Ныне

- Я просто хочу, чтобы ты сам это произнёс, - прошептала Скарлетт, аккуратно касаясь его предплечья. - Что именно? Что ты стала мне дорога? Произнёс. Довольна? - Довольна, - напряжённые до того губы расплылись в улыбке. - Ничего. - М? - Ничего не чувствовал. При первом убийстве. - Хах… а меня ты, значит, за равнодушие упрекнул. - Это другое, Скарлетт. Меня обучали реагировать так. А психика обычного человека не подготовлена к такого рода потрясениям… - И кто же… - девушка на миг растерялась от внезапного приступа откровенности. - Кто это был? - Сослуживец. В армии, - глухо проговорил Каспер. - Вот как. Я и не знала, что ты служил. - Откуда ж тебе было знать, если я не рассказывал… - Как это произошло? – она приблизилась к нему, практически прижавшись. - Стычка, - коротко ответил мужчина, не глядя ей в глаза. - Тебе тяжело вспоминать об этом? - Нет. - Он был плохим человеком? - Ты Достоевского-то читала, Скарлетт? - Нет, - девушка отчего-то стушевалась, - только Тургенева. - Заметно. - В каком смысле? - Забудь, ерунда, - Каспер спрятал улыбку, одарив её тёплым взглядом, - я к тому, что он был человеком. А людей убивать нельзя. Даже если попадётся последняя мразь. - Но ты… - Тогда я поступил так, как должен был. Но я лишил его жизни… - А что было потом? - Ничего, я доложил об этом и пошёл чистить от крови ботинки. - Как… приземлённо скучно, - заключила Скарлетт, нервно усмехнувшись, и тут же спросила, - тебя судил военный трибунал? - Разумеется, - кивнул Каспер и, опережая следующий вопрос, ответил, - он меня оправдал. - Не удивительно, ведь ты был не виновен… - Ты так в этом уверена? – мужчина наконец опустил на неё взгляд. - Абсолютно, Каспер. Я в себе даже сомневаюсь. Но в тебе… в тебе никогда. Ты бы не убил просто так. Ты не такой. - А ты такая? - Не знаю, - она погладила рукой его предплечье, - я себя совсем не знаю. Не доверяю себе. Именно поэтому… именно поэтому всё, что происходит сейчас, неправильно! - Скарлетт… - Нет, пожалуйста, не перебивай, пока с тобой всё ещё говорю я! Настоящая я! Каспер, я же опасна, - девушка затараторила, теребя руками ворот пальто, - и я не знаю, когда меня в следующий раз… перемкнёт. - Я не боюсь тебя. Он сказал это с таким нажимом и непробиваемой уверенностью, что Скарлетт необычайно сильно захотелось ему поверить, зацепиться за эти слова во что бы то ни стало. Каспер стал её маяком надежды в океане собственного безумия. Виски вновь пронзил резкий выстрел боли. Она схватилась за голову, присев на сырую землю. Охотник потянулся к ней, но девушка вытянула руку, останавливая его, вынуждая не трогать. «Я чувствую себя в безопасности рядом с ним. Но не чувствую, что он в безопасности рядом со мной…» Ей было очень страшно, одиноко и противно. От самой себя, от матери, от отца. Она внезапно возненавидела их. Чёртовых эгоистов, которые решили заделать ребёнка, зная о возможных последствиях, безответственно принимая вероятность передачи отцовской наследственной болезни… И это случилось. Она больна. Психически не уравновешена. Из-за них. Из-за их беспечности, наивности и глупости. Хорошо, что он сдох. Плохо, что не утянул за собой ещё и мать. Остервенелым движением она расстегнула кожаную застёжку отцовских наручных часов, которые всё время носила на запястье и чьи стрелки не скользили по треснутому циферблату уже добрых несколько месяцев, отшвыривая их подальше от себя. Скарлетт выпучила, точно выйдя из транса, глаза, зажав рот рукой, словно так можно было прекратить поток жутких мыслей. «Как я могу?.. Это не я. Не я! Я любила папу! Я скучаю по нему, он не виноват, он тоже любил меня!» Внутренне кричала она, пытаясь переубедить собственный, но такой пугающе незнакомый, голос в голове. Девушка глубоко вдохнула и выдохнула, поднимаясь. Её плечи были широко расправлены и больше не дрожали. - Каспер, я… - Тише! – вдруг шикнул он, выключая фонарь. Где-то на ветках, ухая, сидел безмятежный филин. - Это всего лишь птица… - Помолчи, ради Бога! – вновь одёрнул её мужчина. - Никого нет. - Заходи в хижину. - Зачем? - Заходи в хижину! Не дожидаясь пока она сама последует за ним, охотник, обхватив девушку за локоть, увлёк в сторону лестницы. - Да куда ты так… Чёрт, Каспер! - Скарлетт недовольно рыкнула, второй раз подряд споткнувшись о высокие ступени. Но упасть не давала сильная рука мужчины, надёжно удерживающая её. Затащив девушку в дом, он повернулся к двери, закрывая ту на несколько щеколд. - Нам не мешает перестраховаться. Вряд ли кто-то сейчас отправится сюда среди ночи, но в лесу обитают волки, - чётко и без запинок, словно общается сейчас с постояльцами отеля, проговорил Каспер, обращаясь к Скарлетт. - Волки безобиднее меня, - пробормотала она. - Ты заткнёшься или нет?! – вспылил охотник. – Сколько раз мне ещё сказать, что я не боюсь тебя? Или ты специально нагнетаешь? - Ладно-ладно, - девушка чуть осунулась, вжимая голову в плечи, - ух и сердитый… - Что ты там шепчешь? - О своём, - отмахнулась Скарлетт, скидывая пальто, - Я тут как-то ничего и не знаю толком. Здесь есть душ? - Нет, я моюсь в ручье. - Каспер! - И одежду в нём же стираю. - Стормар… - Направо в коридор, - он кивнул головой в указанном направлении, - потом поворот налево и дальше прямо до упора. Там будет дверь. - Надо же, всё-таки имеется? - Расстроилась? - Конечно, уже нафантазировала как ты сопровождаешь меня до ручья и старательно отворачиваешься, пока я принимаю водные процедуры. - Завидное воображение… - Скажешь, что не представлял такое? - Честно? Ни разу. - Мог бы и соврать. - С тобой. - Что? - С Найлом представлял. - О, Боже… - Ты сама просила соврать. - Иди к чёрту, - улыбаясь, ответила Скарлетт, уходя в душ. - В навесном шкафу голубое полотенце, - раздалось из зала, - и чистая одежда, надень. Зайдя в нужную комнату, Скарлетт потянулась к выключателю, но остановилась, пальцы замерли в каких-то нескольких миллиметрах. В маленькое окошко, вверху стены, пробивались лунные лучи, они недостаточно освещали душевую, оставляя в томном полумраке, тем не менее, в нём, чуть привыкнув, можно было сориентироваться. Промозглый ветер снаружи покачивался на тонких ветках, шелестел листьями и подвывал, вторя бодрствующим волкам. Скарлетт решила не включать лампу, дабы не рушить это тонкое единение с природой. Скинув на пол грязную одежду, она пустила воду, прикрывая глаза. Через щёлки в стенах к ней проказливо прорывался холодный воздух, контрастируя с кипятком, омывающим подрагивающее тело. Девушка покрылась мурашками то ли от дискомфорта, то ли от наслаждения. Повернула кран, сделав поток чуть прохладнее. Стало лучше. «Почти как в ручье…» На миг Скарлетт даже пожалела, что в хижине имеется душевая. Она вообразила, как проделывает то же самое в лесу, рядом со сторожащим её охотником. Он бы непременно отвёл взгляд. Ей этого не хотелось. Хотелось, чтобы смотрел. И… не только смотрел. «Что за дурные мысли?» Девушка дёрнула головой, стряхивая наваждение. Умыла лицо, затем, всё ещё натянутое, точно струна, тело. Нашла на полке тюбик. Поднесла ближе к окну. - Чтоб хоть знать, что себе на голову налью… - она сощурилась. – Сомневаюсь, конечно, что у тебя здесь стоят крема для депиляции… На тёмно-коричневом полупрозрачном бутыльке красовалась чёрная наклейка с большими белыми буквами. - Какой кретин разрабатывал дизайн?.. Ага, шампунь, уже отлично. А что за аромат? Скарлетт ещё сильнее напрягла глаза, пробежавшись по строчкам со шрифтом поменьше. «Ладан, бергамот и атласский кедр… Тра-та-та… Землистая и древесная смесь перенесёт вас обратно в горы, в ваш лесной домик…» - Серьёзно, Каспер? – девушка ухмыльнулась. – Впрочем, неудивительно. «Надеюсь, ему понравится запах моих волос после этого чудесного средства». Не скромничая, она выдавила целую ладонь шампуня, а потом ещё одну. Густота шевелюры требовала быть щедрой. Тем более, что шампунь был не её. Вспенив волосы, она с упоением принялась массажировать голову. Длинные ноготки осторожно скребли кожу. Жаль, что они не могли пробраться глубже, промыв ещё и внутри черепной коробки. Пена струилась по туловищу, к ногам и, очерчивая изгибы, утекала вниз. Вымывшись, девушка почувствовала себя немного легче, но лейку не отключала, продолжив стоять под, льющимся серебряными каплями, водопадом. Глаза защипало, и по щекам покатились горячие солёные слёзы, тут же смываемые прохладными струйками. Она опустила взгляд на свои руки. Свои руки… Которыми она убила одного человека и покалечила другого. Скарлетт всхлипнула, ощущая жалкое бессилие. Находясь наедине с собой, девушка решила не сдерживаться. До нынешнего момента она не позволяла себе плакать, но сейчас… Ей было это необходимо. Слёзы – то единственно ничтожное, что она могла себе позволить. Равнодушие при убийстве… Но что от него толку, если эмоции всё равно догонят, обрушиваясь грозной лавиной? «Равнодушие? И только лишь?» Зацарапалось в мыслях… Его ли она ощущала в моменте? Не радость? Не воодушевление? Убивать людей, как оказалось, было намного веселее. Всматриваться в их, перекошенные болью и страхом, лица, слышать, как с каждым вздохом, жизненные силы всё неотвратимее покидают их. Видеть уязвимого, истекающего кровью Синклера было приятно. А сколько их ещё таких – незаслуженно сотрясающих воздух?.. «Нет, я защищалась». «Врёшь…» «Я была вынуждена!» «И снова обман. Ты напала первой». Разрыдавшись, она села на пол, обняв себя за колени. Что может быть хуже, чем не принадлежать самой себе? Быть не в силах контролировать не только своё тело, но и разум? Творить страшные вещи во время внезапных приступов… «Я не хочу так жить. Я не хочу жить…» Но Каспер… Он ведь не бросит её. Он будет рядом. Будет оберегать, защищать, он поможет. Вместе с ним… Скарлетт наверняка… Нет! Скарлетт совершенно точно справится. Охотник – тонкая соломинка, за которую девушка так отчаянно схватилась, соломинка, что вытянет её, не даст захлебнуться. Это излечимо. Можно уйти в ремиссию, есть пачками препараты, лечь в дурку, да? Прекрасно, Скарлетт. Думаешь, ты вот такая нужна ему? В стильной смирительной рубашке. Нужна, ну? Ответь же. - Нет. Он достоин… лучшего, - она сомкнула губы, не давая обречённому стону вырваться наружу. Резво встав, девушка повертелась в ванной, пытаясь отыскать глазами… В стаканчике у раковины стояла его бритва. Скарлетт сделала медленный шаг ближе, вытаскивая её, провела пальцем по лезвию, подушечку прожгло острой болью. Через пару секунд на ней проступило несколько густых капель крови. Лезвие было заточенным. Выдохнув через рот, Скарлетт поднесла бритву к локтевой ямке. «Продольный порез. Лучше несколько. Отсюда и… до запястья. Главное, точно, сильно и быстро». Сердцебиение участилось, в ушах запищало. Она повела плечами, сбрасывая сомнения. Сжала и разжала кулак. - Так правильней… - прошептала она, подбадривая себя. – Так мы скоро увидимся, папа. Лезвие направилось к бархатной коже, коснулось, неприятно кольнув холодом. Ещё немного напора… - Кацен, ты уснула там?! – мужской голос, явно выражающий недовольство, раздался за дверью. – Кому душ льётся? - Ар-р-р!.. – Скарлетт гневно отшвырнула от себя бритву, настрой был потерян. – Не уснула я! Не думала, что ты такой скряга. - Я не скряга, просто вода с перебоями идёт. Ты там сейчас намоешься, что мне не хватит. - Пф-ф… Может, я специально, потому что мне нравится твой индивидуальный запах? - пробурчала девушка. - Что? - Выхожу, говорю. Она промыла бритву водой, аккуратно поставив обратно. Видимо, ещё не время. Открыла створки навесного шкафчика, вытащив оттуда чистую мужскую одежду – футболку и спортивные штаны. Вытершись, примерила. - Великоваты, но если посильнее затянуть… Туго завязав шнурки, Скарлетт наконец вышла из душевой. Каспер сидел в красном кресле, запрокинув ногу на ногу, всем видом изображая равнодушие. Обратив внимание на вернувшуюся девушку, быстро окинул ту взглядом. - Тебе идут болотные оттенки, - с лёгкой улыбкой заметил он. - Правда? - Не шли бы – промолчал. - Т-ц… - Скарлетт лишь цокнула языком, закатив глаза. - Теперь я пойду. - А? - Мыться. - А-а-а… Конечно. Мужчина направился в коридор, обходя её, но, поравнявшись с ней, остановился. Повернул голову с лукавым выражением лица. - Или мне раздеться прямо здесь? - Что? - А что? Я планировал постирать кофту, но раз тебе нравится… - Не понимаю… - Мой запах. М? Оставлю тебе тут, будешь нюхать. - Я не… - Скарлетт задохнулась от смущения. - Могла бы раньше сказать. Не предполагал, что ты такая стеснительная, - он усмехнулся и, не дав ей придумать время на внятный ответ, ушёл в душ. - Сволочь… - вздохнула девушка, прислоняя ладони к горящим щекам. Дабы глупо не стоять столбом, Скарлетт прошлась по залу, сцепив руки за спиной. Липкая тревога, точно от непрерывной слежки, сковывала её движения. Каспер был в душевой, но Скарлетт не ощущала себя одинокой, ловя стеклянные взгляды чучел. «Соберись, трусиха, они никак не могут причинить тебе вред». Перебарывая страх и нахлынувшие воспоминания о первом и не самом удачном посещении охотничьего домика, девушка выхаживала вдоль, украшенных головами животных, стен. - Пальцы откусывать не намереваются, вот видишь… Помимо зверей, в хижине была пара, вырезанных по дереву, масок. «Ритуальные что ли? Ну и страшилища…» Подойдя к полноростовому чучелу лисы, она наклонилась, легонько погладив её по пушистой грудке. От плутовки исходил специфичный запах, но Скарлетт не могла назвать его противным. Поддавшись необъяснимому желанию, девушка протянула указательный палец к мордочке зверя и два раза постучала по, медового цвета, глазу. Скарлетт замерла, абсурдно ожидая реакции. Лисица не сдвинулась, не клацнула зубами, не повела ушами и не вильнула хвостом… Тогда она придвинулась ещё ближе, всматриваясь в мёртвые зрачки. Мёртвые зрачки, дёрнувшись, сузились, сфокусировавшись на девушке. Чучело моргнуло. - Твою мать!.. – не удержавшись на ногах, девушка упала, судорожно отползая подальше. - Это не мои глаза… - прошипела ей лиса. – Я тебя не вижу, Ска-а-арлетт. - Ч-что? – она прижала трясущиеся пальцы к, пульсирующему болью, виску. - Э-по-кси-дна-я смо-ла, - по слогам проговорило чучело, - так назвали то, что… - с каждым словом оно затихало всё сильнее. Непослушное тело Скарлетт, против её воли, подтянулось к нему. Почувствовав это, чучело вновь подало голос. - То, что вставили мне в глазницы… ВМЕСТО МОИХ ВЫРВАННЫХ ГЛАЗ! – последняя фраза громыхнула неожиданным истерическим визгом. Девушка вскрикнула и зажала руками уши, зажмурившись. Лисица же рассмеялась – чистый звонкий смех пронёсся по залу. - Нет, не трогай меня… - Не трону, милая. Конечно же, не трону, - ласково произнесла она. – Не получится… Это больше не мои зоркие глаза, не мои гибкие мышцы, не моё ловкое проворное тело, - лиса заскулила, - у меня внутри теперь лишь металлические стержни да прутья. Эта ледяная проволока стала моим каркасом, я хочу сделать вздох, но моя грудь не вздымается. Я так больше не могу… Поставили у окна, точно в насмешке. Я хочу в лес, но меня сковали, сделали украшением. Отобрали всё! Милостиво оставили только обоняние… Обклеили грязной газетной бумагой! Надеюсь, хотя бы не со скандальными публикациями… - Нет. Это всё неправда… Это не по-настоящему. - Умная девочка, ты права, - искусственные глаза хитро блеснули, - или же… достаточно неглупа? Ведь очевидно, говорящее чучело – вздор. - Тогда… как это? - Меня спрашиваешь? Себя спроси, всё в твоей голове. Ах, точно! Я же тоже в твоей голове… Ха-ха-ха! - Нет, прекрати… Прекрати, Скарлетт! Ты же можешь… Я же могу остановить это! - Мне любопытно… - Уходи из моей головы… прочь! Ты всего лишь грёбанный мираж. Ты не имеешь на до мной власти! – хриплый, но стальной голос девушки чуть ли не срывался на крик, однако она не позволила дать слабину перед самой собой. - А ты не так безнадёжна, как твой отец… Я приятно удивлена. Возможно, у тебя ещё есть шанс. - Ты не слышала? Я сказала тебе, убирайся! - Последняя просьба… Уничтожь меня. - Что? - Порежь, разорви, распотроши, сожги! Прошу… Убей меня, освободи меня. Всех нас… Лисица медленно моргнула и застыла, более не подавая признаков жизни. Как, впрочем, и весь последний год, с того момента, когда с неё сняли эту шкуру. Скарлетт обхватила ладонью шею, тщетно пытаясь вдохнуть. Грудную клетку сжало, словно вместо рёбер у неё самой была проволока. Сердце понемногу успокаивалось, больше не желая выскочить. Она устало опустилась на диван, запрокинув голову вверх, проклиная себя за то, что оставила таблетки Найла в отеле. Хоть у неё и не было убеждённости, что эти препараты ей помогут, само наличие их под рукой дарило чуть больше уверенности в себе. Слёзы вновь потекли из внешних уголков глаз, скатываясь по вискам и неприятно заливаясь в уши. Скарлетт смотрела на деревянный потолок. Голоса, что прежде настойчиво галдели в голове, сейчас подозрительно молчали. Ни единой мысли. Ни единого переживания. Странное спокойствие, граничащее с опустошённостью. - Я устала… - прошептала девушка. – Папа, как же ты с этим жил так долго?.. Она прикрыла глаза, позволяя Морфею увлечь её в своё царство. - Спишь? – раздался шёпот около лица. - М? – Скарлетт приоткрыла глаза. – Нет… Нет, не сплю. Просто заскучала, пока тебя ждала, - кривоватая улыбка получилась не очень жизнеутверждающей. Каспер лишь кивнул, выпрямившись. Молча прошёл к камину, доставая из кармана коробок спичек. На его бедре привычно было затянуто крепление с лезвием в ножнах. С каминной полки взял кусочек старой газеты, зажёгши, присел, поднеся к дымоходу. Маленький язычок пламени дёрнулся в его сторону, норовя устремиться вверх. - Хорошо… - Параноик, - не удержавшись, съязвила Скарлетт, - на скопление сажи почему тогда уж не проверил? - Недавно чистил, - проворчал тот, - удивляешь меня. Откуда такие знания? - Так вот какого ты обо мне мнения. Совсем дура, считаешь? - Заметь, это не я сказал. - Да ну тебя, - засмеялась девушка, поднимая ноги на диван. - Нет, мне теперь интересно, рассказывай, - произнёс Каспер, закидывая сухие дрова в камин. - Да ничего ж особенного, это все знают. Про креозот и всё такое… - Брось, не скромничай. Далеко не все. Как минимум те, у кого нет камина. Им это попросту ни к чему. И, - он повернулся к ней, - что-то мне подсказывает, у тебя он тоже вряд ли был. - Это ещё почему? - Потому. Я же прав? - Прав. Камина у меня не было… Я его всегда хотела, но мы жили в многоэтажке. Сам понимаешь, какой там камин... – усмехнулась девушка. - Поэтому просто читала о них? - Ага, - кивнула Скарлетт, - и мечтала, что когда-нибудь, когда у меня будет свой дом, я применю всю свою теорию на практике… - М-м-м… - задумчиво промычал мужчина, поджав губы. – Ну, знаешь, думаю, сейчас как раз пора делать первые шаги. - Что? - Поднимайся, - он потушил вторую спичку в своих пальцах, подзывая её ближе, - давай-давай! - Не-е-ет… - девушка замялась. - Я не это имела в виду. Каспер, пожалуйста… - Не робей, я ж рядом буду. - Может, позже?.. - Когда? - Ну… в более подходящий момент? - А этот чем не подходящий? - Я просто… не готова. - У-у-у… Мисс Кацен, а печник из вас, оказывается, так себе. - Как ты смеешь?! – улыбаясь, воскликнула она. - Говорю, что вижу. - Да я тебе… я тебе сейчас тут так зажгу, пожалеешь, что предложил! - Только без угроз, Мисс, - ответил мужчина, в примирительном жесте подняв руки. - Заслонку открыл? - Само собой. - Ладно. Уняв внутренний кураж и дрожь в руках, Скарлетт чиркнула спичкой, подождала, пока та разгорится, и зажгла, заранее подготовленный охотником, свёрнутый в рулон, листочек бумаги. Затем поднесла к дровам и подсунула её между ними и слоем старой золы. Огонь лениво лизнул дерево, неспеша разрастаясь, вспыхивая сильнее… Как и обещал, охотник стоял чуть позади, контролируя, но не вмешиваясь. - Получилось? У меня получилось? – девушка возбуждённо повернулась к нему. - Получилось, - подтвердил он, скрывая удовлетворённую улыбку. - Получилось! Ха-ха-ха! Каспер, спасибо! – она восторженно кинулась ему на шею, стискивая в крепких объятиях. - Мне за что спасибо? Тихо-тихо, задушишь же… - простонал мужчина, тем не менее, несмело, в ответ, обхватывая девушку за талию. – Ты сама отлично справилась. А сначала ведь отнекивалась. - Но с тобой это оказалось совсем не страшно, - благодарно прошептала Скарлетт, - одного твоего присутствия достаточно, чтобы я чувствовала себя всемогущей… Каспер, пожалуйста, не оставляй меня. Он ничего не сказал, лишь сжал её крепче в безмолвной клятве. Они простояли так ещё пару минут, после чего девушка неловко отстранилась. - К-хм, прости… эмоции. - Ничего. Понимаю. - У тебя так же было? - Практически, - охотник почесал пальцем висок, - только на шею никому не бросался. - Хе-хе, - не зная, куда деть глаза, Скарлетт развернулась обратно к огню, - надо же… мой первый зажжённый камин. Подумать только! - И не последний. А это ты, причём, ещё дымоход не чистила. - О, нет… - О, да. Боюсь представить, какое там ликование будет. - Прекрати издеваться. - Я и не издеваюсь. Мне нравятся люди, которые на одном энтузиазме работают. - Погоди, я всё-таки напишу прайс. - Справедливо, но корыстно, - прыснул мужчина. Наблюдение за игривым пламенем успокаивало, потрескивание дров ласкало слух. Девушка вытянула руки, грея ладони. Вздрогнула, когда на плечи осторожно опустился плюшевый плед. Каспер бережно укрыл её. Скарлетт захотелось, чтобы он прижал её, но мужчина отступил. - Я сделаю тебе чай, - произнёс он, скрываясь в коридоре. Губы расплылись в растерянной улыбке, глаза опять защипало от подступающих слёз. «Заботится… А ты прекрати ныть уже, размазня!» Скарлетт села на диван и, поджав под себя ноги, посильнее укуталась в мягкий плед. Вскоре вернулся охотник, держа в руке дымящуюся кружку. Он передал её Скарлетт, садясь в кресло, напротив неё. Некоторое время молча всматривался в, попивающую горячий напиток, девушку. Когда она выпила всё, отставив стакан, Каспер наконец подал голос: - Винсент... - Мёртв? – на выдохе спросила она. – Я не планировала и не хотела, клянусь. Мне жаль. - Мне – нет. - Что? – Скарлетт встревоженно подняла на него глаза. - Ты веришь в карму? - Я… не знаю. - Я верил. И, возможно, ты её олицетворение, Кацен? - О чём ты?.. Мужчина положил руку на подлокотник и, согнув, подпёр кистью лицо. Его взгляд задумчиво скользил по девушке, словно в попытке что-то отыскать. - О произошедшем. Это закономерный итог. По крайней мере, мне хочется так думать. - Кем… - она сглотнула. – Кем приходился тебе Винсент? - Опекуном. - Но я слышала… - Неважно, что ты там слышала, - перебил её Каспер, - в местных слухах мало правды. - Ты его совсем не любил? Мне казалось, у вас были тёплые отношения. - Сомневаюсь, что он тот, кто способен на любовь. А я… любил только родителей. - Но он ведь твой… - Иногда иметь высокую вероятность в ДНК-тесте – не значит быть родителем, Скарлетт. Давай закончим на этом. - Хорошо… Как скажешь. А Адам? - А что Адам? - Он ведь… он ведь ни о чём не знает. - Знает, я ему уже сообщил. - Ч-что? – чувствуя, как душа с каждым новым открытием покидает её всё быстрее, девушка вытаращилась на невозмутимого охотника. – Как сообщил? - Видишь ли, натыкаться на… распростёртые тела в холле не совсем будничное занятие для персонала. Тем более, если это тело владельца. - Но Адам ведь… - Распорядится, чтобы всё обошлось без шума. Он ещё отделался малой кровью. Ты даже не представляешь, какую услугу оказала Синклеру младшему, - Каспер хмыкнул, - теперь-то он вздохнёт с облегчением. - Господи… Господи, Боже мой! Да о чём ты говоришь, Стормар? Я человека убила, почему ты, чёрт возьми, настолько хладнокровен?! Погоди… - девушку передёрнуло, как от удара током, она вперилась сверлящим взглядом в мужчину. – Ты… вы всё знали? С самого начала знали? - Не с самого. Пришлось поднять некоторые архивы. У Адама оказалась феноменальная память. - Я не… - Ты ведь здесь из-за отца? – прямой вопрос окатил девушку чаном стылой воды. – Адам его вспомнил. Мистера Кацен – отцовского, так сказать, партнёра и друга. Мы всё гадали, оставил ли он тебе… «наследство». - Как ты можешь? – глухо произнесла Скарлетт, прислоняя ладонь ко лбу. - Прости, - Каспер поднялся с кресла и опустился на пол у ножек дивана, взяв руки девушки в свои, - тогда я ещё не предполагал, насколько значимой ты для меня станешь. - Да, я приехала из-за него, - помолчав, ответила девушка, - потому что перед самоубийством… он выкрикнул название этого острова. - Перед самоубийством? – переспросил охотник. - У него была параноидальная шизофрения, он застрелился… Постой, ты не веришь мне? - Не верю, - мрачно ухмыльнулся Каспер, его руки сжали хрупкие женские ладони крепче, жёстче. - Каспер, что ты делаешь? Мне больно… - Потому что у твоего отца не было никакой параноидальной шизофрении, Скарлетт. Девушка оцепенела, не в силах переварить сказанное. У отца не было расстройства… Это ложь. Этого не могло быть. Что за бред?.. - Как? Была. Т-ты в-врёшь… - заикаясь, пролепетала она. - Скарлетт, - охотник подтянулся, коснувшись пальцами её щеки, - ты была его маленьким подопытным кроликом. Хочешь знать, что мы нашли? Материалы с опытами. Там было всё. Письменные отчёты, заметки, записи с диктофонов и видеокамер. Я тебе обязательно покажу, но потом. - Когда? Н-нет, покажи сейчас, прошу! - Я не могу. Ты не можешь – ты не готова. - Пожалуйста… - Мы уплывём. Утром на первом же корабле. Ты пройдёшь терапию, - он не предлагал, он ставил перед фактом. - Ты уже всё продумал? В психушку меня сдашь? - Тебе необходимо лечение. Я тебя не оставлю, я же обещал. - Но ты мне солгал… Когда сказал, что якобы заметил равнодушие. Получается, ты всё знал. Каспер, я ведь доверяла тебе. - Не договорил, Скарлетт. Лжи не было. Я действительно стал внимательнее присматриваться к тебе после того случая, а потом… потом уже я узнал об эксперименте и мои мысли подтвердились. Но позже, слышишь? Я тебя никогда не обманывал. - Каспер, как же так… - Всё будет хорошо, поняла? С этим можно жить. - Поняла… Каспер, - она запустила трясущиеся пальцы в его русые волосы, - могу спросить кое-что? И больше не вернёмся к этому. В ближайшее время… - Спрашивай, - шумно выдохнув, сдался мужчина. - Мой отец… - губы онемели, язык не желал поворачиваться, но девушка задала вопрос, ответ на который предвещал пронзить её закалённым клинком, - спровоцировал мою б-болезнь, так? Охотник опустил взгляд, прикусив нижнюю губу. Его руки напряглись. Он прикрыл глаза, нехотя кивнув. Пустота. Скарлетт ощутила лишь разрастающуюся внутри пустоту. Едкое предательство разъедало её кожу, дробило кости, пожирало внутренности и испаряло кровь, оставляя на месте грудной клетки лишь огромную дыру. Она вдруг осознала, что не чувствует биение сердца. Может, оно не смогло принять жестокую правду и остановилось? Эта мысль её ничуть не испугала. В тот момент, Скарлетт Кацен умерла, не полностью, но какой-то одной частью. Совсем крошечной, но от того не менее ценной. Той наивной, непорочной частью, что обожала папу, его крепкие объятия, тёплый взгляд, ласковый голос и заразительный смех. Та девочка, что не могла провести без него и дня, которой нравилось разговаривать с самым умным папой обо всём на свете, вместе рисовать кляксами и просто дурачиться. Забавная штука – человеческая память. Игры разума, которые нам не всегда удаётся постичь. Как же это называлось? Кажется, у отца на книжной полке была литература, описывающая расстройства. И кажется, название ему – диссоциативная амнезия. Защитный механизм, выстраиваемый мозгом и блокирующий травмирующие воспоминания. Идеализированный образ любимого доброго папы, не приносящий боли… только лёгкую ностальгию и светлую грусть. Образ, в один миг разбившийся на тысячи осколков. Явивший злую суть – самым уродливым кровожадным монстром всё это время… являлась она. Его самый смелый и масштабный эксперимент ценою в жизнь. Эксперимент, вышедший из-под контроля, погубивший своего экспериментатора… Вот кем была та девочка. Та важная часть, что сейчас мертва. - Чёрт, - прошептала Скарлетт, - розжиг камина у меня больше эмоций вызвал… - Тебе надо поспать. - Вряд ли получится… следующие пару дней. - На втором этаже есть кровать. - Но нет камина, - она выдавила жалкую улыбку, - тут уютней. - Как хочешь. - Каспер. - Ну что ещё? - Ты сказал, что Адам вздохнул с облегчением? - Винсента искренне любила только Шанталь, если это можно так назвать. - Теперь он полноправный владелец… Каспер, но… - Ты мне больше нравилась, когда молча пила чай. - Последний вопрос! И вообще-то я имею право! - Имеешь-имеешь. Ну? - Почему вы… сами его не… как бы это… - Попытались убить? - Ага… - Не знаю, - Каспер по-ребячески пожал плечами, - слишком благонравные, наверно. - Я ведь серьёзно. - Как и я. - Нельзя убивать людей. Плохой человек или хороший – неважно… - пробормотала Скарлетт, вспоминая слова охотника. - Так или иначе, я многому ему обязан. Как и Адам. У тебя же с ним свои личные счёты. Было бы нечестно лишать тебя возмездия. - Цинично… но справедливо. И что дальше? - Адаму понадобится какое-то время, чтобы разобраться со всем. - А что будет с отелем? - Адам не закроет его… - он отвёл в сторону немигающий взгляд. - Но почему? Неужели его не будут мучить теперь тени прошлого? - Потому что он сын своего отца, Скарлетт. А отель – единственное, что у него осталось, - произнёс мужчина, нахмурившись. - Он… - девушка понадеялась, что неправильно его поняла. – Адам продолжит исследования? Продолжит опыты?! - Скарлетт, ты с ума сошла? - Мне точно надо на это отвечать? - К-хм, прости, просто твой вопрос, о-о-х… - Каспер шумно выдохнул, потирая лицо ладонью. – Нет, конечно же нет, Скарлетт. Отель будет функционировать исключительно как отель. В кои-то веки. Это место дорого ему, несмотря ни на что, - девушка второй раз отметила, что в голосе охотника послышались нотки настороженности. - А что насчёт тебя? - Что насчёт меня? - Дорого ли это место тебе? - Место? Никогда не было. - Адам в курсе того, что ты собираешься покинуть остров? Вместе со мной. - В курсе. - Он не против? Отпустил тебя? - Даже если бы был против, думаешь, я бы стал его слушать? - Хах, - девушка хохотнула, - точно нет. - Ну вот и весь разговор. - Каспер, - она всё-таки решилась задать вопрос, мучающий её с первого дня пребывания в отеле, - зверолюдей ведь нет? - Кого?.. – Стормар поднял на неё настороженный взгляд. - Людей с головами животных. - Скарлетт, у тебя температура? Дай лоб потрогаю. - Да или нет. Для кого капканы в лесу? Для них? - Не для зверолюдей. - Для зверей? - У тебя был тяжёлый день. - По сравнению с прошлыми, просто чуть более насыщенный. - Ты в силах ещё шутить, как я вижу. - О, у меня сейчас достаточно сил для чего угодно, - Скарлетт с вызовом вздёрнула подбородок в доказательство своих слов. - Тогда надо направить их в нужное русло. Раз уж спать не собираешься, совместишь приятное с полезным, - поднявшись, Каспер повертел головой, выискивая ей занятие, - вот что… отполируешь ствол. - Ствол? - Ствол. У моего ружья. Я планировал сделать это сам на днях. Но обстоятельства сложились иначе. - Зачем тебе ружьё, если мы завтра уплываем отсюда? - Ты задаёшь слишком много лишних вопросов. Я нашёл тебе увлекательное дело. Почистишь – внесёшь неоценимый вклад. И я буду безмерно благодарен. - Каспер, ты готов мне… Мне-е-е, - девушка лукаво протянула местоимение, особо выделяя его голосом. – Ружьё всучить, лишь бы между нами был какой-либо предмет. - Что, если я таким образом показываю свою степень доверия к тебе? - Я бы назвала это иным словом. - Ты можешь думать, как пожелаешь. - Просто скажи, в чём дело? – девушка встала, скидывая плед. – Я ведь тебе… дорога. Разве нет? - Дорога. И именно потому я не хочу этого делать. - Почему? - Мы этого не заслуживаем, например? Здесь и сейчас. - По-моему, здесь и сейчас, как раз таки, заслужили. Подходящего момента не наступит никогда. Мы выбираем его сами, - она осторожно, будто боясь спугнуть, приблизилась к нему, - мне всего лишь нужно почувствовать, что, после всего произошедшего, я всё ещё желанна. Тобой. - Ты всегда была. Скарлетт облегчённо выдохнула, словно наконец избавившись от тяжёлых оков. Слегка нерешительно кладя кисти на твёрдую грудь охотника, ощутила, как под её ладонью лихорадочно колотится его сильное сердце. Она повела руки вверх, ласково касаясь напряжённых плеч. Девушка заглянула ему в глаза, страшась рассмотреть в них сомнение и брезгливость. Но, вопреки всему, его взгляд был спокойным и немного уставшим, как прежде понимающим, согревающим и одновременно… бесстрастным. Действительно ли Скарлетт смогла разглядеть в его непостижимом омуте эмоций ответное желание или заставила себя поверить, что разглядела? Она отняла руки, точно ошпарившись о мужчину. - Просто-прости-прости… - исступлённо зашептала она. – Ты прав. Это всё несвоевременно. Это не… Девушка не успела договорить. Каспер порывисто, но не без аккуратности, обхватил её нижнюю челюсть пальцами, приподняв. Понимая, что если позволит себе хотя бы пару секунд колебаний, то не решится вовсе, охотник поцеловал её. Поцеловал? Можно ли было назвать это поцелуем? Его губы – жадные, требовательные, голодные до тепла – врезались в губы Скарлетт. Мягкие, податливые и растерянные неожиданным напором. Но она ответила ему, дико и необузданно, подобно разгорающемуся огоньку, грозившемуся сжечь целый лес. Тонкие кисти коснулись атлетического торса, с вожделением исследуя рельеф… Каспер стиснул одной рукой её надплечье, вторую запуская в копну влажных волос, вынуждая девушку ещё сильнее запрокинуть голову. Скарлетт оторвалась от его жёстких губ только чтобы сделать судорожный горячий выдох и тут же вновь примкнуть, отбирая у него кислород. Стальные клешни объятий сдавили мужскую талию, но охотник добровольно ступил в заманчивый смертоносный капкан. Словно волки, дорвавшиеся до травоядного, они остервенело перехватывали друг у друга инициативу. Это была дуэль? Битва? Нет, это, всё-таки, был поцелуй. Пылкий, опьяняющий, яростный и безумный. Но это был их первый поцелуй. Совершенно не такой, как показывают в сказках и описывают в любовных романах, но и они, стоя сейчас, окружённые чучелами, в лесной хижине на Гевире, находились не в том жанре. Каспер первым нашёл в себе силы прервать, казавшийся нескончаемым, контакт. Чуть отодвинувшись, мутным взором оглядел растрёпанную и раскрасневшуюся девушку, высвобождая ту из своей хватки. Она прикусила припухшую губу, затягивая мужчину в пучину плескавшейся жажды. Скарлетт обвила пальцами его запястья, прильнув к жилистой шеи. Хищно лизнула кожу, под которой билась артерия, подмечая, как размеренное дыхание Каспера учащается опять. Прикрыв глаза, она нервно сглотнула, набираясь решимости. Цепкие пальцы разжались, но лишь для того, чтобы скользнуть к бедренным косточкам. Девушка привстала на носочках, оставляя на губах Каспера почти невесомый, но такой волнующий поцелуй. Стала медленно опускаться, опираясь о него ладонями. В животе нетерпеливо клокотало возбуждение, подгоняя, но она сдерживала его, не позволяя всё испортить, намеренно растягивая и не оставляя шанса на ошибку… Чуткие руки огладили грубоватую ткань штанов. Скарлетт потянулась к внутренней стороне его бедра. Пальцы проворно расстегнули застёжку ремня, обезоруживая. Девушка бросила мимолётный взгляд на крепление с ножнами прежде, чем откинуть вещь. - Тебе не перед кем защищаться сейчас, - шепнула она, глядя на охотника снизу вверх. Каспер наклонился к ней, взяв под локти, легко поднял девушку с колен. Когда она выпрямилась, охотник прижал к себе, задел губами острую скулу. Будто почувствовав её боль, поцеловал ноющий висок. Точно в попытке перетянуть хотя бы часть на себя. Свободная одежда охотника, до этого висевшая на девушке мешком, внезапно стала сдавливать, раздражать кожу, мешать дышать. Ей захотелось срочно избавиться от этих нервирующих кусков бесполезной, сковывающей ткани. Отодвинувшись от мужчины, она в одно движение, без промедления, стащила свою футболку. И, споро прицелившись, швырнула её аккурат на морду лисы. «Здесь тебе не бесплатное кино. Чтоб не подсматривала…» Вновь вернув внимание на Каспера, она расстегнула молнию на кофте, ведущую от горла и до груди. Действия охотника были заторможенными, словно он находился в трансе. Что, бесспорно, польстило ей. Расправившись с верхом его одежды, у девушки на миг перехватило дыхание. Её взору открылся обнажённый мощный торс. Но шокировало её не это. На левом плече мужчины всё это время скрывался большой след от ожога, тянущийся до локтевого сустава. - Каспер, это же… - Всего лишь одна из форм памяти. Скарлетт хотела остановиться, сладостный дурман мигом выветрился из помещения, стоило ей увидеть шрам. Чувство вины, вязким битумом, принялось облепливать разум. Не дав угнетающим мыслям завладеть девушкой, Каспер взял её лицо в ладони, заставляя сфокусироваться на его глазах. - Не смотри на него так, будто он был получен из-за тебя, пожалуйста. - Ведь так и есть. Косвенно. И всё же… - Чушь. Но если тебе дискомфортно, давай лучше прекратим. - Нет. Сейчас уже поздно… - Не поздно, поверь, всё в порядке. Ты не заденешь меня. Гораздо хуже, если будешь делать это из чувства должного, против своей воли. - Ага, как же, - Скарлетт усмехнулась, нервно дёрнув щекой, и облизала пересохшие губы, - как же с тобой можно это делать из чувства должного? Она вновь впилась плотоядным взглядом в его голое тело. - Тогда просто не обращай внимания. - Боюсь, не смогу, - девушка осторожно прикоснулась пальцами к изуродованной коже. - Неприятно? - Напротив. Обещаешь не считать чокнутой, если скажу кое-что? - Да куда уж, - он хмыкнул, - обещаю. - Тебе идёт. Как будто… твоё тело было создано для того, чтобы покрыться шрамами. - Вот как? - Угу, - Скарлетт кивнула, плотно сжав губы в тонкую полоску. – Боже, что я выпалила?.. Забудь, ладно? Я… хотела вообще иначе сформулировать. Корректнее. А то звучит как… - Как бредни чокнутой? - Как бодипозитив! - А, - мужчина, более не в силах сохранять сосредоточенное выражение лица, рассмеялся, - ну хорошо тогда. - Что хорошего? - Что моё тело не вызывает у тебя отвращения. - Ты!.. Ты себя видел? Отвращение у меня только твой характер вызывает. Моментами. - Я стараюсь. - Jede Narbe zeichnet uns aus. - Немецкий? Я его не знаю, надеюсь, ты не воспользуешься этим преимуществом, чтобы оскорблять меня? - Нет, конечно. Ведь так делаешь только ты, - она ехидно сощурила глаза, - «Каждый шрам выделяет нас». Это строчка из моей любимой песни. Вспомнилось сейчас… - У тебя красивый акцент. - В юности влюбилась в немецкого актёра. Это стало стимулом учить. Думала, вдруг замуж позовёт, а я не пойму и пошлю куда подальше? – девушка растянула губы в улыбке, давая понять, что шутит. - Разочарована, должно быть? Что всё сложилось иначе. - Ничуть… Ты намного лучше, - Скарлетт приподнялась, оставляя игривый поцелуй в уголке его губ. - Мне нравится, как ты говоришь на нём. Сексуально. Скажешь ещё что-нибудь? - Если хорошо попросишь. Это было так странно. Разговоры о шрамах и немецком посреди комнаты чучел. Они – полуголые, раскалённые, со сбивчивым дыханием. Это было так непонятно. Но как же это соответствовало им. Парадоксальным, непредсказуемым, взбалмошным, непритворным, настоящим… Двум влюблённым живым людям. Двум нормальным в своей ненормальности. Каспер наклонил голову, целуя выпирающую женскую ключицу. Стал медленно опускаться вниз, губами прокладывая дорожку от яремной выемки до ложбинки и ниже. Грудь девушки начала вздыматься. Рвано, тяжело, трепетно. Выдох мужчины защекотал в области пупка. Скарлетт замерла, когда руки охотника принялись хладнокровно развязывать туго завязанные шнурки. «Если ты будешь мешкать ещё сильнее, клянусь, откушу тебе ухо». Но она понимала, почему он медлит. Не ради того, чтобы поиздеваться, позлить, проверить её выдержку или попросту не желая испортить собственную же вещь. Каспер не хотел испугать своей резкостью, осознавая, как многое от него зависит прямо сейчас, явственно ощущая вес ответственности. Шурша, штаны девушки легко спали на пол. Она бросила последний взгляд на пылающий очаг напротив неё и нежно, но властно, толкнула пальцами Каспера принуждая полулечь на распластанную, возле камина, медвежью шкуру, опершись на локти. Скарлетт засмотрелась на выразительный торс, в свете огня тот был ещё соблазнительнее. Девушка несмело села на охотника, прижавшись к его бёдрам своими. Массивная пряжка жёсткого ремня кольнула низ живота холодом, усиливая контраст с горячим телом Каспера. Скарлетт нависла над ним, изучая кончиками пальцев шрамы на груди, сочувствуя и лаская. Она внутренне ликовала от возможности дотрагиваться до него, гладить, волновать касаниями. Теперь он был её. Наконец-то. И их первая, но точно не последняя совместная, полная страсти, ночь. Ещё один тягучий поцелуй. Руки Каспера легли на изящные ягодицы, не задержавшись, устремились к ямочкам Венеры. Скарлетт выдохнула стон в его губы, когда он чуть стиснул её поясницу, безошибочно отыскав эрогенную зону. Распаляясь, прикосновения становились увереннее, дыхания чаще и шумнее. Давя на грудную клетку мужчины, она хотела стать ещё ближе к нему, ещё глубже, перехватить его воздух, впитать тепло, слиться с ним воедино. Проломить рёбра и дотронуться до сердца. Она хотела больше, чем его тело. Она хотела Каспера целиком. Его настоящее, его прошлое и его будущее. «Как же я жила без него раньше?» Скарлетт испугалась этой мысли. Вся жизнь «до» теперь казалось блёклой, пресной, искусственной. Словно только с охотником она познала её, ощутила, каково это – жить, а не проживать. Но сейчас… сейчас им всё ещё мешали элементы одежды. Она мягко отстранилась от мужчины, сползая вниз. От груди к чётким кубикам пресса и тёмной дорожки волос, уходящей за ткань штанов. Металлическая застёжка упрямо не хотела поддаваться манипуляциям Скарлетт. - Нет, - изрёк внезапно Каспер, - кажется, сегодня мы, всё-таки, ляжем спать… - Если ты мне сейчас не поможешь с этой головоломкой, то я просто разгрызу ремень. Он улыбнулся и, отогнав назойливые пальцы девушки, в несколько движений расстегнул его. Скарлетт хотела пошутить про перебор с неприкосновенностью, но одёрнула себя. - Я думала, там будет гравировка волка… или медведя, - она опустила взгляд на пряжку. - Мне нравится заяц. - Если так подумать, у вас что-то общее есть. - Что? - Оба… с превосходным слухом. Охотник лишь хмыкнул, не прокомментировав рассуждение. Девушка хотела расстегнуть ему ширинку, но Каспер перехватил её кисти. - Со своей дрожью ты мне не поможешь, - шелестящим голосом заключил он. Мужчина притянул её к себе, обхватив рукой и резко перевернулся, подминая Скарлетт под себя. Спиной она ощутила мягкость пушистой медвежьей шкуры, повела лопатками, словно стараясь ещё сильнее утонуть в тёплом меху. Стащив штаны, Каспер навис над ней, уперев прямые руки по обе стороны от девичьих плеч. Ему хотелось застыть в этом моменте, подобно окружавшим их чучелам, глядя на неё, любуясь ей. Возбуждённой, полунагой, сумасшедшей, ирреальной. Она обвила его шею, притягивая к себе. Впилась в губы требовательным поцелуем. Стройные лодыжки скрестились у него на пояснице, прижимаясь ещё сильнее, стараясь не оставить между их телами ни миллиметра расстояния. Лишь тонкая ткань нижнего белья стала единственной преградой. Каспер приподнялся, высвобождаясь из безжалостных тисков, выпрямляя и сводя её ноги вместе. Внутренности словно скрутили тугим жгутом, когда пальцы охотника провели по упругим икрам, лишая последнего предмета одежды. Он скользнул губами по щиколотке, опуская их обратно вниз. Потянулся к голени и выше, смазанным поцелуем коснувшись нежной кожи коленки. Скарлетт шумно выдохнула сквозь сжатые зубы, чувствуя его дыхание на внутренней стороне бедра. Он медленно приближался к месту её пожара, не страшась сгореть. Девушка откинула голову, прикрывая дрожащие веки. Костистые пальцы сжались в кулак, стискивая медвежью шкуру, ещё чуть-чуть и от неё оторвётся клок шерсти… Её спина изогнулась, словно пронзённая внезапной судорогой. Тело – настоящий предатель… Скарлетт и не подозревала, что оно способно реагировать столь бурно. Ей казалось, никто не мог понимать её плоть так, как она сама. Хоть сейчас это и звучало несколько иронично… Никто не знал, как ей будет лучше, приятней, ярче. Потому девушка никогда не подпускала к себе других. Никогда настолько близко. Видимо, она, всё-таки, ошибалась. Или неосознанно ждала. Грудь вздымалась высоко и нервно, словно от продолжительного бега. Громкое дыхание, на очередном выдохе, обратилось в гортанный стон. Его руки делали ровно то же, что тысячи раз, скучными и бессонными ночами, делала Кацен, но отчего-то теперь ощущения были совсем иными. Пальцы, утомившиеся терзать мех, впились в плечи охотника. Скарлетт поджала ступни, зажмурившись, замерла. Вся суть натянулась стрелой от мучительного предвкушения. Но что-то не давало, глумливо мешало, назойливо останавливало. Для удовольствия ей не хватало его самого. Она сделала, кажется, титаническое усилие, чтобы спуститься на землю и заставить заплетающийся язык произнести имя мужчины. Каспер понял её, отстранился, оставляя после себя чувство досады и тихой злости. Скарлетт нахмурилась, почти с животной агрессией притянула охотника к себе, кровожадно истязая его губы. Застывшее возбуждение будто отравляло тело, тянуло, угрожая схлопнуться, оставив после лишь подавленный гнев. Каспер поцеловал её челюсть. Ногти вонзились в литые дельтовидные мышцы, когда девушка почувствовала его внутри. Она прижалась своей щекой к щеке мужчины, щетина приятно кольнула гладкую кожу. Скарлетт сделала глубокий вдох – стараясь надышаться его запахом, пропитать им лёгкие. Он пах подсушенной рыжим солнцем полевой травой, влажными лишайниками и тёплой древесной корой. Он пах лесом. Специфическим, но манящим. Непривычным, но необъяснимо родным. Её руки переместились на его рёбра, с каждым движением царапая всё сильнее. У Каспера наверняка останутся следы… Скарлетт было жаль охотника, но как ещё она могла так же исчерпывающе выразить то, насколько ей сейчас хорошо с ним?.. Это был не просто секс. И ещё не любовь. Но это было её зарождением. Ощущение напряжения, до этого сжатой пружиной концентрирующееся внизу живота, в одну секунду стало словно всеобъемлющем. Девушка задержала дыхание, боясь спугнуть момент разрядки, который накрыл её с головой, подобно солёной океанской волне. «Господи, после такого и помирать можно спокойно». Но блаженная эйфория исчезла так же проворно, как и появилась, взамен подарив долгожданное удовлетворение от утоления телесных потребностей и лёгкую усталость. Напряжённые мышцы разом расслабились, благосклонно выпуская Каспера из капкана своих конечностей. Аккуратно убрав прилипшие ко лбу девушки волосы, он лёг рядом с ней. - Спасибо, - прошептала девушка, благодаря то ли за эту мимолётную заботу, то ли за всё в целом, – Каспер, но ты ведь… - Всё нормально, - оборвал Стормар. - Ну и какая я после этого женщина? - Страстная. Как там говорят… - охотник повернул голову, всматриваясь в неё. – «Дело не в тебе, дело во мне». - Выглядит так, будто я тебя использовала. - Я был не против. - А говорил, что не принц… Скарлетт довольно улыбнулась, целуя его в плечо. Прижалась к нему, закинув на мужчину ногу. - У тебя есть шрамы? – внезапно спросил Каспер. - Кроме тех, что ты оставил насмешками на моём сердце? - Кроме них и вон того, что на колене, - указал он взглядом. - По мелочи… Их почти не видно. Этот самый крупный. - У него такая же душещипательная история? – охотник протянул руку, погладив белёсый след. - Наверно, даже проникновеннее. В детстве упала и ударилась о бордюр. Ох и крови было… - Ловкость у тебя с рождения. - Точно… «Не человек, а двуногое бессилие», - пробормотала Скарлетт, - ответь честно, пожалуйста, что ты во мне нашёл? - Тебя. - Это ведь не ответ… - По-моему, вполне. - У всего есть причины. А во мне… будто её нет. Нет причины, чтобы… ну не знаю. Заинтересоваться, влюбиться, полюбить. - Да? А меня заинтересовал твой шарм. - Это психическое расстройство. - Скарлетт, ты больше, чем твоё расстройство, перестань себя недооценивать. Она фыркнула, закрывая глаза. В эту секунду Каспер даже пожалел, что не владел мастерством ораторства, как Винсент или Адам, чтобы подобрать ёмких и, в то же время, поэтических слов. С другой стороны, были ли они ей действительно так нужны? Охотник меланхолично обратил взор на, начавшее понемногу светлеть, небо, затянутое тяжёлыми тучами. Скоро должен был пойти дождь… Он задумался. О причинах.