Ханахаки

╰┈➤ ❝ Ю У ИН ❞

➥ Мальва

У Ин стоял, слегка облокотившись о машину и вертя во рту кисловатый чупа-чупс. Очередная паршивая сделка. Если кого-то нужно было подсадить на «лёгкую наркоту», то У Ин прекрасный вариант на роль дилера. Он сможет втюхать любую дрянь даже убеждённому ЗОЖнику. Играя языком с чупа-чупсом и витая в своих мыслях, Ю не спешил домой. Куда ему торопиться? Медленно рассасывая кисловатую конфету, он смотрел на мимо проходящих людей. Райончик так себе — как раз для всякого сброда и любителей оторваться на мамкины деньги. — Да Хун, ну прекрати, — режущи звонко пропел девчачий голосок. — Как я могу прекратить, если ты меня провоцируешь? — с заметно слышимым выдавленно-грубым голосом сказал пацан и плотнее прижал девушку к себе. Ещё чуть-чуть и они начнут спотыкаться о ноги друг друга. У Ин раздражённо и с отвращением хмыкнул из-за пропитанной слащавостью сцены двух малолетних пьянчуг и перевёл взгляд на тёмное небо. Звёзды на нём едва ли можно было разглядеть. И дело вовсе не в том, что Ю нанюхался всякой дряни, пока находился в дерьмовом районе для отбросов. Закрыв глаза, в мыслях всплыл до боли знакомый образ. Мало того, что ты и так не выходишь у него из головы, так ещё умудряешься причинять адскую боль. Естественно не по собственной воле, но от этого почему-то не легче. Воспоминания непроизвольно накатили на Ю: средняя школа, удобные одноразовые знакомые и ты — его одноклассница и причина мучений. Сколько раз он пытался добиться твоего внимания? Вероятно даже математик с Абелевской премией не знает такого числа. Ты всегда была физически близко, но в то же время чертовски далеко. Попытки как-либо завести с тобой общение заканчивались ещё даже не начавшись. Ты выстроила вокруг себя неприступную стену и не давала ни единого шанса её проломить. У Ин и в школе не был образцовым мальчикам, но разве девчонкам не нравятся плохиши? Дело точно не в этом, потому что даже тогда у Ю было не мало поклонниц, которые велись на его «божественное обояние» и «сногшибательную харизму». Однако ты всякий раз, когда на горизонте появлялся У Ин, почему-то закатывала глаза и с перекошенным лицом вздыхала. «В двух кварталах отсюда есть неплохая оптика. Могу проводить», — как-то ляпнул Ю, в безрезультатных попытках привлечь твоё внимание. В которой раз. После этого ты не просто стала его игнорировать, а откровенно начала показывать своё отвращение к нему. Он бы соврал, если бы сказал, что ему не нравилось твоё хмурое личико. В любом случае это куда лучше тупого безэмоционального выражения лица.

───◦❖◦───

— У Ин, отвали! Ты не понимаешь, что ты мне противен? Слова болезненной стрелой пронзили сердце парня. Именно с них всё и началось. Почему из всех людей в грёбаном Сеуле он влюбился именно в тебя? И не просто влюбился, а получил бонусом к безответной любви чёртову смертельную болезнь?

───◦❖◦───

«Противен» В голове всё чаще крутились произнесённые когда-то тобой слова, а из-за мыслей о тебе состояние У Ина только ухудшалось. Красные лепестки поначалу выходили легко, но чем дальше всё заходило, тем становилось только хуже. Кашель усиливался, боль в груди была почти невыносимой: будто бутоны распускались в лёгких и перекрывали приток кислорода; постоянные мигрени и вечная тошнота. Видеть тебя было невыносимо больно, особенно если ты находилась в компании каких-то парней. У Ину было противно абсолютно всё: начиная от своего жалкого состояния и заканчивая наитупейшей ревностью, которая ранее была ему чужда. Неужели он действительно докатился до того, что не может выкинуть из головы какую-то девчонку? У Ин тряхнул головой, будто стараясь сбросить с себя тягостные воспоминания. Он помнил, что сколько бы он не пытался позватать тебя на свидания — пусть это больше и походило на его очередные подколы — ты всегда резко ему отказывала, не давая даже малейшего шанса. Холодная, бесчуственная, бесячая, но до омерзения желанная. — Заебало, — прошипел Ю и раскусил чупа-чупс. Оттолкнулся от машины, выкинул пластиковую палочку и сел за руль, с раздражённым грохотом захлопнув дверь. У Ин потянулся к зеркалу, по привычке регулируя его. Увидел своё отражение и замер. Тяжёлый прерывистый выдох сорвался с губ и Ю стянул с лица жёлтые очки. Потёр пальцами переносицу. В горле снова защипало, грудь сдавило — очередной приступ. У Ин дёргано выбросил лепестки в окно и вытер губы ладонью. Положил голову на руль, закрыл глаза и на мгновение представил, как ты улыбнёшься ему, как скажешь, что его чувства взаимны. От идиотских вафельных мыслей скрутило живот, а к горлу подступал новый приступ кашля. — Блять, сколько можно? — Ю в ярости ударил по рулю. Руки тряслись то ли от злости на собственное сознание, которое подкидывало болезненные воспоминания о тебе, то ли от безысходности и безнадёжности. Будь у него шанс снова встретить тебя, он бы вцепился в тебя стальной хваткой. Плевать ему на твои чувства, потому что тебе в жизни не понять, что он испытывает; как его выворачивает от боли с его грёбаной болезнью. Он устал. Устал терпеть и вспоминать о тебе. Самое мерзкое, что У Ин на полном серьёзе стал задумываться над своим поведением. Дошло до того, что он начал ненавидеть себя прошлого. Ю бесчисленное количество раз пытался позвать тебя на свидание, но каждый раз его попытки разбивались о высокую стену твоего безразличия. В осознанном возрасте он уже понимал, что тебя отпугивал его образ плохого парня. Ю ведь слышал твои разговоры с подругами об «идеальных» парнях, и он совершенно не подходил под заявленные требования. Но даже сейчас У Ин не стал бы себя переделывать. Легче будет убедить тебя полюбить его. Как? Хороший вопрос, но об этом он подумает позже. Сначала вам нужно хотя бы встретиться. Последний раз У Ин видел тебя года два назад — и как раз после вашей недовстречи он попал в больницу — приступ был настолько сильным, что Ю чуть не откинулся. Внезапно раздался звонок телефона, прервав мучительную тишину, которая давила на психику. У Ин поморщился, но наконец убрал руки от руля и разогнал навязчивые мысли о тебе. Телефон, который он бросил на соседнее сиденье, ярко светился и вибрировал. Незнакомый номер. У Ин устало выдохнул. Отвечать на незнакомые звонки занятие не из приятных — сплошная реклама или назойливые предложения. Но что-то внутри толкнуло его, и он медленно потянул руку к телефону. Глубоко вдохнув, он ответил, автоматом настраиваясь сбросить звонок, если услышит заготовленную дежурную фразу наподобие: «Здравствуйте! У нас для вас отличное предложение…». Однако вместо этого из динамика раздался знакомый голос. Голос, который, казалось, был частью его жизни. Голос, который причинял только боль. Твой голос. Всё внутри него оборвалось, сердце бешено заколотилось, во рту пересохло, а руки задрожали от нахлынувшей волны эмоций. — Привет... У Ин, да? — произнесла ты, слегка заикаясь и прерываясь между словами. «Какого чёрта ты звонишь?» — Привет... — выдавил он, а в голове тем временем бушевал ураган из тысячи вопросов, которые ему хотелось бы тебе задать. — Тут дело... такое... — У Ин с трудом разбирал твои слова, нервно долбя по кнопке громкости. — Где ты? — не выдержав, задал прямой вопрос. — В «Октагоне»... — промямлила ты и снова начала что-то бормотать, но У Ин уже не слушал. Это недалеко. Если выжать педаль газа, то доехать можно и за десять минут. Сколько раз У Ин фантазировал о вашем разговоре? А сколько раз он желал снова с тобой встретиться? Даже если ты сейчас пьяная в стельку, Ю насильно увезёт тебя к себе. Ему необходимо нормально поговорить.

───◦❖◦───

Вокруг гремела музыка, заглушая даже собственные мысли; разноцветные светодиодные огни мерцали с безумной яркостью. Обычная атмосфера ночного клуба: сгустки различных запахов духов, от смешивания которых становится дурно, пьяная молодёжь, неистово трясущаяся в бессмысленном ритме и её неразборчивые крики и подпевания. Ничего сверхъестественного — повседневный быт Ю, к которому он привык. У Ин несколько раз крутанулся вокруг своей оси, ища причину, из-за которой он вообще сорвался и приехал сюда. Взглядом Ю прошёлся по столикам у стенок — повезло, что тебя угораздило притащиться сюда именно в будний день, а не на выходных, когда даже вздохнуть в подобном месте проблематично. Но даже так среди немаленького количества людей тебя найти почти невозможно; по голосу было слышно, что ты уже знатно напилась, значит должна где-то сидеть, а не дрыгаться на танцполе. Он перевёл взгляд на барную стойку и «Бинго!» — наконец-то нашёл. Хоть ты и сидела лишь в полоборота, твой профиль У Ин навряд ли сможет когда-нибудь спутать — тяжело забыть ту, которая ежедневно причиняет адскую боль, хотя и сама об этом даже не подозревая. — Как насчёт сазерака? — с противным наигранным смешком спросил парень, кокетливо прижавшись к тебе. Он походил на тех, кто обычно не прочь воспользоваться пьяным состоянием девушки. И прямо сейчас этот урод нацелился на тебя. — В другой раз, сладенький. — Парень вздрогнул и чуть было не завизжал, когда незнакомый мужской тембр раздался у самого уха, а руку, до этого покоившуюся на твоей талии, силком скинули. — Что? — недовольно процедил паренёк и дёрнулся в сторону. — У... — У Ин повернул голову в сторону твоего неразборчивого мычания и немного опешил. Сердце Ю застучало в унисон с бешеными басами, грудь сдавило, а в горле в который раз из-за тебя пересохло. Он определённо был готов к встрече, но почему-то при взгляде на тебя мысли спутались и все проигранные ранее сценарии развития событий стёрлись. — Пошли, — У Ин крепко подхватил тебя за талию и повёл к выходу из клуба. Ты уже достаточно здесь насиделась — настолько, что от одного нахождения рядом с тобой можно было опьянеть. Хотя конкретно в случае с У Ином, опьянеет он едва ли от запаха алкоголя. Снаружи воздух был холодным, отчего ты немного скукожилась. У Ин открыл дверь своей машины и аккуратно посадил тебя на переднее сиденье, пристегнув ремнём. Ты была настолько пьяна, что до сих пор никак ему не возразила, хотя Ю готов был поспорить, вытвори бы он подобные манипуляции с трезвой тобой, ты бы его обматерила. Удивительно, что ты вообще сохранила его номер. Вспоминая тот день, когда У Ин последний раз говорил с тобой, ты была занятой, отстранённой и совершенно равнодушной к нему, в прочем, как и в школьные годы. Ваш разговор завершился в тот момент, когда Ю сунул тебе в руку свою визитку, не питая надежд, что ты однажды позвонишь. Твоя голова прилично кружилась от выпитого алкоголя, а язык заплетался, но ты смогла выдавить более менее разобрчивое предложение, когда У Ин наконец сел в машину: — Почему ты приехал? — вопрос прозвучал неуверенно, но в то же время по-детски искренне. — Потому что ты позвонила, — спокойно ответил Ю, не смотря на тебя. Всю поездку вы ехали молча: тебе слова и без того тяжело давались, ты могла лишь думать о том, чтобы тебя не стошнило, а У Ин просто не знал, о чём с тобой разговаривать — ты навряд ли сейчас вообще способна даже размышлять на серьёзные темы. Через несколько минут вы уже подъехали к дому У Ина. — Мы... — Ю осёкся, когда заметил, что ты дремаешь, облакатившись об окно. Он потянул руку к твоему лицу, почти неосязаемо провёл по твоей щеке и посмотрел в твои глаза. Они открыты. Ты проснулась. «Блять!» — резко одёрнул руку, заводя её себе за голову. Щёки ужасно жгло, в сердце вновь колотилось, как ненормальное. Почему он так нервничает? У Ин никогда не был лёгко смущающимся парнем, но рядом с тобой он будто превращался в малолетнего девственника, для которого каждый взгляд или любое слово от объекта воздыхания вызывали волнующий трепет. Это раздражало. — Мы приехали, — прочистив горло, произнёс он. Ты никак не отреагировала на слова бывшего однокласника, а лишь продолжила пялиться на него в упор. У Ин тихо устало простонал и вышел из машины; высадил тебя, осторожно придерживая за предплечье и талию, чтобы ты не упала на своей платформе — в принципе не лучшая идея надевать что-то помимо кроссовок, если по пьяне запутываешься в собственных ногах. Вы дошли до квартиры Ю, и он, всё ещё не отпуская тебя, завёл тебя к себе в спальню. Ты плюхнулась на кровать и кажется вновь уснула. У Ин опустился на колени, что снять твои туфли. Как же он медлил и растягивал эту процедуру. Прикосновение к твоим ногам казалось чем-то запредельным. Он аккуратно стянул одну туфлю, затем вторую, его пальцы скользили по нежной коже лодыжки, и Ю охватило нежеланное волнение. Рука коснулась твоих ноги невольно, и он почувствовал, как внутри него что-то дрогнуло. «Грёбаный фут-фетишист», — ругнулся он про себя, но мысли были беспощадны — сознание продолжало вырисовывать постыдные сцены, а пальцы всё никак не могли оторваться от твоих ног. У Ин стиснул зубы, возвращаясь в реальность. Дыхание было прерывистым и тяжёлым. Ю не помешало бы сходить в клуб и развеяться, иначе такими темпами он и на прохожих кидаться начнёт, а там и до «Шаббата» недалеко.

───◦❖◦───

В комнате было темно, только лунный свет реденько просачивался в окно, бросая бледные отблески на стены. У Ин лежал на диване в гостиной, не находя себе места. Тишина была тревожной, а полумрак давил на психику. Мысли не давали покоя; они вновь возвращались к тебе. Ю тяжело вздохнул, накрыв лицо ладонями. Он до сих пор не мог поверить, что ты, презирающая его со школьной скамьи, позвонила именно ему, а не кому-то ещё. Кому угодно. Как же ты его тогда ненавидела: постоянные игнорирования, слова, полные пренебрежения, и ледянящий душу взгляд. А сейчас, словно ничего и не было, ты спишь на его кровати. Так легко и в то же время так сложно. Конечно, он понимал, что его чувства односторонние, но разве он мог проигнорировать звонок, когда дрожь твоего голоса была слышна даже на фоне клубной музыки? Хотя даже если бы ты просто попросила его приехать, он и слова бы не сказал, тут же сев в машину. Словно верный щеночек. Его самого от себя же воротит. С каждой минутой, пока он лежал в темноте, острота боли в груди усиливалась. Ю пытался уснуть, но в его лёгких росло и росло напряжение. Кашель снова подступил, и У Ин устало и болезненно выдохнул, чувствуя, как горло запершило и болезненно начало драть. Нормально поспать ему так и не удалось: всю ночь его мучали навязчивые мысли с твоим участием и невыносимая боль не только в горле и груди, но и по всему телу — его ломило как после жёсткой тренировки. Тяжело поднимаясь с дивана, У Ин глянул на настенные часы — полдевятого утра. Довольно поздно, видно он всё же надышался всякой дряни, раз не смог встать раньше. Ещё и не выспался. И конечно мысли о тебе нисколько не причастны к его недосыпу. У Ин поплёлся на кухню, чтобы промочить горло и заодно выпить таблетки, которые, кажется, последние пару лет совершенно не помогали. Не хватало ещё, чтобы он начал кашлять при тебе. Закинув две таблетки в рот и запив их водой, У Ин резко согнулся, упёршись руками о стол. Горло удушающе сдавило. Снова чёртов приступ. Кашель вырвался из груди; вместе с ним изо рта выпали яркие цветы — красные настолько, что сливались с кровью. У Ин смотрел на них с раздражением и ужасом. Он быстро вытер губы, сплёвывая остатки тошнотворно красных лепестков. — Кто она? — раздалось за спиной У Ина. От неожиданности он вздрогнул и дёргано обернулся. — А что? Неужели Снежная королева ревнует? — он снова это сделал — натянул идиотскую маску легкомысленного придурка, чтобы скрыть истинные чувства. — Не льсти себе, на тебя просто жалко смотреть, — безэмоционально ответила ты, обрубив любую возможность поддеть себя. Несколько ярко красных лепестков лежали у ног Ю, но большую их часть он сжимал в кулаке. Ты не могла поспать чуть-чуть подольше? Совершенно не так У Ин хотел рассказать о чёртовой болезне... Он вообще ничего о ней рассказывать не хотел, тем более тебе. Жалость — последнее, что ему от тебя нужно. — Расслабься, я не буду в это лезть, — махнула ты рукой и подошла к столешнице, чтобы налить себе воды. «Уже влезла», — мысленно хмыкнул Ю. Твои беспечность и безразличие к сложившейся ситуации невероятно бесили. В школе ты всеми возможными и не очень способами морозила У Ина, а сейчас как ни в чем не бывало разгуливаешь по его квартире. Не то чтобы он против... Но понять тебя он не может. Ему бы в себе для начала разобраться. Ты налила в стакан воды и залпом осушила его. Ночная попойка давала о себе знать — голова раскалывалась, по мозгу будто долбили множеством молотков, а живот до болезненного стона крутило; ещё немного и тебя стошнит. В идеале на У Ина. «Обязательно было напиваться до такой степени?» — с досадой подумала ты, ощущая, как головная боль лишь усиливается. Ты мысленно отругала себя, давая обет, что больше не притронешься к дешёвому пойлу. И всё это, естественно, до следующих выходных или же до очередного неудачного дня, который можно будет скрасить лишь походом в клуб. У Ин всё ещё стоял у стола, наблюдая за твоими мысленными метаниями и смешно надутыми губами. — Ну что, мисс недотрога, — с сарказмом начал он, — оторвалась ночью? Ты недовольно покосилась на него; твой сердитый взгляд скользнул по его самодовольной улыбке, задерживаясь дольше положенного на пирсинге под губой. Заметив твоё любопытство к проколу, У Ин шире улыбнулся, обнажая белоснежные зубы. От подобной улыбки у тебя внутри что-то щёлкнуло, но ты лишь злостно цокнула языком и отвернулась к раковине, чтобы вымыть кружку и поскорее уйти домой. Сейчас тебе было совершенно не до глупых игр и тупых подколов. Доставать тебя было бессмысленно, кто, как ни У Ин, знал, насколько ты хорошо в игнорировании. Поэтому он лишь лениво пялился на твою спину; через пару секунд его взгляд спустился ниже, находя более привлекательное место для рассматривания. Громко хмыкнув, Ю тряхнул головой, избавляясь от подкрадыввющихся мыслей — он только «за» подобные мысли, но сейчас обстановка не располагает. Рядом с тобой она в принципе никогда не располагает. Опомниться У Ин успел, когда, поддавшись ведомому импульсу, он шагнул к тебе и прижался почти вплотную к твоей спине. — Какого чёрта? — вздрогнула ты, но тут же взяла себя в руки и нахмурилась. У Ин скользнул рукой по твоей талии и выбросил смятые лепестки мальвы в мусорное ведро, стоявшее под раковиной. — Не ты ли мне советовала расслабиться? — шепнул Ю тебе на ухо. — Отчего же сама такая напряжённая? Он издевается. Определённо. Даже если он изначально не хотел тебя третировать, соблазн хотя бы немного подразнить взял своё. Как ему ещё с тобой развлекаться, если ты реагируешь на него, только когда он творит какую-нибудь дичь? Ты опешила от слов парня и, не желая демонстрировать своё смущения, — тем более У Ину — сделала шаг назад, намерено наступаю на чужую ногу. На удивление, Ю даже не дёрнулся, к подобной выходке он был готов, ведь прекрасно знал твой характер. Ты ничуть не изменилась, всё такая же нервная и агрессивная. Ты и сама понимала, что твои реакции лишь подстёгивают У Ина, но и игнорировать его нахальство было выше твоих сил. Из своих мысленных причитаний и сцен, где ты испепеляешь бывшего однокласника, ты не заметила, как Ю с дурацкой улыбкой таращиться на тебя. А как ему не смотреть, если ты выглядишь настолько милой и беззащитной, когда смущаешься? Напрягшиеся плечи, ярко-красные щёки и слегка трясущиеся руки — не всякий раз можно увидеть тебя в подобном состоянии. А У Ин и вовсе не может похвастаться частыми встречами с тобой, вот и остаётся откровенно наслаждался тем, как ты отчаянно пытаешься натянуть на себя невозмутимую серьёзность. — Отойди. Мешаешь, — произнесла ты, придавая своему голосу напускную твёрдость. У Ин, к твоему удивлению, и впрямь послушался — сделал короткий шаг вправо, давая тебе несколько сантиметров личного пространства. Не успела ты сделать шаг к выходу из кухни, как в твою руку крепко вцепились — не больно, но ощутимо. Конечно, тебе изначально показалось странным, что этот придурок без лишних слов выполнил твою «просьбу». — Я хочу поговорить, — внезапно с чересчур серьёзным лицом заговорил Ю. Его серые глаза пристально смотрели в твои, впиваясь и словно проникая в самую душу, высматривая все потаённые секреты. — Спасибо, что забрал меня вчера, — отрастранённо выдала ты, отведя взгляд в сторону. — Или мне на колени встать в знак благодарности? Попытка разрядить обстановку не увенчалась успехом, хотя ты была уверена, что У Ин подхватит сказанный тобой бред. Но кажется у него снова пошли приколы с биполярочкой. — «Спасибо»? Ты меня за идиота держишь? — Ю несколько раз дёрнул твою руку. В его глазах пылал огонь. «Взбесился на пустом месте...» — ты пыталась держаться уверенно, но внезапные перепады настроения парня тебя не на шутку пугали. В добавок ко всему, ты ещё и на его территории. В том, что У Ин тебя не тронет, ты не сомневалась — разве что малость — но нервный тремор всё же никак не унимался. — [Т/и], — тихо позвал он тебя, — посмотри на меня. «Иди нахуй», — рвалось наружу, но сейчас ты далеко не в том положения, когда можешь спокойно посылать Ю. Ты нервно сглотнула и медленно перевела взгляд на У Ина — на его лице не было привычных игривости и легкомыслия. «Страшно», — пронеслось у тебя в мыслях. Такой У Ин и впрямь пугал, в основном из-за того, что ты не могла предугадать его дальнейшие действия. Он в обычное-то время вытворяет, что уму непостижимо, а когда слетает с катушек, даже представить жутко, что он может выкинуть. Это была как раз одна из основных причин, почему ты не принимала его флирт и заигрывания. Такой человек не способен на серьёзные чувства. Пусть сначала себя контролировать научиться. — Что ты хотел... — не успела ты задать вопрос, как У Ин потянул тебя за руку на себя, из-за чего ты оказалась уткнутой в грудь парня. В другой ситуации ты бы возмутилась, но сейчас стоять так куда лучше, чем смотреть на Ю. — Ты идиотка, — шипел У Ин. В голосе слышалась дрожь. Сердце в груди парня колотилось так сильно, что даже ты чувствовала его удары. — Ты нужна мне, — добавил он ещё тише и крепче сжал тебя в насильственных объятиях. Голос совсем сломался — У Ин перестал пытаться как-либо маскировать его. Признание вышло корявым, но и У Ин не из тех людей, кто будет заморачиваться и распинаться на несколько часов над чем-нибудь подобным. Хоть он и не произнёс «те самые» заветные для многих девушек слова, однако он более чем искреннен сейчас и действительно нуждается в тебе. Его жизнь буквально зависит от тебя.

╰┈➤ ❝ ХА ДЖУН / ДЖОКЕР ❞

➥ Дельфиниум

Тяжело переживать неразделенную любовь, но ещё сложнее осознавать своё бессилие. Как Ха Джуну добиться любви той, которая даже не посмотрит в его сторону? Ты совершенно из другого мира. Тебя невозможно представить в какой-нибудь дешманской одежде. Ты при параде всякий раз, когда выходишь на публику, будь то даже банальная пятиминутная прогулка; словно сегодня твой последний день, и ты потратила все сбережения, чтобы сиять ярче всех. Глупо даже думать о вашем возможном знакомстве, не говоря уже о взаимности. Ха Джун смог бы пережить свою глупую влюблённость, если бы только не чёртова ханахаки. Теперь далеко не факт, что он переживёт. Он каждый раз проклинал тот день, когда впервые встретил тебя и получил на свою голову смертельную болезнь. А ведь можно было всего этого избежать, если бы он тогда просто проигноровал тебя...

───◦❖◦───

Очередной до тошноты отвратный день. Грязные деньги за подпольные бои. Джокер уже и забыл, когда он всерьёз наслаждался дракой. А наслаждался ли он вообще хоть чем-нибудь? Сколько он себя помнил, единственное, о чём он мог думать, как обеспечить младших. Ты вышла из ночного клуба, слегка пошатываясь. Твоя неровная походка и неестественная улыбка выдавали приличное опьянение. Ха Джун мельком взглянул на тебя, но быстро отвернулся, вновь погрузившись в свои мысли — сейчас ему совершенно не до незнакомцев. Однако, видимо судьба решила иначе... По мере приближения к Джокеру твои шаги становились всё более неустойчивыми, перед глазами начали расплываться фигуры, а в асфальте и вовсе словно появились ямы. Неаккуратно сойдя с тротуара, ты запуталась в собственных ногах и начала падать. Джокер инстинктивно протянул руку и схватил тебя за талию, предотвращая падение. Резкий запах алкоголя, смешавшийся с твоими духами ударил в нос. Ваши взгляды пересеклись, и ты улыбнулась. И хотя улыбка была слегка смазанная, в Джокере она пробудила странное ощущение нежности. В тот момент внутри него что-то щёлкнуло, и Джун резко убрал руку; развернулся, собираясь уйти прочь. — Спасибо, — первое и последнее, что он услышал от тебя. Он не видел с каким лицом ты это произнесла, но спокойно мог бы предположить, что ты улыбалась. Пьяная ведь. Ничего такого. Просто помог и получил вполне нормальную реакцию на помощь, но почему-то твой взгляд и голос засели у него в голове. Джун влюбился. Смешно? Да. Глупо? Огромное «да»! Джокер ведь даже не поговорил с тобой как следует — или как ещё может зародиться любовь? Вы всего-лишь обменялись ебучими взглядами, и Джун получил твою скромную благодарность. Идиотское стечение обстоятельств, твой чёртов чересчур мягкий взгляд — несомненно из-за немалого количества выпитого алкоголя — и Джокера прошибло. После такого грех не поверить в ведьм — а кем ты после такого ещё могла быть? И всё-таки он ошибался. Лучше бы ты и впрямь оказалась ведьмой, ведь при таком раскладе у него мог бы быть хоть мизерный шанс на сближение с тобой.

───◦❖◦───

Ха Джуна с первой встречи с тобой сжимали железные тиски неразделенной любви. Он томился от боли, которая терзала душу и сердце. И если ужасную боль Джокер мог перетерпеть, то блядские голубые лепестки дельфиниума невозможно было игнорировать. Каждый, внезапно всплывающий в мыслях твой образ заставлял сердце сжиматься. И хотя у дельфиниума не было шипов, казалось, будто именно они впивались в лёгкие и истязали их. Непонятно откуда взявшийся ком застрял в горле, вызывая болезненное жжение и сдавливание. Джокер понимал, что никогда не добьётся взаимности, однако осознание никак не помогало совладать с эмоциями и чувствами. Мысли о тебе непроизвольно вторгались в его голову, заставляя сердце биться с новой силой и болью. Чувство, будто его грудь разрывали на части, преследовало и днем и ночью. Как бы он ни старался отвлечься от мыслей о тебе, всё было тщетно. Ханахаки — не добренькая тётушка, которая, заметив чьи-то страдания, отступит; она скорее из тех, кто будет вдоволь наслаждаться чужой болью и лить кислоту на открытые раны. Грёбаная садистка. Каждый день «ядовитые» цветы всё пуще расцветали в груди, отравляя душу и медленно убивая изнутри. Джокер смирился со своей скорой кончиной. Смысл оттягивать неизбежно Лекарство, хоть как-то блокирющие боль, покупать было бесполезно. И надолго ли их хватит? А ценник-то далеко не маленький. Ха Джун явно пашет не для того, чтобы подобным образом выбрасывать деньги.

───◦❖◦───

Джокер тяжело вздыхает. Очередной бой и очередные ссадины и синяки по всему телу. Облакатившись о холодную стену здания, которая хоть немного помогала облегчить неприятное жжение и ломку по всему телу, Джун прикрыл глаза. Луна, выглядывающая из-за крыш многоэтажек скромно освещала его лицо — всё израненное; на щеках красовались полосы крови. Кулаки сжимались так, что костяшки белели. Долгие часы борьбы на ринге вновь напомнили о себе. Мало ему было проблем, так свела нелёгкая с тобой. Джокеру и без всей любовной дури хватало проблем. Даже если представить, что вы снова пересечётесь, навряд ли сможете сблизиться — вы из совершенно разных миров. Ты родилась с серебряной ложкой во рту, а что до Джокера... Он, как дворовая собака, лишь пытался выжить. А теперь даже этого сделать не сможет. Ненавидит ли он тебя? Нет, у него абсолютно нет причин испытывать к тебе ненависиь. Не твоя вина, что ты навряд ли поймёшь его. Тебе неведома жизнь в мире суровой реальности, где выживание является высшим приоритетом. И уж тем более не твоя вина, что из всех людей сука-судьба выбрала именно его, чтобы «наградить» цветочками. Зародившаяся в сердце любовь к тебе была подобна запретному плоду, объекту недосягаемого желания. Джокер лучше всех понимал, что его и твой мир несовместимы. Он никогда не сможет предложить тебе ту жизнь, к которой ты привыкла. Что там говорить, он даже малую часть твоих потребностей не сможет удовлетворить. Единственное, что ему оставалось, довольствоваться твоим образом в голове. И то, даже это было убийственной роскошью. — Извини, — раздался спокойный и ровный тембр почти у самого уха, — ты не мог бы мне помочь? Прошли всего считанные секунды, прежде чем Джокер открыл глаза, однако в голове уже успел выстроиться образ говорящего. Вернувшись в реальность, Джун на подсознательном уровне уже знал, кто перед ним стоит. Хотел бы он сказать, что это его нисколько не радовало, но сердце отчего-то в предвкушении замерало — видимо надеялось на чудо. Он был прав. Перед ним стояла ты, слегка нагнувшись, чтобы быть на его уровне — как бы смешно и абсудрно это не звучало. — Я потеряла телефон. — Простояв минуту в тишине, ты решила озвучила свою просьбу, поняв, что парень не намерен тебя расспрашивать: — Могу я вызвать такси с твоего? Ему смеяться или что? Наверное, для подобных тебе это действительно лишь мелочь — потерять телефон. Но Джокер и не думал отказываться; потянулся в карман, доставая мобильник, попутно вставая с холодного асфальта. Теперь уже Джун смотрит на тебя свысока, но отнюдь без двусмысленного подтекста — он просто выше ростом, ничего более. — Спасибо большое! — радостно поблагодарила ты его, трепая за протянутую руку с телефоном. Если бы ты только знала, насколько сильно Ха Джун не хотел, чтобы ты его отпускала. Быстро вызвав такси, ты вернула телефон и ещё раз поблагодарила своего спасителя в низком поклоне. На что Джокер лишь смог выдывать из себя неразборчивое мычание. — Кстати, а мы раньше не встречались? Ты кажешься мне знакомым. Конечно, встречались. Тогда, когда ты влетела ему в сердце и подсадила блядские цветы в лёгкие. — Напиши мне, хорошо? — ты нацепила на себя дурацкое, но милое выражение лица, и показала сердечко двумя пальцами. Чертовски мило. Но не до конца понятно, что это вообще, блять, было. Проверив телефон, Джокер обнаружил незнакомый контакт: «Милая незнакомка [Т/и]» Он ведь уже смирился с тем, что ты навсегда останешься недостижимой мечтой. Однако, что ему делать теперь, когда ты вновь неожиданно появилась перед ним, ещё и дала свой номер с явным намёком на продолжение «знакомства»? Тяжело не начать мечтать о большем, когда ты сама того не ведая исполнила одно из казалось бы несбыточных желаний. Сдерживаемый на протяжении недолгого разговора кашель наконец вырвался из груди. Голубые окровавленные лепестки осыпались под готки. В горле встал ком, дышать стало до невозможного тяжело, а из грудной клетки словно вот-вот прорастут настоящие цветы. Какая к чёрту взаимность? Повезёт, если Ха Джун хотя бы доживёт до вашей следующей встречи.

╰┈➤ ❝ ОУЭН НАЙТ ❞

➥ Красные розы

Оуэн всегда считал, что Ханахаки — это романтично. По крайней мере, так это выглядело в книгах и фильмах: благородные страдания, поэтичная боль, лепестки, окрашенные в алый цвет страсти. В какой-то мере Найт даже завидовал тем, у кого она проявлялась — ведь это значило, что их чувства были настолько сильны, что тело просто не могло их вместить. Оуэн любил Шелли. Это ни для кого не секрет. Любил годами. Почти с пелёнок. Он любил её безумно. Но безответно. Идеально подходящий кандидат для распиаренной Ханахаки. Но ничего не происходило. Ни кашля, ни лепестков, ни боли в груди. Ничего. Может быть, он не настолько сильно её любит? Вопрос надолго и мучительно засел в голове. А что, если правда? Что, если его чувства — ненастоящие? Что, если он просто убедил себя, что любит её, потому что привык, потому что боится остаться один? Мысль была невыносимой. Оуэн хотел заболеть. Хотел, чтобы из его горла сыпались цветы, чтобы он задыхался от любви к ней — лишь бы это доказало, что его чувства настоящие. Но лёгкие оставались пустыми.

───◦❖◦───

Ты появилась в его жизни внезапно. Не так, как Шелли — не с детства, не постепенно. Ты была словно гром среди ясного неба: неожиданно, громко и предвещая дальнейшую бурю. Вы познакомились на улице. Вернее, не познакомились — столкнулись в парке, где ты пролила на парня холодный лимонад. — Ой, — сказала ты, глядя на залитую мужскую футболку. — Ну хоть не кофе. Оуэн даже не успел разозлиться. Ты вовремя заткнула его, благородно предложив оплатить химчистку. Знай бы ты, что футболка парня стоит десять химчисток, сразу бы смылась, а не стояла, переминаясь с ноги на ногу, и мило улыбалась. Зачем он поддержал разговор? Почему не пошёл дальше, а решил поговорить с тобой? Обычно, Оуэн не фанат случайных знамств. Он в принципе не фанат знакомств. Рядом с ним уже есть необходимые люди, поэтому близкий круг сформирован и замурован. Наверное, ему стало скучно. Он никуда не спешил, поэтому соизволил уделить тебе пару минут. Часов. Да, в ходе общения выяснилось, что ты довольно интересный собеседник. Оказалось, что ты смеёшься над теми же глупыми шутками, что и он. Оуэн дал тебе шанс. Он искренне верил, что мог что-то решать после встречи ваших взглядов. Через неделю лёгкого и ненавязчивого общения с тобой, он впервые закашлял. Сначала Найт подумал, что простудился. Потом — что это аллергия. Но когда он, наклонившись над раковиной, выплюнул первый красный лепесток, он понял. Ханахаки. Но не из-за Шелли. Из-за тебя.

───◦❖◦───

Это было жестоко. Он годами мечтал о Ханахаки как о доказательстве своих чувств — и получил её только тогда, когда полюбил не ту девушку. Оуэн стоял в ванной, сжимая в руках окровавленный лепесток, и нервно, почти безумно смеялся: — Ну конечно, — хрипел он. — Конечно, не Шелли. Потому что Вселенная, видимо, решила над ним поиздеваться. Шелли никогда не смотрела на него так, как смотрела ты. Шелли не запоминала, какие напитки он чаще всего заказывает. Не понимала его юмор и не разделяла некоторые из его «странных» увлечений. Шелли не писала ему сообщения в два часа ночи, потому что «вспомнила смешной мем и не могла не скинуть». Шелли... Она просто не ты. Но он упорно продолжал цепляться за свою детскую любовь, как за спасательный круг, игнорируя то, что его сердце уже давно выбрало другую, и теперь настоящие чувства были направлены только на тебя. Стоя перед зеркалом и глядя на свои бледные губы, Оуэн думал как поступить. Он мог всё рассказать тебе. Рискнуть. Плюнуть на гордость и признаться, что кашляет розами из-за тебя. Но что, если ты отвергнешь его? А если не отвергнешь? Сможет ли он быть уверен, что твои чувства настоящие, а не просто жалость к умирающему? Ты ведь не сможешь себя простить, если он умрёт даже косвенно из-за тебя... Оуэн знает. Он уже очень хорошо тебя знает. Или... Он мог пойти к врачам. Вырезать цветы. Избавиться от этой боли раз и навсегда. Но тогда он перестанет любить тебя. Навсегда. Оуэн сжал раковину так, что костяшки побелели: — Чёрт! Он не знал, что хуже: умереть от любви — или жить без неё. Найт всю свою жизнь «любил». Как оказалось, не так, как любят «по-настоящему», «по-взрослому», но всё же любил. А сейчас он наконец познал ту реальную и жестокую неразделённую любовь. Он грёбаный мазохист, раз готов терпеть адскую боль, просто смотря на тебя.