13. возвращение к своим

Перед тем, как покинуть дом Гринов, Дженни просит разрешение принять душ. Хершель великодушно позволяет ей воспользоваться ванной комнатой на втором этаже, а Мэгги, в свою очередь, передает женщине что-то из своих вещей. Оказавшись в крошечной комнате, Дженни спешно стягивает с себя пропахшие потом, вымазанные в её собственном крови, вещи. Бросив их на пол, она с удивлением рассматривает себя в зеркале. Голова неприятно чешется. Её волосы выглядят ужасно – немытые, наверное, с неделю, они блестят, а о том, как выглядит её голова под бинтами, женщина и думать боится. Но Хершель просил не снимать повязку, потому что ему пришлось наложить несколько швов, и он хотел, чтобы рана немного затянулась. Но Дженни удивляет не только её запущенный вид. Небольшой животик и щечки, которые вызывали у нее беспокойство несколько далеких недель назад, когда жизнь была ещё совсем другом, почти сошли на нет. Женщине кажется, что она постарела на несколько лет, если не на десяток. Чувствуя некоторое разочарование, она склоняется над раковиной и упорно умывается, словно это способно смыть усталость и годы с её лица, вернув щекам былой румянец. Вещи Мэгги оказываются ей почти что в пору, разве что джинсы немного давят бока. Но Дженни не смеет жаловаться. Справившись с лестницей, женщина покидает дом и на секунду замирает на крыльце, щурясь в лучах полуденного солнца. Неподалеку от дома Дженни замечает палаточный лагерь и автомобили, припаркованные у дороги. Обитатели лагеря замечают Дженни только тогда, когда она подходит вплотную к палаткам. Дэйл приветственно встает ей навстречу, живо интересуясь её самочувствием. Остальные – расположившиеся около костра – поднимаются следом. Кто-то из членов группы – Рик, Лори и Кэрол – навещали её ещё вчера, высказывая свои пожелания скорейшего выздоровления. Дженни было неловко видеть Рика и Лори у себя в комнате, поскольку они, едва не потеряв Карла, нашли в себе силы и время зайти и проведать её. Как и Кэрол, всё ещё переживающая пропажу дочери. – Рада, что ты в порядке, – приветственно хлопнув женщину по плечу, говорит Андреа. – Дженни, ты не голодна? – интересуется Дэйл, кивнув на котелок, стоящий на земле рядом с костром. – У нас осталось немного каши. Дженнифер отрицательно качает головой. Она ищет глазами Шейна. Он вскоре показывается из трейлера Дэйла, держа в руке сложенную в несколько раз карту. Увидев сестру, мужчина приветственно поднимает руку и, подойдя к ней, заключает в объятия. – Рад, что ты снова с нами, – хмыкает он. Чувствуя себя несколько потерянной, Дженни просит брата рассказать ей о событиях прошедшего дня, а также показать, где можно расположиться. Шейн отводит её к небольшой палатке болотного цвета. – Знаю, ты не любишь палатки, – почесав затылок, говорит Шейн. – Но пока тебя не было, я подумал, что мне одному этого хватит. Дженни понимающе кивает. После дома Гринов перебраться в палатку будет для неё делом не самым лёгким и приятным. Она оглядывается и высматривает среди прочих автомобиль брата. – Слушай, мы можем поехать и поискать что-нибудь для нас двоих, – проследив за взглядом сестры, говорит Шейн. – Сегодня? – удивляется Дженни. – Рано? – осознав свой промах, уточняет Шейн. Дженни неопределенно пожимает плечами. – Хершель сказал, что мне следует поменьше активничать. Побольше отдыхать и не перенапрягаться, – отвечает женщина. – Мы можем поискать палатку как-нибудь потом, а пока я посплю в машине. – Ты уверена? – хмурится брат. – Да, мне там будет удобно, – отвечает Дженни, про себя думая, что нигде, кроме нормальной постели, ей удобно не будет. Но из двух зол она выбирает меньшее. По крайней мере, для себя. И дело здесь не в её нелюбви к походам. Палатки кажутся Дженни не такими надежными, как салон машины. Что стоит ходячему навалиться на палатку, как-нибудь её порвать и напасть на находящегося там человека? Дженни и Шейн отходят к машине. Оказавшись на удовлетворительном расстоянии от лагеря, Дженни спрашивает брата: – Как там с поисками Софии? Женщина не смогла задать этого вопроса лично Кэрол. Вероятно, вернись София к остальным, это стало бы самым большим событием для группы, и уж Дженни об этом точно бы узнала. – Пока ищем, – припав спиной к капоту машины, отвечает Шейн. Он поправляет свою кепку и смотрит на пыльную проселочную дорогу. Понизив голос, Дженни решает задать самый главный вопрос: – Ты всё ещё хочешь уехать? Шейн молчит. Он пожимает плечами и, также понизив голос, как и сестра, отвечает: – Мне было не до этого, если честно. Сначала ранили Карла, потом – тебя... Перед тем, как покинуть дом Гринов, Дженни заходила к Карлу. К большому облегчению женщины, мальчик, пусть и бледный, выглядел не так плохо, как она себе представляла. Он был слабым и измученным, таким, каким, вероятно, был бы любой на его месте. Заметив повязку на голове Дженни, он поинтересовался, стала ли она жертвой незадачливого стрелка, как и он сам. Это вызвало лëгкую улыбку на лице женщины, но она заверила мальчика, что, в отличие от него, пострадала не от пули, и никакая опасность ей не грозит. Перекинувшись парочкой слов с Лори, женщина оставила Граймсов. – Ты уверена, что не хочешь поспать в моей палатке? – интересуется Шейн, взглянув в лицо сестры. На жаре ей быстро становится дурно. Вздохнув, Дженни просит брата принести ей бутылку воды. Теперь ей остается только вздыхать и вспоминать уютную комнату в доме Гринов, где ей было невероятно комфортно, и летняя духота почти её не трогала. По крайне мере, не настолько сильно, чтобы из-за неё ей становилось плохо. – У тебя там, наверное, настоящая парилка... – сделав несколько глотков, отвечает Дженни. Шейн хмурится, после чего предлагает сестре посидеть в машине. Он явно не в восторге от того, что приходится заводить мотор, тратя бензин почем зря, но Дженни рада, что он не говорит этого вслух. Когда она устраивается на заднем сидении машины, Шейн натягивает ей на голову одну из своих бейсболок. Слишком большая для женщины, она сползает на лоб и закрывает весь обзор. – Посиди пока тут, – наблюдая за тем, как Дженни затягивает бейсболку под свой размер, говорит Шейн. Заметив вопросительный взгляд сестры, Шейн добавляет: – Другие решают, где искать Софию. По лицу брата Дженни понимает, что это его не особо радует. Глядя ему вслед через стекло багажника, женщина думает о том, что он чересчур явно показывает своё недовольство касательно поиска Софии. Только вот Дженни не может понять почему. Шейн явно не из тех, кто способен бросить маленького ребенка в лесу. Разве что он не надеется найти её живой и считает поиски тратой ресурсов и времени. – Мы отойдем ненадолго, пройдемся по лесу, – информирует женщину вернувшийся Шейн. – А ещё я хочу, чтобы он был у тебя. Дженни с удивлением замечает в руке брата пистолет. Черный, блестящий и на вид явно тяжелый. Женщина вторит ему настороженным взглядом. – У меня есть оружие, – отвечает Дженнифео, мысленно усомнившись, что продолговатый топорик, который ей выдали на шоссе, всё ещё где-то здесь. Возможно, он остался там, в лесу, в том самом месте, где её ранила Мэгги. Но в её вещах точно должен быть армейский нож, который она привезла с собой из самого Ньюнана. – Не спорь, – Шейн вкладывает в руку Дженни пистолет. – Я знаю, что ты не любишь оружие, но я хочу, чтобы он у тебя был. Ты ведь помнишь уроки отца? Дженни молча кивает. – Отлично. Когда тебе станет лучше, можем попрактиковаться. Вспомнишь старые приемы. – Я их помню. – Ещё лучше, – Шейн силится выдавить из себя улыбку, но уже в следующую секунду покидает салон машины. Сидя в прохладном салоне машины, Дженни чувствует, как дурнота отступает. Положив пистолет на соседнее сидение, женщина обращает взгляд на расположенный за полями лес и принимается неспешно пить воду. Ферма Гринов выглядит, как настоящее спасение. Здесь тихо и спокойно. Как получилось, что она оказалась вдали от всего этого кошмара? Возможно, мистер Ньюман был прав, и чем больше людей собирается вместе, тем быстрее и яростнее распространяется зараза. Как знать, возможно, до ближайшей фермы ни одна миля. По крайне мере, на первый взгляд женщине так и кажется. Куда ни глянь – одни поля, да деревья и леса. Спустя какое-то время, женщина, протянувшись вперед, поворачивает ключи в замке зажигания и тихое урчание мотора затихает. Доброта Шейна явно имеет свои пределы, и Дженни не готова их исследовать. По крайне мере, не сейчас. Кое-как устроившись на подушке, до предела вжавшейся в заднюю дверцу, Дженни, поджав под себя ноги, засыпает. В этот раз еë не тревожат сны. Дженни кажется, что только стоит ей закрыть глаза, как она тут же просыпается. Изрядно помятая, с затекшим от неудобной позы телом. Она неспешно выбирается из машины и, вперив руки в поясницу, какое-то время стоит, подмечая, что наступила вторая половина дня и совсем скоро наступит вечер. Женщина неспешно направляется к палаточному лагерю. На пути ей встречает Андреа на перевес с винтовкой. Дженни не может не отметить перемены, произошедшие в женщине. Где та бледная и молчаливая блондинка, спешно скрывающаяся всякий раз в трейлере Дэйла? На её месте Дженни видит кого-то совершенно другого. Андреа тоже её замечает. Она приветственно поднимает свободную руку. Дженни подходит ближе. – Рада, что тебе лучше, – кивает Андреа. Какое-то время она рассматривает Дженни, и прежде чем та решает оставь блондинку и пройтись до лагеря, женщина говорит: – Всё хотела сказать... Спасибо, что спасла мне жизнь. – Обращайся, – слегка улыбнувшись, отвечает Дженни. – А где все? Женщина с удивлением отмечает, что в лагере никого не видно. – Рик и Шейн ещё не вернулись, а остальные, женщины, решили приготовить ужин и поблагодарить Хершеля за гостеприимство, – тон Андреа становится недовольным, и она хмурится. От Дженни не укрывается, как Андреа произносит слово «женщины». Кажется, что себя она не особо хочет причислять к их числу. Дженнифер удивляет подобная реакция, но она решает промолчать. Ей не хочется выяснить причины такого поведения, рискуя нарваться на ссору. Чего только стоили перепалки между Лори и Андреа в лесу, когда последняя высказывала негодование по поводу отсутствия у неё оружия. Зато теперь, держа в руках увесистую винтовку, Андреа явно чувствует себя лучше. – Ты в карауле? – кивнув на оружие в руках Андреа, интересуется Дженнифер. Та кивает, не пытаясь скрыть радости от нового звания. Дженни решает оставить блондинку наедине с новообретённой должностью и отправляется в дом. Женщина не чурается домашней работы и, войдя на кухню, с готовностью предлагает свою помощь. Лори доверяет ей нарезку овощей в салат. Вполуха слушая разговоры Кэрол и Лори, Дженни неспешно нарезает огурцы и помидоры, искренне радуясь возможности попробовать свежие овощи. Идея устроить ужин и поблагодарить Хершеля и его домочадцев кажется женщине отличной идеей. Как бы там ни было, своим присутствием выжившие явно осложняют жизнь жителям фермы. И приготовить для них вкусный ужин – меньшее, что они могут сделать. Неторопливая возня на кухне здорово успокаивает. Дженни даже на какое-то время забывает о том, что за дверьми этой уютной комнаты всё ещё бушует самый настоящий апокалипсис, что мертвые всё так же бродят по земле, жаждая отыскать и отведать на вкус живых. Здесь, за столом, на котором разложены самые разные продукты, в окружении других беззаботных женщин, Дженни чувствует особенно хорошо. Внезапный звук выстрела заставляет Дженнифер резко дернуться, ударившись коленями о днище стола. Кто-то испуганно вскрикивает, у кого-то вырывается тихий стон. – Что там ещё случилось? – дрожащим голосом интересуется Кэрол, бросая сковороду. Остальные следуют её примеру. Разве что Дженни не выпускает из рук нож; пистолет она оставила в машине, и если что-то плохое случилось – как знать, может на ферму нагрянули мертвецы? – она должна иметь при себе хоть какое-то оружие. Выбегая на улицу вслед за остальными, Дженни с горечью думает о том, как глупы её рассуждения. Женщины, что были с ней на кухне, вовсе не беззаботны. Кэрол потеряла дочь и, вероятно, никогда не увидит её живой. Лори едва не лишилась сына и теперь просиживает дни и ночи у его кровати, боясь возможных осложнений. Патриция стала вдовой всего несколько дней назад, она даже не смогла похоронить мужа по-человечески, ведь тело осталось где-то далеко и, вероятно, было съедено мертвецами. Какая уж тут беззаботность?