Часть 17

      Сквозь музыку с джазовыми мотивами доносились оживленные голоса, но расстояние было слишком большим, чтобы можно было внятно распознать, о чем шел разговор. Максимум – расслышать отдельные слова. Музыка играла из динамиков по всей огромной квартире, голоса тоже слышны были отовсюду – со второго этажа, из кабинета, рядом с которым сидела Шепард, из гостиной – гости постоянно мигрировали по комнатам, собираясь в разные группы.       А еще, помимо голосов, музыки и приглушенного гула пролетающих за панорамными окнами аэрокаров, Шепард слышала шум непрерывно бегущей воды – это был искусственный водопад у стены. Трековые светильники подсвечивали ее, на полу играли отблески, от которых трудно было отвести взгляд.       Шепард сделала еще одну операцию, ей поставили импланты, расширяющие диапазон слышимых звуков и увеличивающие чувствительность к колебаниям частот. Она бы не сказала, что что-то радикально изменилось, но все звуки стали ощущаться… глубже, что ли, и сейчас даже простое журчание воды завораживало.       Она прислонилась спиной к стене и вытянула ноги. Зашелестели листья искусственных растений, а под берцами зашуршали серые камни, которые устилали пол коридора по обе стороны. Наверное, что-то было в словах Самары о том, что уединиться во время оживленной вечеринки и подумать о чем-нибудь философском – необычно и интересно. Шепард, правда, думала не о философском, а о более приземленных вещах – смогут ли они все пережить атаку на главный штаб Цербера, удастся ли найти там протеанский ВИ, и достаточно ли Шепард сделала для объединения галактики.       Она прикрыла глаза, когда наверху раздался взрыв хохота. Идея собрать членов старой и новой команды была очень даже неплохой. Пусть повеселятся, прежде чем отправятся в самое пекло. Хотя обычно Шепард устраивала небольшие вечеринки уже после того, как все закончится – после победы над Властелином или Коллекционерами. А сейчас – перед значительным событием. Как будто все они понимают, что некоторые, возможно, после победы присоединиться не смогут. Если вообще получится победить.       Они расслабляются, веселятся перед возможным концом. Шепард так не может, она может только сделать спокойное невозмутимое лицо, притвориться, что это просто обычная вечеринка, а не некое подобие пира во время чумы, а в это время внутри все замирает и органы скручиваются в болезненные узлы от плохого предчувствия и сомнений. Наверное, ей стоило последовать примеру многих и выпить что-то покрепче, чем синтетический апельсиновый сок.       Когда голоса в гостиной начали удаляться в сторону лестницы в другой части квартиры, Шепард оторвалась от стены, поднялась и шагнула на ровную дорожку, приподнятую над природными зонами с камнями, водопадами и искусственными растениями вдоль стен, и неспешно прошествовала в опустевшую гостиную, по пути с любопытством заглянув в бар. На самой стойке и на полу возле нее лежали разбитые бутылки, по которым решили пострелять Рекс с Явиком. Более внимательный осмотр показал, что следов от учебных снарядов на мебели и стенах не было. Молодцы Рекс с Явиком.       А еще оказалось, что кто-то вывел недавно сделанную общую фотографию на большой голоэкран.       Обойдя длинный камин с голографическим огнем, распространяющим вокруг уютный оранжевый свет, Шепард обнаружила за роялем спящую Тали и тяжело вздохнула. Кажется, первый выбыл.        – Тали, – позвала она, коснувшись ее плеча, – не хочешь подыскать себе более подходящее для сна место?       Тали лишь слабо дернула плечом и невнятно что-то забормотала.        – Знаешь, меня начинают напрягать твои отношения с алкоголем, ты же только вчера после Святилища в баре напивалась, – проговорила Шепард.       Взвалив Тали на свое плечо, она потащила ее в ближайшую спальню.        – Черт, с виду маленькая, а такая тяжелая… Или это твой костюм столько весит? – сказала она, подходя к дверям, которые почему-то оказались закрыты.       Когда Шепард подошла достаточно близко, дверцы автоматически распахнулись, и она услышала какой-то резкий и посторонний шорох. Но спальня оказалась пуста.       Сгрузив бормочущую что-то о сыре Тали на кровать, Шепард с подозрением осмотрела гардеробную комнату, подошла к шкафам и сдвинула дверь в сторону. За ней в тесном пространстве обнаружились взъерошенные Вега с Эшли, которые уставились на нее круглыми глазами.       Так и знала, что флиртом эти двое не ограничатся.        – Шепард…        – Мы не…        – Это не то, что ты поду…        – Тали вырубилась, так что эта кровать уже занята, – перебила Шепард, не собираясь выслушивать их оправдания. – На втором этаже в той стороне, – она указала в нужном направлении, – есть еще одна спальня, но она моя. Если узнаю, что кто-то там побывал – пристрелю.       Захлопнув раздвижную дверцу, она ушла, не собираясь им ни мешать, ни помогать. Шепард не одобряла служебных отношений, Устав не просто так запрещал их, но как она могла кому-то мешать встречаться, когда сама крутила роман со своим собственным артиллеристом? И в результате на ее корабле намечалась вот уже четвертая сладкая парочка. Оставалось лишь надеяться на то, что все они взрослые благоразумные люди, которые не будут в случае чего тащить проблемы из личной жизни в работу. У турианцев ведь получается как-то.       Вернувшись в гостиную, Шепард, устроилась на диване, посмотрела на бутылку коньяка, подумала немного, и все же решила поднять себе настроение чем-то более вкусным.       С предвкушением изучив немаленький выбор закусок, она заправила волосы за уши, закатала рукава толстовки и вооружилась одноразовыми палочками, после чего принялась уничтожать разные роллы. Божественно вкусно, особенно после такого количества съеденной питательной пасты, у которой можно было разве что менять соусы, и которые на «Нормандии» были лишь в трех разных вкусах – мясо, карри и вишня. Шепард думала еще приобрести соус со вкусом кофе, но, наверное, это был бы перебор кофе в ее жизни.       Затем Шепард принялась за тарталетки. Боковым зрением она заметила на балконе крупную темную фигуру, но не обратила на нее внимания, мгновенно опознав по силуэту Гарруса. Сейчас сам спустится.       Спустя небольшое количество времени он действительно появился в гостиной.        – Как знал, что найду тебя здесь, – проговорил он, неспешно приближаясь, и его урчащий голос с довольно вибрирующими субгармониками показался Шепард песней. – Если хочешь найти Шепард – ориентируйся либо по взрывам, либо по еде. И так как взрывов я не заметил…        – Заткнись, Вакариан, и иди сюда, – сказала Шепард, выбирая, что же она съест следующим. – Я дам тебе ролл.       Для Гарруса с Тали на эту вечеринку она приобрела две дозы «Инверсии», чтобы они смогли разделить со всей командой лево-закуски и попробовать новый для себя алкоголь.        – Боюсь, я не умею орудовать этими странными столовыми приборами, а этот кубический комок пищи застрянет у меня в глотке и я помру позорной смертью, – сказал Гаррус, сев на спинку дивана прямо за Шепард.        – Хм… Тогда тарталетку? Суши? Темпуру?       Она задумчиво пощелкала палочками, думая, чем же таким маленьким и вкусным накормить Гарруса.        – Ты чего здесь одна сидишь? – спросил он. – Недавно вроде по квартире круги наворачивала и болтала со всеми.       Шепард махнула рукой.        – Они уже пьяны и веселы, не хочу мешать им своей серьезной трезвой рожей. Да и хватит мне на сегодня общения. Все-таки, вечеринки – это не мое.       А вот вкусная еда – мое, – подумала она и съела очередной ролл.        – Дай-ка мне вон то красное нечто. Выглядит вроде безобидно.        – Имбирь? Нет, он для того, чтобы перебить вкус блюда. Давай лучше сашими.       Шепард взяла палочками кусочек рыбы, обмакнула в соевый соус и добавила васаби, а потом сунула в рот наклонившемуся Гаррусу.        – А со мной общения на сегодня тоже хватит? – спросил он.        – Нет, у меня на тебя безлимит.        – Радостно слышать.       Все-таки, какой у него потрясающий голос. Такой… объемный. Надо было сразу эти импланты поставить, еще во время работы на Цербер, когда поняла, что Гаррус в ее жизни и сердце поселится надолго.       Отложив палочки, Шепард тоже забралась на спинку дивана рядом с Гаррусом, свесив ноги вниз. Яркие отблески переливающейся голограммы за окном окрашивали его серебристые лицевые пластины в теплые оттенки и вспыхивали на стальных вставках брони. Какого черта Гаррус пришел на вечеринку в броне? Если бы Шепард своими глазами не видела, как он раздевается для сна в ее каюте, начала бы думать, что броня приросла к нему.        – Хорошая музыка, – сказал Гаррус. – Потанцуем?       Шепард усмехнулась.        – Нет.        – Какая жалость, – проурчал он настолько бархатным голосом с мягко звучащими субгармониками, что если бы еще немного настоял – и Шепард бы согласилась на что угодно.        – Знаешь, мне кое-что никак не дает покоя, – сказала она. – Ты когда, черт возьми, успел взять уроки танго? У тебя же на свои обязанности едва времени хватает, и мы на Цитадели надолго не задерживаемся. Если ты нашел способ управлять временем или каким-то образом увеличить количество часов в сутках, скажи мне об этом, я тоже хочу так уметь.       Он посмеялся, и у Шепард даже мурашки пробежали. Нет, Гаррусу пока определенно не стоит знать, что она поставила импланты и во второй раз влюбилась в него снова. Еще начнет использовать это в своих каких-нибудь очень приятных целях. Скажет потом, когда ее восторги поутихнут.        – К сожалению, я так не умею. Я брал те уроки давно, еще до нашей встречи, я тогда еще был детективом в СБЦ. Мой приятель с работы влюбился в одну азари, а оказалось, что она преподавала спортивные бальные танцы в человеческой студии. Он почему-то стеснялся идти туда один, и пытался уговорить еще кого-нибудь, в том числе и меня. Я почитал об этом человеческом занятии, подумал, что это может быть интересной временной альтернативой обычным своим тренировкам, и согласился.        – О, так ты, значит, не только танго умеешь танцевать.        – Хочешь узнать на практике?        – Нет, – закатила глаза Шепард.        – Да ладно, тебе же понравилось в прошлый раз, – тихо проурчал он ей на ухо, и Шепард порадовалась, что сидит, потому что колени вдруг как-то ослабели. – Ты сама мне об этом сказала, так что не отпирайся.        – Ты вытащил меня танцевать на публике, я несла чушь от адреналина.        – А разве ты у нас не любительница адреналина?        – Ну…        – Всего лишь вальс, Шепард, – продолжал он нашептывать ей на ухо, а его визор мягко мерцал, предательски сообщая своему владельцу о ее участившемся сердцебиении, – он гораздо проще, чем танго, с которым ты, кстати говоря, прекрасно справилась. Шаги ты знаешь, почти все то же самое.        – Я плохо их знаю. И у меня нет практики.        – Так я же тебе ее сейчас и предлагаю.        – Музыка неподходящая…        – Она нам не нужна.       Шепард и сама не поняла, как так оказалось, что она вдруг стоит напротив Гарруса, вложив ладонь в его руку.        – Положи мне руку на плечо, – сказал он.       Шепард мысленно выругалась на себя, что поддалась на эту глупость.        – Давай начнем с чего-то самого простого, – проговорил Гаррус, шагнув вперед и заставив Шепард поставить ногу назад. Затем правую в сторону, и приставить левую. Глядя вниз, чтобы контролировать ноги, она чувствовала себя немного глупо.        – Подними голову, – сказал Гаррус.        – Мне все кажется, что я тебе сейчас на ногу наступлю.        – У меня бронированные ботинки, Шепард. Я почувствую что-нибудь только в том случае, если ты выстрелишь в нее в упор, и то не факт, – сообщил он, продолжая повторять шаги в небольшом пространстве между диваном и роялем.       Шепард с трудом оторвала взгляд от ног, подняла голову, и ее глаза оказались где-то в районе подбородка Гарруса. Может, танцы и не самая сильная ее сторона, и демонстрировать свою неуклюжесть в этом деле не очень хотелось, но находиться так близко к Гаррусу, ощущать вес его руки на своей талии было невероятно приятно.        – Напомни мне потом поговорить с тобой о негласных правилах дресс-кода на вечеринках и неуместности брони на некоторых мероприятиях. Если ты наступишь мне своей бронированной…        – Не наступлю. Смотри, я ставлю свою ногу между твоими.        – Ну тогда ладно.        – Просто расслабься и получай удовольствие.        – Мне скучно, мы же просто топчемся на одном месте. Танго было интересней.        – Скучно, значит, – фыркнул Гаррус. – Ладно, давай теперь с поворотом.       Он продолжил танец, вдруг увеличив темп и длину шага, Шепард чуть не запнулась об его ногу, а потом случайно наступила на нее и чуть не свалилась. К сожалению, Гаррус держал крепко и не позволил этому безобразию так быстро прерваться. Мимо прокружились диваны, камин и лестница, затем мелькнула кухня. Шепард постепенно начала вливаться в захватывающий темп, доверившись движениям Гарруса, и даже получать удовольствие, особенно, когда он поднял их соединенные руки вверх, чтобы Шепард обернулась вокруг своей оси. А потом он как-то хитро ее закрутил и заставил опрокинуться назад, что кончики длинных волос почти коснулись пола. Равновесие окончательно потерялось, самостоятельно Шепард не смогла бы встать с такого глубокого наклона, и она невольно обхватила рукой шею Гарруса, хотя он крепко и надежно держал.        – А это движение точно из вальса? – с коротким смешком поинтересовалась она, наблюдая перед собой перевернутый вид на лестницу со стеклянной стеной.        – Не знаю. Просто оно такое эффектное, не смог удержаться.        – Позер, – фыркнула она, расслабляя руку на его шее.        – Ты же сама просила поинтересней. Моя дама довольна?       Шепард с некоторым усилием подняла голову, обнаружила лицо Гарруса совсем рядом со своим, и совсем забыла, что только что хотела сказать.       Зазвучавшие громче голоса наверху мигом привели ее в чувство, Шепард отчетливо услышала бас Грюнта, и распознала несколько слов. Они шли на кухню.        – Гаррус, быстрей меня поднимай! Кто-то сюда спускается.        – И что? Ты вроде как не ограничивала перемещение по квартире, – скептически заметил он.        – Но они нас увидят!        – Так они в курсе, что мы тоже на вечеринке присутствуем, – проурчал он, явно решив вывести ее из себя.        – Вакариан, твоя дама недовольна!       Он повернул голову, видимо, заметив какое-то движение на лестнице, быстро привел Шепард обратно в вертикальное положение и увальсировал за угол, после чего прижал к стене.       Шепард выдохнула, замерев и слушая топот ног по ступенькам в противоположной части квартиры. Гаррус стоял так близко, что она чувствовала его дыхание на своей коже.        – Кажется, ты нарываешься, здоровяк, – пониженным голосом проговорила она, качая головой.        – Я привнес немного захватывающих ощущений в наш танец, – невозмутимо сообщил он.        – Ты определенно заплатишь за это.        – Так я еще и за прошлый танец ничего не получил, хотя ты обещала, – с легким укором сказал Гаррус. – А я так ждал…       Боковым зрением Шепард уловила белые вспышки деактивирующейся тактической маскировки.        – О-оу, вы такие милые и горячие! – с умилением произнесла Касуми. – А я уже почти потеряла надежду застукать вас в укромном уголке.       И, растворяясь в воздухе, ускользнула на кухню, пока никто не успел возмутиться. Сердитый возглас застрял в горле Шепард, когда ее и Гарруса инструметроны одновременно пискнули.        – Прибью ее, – проворчала Шепард, рассматривая фотографию с собой и Гаррусом.       Хотя, справедливости ради, стоило признать, что получилось красиво.        – Наша вторая совместная фотография, – довольно проговорил Гаррус. – Смотри-ка, Шепард, у нас ясно вырисовывается традиция – по одной фотографии в год. Как думаешь, не слишком ли часто, или в самый раз?        – Если хочешь, можем сократить этот промежуток до полугода.        – А до четверти можно сократить?        – Если ты так хочешь, дорогой.        – Значит, договорились на четверть, милая.        На кухне раздался какой-то грохот, словно что-то упало, и они оба умолкли, вслушиваясь в происходящее.        – Вот и карри закончилось, – печально пробасил Грюнт.        – Вообще-то, тут должно было хватить порции на две… – задумчиво и с чуть заплетающимся языком сказала Трейнор, – но с пола как-то не особо хочется есть.       Шепард прикрыла глаза и потерла лоб. Открылась дверца холодильника.        – Так новое приготовим, делов-то! – сказала Джек. – Мяса у Шепард больше нет… Мы же куски какой-то рыбы заказали. Сойдет. А из чего делается эта жижа? Да похрен, шампанским зальем.       Захлопали дверцы шкафчиков.        – Нам еще нужен лук и морковь… Но я что-то нигде не могу их найти.        – У нас полно имбиря, заменим на него!        – Гаррус, – тихо позвала Шепард, – они же мне кухню разнесут, если будут готовить.        – Ты можешь присоединиться к ним и помочь, – предложил он с легким ехидством в голосе, – будет для тебя отличной практикой, заодно научишься готовить карри по авторскому рецепту Джек.       Вздохнув, Шепард потянула его за воротник, а затем схватила за руку и вытащила из квартиры.        – Пойдем прогуляемся, – сказала она, неспешно отправившись по коридору к лифту.        – Уверена? – спросил Гаррус. – Что-то я опасаюсь, что когда мы вернемся, квартиры уже не будет. Вдруг они ее спалят?        – Будем решать проблемы по мере их поступления. Пока квартира есть, значит, все в порядке, – произнесла Шепард, а потом немного замедлилась, поняв, что слишком нагло утащила его. – Или ты хотел бы остаться на вечеринке со всеми?        – Нет, я же говорил, что готов с тобой прогуляться куда угодно, хоть на улицу, хоть в спящего Жнеца, хоть в центр галактики, – заявил он. – Конечно, я предпочел бы, чтобы ты перестала туда ходить, но, с другой стороны… меня успокаивает то, что в этой галактике постепенно становится все меньше смертельно опасных мест, куда ты еще не сунула свой любопытный миленький носик.       Шепард фыркнула.        – Любопытный миленький носик, – повторила она. – Сколько ты выпил, Гаррус?        – Не особо много, но достаточно для того, чтобы нести всякую романтическую чепуху и не сильно смущаться при этом.        – Между прочим, твой детективный синий нос по любопытству вообще вне конкуренции.        – Не могу на это ничего возразить, – сказал Гаррус, нажимая на кнопку вызова лифта.       Лифт спустил их на Силверсан Стрип, на оживленную в любое время суток улицу, где все сияло, мигало и переливалось разноцветным неоном и голограммами – витрины, рекламные баннеры, названия заведений и даже деревья. На фоне этого буйства цвета и света уличные фонари казались бесполезным элементом декора.        – У тебя есть определенный маршрут? – поинтересовался Гаррус, оглядываясь по сторонам.        – Нет. Пошли в ту сторону, подальше от казино, – Шепард указала налево, – там народу поменьше.       Гаррус выставил в ее сторону локоть, чтобы она могла зацепиться за него. Он шел неспешно, ничего не говорил, и даже молчать с ним было комфортно и уютно. Он просто был рядом, и Шепард чувствовала себя спокойно. И одновременно почему-то немного грустно – как и на вечеринке, мешало какое-то чувство, которое она не могла распознать. Может, это было ощущение неумолимо приближающегося конца – для войны, или для всей галактики, или только для нее самой. А может, это был подавляемый страх неудачи или потери.       Шепард глянула в сторону. Все эти люди, которые сейчас проходят мимо нее, наверное, даже не подозревают, что все решится буквально через считанные дни.       Вот только как решится? Шепард из кожи вон лезла, чтобы собрать и объединить как можно больше сил для войны со Жнецами. Все люди, турианцы, кварианцы, геты и кроганы полностью на ее стороне. И с недавних пор еще и азари, хотя их численность и военная мощь после падения Тессии значительно сократилась. Всех саларианцев привлечь не удалось из-за глупого упрямства далатрессы, но с их стороны у Шепард есть ГОР и множество других добровольцев, которые пошли против решений их правительства. Можно ли было сделать что-то, чтобы привлечь на свою сторону еще и далатрессу? Может, Шепард недостаточно старалась? Была недостаточно убедительна? Не смогла отыскать компромисс? Теперь уже слишком поздно раздумывать об этом.       Из менее развитых в военном плане рас с ней были элкоры, волусы и ханары. Из малочисленных рас – дреллы и жалкие остатки батарианцев. Из разъединенных систем Терминус – три крупнейшие банды под контролем Арии.       Черт, Шепард даже заполучила в союзники рахни, которые всегда считались смертельной угрозой, и спустилась в самые глубины океана за древними чудовищами, чтобы привлечь их на свою сторону.       Что еще можно было сделать, помимо исправления неудачи с саларианцами, Шепард не представляла.        – Гаррус, – позвала она, понимая, что мысли опять стремительно уносят ее в работу, и нужно как-то отвлечься.       Гаррус не откликнулся, глубоко погруженный в какие-то свои размышления. Шепард протянула руку к голографическому синему кусту и провела ею сквозь мерцающие листья.        – Эй, здоровяк, ты чего там завис? – поинтересовалась она, и он моргнул.        – М-м, да так. Думал кое-о-чем.        – О чем?        – Секрет, – усмехнулся он.        – Ну и ладно, пусть останется секретом, – пожала плечами она, а потом ехидно добавила, – мой нос, в отличие от других, не настолько любопытный, чтобы совать его везде.       Гаррус посмеялся.        – Я хотела предложить сходить на Арену «Армакс», – сказала Шепард, – сыграть один раз.        – Шепард… Напомнить тебе, что случилось, когда ты позвала всех туда пострелять? – с укором спросил он. – Ты куда-то исчезла прямо посреди боя, а потом я нашел тебя в каком-то далеком углу за укрытием, ты смотрела подборку видео со смешными животными.        – Но мне стало скучно сражаться с несуществующими врагами! – воскликнула она. – Я стреляю, понимаю, что трачу силы впустую, а потом мотивацию раз, – она щелкнула пальцами, – и как отрезало. Мне вообще изначально не очень хотелось туда идти.        – Зачем тогда пошла?        – Они дали мне бесплатный безлимитный пропуск, сказали, что мое участие поднимет к ним интерес, а я обожаю их нагрудник и наплечники, поэтому решила попробовать.        – А сейчас что изменилось?        – Так я подумала, что мы могли бы сразиться друг против друга.        – Это чертовски привлекательное предложение, Шепард, и в любое другое время я бы с радостью закинул тебя на плечо и побежал туда, но сейчас… Не знаю. Тебе бы отдохнуть нормально после нескольких стимуляторов подряд. Надеюсь, ты сейчас не на одном из них?       Она вздохнула.        – Нет, сегодня я на здоровом шестичасовом сне и литрах кофе.       О выпитой перед вечеринкой банке энергетика она умолчала.        – Знаешь, – начала она, – не припоминаю, когда мне было так хреново, как после тех стимуляторов. Разве что на Феросе, когда Шиала передала мне Шифр. И если я однажды решу снова использовать два разных одновременно, просто дай мне подзатыльник, и посильнее.        – Договорились, но я лучше поищу другой способ остановить тебя.        – Вообще-то, не уверена, что другие сработают. Я себя знаю.        – Шепард, я не буду распускать руки.       Шепард немного помолчала.        – Что, совсем не будешь? – с наигранным разочарованием и хитрыми огоньками в глазах спросила она. – Вообще никогда?       Гаррус шевельнул мандибулами.        – Ну, смотря с какой целью… – уже не так уверенно произнес он.        – Спарринги, – невозмутимо сказала Шепард. – У нас отличные спарринги.        – Те, которые на спортивных матах, или те, которые в постели?       Шепард похлопала его свободной рукой по гладкому твердому наручу брони.        – Да, в общем-то, они везде неплохи, – сказала она. – А на Арену, видимо, сходим как-нибудь в следующий раз.       Если он вообще наступит, – невольно подумала она и тут же прогнала эту мысль куда подальше.        – Кстати, о планах… – начал Гаррус, и Шепард уловила в его неровно звучащих субгармониках легкую нервозность. – Свободна завтра?        – Кажется, я забыла сказать, – виновато проговорила Шепард, в последнее время у нее от плотной занятости все из головы вылетало, если не было записано в заметках, – нас не будет завтра на Цитадели, мы улетаем утром.        – Но штурм базы Цербера запланирован только на послезавтра.        – Да, но у нас флот еще не до конца мобилизован. Квантовый коммуникатор есть далеко не на всех кораблях, коммуникационные буи во многих системах уничтожены, так что не со всеми есть связь. «Нормандия» – один из самых быстрых кораблей, так что немного придется поиграть роль посыльных.        – Ясно…        – А ты что-то хотел?        – Да ничего такого.       Его голос заглушила динамичная музыка, доносившаяся из дверей ночного клуба по другую сторону улицы, возле которого собралась толпа народу. А когда они прошли мимо клуба, за ним обнаружилось уютное на вид кафе с азиатским стрит-фудом, и через огромные окна в пол было видно, что внутри не особо много людей. Шепард подумала о том, что стоит, наверное, заглянуть и посидеть там, заодно и Гаррус попробует что-нибудь новенькое.        – Выходи за меня, – сказал Гаррус.       Шепард отвлеклась от разглядывания ассортимента на вывесках внутри.        – Куда? – уточнила она, засомневавшись, правильно ли уловила смысл. Слишком внезапно он сказал, без каких-либо предпосылок.        – Замуж.       Шепард приоткрыла рот, чтоб ответить, но от неожиданности такого предложения не сообразила, что именно сказать. Первым напрашивался вопрос «А ты хорошо подумал?». Все же Шепард – человек, а не турианка, некоторых вещей она никогда не сможет дать Гаррусу. Да и просто подходила слабо для замужества.       Взглянув на предельно серьезного Гарруса, она поняла, что задать этот вопрос было бы не только глупо, но и даже немного оскорбительно. Конечно же, он уже все по сто раз обдумал.       Но в чем был смысл жениться? Создать семью они вряд ли смогут, они принадлежат к разным мирам. Дети тоже не получатся.       Им и так хорошо.       Ох, черт, она опять начинает выискивать во всем логику. Хоть раз можно сделать то, что хочется, без каких-либо раздумий. Тем более, если это совпадает с желанием Гарруса.        – Да. Пойдем.       Гаррус приподнял надбровные пластины, словно не поверил, а потом провел рукой по гребню.        – Отлично… А куда пойдем? – неловко уточнил он.        – За тебя замуж. Где тут ближайший… не знаю, как тут это на Цитадели называется. Мы же на Силверсан Стрип, тут есть все виды развлечений, наверняка и зарегистрироваться где-то можно?        – Да, недалеко можно, – несколько заторможенно произнес Гаррус.        – А как тут вообще это делается?        – На Цитадели все с этим очень быстро и просто. Заполняем заявку, выбираем нужную нам церемонию, оплачиваем налог и выбираем место проведения и время. Нас проверяют, чтобы мы не были уже женаты, и что мы не родственники, и дают разрешение. Мы являемся туда лично, в наш ID вносятся изменения, и все, мы свободны. Ну, или уже не свободны, тут как посмотреть.        – Нам обоим нужно ее заполнить?        – Нет, одной достаточно. Мне нужен только твой ID.        – Сейчас скину.       Гаррус замедлился, отошел к ограждению, за которым была пропасть. Шепард отправила ему на почту свой номер и глянула вниз, на пролетающие аэрокары и уходящие вниз уровни со множеством горящих огоньков, похожих на звезды. Она попыталась осмыслить, что внезапно выходит замуж, чего, вообще-то, не планировала делать. Но ощущения были… такие чудесные. Как в детстве, когда ждешь какой-нибудь большой праздник, вроде Рождества, с его особой атмосферой и волшебством.        – Ох, черт, – неожиданно тяжело вздохнул Гаррус и облокотился на ограждение, уставившись вниз.        – Что-то мне не очень нравится это твое «ох, черт» сразу после предложения, – настороженно произнесла Шепард. – Имей в виду, если ты сейчас извинишься и возьмешь свои слова назад, я скину тебя вниз.       Гаррус усмехнулся, раздвинув мандибулы, и покачал головой.        – Да я просто не так все это планировал, – признался он со слегка расстроенно звучащими субгармониками. – Хотел сделать все правильно, а не вот так, на ходу. А как у людей полагается – романтическое свидание, пафосный ресторан, шикарное кольцо с самым гигантским бриллиантом, какой только найду, – он свел округленные пальцы рук вместе, видимо, показывая, каким камень должен быть. С его размером ладоней получилось нечто размером почти с волейбольный мяч. – Еще у вас принято на колено вставать. И там вроде нам обоим еще какие-то кольца нужны, я не уверен, что хорошо все понял. А потом ты сказала, что мы улетаем, и я запаниковал.       Шепард покусала губу, пытаясь хоть как-то сдержать довольную и слишком уж широкую улыбку.        – Тогда хорошо, что ты ничего из этого не сделал, – сказала она. – Для меня это огромный перебор с романтикой, я не нуждаюсь во всех этих традициях. И военным запрещено носить украшения, даже кольца.        – Ну, турианским военным это тоже запрещено.        – Нам необязательно следовать человеческим правилам. Что там с турианскими ритуалами?        – У нас есть один красивый и распространенный ритуал, но он немного… болезненный.        – Что, мне нужно будет за тебя подраться с кем-то? – хмыкнула она. – Или я читала, что раньше вы кусали друг друга до шрамов…       Гаррус с укором помотал головой, а потом активировал инструметрон и начал заполнять форму.        – Нет, Шепард, мы же не дикие животные, эти варварские обычаи уже несколько тысяч лет не используются, кроме как у любителей старины. Всего лишь нужно проколоть палец до крови и оставить отметину на ладони партнера, что означает «моя жизнь теперь в твоих руках». И все происходит в полном молчании, слова тут не нужны.        – О, как красиво. Кажется, я читала об этом. Мне нравится.        – Кровь, естественно, навечно на руке не останется, поэтому многие предпочитают потом делать на этом месте татуировку в виде точки.        – Еще красивее. Хочу.        – Ладони – чувствительные части тела. Будет очень неприятно.        – Вряд ли больнее, чем заполучить пулю в живот или сломать нос. Давай этот вариант, – сказала Шепард, а потом вспомнила, что не учла один момент. – Только подожди. Меня интересуют некоторые юридические детали межвидового брака. Конкретней, гражданство Иерархии.        – Можешь не беспокоиться о том, что тебя привлекут к обязательной военной службе, если ты об этом. У тебя будет первый ранг, как у турианских детей, еще не прошедших подготовку, или других вступивших в наше общество инопланетян, тебе нельзя будет вступать в наш флот, но некоторые права ты получишь. На Палавене жесткий контроль въезда для туристов, но у тебя будет беспрепятственный въезд, и ты сможешь там оставаться неограниченное количество времени. Если хочешь, почитай обо всем подробнее, пока будем ждать своей очереди. Тут ближайшее свободное время только через час с небольшим.        – Ладно, понятно, – кивнула Шепард. – Если все заполнил, отправляй заявку.        – Отправляю.       Гаррус ткнул пальцем в экран инструметрона, немного постоял в неподвижности, а потом вздохнул.        – Ох, черт…        – Да что опять?        – Мы поженимся через час. Кажется, это должно было быть как-то более… запоминающееся? Не так сумбурно и на ходу.       Шепард облокотилась о поручни и задумчиво посмотрела вниз, провожая взглядом улетающие аэрокары.        – Да, но… не знаю, что еще можно сделать. Купить бенгальский огонь и поджечь? Или… У меня закончились идеи.        – Подожди немного, – сказал Гаррус и торопливо удалился.       Шепард проводила взглядом его гребень, возвышающийся над головами других инопланетян. Вскоре Гаррус исчез в каком-то магазине сладостей из всех уголков галактики.       Шепард выходит замуж. Подумать только. Мама бы обрадовалась. Но радовалась только до того момента, как узнала, что Шепард выбрала турианца, она ведь участвовала в войне Первого контакта. А вот папа бы точно был против, он ко всем инопланетянам относился настороженно, а к турианцам даже неприязненно из-за того, что они, без предупреждения, ни в чем не разобравшись, открыли огонь по человеческим кораблям.       Гаррус задерживался, и Шепард, чтобы не терять времени, принялась изучать в экстранете нюансы брака с турианцем. Она так углубилась в чтение о правах, возможной работе и запретах, что не сразу заметила, как Гаррус вернулся с какой-то яркой коробочкой в руках. Встав напротив, выпрямившись и выглядя немного официально, он открыл ее так, словно это была коробочка для кольца. К удивлению и веселью Шепард, оно действительно там оказалось, и даже не одно, а множество разноцветных толстых колечек с гладкой поверхностью.        – Выходи за меня, Джейн Шепард, – он протянул свою когтистую руку к ней, и она машинально вытянула свою в ответ. Гаррус шевельнул мандибулами. – Кажется, я забыл, на какой палец нужно надевать кольцо. У тебя целых пять штук.        – Да я и сама не уверена… Я даже не знаю, ту ли руку тебе дала. На все надевай, так точно не ошибешься, – сказала она.       Щеки начали болеть от усилий не улыбаться широко, как дура.        – Как скажешь. У меня колец еще на вторую руку хватит, – проговорил Гаррус, надевая первое кольцо. – О, в размер я попал. Боялся, слишком мелкими будут.       Когда он закончил, Шепард развела пальцы, любуясь на кольца. Потом сняла одно из них и откусила половину. Под тонкой хрустящей корочкой оказалась мягкая начинка с неизвестным вкусом.        – Гаррус, что за потрясающая штука? Дай посмотреть.        – Не знаю, что-то азарийское.       Рассматривая изящные символы на коробке, Шепард сама не заметила, как слопала все кольца со своей руки.        – Недолго же они продержались, – прокомментировал Гаррус, и Шепард легонько пихнула его локтем.       А потом, схватив свободной рукой его за край воротника брони и заставив наклониться, впилась в него поцелуем.        – Полагаю, это было «я согласна», – проурчал Гаррус, когда поцелуй закончился.       Его субгармоники так уютно и довольно рокотали, что Шепард, наверное, сделала бы все, чтобы они продолжали так звучать.        – Ты подарил мне почти два десятка колец, разве я могу после такого отказать? – усмехнулась она и оглянулась. – Так что, куда нам теперь идти? Мне кажется, ты провел полное расследование и теперь знаешь все не только о нюансах межвидовых браков, но и где его заключить поближе к квартире.        – Это так очевидно?        – Конечно.        – Тогда нам обратно к казино, – сообщил Гаррус, развернулся и неспешно направился назад. – А еще, пока у нас есть время, нужно заранее решить, что делать с фамилиями. Слышал, у людей чаще всего берут мужскую.        – А у турианцев – у кого ранг выше. У меня нет ранга, но если соотнести звания, то тут ты тоже выигрываешь – ты советник по Жнецам, которому отдают честь генералы, а я всего лишь коммандер, даже не капитан, – сказала Шепард, на ходу поедая колечки.        – Хочешь взять мою?       Но со своей расставаться очень не хотелось, она активно ее использовала.        – А может, ты мою?        – Гаррус Шепард? – задумчиво проговорил он.       Шепард поморщилась.        – Нет, не звучит, – покачала головой она.        – Джейн Вакариан.        – Это мне больше нравится. Только как-то странно... Как будто это не я.        – Естественно, странно, ты же своим именем почти не пользуешься.        – Может, как-нибудь туда "Шепард" втиснуть?        – Джейн Вакариан-Шепард.        – Нет, это звучит так, будто я не смогла определиться.        – Шепард Вакариан?        – То есть, мне не только фамилию, но и заодно имя сменить?        – Джейн Гаррус.        – Ты все комбинации решил перебрать, что ли? – проворчала она и отправила в рот очередное кольцо.        – Можем каждый при своей остаться. Так будет для всех проще, – предложил Гаррус.        – Но… Не знаю, – неуверенно сказала Шепард. – Так получилось, что у моего папы была другая фамилия, мама оставила свою, и мне эту же дала. А я всегда хотела, чтобы у нашей семьи была общая, неважно, чья.        – Ты им об этом говорила?       Она покачала головой.        – Мне казалось это незначительной глупостью.        – А мне кажется, они бы прислушались к тебе, – сказал Гаррус. – Я возьму твою, если хочешь общую, но не хочешь отказываться от своей.       На нее вдруг нахлынула волна необъяснимой нежности и одновременно удивления – ну как она так умудрилась заполучить такого внимательного и заботливого… пусть и не человека, но турианца?        – Но мне нравится твоя фамилия, – возразила она. – Дай мне время подумать. У нас ведь есть еще целый час?        – Даже чуть больше, – кивнул Гаррус.       А может, все эти сомнения с выбором фамилии окажутся бесполезными, потому что Шепард, возможно, умрет через несколько дней. Она засунула сразу два колечка в рот, пытаясь отогнать эти вездесущие мрачные мысли.        – Ох, черт… – печально вздохнула Шепард, посмотрев в коробку.        – Ну а у тебя-то что? – тут же отреагировал Гаррус.        – Кольца закончились.