4. прошлое. на краю безумия.

      – Вы его убили, – шепчет Дженни, глядя в одну точку.       Она всё ещё сидит на полу, не в силах подняться на ноги. Страх и потрясение парализуют тело, не давая сдвинуться ни на сантиметр.       – Он уже был мёртв, – будничным тоном сообщает мистер Ньюман. Его голос звучит спокойно и тихо. Дженни силится различить в нем нотки сожаления, но всё тщетно.       Старик кидает быстрый взгляд за диван – именно там должно лежать тело соседского парнишки – и спешно следует в коридор.       Дженнифер бьёт мелкая дрожь. Она слегка поворачивает голову и замечает, как сосед закрывает дверь и щелкает замком, после чего возвращается в гостиную. Женщина, словно зачарованная, наблюдает за тем, как темные капли крови, обрываясь с кончика кочерги, падают на пол.       – Он укусил тебя? – снова повторяет свой вопрос мистер Ньюман.       Дженни вторит ему пристальным взглядом. Она всё ещё пытается переварить произошедшее. Кажется, что мозг отчаянно сопротивляется свыкнуться со свалившейся на неё реальностью.       Этого просто не может быть.       Мистер Ньюман вздыхает и, подойдя к женщине, неспешно, по-стариковски, опускается на левое колено. Его приближение заставляет Дженнифер испуганно отодвинуться в сторону. Уперевшись ладонями в пол, она силиться оттолкнуться, оказаться как можно дальше от старика. Оружие в его руках её пугает. Как знать, может он не ограничится убийством одного только Джерри Питерса...       – Нет, он меня не укусил, – дрожащим голосом отвечает Дженнифер. Она чувствует, как разрастается ком внутри горла, нижняя губа начинает трястись, а глаза наполняются слезами. Лицо соседа начинает плыть перед глазами.       Какое-то время старик молча рассматривает её. Взгляд выцветших серых глаз скользит по её лицу, шее, груди и рукам.       – Хорошо, – наконец говорит мистер Ньюман и неспешно выпрямляется. Оглянувшись, он напряженно всматривается в окно. Сорвавшись с места, старик подлетает к стене, щелкает выключателем, погружая гостиную в полумрак.       Единственным источником света, едва освещающим помещение, становится уличный фонарь, расположившийся у подъездной дорожки.       – Что вы делаете? – силясь справиться с эмоциями, спрашивает Дженнифер. Она упирается спиной в книжную полку, лопатками чувствует выступающие переплеты книг.       Женщина не отрывает пристального взгляда от пожилого соседа. Он подходит к окну и, слегка сдвинув в сторону штору, выглядывает наружу.       Когда они с Дэвидом переехали в новый дом, Дженни занялась его обустройством. Не менее важным в декоре для нее всегда были шторы. Окна их просторной гостиной выходили на главную улицу. При желании, любой мог заглянуть внутрь их дома, стоило ему встать на носочки и приглядеться. Дженнифер это категорически не нравилось. Она ревностно оберегала личные границы. Купив занавески, она выбирала наиболее плотные. К ним позже прибавились атласные шторы, которые она предпочитала задергивать всякий раз, когда начинало темнеть.       Только вот уснув сегодня вечером, она не успела этого сделать. И сейчас свет с улицы проникал в гостиную сквозь прозрачные занавески.       Мистер Ньюман слегка сдвигает атласную штору, просматривая улицу.       – Здесь небезопасно, – говорит он, пропустив слова женщины мимо ушей.       Дженни чувствует, как по спине взбирается волна мурашек. Она спрашивает:       – Что вы такое говорите? Почему?       Старик молчит.       – Мистер Ньюман! Что вы такое говорите?! – голос Дженнифер взлетает на несколько октав.       – Тише, – обернувшись к ней, говорит старик. Встретив её взгляд, он вздыхает и говорит: – Этот мальчик – не единственный.       – Что?       – Зараза уже распространилось по городу, – сухо добавляет он.       Дженни молчит. Ответы мистера Ньюмана не проясняют ситуацию. Они лишь сильнее путают. Наслаиваясь друг на друга, они выстраиваются в причудливую пирамиду безумия.       – Какая зараза? Что с Джерри? Почему он так себя вел? Он чем-то болен? – Дженни обрушивает на старика миллион вопросов. Вопрос о том, жив ли парень, она опускает. До сих пор до неё не доносилось ни единого стона, ни единого шороха со стороны того места, где, предположительно, должно лежать тело юного соседа.       – Он не болен. Он мёртв, – вновь повторяет свои слова старик. В погруженной полумрак гостиной его слова звучат зловеще, словно реплика из какого-нибудь фильма ужасов.       В гостиной повисает тишина. Слова мистер Ньюмана вертятся в голове у женщины, не желая вписываться ни в какие рамки. Всё, что он сказал кажется ей полнейшей чушью. Может, он сошел с ума? Ветеран войны во Вьетнаме, слетевший с катушек? Такая уж эта редкая история? Сколько таких до сих пор бродит по стране, страдая от ран прошлого, которые сводят их с ума?       Когда они только переехали в пригород Ньюнана, многие соседи изъявили желание зайти к ним в гости и познакомиться. Среди них были самые разные люди. Кроме нелюдимого соседа, жившего в доме напротив. Он не пришел к ним знакомиться в день, когда они въехали в дом. Не посетил он и вечеринку по случаю их приезда спустя неделю. Старик упорно обходил их стороной, хмуро поглядывая на всё вокруг со своей просторной веранды и не проявляя никаких признаков радости от их появления на его улице.       У мистера Ньюмана была скверная репутация. Местные его избегали и больше терпели. Одинокий затворник, несколько лет назад он потерял жену, а ещё раньше – единственную дочку. В прошлом военный, вернувшись из дождливых вьетнамских джунглей, он ушел в отставку. Ютясь с женой в обветшалом двухэтажном доме, они жили на его скромную зарплату охранника в местном супермаркете и её небольшое жалование библиотекаря. И без того хмурый, он сделался ещё мрачнее после смерти дочери. По рассказам соседей, она покончила с собой. А потом, спустя много лет, и жена покинула старика, не сумев побороть рак молочной железы.       Всё это Дженнифер знает со слов соседей, но глядя на старика, она нисколько не сомневается в их правдивости. И сейчас она не менее удивлена появлению мистера Ньюмана в её доме, чем окровавленному Джерри Питерсу, пытавшемуся напасть на неё. Ведь за всё время их жизни по соседству, старик едва ли сказал ей несколько слов.       Дженни побаивалась соседа. Его вечно хмурого лица, пытливого взгляда. Ей было неловко и тревожно всякий раз, когда она сталкивалась с ним. Женщина предпочитала стремительно проходить мимо, вперив взгляд в асфальт. В отличие от жены, Дэвид несколько раз разговаривал со стариком. По его словам, их беседы ограничивались парочкой нейтральных фраз. Они могли поговорить о погоде, работе или излишне громком соседском псе, который своим лаем не давал спать половине улице.       – Дженнифер, ты ведь наверняка смотришь телевизор. Ты видела все эти репортажи. Нападения, убийства... – голос старика вырывает женщину из раздумий.       – Да, но как это связано... – путаясь в собственных мыслях, отзывает Дженни.       – Напрямую. В новостях никогда точно не говорили, кто были эти нападавшие.       – А вы знаете?       Взгляд старика вновь обращается к телу соседа.       – Мертвецы. Я не знаю как, не знаю почему, но... они нападают на живых.       Разглядывая лицо соседа, освещаемое тусклым светом фонаря, Дженни пытается вспомнить, где оставила свой телефон. Он точно был в гостиной. На диване? За ним?       События последних нескольких минут смешиваются у неё в голове. После того, как она открыла дверь своему соседу, женщина помнит лишь хаотичные обрывки, яркими пятнами взрывающиеся в её сознании.       Дженнифер очень хочется, чтобы сейчас в дверях гостиной появился Дэвид. Чтобы он вызвал полицию и передал безумного старика служителям порядка. Чтобы тело этого бедного парнишки убрали из её гостиной...       Она хочет, чтобы это безумие поскорее закончилось. Хочет оказаться в объятиях мужа, услышать слова утешения.       – Так и думал. Там есть ещё, – глухим голосом отзывается мистер Ньюман.       Он оглядывается и жестом подзывает Дженнифер к себе. Она не двигается с места.       – Ты мне не веришь, Дженнифер. Подойди. Сама увидишь.       – Что увижу?       – Что он не один такой.       «Какой? Мёртвый? Вы убили ещё парочку соседей, пока добирались до моего дома?» – мысленно вопрошает Дженни, не в силах спросить об этом у старика.       Решив не перечить ему – женщина всё ещё уверена, что старик не в себе, а она не более, чем его заложница, – Дженни, ухватившись за край встроенного в стену камина, поднимается на ноги. Двигаясь, словно во сне, она подходит к окну с противоположенной от старика стороны и немного отводит штору в сторону.       – Осторожнее, а то они заметят, – предостерегает её старик. – Видишь?       Дженни напряженно вглядывается в пустую улицу. Вначале она действительно ничего не видит. Её взгляд скользит по пустой дороге, подъездным дорожкам, почтовым ящикам, темным окнам в доме напротив. Она уже хочет отвернуться и попробовать выпроводить мистера Ньюмана из своего дома, когда краем глаза замечает какое-то движение. На тротуаре, в тени деревьев, она что-то видит.       – Это... – неуверенно начинает Дженнифер и мистер Ньюман согласно добавляет:       – Да, мистер и миссис Питерс, его родители.       Вначале на свет выходит дородная фигура миссис Питерс. Женщина сорока пяти лет, она отличается пышным формами и, на взгляд Дженнифер, страдает от избыточного веса. Больше всего её удивляет гипс на ноге миссис Питерс, который та неуклюже тащит по земле. Приглядевшись, Дженнифер замечает что вся ночная рубашка соседки заляпана кровью. Особенно много её в области шеи и груди.       Следом показывается мистер Питерс. Ничем не примечательный, лысеющий мужчина пятидесяти лет. Сейчас он появляется перед Дженни без свой фирменной любезной улыбки и круглых очков. В отличие от жены, он одет в футболку и джинсы, но подобно ей, весь измазан в крови. Понять, откуда и как она на него попала, Дженнифер не может.       Супруги Питерс медленно бредут по улице. Их головы полуопущены, руки безвольно болтаются вдоль тел. Однако, в отличие от Джерри, они не выглядят агрессивными. По крайне мере, со стороны.       Вдали раздается звук машинной сигнализации. Он, словно сигнал, привлекает мужчину и женщину. Вскинув головы, они прибавляют шагу и направляются в направлении источника звука. Несмотря на гипс, миссис Питерс спешит за супругом, который энергично, едва не бегом, идет впереди.       Ничего не понимая, Дженни отступает вглубь комнаты. Она силится не смотреть на пол, в особенности туда, где должен лежать их сын. Отойдя от окна, женщина упирается спиной в холодную стену.       – Я не понимаю.... что с ними? – глухо вопрошает Дженнифер.       – То же, что и с ним, – кивнув в сторону лежащего на полу тела, отвечает ей мистер Ньюман.       – Они... заражены?       – Мертвы, – продолжает гнуть своё мистер Ньюман.       – Они вышли искать его? Может, они бояться, что он попал в беду? – пропуская слова мистера Ньюмана мимо ушей, спрашивает Дженнифер. Она обращается скорее к себе, чем к нему.       – Нет, Дженнифер. Им уже всё равно. Они ищут нас.       Почувствовав, как дрожь пробирает всë её тело, Дженнифер вскидывает голову и севшим голосом интересуется:       – Нас?       – Да. Нас. Живых. Джерри тебя уже нашел.       – Но... зачем?       – Чтобы напасть. Укусить. Заразить.       Тишина заполняет гостиную до краев.       Дженнифер не решается смотреть на мистера Ньюмана. Она не хочет вслушиваться в его слова. Не хочет понимать их. Осознавать. Она не хочет пускать их в своё сознание. Стоит подобным мыслям заполнить её голову, она точно начнет верить старику. Если не сойдет с ума раньше.       – Где Дэвид? – интересуется мистер Ньюман, подходя к Дженнифер.       Вначале женщина хочет соврать. Ей хочется убедить мистера Ньюмана, что с приходом Дэвида он будет вынужден покинуть их дом. Если не по собственной воле, то в сопровождении полиции.       Она всматривается в сосредоточенное лицо старика и не находит там признаков безумия. Его голос звучит спокойно, движения точные и выверенные. Глаза смотрят пристально, но беззлобно. Разве что нотки беспокойства проскальзывают в его взгляде каждый раз, когда он оглядывается и смотрит в окно.       – Должен бы уже прийти, – выдыхает Дженни, решив сказать правду, – у него сегодня смена в больнице.       Мистер Ньюман хмурится и говорит:       – Плохо.       Дженни не может с ним не согласиться.       – Здесь небезопасно. Нам нужно уходить, – повторяет сказанное ранее старик.       – Что? – сколько ещё нелепых слов она должна выслушать от этого безумца?       Не будь Дженнифер так напугана, она бы, наверное, позволила себе некоторую грубость в отношении соседа.       – Я никуда не пойду без Дэвида, – говорит женщина.       Старик вздыхает.       Какое-то время они молча смотрят друг на друга. Дженнифер пытается придать своему лицу выражение, говорящее: моё мнение окончательное, если хотите – уходите, я никуда не пойду.       – Дженнифер... – начинает старик, но женщина его перебивает:       – Нет. Я не уйду отсюда без мужа, – с каждым словом в её голосе появляется всё больше твердых ноток. В какое-то момент её щеки начинают пылать и она добавляет: – Если вы хотите – идите. Я останусь здесь.       По выражению на лице мистера Ньюмана сложно что-либо сказать.       Дженнифер мало волнуют внутренние переживания старика. Найдя в себе силы, она отходит от стены и следует к дивану. Какое-то время женщина шарит по нему руками, вытряхивает плед. Наконец, спустя несколько секунд поисков, её пальцы натыкаются на лежащий между подушками телефон.       Дженни всматривается в ярко-горящий экран. Сердце болезненно сжимается, когда она читает фразу «нет новых сообщений». Пропущенных звонков тоже не наблюдается.       – Ну ладно, – голос мистера Ньюмана заставляет женщину вздрогнуть. Она поднимает голову и смотрит на него. Старик говорит: – Останемся тут до утра. Если Дэвид к тому моменту не вернется – мы уйдём без него. Понятно?       Дженнифер молчит. Какая-то часть неё хочет возмутиться. Почему старик решил, что может решать за неё? Кто сказал, что она вообще согласиться куда-то с ним пойти?       – Я проверю все двери в доме, – продолжает старик. – Удостоверюсь, что никто чужой не проникнет сюда. Свет лучше не включать. Он привлекает их.       Перед внутренним взором Дженнифер возникают две соседские фигуры, неуклюже бредущие по улице. Она невольно смотрит в окно, но видит только стоящий напротив дом.