Глава LIX

Майк и Лулу слишком рано обрадовались. Сигурд же нутром чувствовал, что сейчас произойдёт нечто непоправимое. Во-первых, нигде не видно было мальчика, за которым они сюда, собственно, и пришли. Во-вторых, останков того лысого колдуна тоже не было, как и его странного друга-спрута. А потом Сигурд услышал бухающие звуки прямо над своей головой. Так как урсус схоронился в пещере, ему пришлось выбраться из своего укрытия на поверхность. Прямо на «крыше» пещеры стоял Макгроу и стучал посохом рядом с собой. Вторая его рука была вытянута вперёд. Он выглядел собранным и напряжённым и сейчас не обращал никакого внимания на Сигурда. Его волновало кое-что другое – фениксы. Своей магией он пытался обуздать древних мудрых существ. Почти таких же древних и мудрых как драконы, как боги, как сама природа. Сигурд перевёл взгляд вбок и увидел, что Тецеус по-прежнему держал камень, но находился в клети из прочных фиолетовых прутьев, очевидно, магических. Урсус выдохнул – по крайней мере мальчик всё ещё жив, а значит, за него можно побороться. Но в клети сидел так же и Бизер, уже пришедший в себя, а это ничем хорошим закончиться не могло. — Майк, Майк, смотри, Макгроу! — Лулу заметила бессмертного, стоявшего на возвышении. — Как это возможно? — Это я у тебя должен спросить! Ты сказала, что заклинание сработает. — Я не была уверена, но… может, это ты что-то сделал не так? — Какая теперь уже разница? Мы его не уничтожили, и теперь нам всем крышка. — И что делать? — Погоди, — Майк запустил руку в волосы, — мне надо подумать. Можем ли мы… — Сейчас не время для рассуждений! Словно в подтверждение её слов Макгроу атаковал, выпустив из посоха световой луч прямиком в девушку. Лулу подпрыгнула и, схватив Майка за руку, потащила его в сторону. — Жалкие детишки, — Макгроу растянул рот в кривой усмешке, — вы забыли, с кем пытаетесь тягаться. Даже если бы вам каким-то невероятным образом удалось бы меня уничтожить, вы забываете, на чьей стороне стоят огненные птицы. — На стороне Тецеуса, — ровным голосом сказал Майк. — Это он их выпустил, а не ты. — Да, но я могу их себе подчинить, а вы – нет. — Почему фениксы вообще должны кого-то слушаться? — пробормотала Лулу, но её голос потонул в очередной атаке от Макгроу. Не было времени для рассуждений. Станислав издал гортанный, щёлкающий звук. Птицы, до этого неспешно парившие над Бездной, разом повернули к нему свои пылающие головы. Майк изумился: — Он что, знает птичий язык? Нам бы сейчас не помешала бы помощь твоего любовничка Колина, который знает языки всех существ. — Он не мой любовник, — Лулу закатила глаза. — И к тому же, сомневаюсь, что он говорит на языке фениксов. — В любом случае, нам надо сначала вытащить Теци из клетки, а потом думать над апокалипсисом. Ты можешь разрушить прутья? — Я даже не знаю, из чего они сделаны. Проще всего было бы попытаться взорвать, но тогда пострадают Тецеус и Бизер. И неизвестно, что случится с камнем. — Нас интересует только мой брат. Пофиг на остальное. Лулу попыталась прочувствовать материал клети. Она так делала только однажды: этому трюку её пытался научить Крис. Но девушка никогда не думала, что ей это пригодится. Теперь она жалела, что не уделила этому должного внимание. В стрессе у неё ничего не получалось. Она потёрла ладонями друг о друга, пытаясь сконцентрировать на пальцах магическое поле. — Они напоминают лианы, которыми мы иногда пользуемся. Но гораздо более плотные, и их не взорвать. Excisio! — на всякий случай сказала девушка. Как и ожидалось, клетка даже не покачнулась. Немагические объекты небольшого размера от этого заклинания рассыпались в прах. — Ты не видишь, у неё есть дверь? — Нашла кого спросить! — Майк прищурился. — После того, как ты заехала по мне огненным шаром, правым глазом я вообще ничего не вижу! — Securis de magia! Глаза Бизера в ужасе расширились, когда он увидел в действии давно забытое заклинание своего наставника Балтора. Эта юная девочка стала такой сильной, раз осмелилась повторить этот сложный пасс из креативной трансфигурации. А ведь она только на шестом курсе! Он в её возрасте точно так сделать не мог. Заниматься рефлексией Бизеру было некогда, ведь к клетке приближалась огромное лезвие секиры – такой острой и реальной. На всякий случай волшебник пригнулся, образуя щит над собой и маленьким волком. Главное – не упасть на сердолик, иначе от него самого останется лишь пепел. Секира резанула по потолку клетки. Послышалось скрежетание, вызывающее мурашки, как при столкновении двух металлических резаков, хотя оба данных «изделия» были из магической эссенции. Однако клетка едва покачнулась и даже не сдвинулась. Макгроу не атаковал Лулу и Майка. Казалось, его забавляло это зрелище. Словно учитель, давший трудное задание, опережающее программу на несколько тем, ученику, с которым тот гарантировано не сможет справиться без подсказки, он наблюдал за тем, как этот ученик попытается найти альтернативный способ решения, имея в арсенале знания прошлых уроков. Всё-таки школа наложила на Станислава свой отпечаток. — Попробую притянуть. Помогай! — Ортум здесь не сработает, слишком большое. — А кто сказал, что я буду использовать ортум? — возмутилась Лулу. — Как будто нет других заклинаний левитации! Aloxin asaan eorak! Макгроу заметно поморщился. — Ну у тебя и акцент, — не выдержал он. — Как ты небрежно относишься к заклинаниям. Эй, Бизер, разве ты не ставил им правильное произношение на первом курсе? Бизер промолчал, стиснув челюсти. Он видел, как напрягается Лулу, и как клетка миллиметр за миллиметром начала приближаться к подросткам. Помогать ребятам Одхран не собирался. Мешать, впрочем, тоже. Они с Макгроу не договаривались, что он окажется его пленником наравне с отпрыском царя! Когда Бизер заявился на пороге колдуна в замке, тот не то, чтобы радушно встретил волшебника. Однако согласился вновь стать союзниками ради добычи камней практически сразу, на что рассчитывал Спирос, придумав новый план. Но и быть на стороне той, кто так отчаянно не хочет отдавать камни, Одхран не хотел. — Лулу, ты сейчас выдохнешься. — Если бы… ты… мне… помог… Девушка чувствовала, как перед глазами стали появляться чёрные мушки. Майк был прав: её силы не хватало тягаться с бессмертным и его непонятной инфернальной магией. Тогда парень решил реализовать свой план без ведома девушки. — Invocatorius сердолик! — сказал Майк, надеясь, что произнёс всё правильно. По сдавленному крику подруги понял, что не ошибся. Камень свободно проходил сквозь расстояние между прутьями, и ручки Тецеуса никак не могли этому препятствовать. Сердолик благодаря этому заклинанию должен был приземлиться прямо в руку к Майку, что моментально бы убило мальчика, но тот буквально за секунду вытащил один из контейнеров для призраков и поймал, словно сачком, летящий к нему камень. Плотно закрыв крышку, парень на всякий случай ещё и добавил: — Sursum clauditis. Майк, в отличие от своей подруги даже не старался как-то правильно произносить слова, но в стрессе у него всё получилось просто отлично. Замки щёлкнули и повисла полная тишина. Парень плюхнулся сверху прямо на контейнер, Лулу от бессилия осела рядом, пряча мокрое от пота лицо в ладони. Макгроу пришёл в бешенство: сердолик больше не находился в поле его магического влияния, и фениксы потеряли к мёртвому колдуну всякий интерес, развернувшись обратно к Бездне. — Я отниму у вас эту штуковину! — Ты не знаешь, как она называется, — усмехнулся Майк, неожиданно чувствуя прилив уверенности. — Кстати, ты же бывший полтергейст, я бы не советовал тебе касаться этого контейнера. Только сейчас до Лулу дошло, что Майк – настоящий гений. — Откуда ты вытащил эту чёртову банку?! — Из твоего рюкзака, конечно. Должно же там храниться что-нибудь полезное. Тецеус неожиданно разразился громким плачем, и Макгроу моментально переключил своё внимание на него. Новая кривая усмешка не обещала ничего хорошего. — Раз у него больше нет камня, то он сам мне не нужен, — Макгроу направил посох прямо в клетку. На этот раз напрягся уже Бизер. — А как же я? — взмолился он. — А ты мне тоже больше не нужен. Макгроу раскрутил свой посох в воздухе и выпустил взрывную сферу прямиком в клеть. Лулу успела добежать до неё и поставить самый сильный щит, на который она была способна. Бизер в свою очередь тоже поставил щит поменьше, ограничиваемый клеткой. Взрыв наткнулся на прочный, почти невидимый барьер, разлетевшись смертоносными осколками в разные стороны. Лулу поняла, что этот удар был не самым сильным из арсенала Макгроу. «Значит, его клеть менее прочная, чем мой щит. Я могла бы всё-таки попытаться её сломать». Однако Макгроу не стал запускать второй снаряд в щит. Вместо этого из конца его посоха вышел смертоносный световой луч, который начал делать дыры и бреши в барьере. Лулу не успевала их чинить: ей требовалась и концентрация для удержания, и свободная рука для новых пассов. А Бизер никак не мог ей помочь, сдерживаемый фиолетовыми прутьями. Майк попытался поставить дополнительный щит, но его магия защиты была слишком слаба: Макгроу даже не рассматривал Майка как препятствие, сосредоточив всё внимание на девушке. И в этом была его ошибка. Сигурд выпрыгнул из своей пещеры и одним махом сбил старика с ног. Насев ему на грудь, бил то одной лапой – волчьей, то другой – медвежьей, пока всё лицо колдуна не оказалось в резаных гниющих ранах. Затем он схватил в пасть посох и, словно сухой хворост, перекусил её пополам. Тоненькая струйка энергии, больше похожая на дым, выплыла из разлома и растворилась в морозном воздухе. — А-а-а, жалкое отродье! Моя фокусировка! Надо было убить тебя раньше, как и твоего отца! — Ты убил моего отца! — взревел Сигурд, выплёвывая древесные ошмётки. И прыгнул на колдуна вновь. У Макгроу было не так много запасов магической энергии внутри себя, он предпочитал концентрировать большую часть в посохе. Теперь же он его лишился, и на починку требовалось больше времени, чем банальное заклинание рефицере. — Он умирал, болван. Я лишь облегчил его страдания. И что за лицемерие, — плюнул он урсусу в лицо, — ты не знал своего отца до сегодняшней встречи со Скоганде! Макгроу получил новый тычок в лицо когтями. Одним из минусов быть «призванным» бессмертным – ты чувствуешь всю боль, как живой. Тобиас неимоверно страдал от того, что медленно гнил на протяжении одиннадцати лет, и никто не мог ему помочь. Теперь Макгроу, растерзанный медведем, едва ползал, оставляя багрово-зелёные следы на снегу. Он не мог умереть, но боль оглушала и делала более уязвимым к последующему урону. Пока Сигурд перетянул внимание Макгроу на себя, Лулу сломала клеть, пробив её дно простым заклинанием: — Impetus! Бизер, будучи более тяжёлым, упал первым и моментально вскочил на ноги, подхватывая ошеломлённого происходящим Тецеуса. Он только перестал плакать, но был готов возобновить крики и слёзы. Макгроу отключился из-за болевого шока, и Сигурд известил об этом победным рыком. Если бы была возможность, Сигурд отправил бы узурпатора обратно в Ад, где ему самое место. Но он не знал, как это сделать, и ему определённо требовалась помощь волшебников. А ещё деньги, которые они обещали заплатить за помощь в поиске мальчишки. — Бежим скорее, пока он не очнулся! — воскликнула Лулу. — Убить сейчас мы всё равно его не сможем, для этого нужно понять, где у него слабое место, или найти другого бессмертного. Зато нам нужно спрятать камень. Она помахала Сигурду, и они с Майком побежали вперёд под грохот сердолика в призрачном контейнере. Через пару десятков метров они остановились, осознав, что Бизер и Тецеус не следовали за ними. Когда ребята обернулись, то их охватил ужас. Бизер держал малютку в воздухе, приставив нож к его горлу. Тецеус слишком мало соображал, чтобы испугаться сразу же, но он явно был обеспокоен, и цепляясь своими ручонками за рукав Бизера, отчаянно кряхтел. — Серебро! — хором выпалили Майк и Лулу. Сигурд остановился, как вкопанный, не добежав до ребят. Словно загипнотизированный, он смотрел на нож, покачиваясь из стороны в сторону. Как оборотень, он был слишком уязвим к серебру, и теперь не знал, как можно подобраться к волчонку. — Отпусти, — с угрозой в голосе произнесла Лулу, складывая руки в пасс для атаки, — иначе пожалеешь. Бизер усмехнулся, поудобнее перехватывая нож своими щупальцами. С каждым днём новый облик становился всё привычнее. Тецеус пискнул, почувствовав кожей холод обжигающего металла. Даже простой контакт с серебряным изделием оставит на коже оборотня ожог. Глубокий порез может убить мгновенно. — Гад! А я ещё думала, что помогаю тебе спастись из клетки. — Маленькая ундина опять недооценила мощь противника? Бизер в образе Файннула изогнул свои нечеловеческие брови. Несмотря на внешнюю оболочку, Лулу всегда как будто смотрела сквозь неё и видела настоящего Бизера. Возможно, потому что она видела его уже в стольких обликах погибших существ: Карле, Вацлаве, Амальгаме, ведьме с олдскульной причёской и наконец Файннуле – что научилась находить схожие для них всех черты, присущие только Бизеру. Лулу пыталась рассчитать атаку. Выхватить нож инвокаториусом? Бизер может нарочно подставить Тецеуса под него, оценив траекторию. Попробовать парализовать бывшего учителя? Тот не настолько глуп, чтобы не успеть среагировать. Слепота поразит обоих и, вероятно, вообще всех вокруг. Любое ранящее заклятие нанесёт урон и по Тецеусу. Но что-то нужно было придумывать, и быстро. На помощь неожиданно пришёл Майк. Но когда он предложил свой план, Лулу захотелось его убить. — Предлагаю обмен, — сказал Майк и выставил вперёд контейнер с сердоликом. Некоторые фениксы заинтересованно повернули свои птичьи головы вслед за пылающим камнем. — Тецеус на сердолик. — Нет! — воскликнула Лулу. Бизер злорадно ухмыльнулся. — Умеешь заинтересовать. Но разве ценность ребёнка стоит всего лишь одного камня? Майк скрипнул зубами. — Или так, или никак. — Ты готов пожертвовать братом? — изумился Бизер. — Не готов. Поэтому рассчитываю на согласие. — Майк встряхнул контейнер, и камень запрыгал в нём, лучами света рассекая морозный воздух. — Но как же я буду его использовать без Тецеуса? — Это уже не наши заботы. На счёт три ты отпускаешь ребёнка, а я ставлю контейнер на снег и толкаю к тебе. Ты либо соглашаешься, либо уходишь без камня. Раз… — Два, — кивнул согласно Бизер. — Три! — одновременно они разжали руки. Контейнер с сердоликом перекочевал к Бизеру, и тот моментально достал и Порталиус, чтобы вернуться на родную планету. Перед тем, как запрыгнуть в зияющую в пространстве дыру, Бизер вдруг сказал: — Осталось вам придумать, что делать с фениксами. Макгроу быстро восстановится. — Что ты наделал, Майк? Всё пропало! Без сердолика мы не сможем вернуть фениксов в их долину. — А Долина Фениксов находится не здесь, — Бизер широко улыбнулся. — Лучше надо было учить географию волшебного мира. И к тому же, у вас ещё есть очень хороший козырь в рукаве. — Ну и что это были за намёки? — спросил подошедший к ним Сигурд. — Понятия не имею, — пробормотала Лулу. — Как обычно, сплошные загадки. Вот и любитель он этого. — Кто это такой? — Наш бывший учитель заклинаний, — хором ответили Майк и Лулу. — Только в теле султана Амфириона с Ликвида, — пояснила Лулу. — Майк, поверить не могу, что ты вот так вот просто отдал ему сердолик! — Лулу, брат мне дороже всех камней на свете. — Майк подхватил мальчика на руки и прижался губами ко лбу. Тот был неестественно холодный, и волшебник нахмурился. Пора было относить ребёнка в помещение. Оборотень он или нет, а всё ещё малыш и мог простудиться. — Странно, что тебе так трудно это понять. Сигурд внимательно следил за квёлыми движениями Тецеуса, и его горячее медвежье сердце неожиданно сжалось от боли за маленькое существо. — Получается, у нас с тобой есть общий брат, — в полной тишине пробормотал урсус. — Что? — нахмурился Майк. — Что? — удивилась ундина. — Ну-у, — урсус махнул рукой, — вы всё равно рано или поздно узнаете. Я внебрачный ребёнок покойного царя Эдмонда Ланкастера. — Вот это поворот! — выдохнул Майк после затянувшегося молчания. — Тебе Великий Скоганде это сказал? — догадалась Лулу. — Интересно, что сам ты даже не подозревал. Что ты сейчас чувствуешь по этому поводу? Урсус мялся, пытаясь подобрать подходящие слова из всеобщего лексикона. — Смятение? Где я, и где дворец – параллельные реальности. — Понимаю тебя, как никто другой, — Лулу сочувствующе положила руку на плечо урсусу. — Эй, я вообще-то, тоже был шокирован, когда моя мать вышла замуж за царя! — Вся эта жизнь правящей элиты, — не обращая внимания, продолжила девушка, —когда о ней ты лишь слышал издалека, кажется слишком чужой, пугающей. Но тебя никто не обязывает полностью связывать себя с этим делом. У тебя всегда может быть выбор. — Ты так говоришь, потому что у царского престола просто есть наследник, — встрял Майк снова. — С учётом, что сейчас у власти вон тот лежащий на земле мужик, я сомневаюсь, что хоть один из них протянет до совершеннолетия. После этих слов в удивительно ярких глазах урсуса проскользнула тревога. — Я бы хотел по возможности быть рядом с Тецеусом и защищать его. — С чего вдруг такая братская любовь? — возмутился Майк. — Ты знаешь его от силы пару часов. — Опять ты со своей ревностью? — шикнула ундина. — Тебе не помешают в замке сильные… лапы! — Я не могу это объяснить, — признался Сигурд. — Никогда в жизни не чувствовал ни к кому привязанности хотя бы на минимальном уровне. А здесь… я словно чувствую, что моя судьба заключена в этом мальчике. Я должен стать его защитником. — Думаю, мы что-нибудь придумаем, — наконец согласился Майк. И в голове его созрела неожиданно хорошая идея, которой он делиться пока не собирался. — Но тебе нужно будет ещё на всякий случай сделать тест ДНК – просто формальность. — Что это такое? — Ах да, ты же дикий… Тебя попросят плюнуть в пробирку или сдать в кровь, чтобы подтвердить родственность к царю. Это такое научное исследование. — Но разве это делают на Хандрозе? — задал правильный вопрос Сигурд. — Точно нет. Проще всего будет сгонять в Андеадлинг, у Майка есть телепорт. Но для этого придётся надеть штаны. — Нет! — Почему такая реакция? — Лулу и Майк взорвались от смеха. — Я не стану надевать штаны! — Да почему? Что плохого в штанах? — Они… неудобные. Не понимаю, как вы их носите. Только сейчас Лулу поняла: Сигурд – полумедведь, и его ноги не выглядели как ноги человекоподобного. Это были всё ещё лапы зверя, покрытые шерстью. Наверняка Сигурду ещё и сложно подобрать подходящий фасон одежды. Она невольно вспомнила планету Волукри с необычными жителями-птицами. Им тоже иногда приходилось испытывать трудности с одеждой. Но зато именно поэтому пошив одежды индивидуального характера так хорошо процветал на этой планете. — Бедняга! Но мы тебе поможем. Мы сошьём тебе такие классные штаны, что ты не захочешь с ними расставаться. Даю слово! — А этого… мы просто здесь вот так оставим? — Я не знаю, как его можно добить, — покачал головой Майк. — Он бессмертный. Даже если мы сожжём тело и развеем прах, то он всё равно потом через какое-то время полностью восстановится. Да, у «призванных» с этим сильно сложнее. Новая оболочка может создаваться весьма долго. У Тобиаса вот, например, тушка подгнивала, и он не мог это никак исправить. Но Макгроу ничего не мешает вселиться в какой-нибудь другой свежий труп, а потом изменить облик с помощью улучшенной метаморфологии. — И что, нет никаких способов отправить этого бессмертного туда, откуда он пришёл? — Сигурд увидел за сегодня слишком многое, чтобы его вера в светлое упокоение в объятиях Медведицы пошатнулась навсегда. — Есть способ, — задумчиво сказала Лулу. — Либо когда он выполнит свой план, то отправится в Замирье сам. Либо бессмертного может убить другой бессмертный. — Мы что, снова пойдём к Колину? — Майк демонстративно закатил глаза. — Да. На этот раз у нас практически нет выбора.