Глава LVIII

— Колин выходил на связь? — Да, именно. Я, конечно, совсем не могу выкинуть из головы то, что ты его поцеловала в моём присутствии, но да ладно. Он мне предложил гениальное решение, о котором я почему-то не догадался сам. Поговорить с Сарой. — Но разве она не полтергейст? И как она нам поможет? — Она отправилась в Обливиос после того, как Тецеус вспомнил её имя. Она стала нормальным призраком, если так вообще можно говорить о призраках. — Но так раз она в Обливиосе, то… — Они с Тецеусом связаны. Не знаю, каким образом, не могу понять, но они с ним связаны. Она может его чувствовать даже лучше, чем сам Колин. — А откуда тебе это известно? — Колин рассказал. — А ему откуда это известно? — Лулу, ты убиваешь меня своими вопросами. Она ведь его сестра. Наверное, он что-то знает о ней больше, чем мы с тобой. — Но она ведь давно умерла. И к тому же Колин не видит призраков. — Зато их вижу я. И могу призывать по собственной воле, чтобы пообщаться. Тебе проходить через то, что было с призывом Рубины на третьем курсе, не придётся. Я уже сделал это сам пару дней назад. — Вот здорово! И что она сказала? — Она будет ждать нас на космической станции Хандроза. Будем использовать её как ищейку.

***

Более бесполезного ребёнка отыскать было бы трудно. Симон, стиснув зубы, выполнял приказ своего повелителя – он не мог ослушаться, как бы ему ни хотелось сбросить маленького щенка с саней. Теци оказался немногословным, однако говорить всё же умел: назвал своё имя, сообщил, что руке стало уже лучше. Показал пальцами здоровой руки, что ему два года. Про своих родителей, однако, умолчал. Пока они продирались сквозь покорёженные морозом низкие деревья, больше напоминавшие изогнутые кустарники, до базара, Симон не унимался: — Ну, зовут их хоть как? — Я не знаю. — Проклятье! А ты хоть что-то о них знаешь? Теци пожал плечами. — Они волки, как я. Но я никогда их не видел. Только на картинах. Симон удивился. А вот это уже звучало любопытно. — Умерли? Теци снова пожал плечами. — Это как? Симон мысленно выругался. Что взять с двухлетнего ребёнка? Конечно, он ещё не знает про смерть. — А с кем ты живёшь? — Там разные всякие… — пробормотал малыш, суетливо отводя взгляд. — Кто? — Майк, Лили, Вольф, Марк ещё… он мой братик. И ещё такой… лысый. Имена ни о чём не сказали Симону, однако, прикинув кое-какую информацию, приуныл. С такими простыми именами вряд ли они богачи на Хандрозе. Вот если бы их звали Бардальф, Дольфус, Фенрис – это уже было бы совсем другое дело. — А как выглядел ваш дом? — Он большой. И там холодно. «Почти как везде, — решил Симон. Но сказанное описание «большой» уже больше обрадовало мужчину. Хотя для ребёнка возраста Теци все дома кажутся большими». На рынке Симон торговался как мог. Выменял несчастный волчий тулуп на пару килограмм мяса – ничтожно мало для такой большой медвежьей семьи. А Симону и самому хотелось мяса. Но он был вынужден довольствоваться доступным. Больше всего на свете он мечтал отомстить своему брату. Это из-за него вся его жизнь пошла под откос. Это из-за него он оказался на улице. Так лихо Фобер кинул его на деньги. А наивный Симон вложил всё, что у него было, в семейный бизнес по производству мебели. — Мы станем знаменитыми на весь Бенефицикс, — говорил ему Фобер. — Только представь себе: весь космический остров будет обставлен мебелью «Братьев Бубур». Перспектива казалась такой заманчивой и удивительно реальной. Симон всегда доверял старшему брату. Но Фобер оказался обыкновенным жуликом. Что случилось с его долей денег, Симон не знал. Но он потерял всё в один миг: и деньги, и квартиру, и даже брата. Оказавшись на улице, всё, что он смог сделать, это добраться до Небыля, чтобы спрятаться от коллекторов. Оказалось, на Симоне висел ещё непогашенный долг, оформленный на его имя. Вот только никаких кредитов он не брал. В суд обращаться побоялся, да и никто его слушать не стал. Проще было спрятаться и стать скитальцем. Но свою месть Симон решил припасти на потом. Сперва он поднакопит силы. И деньги. Расплатится однажды с долгами. Пока что поживёт у медведей. Тут его кормят и одевают. И здесь, несмотря на вечную стужу и опасных шерстяных соседей куда как безопаснее, чем в этом захолустье на Земле. С мантией вышла промашка. Никому из оборотней не нужна была накидка. По крайней мере за ту цену, за которую хотел продать её Симон. Оборотни, не владевшие магией, не могли разглядеть в этой вещице ценности. «Интересно, смог бы я продать её в Небыле? — рассуждал Симон. — Нет, скорее всего, у меня бы её спёрли, и я бы даже не успел дойти до привокзального рынка. Ещё бы тумаков сверху отвесили». Чувствуя, как промерзают его ноги, он стал ходить от прилавка к прилавку, разгоняя кровь. Периодически выкрикивал завлекающие лозунги: — Последний писк моды! Привлекательная цена! Посмотрите, какой цвет – бордо! Настоящая парча, такой не найдёшь на Хандрозе. Вещица инопланетная! Ма-ги-чес-ка-я! Ну же, народ, не стесняйтесь, примеряйте! Отдаю почти даром! В своём торговом азарте Симон ушёл достаточно далеко от саней, напрочь позабыв про Тецеуса. Разумеется, маленький волчок не смог бы окоченеть, но ему стало ужасно скучно. А раз он оказался предоставлен сам себе, то ребёнок решил заняться тем, что он умел делать лучше всего – играть. Сам себе он придумал такую забаву, которую любили все оборотни, и в которую он иногда даже играл с Вольфом, хоть тот и был уже совсем взрослым. Не оборачиваясь во вторую ипостась, он припал носом к земле и, опираясь лишь на свои человеческие ощущения, попытался уловить запах чего-то особенного. Какого-нибудь необычного предмета. Яркой вспышкой почувствовал он запах свежеиспечённого хлеба и облизнулся. Суровый Сигурд, конечно, накормил ребёнка похлёбкой, но куда уж вкуснее свежие, мягкие и такие ароматные булочки. Тецеус побрёл, ведомый собственными чувствами. И вдруг резко остановился. Что-то мешало пройти ему дальше, хотя он почти добрался до торговки выпечкой. Но неведомое чутьё вело его куда-то совсем в другую сторону. Ещё одна вспышка – ярко оранжевая. Тецеус зажмурился – он мог чётко представить этот цвет. Он заполнял всё его сознание, становился буквально осязаемым. Тут мальчик услышал голос в своей голове: — Следуй за мной. Это было словно воздействие гипноза, хотя Тецеус и не знал, что это такое. Но он не мог сопротивляться этому зову и своему порыву. Ведомый какой-то иной сущностью, он сделал шаг, затем ещё, и вот уже почти побежал прочь от рынка, оставляя сани, Симона и весь прошедший день позади.

***

Летели молча: каждый думал о своих проблемах. Лулу понемногу успокаивалась после суда. Всё прошло неожиданно быстро и даже как-то спокойно, хотя она и сильно нервничала как до заседания, так и после. Майк же размышлял о том, как починить свою жизнь. Всё пошло совсем не по плану. Удастся ли им отыскать Тецеуса? Это была их последняя надежда. Сара, как и обещала, встретила их на космо-станции. Лулу пришлось воспользоваться специальными очками паранормального видения с инфракрасным спектром – только так она могла хотя бы частично понимать хотя бы примерно, чем занимается Майк. Парень также приладил к устройству наушник, настроив его на определённую частоту, чтобы пользователи данных очков могли не только различать очертания призраков и полтергейстов, но также и слышать их. С этим, к слову, гаджет справлялся на ура. Лулу даже вздрогнула, когда услышала дребезжащий, монотонный голос Сары. Призрачная девушка выглядела очень встревоженной. — Я чувствую его, но очень слабо, — призналась она, вихрем кружась вокруг Майка. Последствия долгой жизни в заточении в часовне Крейвенов наложили на Сару свой отпечаток: она почти стала полтергейстом, забыв себя и потеряв прежние черты лица. От её ног и нижней части туловища практически ничего не осталось – лёгкая дымка, не более. — Главное – чтобы ты совсем не потеряла след, — твёрдо сказал парень. — Он как будто удаляется от нас, причём довольно быстро. Лулу и Майк переглянулись. Девушка потрогала наушник – не послышалось ли ей. Но Майк выглядел таким же взволнованным. — Уж не уносит ли его кто-нибудь в чащу? — высказала ундина мысль вслух. — Я подумал о том же. Сара, ты можешь сказать, с какой скоростью Тецеус движется? Призрак прикрыла глаза, сосредотачиваясь на своих ощущениях. — Очень быстро, — покачала она головой. — Почти со скоростью космолёта, но… — Но он не в космолёте? — Я не уверена… не знаю… я никогда на нём не летала. Призракам было доступно перемещение в пространстве без использования транспортных средств. Сару мог призвать кто угодно на Хандроз (как произошло это сейчас), и девушка из любой точки света тут же могла переместиться к вызываемому. Разумеется, если призрак хотел попасть куда-то своим ходом, он пользовался специальными путями и возможностями, доступными только призракам. Например, призрачным кораблём, идущим до Обливиоса из Андеадлинга. Ундина задумалась о том, что никогда не интересовалась тем, как именно умерла девушка. Она ведь была убита, но кем именно? Лулу покосилась на Майка. Знает ли он что-то? Или придётся опять пообщаться с Колином? Всё-таки ему сестра куда как ближе. Однако после смерти они никогда не встречались. — Ты же отведёшь нас туда? — Да… но вам придётся взять снегоход или… — Или угнать чью-то тачку, — расслабленно сказал Майк. — А что вы на меня так смотрите? Прям я щас вам так из заднего кармана и достану летающую машину! Пошли найдём какого-нибудь простофилю. Ты его очаруешь – ундина ты или нет? — Майк, это подло. — Подло – это относить двухлетнего ребёнка в лес на мороз, а потом изображать удивлённого попечителя, — фыркнул парень, возвращаясь на парковку. Лулу и Сара поспевали за ним. — Ты думаешь, Макгроу это подстроил? — Абсолютно. Он был последним, кто видел Тецеуса – это подтвердили уже все жители замка. Я удивлён, что Макгроу оказался таким дураком, будто поверил, что всех слуг можно купить, и они просто закроют глаза на происходящее. На каждые большие деньги… — Найдутся деньги ещё больше. На парковке тёрся какой-то тип в меховой шкуре. Майк подтолкнул к нему Лулу. — Эм-м, добрый день? Мужчина подскочил, выставляя вперёд когтистую лапу. Лулу едва успела увернуться вправо. У этого нечеловека был абсолютно дикий звериный взгляд. Его рот и окладистая светлая борода были перепачканы запёкшейся бурой массой. Девушка в ужасе отпрянула, особенно, когда это существо потянулось к ней, разинув рот. — Помо… Рука в драной рукавице заткнула ей рот быстрее, чем девушка успела позвать на помощь. Когтистой лапой мужчина сграбастал её, подтянув к себе и шумно втянул носом воздух. Ундина в который раз пожалела, что ей так и не удалось освоить ментальную магию. Дикарь потащил её прочь с парковки. Девушка попыталась укусить палец, но ткань варежки оказалась слишком плотной. Вывернуться ей тоже никак не удавалось. Хватка мужчины оказалась поистине медвежьей. Взгляд дикаря метался от глаз девушки к её стиснутым рукам, потом задержался на собственной руке, зажимавшей рот, на волосах ундины, которые начали светиться на кончиках. Мужчина ещё раз глубоко вдохнул через нос и неожиданно для ундины свободно произнёс на всеобщем языке: — Я отпущу тебя, но ты не будешь кричать. Согласна? — голос у дикаря был гортанным и совсем немного гнусавым. Как будто он не до конца размыкал связки гортани, и ему было сложно извлекать привычные человеку звуки. Это больше напоминало «предрык» псовых. Девушка кивнула, насколько ей позволяло собственное состояние. Дикарь швырнул её на повозку, напичканную какими-то тряпками. Полозья саней скрипнули, двинувшись с места. — Ты неместная, — заключил дикарь, приблизив к ней своё лицо. Лулу заметила, что колени у него голые: несмотря на стужу, неизвестный прикрывался лишь своей накидкой из медвежьей шкуры. Взгляд её снова упал на длинные изогнутые когти серебристой лапы. «Интересно, — подумала девушка. — Это муляж или настоящая?» — Рассказывай, что у тебя есть. — В… в смысле? — В прямом. Деньги. Меха. Еда. — Он сделал акцент на последнем слове и облизнулся. Лулу пораскинула мозгами, что она могла предложить стоящего этому странному мужику. Их компания не рассчитывала на длительный полёт, поэтому, по сути, у них были запасы разве что на день. — Ты бездомный? — наконец спросила она. Мужчина пару раз моргнул, словно обдумывая вопрос, но ничего не ответил. — Ты понимаешь язык? На этот раз мужик кивнул, отстранившись от девушки. Лулу выдохнула. Сейчас не хватало только впасть в панику. — Если я дам тебе деньги, ты отпустишь меня? — Мужчина снова кивнул. — Хорошо. Мой рюкзак остался у друга, — Лулу мысленно усмехнулась. Опять она осталась без своих вещей уже в который раз. — Мне надо… Её резко прижали к повозке. Лулу уловила лёгкий запах крови, исходящий от этого чудака, и зажмурилась. — Так… давай поговорим спокойно. Мы же цивилизованные… люди. Лулу не была уверена ни в одном из сказанных слов. Что это за спятившее существо? — Кто ты такой? Вместо ответа мужчина произнёс: — Ты похожа на… похожа на… — На царевну? Да, я её сестра. Ошеломлённый мужчина отпрыгнул от девушки, словно ужаленный. Повозка едва не перевернулась, и на Лулу приземлился целый ворох одежды. Пока девушка пыталась всё это раскидать и выкарабкаться, мужчина что-то поразмыслил. Взгляд его теперь не предвещал ничего хорошего. — Значит, ты богата. У тебя есть деньги. — Есть. Я же пообещала, что дам тебе их, если ты меня отпустишь. Когтистая лапа оказалась прямо у её горла – девушка даже не успела вдохнуть. Указательный палец скользнул вдоль щитовидного хряща, вызвав череду мурашек и ощущение кома в горле. — Ты врёшь. — Клянусь, что нет, — Лулу замахала руками. — Я не собираюсь причинить тебе зла и надеюсь, что ты тоже. — Что вы… ты и твой друг тут делаете? — Где «тут»? На Хандрозе или на парковке? — Когти царапнули её кожу чуть ниже уха. — О-окей! Мы прилетели, чтобы найти брата моего друга. Пару дней назад он исчез: один нехороший человек из замка династии Ланкастеров увёл его в лес. Ну, по крайней мере, мы так полагаем. Мой друг так считает. Очень важно вернуть малыша домой. В ледяном взгляде мужчины проскользнуло что-то, похожее на смесь удивления и отчаяния. Его как будто взволновала эта новость. — Как его звали? — Тецеус Ланкастер. Он младший сын династии Ланкастеров, брат Вольфа. Дрожащая лапа разжала горло девушки, и Лулу сделала большой вдох, наслаждаясь холодным воздухом, заполнившим её лёгкие. — Я не знал, что у царя есть ещё один ребёнок. Тецеус… если я покажу его вам, вы отдадите мне много золота? — Ко-конечно! — Лулу удивилась собственной удаче. — Сколько скажешь! — Без обмана. — Да. Мужчина протянул ей свободную руку, предварительно сняв перчатку. Лулу поразилась тому, насколько белая и чистая кожа на «нормальной» конечности дикаря. Хотя, с другой стороны, неизвестно ещё, что он сам считал нормальным. Девушка пожала своей дрожащей тонкой ладошкой крепкую ладонь неизвестного. В его бороде промелькнул намёк на улыбку. После рукопожатия, однако, дикарь не спешил куда-то двигаться. — Что ты делала на парковке? У тебя есть… транспорт? — Нет, — призналась девушка, и её щёки вспыхнули. — Я пыталась… пыталась угнать космолёт. — Зачем? Если у тебя есть деньги. Он внимательно изучал её лицо. Слишком пристально. Его голубые глаза, казавшиеся прозрачными из-за отражавшейся в них белизны снега, не мигали. Словно этот странный мужчина никогда раньше не общался так близко с кем-то вроде неё. Лулу вздохнула и отвела взгляд. — Это сложно объяснить. Меня попросил друг. Но угонщик из меня, конечно, никудышный. А что делал здесь ты? Лулу оглядела кипу из вещей, на которых сидела, и вдруг до неё дошёл ответ. — Это не твои вещи. Ты ищешь что-то ненужное, забытое или что плохо лежит, чтобы забрать себе. Но что ты с этим делаешь? Продаёшь потом? Помедлив немного, он кивнул. — Как тебя зовут? — Сигурд Длиннобородый. — Да, борода у тебя длинная, — Лулу оценила длинную светлую растительность, собранную в три густых косы. — Ты оборотень? Сигурд скорчил кислую мину, словно напоролся на гвоздь и теперь вынужден терпеть ужасные муки. — Нет, — поспешно сказал он. — Слезай с саней. — А что ты за существо? — девушка послушно слезла с кипы шмотья и даже аккуратно разложила всё подвинутое по местам. — Урсус, — Сигурд произнёс это, почти вздыхая. — Никогда раньше о таких не слышала. — Потому что неместная. Я главарь нашей семьи. — Почётно, должно быть. — Ну… — он поскрёб бороду. — Есть трудности. Меж тем по парковке носился Майк с выпученными от страха глазами. Как только он увидел Лулу, его лицо просияло, но затем он заметил рядом с ней Сигурда, и взгляд сразу же помрачнел. — Это кто? — почти свирепо спросил он. — Сигурд. Погоди на него кидаться с кулаками и молниями. Он пообещал нас отвести к Тецеусу, если мы заплатим. — А ему откуда известно про Тецеуса? Сигурд вдруг ни с того ни с сего схватил Майка за грудки и легко поднял одной рукой, а когтистую лапу занёс сверху. Майк заверещал, от испуга выпустив заготовленный огненный шар куда-то в пол. Глаза Сигурда сурово сверкнули, он замахнулся. Лулу быстрее повисла на руке урсуса. — Стойте! Стойте! Перестаньте! — Ты хотел обидеть одного из нас. — Я рассказала Сигурду. Ему нужны деньги. Давай поможем. — А нам кто поможет? Лулу, ты… — Радуйся, что у нас с тобой не получилось. Если бы мы продолжали жить вместе, я бы постаралась помочь каждому нуждающемуся бомжу, и… — Ах вот ты как с Лейкером общаться начала. Теперь мне всё ясно. — Ну… да, так всё и было. — Лулу махнула рукой. — Я не бомж! — рявкнул Сигурд, потряхивая парня. Сара тем временем кружила вокруг Майка, беспомощно размахивая тоненькими призрачными ручками. — Отпусти Майка, — мягко попросила Лулу. И вдруг Сигурд, как будто сам не совсем хотел этого, разжал руку, пару раз хлопнув глазами, а Майк рухнул мешком вниз, потирая ушибленный бок. — Сколько ему нужно? — сердито буркнул волшебник. — Вдруг он нам врёт? — Урсусы всегда честные, — произнёс Сигурд. — Это оборотни готовы предать друг друга или маги строят злые козни. Мы сдерживаем свои обещания. Тецеус находится в моей пещере, в целости и сохранности. Мне нужны деньги, чтобы прокормить семью. — Лулу, у тебя после суда разве что-то осталось? — Майк… — Ты думаешь, я по старой дружбе стану платить какому-то оборванцу без штанов только потому, что он наполовину медведь и пытается нас запугать? — Я не наполовину!.. — Майк, нам нужно найти Тецеуса, — осторожно напомнила Сара. — Возможно, Сигурд облегчит нам поиски. — И тебя одной хватало!

***

И всё же выбора у Майка не осталось. Легче было пойти на попятную и позволить этому странному дикарю в медвежьей накидке увести себя на санях прочь с парковки. Майк, как и Лулу, раньше никогда не видел урсусов. Но из учебников и книг мальчик знал, что это огромные антропоморфные медведи. Тот, кого же он видел перед собой, упрямо тянувшего за собой повозку, напоминал скорее просто очень крупного человека с длинной бородой и одной когтистой лапой вместо нормальной руки. Майк попытался прочувствовать нити существа, как их учили на магических дуэлях, и понял, что перед ним всё-таки гибрид. Нащупанное вызвало скорее усмешку, ведь парень вспомнил недавние слова Сигурда. «Что ж, если он не знает своего истинного происхождения, я его при случае обрадую. Но потом, чтобы был козырь в рукаве». Они подъехали к редкому лесочку довольно быстро. Пещера-шатёр выглядела пустынной и холодной. Огонь не горел. Сигурд отдёрнул шкуру, служившей дверью и замер в проходе. — Ну, и? — Майк скрестил руки на груди, внутренне торжествуя. — Он нас нае… — Майк! — резко одёрнула его Лулу. — Пардон, — парень виновато поднял руки и запоздало подумал, с чего он вообще решил послушаться девушки. Они, конечно, женаты, но чисто формально, и это не повод ей так понукать им! Только он собирался Лулу об этом сказать, как девушка уже спрыгнула с повозки и, занося руку для атаки, сказала Сигурду: — Я требую объяснений. — Симон ещё не вернулся с рынка. Он ушёл вместе с ним. — Кто такой Симон? — Мой… — Сигурд мялся, подбирая слово. Симон не был членом семьи и определённо не являлся его другом. Да и помощник из Симона был такой себе. Сожитель? Такого слова Сигурд, конечно же, не знал. Поэтому урсус просто махнул рукой. — В любом случае, — подала голос Сара, стараясь призвать всех к миру, — он помог нам добраться до леса, бесплатно отвёз. Здесь я действительно чувствую его гораздо лучше. — Сара, он был здесь? — Лулу нацепила специальные очки и завертела головой по сторонам, стараясь увидеть призрака. — Был, — кивнула девушка, прикрывая глаза. — Несколько часов назад. Ему было хорошо. Белый человек заботился о нём. Майк и Лулу покосились на Сигурда. — Где ты его нашёл? — В капкане. Я думал, что попался олень, но нам не повезло. — С ним всё в порядке? — Лапу я перевязал. Лулу расслабленно выдохнула. Майк расслабил плечи. Теория с капканом подтвердилась. А мальчик был живой и практически невредимый – уже хорошо. Осталось дождаться Симона, ведь так? Пока Сигурд разводил огонь и развешивал часть тряпок по стенам, а другую часть – прятал в сундук, прошло некоторое количество времени. Урсус также предложил незваным гостям остатки похлёбки, но те благоразумно отказались. Вскоре ребята услышали, как снаружи кто-то топчется, практически подбежав к укрытию. Сигурд молча вышел наружу. Лулу и Майк поплелись за ним, стараясь не светиться. Сара же не соблюдала никакой осторожности, но покружившись вокруг, прошептала: — Я его не чувствую поблизости. Лулу едва не потеряла дар речи, когда увидела, кто стоит снаружи. Вспомнив день рождения Тано и их поход до супермаркета, она испытала чувство дежавю. Удивительное сходство бездомного из Небыля со стоявшим снаружи неопрятным мужчиной. Они были идентичны, словно братья-близнецы! Впрочем, этого Лулу бы отрицать тоже не стала, ведь у неё и самой была сестра-близнец. — Где ребёнок? — суровым голосом спросил урсус. — Я… я… я… Светлые кустистые брови Сигурда сдвинулись на переносице. Он сложил руки на груди, и Лулу готова была поклясться, что даже через меховую накидку увидела, как вздулись его мускулы на руках. От воинственного вида урсуса по коже пробежали мурашки. Майк нетерпеливо вздохнул, всем своим видом показывая недовольство и одновременно возвращая Лулу в реальность. — «Я» - последняя буква алфавита. Где Теци? За ним пришли его родственники. — Он… он пропал. В секунду Симон оказался в медвежьей хватке Сигурда, вереща и пинаясь, словно подстреленный кролик. Он болтался, поднятый за шкирку, абсолютно беспомощно и нелепо. — Бесполезный мусор, — выплюнул ему в лицо урсус. — Надо было оставить тебя загнивать на морозе. — Технически, — шепнул Майк в пустоту, — на морозе как раз ничего гнить не будет. Лулу ткнула парня в бок, предотвращая порцию занудного монолога. Сигурд, правда, ничего не услышал. — Что ты чувствуешь? — обратился Майк к Саре. Несмотря на весь происходящий дурдом, парень чувствовал себя неожиданно спокойно. «Рано или поздно ты просто устаёшь из-за всего переживать. Я мог бы умереть уже по меньшей мере раз двадцать. То, что сейчас происходит, сущий пустяк. Тецеус ведь ещё жив. Жив ведь?» В это немом вопросе он наблюдал за тем, как Сара ломает свои призрачные руки, уставившись куда-то вдаль, за вершины изувеченных морозом сухих деревьев. Как будто она могла действительно видеть так далеко. — Он продолжает двигаться. Он убегает или… улетает от нас. Все покосились на Симона, без слов спрашивая – что он сделал с ребёнком, куда теперь тот делся. — Что находится за этим лесом? — спросил Майк у Сигурда. До сих пор не существовало точной географической карты Хандроза. Несмотря на собственные маленькие габариты, этот астероид настолько никому не был интересен, что его даже и не изучали. — Бездна. — Что ещё за «Бездна»? — Бездна Вечности.

***

Тецеус стоял напротив высокого обрыва, дно которого было усеяно острыми, как колья, ледяными сталагмитами. От края до дна расстояние составляло по меньшей мере несколько метров, и спуститься вниз в одиночку было равносильно самоубийству. Конца этой ледяной армии сверкающих пиков не было видно. Тецеус смотрел на это, разинув рот, чувствуя себя так, как должен чувствовать тот, кто оказался на краю света. Ведь именно им и было то место, напротив которого стоял мальчик. Вечные льды намерзали здесь не одно столетие. Вокруг не могло быть ни души. Но Тецеус слышал отчётливый голос, окутывавший его, словно мягкое покрывало: — Ты видишь блестящий предмет внизу? Тецеус пригляделся, даже сощурился, высматривая нечто блестящее. Сверкание ледяных колов мешало сосредоточиться. Не слушать голос Тецеус тоже не мог. Тот словно управлял им, и мальчик чувствовал важность происходящего. Он прошёлся вдоль края, принюхиваясь. Парень чувствовал постороннее присутствие. Он был тут не один. Но никого вокруг не видел. Глухой смех пронёсся над ним, заставив тонкую шею покрыться мурашками. Тецеус поёжился, но не от холода, а от дискомфорта. — Страшно? Теци упрямо помотал головой. Он ничего не боится! Он смелый и большой мальчик! Пройдя ещё парочку метров, он вдруг краем глаза заметил странный перелив между несколькими сталагмитами и замер. Сердечко его забилось чаще. Это то, что ему нужно отыскать или всего лишь обман зрения? — Если долго всматриваться в Бездну… Тецеус не продолжил эту фразу. Его знаний пока что не хватало на такие вещи. Поэтому он пригнулся и молча принялся выслеживать блестяшку, как будто она была живой добычей. В замке Тецеус упражнялся так с заводными игрушками или мелкими зверьками, которые, пусть редко, но попадались в замке. — Так и будешь стоять тут? Чего выжидаешь? Оно же ждёт. Теци, конечно же, промолчал. Вот ещё, станет он разговаривать с тем, кого не видит! Словно чувствуя его мысли, невидимый собеседник продолжил: — Может, мне тебе помочь? Воздух вокруг Тецеуса словно стал плотнее, заискрился. Подул порывистый ветер, не имеющий чёткого направления. Он словно вырвался на свободу из заточения и теперь наслаждался этим, взъерошив мальчику серебристые волосы. Несколько потоков ветра почти сдували ребёнка, аккуратно подтолкнув вверх. Тецеус не сопротивлялся, хотя и очень удивился происходящему. Не каждый день мощный поток воздуха подбрасывает тебя вверх. Мальчик буквально воспарил над землёй и, когда первичный страх прошёл, ему стало очень хорошо, даже понравилось почувствовать себя в полёте – уникальная возможность для оборотня. Ветер не был холодным, он окутывал его мягким теплом, словно укрывая тонким пуховым одеялом, которое не греет тело, но будто согревает изнутри от самого факта его наличия. И тем временем воздушный поток аккуратно спускал ребёнка, зажав в своих объятиях, вниз, прямо к основаниям сталагмитов. Прямо в Бездну.

***

— Я его чувствую, вот он! — Сара почти что взвизгнула, если так можно сказать о призраке. Она чувствовала приближение Тецеуса, пока Сигурд, впрягший сам себя в сани, мчал вперёд, следуя указаниям Майка и Лулу. Сигурд не понимал, почему, но он чувствовал, что должен помочь этому ребёнку. Это было для него сродни вопросу чести и долга. Как будто имелось что-то внутри, в самой груди, где бьётся сердце, то, что заставляло двигаться вперёд, к этому мальчику. И больше всего Сигурд боялся, что он не успеет. И дело было не только в деньгах, хотя и это бы сильно облегчило саму жизнь Сигурда в медвежьей семье. Но вознаграждение принцессы было приятным бонусом, а не первопричиной. И он гнал на всех парах, как из последних сил, не рассчитывая на успех, но отчаянно желая его. В Бездне ещё никто из его сородичей не бывал и даже не приближался близко. Бездна считалась краем света. Более образованные жители Хандроза понимали, что это не край: астероид, хоть и не привычной для планет овоидной формы, всё же был объёмным, и одна грань переходила в другую, замыкаясь в итоге в одной точке. Это неизбежно и это проверено всевозможными выходцами в космос, которые изучили астероид вдоль и поперёк. Но Бездна была сродни местной легенды для племенных народов урсусов и венатионов, и «тёмных» семей оборотней, не имевших образования и не стремившихся попасть в открытый космос. И что самое интересное: по слухам, именно в Бездне Вечности шестнадцать лет назад удалось найти феникса. Не где-либо ещё, а тут, в промёрзлой ледяной земле, среди торчащих кольев на самой холодной планете в этом измерении. Исследователи пытались объяснить этот феномен, бросились изучать Бездну, но затем всегда бросали, возвращаясь ни с чем. И даже не могли потом объяснить, что именно им помешало. Наступала амнезия, но и вернуться обратно к исследованию территорию они не могли – их сковывал страх. Все проекты по итоге свернулись. Теперь же четвёрка случайно встретившихся на своём жизненном пути существ приближалась к Бездне на всех парах, а Сара буквально за секунду до исчезновения увидела серебристую макушку мальчика, рухнувшего вниз. Лулу испуганно зажала рот рукой, Майк побледнел, поджав губы. Сигурд бросил сбрую и выругался на своём диалекте. Сара молча подлетела к краю обрыва. Она должна была почувствовать, как бьётся его сердце, если тот ещё жив. Но почувствовала не Сара. Почувствовала Лулу. И не Тецеуса, а… — Скоганде? Великий Скоганде? Девушка завертела головой по сторонам, чувствуя присутствие божества. Тут же из ниоткуда послышался смех. — И снова ты тут, — слышала девушка звон в ушах. — Как это забавно! Ты ведь не подходишь на роль хранительницы камней, согласна? — Что вы имеете в виду? Лулу слезла с повозки, следуя за лёгкими колебаниями воздуха, напоминавшими дрожание от горячего костра. Сигурд вопросительно повернулся к Майку. Он догадался, что парень умеет разговаривать с призраками, поэтому и сейчас ожидал нечто похожего. Но общалась Лулу, а Майк сидел спокойно, переваривая произошедшее и ожидая сигнала Сары. — Она разговаривает с богом, — спокойно сказал Майк. Сигурд удивлённо вскинул косматые брови, но возражать не стал. У урсусов тоже существовал свой пантеон. Эти иномиряне могут иметь своё мировоззрение. Просто Сигурду показались молитвы не совсем уместными в данный момент. Нужно же спасать мальчика! Это был первый раз, когда Лулу не видела Скоганде, но отчётливо ощущала его присутствие и слышала голос. Скоганде всегда являлся к ней разным. В разных образах, разными видениями, отправляя её в разные локации. Тем неожиданнее всегда были эти встречи, они вырывали девушку из реальности, не давая подготовиться. — Дорогой Скоганде, — обратилась к нему Лулу, чувствуя, что скоро потеряет терпение со всеми этими загадками. Почему просто не рассказать ей, для чего именно используются камни? — Зачем я понадобилась вам на этот раз? — Ты? Ты мне не нужна, юное дитя, — усмехнулся бог. — Сегодня мне нужен только Тецеус. Именно его я позвал сюда. — Но зачем вам маленький мальчик? — Только он, единственный, кто может коснуться сердолика. Лулу округлила глаза. Майк пытался настроить её наушники на «божественную» частоту, чтобы иметь возможность слышать, что именно так удивило Лулу, но, похоже, на этот раз он не был избранным. Впрочем, как и сама Лулу. — Выходит, я зря пыталась найти сердолик на Дельте? Я всё равно не смогла бы до него дотронуться? — Именно. — Но что бы тогда произошло? — О, ты бы просто исчезла, милое дитя. Расщепилась бы на атомы, и не осталось бы от тебя ни ручек, ни ножек. Скоганде говорил это столь умиротворённым голосом, без тени угрозы, что от этой информации только больше пробирало в дрожь. — Так почему же вы не пытались меня остановить, не предупредили заранее? Неужели вам, как богу, настолько всё равно на меня? — Потому что когда ты занималась поисками, то была очень уж далека от камня. — Его нет на Дельте? — спросил Майк, наконец-то поймав своеобразное хриплое шипение в своих наушниках. — О-о-о, а вот и наш весьма одарённый молодой человек. Признаться, меня впечатляют твои способности, юноша, хотя и влезать в приватную беседу отнюдь невежливо. — Он здесь, на Хандрозе. Майк испытующе смотрел в одну точку. Когда Лулу обернулась к парню, то ей показалось, будто Майк действительно видит Скоганде, как сильно бы тот не пытался на этот раз слиться с воздухом. Девушка не могла этого отрицать. Майк и без того видел слишком многое. — И снова вы меня удивили, молодой человек! Вам удалось догадаться быстрее, чем вашей нерасторопной подружке. — Почему сердолик здесь, — спросил Майк, не обращая внимания на слова Скоганде, — в Бездне Вечности? Как будто нельзя было… Глаза парня расширились, когда до него дошла простая истина. — Кто-то перенёс камень сюда, чтобы мы не смогли его найти? — предположила ундина, но Майк тут же перебил её: — Нет, Лулу, нет! О расположениях камней писали драконы ещё на заре цивилизации. А тогда Хандроз и Дельта были единой планетой. И получается, что сердолик всегда находился внутри той, старой планеты под её корой. Но из-за того, что Хандроз отделился, камень оказался на поверхности. Вот только мы не учли, что это может быть не одна из гор Дельты, а впадина от этой горы на Хандрозе. — А самая большая впадина Хандроза – это Бездна Вечности, — поняла Лулу. — Так какой у нас план? — Дать Тецеусу возможность его найти, раз он единственный, кто может его взять. — А если у него не получится? — Получится! Я помогу, — вызвалась Сара и полетела прямиком к кратеру. Сигурд просто стоял, как вкопанный, возле повозки и совершенно не понимал, с кем разговаривают эти пришельцы и куда ему деть себя, пока ведутся работы по спасению волчонка с серебристой шерстью. Впервые в жизни Сигурд ощущал себя таким бесполезным. И Скоганде почувствовал это. Прямо возле урсуса задрожал воздух, но тот сначала не предал этому значения. Это напоминало северное сияние, только более тусклое и не в небе, а совсем рядом: протяни руку – и как будто коснёшься его. Зато потом, когда вокруг закружились блестящие кусочки неизвестной материи, словно назойливые насекомые, которых на Хандрозе практически совсем не водилось, Сигурд принялся отмахиваться от них когтистой лапой, порыкивая на неизвестное явление. Но чем больше он старался, тем хуже у него получалось. Блёстки словно издевались над ним, заставляя кружиться на месте, чтобы ему удалось всех разогнать. — Да чтоб вас, окаянные! Сигурд так сильно замахнулся, что едва не поскользнулся на снежном насте, и тут услышал прямо над собой смех. Обернувшись вновь, он заметил, как вся эта мельтешащая мелочь сформировала в воздухе чьё-то лицо. Разумеется, Сигурд знал про магию, поэтому несильно удивился, тем более рядом с ним сейчас находилось целых два волшебника. Вот только эта иллюзия не являлась плодом творения ни одного из них. — Как интересно! — произнёс Скоганде. Его золотистые губы двигались в такт словам, и Сигурд почувствовал, как каждая шерстинка на его теле встала дыбом – настолько пугающим и величественным одновременно казалось увиденное. — Почему ты так старательно пытаешься убежать от самого себя, от своей сущности, вождь медведей? — Не пытаюсь я ничего! — Так забавно… ты знаешь, кто твой отец? — А что, вы? — с вызовом бросил урсус. Летающая полупрозрачная голова из золотых ошмётков перестала его пугать. — Не-е-ет, это было бы слишком. Своих детей мне более чем хватает, разбросанных по всему свету. — Тогда что мне вас бояться? Я даже в вас не верю, вы не из пантеона урсусов. Мы поклоняемся Медведице. — Верно. Но что если я скажу тебе… Золотистые губы коснулись уха Сигурда, забравшись под медвежью шкуру. Тёплым летним воздухом обдало всё тело, и мужчина едва не задохнулся от неожиданного возбуждения и эйфории. Он услышал то, что сказал ему Скоганде, лишь мельком, а другие – не услышали и вовсе. Огласке придавать личную информацию не имело смысла. Но Сигурд как стоял, так и осел вниз, потрясённый открытием. За все свои двадцать с небольшим лет, что он прожил на Хандрозской земле, урсус никогда не допускал мысли о своём происхождении, которую только что сообщило ему иноземное божество. — Этого не может быть… Но Скоганде его уже не слушал: он переключился на то, что происходило в Бездне. Именно в этот момент Тецеус с победным кличем откопал из небольшого углубления между кольями камень и поднял его высоко вверх. В тот же миг из самого камня вышел огромный в высоту тонкий оранжевый луч, поразивший всех своей необычной яркостью. Интенсивность света луча была столь высока, что ребятам – и даже Саре – пришлось закрыться от него руками, чтобы не ослепнуть. Но Тецеуса свет нисколько не смущал. Он отражался от его блёкло-серых волос, наполняя их огненным цветом. Была лишь одна загвоздка – Тецеус не мог управлять камнем. Тот словно жил сам по себе, совершенно не слушаясь мальчика, норовил выпрыгнуть из маленькой ладошки. Луч хаотично скакал в разные стороны, оставляя прожжённые дыры прямо в снегу, во льду, в покорёженных морозом деревцах, в сталактитах, и один раз едва не попал в Лулу, которая, благодаря отточенным на магифлексе рефлексам успела откатиться в сторону. — Как нам это прекратить? — с мольбой обратилась она к Скоганде. Но тот её не слушал. Он сосредоточил всё своё внимание на Тецеусе, вливая в него свою силу. Лулу, Майк и пришедший в себя от потрясения Сигурд видели, как от божества перетекает золотистый поток прямо в мальчика, и тот с застывшим лицом начинает подниматься вверх. — Его не разорвёт? — спросил Сигурд, стараясь не выдать своего волнения. Ничего подобного раньше он никогда не видел, и ему стало вправду страшно. И тут все услышали голос Скоганде, который начал читать давно забытое пророчество: — «Серебристый волк, получивший благословение дьявола, положит конец тирании Хандроза и окончит войну. Он привнесёт мир, став свидетелем смерти, забвения и воспоминания одновременно. Плод любви безгрешной, оплот всего сущего как символ веры в жизнь». — Я как будто уже это слышала, — тихо прошептала Сара. Но никто её, конечно, не услышал. Её особая связь с Тобиасом разорвалась, как только самый старший из вышивших Оками отошёл в мир иной, на этот раз навсегда. И память у полтергейстов хлипкая. Но всё равно что-то внутри неё всколыхнулась, и девушка в одночасье всё поняла. Кинулась к Тецеусу в волнении, но оказалось, что слишком поздно. Она отчётливо услышала голос некогда любимого человека в своей голове: — Прости меня, Сара. У меня не было другого выбора. Призрака затрясло, и она упала в снег. Она задыхалась от рыданий, хотя уже много лет не могла ни дышать, ни плакать. Переживая последние воспоминания, она не могла не горевать о том, что когда-то потеряла. А сейчас до неё дошло кое-что очень важное, но она мысленно пообещала себе, чтобы никто, ни одна живая душа никогда не разгадала секрет Тобиаса, его последнее предсмертное желание. И если потребуется, она унесёт этот секрет с собой в Небытие – место, откуда мёртвые уже не возвращаются. Луч вошёл в мёрзлую почву ровно под Тецеусом. Лёд тронулся, и земля задрожала так сильно, что Лулу и Майк не устояли на ногах. Сигурд вдруг подумал о том, что на четырёх конечностях ему было бы куда как удобнее удержаться, но превращаться уже было поздно. Мальчик болтался в воздухе в метре над местом, куда вошёл луч, растапливающий все промёрзшие насквозь слои льда, и не двигался. Едва-едва лишь дрожали его веки, как будто он спал, но никак не мог проснуться. А земля всё ходила ходуном. «Моя планета рушится. Мой дом, где я вырос, умирает, — поймал себя на мысли Сигурд. — Пора остановить беспредел». Он кинулся вперёд, и в этот момент яркая вспышка пронзила его глаза. Взревев от боли, Сигурд упал в лёд, корчась в муках, и чуть не рухнул на один из торчащих внизу острых кольев. Но что-то плотно обхватило его голень. Когда мужчина прозрел, он увидел, как Лулу выпустила одну из своих фиолетовых лиан, чтобы спасти его. И теперь уже не она его должница, а наоборот! От боли и отчаяния урсус застонал и, собрав всё своё мужество в кулак, перекатился вбок, подальше от края. Чей-то сапог упёрся в его грудь, пригвоздив к полу. Мужчина, нависший над Сигурдом, был ему незнаком. Злые, чёрные глаза надменно смотрели на него. Сигурд, словно через вату слышал, как Лулу что-то кричит, почти рыдает, а Майк – ругается. Мимо пролетел магический снаряд, но один взмах рукой – и мужчина предотвратил все попытки ребят спасти его. — Как это трогательно, что вся ваша компания помогла мне добраться сюда, сами того не представляя, — Макгроу растянул сухие губы в зловещей ухмылке. Он был уже мёртв, и ему нечего было терять, кроме своей власти, так что Станислав был готов бороться за престол с кем угодно и где угодно. Лулу, прижавшись плотнее к Майку, распространяла на их обоих щит. По опыту с Тобиасом, они оба знали, что мертвецы, против воли пришедшие из адской части Замирья, гораздо сильнее обычных колдунов, и ребятам стоило экономить силы перед дракой. Макгроу бросил на них уничижительный взгляд. — Расслабьтесь, вы меня не интересуете. С вами будет говорить мой добрый друг. Из-за спины Макгроу вышел Бизер, который был всё ещё в облике султана Файннула. Увидев его, Майк сжал кулаки и процедил сквозь зубы: — Теперь я понимаю, почему ты готова была со мной расписаться. Я бы тоже не хотел отдаться этому уроду. Бизер грустно усмехнулся, и в этот момент Лулу испытала по отношению к бывшему преподавателю нечто похожее на сочувствие. Но затем она вспомнила всё плохое, что тот когда-либо делал ей, и укрепила щит. Бизер медленно и осторожно подошёл к ребятам. Он был безоружным (и почти безруким, у него всё ещё были синие щупальцы вместо кистей), но Лулу знала, что это обман. Весь Одхран представлял собой олицетворение вранья и лживости. Мимикрируя под кого угодно, он мог продолжать подстилаться под других, безропотно выполняя приказы ради собственной выгоды и безопасности, в любой момент вставая в позицию «Моя хата с краю». Даже Макгроу со своей безграничной яростью и желанием уничтожить и подчинить себе всё живое вызывал у Лулу большее уважение. Если этих двоих злодеев вообще можно было сравнивать. — Я спрашиваю последний раз, — спокойно обратился Бизер, склоняясь над Лулу, — ты отдашь мне камни добровольно? — У меня их нет! — выпалила девушка. — Ты думаешь, для меня будет трудно узнать, где ты их прячешь? — Бизер изогнул бровь и занёс над щитом левую руку, готовясь к атаке. Лулу снова укрепила щит. Майк боялся как-либо ей помешать, поэтому даже не пытался создать хоть какой-нибудь жалкий снаряд. Но Бизер медлил: он давал девушке опомниться в последний раз. «Боже, почему ты не вмешиваешься?» — взмолилась Лулу. И тут же услышала в своей голове ответ: — Потому что это не моя война, а ваша. — Скажи ей, — медленно протянул Макгроу, едва обернувшись, — что если она добровольно не сдастся, мы отправим в Андеадлинг армию фениксов. — Фениксов?! — хором выпали все присутствующие, кроме молчавшего в своей спячке Тецеуса. Даже Бизер непонимающе уставился на Макгроу. Воспользовавшись секундным замешательством, Лулу убрала щит и, дав отмашку Майку, они синхронно атаковали Бизера огнём. Мужчина загорелся и упал в снег, с криками туша свои ожоги. Огонь не смог бы поражать его долго, поэтому Лулу моментально выпалила следующее заклинание: — Mishinem electrica! С пальцев сорвались сотни маленьких молний, впившись в Бизера. Мужчина не успел создать хоть какую-то защиту, поэтому теперь дёргался, словно жалкая лягушка на столе у горе-экспериментатора, получая одну электротравму за другой. Его глаза закатились, и Майк положил руку на плечо девушки: — Ты ему так сейчас фибрилляцию предсердий вызовешь, и он тут откинется! — И пускай! Пусть умирает! Я его ненавижу! — Да? А мне потом с этим разбираться, блин. Меня-то пожалей, он меня потом призраком преследовать всю жизнь будет. Макгроу засмеялся, наблюдая за неожиданной перепалкой ребят. — Как это трогательно: знать, что вы скоро умрёте, и весь ваш мир потонет в адском пламени, но при этом всё равно спорить из-за какой-то ерунды. Дети – одним словом. А ты, — обратился Станислав к Одхрану, — ты болван. Никчёмный идиот, потерявший бдительность. Взмахом посоха он заставил Бизера, всё ещё содрогающегося от электрических разрядов, подняться в воздух, и заключил его в клеть. — Теперь ты бесполезен. Лучше уж посиди тут. Для всеобщей безопасности. — Altissimum triuphum! — выпалила Лулу, с удовольствием наблюдая за тем, как лёд под ногами Макгроу заходил ходуном. Мужчина попытался удержать равновесие, и этим воспользовался Сигурд, ловко перекатившись в сторону и вскочив на ноги. — Где этот ваш всемогущий бог, когда он так нужен? — бросил он ребятам. Лулу испытала что-то наподобие испанского стыда. Макгроу тем временем поднялся на ноги и наставил на ребят свой посох. Лулу знала, что атаки из фокусировок не такие быстрые, как прямо из рук, но также знала, что у Макгроу огромный магический опыт, помноженный на ярость из ада. — Обращайся, — выпалила она Сигурду, отвлекая внимание Макгроу. Майк понял всё без слов и принялся складывать за её спиной пальцы в правильный жест для атаки нежити. Руки тряслись от волнения и холода, но Майк был обязан справиться – на него рассчитывали сейчас все. — Что? — переспросил Сигурд, замахиваясь своей когтистой конечностью над лысой макушкой Макгроу. — Ты же чёртов оборотень! — заорала ему девушка. — И перестань это отрицать! Сейчас нам нужна любая сила, так что превращайся! Замешательством Сигурда воспользовался Макгроу и, развернувшись к урсусу, ударил его посохом по голове. Лулу тем временем метнулась к Майку, присоединяясь к его странному ритуалу из пальцев. — Майк, переверни большой палец. Переверни, чёрт тебя возьми! — Ща-ща, погоди… стой… — Вот так, да! Ниже-ниже. Стоп! На счёт три! Готов? Раз! — Два! — Три! Светящееся полотно из почти невесомых ниток пронеслось над их головами и спланировало на Макгроу и Сигурда. Лулу не сдержала сдавленного крика. Ещё бы секунда, и заклинание бы сработало не на том. Но именно в этот момент Сигурд обратился, представляя всему свету своё истинное обличье – полумедведя-полуволка. А магическая сетка, запущенная Лулу и Майком в Станислава обволокла мертвеца, затягивая в плотный кокон. Раздался взрыв. Оглушённые ребята упали на землю. Когда они открыли глаза, то рассчитывали увидеть лишь останки, но увидели… ЭТО. Вся Бездна Вечности горела ярко-красным огнём. Лёд не мог так полыхать от их заклинания, так что компания сделала вывод, что это идёт изнутри. — Теци! — выпалил Майк и по-пластунски пополз к кратеру, щурясь от яркого света. Лулу поползла за ним след в след. Сигурд в животном обличии расхаживал по краю ямы и ревел, чувствуя, как под его лапами тает лёд. Урсус был в отчаянии. Он всегда знал, что от иномирян одни беды! Едва ребята подползли к кромке «берега», как из огненного озера, образовавшегося из Бездны, вылетело нечто. Оно спикировало прямо над головой Лулу, и девушка взвизгнула, утыкаясь лицом в тающий снег. Майк осмелился посмотреть в небо и раскрыл рот в изумлении. — Лулу, ты должна это увидеть! — Что, очередное чудовище? — Круче! Гляди! Лулу, борясь со страхом, распахнула глаза и отняла руки от лица. Прямо над ней пылало яркое зарево, переливаясь всеми оттенками красного и оранжевого. Присмотревшись получше в этот гигантский поток света, так резко контрастирующий с мрачным холодом Хандроза, девушка обомлела от осознания. — Феникс. — И не один. Ты посмотри – их же тут целая тьма! Вернее… не тьма, про них так не скажешь. Лулу тут же вскочила на ноги. Всё пространство бывшей Бездны заполонили огненные яркие птицы. От них шёл такой жар, что сам воздух накалился вокруг. Сигурд, поджав лапы, убрался в самую холодную часть небольшой пещерки в снегу. Но той осталось совсем недолго. Поражённые ребята стояли, раскрыв рот, и совершенно не знали ни как это произошло, ни что им теперь делать. — Как это возможно? Как… что случилось? — Барьер, — по-медвежьи прорычал Сигурд. — Вы прорвали барьер. — Тецеус открыл портал в Долину Фениксов и освободил их – вот что случилось.