Глава XXVII.II

— Я хотела извиниться перед тобой, — Лулу поймала Бофару у столовой. Не то, чтобы ей пришлось долго искать фею: если Бофара не принимала пищу у себя в комнате, значит она обедала именно здесь. — За что, душенька? — За вас с Крисом. — Лулу вздохнула. — Я подумала, что вы… Бофара хитренько сощурилась, а затем добродушно махнула рукой. — Если даже ты в это поверила, это чýдно. Это было сделано для Юстаса. Мы разыграли перед ним сценку. — Юстас? Но зачем… — Да надоел он мне, видеть больше не могу. Надо было как-то порвать с ним поубедительнее, ну а Крис подвернулся вовремя на кружке. Да он сам не ожидал, что всё так будет. Но Юстас зато и вправду утих немного. Хотя бы не спамит мне сообщениями каждые пять минут. — Ну, раз это помогло… Я всё равно хотела извиниться, что плохо думала о вас. Не то, чтобы это плохо, если вы бы и вправду встречались. Я была бы очень рада за вас обоих. Но я как обычно напридумывала себе невесть что. — Нестрашно, — Бофара положила руку на плечо ундине и мягко сжала. — Крису, конечно, нужна рядом с собой сильная девушка, но к счастью или к сожалению, этой девушкой буду не я. Но и надеюсь, что не Кокс, — Бофара закатила глаза. — Всё ещё недолюбливаешь её? — Не нравится она мне. Двуличная какая-то. Впрочем, у неё своя жизнь и свои дела, в которые я не вмешиваюсь. — Как Корнелия? — Да в порядке. Она сейчас на курсы по визажу ходит. — Правда? — Ага. Ей Густав сертификат подарил, когда они ещё встречались, вот, Корнелия решила использовать. Эх, — мечтательно вздохнула фея и покачала головой, — вот кому-то, значит, обучение дарят в подарок, а кому-то, понимаешь ли, статую из пряников. Девушки прыснули. Фанатичность Юстаса, конечно, не могла не забавлять. — Слушай, я хотела у тебя всё-таки спросить насчёт тигрового глаза. — Чего? А, ты про кулон? Да хочешь – забирай. Мне не нужен. — Что, правда? — Подарки от бывших хранить – тратить на них свою бесценную энергию. Выкидываем на помойку или отдаём бедным, но никак не оставляем у себя, душенька. Хочешь злаковый батончик? У меня парочка штук в сумке завалялась. — Батончики тебе Юстас дарил? — Что? Нет, конечно. Это из магазина напротив школы. Угощайся, душенька! — А если я возьму кулон… не буду ли я отдавать свою энергию Юстасу? — Это не так работает, — Бофара покачала головой, тщательно прожёвывая съеденный батончик. — Вы же никак не были связаны, так что с чего бы происходил обмен энергией. — Я, на самом деле, хотела просто спросить, где именно Юстас получил камень. Потому что… он мне не нравится. Бофара бесцеремонно вложила камень на тонком шёлковом шнуре в ладонь ундины. Девушка испугалась, что сейчас её «выкинет» в видение со Скоганде, однако этого не произошло. Камень был очень холодным, но стоило ему коснуться кожи девушки, как он моментально разогрелся до едва терпимого. — Ай, он всегда такой горячий? — Вот-вот, тоже заметила, да? Мне поэтому так кулон-то и не нравился. А что за камень такой – сказать тебе не могу. Юстас отмалчивается как может, где взял. Но с его фанатизмом не удивлюсь, если он лично на каком-нибудь руднике его откопал, — Бофара весело захихикала. — Мне тоже камень не нравится. Кристиан нарисовался за их спинами так внезапно, что Лулу аж подпрыгнула, а Бофара ойкнула и приложила руку к груди. — Тебя Мако вышкодил быть таким бесшумным? — усмехнулась фея. Крис проигнорировал её вопрос. Его взгляд оставался прикованным к камню. — Могу я… Он протянул руку, но остановился в молчании. Немой вопрос повис в воздухе, а Крис не осмеливался поднять глаза на Лулу, чтобы спросить разрешение. Девушка так же молча протянула ему подвеску на вытянутой руке. Едва Крис коснулся камня, как его голова моментально запрокинулась наверх, рот приоткрылся, а глаза закатились, обнажив белизну белков. — К-крис? — обеспокоенно позвала Лулу. Но тот не реагировал. — Страсти-мордасти, — прошептала Бофара, шурша параллельно фантиком от второго батончика.

***

Камень двуличный, красоты нереальной Используется часто в любви радикальной Чтобы внушить объекту симпатии, Что без тебя жизнь хуже апатии. Только с тобой любовь пышет и цветёт А без тебя непременно умрёт. Тигровый глаз так вдали нагревается, Что пассия от него хочет избавиться. Понять лишь не может она, увы Что всё это сделано во имя любви.

***

— Что-что ты там бормочешь? Эй, Крис, алё-у, — Бофара пощёлкала перед носом парня. Его глаза стали прежними: он недоумённо быстро хлопал ресницами, переводя взгляд с одной девушки на другую. Лулу подумала: «Неужели я также выгляжу, когда нахожу камни? Вот, должно быть, Майк тогда испугался с танзанитом». — Бофара, мы забираем этот камень, — серьёзно сказал Крис. — Ради твоей безопасности и всех остальных. — Да забирайте, мне не жалко, голубчики. Только намекни хотя бы, а, что это сейчас за транс у тебя был, часто ты так отключаешься? Крис мгновенно стал малиново-пунцовым и нервно провёл пальцами по лбу, вытирая несуществующие капли пота. — Ты имеешь связь со Скоганде. — Это не было вопросом от Лулу, это было утверждением. Крис осторожно кивнул, словно гадая, можно ли о таком рассказывать вслух. — Ба, с самим Великим Скоганде? Очуметь! — Бофара наугад вытащила следующее лакомство из сумки. Лулу покачала головой. У неё там что, сумка-портал в холодильник? — Я раньше тоже видела всякое, касаясь камней, — задумчиво сказала Лулу. — Но почему-то сейчас не сработало. Это странно. — А я могу… могу коснуться всех камней, что ты нашла без моего участия? — спросил Крис. — Конечно, я думала, ты уже это сделал. Когда будем относить тигровый глаз в… тайное место, можешь всё пощупать. — У-у-у, разговор у нас приобретает горячую температурку, — Бофара карикатурно принялась обмахивать себя рукой, как веером. Лулу наградила её своим самым скептичным взглядом. Крис вообще не знал, куда деть себя от стыда. — Я… только камни. Ну, камни. Круглые такие. Бофара хихикала уже вовсю. — Крис, ты такой забавный, я не могу. Бедненький, все тебя вокруг смущают взрослые тёти. — Она потрепала его за щёку, словно бабушка внучка. — Ладно, я что-то совсем проголодалась, пора бы уже приняться за нормальную трапезу. Так что счастливо вам оставаться и разобраться со всей этой мистикой вокруг камней.

***

— Прости, это не то, что ты… Они сказали это одновременно и после секундной паузы рассмеялись. — Мне о-очень стыдно. — Крис, — ундина поспешила выдернуть парня из пучины стеснения, — ты давно начал видеть всякое… ну, ты понимаешь? — Сколько себя помню, — честно признался маг, пожимая плечами. — Но я не сумасшедший! Это… это типа как призраки у Майка, я не знаю. — Майк видит призраков не с рождения, а с тринадцати лет. — Ну, ты знаешь, я плохо помню своё детство до пяти-шести лет. Может, тогда такого и не было. Но в осознанном возрасте я часто с ним разговариваю. — Ходишь на поле? — Сначала да, там лучше удавалось настроиться и услышать ответ. Сейчас мне это делать не обязательно. — Интересно… Я слышала Скоганде несколько раз в детстве, во сне и потом, когда находила камни. Но сейчас связь будто оборвалась, и я не могу понять, почему. — Возможно, твоя вера в него ослабла? — Но я не верила в него, когда была маленькой. Я даже не знала о его существовании. Крис закусил губу, словно раздумывая, что стоит рассказывать Лулу, а что нет. — Я знаю, что любое существо может поговорить со Скоганде, если он сам того хочет. — Ты у него спрашивал? — Крис утвердительно кивнул. — Значит, тогда он хотел со мной говорить, а сейчас его больше устраиваешь ты? — Возможно, он не хотел, чтобы ты слышала слова о камне. — Да ладно, просто у всех есть любимчики. Даже у богов.

***

Всё могло быть гораздо хуже. Всё могло быть куда более ужасно, чем сейчас. Это единственное, чем удавалось Лулу успокоить себя после очередного унижения на искусстве сирен. Что там говорил Стор о флирте? Может быть, это с ним мерзкая сирена флиртовала, а с Лулу явно церемониться не стала. Сегодня Лулу потеряла сознание прямо во время заплыва. Сперва её тело скрутила судорога, потому что плавать в ледяной воде – а именно такой была вода в бассейне – оказалось выше возможностей её организма. А когда Сцинтилла начала давить на неё ментально, чтобы заставить двигаться, превозмогая боль, у Лулу потемнело в глазах. И дальше тотальный блэкаут. Очнулась девушка там же, в подвале, на кафельном полу возле бассейна. Очевидно, Сцинтилла её вытащила на поверхность. Всё тело девушки сотрясалось от холода так сильно, что она не могла разжать зубы и что-то сказать. Сцинтилла стояла над ней, скрестив руки на груди. — Слабая, — сказала она. — Слабая и никчёмная. Ты это ожидала от меня услышать? Я удивлена, как ты до сих пор осталась жива с такими отвратительными способностями к плаванию. Точнее, неспособностями. И посмотри только! Ты не умеешь даже ставить защиту от менталлов. Будь ты обычной ундиной, мне было бы всё равно. Но ты принцесса и, возможно, будущая королева, а я не могу допустить, чтобы у власти стояло такое жалкое создание. — А я м-мож-жет н-не х-хоч-чу б-быть у в-влас-сти, — запинаясь от трясущейся челюсти, с вызовом произнесла Лулу. — М-меня к-кто-т-то сп-прашив-вал? Сцинтилла нагнулась к ней ближе. — Глупое дитя! У монархов не спрашивают, желают ли они этого. Это не их выбор. Это их долг. Лулу почувствовала, как по и без того мокрым щекам текут слёзы. От которых, неожиданно, но стало чуточку теплее. — Мои родители с чего-то решили, что могут распоряжаться моей жизнью, как им вздумается. Захотели – сделали меня монархом, захотели – сослали к бабушке, наврав с три короба про родословную. Им плевать на меня. — Но им не плевать на свой народ. Именно поэтому ты сейчас здесь. — Я не могу понять их. — Лишь потому, что ты ещё бóльшая эгоистка, чем они. Лулу повернулась набок, издав короткий стон. Сцинтилла за её спиной издала непонятный звук. По удаляющимся шагам Лулу поняла, что сирена уходит. Ну и пусть, отлично, пусть оставит её одну. — На сегодня занятие закончено. Весь сентябрь пройдёт в таком режиме. Затем ты сдашь промежуточный зачёт, и мы перейдём к следующему модулю. Лулу не ответила. Она думала о том, что когда наберётся сил, воспользуется советом Тано и сменит себе набор предметов, чтобы никогда больше не видеть Сцинтиллу. — И да, Хэтчер, я не твоя мать, и я не буду тебя воспитывать. Если это не сделали твои родители и твоя бабушка, то все моральные выборы теперь должны стоять за тобой, а не за мной. Но если нестабильный необучаемый гибрид окажется у власти, то вина будет лежать и на моих чешуйчатый плечах, в том числе. А под трибунал я не хочу. Так что имей в виду, пока ты здесь, я с тебя не слезу.