Глава 8

От лица Минхо Пятнадцатью минутами ранее. Спускаясь в трюм корабля, я решил разделиться на пары и поделить корабль между собой. Мы пошли с Чигу ниже всех. По пути нам удалось найти парочку японцев, с которыми мы тут же разобрались. До того как они нас заметили, у них были счастливые выражения лиц. Это меня немного насторожило. Неужели догадка о минировании может подтвердиться? Спустя минуты две мы дошли до самого конца корабля. — Босс, — посмотрел на меня Чигу, — что нам делать? — Я не знаю, — подойдя поближе к динамиту, говорю я. — Ни разу с таким не работал. Без понятия, каким образом это разминировать. — Босс, — подбегают остальные, — все японцы повержены. Что за? — Кто-то умеет с такими работать? — интересуюсь я у только что прибывших. Но увидев их удивленные лица, понял, что никто ничего не знает. — Ли, — через минуту слышится голос Чана в рациях, — Ли, там есть кто-то? — Блять, — только отвечаю я, думая, как поступить, — Бан нам конец. У нас пять минут, чтобы уйти отсюда. Они заминировали всё оружие, которое есть на корабле. С такими штуками я не работал. Тут что-то очень сложное. — Есть возможность хоть что-то утащить или разминировать это всё? — Есть, если знать как. В этом и проблема: мы не знаем этого. Тут либо бежать, причём мы не успеем, либо искать выход. После этого наступает недолгое молчание. Видимо Крис взвешивает все «за» и «против». Слышится глубокий вдох: — Кюрин, спускайся. Я знаю, что ты знаешь много о разных детонациях. Удачи. — Хорошо, — только сказала она и сразу понеслась к нам, — Ли, а где вы? — В самый низ и направо, — кое-как ответил я, ведь совсем не ожидал, что Бан позволит дочери спуститься, да ещё и самой разминировать динамить. — Японцы все обезврежены. У нас три минуты сорок секунд. — Я бегу. Она примчалась через сорок секунд. По её взгляду уже было видно — она знает, как разминировать такой динамит. Но вот по её трясущимся рукам можно сказать, что она ужасно боится. На кону много жизней, и эти жизни на плечах семнадцатилетней девочки. — Уходите, пожалуйста, — неожиданно произнесла она после того, как отрезала три провода, — уходите, это приказ! Все начали поворачиваться и подниматься на палубу, чтобы оттуда сесть в свои лодки. Почему я остался? Мог тоже спокойно уйти, оставаясь при этом живым и невредимым. Но эти трясущиеся плечи просто пригвоздили меня к полу. Не знаю, чувствовала ли она мой взгляд на себе, пока я неотрывно смотрел за её действиями. — Тише, — сам от себя не ожидая, я подошёл к ней и обнял эту маленькую трясущуюся фигуру, — успокойся, всё будет хорошо. Переставай так нервничать. Тряска делу не поможет. Она быстро посмотрела на меня и решилась отрезать ещё один провод. Тот снова был холостым. Она спросила про остальных, уплыли ли те. Отвечая согласием, неожиданно Крис начал говорить в рацию слова поддержки. Слова любви. Я, будто знав, что Кюрин готовиться что-то сказать, рацию не убирал. Она таким аккуратным, немного дрогнувшим голосом произнесла: «Пап, я тоже тебя люблю». После этого она взяла белый провод в руки натянула его и, резко отвернув голову и уткнувшись мне в шею, отрезала его. Стук, указывающий на идущие секунды, прекратился. Никакого взрыва за этим не последовало. Кюрин резко расслабляет руки, выкидывая нож, слышится лязг. Именно этот звук выводит меня из оцепенения. Мы живы. — Кюрин, — тихо произношу я, — ты как? — Мы живы? Правда живы? — Да, — прижимая её к себе, отвечаю я, — ты большая умница. Спасибо тебе за такую храбрость. — Как же.. как же это было страшно, — дрожащим голосом, в котором уже слышится облегчение, произносит она. — Почему вы остались? — Должен же был тебе кто-то хоть как-то помочь. Вот я и остался. — Спасибо вам. Я не знаю, как бы по другому справилась с этим. — Змей, — говорю уже я в рацию, — всё готово. Принимайте оружие. — Принято, — ответил тот совсем тихим голосом. Вот кто испугался здесь больше всех.

***

От лица Кюрин Когда я уходила с того корабля, мне казалось, я не чувствовала своих ног. Они настолько дрожали из-за стресса, что просто отказывались идти. Пришлось держаться за руку Минхо, который опять вызвался помочь. — Кюрин! — кричит отец, когда я спускаюсь в лодку, и обнимает меня, как никогда раньше. — Боже, как же я волновался. — Все в порядке, пап, — говорю я, обнимая его в ответ, — вот только ты меня сейчас задушишь. — Прости, — он чуть отошёл от меня. — Прости за то, что сам туда тебя отправил. — Ничего, — я легонько улыбнулась, ведь совсем не считала его виноватым в этом, — всё ведь хорошо. Я тот ещё гений в разминировании всякого. — Это точно. После этого мы стали ждать остальных. Наши лодки почти все наполнялись разным оружием. Его было очень много: были и пистолеты, и разные динамиты. Самыми последними пришли Чанбин и его отряд. Они сделали так, чтобы корабль пошёл ко дну, перед этим выбрав одну из самых глубоких точек. Как только все оказались на борту, мы поплыли обратно в порт Инчхон, где нас уже ждали грузовики для оружия и минивэны для мафии. До берега мы добрались спокойно, как и потом до дома. Согласно плану, оружие мафии должны поделить поровну, чем мы сейчас и занимались. Осматривая все ящики, Хёнджин и Чигу контролировали весь процесс деления. Не понимаю, конечно, для чего это всё, но видимо в мафии деление оружия всегда проходит очень строго, даже если главы близкие друзья. Папа с Минхо в этот момент спокойно общались где-то в саду. Устало вздохнув, я пошла их искать, чтобы сообщить об окончании процесса и том, чтобы меня не теряли. Они находились в беседке, даже умудрившись включить гирлянды. Папа обычно не включает их, когда здесь находится. Видимо его уговорил Минхо. — Пап, — крикнула я, так как была ещё далеко, — делёжка закончилась. Я спать. — Хорошо, Рин, — крикнул он мне в ответ. — Спокойной ночи! — Спокойной ночи, Кюрин, — неожиданно для меня крикнул Минхо. — Вам тоже. Сказав это, я пошла спать. Часы показывали почти шесть утра, но меня это не останавливало. Сегодня буду спать весь день.

***

Сколько же в итоге я спала? Всего три часа. Три, мать его, часа! Просто мой тренер — Мин Хаджун (читать как самый отвратительный человек в мире) решил, что надо бы потренироваться с утра пораньше. После ночной миссии. Миссии, в которой Я! разминировала бомбу за чертовых три минуты и спасла тем самым кучу людей. А сколько стресса я тогда получила! Нет, он решил, что надо решать такие динамиты за меньшее время, чем у меня было ночью. Да ещё и после долгой пробежки! Ну, Мин, как нажалуюсь отцу после этого, если доползу до него, мало тебе не покажется. Разминировав первую мину за два сорок, мне тут же пришлось приступить к следующей уже более сложной. Та поддалась мне спустя три минуты семь секунд. Рук я уже не чувствовала, а перед глазами всё плыло. Третий динамит взорвался бы у меня в руках, будь он настоящим. Сейчас был слышен лишь хлопок и вибрация в руках. — Всё, Бан! — крикнул Мин. — Смерть! — Адьос, — сказала я и упала прямо на землю, притворившись мёртвой. — Ты не справилась с динамитом, который был сегодня. Странно. Нагрузку я дал тебе чуть больше, чем была ночью. — Иди нахер, Мин, — грозно сказала я, открыв глаза (Мин возрастом чуть старше меня, сейчас ему двадцать. Он разрешил обращаться к нему так, как я хочу. Поэтому в его сторону часто летят такие словечки от меня), — чокнулся совсем? Я спала три часа, у меня с ночи до сих пор руки трясутся! А ты ещё тут и бегать заставил и сразу несколько динамитов разных разминировать. У меня уже перед глазами всё плывёт, я тебя-то кое-как вижу! — Так, — уселся он на корточки рядом со мной, — отставить нытьё! Ты когда это так ныла? Правильно, никогда. Чё спектакль устроила тут? — Мин, я устала. Дай день хоть отдохнуть, — после этого я просто встала с земли и стала волочить ноги в дом. Сил не было от слова совсем. В глазах уже не просто всё плыло, я ничего не видела. Но, постояв минуту на месте, я собралась и пошла дальше. Всё-таки я такой человек, который в обморок упадёт только после пули в теле. Так что дойдя до малого холла, где был достаточно большой диван, я плюхнулась на него и закрыла глаза. Кажется, я уснула. Причём очень крепким сном. Как мне сказали позже, меня будили целым табором. Но так и не разбудили, поэтому кто-то просто дотащил меня до комнаты и оставил меня там. Скорее всего это был либо папа, либо Хёнджин. Потому что пароль в мою комнату больше никто не знает из здесь находящихся. На часах уже шесть вечера. Только сейчас я поняла, что со вчерашнего дня ничего не ела. Желудок болел сильно, поэтому вставать с кровати совсем не хотелось. — Хёнджин, — позвонила я Хвану, — а можешь мне в комнату поесть что-нибудь принести? — Сама уже дойти не можешь? — усмехается он, но я-то знаю, что Джин уже идёт в нашу столовую, чтобы что-нибудь взять для меня. — У меня просто живот болит, со вчерашнего дня ничего не ела. А ещё болят ноги. Мин заставил бегать с утра. Ненавижу его. Ну почему ты был занят и не отговорил его? — Прости, слишком много дел после ночи. Что тебе взять? — Хоть что. Я такая голодная, что съем всё. — Ладно, только поесть или ещё что-то? — Ну сок можно. А, ещё, — выделила я специально, — возьми шоколад или кусочек торта. Страсть, как хочется сладкого. — Окей, жди. После этого я сбросила трубку и стала искать во что переодеться. А то я до сих пор была в спортивных шортах и топе. Надев обычные джинсовые шорты и фиолетовый топ в полоску, я заправила кровать и почистила зубы. А ещё умыла лицо и даже успела промыть волосы шампунем и нанести несмываемый уход. Хёнджин пришёл достаточно быстро с полным подносом разной вкусной еды. Оказывается, он уже был в столовой, когда я ему позвонила. Так что он взял еды сразу на двоих. Удивительно, как это всё поместилось здесь? Вместе поужинав, я предложила ему поиграть в настольные игры или в приставку. Оба выбрали второй вариант. Так что играли мы в неё чуть ли не до ночи, запуская разные игры. Где-то нужно было действовать сообща, а где-то наоборот бороться друг против друга. Во второй вариант игр я обычно проигрывала, а если и удавалось обыграть Джина, то я ему об этом ещё пару дней припоминала. Проводя весело вечер, мы даже не заметили, как наступила ночь. Поняли это лишь тогда, когда оба чуть не упали на пол из-за того, что задремали одновременно, не сговариваясь. Поэтому Хёнджин решил, что пора заканчивать и, пожелав мне спокойной ночи, пошёл к себе. Я решила чуть-чуть посидеть в социальных сетях и лечь спать.

***

Утром в офисах была суматоха. Похоже до японцев дошла новость, что их корабль на дне Японского моря уже целые сутки и, конечно же, нас обвинили в этом самых первых. Какие догадливые. Вот только мафия Красного змея влиятельнее, крупнее и авторитетнее японской мафии, название которой переводится, как «Кровавая Сакура». Эта мафиозная группировка существует уже пять лет. За эти годы она стала одной из опаснейших мафий в Японии, но для нас они ещё слишком малы. Как папа говорит: «Они лишь холмик на дороге, зря эта сакура пошла против нас», ну и бла бла бла. Так вот наши главные японские конкуренты — мафия Когараши, что означает мафия холодного ветра, была против поставки Сакурой оружия, они даже пытались их отговорить. Но Кровавая Сакура пошла и против главных японцев. Что же сейчас творится в мафиозном мире Японии до меня пока не дошло, но я уже представляю, какие там идут споры, драки, а то и перестрелки. До нас это вряд ли дойдёт, скорее всего Когараши с лёгкостью выиграет эту небольшую войну, но узнаем об этом потом. Почему же в офисе люди так переживали? А всё потому, что кто-то умудрился украсть один минивэн с японским оружием незадолго до того, как я вчера созвонилась с Хёнджином перед нашей посиделкой. Странно, что о нём спохватились только сейчас. Есть предатель, который до последнего прятал пропажу? Или быть может никто просто не заметил того, что из гаража угнали тачку? Это вообще как? Как кто-то мог проникнуть в гараж, который охраняется ни одним человеком с оружием? У меня лишь два предположения: либо этот кто-то работает на нас, либо же когда-то работал и оставил тут свои связи. Может это тот, кто забрал меня недавно? Но не мог же он так быстро очухаться? Это невозможно. Так и не придя к какому-либо умозаключению, я спустилась в столовую. Там я заметила папу, сидящего с ноутбуком, крепким кофе и сэндвичем на столе. Он сидел, хмуро уставившись в экран гаджета. Скорее всего он смотрит записи с видеокамер, но судя по его выражению лица, там либо никого не видно, либо записи уже удалены. — Доброе утро, пап, — сев рядом с ним, говорю я, когда уже купила чай и пару сырников, — я так и не поняла, что произошло, а главное как. — Ну думаю, ты уже многое знаешь. Поэтому скажу лишь то, что записи подчищены во всей округе с разных сторон. Так что наше оружие будет найти тяжело. Уже есть предположения, кто это? — Нуу, — задумалась я, — думаю, это тот человек, которые увёз меня куда-то. Но я сомневаюсь, что его группировка успела прийти в себя. — Ха, — усмехнулся он, — этот человек может сделать всё, если он этого очень желает. Вот только куда ему столько оружия? — Часть продать, часть оставить себе? — На данный момент продавать это оружие слишком рискованно. Скорее всего сейчас пойдёт слежка за всем этим. У него явно был мотив, но какой? — Тебе насолить, — неожиданно рядом с нами раздался голос Ли, — очевидно же. — Что-то ты зачастил приходить сюда, — лишь отвечает ему папа. — Думаешь, ему это так нужно? — Ну прошлый его план провалился, так почему бы не отомстить тебе за это? Выкрасть по-тихому оружие, я уверен, у него здесь много своих людей, почистить камеры и готово. Его не заметили, оружия у Бана меньше, а у него больше. Вот и всё. — Нееет, — тяну я, — не мог он просто так всё это затеять. Может это японцы? — В нашей мафии ни одного японца, — поворачивается ко мне папа, — и связей с ними ни у кого быть не должно. Так что вряд ли. — Тогда просто разбойники. — Эхх, для них это слишком сложно, — вздыхает Линоу, — ну это точно Ликс. Ну кому ещё надо навредить тебе? — Да всем, — отвечаю я, смотря на Ли, — вот только украли они мало. Нельзя было все машины стырить? Мы бы хоть это сразу заметили. — Вот и не стырили их, — говорит папа, смотря в ноут. Я тоже поворачиваю туда голову и спустя пару минут замечаю что-то странное у гаража. Слева в самом углу, почти в слепой зоне камеры, проскакивает коричневая макушка, протягивая одному из охранников руку для рукопожатия. Причем он не одет в офисный костюм или костюм охранника. — Пап, перемотай чуть-чуть и смотри в левый угол. — Опа, — спустя пару секунд говорит Ли, — а вот и наш воришка. А я сразу говорил, что это Фел. — Но разве он не был блондином пару дней назад? — спрашиваю я, ведь чётко помню несколько светлых прядей выбившихся из-под капюшона тогда. — Он часто красится, — отвечает Ли, — так он чуть маскируется, когда что-то идёт не так. Или же когда надо быть другим человеком в какой-нибудь миссии. — Бедные волосы. Но как вы поняли, что это он? — Особое рукопожатие, — говорит уже папа. — Это мы его придумали. Странно, что он его до сих пор применяет. — Может он специально хотел показать, что это именно он? — выпаливаю я. — Вдруг он заманивает нас куда-то? — Думаешь ловушка? — спрашивает Ли, задумавшись. — Но в чём её смысл? — Отомстить, — произносит папа как-то грустно. — Но как он думал, что мы найдём его где-нибудь? — Наверняка он оставил где-то записи, подобные этой, — чуть подумав, сказала я, — пап, в сторону. Я двигаю к себе ноутбук и начинаю просматривать все видеозаписи, которые были у нас на руках. Их было достаточно много, почти со всех окрестностей. Так что всматриваться во всё надо было долго. И уже спустя минут десять я замечаю знакомую машину, она мелькнула вдалеке буквально на секунду. Отметив эту запись, я продолжила смотреть. Ли и отец просто тупо сверлили экран глазами, но видимо ничего такого не замечали. Посмотрев ещё пару видео, уже увидела лицо похитителя. Он совсем не беспокоился на этот счёт, катаясь на минивэне с полностью открытым окном рукой вне машины. Сверхнаглость. — Где это? — спросила я у двоих. — Не знаю, что это за место. — Зато знаем мы. Чан, выезжаем туда, — Ли уже встал со своего места, — Кюрин, остаешься за главную. — Эй, я с вами хотела! А вдруг это правда ловушка? — Вот мы тебя с собой и не берём, — проверяя пистолет, говорит Ли. — Но я вам его нашла вообще-то! — За это спасибо. А дальше взрослые мужики разберутся сами, — Линоу набирал какой-то номер в телефоне, — Чигу, готовься, выезжаем за одним воришкой. — Кюрин, — поднимается с места папа, — Минхо прав. Скорее всего это ловушка, поэтому ты останешься здесь. Без каких-либо возражений! — Ладно. Расскажете всё потом. Папа тем временем уже выставил небольшой отряд в холле. Там были и Чанбин, и Хёнджи, и даже Чонин. Всех моих друзей забрали, а меня оставили, несправедливо. Пока они все уезжали, я собралась посмотреть записи с камер ещё раз. Вдруг там будет то, что мы не заметили. Просмотрев ещё раз видео с лицом Феликса, мне показалось странным то, что рядом, на пассажирском месте, что-то или кто-то есть. Приближая, я замечаю то, что там что-то светиться. 24:00. Что это? Часы? Бомба? Приблизив ещё раз, поняла, что это всё вместе. Часы отсчитывают время. Осталось чуть больше шести часов.

***

От лица автора В этот момент три внедорожника уже едут по окраинам Сеула на склад оружия мафии Красного змея. Феликс засветился в трёх километрах от склада, и путь его движения чутко показывал, что Ли едет туда. До этого места ехать как минимум часа два. Ждёт ли Ликс их там? Или он задумал что-то ещё? Крис пару минут назад связался с Сынмином, прося его найти машину по номерам и давая доступ к камерам склада. Тот сразу нашёл её впритык стоящей к стене здания. Судя по всему Ли находится там один. Для чего? Неожиданно зазвонил телефон. — Пап! — Кюрин крикнула в трубку. — У вас шесть часов. У него машина заминирована! — Что? Кюрин, ты точно уверена? Феликс не любит всё взрывать и поджигать после одного случая. Блять. Кюрин, отключаюсь. Как только Бан сбросил трубку, он сразу же позвонил Минхо. — Ли, он хочет повторить прошлое. — Что?! — вот такого крика от Ли Крис уже наслышался. — Какого? Он что, совсем мозгами поехал? — Сам же сказал, что его цель — месть. У нас есть шесть часов. Сможем ли мы его переубедить? — Крис, это нереально. Ты же знаешь, он до последнего стоит на своём. — Пока он нас не пристрелит там, времени будет достаточно. Чувствую, будет много криков, слёз, воспоминаний. Этот день будет слишком тяжёлым для нас всех. — Это точно Крис. Ладно на связи. — Приём, — уже в рацию говорит Змей, — в здание склада никому не заходить без моего на то дозволения. Машина Ли заминирована, у нас есть несколько часов на переговоры. Поэтому, если хоть кто-то высунется из машины раньше, чем я разрешу, пеняйте на себя. Всё ясно? Из раций начало доноситься разными словами короткое «Есть!». Никто не знал, закончатся ли переговоры на нормальной ноте, или же что-то пойдёт не так.