11. Темная сторона

POV Андрей.

      Я отрывался по полной, выпустив на свободу самую темную часть своей души. Меня совершенно не волновало то, что чувствует Валерия — я ее не звал, сама напросилась. Тем более, что я прекрасно знал о том, что, будучи одной из самых опытных нижних, она могла вынести многое.       Привезя Изотову в свой загородный дом, я сразу же, бесцеремонно, отволок ее в Эдем, который, я был уверен, сегодня станет для меня самым настоящим чистилищем…       — На колени! — скомандовал я и, даже не проверяя исполнение своего приказа, который, я был уверен, будет выполнен в лучшем виде, покинул комнату.       Я шел практически на автопилоте, до конца не осознавая, что именно делаю. Добравшись до расположенного в гостиной бара, в который последний раз заглядывал больше полугода назад, я вынул из него первую попавшуюся бутылку и щедро плеснул ее содержимое в стакан. Знал, что пить перед сессией категорически нельзя, но сейчас мне было все равно, тем паче, что выпитый мной алкоголь не возымел практически никакого действия на убийственную дозу адреналина, словно ураган бушевавшего в моей крови от самого клуба. Поступок Катерины, как и ее последующее исчезновение в компании Алекса, а я был уверен, что именно он выкупил Пушкарёву, никак не хотели покидать мое сознание. Черт, не понимаю, какого хрена меня на ней перемкнуло. Ничего особенного, если сравнивать со всеми теми, кого я выбираю для удовлетворения сексуального, и не только, голода. Все четко и просто, как по расписанию. Без лишних эмоций с обеих сторон. Α эта с самого начала зацепила…       Вернувшись к Изотовой, я застал ее у дверей, застывшую в позе покорности. Все, как я люблю. Но сейчас эта картинка не приносит ни капли удовлетворения.       — Готова?       — Да, мой господин.       — Назови «стоп-слово».       — Красный.       — Нет, я хочу, чтобы сегодня «стоп-словом» было простое имя, Катя… Повтори!       — Сегодня «стоп-слово» Катя, мой господин.       При упоминании имени Катерины внутри поднимается новая волна боли и отчаяния, поглощающая каждый, даже самый недоступный закоулок сознания и я, грубо хватая Валерию за волосы, заставляю ее подняться на ноги и буквально тащу за собой к кресту, на котором в следующие несколько минут несколькими, выверенными за годы, движениями надежно фиксирую ее тело, спиной к себе. Становится невыносимо душно и я рывком отправляю на пол, мешающую нормально дышать, рубашку и скидываю ботинки. Это приносит некоторое облегчение, но, захлестнувшая меня, слепая ярость сдавать свои позиции не торопится.       — Считай, Валери, — произношу хрипло, занося хлыст для первого удара, который обычно не приносит настоящей боли.       Свист рассекаемого воздуха, как и следующий за ним крик моей жертвы, подобно звукам музыки, ласкают слух.       — Один, — громко произносит, стиснув зубы, Изотова.       С каждым ударом хлыста, я выплескиваю нечеловеческую боль, затопившую до краев мою душу. Не думал, что поступок Катерины и его непредсказуемые последствия настолько заденут меня за живое. Я сбиваюсь со счета, продолжая наносить жестокие удары, оставляющие багровые полосы на спине Валерии, которая, несмотря на, застилающую сознание, боль, покорно продолжает считать.       — Восемь…девять…десять…       Внезапно, на долю секунды, я прихожу в себя. Что я творю? Как же пресловутая безопасность? В чем виновата эта несчастная девочка, которая до сих пор не назвала «стоп-слово», после которого ее мучения гарантированно бы закончились? Хочет доставить мне удовольствие? Мне сейчас, увы, ничего не поможет… Разве что поменяться с ней местами, чтобы физическая боль смогла заглушить боль душевную.       Я помню свою первую сессию с ней, когда Валерия, пытаясь убежать от неоднозначной ситуации в своей жизни, пришла в «Черное Пламя» и на аукционе сама выставила себя на торги. Тогда, я не задумываясь, выкупил ее лишь только потому, что она напомнила мне прежнего меня. Валерия показала мне, что может многое, с ней я испытал самые запретные желания, которые только мог себе тогда представить… У нее был очень высокий болевой порог, дававший огромный простор для фантазии. С ней было хорошо, но я не чувствовал к ней ничего, кроме благодарности за доставляемое мне, не сравнимое ни с чем, моральное удовлетворение от безграничной власти над ней…       Подойдя к девушке, я осторожно касаюсь ее волос:       — Валери…       Она тихо всхлипывает.       — Прости… Я не должен был… Почему ты не прекратила эту пытку?       — Вы не должны извиняться перед своей нижней, мой господин. Поверьте, мне это сейчас нужно, не меньше, чем Вам… А Вам сейчас очень плохо, я это чувствую…       Если бы только знала, Валери, насколько мне плохо! Я тысячу раз успел пожалеть о том, что привел Катерину в клуб. Знать бы наперед, чем обернется для меня сегодняшний вечер… Мою душу буквально рвет без анестезии на части осознание того, что именно Алекс увез ее в неизвестном направлении. Пережить двойное предательство на фоне того, что именно сегодня снова пришлось встретиться с призраками прошлого, было не по силам даже мне.       Я освобождаю девушку, помогаю добраться до кровати, где осторожно обрабатываю нанесенные мной раны и укрываю ее теплым пледом. В глубине души хочется надеяться, что завтра Валери, как и мне, будет хоть немного легче…

POV Катя

      Пламя свечи нестерпимо манит. Оно мерцает в вычурном танце под порывами ветра, который не спасает от жара. Хрупкие прозрачные крылышки отчаянно мечутся вверх-вниз, роняя мелкие чешуйки в круг манящего света. Пытаюсь удержаться, но безуспешно — все вокруг становится невыносимо ярким, и я подлетаю слишком близко к пламени, ослепленная его великолепием. Так жарко… Нестерпимый жар душит меня, я просыпаюсь и не понимаю, где, и, главное, с кем я нахожусь.       Мое тело буквально горит и, в поиске спасительной прохлады, я, в буквальном смысле, сползаю с кровати на пол. Безумно хочется пить. Последнее, что я помню, это недобрый блеск глаз Старкова и бокал, который он протягивает мне. Что-то подсказывает мне, что пить его содержимое не стоит, но я все же делаю это и под аплодисменты мы с Владленом покидаем зал. Как только за нами закрываются двери, я ощущаю свободное падение в пугающую темноту…       Черт! Где я?       — Я уж думал, что придется обращаться за квалифицированной медицинской помощью, — в дверях комнаты, где я нахожусь, появляется Алекс. — Ты была в отключке больше четырех часов.       — Но как? Как я оказалась с… Вами? — не понимающе смотрю на мужчину я. Обращаться к нему на ты, язык не поворачивается.       — Решил поиграть в рыцаря в сияющих доспехах и спасти принцессу из лап страшного дракона, — рассмеялся Алекс, а потом добавил полушепотом, приблизившись ко мне на опасное расстояние:       — А что, не надо было? Рассказывай, что произошло, пока меня не было в зале и как ты оказалась на подиуме? Согласись, я имею право знать из-за чего рисковал собственной шкурой.       — Я хотела встряхнуть Андрея, отвлечь его, — оправдываясь, как нашкодившая девчонка, тихо отвечаю я. — Вот и вызвалась добровольно для участия в торгах, будучи уверенной в том, что Жданов обязательно выкупит меня. Но я не учла, поставленное позднее, условие, согласно которому все, кто является членами клуба менее 10 лет, участия в торгах принимать не могут… По глазам Андрея я поняла, что он именно из их числа и по настоящему испугалась. А он ушёл…       Хочется плакать, но предательские слезы просто стоят в глазах, не желая проливаться.       — Да уж, наворотила ты дел, Катерина, — протянул Алекс. — Андрею очень сложно будет объяснить твой поступок. Хорошо зная его нрав, я тебе не завидую. Его номер до сих пор недоступен, а это может значить только одно — он снова встретился лицом к лицу со своими демонами. Молись, чтобы они не взяли над ним верх…       Мне хочется узнать подробности прошлого Андрея, но я не осмеливаюсь расспрашивать об этом его брата, который, если я правильно поняла, сопоставив некоторые факты услышанного в клубе, знает достаточно много. И к тому же, совсем не факт, что он что-то станет мне рассказывать.       — Что Вы знаете о моем брате, Катерина? — словно услышав мои желания, задает вопрос Алекс, снова переходя на условно-вежливое обращение ко мне.       Замешкавшись на миг, шаблонно отвечаю:       — В основном то, что можно узнать из многочисленных средств массовой информации: он успешный предприниматель, стоящий у руля семейного бизнеса…       — Очень интересно, — от меня не скрывается усмешка мужчины. — Не маловато ли для того, чтобы лечь с ним в постель? Да не смотрите на меня меня так, словно Вы непорочная дева Мария! Андрей никогда бы не привел Вас в клуб, если бы у Вас с ним ничего не было! Да и Вы, скорее всего, поведали ему душещипательную историю своего недавнего визита туда в компании Старкова-младшего… Не надо быть провидцем, чтобы сложить два и два, увидев неоднозначную его реакцию на фамилию нового хозяина клуба.       — А это правда, что Старков виновен в смерти матери Андрея? — непроизвольно задаю волнующий меня вопрос без особой надежды получить исчерпывающий ответ на него.       — Я не знаю, — ответ Алекса кажется вполне правдивым. — Во всяком случае, Андрей уверен в этом на сто процентов и у меня нет оснований ему не верить. Так или иначе придется это выяснить, для начала собрав полное досье на Владлена Старкова…       — А странные пристрастия твоего брата как-то связаны с событиями его прошлого? — сама не понимая зачем, в очередной раз спрашиваю я.       — Смотря, что именно, Вы имеете ввиду, задавая мне этот вопрос, — тон мужчины впервые, с начала нашего с ним разговора, максимально серьезен.       — Я говорю о его патологической жажде получения собственного удовольствия через боль другого человека…       — Сразу видно, что Вы далеки от темы, Екатерина Валерьевна, — пристально глядя на меня, произносит Алекс. — Прежде, чем Андрей научился бегать, я долго учил его ходить…