Глава LI

Мама бросилась в рыдания, как только Лулу швырнула перед ней на стол паспорт, свидетельство и ещё несколько важных бумажек, полученных в ЗАГСе. В висках стучало, она почти не соображала, что делает, просто механически раскладывала документы. И всё же в голове звенел вопрос: «Ну, вот и всё? Всё оказалось так просто?» — Что же ты наделала-а?! — завывала королева, утирая слёзы белоснежным платком. — Твоим условием было… — Это было не условие! Это… — Она взяла тебя на понт, — усмехнулась Лили, которая сидела тут же в кресле, бесплодно пытаясь напялить на Марка пинетки. Младенец пинался и громко кричал, но, кажется, всё это его лишь забавляло. — Лилиан, где твои манеры?! Так не разговаривают юные леди. — А ты больше мне не указываешь. Я привезла внука к бабушке, а не себя к матери. Вот ему и указывай, как себя вести. Было бы неплохо, если бы ты, например, уговорила его посидеть спокойно хотя бы пять минут, чтобы я смогла надеть эти дурацкие пинетки! Судя по скривившемуся в отвращении выражению лица Амасталии, последнее, к чему она хотела прикасаться – её собственный внук. — Почему бы тебе не поручить эту мороку служанкам? — Я им не доверяю. И вам всем не советую. Лулу понимала сестру. На Хандрозе каждый горазд плести интриги, рискуя собственной шкурой. Слуги в царском замке менялись чаще, чем исподнее Ланкастера, и умирали, как мухи, за любую провинность. Украли пирог с кухни, подсмотрели на спящего царя, подслушали разговор. Каждый старался в чём-то уличить царскую чету, чтобы потом извлечь выгоду, но в итоге платил собственной головой. Которая потом пополняла коллекцию черепушек, украшавших городскую площадь Хандроза. — Лулу, доченька, может, ещё не поздно? Ундина отрицательно покачала головой и скрестила руки на груди. — Я не выйду замуж за султана и точка. Это моё окончательное слово. Если для того, чтобы не выходить за него замуж, мне уже нужно иметь брак – вот, пожалуйста. Теперь всё, как надо. — Но почему? Он ведь не старый! Я старалась подобрать тебе достойного жениха… — А мне, видимо, не старалась, — усмехнулась Лили. Королева её замечание проигнорировала. — Но вообще, да, Лулу, Читерн? Какого хрена? — Лилиан, выражения! — Я оставила свою фамилию, — невозмутимо сказала девушка. — И он согласился? — удивилась Лили. — Ему всё равно. — Лулу пожала плечами, снимая наваждение от прошлой ночи. — Мы оба понимаем, что это брак из необходимости. — Мне было бы проще смириться с этим, если бы ты сказала мне, что ты его любишь! «Но тогда Лили бы выцарапала мне глаза», — подумала Лулу, заметив, как сестра буквально прожигает её взглядом насквозь. Кажется, та успела сильно прикипеть к отцу своего ребёнка. Видимо, Майк для Лили стал больше, чем просто партнёром для секса. Впрочем, девушку это уже не волновало. Пусть хоть до смерти друг друга залюбят. — А так ты просто дерзкая девочка, желающая мать в могилу свести! А что я скажу султану? Он вот-вот прибудет с минуты на минуту! — Ему не надоело каждый день кататься туда-сюда по несколько световых лет? — Это неважно! Важно то, что мы остались без армии, а Хандроз вот-вот пойдёт в наступление. У них есть какой-то план. — У Макгроу, ты хотела сказать? Иначе что бы тогда Лили, как жена врага, делала бы здесь? — Да-да, я всё ещё тут и имею свободный доступ на Дельту, равно, как и мой сын. И да, пока Вольф жив, Макгроу всё равно ничего не посмеет сделать. За ним хорошо следят. — Он может его подкупить. Он может отравить наследника. Может организовать вооружённый переворот. — Мама, ты параноишь, — хором сказали девушки. — Вот побудете на моём месте, и тоже запараноите. — Ну, давай подумаем, ты не можешь заплатить султану чем-то, кроме моей свободы? Дать ему больше денег, если придётся собирать армию, например. — Ему не нужны деньги. Ему нужна ты, он сам так сказал. «Ну, ещё бы, — подумала Лулу. — На месте Бизера я бы вообще денег не взяла, всё равно они в казну пойдут, а не в личный карман». — Он приедет, и я лично с ним поговорю.

***

Им предоставили маленькую комнатку для переговоров, раз в десять меньше, чем тронный зал, где они принимали султана и его свиту вчера. Сейчас, кроме них никого не было. Бизер-Салокх отпустил даже своего визиря. Но Лулу точно знала, что их разговор прослушивается: она убедила маму, что это необходимо, если что-то вдруг пойдёт не так, и придётся оказывать сопротивление. Паранойяльные мысли королевы, которая в каждом видела потенциального врага, сыграли тут девушке на руку. — Ваше Высочество так скоро вышло замуж, — усмехнулся Бизер. Сейчас он даже не пытался маскировать свой настоящий голос. — Какая-то личная неприязнь к амфирионцам? Или же дело в другом? — Можешь не притворяться, Одхран, — Лулу настолько хотела казаться уверенной, что даже неожиданно для себя перешла на «ты». — И я знаю, что ты тоже знаешь, что я тебя знаю. Бизер удовлетворённо улыбнулся. — Зря радуешься. Если я тебя раскрыла, раскроют и другие. Это означает лишь то, что твой план провалился. В очередной раз. — Это не мой план. — Это уже неважно. Хотя новость о том, что у Бизера есть кто-то дающий указания сверху, девушку немного напугала. Кто же руководит Бизером? Макгроу? Но он ведь действует в каких-то своих интересах, иначе бы Бизер в качестве «нового» султана Амфириона никогда не стал помогать Дельте в этой войне. — Ты поставила под угрозу не только жизни жителей Дельты и Андеадлинга, но и вообще весь мир. О чём ты думаешь? — Я думаю, что ты камни не получишь. — Я знаю, что сейчас у тебя их нет. Но мне нужно знать, где они. И я найду того, кто скажет. — Тебе стоило бы позвать Спироса, чтобы он прочёл мои мысли. Он ведь менталист, не так ли? — Позвать его во дворец Дельты? На каком основании? И потом… ты бы подготовилась и поставила блок. Лулу ни о каком блоке не думала и не умела его ставить. Бизер подал ей неплохую идею. — А так я застану тебя врасплох. — Тогда зачем ты прилетел сюда снова? Если прекрасно знал, что я не соглашусь. — Я подумал, что мог ошибиться. Что ты меня не распознала, и мы заключим этот брак. Каждый бы получил своё. Признаюсь, такого хода от тебя я не ожидал. Ты и Майк Читерн… я всегда думал, что вы просто друзья. Это отчаянный поступок. Но ты даже не представляешь, что натворила. Мне всё равно, что ты сама добровольно заключила себя в оковы обязательств в шестнадцать лет, другое дело, что теперь… теперь даже я не знаю, что будет дальше. На распри Дельты и Хандроза, которые идут уже больше века, мне всё равно. Это твоя ответственность. Но вот спасти мир от хаоса и тьмы ты ещё можешь. Просто скажи мне, где твой тайник, и я оставлю тебя в покое. — А султана Файннула тоже к жизни вернёшь? На Ликвиде тоже начнётся балаган и хаос. А это уже твоя родная планета. — Мы оба эгоисты, плюющие на народ. Так к чему это лицемерие? За что ты борешься, неугомонная? — А вы… ты? Бизер усмехнулся. Субординация ставила Лулу в неловкое положение. — Ты даже не разобралась, что происходит, но лезешь туда, куда доступ тебе закрыт. По-моему, каждому следует заниматься своими делами. И не тебе решать, кому должны принадлежать камни. Тем более, они никому и не принадлежат. — Вот именно! Каждый должен заниматься своим делом. А вы, господин Бизер, вы учитель, с недавних пор преступник, но никак уж не защитник мира. И не вам решать, чью жизнь отбирать, а кому позволять жить. Вы убили султана, правителя вашего же собственного государства. Неужели ничего даже не ёкнуло? Что за столь великая цель у вас, что вы так легко разбрасываетесь жизнями? Бизер атаковал неожиданно – Лулу не успела даже пискнуть, как вокруг её лодыжки что-то обвилось и вздёрнуло её вверх. Мгновение – и девушка обнаружила себя висящей вниз головой совсем близко от противника, а рот её зажимало одно из его синих щупалец. — В том, чтобы быть тентаклевым монстром есть свои плюсы, — усмехнулся мужчина. Лулу и не знала, что жители Ликвида могут выращивать свои щупальца буквально за пару секунд. Дополнительные отростки шли прямо от его груди, длинные и склизкие, разорвали ткань его кафтана, образовав круглые неровные отверстия. Она укусила то щупальце, которое зажимало ей рот, но морское чудовище даже не почувствовало. Или же Бизер только делал вид, что ему всё равно. Он склонился над ней совсем близко и начал что-то шептать. Девушка почувствовала странный туман в голове, однако всё ещё могла ориентироваться и соображать. «Он не убьёт меня вот так. Я пока нужна ему живой». — Я отпущу тебя прямо сейчас. Ты расскажешь мне, что уже знаешь о камнях и драконах. И расскажешь, сколько у тебя камней. Лулу глубоко вдохнула, когда её ноги вновь коснулись твёрдой поверхности, чтобы закричать, но из горла вышел лишь приглушённый свист, напугавший девушку. — Голос, — прохрипела она, — вы лишили меня голоса! — Лишь временно. Думаешь, я не знаю, что комната прослушивается? Чтобы во дворце королевы Дельты и не велась слежка за всеми гостями – такого не бывает. Итак? — Я вам ничего не скажу. — Даже если я прикажу тебя убить? — Вас посадят, а потом ещё раз посадят! За вашей душой столько преступлений, что вам уже никак не спастись от правосудия. — Даже если я стану героем? — Вы не станете! Ценою стольких жизней героями не становятся. Бизер занёс руку для атаки, и Лулу тотчас напряглась в ответ. Но вдруг он замер, словно обдумывая что-то. Затем кивнул в пустоту и ровным голосом сказал: — Хорошо. Так тому и быть. Сегодня ты победила. — Ч-что? — Переговоры закончены. Но не думай, принцесса, что они закончились навсегда. Мы ещё встретимся. И поверь, эта встреча уже понравится тебе гораздо меньше.

***

— Я всё обдумал, Ваше Величество, — Бизер снова говорил голосом Файннула, напустив на себя величественный вид. — Ваша дочь мне не походит ровно так же, как и она мне. И дело тут вовсе не в её маленьком бунте против системы в виде скороспешного замужества. — О чём речь? — Видите ли, — Бизер живо вспомнил, как вешалась на него в первую ночь во дворце Ясмин, как жаловалась она на то, что султан мало уделяет времени своим наложницам. Выходит, что настоящего султана не шибко-то интересовали женщины и вряд ли Файннул планировал жениться в ближайшее время, — я считаю, что брак – это серьёзное жизненное решение, и к нему нужно подходит осознанно. Я отнюдь не против династийских союзов по расчёту, однако сам хочу выбирать себе невесту более тщательно. Возможно, что Лулу мне пока что не подходит, ведь она слишком юна, и я совсем её не знаю. — Но… — Мы пообщаемся с ней ещё не раз. — Но ведь мы и так нарушили ваши традиции, позволив вам встретиться с невестой до свадьбы. «Ого, так это мне ещё повезло», — Лулу скрестила руки на груди, мечтая поскорее убраться из дворца. — Я уважаю традиции, если они не идут вразрез с моими жизненными принципами. С невестой должно быть общение до заключения брака и точка. Что касается нашего с вами контракта… — Вы его подписали, Файннул-султан. — Мы заключим новый, где я удвою требуемую сумму денег для оплаты армии. Однако будем надеяться, что хандрозцы не посмеют развязать очередную войну. Вас спасал все эти годы другой династийский брак, который подарил обеим планетам наследника, насколько я знаю. Хандроз не имеет права нарушать ваш договор, иначе подключатся другие планеты со своими санкциями, включая Ликвид. Слово султана! Мужчина сложил свои щупальца определённым образом так, чтобы они образовывали узор, напоминающий две скрещенных волны – знак уважения на Ликвиде. Королева Амасталия кивнула головой в знак благодарности и согласия. Остальные присутствующие в зале поклонились. В зависимости от статуса кто-то наклонялся ниже, а кто-то – лишь слегка. Раста-слуги присели на колени как представители самого низшего сословия.

***

Бизеру нелегко было принять это решение, но сама Лулу и подтолкнула его к этому. Она догадалась каким-то образом, что его брат, Спирос, менталист. И сказала, что он нужен ему. Это ведь звучит как отличный план. Почему же раньше Спирос не предлагал просто просканировать девчонку? Одхран жалел, что так и не смог за время союза с Балтором освоить ментальную магию. Ундина буквально улизнула от него. Но и продолжать держать её в той комнате Бизеру уже не было никакого смысла. Пытать принцессу в её собственном дворце, когда любой мог их обнаружить, он не собирался. А сама она ничего не расскажет, ему не удалось напугать её или застать врасплох. Но что он скажет Спиросу? Их, вернее, его план провалился. Брат будет явно недоволен.

***

Когда делегация со всеми попрощалась и отправилась на Ликвид, визирь Бахадур аккуратно подсел к султану. — Вы отказались от брака с принцессой, — деликатно заметил он. — Позвольте спросить, почему? — Женщины мне не нужны. Не сейчас, Бахадур. Тот поспешно кивнул. Рано делать выводы, рано. Но то, как султан охладел к Ясмин, бросилось в глаза ему сразу. За всё это время султан не посетил ни одной наложницы, которые ждали и плакали, плакали и ждали каждый вечер своего господина. Это Бахадуру не нравилось. — Файннул-султан, вам нездоровится? — С чего ты так решил, мой верный друг? — Это обращение Бизер успел прочесть в одном из неформальных писем к Бахадуру. Видимо, они и впрямь были ближе, чем господин и ближайший подчинённый. — Простите за дерзкий вопрос, но… всё ли у вас в порядке с мужской силой? Бизеру захотелось расхохотаться, однако это бы лишь привлекло ненужное внимание, поэтому он просто быстро отвернулся и часто заморгал, пытаясь подавить приступ смеха. Вот чего Бахадур был таким дёрганным! Оказывается, Бизер немного не ту стратегию поведения выбрал относительно партнёрш. — Не лезь не в своё дело, друг. И голова твоя останется на положенном месте. Та самая упомянутая голова тут же вжалась в плечи, потонув в широком вороте расписного кафтана визиря. Бахадур трусил, однако ему всё-таки что-то не давало покоя. Файннул-султан никогда не отказался бы от брака по договору. Идею объединить семьи планет Ликвида и Дельты подала Файннулу мать, когда узнала, что казна Дельты не столь набита золотом, как ранее. А слово матери для султана стояло превыше всего. Он говорил, что через уста матерей к своим сыновьям обращается сам Иль-Аульбахри. А значит, на всё его воля. В своё время Бахадур не соглашался с этим изречением. Куда там женщине до политических дел! Но что касается брака и семейного очага, в этом женщинам, конечно, не было равных. — А что же скажет ваша матушка, владыка? Как отреагирует она? — Я взрослый мальчик, чтобы самостоятельно решать свою судьбу. Фраза резанула нежный орган слуха Бахадура. На Ликвиде так не говорят – «взрослый мальчик». И уж точно не стал бы говорить султан. Это сильно озадачило визиря. Что за существо сидело перед ним? И куда делся настоящий султан?