Глава 20. История повторяется

Но на этот раз мы пошли другим путем. Заметив, что возле двери в белый коридор нас поджидает кучка фанаток, Макс резко развернулся и повел меня в противоположную сторону. — Не хотелось бы разговаривать с ними, — признался мне Макс. — Жизнь звезды утомляет? — спросила я с улыбкой. — Я не чувствую себя звездой. Очень давно я не выступал на сцене. Да и, признаться честно, мне нравится петь, творить музыку, но не повышенное внимание юных девиц, — он пожимает плечами, — мой друг и новый солист группы Алекс Ломакин напротив — очень любит славу и общение с фанатами. Может поэтому он более популярен, чем был когда-то я. Наконец, пройдя по нескольким абсолютно пустым коридорам и лестницам, уходящим вниз, мы оказались у одной довольно необычной двери. Вся она сверху донизу была обклеена разного рода матерными стикерами, а табличка по центру гласила "гримерная #1". Угрюмый на вид охранник стоял, облокотившись о стену, и внимательно нас рассматривал. Он явно не ожидал увидеть здесь кого-либо и выглядел слегка озадаченным. — А вы ещё кто такие? — нахмурился он, и Макс вежливо ему ответил: — Мы к Алексу Ломакину, Лёне Мигуре, Диме Шаталинову и остальным. Старые друзья, — он улыбнулся, протягивая свой пропуск. Охранник несколько секунд с хмурым видом переводил взгляд с Макса на меня и обратно. — Понятия не имею, как вы сюда попали, — начал он угрожающе, — но проваливай отсюда по-хорошему, сутенёр. Парни ясно дали понять, что никого не ждут, а эскорт услуги, — он хмуро посмотрел на мою короткую юбку, — им сейчас ни к чему. Я открыла рот от возмущения. Не успел Макс и слово сказать, как моя возмущенная тирада уже вылетела: — Как вы можете так говорить? — возмущенно пролепетала я. — Вы что, не узнаете этого человека? Это — Макс Огнев, бывший участник и солист The Broken Hearts! — и, не поверите, ткнула пальцем прямо в грудь этому громиле! Охранник несколько секунд буравил меня хмурым взглядом. — Огнев? — наконец изрек он, переводя взгляд на Макса. — Тот самый? Ого! Неужели до него дошло! — Ты что, не слышал девушку? — вмешался Макс. — Или тебе паспорт показать? Я не знаю, чем бы это всё закончилось, если бы нас неожиданно не прервали. — Что здесь происходит, черт возьми!? — раздался голос из этой самой приоткрытой двери. На пороге возник рыжеволосый мужчина с такой же рыжей бородой. Будь он на пару лет старше, я бы легко могла зачислить его в Олины отцы, однако точно знаю, что это невозможно, да и не до этих мыслей сейчас. — Что за шум вы здесь развели? Гена? — мужчина выглядел хмурым и переводил взгляд со своего охранника на нас. — Погодите-ка... — его взгляд застыл на Максе. — Максимка? Огнев? — брови, как я уже догадалась, члена группы, поползли вверх. — Какого черта ты не с центрального входа? — Шатало, сам знаешь, что там толпа фанаток, — Макс раскрыл руки для крепких мужских объятий, и музыкант не задумываясь в них упал. — Начинаю припоминать твою скромную натуру! Не стойте же на входе, проходите! Гена, с этих пор о каждом госте докладывать лично мне! Музыкант уже скрылся в дверном проеме, но мы успели услышать что-то типа неразборчивого матерного бормотания. — Это — Дима Шаталинов, менеджер группы, — усмехнулся Макс, качая головой. — Семь лет назад он ещё не носил такую густую бороду... Ладно, пойдем. — Мы будем ждать ваших извинений, Геннадий, — гордо сказала я охраннику и закрыла за собой дверь. Гримерка группы была, без преувеличений, большой. Здесь мог бы поместиться весь первый этаж нашего дома со всей мебелью. Возле одной из стен, обложенной искусственным кирпичом, стояли столы с зеркалами. Было много света — везде горели лампы, они были на каждом шагу. Мне здесь даже понравилось — чисто, ничего нигде не валяется, а ведь я ожидала видеть на полу и стенах аппаратуру с инструментами. Это же гримерка музыкантов! Здесь должна быть жизнь. Единственным минусом был очень странный запах. Это был запах кожи, пота и чего-то ещё — наверное, дыма от сигарет. Очевидно, что в группе не было ни одной женщины... Макс чувствовал себя словно рыба в воде. С интересом рассматривал каждый угол и, словно бы, погружался мыслями в совершенно другой мир... Может быть такое, что он когда-то жил таким же образом? В комнату, тем временем, из какой-то другой двери справа, снова вошел тот веселый бородач. — Прости, брат, но вся команда всё ещё за кулисами. С теми самыми девочками-фанатками, — он ещё раз внимательно на него посмотрел. — Черт возьми, даже старую форму откопал! Я-то думал, совсем позабыл про нас в своей Британии... — Разве я мог забыть? — усмехнулся Макс. — Нет, Бродяга, это невозможно... — А кто это с тобой? Бог ты мой, какая красотка! — присвистнул бородач. — А ты, я вижу, времени зря не терял! — он залился смехом. Максим же, шутку друга не поддержал. — Это — мои ученица Ада, — с нотками предостережения сказал он другу. — Так что не смей даже смотреть косо! Бородач сначала удивился, а потом, словно что-то вспомнив, хлопнул себя по лбу. — Точно. Ты же променял музыку на педагогику, — покачал головой он. — Знаешь, ещё пять минут назад я бы назвал это бредовым решением, но теперь... — он покосился на мои ножки. — Шатало, я же не посмотрю на нашу дружбу... — начал он, приподнимая бровь. — Молчу-молчу! Но я же, всё таки, джентльмен. Меня зовут Дима Шаталинов. Но для тебя я просто "Шатало", — он протянул мне руку для рукопожатия. И тут бородач застыл с приоткрытым ртом, на глазах становясь белым, как полотно... — Не может быть... — мужчина удивленно покачал головой. — Это же не... Я не понимала почему он выглядел таким напуганным. Но подозрение вновь неприятно меня кольнуло. — Пожалуйста, не бойтесь. Я не кусаюсь, — решила пошутить я, чтобы разрядить обстановку. — Как тебя зовут, говоришь? — прошептал Шатало, не отрывая от меня взгляда. — Не Лера, случайно? К моему удивлению вмешался Макс: — Это — Ада. И у неё нет ничего общего с Лерой, — его прекрасный голос впервые со дня нашего знакомства показался таким ледяным. Басист явно затронул не очень приятную для него тему. Лера. Вновь всплыла эта Лера. Кто же эта такая и что эта женщина сделала такого Максу и остальным? "Видимо, у меня всё же есть что-то общее с этой Лерой, раз вы оба глядя на меня видите её". Знакомиться с остальной группой мне сразу расхотелось. Если они тоже так странно будут смотреть, мне бы не хотелось такого внимания. — Неужели, ты не заметил насколько они похожи? Просто как две капли воды! — не унимался бородач. — Шатало, уже десять вечера. Где ребята? — перебил его Макс. Словно по сигналу в гримерную резко ввалились остальные члены группы. Под этим словом я подразумеваю именно это слово. Держась друг за друга и весело хохоча они рухнули на диван, а незнакомый мне охранник закрыл за ними дверь с другой стороны. — Мне срочно нужно выпить! — заявил Алекс Ломакин и не глядя в нашу сторону сразу пошел к мини бару. Он достал оттуда один из напитков в блестящих розовых баночках и начал залпом его пить. Тем временем ещё двое музыкантов уселись на диван и потянулись от усталости. Только теперь я получила возможность внимательно их рассмотреть. Все они были примерно одного возраста, около тридцати лет. Кожаные куртки, футболки, пирсинг. У одного из музыкантов, у низкого и коренастого барабанщика ногти были накрашены черным лаком. — Эй, братва, вообще-то вы здесь не одни! У нас гости! — Дима Шаталинов похлопал в ладоши и вся пришедшая в гримерку троица наконец-то на нас обернулась. — Максик, детка! — Алекс Ломакин откинул баночку в мусор и тут же подошел к нам. — Ты был прекрасен! Рад, что ты согласился выступить с нами. Красивый, молодой, высокий. Если поставить его рядом с Максом, то можно было бы подумать, что они братья. Вот только отличие между ними было очевидно — Максим держался уверенно и твердо стоял на ногах. Если бы кто-то спросил, кто лидер этой группы, все бы незамедлительно показали пальцем на Огнева. От него веяло уверенностью и глубиной. А Алекс Ломакин... Алекс находился всего минуту в комнате, а уже успел раскидать половину предметов. Он постоянно находился в движении. То проведет рукой по волосам барабанщика, то поправит свою длинную кожаную куртку. Суетливый лидер... Разве может он привели группу к успеху? Может, не он руководит ими всеми? Хотя руководит тут скорее Шаталинов, который чуть ли ни как ребенка посадил Алекса на диван рядом с остальными музыкантами. — Было прекрасно! Меня прямо переполняет энергия! — чуть ли не вскричал солист, а затем заметил меня. После этого все в комнате внимательно посмотрели на меня. — Как я уже сказал, Макс не один. Позвольте вас познакомить, друзья. Солист группы — Алекс Ломакин, басист Лёша Мигура, — кивнул он на высокого музыканта на диване, — и Саня Лебедев, барабанщик, — парень поднял и помахал мне рукой, ногти которой были накрашены черным лаком. — А это — Ада, — он кивнул на меня. — Ученица Макса и наша гостья. — Отпадные ножки, — сказал Алекс задумчиво, зажав между зубов зубочистку. — Почему в группе пою я, а все лучшие девушки — Максимке? — Может потому что ты не по девочкам, олененок? — толкнул его в бок долговязый Лёша Мигура. — Тоже мне, ценитель женских ножек нашелся! Бедные твои фанатки! — Зато не надо беспокоиться, что одна из них украдет моё сердце, — подмигнул мне солист. — Постойте-ка, а ты мне кого-то напоминаешь... — Саша Лебедев задумчиво почесал подбородок. Ну вот, вновь тоже самое. Кажется, Макс уже пожалел миллион раз, что привел меня сюда. — Видимо, я похожа на какую-то вашу знакомую, — пожала плечами я, пытаясь сгладить неловкую ситуацию. — Мне многие говорят, что я кого-то им напоминаю. — Так оно и есть, — твердо согласился Макс с моей фразой. Музыканты переглянулись, но ничего не сказали. — Мы очень рады, что молодому поколению нравится наша музыка, — усмехнулся Лёша Мигура. — наш Макс жил музыкой, ой, если бы ты, девочка, видела его семь лет назад! Это было невероятно. Ему предлагали контракт и переезд в столицу, но он отказался! На пике карьеры! — Решил круто поменять жизнь. — И ты добился своего! Британия! Но как ты хорошо держался на сцене! — никто не заметил откуда Алекс достал очередную розовую баночку с напитком. — Пипец, мужик, я сам чуть не разревелся от этой песни. — Ты сам исполнил парочку прекрасных песен, — скромно кивнул Макс. — И кто же их автор? Макс Огнев! — рассмеялся Алекс, а затем вновь вскочил с дивана и смачно чмокнув Макса в щеку. Он уже хотел было выйти из гримерной в туалет, жалуясь на тайминг артистов, ведь всё надо успеть за двадцать минут, но на всех порах чуть не врезался в Диму Шаталинова. — Шатало, черт! Напугал! — воскликнул Ломакин, поднимая руки к груди. — Сколько раз тебе говорить, сбрей чертову бороду! Ты с ней как дед мороз недоделанный! Шатало громко рассмеялся, любовно поглаживая свою бороду. — Разве что перед твоими похоронами! Алекс ушел, а они говорили о музыке и только о музыке. Вспоминали прошлое, шутили. Макс мог бы не брать меня сюда, на встречу с давними друзьями. Но он позвал меня. Почему? Почему он пусть и постепенно, но приоткрывает мне завесу своего прошлого? — Всё как и в старые добрые времена, — наконец сказал Лёня Мигура. У меня такое чувство, словно я вернулся на десять лет назад. Всё те же лица, люди, — его взгляд упал на меня. — И Макс не хочет об этом говорить, но ты копия Леры! Хороша была чертовка! Характер дьявола, а пела как ангел! Боковым взглядом я заметила, что Макс вновь напрягся в кресле. Он не хочет говорить о ней... Ну а я хочу ли? У меня такой шанс задать вопрос, который может не представиться больше никогда. Но я решаю смолчать. Может быть впервые в жизни поступаю по-взрослому, чтобы его не обижать. — И ещё жаль, что Толика с нами больше нет, — добавил Макс и мимо меня не прошел его благодарный взгляд. — Истинный гуру фортепиано! К сожалению, посидели и поговорили мы недолго. Шатало посмотрел на часы и с громкими криками про тайминг вытолкал нас всех из гримерной. Мы с Максом ушли через другой выход, тот, где нужно было блуждать по длинным коридорам. — А ведь Геннадий так и не извинился! — шуточно воскликнула я, прервав тишину. Макс выглядел задумчиво. Он словно ушел в себя и свои мысли полностью. — Кажется, я у тебя в долгу. Если хочешь, пойду с ним и по-мужски поговорю? — Поговоришь? — я расплылась в широкой улыбке. — Да. В благодарность, что ты не стала ворошить моё прошлое и расспрашивать моих друзей обо мне. Я замолчала. Я очень бы этого хотела, но... Я словно почувствовала, что не имею на это права. — Я уважаю твою личную жизнь. Мне нравится с тобой общаться. Было бы жаль это испортить, — сказала я честно. — Наши чувства взаимны, — улыбнулся он, после чего, наконец, мы вышли в шумный зал. Но не успели мы выйти, как я замерла, оторопев. Перед нами стоял тот, про кого я и вовсе забыла, находясь на экскурсии с музыкантами. — Ну привет, — сказал Роман Андреев, переводя взгляд с меня на Макса.