедших родственников, пыталась помочь всем, на что была способна, и, видя на лицах напротив благодарностью и искренние слезы, сама еле сдерживалась. Кажется, про это ей постоянно говорила мама. Может, именно это имел ввиду тот дух? С испытания кубом он так ни разу и не объявился. И это немного напрягало.       В любом случае, после испытания она, окрылённая, радостная и очень уставшая, отправилась домой, где ещё долго не могла уснуть, вспоминая приятное ощущения выполненного долга, позитивной энергии. Наверное, зря она все эти годы живых боялась. У нее вполне может получится с ними работать. Если она придумает, как быстро сбрасывать с себя чужой негатив, который забирала, чтобы облегчить людям жизнь.       Потом было испытания с Мистером Икс. Пока Руслана ожидала своей очереди, сидя в кафе, где провели жеребьевку, успела, к своему удивлению, познакомиться с Арти — учеником Марьяны Романовой, методы работы которой всегда казались ей очень интересными. Арти оказался похож на саму Руслану. Активный, не робкий, но громкий, общительный, даже чуть эксцентричный. Экстраверт одним словом. За приятной беседой они не заметили, как минуты долгого ожидания пролетели, обменялись контактами, чтобы иногда переписываться и, пожелав друг другу удачи, попрощались. Он отправился на испытание, а она осталась ждать. Там она и с другими участниками успела познакомиться, но особо пообщаться не вышло. Разве что Артем, шедший первым, молча кивнул ей в знак приветствия. Хотел что-то спросить, кажется, но не успел. Был первым, кто приступал к испытанию, поэтому быстро ушел на место съемок.       К мистеру Икс она зашла одной из последних. Сумела сказать довольно много личной информации, хоть и не понимала, что конкретно за мужчина перед ней сидит, а когда маску можно было снять, ей тут же захотелось извиниться за переизбыток личного, что она успела наговорить.       Дима Билан на это лишь улыбнулся, похвалил ее шикарный голос, попросив напеть хоть что-нибудь, а потом утащил на личную беседу, где долгих полтора часа она помогала ему связаться с давно умершими родственниками. И эта беседа выжила из нее все соки, оставляя лёгкую пустоту и ужасную резь в глазах.       Редакторы долго нахваливали ее, но в конечном итоге Руслана так устала, что еле доехала до дома, по пути позвонила Наташе, и сейчас спокойно отдыхала, чувствуя приятную энергетику близкого человека, ставшего ей уже родным.       —Мда-а…— подруга отняла руку от ее глаз, предлагая тем самым проверить, стало ли лучше.—А мы тебе все говорили, что ты особенная. И очень сильная,— Руслана убрала полотенце, медленно моргая. Резь в глазах пропала, хоть и на яркий свет она все ещё не сможет смотреть. И голос у нее немного подсел после длинного рассказа, но к утру уже все будет хорошо. Это от пения. Когда она пела в обычной жизни — для себя, во время уборки или сидя с Наташей и ее братом, бренча что-нибудь на гитаре, ее голос никак не напрягался. Но вхождение в транс все же немного другое.       —Надеюсь, не сойду рано…— она подхватила в руки чашку чая, делая глоток и удовлетворенно улыбаясь. Кажется, Наташа постаралась и нашла в закромах кухонных шкафчиков ее любимый. Черный с ягодами. Стоило купить ещё такой — яркий кисловатый вкус приятно согревал и бодрил.       —В тебе проснулся дух соперничества?— подруга лукаво улыбнулась.—Или дело в том вампирчике, о котором ты говорила?— вместо ответа Наташа получила подушку в лицо и громко рассмеялась, стойко выдерживая недовольный взгляд Федосеевой.       Руслана лишь покачала головой. Об Артёме она действительно рассказала, но лишь потому, что он показался ей слишком необычным и никак не шел из головы.       Да, молодой человек был красивым, уже вся женская часть съемочной группы трещала о нем, точно школьницы при виде старшеклассника, а одна из редакторов сказала, что он называет себя вампиром. Руслане очень хотелось пошутить про Эдварда Каллена, которого она так любила в подростковые годы, но из уважения к своим будущим соперникам она ничего говорить не стала. Хоть и была уверена, что кто-нибудь другой так обязательно пошутит и не постесняется.       Высокий, с этим пронзительным темным взглядом, с непонятным для нее цветом глаз и глубоким, почти гипнотическим голосом…Артем сложил себе явно удачный мрачный образ, который в любом случае притягивал много внимания. Но было в нем что-то колючее, холодное, мрачное. Его энергетика буквально приколачивала к месту, пронзительный взгляд забирался куда-то под кожу, запах крови заставлял ее волей-неволей начинать нервничать.        Артем был загадочным, притягательно-отталкивающим. Этаким ходячим противоречием, сошедшим со страниц современных романов о вампирах. Хотелось посмотреть, что же будет с ним дальше. Хотелось увидеть его работу, узнать о его практике чуть больше. Все же, Руслана была очень любопытной и никак не могла отказать себе в возможности это самое любопытство утолить.       —Вампирчик не в моем вкусе,— она сделала ещё глоток и выдохнула, усаживаясь поудобнее и откидываясь на широкую мягкую спинку дивана.       —Неужели? — Наташа, надкусив один из бутербродов, принялась щёлкать каналы на телевизоре, кажется, особо не вникая в программу передач на вечер.— А какой он — твой вкус? Сама знаешь?— выбор подруги остановился на старых выпусках "Битвы экстрасенсов", а Руслана едва сдержалась от того, чтобы не закатить глаза. Тонкий намек на полное отсутствие личной жизни уже довольно долгое время был понят очень даже хорошо.       —Наташ…— она лениво перевела взгляд на подругу, постукивая короткими ногтями по поверхности чашки.       —А?— та даже не повернулась, внимательно следя за действиями Шепса-младшего на экране, который сообщал, что не поисковик и строил недовольную физиономию, стоя в ночи рядом с какой-то деревенькой около федеральной трассы.       —Иди в жопу,— ответом послужил тихий смех и воздушный поцелуй. Руслана качнула головой, делая очередной глоток чая и блаженно прикрывая глаза.

***

      В нос бил резкий запах крови и сырости. Кромешная темнота, звуки дождя и грозы, холод и собственный страх смешивались воедино, возвращая ее в глубокое детство. В тот самый страшный день, когда все в ее жизни изменилось, когда вечной спутницей стала она. Когда в ее жизни появились мертвые, чьи души изо дня в день следовали за ней по пятам.       Руслана попыталась оглядеться, прекрасно понимая, где находится, ждала, что от очередной вспышки молнии станет виден тот самый коридор только что построенного деревянного дома, сложенного из целых отшлифованных бревен, которые так приятно пахли свежим деревом. Но вокруг была лишь темнота.       Собственное тело ощущалось до ужаса маленьким и хрупким. Коленки дрожали, губы тоже, сердце бешено билось в грудной клетке, босые ступни хлюпали по широкому полу. И было до ужаса холодно.       Руслана знала, что под собственными ногами кровь. Знала, что все вокруг в крови, буквально покрыто ею, пропитано. Она знала, что в другой части этого коридора лежит тело. Просто тело, ведь от человека там мало что осталось. Да и она больше никогда не сможет назвать имени, вспомнить точных черт лица. Духа на это не хватит.       А ещё знала, что рядом она.       Позже, намного позже Федосеева станет называть эту древнюю силу Матушкой, поймет, кто она, поймет, что произошедшее было необходимым, но сейчас, стоя в полной темноте дома, ей хотелось рыдать, хотелось к родителям, хотелось закрыть глаза и уши и оказаться у себя в комнате, под одеялом, в полной безопасности. Хотелось, чтобы пахло маминым духами, морским бризом и домашней выпечкой, а не сыростью, кровью и полной безысходностью.       Резкий раскат грома оглушил, последовавшая за ней молния, наконец, позволила увидеть коридор. Увидеть эту кровь, увидеть всё.       Руслана закричала, резко, испуганно, хоть и прекрасно понимала, что вокруг нее, хоть и знала, что сама полностью измазана этой противной мерзкой кровью. Ноги сами понесли ее прочь из дома, подальше от этих стен, подальше от страшной тени в углу, что тянула к ней руку, завлекая в своих холодные объятия, предлагая защиту.       Спотыкаясь о собственные ноги, дрожа и плача она кое-как добралась до входной двери, готовая открыть ее настежь, впустить холодный осенний воздух. Так всегда кончался ее кошмар.       Это сон. Ее худший кошмар, что мучает всю жизнь. Лишь сон, который кончится, стоит ей открыть дверь и подставить лицо ледяному ливню. Как всегда. Как бывало каждый раз. Придет облегчение, она проснется, обнаружит, что уже наступило утро, и забудет это все, оставит там, где и должно быть — в прошлом, во снах, в задворках сознания.       Но вместо облегчения открытая дверь принесла ей лишь новую порцию ужаса. На пороге стояла тень. Высокая, мужская, темная…знакомая.       Запахло кровью с новой силой, а перед ней сверкнул знакомый темный взгляд. Колючий, пристальный, почти злой, пробирающий до костей и заглядывающий даже не в душу,— в само нутро.       —Ч-что…— она попятилась, не отрывая бешеного взгляда от внезапного гостя. Артем…это был тот самый вампир, что так мило побеседовал с ней в той комнатке ожидания, что лукаво улыбался в ответ на дежурные фразы, один из ее соперников. Это просто образ….это просто сон. Жестокая шутка собственного мозга, собственных сил. Её шутка.       Но Артем не исчезал, лишь смотрел, чуть склонив голову. Держал руки в карманах широкого темного плаща, улыбался обольстительно-хитро, угрожающе и так пристально смотрел, что ноги подкосились сами собой.       Она рухнула на колени, чувствуя липкую кровь на коже, чувствуя чужую энергетику, от которой кружилась голова и перехватывали дыхание. Он молча подошёл, смотря сверху вниз снисходительно, насмешливо…жадно. Присел рядом с ней, резко хватая холодной, словно лёд, рукой за щеки, сжимая пальцами скулы до боли. Темный взгляд словно бы стал ещё темнее, шальной, больной блеск в глазах нагонял больше страха. Кривоватая усмешка напоминала оскал.       Руслана почувствовала, как горячие слезы медленно начали скатываться по щекам, попыталась прошептать хоть что-то, остановить, умолять помочь. В ту ночь она молила не его.        Она молила саму Смерть. Свою Матушку.       Но этой ночью ее смертью станет он. Острые клыки резко сомкнулись на ее худой шее, принося волну острой, жгучей и невыносимой боли, от которой закружилась голова, а с губ сорвался жалобный стон. А потом резко наступила темнота.       Руслана резко села на кровати, хватая воздух ртом. Собственные руки лихорадочно сжали шею в попытке защитить, щеки были мокрыми от слез, а частое загнанное дыхание казалось таким громким, что она испугалась, как бы не проснулась Наташа, спящая в соседней комнате.       Собственная спальня была погружена во мрак. Маленькие часы с электронным циферблатом показывали половину четвертого утра. Ведьмин час.       Тяжело сглотнув вязкую слюну, Руслана попыталась выровнять собственное дыхание, трясущейся рукой стирая влагу со щек. Перед глазами начали проносится картинки собственного кошмара. К горлу подступила тошнота. Она резко вскочила на ноги, едва не падая от головокружения и, хватаясь за стены и косяки, побежала в туалет, едва успевая поднять крышку унитаза прежде, чем все съеденное за ужином покинуло желудок.       Слезы снова брызнули из глаз, желудок свело от спазмов, а на языке появился отвратительный привкус желчи. Федосеева медленно осела на пол, хватаясь трясущимися пальцами за унитаз и пытаясь прийти в себя. Она чувствовала запах крови, ей казалось, что все ее руки и ноги покрыты ею, а шею с левой стороны тянуло так сильно, словно укус там действительно был. Словно вампир оставил метку, уродуя нежную светлую кожу.       Спустя несколько долгих минут тишины и темноты, когда сердце, наконец, прекратило так бешено биться, а руки и ноги перестали лихорадочно дрожать, она медленно поднялась, включила свет около зеркала, но смотреть на собственное отражение не решилась, боясь увидеть там животный страх вперемешку с шальным темным блеском в светлых глазах.       Прополоскав рот, умыла лицо, внимательно ощупывая ноющую шею. Ничего…кожа слева была просто горячей, но никаких ран там не было. И быть не могло.       Спать больше не хотелось. Стало холодно и жарко одновременно, казалось, что она пробежала марафон — тело было слабым, вялым, плохо слушалось. Будто бы кто-то просто сделал брешь в ее энергетическом поле, забирая часть сил себе, высасывая, точно пачку сока. Ещё и смяли в конце.       Руслана стащила толстое одеяло с кровати, укутываясь в него, словно в один большой кокон. Нащупала теплые тапочки, не собираясь и дальше морозить ступни, и все так же тихо выскользнула из своей комнаты на балкон, прикрывая за собой дверь.       Лёгкий ветер гонял медленно падающий снег, белые сугробы укутывали улицу, а темноту рассеивал лишь теплый свет уличных фонарей и отдаленный шум города.       Она терпеть не могла холод, но лучшего способа, чтобы прийти в себя, не знала, поэтому уселась на старенькое кресло, выставленное сюда ещё летом, чтобы Наташа и ее брат могли спокойно курить, когда приходят к ней в гости.       Руслана не хотела ни о чем думать, не хотела даже предполагать причину этого странного кошмара, не собиралась переживать о ненавистном холоде, потому что только он сейчас был способен привести ее в чувства, немигающим взглядом уставилась в темное ночное небо, даже не подозревая что прямо сейчас, на другом конце Москвы на балконе своей квартиры стоял Артем.       Вампир упирался чуть дрожащими от напряжения руками в перила, часто дышал, смакуя вкус чужой энергии на языке, пока перед глазами метались картинки внезапного кошмара. Он будто бы застыл на месте не в силах пошевелиться и лишь проклинал в своей голове все, что можно было, обещая разобраться со всей этой дичью, что просто не должна была с ним происходить.

***

      Руслана никогда не жаловалась на неумение распоряжаться собственным временем или на привычку постоянно опаздывать, но сейчас время конкретно поджимало, заставляя нервно ёрзать задницей по сидению, то и дело поглядывая на часы.       Из динамиков лилась любимая музыка, выкрученная на большую громкость, вечерняя Москва слепила огнями, бесила обилием пробок, а до заветной съемочной площадки оставалось каких-то пять минут езды, которые грозили растянуться в целые пятнадцать.       Редакторы уже оборвали ей телефон, прося поторопиться, и Федосеева начинала довольно сильно нервничать. Даже чуть не поехала на красный, сильно задумавшись, но особо бдительный водитель, стоящий в небольшой пробке впереди нее, любезно привел ее в чувства громким сигналом клаксона и порцией трёхэтажного мата, на который отвечать она не стала, хотя желание было велико.       Ее старенький японский кроссовер, подаренный родителями на совершеннолетие, плавно петлял по узким улочкам, пока навигатор подсказывал, как лучше объехать дорожный затор на центральной улице. Она все детство мечтала о собственной машине, даже на права выучилась в семнадцать лет на собственные деньги, заработанные на первой работе за пару месяцев, поэтому вождение для нее стало уже чем-то настолько привычным и медитативным, даже несмотря на вечные Московские пробки, что своей жизни без него она не представляла. За пять лет это стало не просто привычкой — частью жизни.       Нервничала она, кстати, не только от предстоящих съемок, которые обещали быть весьма насыщенными на эмоции. Все же, первый сбор экстрасенсов в готическом зале…встреча со скандально известным ведущим и первая полная оценка собственных конкурентов. А там, кто знает, может и сюрпризов каких-то подкинут. Новые участники, например. Кажется, должен был придти финалист "Реванша". Значит, стоит ждать Николь.       Было ещё кое-что не дающее ей спокойно спать несколько дней, прошедших с последнего испытания. Тот кошмар намертво впечатался в мозг, вызывая лёгкую дрожь каждый вечер, стоило только расстелить собственную кровать. Мрачный образ Артема, точно настоящего вампира из готического современного романа, заставлял энергию нервно трепетать внутри.       Она глянула в зеркало заднего вида, слегка оттягивая низкий ворот кофты. На чувствительной коже шеи, слева, немного ближе к центру “красовался” темный небольшой синяк. Руслана заметила его лишь на утро, выходя с балкона. Промерзла до костей, зато смогла хоть немного прийти в себя и отправилась в горячий душ, где в зеркальной поверхности душевой кабины разглядела на собственном теле свежий кровоподтёк, которого быть там точно не должно было. Овальный, с неровными краями, похожими на отметины от зубов. Ровно то место, куда ее укусили во сне, то место, что так тянуло кожу ночью.       Синяк сильно болел, никак не желал проходить и она огромными усилиями и большим количеством мазей смогла согнать его лишь на половину, сделав немного тускнее. Это было странно, потому что все ссадины и лёгкие повреждения сходили с ее тела обычно очень быстро, не причиняя особо дискомфорта, но в этот раз все было иначе.       Старательно замазывала , стоя перед выходом у зеркала, но так и не смогла его сделать полностью незаметным. Стоило попросить помощи у гримёров, прежде чем появляться в кадре. И, наверное, загадочному вампиру на глаза сегодня лучше не попадаться. Мало ли…       Она его не боялась, нет. Просто не понимала, что за хрень произошла во сне, откуда в ее кошмаре появился он и, главное, что конкретно сделал. И специально ли. Этот укус и жуткая слабость после. Создалось четкое впечатление, что у нее без спроса, совершенно нагло и бесцеремонно просто забрали часть собственной энергии, которая хоть и была почти всегда в избытке, но требовалась и ей самой. Мертвецы высасывали из нее очень много, а испытания на битве — и того больше.       За тяжёлыми размышлениями и не заметила, как подкатила к нужному зданию. Охрана, сверив номера ее машины по базе, подняла шлагбаум, пропуская машину на внутреннюю парковку.       Ловко зарулив на свободное место, она глубоко вздохнула, на несколько секунд вцепляясь в руль пальцами со всех сил, чтобы немного успокоиться. Прислушалась к собственным ощущениям, понимая, что ее энергия по прежнему с ней, Матушка все ещё незримо всегда присутствует где-то рядом, где-то на уровне тонкого мира, недоступного даже обычным практикам. Это успокаивало, предавая ей чуть больше уверенности, хоть и ощущалось, как что-то неправильное. Многие в ней видели сначала свет, а потом, начиная ощущать присутствие тьмы, словно бы глаза распахивали, и отстранялись от греха подальше.       Руслана уже собиралась открыть дверь и выйти, как спиной ощутила холод, пробирающий до самого нутра. Выпрямилась, неосознанно бросая взгляд в зеркало заднего вида и мгновенно замирая.        Оттуда на нее смотрел мертвец. Тот самый, от которого каждый раз все внутри трепетало. И сейчас тоже грудная клетка буквально начала ходить ходуном, а пальцы стали ледяными, словно она сама в покойника превратилась. Тень сидела так близко, что едва ли не касалась лицом изголовья ее кресла. Широкая, мужская, холодная.       В этот раз в темноте салона она смогла увидеть глаза. Неясные, красноватые, словно бы разного размера и нечёткие. И взгляд...не живой, не принадлежащий обычному мертвецу, демону, бесу, черту или другой нежити, с которой приходилось работать и знакомиться. Всего секунда, пока призрак, вновь не одарив ее своей кривой и жуткий улыбкой, вызывающей дрожь по телу, растворился, оставив её одну. Словно бы решит поздороваться после долгих дней отсутствия.       Руслана, не долго думая, заглушила машину и, схватив свою сумку, рывком выбежала из салона, едва не падая на расположившийся рядом с ее парковочных местом сугроб.       Где этот Чертов призрак?! Кто он такой? Почему преследует ее?! Ее окутывал уже не страх, а самая настоящая злость. Если это шатун, не имеющий возможности успокоиться сразу, то какой-то совсем необычный. Даже такие души обычно просили у нее помощи, а не изводили своими резкими приходами.       Федосеева привыкла, что все души для нее рано или поздно становятся понятными и простыми, в конечном итоге каждая из них уходит и больше никогда к ней не возвращается. Но этот мертвец…он словно издевается над ней, словно проверяет на прочность, следит, чтобы посмотреть, как она поступит дальше.       Тяжело вздохнув, она накинула капюшон, ставя машину на сигнализацию. Для верности обошла ее по кругу, проверяя, все ли хорошо, а потом двинулась в сторону здания, где уже по всюду сновала съемочная команда, стояли прожекторы и толпилась кучка экстрасенсов.       Арти, каким-то чудом заметив ее, семенящую по узкой тропинке к расчищенной площадке, замахал рукой, приветливо улыбаясь. Руслана махнула в ответ, невольно улыбаясь уголками губ. Стоит оставить этого призрака на потом, сейчас главное — съемки, а с этой душой она в любом случае разберётся. Помешать ее работе и участию в проекте усопший уж точно никак не сможет.       Она вновь глубоко вдохнула и медленно выдохнула, успокаивая сама себя. Потерла ладони друг о друга, пытаясь хоть немного их согреть. Впереди ждал насыщенный вечер.       —Я не опоздала?— подошла к Арти, ударяя по его протянутой ладони своей пятерней вместо приветствия. Ученик Романовой отрицательно покачал головой, осматривая площадку. Рядом с ним стояла красивая девушка с пухлыми губами. В ней Руслана тут же признала Ирину Певчую. Кто бы что не говорил, а за Владом Череватым в свое время следили почти все, хоть как-то причастные к культовому эзотерическому шоу страны, и его свояченицу знали хотя бы в лицо.       Даже интересно, что она попала в новый сезон. Скучно им на съемках не будет точно. Присутствие лёгкой бесинки в общей ауре было бы очень даже кстати.       —Не,— Арти скучающе махнул рукой. Кажется, стоял на улице он уже не пять минут, если судить по его чуть красноватому носу, но замёрзшим не выглядел.— Ещё опаздывает кто-то из участников и Башаров,— Руслана недовольно вздохнула. И чего только ее торопили? Лишние пять минут на улице постоять? Так она сейчас околеет тут, совсем как ночью, сидя на балконе. Но тогда такая ледяная встряска ей была необходима, чтобы придти в себя, а сейчас встряхивать было нечего. Разве что ее иммунитет на прочность проверять.       —Ира,— Певчая, улыбнувшись, протянула ей ладонь, едва заметно переступая с одной ноги на другую. Федосеева с удовольствием пожала мягкую женскую руку, улыбаясь. Энергия от Певчей шла, конечно, потрясная. Темная, кладбищенская, с налетом бесовщины. Наверное, что-то похожее ощущалось и от Череватого, но возможности сравнить у нее не было. Все нутро ликовало от присутствия мощной темной энергии рядом, и противиться этому Федосеева была просто не способна. Против природы не попрешь, да?..       —Руслана,— она заметила, что остальные участники пока не особо сильно стремились разговаривать между собой, но ничего в этом необычного не видела, прекрасно понимая, что многие люди попросту не были на какое бы там не было общение в принципе настроены. Это она любила знакомиться, разговаривать, заводить новых знакомых, пусть и большинство из них так и оставались лишь знакомыми и приятелями. В принципе ее душа всегда требовала чего-то нового, а задница вечно искала приключений. Может, именно поэтому она тут и оказалась? Приключения были обеспечены на ближайшие пару месяцев точно.       —Готова устроить шоу?— Ира лукаво подмигнула ей, на что Руслана тихо рассмеялась, поворачивая голову вбок и замечая Артема, стоящего чуть в стороне от них. Даже не ощутила его энергетики, а может попросту не обратила внимания — не до этого было.       Вампир, заметив, что она смотрит, глянул на нее в ответ, слегка наклоняя голову вбок и выдыхая облака не то дыма, не то пара — она не могла рассмотреть, что конкретно он курит. Темный взгляд словно бы в секунду забрался куда-то под кожу, заставляя Федосееву передернуть плечами. Руслана вмиг ощутила себя будто бы голой и неосознанно поправила ворот куртки, закрывая шею, словно в нее в любой момент могли вцепиться.       —Еще бы,— она как-то растерянно ответила Ире, замечая, как Краснов направляется к ним, засунув руки в карманы темного пальто, которое казалось неподходящим к такой холодной промозглой погоде.       Вампир подошёл к ним почти бесшумно, кивком здороваясь сразу со всей компанией, но, кажется, с Ирой и Арти он уже успел познакомиться до этого. Руслана засунула руки в карманы куртки, с содроганием смотря на голую шею Артема. Как ему только было не холодно? Стоял почти раздетый, не дрожал, даже не напрягался. Только энергетика его казалась чуть более притупленной что-ли. Возможно, сейчас он был совершенно спокоен, работать не собирался, вот и...       Она отметила, насколько он был высокий. Статный, возвышался над ней примерно на голову, что не могло не нервировать. Заметила другую сережку в ухе, на этот раз в виде змеи, выбритую полоску на левой брови, ощутила специфический парфюм — смесь граната и ещё чего-то, что было сложно разобрать из-за химозного шлейфа от электронки, которую он, очевидно, курил пару минут назад.       Поняв, что рассматривает его слишком долго, Руслана отвела взгляд успевая заметить, как бледные мужские губы растягиваться в издевательской усмешке. И вновь плотнее запахнула куртку, мысленно ругаясь на саму себя за то, что не может контролировать руки.       —Мне смотреть на тебя холодно,— Ира кивнула на Краснова, едва заметно улыбаясь. Он усмехнулся ей в ответ, пожимая плечами, мол, не зная, как вам, а мне очень даже хорошо.       —Мне в принципе очень холодно,— Руслана застегнула зимнее пальто до подбородка, совершенно не понимая, как выдержит пять минут съемки, где ради красивой картинки придется и растегнуться, и капюшон снять. Ныть в очередной раз про холод, по крайней мере вслух, она не собиралась, но, кажется, все и так понимали, что она сильно мёрзнет.       Наверное, это было какой-то ее особенностью. Федосеева мёрзла большую часть года, предпочитала выкручивать отопление в квартире на максимум, постоянно пила горячий чай, а ее ладони и ступни были почти всегда холодными и редко становились хотя бы тёплыми. Она подозревала, что все дело в шлейфе Матушки, что тянулся за ней невидимой вуалью, но не была в этом уверена до конца. Низкое давление, между прочим, тоже могло быть этому причиной.       —Да на улице тепло вроде,— Артем слегка поджал губы, смиряя трясущуюся, как осиновый лист на ветру, Руслану пристальным взглядом. Она усилием воли не дернулась на месте, неожиданно чувствуя, как синяк на шее словно бы начинает чуть пульсировать. Коснулась шеи через ворот куртки, чувствуя, как там нагревается собственная энергия, словно кто-то воздействует на нее. И она, кажется, даже понимала, кто именно.       —Да?— она удивлённо посмотрела на Артёма, замечая в его взгляде явную насмешку. Ещё и издевается, гад. Неужели специально сейчас выводит ее?— Ты уверен?— Арти усмехнулся, наблюдая за тем, как смешно Руслана хмурит брови, сильнее укутываясь в свое пальто и пытаясь чуть ли не спрятаться в нем. Федосеева нехотя отняла руку от шеи, без усилий концентрируя свою энергию на кончиках холодных пальцев и слегка встряхивая руку. Совсем лёгкая энергетическая волна врезалась в вампира, который все также пристально смотрел на нее. Краснов широко улыбнулся, обнажая ряд ровных белых зубов, настолько издевательски, что захотелось кинуть в него снежком.— Я с Ирой согласна. Смотреть на тебя холодно, вампирчик,— Артем ответить ей не успел, потому что ответственный за кадр начал их разгонять по своим местам, чтобы как можно скорее отснять проходку и приступить к основным съемкам.       Руслана лишь опять успела поймать его странный взгляд, не в силах избавиться от ощущения, что смотрят куда-то намного глубже, чем она обычно позволяет, будто раздевают уже не ее тело, а душу, заглядывая в черноту, которую она сама от себя спрятала.       —По местам! Готовность к съемкам две минуты!

***

      Артем сидел неподалеку от одного из столов для грима, покачивая ногой в такт собственному медленному пульсу, и делал то, что нравилось ему особенно сильно, когда он находился в компании других экстрасенсов. Наблюдал. Изучал. Прощупывал соперников, незаметно пробуя энергию каждого.        В частности, сейчас почти все его внимание было сосредоточено на одном конкретном участнике битвы. На Руслане. Насколько она была неразговорчива и пассивна на улице, настолько же активна стала в помещении. Если перед съемками она лишь куталась в собственную куртку, тряслась и кидала на него недовольные взгляды, то сейчас и вовсе внимания на него не обращала.        Успела перездороваться со всеми участниками, познакомится с теми, с кем ещё знакома не была, и даже китаянку Молли, рядом с которой всегда был ее переводчик, успела разговорить, пусть и общение шло явно тяжеловато, поскольку в диалоге двух людей неволей приходилось участвовать и третьему.       Руслана, кажется, довольно неплохо заобщалась с Арти — учеником Марьяны, и с Ирой, хотя с момента знакомства девушек едва ли прошло полчаса, но они уже болтали между собой, отпуская какие-то тихие шуточки. А ещё она успела этими же самыми шутками пару раз ненароком смутить деревенского колдуна, с которым вампир познакомился ещё на отборочных, замечая его яркую и довольно сильную энергию.       Руслану в принципе хотелось назвать батарейкой на ножках. Потому что за несчастные полчаса, что они ждали гримёров и звукарей, которые нацепят на них микрофоны, она успела изучить буквально всю огромную комнату, разговорить ещё и всю съемочную команду, что крутилась рядом, а ещё невзначай попеть песни с Ирой, а под конец напроситься к Арти на мастер-класс по какому-нибудь из современных танцевальных направлений, на который парень согласился, хотя, казалось, не особо хотел.       Откуда только, черт возьми, столько энергии? Причем, не какой-то там магической, а самой простой, человеческой, жизненной.       Ее энергетика, тем не менее, так ярко и быстро не распространялась, словно бы Федосеева сохраняла свой своеобразный хаос исключительно внутри себя, не позволяя ему сильно расходиться в стороны. Наверное, относительное внутренне спокойствие позволяло ей лучше концентрироваться, а перед испытанием с багажниками она слишком сильно нервничала, вот он и смог уловить весь спектр ее энергетики.       Рецепторы щекотал знакомый привкус ягод, побуждая наблюдать пристальнее, рассматривать, подмечать. Она явно чувствовала его пристальное внимание, но либо не хотела обращать внимания, либо…боялась?       Гримёр, позвавший Руслану за стол, отвлек Артема от размышлений, заставив немного встрепенуться и глубоко вдохнуть, разминая затекшую спину. Рядом с ним сел тот самый деревенский колдун, Саша, но разговаривать сейчас с ним вампир был не настроен. Вместо этого он вновь вернул взгляд к Руслане, что просила гримера замаскировать синяк на шее. Синяк?       Артем пригляделся внимательнее, через отражение в зеркале замечая, как Руслана чуть отодвигает ворот короткой кофты, показывая девушке, вооружившейся кистями, небольшой синяк с едва различимым контуром в виде отпечатка от зубов на собственной шее. Чуть отодвинула голову вбок, наклоняясь, от чего мышцы под светлой кожей напряглись, натягиваясь и едва заметным рельефом проявляясь выше ключиц. Может, если не приглядываться и не знать, воротник может скрыть след, но на камере все изъяны будут видны. Свет прожекторов показывает даже самые маленькие изъяны.Хитрая…продумала это.       —У кого-то была бурная ночь?— гримёр хитро усмехнулась, но тут же принялась за работу, позволяя Руслане прикрыть глаза, чуть недовольно морщась, когда кисть касалась травмированной кожи. Отвечать девушке на провокационный вопрос она не стала, очевидно, не желая разгонять эту тему дальше.       В том самом месте, куда он укусил…этот кошмар вообще оставался для него одной большой загадкой. Создавалось впечатление, что он каким-то образом оказался не в своем сне, действовал словно бы герой книги, действия которого уже были прописаны кем-то. Ни лишнего движения, ни эмоций, ни капли понимания происходящего. Ничего. Лишь вкус чужой энергии, которая бурным потоком тогда перетекла к нему, заставляя проснуться от переизбытка.       Руслана, вероятно устав от его пристального взгляда, распахнула глаза, через отражение в зеркале встречаясь с ним взглядом. Выгнула темную бровь, будто бы интересуясь, что такого увлекательного он в ней нашел, а когда Краснов, чисто ради эксперимента, как немногим ранее на улице, попытался вытянуть маленькую частичку ее энергии через то самое слабое место на шее, нервно дернула свободной рукой, едва не ударяя ладонью по столешнице.       “Прекрати!”— одними губами, но он понял, кривовато улыбаясь. Он бы рад прекратить, но нужно разобраться. Не хотелось обременять участие в проекте какими-то ещё непредвиденными обстоятельствами. Особенно такими, где он и сам ничего не понимал. Хотя, стоило признать, энергия у нее была весьма и весьма интересная, он бы даже поработал на такой.       “Потом поговорим,”— он усмехнулся, когда Руслана нервно закатила глаза, кажется, поражаясь его наглому поведению, но больше продолжать этот немой диалог не стала, вновь прикрывая свои яркие глаза и позволяя гримеру закончить работу.

***

      Как бы Руслана не желала скорейшим образом разобраться с наглым и эпатажным вампиром, чей непонятный укус остался отметиной на шее, замаскированной сейчас слоем грима, съемки начали почти сразу после того, как она встала со стула и только собиралась выискать Краснова взглядом, чтобы, как в дурацких фильмах, утащить его в дальний коридор и переговорить с глазу на глаз.       Пришлось отодвинуть разговор на потом и, игнорируя пристальный и темный взгляд, который она нашла почти моментально, отправиться вместе с остальными к готическому залу.       Но к своему удивлению, Федосеева обнаружила, что и в кадре они стоят рядом друг с другом. В общем лёгком беспорядке сначала и не поняла, а спустя пару секунд, когда свет от прожекторов перестал так слепить глаза, заметила, что стоит между вампиром и прекрасной ясновидящей из Китая по имени Молли, с которой успела познакомиться, пока они ждали начала съемок.       Общее настроение как-то сразу изменилось, будто бы всем резко стало не до шуток. Арти и Ира стояли примерно напротив нее, в другом конце ряда экстрасенсов, пока сама Руслана как-то затесалась между теми людьми, с которыми общаться почти не довелось.       Марат Башаров появился эффектно, громко и резко открывая сразу две створки огромных дверей готического зала, интерьер которого юная реставратор уже успела полностью оценить, замечая даже самые маленькие выемки резьбы и изъяны витража. Работа привносила в жизнь определенные привычки, поделать с которыми она ничего не могла.       Цепкий, не самый приятный взгляд ведущего прошёлся по всем участникам, задерживаясь чуть дольше на некоторых из них. Очевидно, на тех, кому Башаров собирался уделить наибольшее внимание. И она стала одной из таких. Пришлось стойко выдерживать слабо ощутимое, но противное давление от ведущего, который как бы невзначай скользнул глазами по ее фигуре, особенно пристально оглядывая ноги, которые были хорошо видны из-за разрезов на длинной юбке, которую она надела с расчетом на то, что среди остальной темной массы немного выделится.       Руслане такого внимания не хотелось, от такого внимания было мерзко, но она усилием воли не стала одергивать ткань одежды, не стала тушеваться. Хоть и такого...слишком открытого мужского внимания откровенно боялась.       Общая атмосфера стала давить, участники явно напряглись, понимая, что дальше ждет лишь жёсткая борьба за голоса наблюдателей и зрителей. Федосеевой эта атмосфера не понравилась. Захотелось сжаться в клубок, как-то абстрагироваться, но голос разума давил на сознание, заставлял лишь сильнее расправлять плечи и держаться уверенно. Она ведь может ответить, она ведь далеко не слабая. Просто нужно привыкнуть, и тогда все станет хорошо. Она освоится.       —Уважаемые экстрасенсы, добрый вечер, — Марат улыбнулся, ещё раз проходясь по экстрасенсом взглядом, рассматривая будущих звёзд, благодаря которым рейтинги телеканала в любом случае взлетят вверх.— мы все очень соскучились…— дальше особо внимательно она решила не слушать, с лёгким ехидством думая про себя, что вряд ли съемочная команда так уж соскучилась по экстрасенсам. Особенно, если вспомнить, как же бедным операторам было сложно работать с участниками "Битвы сильнейших", финал которой отгремел не так уж и давно.       Она сцепила руки в замок перед собой, вздыхая и тут же чувствуя, как собственную энергию слегка будоражат где-то слева. По ощущениям это было похоже на щипок, только не за кожу, а за собственную энергетику. Руслана тут же повернула голову в сторону вампира, замечая, как он едва заметно улыбается, но не поворачивается к ней в ответ. Вот ведь…       — Какие ощущения, друзья мои?— пришлось отвлечься от наглого кровопийцы, вновь сосредотачиваясь на происходящем на площадке.       И Пока Ира, решив воспользоваться заминкой остальных, с лёгкостью вещала о своем наставнике и муже сестры, Федосеева думала, как же ей стоять тут, в зале, где до этого год за годом собирались десятки практиков. Странно, если быть честной. Остаточная энергия сочилась из разных углов, некоторые, особо черные и сильные всполохи Руслана могла распознать. Энергетика такая же почти, как от Певчей. Значит, следы Череватого. Словно мартовский кот, попереметил половину здания своей бесятиной.       Внезапно начавшийся спор между Ирой и Лизой, той самой женщиной, с которой Руслана разговаривала в заснеженном парке перед первым испытанием, она и вовсе решила игнорировать, даже не пытаясь уловить больше, чем основную суть. Хотя бы потому, что к обеим спорящим она относилась довольно хорошо, а ещё потому, что ни черта не смыслила в отпевании, и понятия не имела, кто из них все же прав.       Когда Башаров объявил о ещё одном участнике, она кинула быстрый взгляд на двери. Николь Кузнецова? Насколько Федосеева помнила, в “Реванше” второе место заняла именно она. Мама ведь приучила ее смотреть буквально все передачи на ТНТ, где в названии стояло слово "экстрасенсы". Поэтому, она, можно сказать, была в курсе всех событий.       Николь зашла эффектно, бахнув створками дверей о стены. Смотрела дерзко, открыто, уверенно, словно она уже победитель, будто бы все остальные для нее лишь массовка, с которой придется провести скучные пару месяцев в кадре.       Такое самоуверенное поведение веселило. Руслана пока не думала о чьих-то там шансах, силах, она просто пыталась привыкнуть. Не нервничала уже особо, прекрасно контролируя собственные силы, но какое-то неприятное давление со стороны Краснова с каждой минутой начинало раздражать все больше и больше. Будто бы вампиру было жизненно необходимо ее бесить, проверяя на прочность. Руслане на ум пришло сравнение с пустой раковиной и капающим краном. Раздражало до дрожи, хоть и заметно почти не было.       —На данный момент бояться должны все они меня,— Краснов неожиданно громко, пусть и очень театрально-наигранно рассмеялся, а Руслана едва смогла сдержать хитрую улыбку, но уголки губ все равно метнулись вверх. Ей словно бы на пару секунд передался саркастический настрой Артема. — Какой дерзкий,— ее Кузнецова не заметила, сосредоточив все внимание лишь на высоком молодом человека, что смотрел на нее с явным вызовом и хитрым огоньком в темных глазах. Просили шоу, да? Кажется, он его будет устраивать буквально каждые съемки.       —Я зайка,— вампир пожал плечами, а Руслана все же закатила глаза, не в силах стоять с безэмоциональный лицом, когда прямо перед ней разворачивался самый настоящий цирк.— Самый милый здесь,— тогда она тираннозавр, с маленькими такими ручками и огромной пастью. Ага.       Милый. Такой же милый, как запах его ауры. Кровавый, не отпускающий ни на секунду. Может, поэтому стоять с ним рядом было немного не по себе? Хотя, она уже запуталась и устала перечислять возможные причины. Хватало хотя бы одной из них. Он как-то воздействовал на нее во сне, без ее согласия. Это уже чертовски сильно напрягало.       —Зайчики трусливые,— но, кажется, не этот.       Федосеева вздохнула тяжело, встречаясь с хитрым взглядом Иры, которая лишь подмигнула ей, возвращая все свое внимание к Николь.       —Ну я просто не считаю, что Николь уйдет с рукой,— Артем слегка махнул рукой, небрежно поправляя один из рукавов своей черной рубашки.        Тут Руслана с ним была согласна. Как победителя она рыжеволосую белую ведьму все же не видела. И дело не в силах или чем-то таком. Продюсерам это попросту не выгодно будет. Николь, по скромному мнению Русланы, грозило перенять судьбу Керро на проекте. Всегда вторая.       Пока Кузнецова, точно покупатель на рынке, неспеша обходила каждого участника, оставляя о каждом из них не самый лестный комментарий, Руслана, вновь почувствовав этот странный энергетический щипок со стороны вампира, не выдержала — незаметно схватила его за рубашку на боку, дёргая в свою сторону и заставляя тем самым посмотреть на себя. Делала аккуратно, чтобы операторы сильного копошения не заметили и не поспешили снять их крупным планом.        Взглянула в его темные глаза, так до конца и не понимая, точно ли они карие, или оттенок какой-то другой, улавливая очередную хитрую усмешку, которую захотелось стереть с его красивого, будто бы вырезанного из мрамора лица. Собственная энергия колыхнулась, мощным темным потоком на пару секунд окутывая его, подавляя его энергетику. Это как натянуть поводок псу. Дать команду "место", чтобы успокоился.       Не лезь. Не провоцируй. Она не любила конфликты, но если уж и влезала в них — плохо становилось всем.       Артем, кажется, удивился такому ее выпаду, но тут же взял себя в руки, так и не сгоняя с лица этой наглой усмешки.       Николь, прошедшая Саманту и ее маму Патрицию, очевидно, почувствовала такой резкий всплеск энергии, и тут же направилась к вампиру, подумав, что это именно от него.       Руслана лишь вздохнула, радуясь, что её лишний раз никто не трогает и за серьезного соперника пока не считает. Тем интереснее. Тем безопаснее. Тем эффектнее получится потом. Продюсерам ведь нужно шоу?       —Вот этот дерзкий заяц такой интересный…— хорошее она ему прозвище подобрала. А, главное, верное. Хоть на зайца он, как Руслане кажется, похож не был совершенно. Скорее, на какого-нибудь маленького и хитрого хищника, который может резко и неожиданно выпрыгнуть из своего укрытия. Горностай какой-нибудь...       От такого сравнения по коже пошли мурашки, а Краснов, от которого наконец отлипла Николь, вновь ей ехидно улыбнулся, порождая желание врезать ему чем-нибудь тяжёлым между глаз.       —Николь даже не увидела, с какой я силой работаю и кто позади меня стоит,— Женя — ведьма, от которой едва заметно исходила энергия Смерти. Кажется, она говорила что-то о том, что может с ней разговаривать, называла ее Княжной.       Федосееву это немного удивляло. Возможно, потому что для нее Смерть всегда была Матушкой, спасительницей и защитницей, она постоянно чувствовала ее присутствие, чувствовала защиту и опору, которые из раза в раз помогали, не позволяя опустить нос. А эта Женя…сильная, конечно, но мнит она себя почти непобедимой. Нельзя так. Матушка такого не переносит. И быстро приподносит урок. А то и вовсе может прекратить свое покровительство, если ведьма оступиться где-то. Уж сама Руслана об этом очень хорошо знала.       Очередной спор. О победителе. И опять она отмалчивается, не желая тратить слова понапрасну. Никто из них не может знать наверняка финалистов, будущее слишком туманно, нити вероятности переплетаются уже сейчас, но в какой клубок в конечном итоге сплетутся — даже Смерти неизвестно.       —В этом сезоне победит вампир, — нет, ну ты посмотри какой самоуверенный...— я попью крови здесь у всех,— на последние слове он бросил в ее сторону секундный взгляд. Темный, какой-то совершенно другой. Федосеева чудом сдержала нервную дрожь и не позволила себе коснуться рукой шеи.       Гад...самый настоящий. Кровососущий паразит. Даже сейчас потихоньку из нее энергию тянет, упиваясь ее реакцией, не выдавать которую у Руслана просто не выходило. Руки уже всерьёз зачесались хорошенько вмазать ему, а потом наслать морок, чтоб в одном квартале среди четырех домов потерялся и сутки побродил. И она сделает, если с его стороны будет ещё хоть один идиотский выпад.       —Здесь все темные лошадки,— Саша Саков по-доброму, пусть и хитро, улыбнулся ведущему, обводя всех присутствующих лукавым взглядом от которого Руслане будто бы на душе легче стало. Ну какой же он...простой? Она ещё в гримёрке заметила, что деревенский колдун, несмотря на свои довольно мрачные ритуалы, казался ей до невозможности комфортным. И сейчас будто бы немного сбил общий градус накалившихся страстей.       —Это точно,— она улыбнулась ему, кивая не то в знак согласия, не то в знак благодарности. Дальше слушать этот бред о победителях она уже просто не могла.       —Кстати о темных лошадках. — Башаров неожиданно встрепенулся, не собираясь понижать повисшее среди участников напряжение. Его тон Федосеевой сразу же не понравился, как и вновь обращённый к ней взгляд ведущего.— Руслана, чего это вы стоите скромненько так, отмалчиваетесь? Не хотите поделиться с коллегами своими результатами отборочных?— вот же черт.       Они, точно сговорившись, не интересовались, кто и как прошел отборочные испытания. Для Русланы это было каким-то спасением. Потому что при всей гордости за саму себя, она не мчалась трещать о блестящем прохождении отборочных испытаний. Хотя бы потому, что после таких новостей остальные могут начать воспринимать ее в штыки, а ей такой расклад действий не сильно нравился.       —Чувствую, вы сделаете это за меня,— она выдавила из себя хитрую усмешку, мысленно смерившись с тем давлением, которые могут попытаться оказать другие участники. И лишь сцепила руки перед собой в замок ещё крепче, мягко перенося весь вес на одну ногу и слегка покачиваясь.       —Верно. —Марат усмехнулся, набирая побольше воздуха, словно перед торжественной речью.— Хочу похвалить вас, даже похлопать вам. Руслана, между прочим, побила прошлый рекорд битвы. Нашла сразу четверых людей в багажниках, не допустив ни единой ошибки и потратив на это…не напомните?— старый противный хрен. Понятно, почему канал не снимает его с роли ведущего, даже несмотря на поганую репутацию алкоголика и абьюзера, избившего собственную жену до полусмерти. Где они ещё найдут того, кто сможет так искусно забраться под шкуру любому экстрасенсу за пару секунд?       —Меньше трёх минут,— как смертный приговор. Она краем глаза заметила удивленный взгляд Артема, почувствовала, как кто-то сбоку тут же попытался прощупать ее энергетику, а Арти так и вовсе вытаращился на неё удивлённо, точно видел впервые.       Да, супер. Башаров нашел себе на целый сезон любимицу. Которая, между прочим, могла бы спокойно до определенного момента лишний раз не отсвечивать, а на совесть, честно и полностью пытаться проходить испытания. А теперь из раза в раз придётся отрабатывать, показывать "шоу". Она же нашла четверых в багажниках...теперь собственное положение стало ей понятно. Она по уши в дерьме. Вот прям...скоро в нем утонет, не иначе.       —Браво! — Лиза, искренне улыбнувшись, заопладировала ей, чуть склоняя голову, пока Руслана нервно кусала собственную кожу изнутри. Слышать похвалу от наблюдателей и от соперников — разные вещи. Первая, честно сказать, более приятная.       —С какой силой ты работаешь? С кем?—Женя Шулик тут же встрепенулась, подходя к ней ближе и заглядывая в глаза. Федосеева сначала подумывала отшутиться, или увильнуть от ответа, но мысль о том, что излишнее внимание к себе она итак уже привлекла, будто бы развязала руки, позволяя вести себя свободнее, смелее. Ещё смелее, чем она могла.       —С той, кого ты называешь Княжной. Только мне она — Матушка,— она улыбнулась, на пару секунд снимая контроль с собственной энергетики, позволяя той, как за пару минут до этого с Артёмом, обвить ведьму с ног до головы. Дала почувствовать прямое присутствие той, кого каждый из живых страшиться увидеть, но рано или поздно познает.       Ведьма едва не отшатнулась, но вовремя взяла себя в руки, крепче сжимая ткань своего красивого черного платья. Яркие, ставшие будто бы подсвеченными изнутри, глаза Русланы пристально следили да ней, пока ее энергетика возвращалась в прежнее русло.       —Хочу быть с тобой в финале,— Женя усмехнулась, не ожидая именно такой реакции.       —Надеюсь, так и будет,— если так выйдет, что она все же окажется в финале, то сражаться с девушками будет куда интереснее. В конце концов, сколько уже можно побеждать только мужчинам? Может, пришло время и для женского финала?       Пристальный темный взгляд вампира, казалось, может прожечь в ней дыру. Зато теперь Федосеева была уверена — он захочет с ней поговорить не меньше, чем она с ним.

***

      Кажется, любые мысли, догадки и собственные умозаключения по поводу Краснова стоило послать далеко и надолго. Потому что он успел смыться за те несколько минут, что Руслана потратила на сбор вещей и прощание с остальными экстрасенсами.       Была уверена, что найдет его где-нибудь в коридоре, стоящим в каком-нибудь темном закутке. Ему же так нравится эта мрачная театральность и игра в вампира. Словно он вылез от ромама "Дракула". Но его там не нашлось. Съемочная группа его тоже не видела, словно испарился он, не попавшись никому на глаза. Превратился в летучую мышь и улетел в ночь, не иначе.       “Нежить лысая…”— Федосеева ругалась мысленно сама на себя, быстрым шагом направляясь прочь из здания, к парковке, где ждала ее машина, которую она предусмотрительно заранее завела с брелока сигнализации, чтобы собственный зад не отморозить об холодное сиденье.—”Вот только узнаю…получит. Я ему не морок, а порчу на понос наведу. Пожизненную”,— каблуки скользили по замерзшему месиву из снега, льда и воды.       Стало ещё холоднее, хоть и противный ветер стих, но от лёгкой дрожи в теле это не спасло. Небо было чистым, ни единого облачка. Одинокая неполная луна маленьким серебряными зеркальцем освещала ночную Москву, хоть и не могла тягаться со светом многочисленных фонарей и вывесок.       В такие моменты хотелось куда-нибудь в деревню уехать, или к родителям на дачу под Москвой. Там ночи всегда красивые были, звёздные, волшебные какие-то. Особенно летние. И пахло по-особенному как-то. Ей нравилось думать, что свободой и счастьем. Она любила родной город, но иногда в нем словно бы ей не хватало воздуха.       Федосеева тяжело вздохнула, прекрасно понимая, что тепла и летних ночей не дождется ещё долго. Накинула чуть трясущейся от холода рукой на голову капюшон и поспешила к парковке, надеясь, что доберется до дома быстро. И ляжет спать. Без кошмаров и незваных гостей в собственной голове.       Не успела она даже подойти к парковке вплотную, как заметила высокий мужской силуэт около своей машины. И тут же ускорила шаг, признавая в этом самом силуэте Артема. Он с самым деловым видом, на который, казалось, мог быть способен, стоял около ее машины, прислонившись поясницей к переднему крылу. Выпускал клубы пара, сжимая в пальцах электронную сигарету, чей химозный фруктовый запах хорошо чувствовался на морозе, но не мог перебить запаха его кровавой ауры.       —Чего недовольная такая?— заметив ее, он довольно улыбнулся, выпуская изо рта колечко пара. Даже не подумал отойти от машины, а Руслана мысленно обещала ему сделать какую-нибудь гадость. Не порчу. Покойника какого-нибудь противного ему прицепит и пусть ходит с ним, слушает его бубнеж.       —В моих планах не было игры в догонялки,— она скрестила руки на груди, игнорируя лёгкую дрожь по телу. Капюшон свалился с головы, но поправлять его она не стала, не сводя глаз с вампира.       Они же, вроде как, договорились, пусть и очень своеобразно, собирались обо всем поговорить, а он вот так нагло берет и просто сваливает на улицу. На морозе ее тяга к разговорам, честно сказать, такой сильной быть переставала. Появилось желание залезть в машину и обогреться там, но пускать его в салон она точно не собиралась. Обойдётся.       —Да? — очередная усмешка, но в этот раз ни такая веселая. Артем выпустил последний химозный пар из лёгкий, убирая электронку в карман и рывком отлипая от ее машины.— Ну извините, не думал, что ты такая медлительная,— встал прямо перед ней, едва ли на расстоянии шага. Засунул руки в карманы, разглядывая недовольное лицо и, кажется, наслаждаясь тем, что из-за их разницы в росте Федосеевой приходилось голову задирать, чтобы смотреть в его наглую физиономию.       Руслана лишь тяжело сглотнула, чувствуя, насколько же сильно на нее начали давить. Аура Артема буквально прибивал к мёрзлой земле, пока сам он начал казаться мрачной тенью. Яркий свет от фонарного столба за его спиной будто бы просвечивал его силуэт со спины, от чего черты лица и, главное, глаза стали казаться темнее, острее. Нос щекотал запах его гранатового парфюма, крови, отдушки этой дурацкой электронной сигареты.       —Что тебе от меня надо?— она просто хотела быстрее со всем этим разобраться, уйти от давящей ауры. Итак хватало проблем, помимо вампира, которые пока не поддавались никому ни объяснению, ни решению. Чего только этот странный дух стоил.       —Мне?— опять вопросом на вопрос, будто бы издевается.— Это не я каким-то хреном затащил тебя в свой сон. — опять сократил расстояние, вынуждая ее сделать шаг назад. Нога наткнулась на все тот же злосчастный сугроб, в который она чудом не улетела перед съемками, выскакивая из машины. Руслана неловко покачнулась, уже готовая плюхнуться на задницу, но ее запястья резко обхватили чужие тонкие пальцы. Краснов, сделав шаг назад, потянул ее за собой, помогая тем самым сохранить равновесие. Жаль, что не ментальное.— Наоборот, Руслана,— наклонился ближе к лицу, крепче стискивая ее руки своими. Не больно, но так, чтобы она поняла — шутки кончились. Собственное имя из его уст звучало...необычно. У Артема вообще манера речи была своеобразная, резкая, но чуть плавная при этом, играющая.       —Я ничего не делала, это ты каким-то хреном…— чужой взгляд был слишком тяжелым. Она запнулась, чувствуя, как дрожь от холода и нервов лишь усилилась. Нервно дернула руками, вынуждая его все же отпустить, но сама так и осталась стоять на месте, не желая окончательно тушеваться перед вампиром.— ещё и укусил,— и дело уже не только в энергии, но в этом идиотским укусе, который просто не желал проходить с ее кожи, доставляя большие неудобства.       —Я это не контролировал,— Краснов махнул рукой, разворачиваясь к ней спиной и опять приваливаясь к переднему крылу машины, но на этот раз боком. Тут он, дейсвительно, виноват не был. Собственные действия во сне были просто неконтролируемыми. К тому же, зачем ему кого-то кусать, пить кровь, если питается он совершенно другим. Он же не извращенец -фетишист, в конце концов.       —Мне сразу поверить тебе надо? — Руслана от возмущения едва не повысила голос, не зная, как ещё выразить ту степень недовольства, что сейчас испытывала.— Тут пострадавшая я, но никак не ты. Это мне права сейчас качать надо,— это она пострадала в большей мере, это в ее сон бесцеремонно вторглись, доводя до истерики, и ей уже было все равно, по своей вине или нет. И она не собиралась выслушивать его упрёки, пока он снимал с себя абсолютно всю вину.       —Ладно…— Артем тяжело вздохнул, поджимая губы и несколько долгих секунд раздумывая над чем-то.— давай так. Получается, мы оба не виноваты в случившемся, но нам нужно разобраться во всей ситуации, пока не стало хуже. Согласна?       —Всмысле хуже?— на этот раз ближе подошла сама Федосеева, на рефлексе запахивая куртку плотнее, хоть и прекрасно знала, что ее это никак не согреет.       —Укус…это как энергетическая нить. — начал объяснять Артем.— Я могу чувствовать твою энергию, даже эмоции уловил, пока рядом стоял. Ты, думаю, можешь также. — он опять посмотрел в ее голубые глаза, находя там молчаливое согласие — подтверждение собственных слов.— Если не найдем причины, так и будет друг друга подпитывать, как батарейки. Меня такой расклад не устраивает,— он понял это в готическом зале, когда ее энергетика, в целях защиты, на несколько секунд окутала его, точно кокон. А после остался шлейф, который от него никуда не уходил. И ощущение чужих эмоций стало таким ярким, словно это были его собственные. Он даже по началу обрадовался такой удаче, пока не понял, что этот процесс у них обоюдный. Такой расклад его не устраивал. Если бы энергию получал только он, пусть и маленькими дозами, то ничего бы делать не стал, пользуясь такой удачей. Но самому делиться собственными силами не хотелось никак.       —Шикарно…— Руслана тяжело вздохнула, устало прикрывая глаза. Это даже не шикарно, это просто...это издевательство над ней. По всем фронтам.       —Я предлагаю сотрудничество. — Артем протянул руку, резко натягивая на нее капюшон, от чего Руслана дернулась, пытаясь убрать упавшие на лицо пряди волос.— Конечно, если не хочешь моего постоянного присутствия рядом,— вновь усмешка, но на этот раз не такая противная.       —Упаси Матушка от такого энергетического соседства,— Руслана уже не на шутку начала дрожать, всматриваясь в темноту чужого взгляда. Не могла отвести глаза, пытаясь разглядеть внутри вампира что-нибудь, что заставит ее сказать "нет", уйти от такого сотрудничества. Но не находила. Видела лишь искренне желание решить эту ситуацию и, кажется, начала немного успокаиваться.       —Договорились?—Краснов протянул ей раскрытую ладонь, ожидая ответа.       —Ты знаешь, как это снять?       —Пока нет. — он покачал головой, от чего Серёжка в его ухе начала забавно болтаться из стороны в сторону.— Но уверен, вместе сможем,— Федосеева не выдержала — усмехнулась ему в ответ, пожимая его руку своей. Ощутила яркий контраст. Ее ладонь слегка дрожала, маленькая и холодная, точно лапка у какой-нибудь ящерицы. Его ладонь теплая, сухая, твердая. Словно ему совершенно не холодно, словно он не чувствует температуры, словно уверен абсолютно во всем.       —Хорошо, вампирчик, договорились.