16. Серьезнее, чем ты думаешь.

В тот же день Король обнародовал все, что рассказали ему повстанцы, и издал указ: каждый, кто хоть что-то знает о произошедшем, обязан оказать соучастие и помочь с поисками пропавших. Работа закипела — буквально каждый миллиметр Подземелья прочесывался стражей и отрядами волонтеров. Подключились все: торговцы, бывшие агенты Меттатона и просто семьи пострадавших. Даже Маффет приняла активное участие, любезно предоставив пауков для расследования; маленькие и проворные, они значительно облегчали задачу. Весь народ стоял на ушах, у всех на уме была одна цель — узнать правду. Напстаблук вглядывался в отчеты, предоставленные Королевской стражей и волонтерами, а точнее ‐ списки пропавших во время диктатуры Меттатона монстров. Глаза снова и снова побегались по именам и фамилиям, и от этого зрелища невольно наворачивались слезы. Робот переодически отворачивался, чтобы быстро вытереть их и ненароком не капнуть на списки. Силы всего Подземелья были направлены на поиски. И, как оказалось, даже несмотря на такое большое количество замешанных в деле монстров, все следы вели в тупик. Это сбивало Напстаблука с толку: как можно было провернуть дело настолько чисто, имея столько улик? Что-то явно было не так… — Думаешь? — раздался знакомый уже голос из зеркала. — а… ну да, — робот устало поднял голову, — не сходится… — Камеры, — воскликнул Меттатон задорно, — проверьте камеры. На них наверняка что-то да попало! — о… оу… спасибо! Робот, даже не попрощавшись, тут же помчался к Альфис. Однако, его идее пришлось разбиться о суровую реальность… — О-ой, а я не говорила? — ученая нервно рассмеялась. — Я… Эм… Передавала доступ к камерам Меттатону в это время… Т-так как, эм, старалась больше времени проводить с А-андайн… И-и, в общем… — …ничего нет, — убитым тоном произнес Напстаблук. — Ну, почему ничего? Альфис засуетилась, пытаясь найти что-то на компьютере. Спустя пять неловких минут, она радостно воскликнула «Вот оно!» и открыла какую-то папку. — …и что это? — Все записи, которые сохранились! Может, если поискать, найдем какую-нибудь косвенную улику? — ну… в этом есть смысл. ладно, тогда ты ищи, а я вернусь во дворец… новые вести могут прийти в любую минуту — Эм… Т-ты точно впорядке? — ученая обеспокоенно окинула робота взглядом. — Выглядишь измученно… Напстаблук изумленно моргнул и повернулся в экран монитора, надеясь разглядеть там свое отражение. На пару секунд ему показалось, что он увидел нарисованного Меттатона… Но видение пропало так же внезапно, как и появилось. Осталось лишь действительно измученное лицо робота. — …все нормально. — Напстаблук помотал головой. — я не могу позволить себе отдыхать, когда все работают… если что-то найдешь, обязательно звони. или пиши, как тебе удобней… — Л-ладно, как скажешь, — Альфис ободряюще (насколько это возможно) улыбнулась, — но все же, п-постарайся не мучать себя! Если устанешь, лучше отвлекись от работы! В к-конце концов, ты — наш лидер… Ученая похлопала его по плечу. Напстаблук тепло кивнул ей: — спасибо… не знаю, что бы без вас всех делал… В итоге, уже не такой радостный, но все еще полный надежды, робот отправился обратно во дворец. По дороге он встретился с группой волонтеров, которые помогали расследовать дело. Они расположились на лавочке в парке, устроив себе перекус. Встретили Короля тепло и даже предложили горячий какао, от которого Напстаблук отказался, сославшись на сытость (на самом деле, он просто не хотел забирать у трудяг их еду, пусть его и угощали). Как оказалось, у волонтеров пока тоже не было ни единой зацепки. Видя, что робота это не обрадовало, один из монстров ободряюще улыбнулся: — Не переживайте, Ваше Величество! С нашими усилиями, мы сможем докопаться до истины, даже если потребуется время. Мы уже проделали хорошую работу, осталось совсем немного! Остальные согласно закивали. Напстаблук слабо улыбнулся им в ответ, надеясь, что выглядит не очень грубо. Почему-то, на него резко накатила волна усталости. Распрощавшись с монстрами, он слегка ускорил шаг, чтобы больше ни с кем не столкнуться — от нервов его социальная батарея стала садиться быстрее, чем раньше. Но во дворце делать уже было нечего — сколько бы Напстаблук не ковырялся в списках, новых идей или связей не приходило в голову, а новостей больше не было. Робот раздраженно отложил бумаги в сторону и принялся наворачивать круги по комнате. Остановившись перед зеркалом, он с радостью обнаружил там своего нового друга. — Как новости? — спросил тот вежливо. Напстаблук уже начинал привыкать к его несменному выражению лица… — мало приятного… но надежда есть. — А что так? План с камерами не сработал? Напстаблук неловко пожал плечами: — …сработал...... но не так, как хотелось бы… — Ужасно, — покачал Меттатон своей плоской бумажной головой, — должно быть, это подкосило твой настрой. — …немного Внезапно рисунок переместился из зеркала в отражение на окне. — Открой, подыши свежим воздухом! А то превратишься в канцелярскую крысу с этими бумажками… Робот нерешительно подошел и открыл окно. Слабый ветерок, попадавший в Столицу с Поверхности, мягко тронул его белоснежные кудри. Внезапно Напстаблуку показалось, что кто-то коснулся его плеча. Но, когда он резко обернулся, сзади никого не было… — Чего дергаешься, дурашка? — хихикнул Меттатон уже из зеркала. — Тут, кроме нас с тобой, никого… Все еще стоя у окна, робот растерянно заморгал: — …видимо, альфис была права и мне стоит отдохнуть… — Ах, верно-верно! — заворковал Меттатон. — Ляжь, вздремни — и силы тут же вернутся! Он метнулся куда-то в сторону двери и пропал. Напстаблук последовал за ним, устало протирая глаза. Робот и не заметил, как уже лежал в кровати. Отяжелевшие веки медленно сомкнулись. Последнее, что услышал Напстаблук прежде, чем погрузиться в сон — чей-то тихий смех. Робот открыл глаза. Он надеялся, что очнется в саду золотых цветов, как обычно… Но, оглядевшись, Напстаблук понял: что-то не так. Перед ним предстала его комната во дворце, но очень… Странная. Будто бы нарисованная и вырезанная из бумаги. Напстаблук откинул в сторону бумажное одеяло и встал. Только он один выглядел реальным, на фоне «плоского» окружения напоминая вставку с дешевой компьютерной графикой в аниме. Пол проминался под ногами, что заставляло робота постоянно покачиваться в разные стороны, теряя равновесие. Кое-как Напстаблук доковылял до двери и, снова запнувшись об складки в полу, упал на нее всем своим весом. Несчастная бумажная дверь не выдержала натиска, и робот рухнул на пол вместе с ней. Пол, собственно, тоже не выдержал — и дверь, и робот улетели вниз, в пустоту. Летели они так долго, что Напстаблук успел забыть, как он вообще сюда попал… Постепенно, пустота начала приобретать какую-то форму. Робот недоверчиво оглядывался каждые пять минут, наблюдая за этой трансформацией. Но тут он резко во что-то врезался и потерял сознание. Напстаблук медленно пошевелил рукой. На месте. Вторая тоже. Голова… Он приподнялся на локтях, щурясь от внезапно яркого света. Через несколько минут, когда глаза робота могли хоть что-то разглядеть, он осмотрелся и удивленно обнаружил себя на поляне золотых цветов. Смахнув с лица пару помятых, бумажных на ощупь лепестков, робот встал. Это поляна казалась совсем другой… невероятно тихой и слишком просторной. Ни пения птиц, ни деревьев в округе не было — лишь поле цветов, простиравшееся до горизонта. Напстаблук нахмурился. Ему не нравилось, когда привычные вещи резко менялись, тем более так бестактно! Он присмотрелся к самим золотым цветам: даже те выглядели неправильно. У его золотых цветов было шесть лепестков, а у этих — всего пять! И «золотыми» их было трудно назвать, скорее уж кислотно-желтыми. Робот презрительно тронул один из них носком своего ботинка. — фальшивые… — Ну, не стоит так грубо! Я ведь старался… Напстаблук вздрогнул и обернулся: перед ним стоял бумажный Меттатон. Тот выглядел живее, чем в отражении, но все еще карикатурно и криво. Впрочем, теперь его нарисованное лицо могло изображать разные эмоции (что определенно сделало его менее криповым). — …извини… я не знал, что они твои… — Ах, не стоит! Если все и вправду так плохо, то лишь скажи, я сразу исправлю! — ну… на самом деле, у цветов шесть лепестков и они более… теплые, наверное… да и как-то слишком тихо… Меттатон кивнул и похлопал в ладоши. Поле постепенно начало меняться, как если бы в игре перезагружались текстуры, приобретая более живой вид. Где-то на фоне заиграла приятная, но не слишком навязчивая музыка. Напстаблук хотел было возразить, что имел в виду пение птиц, но не стал. Все же, расстраивать своего нового друга еще больше не хотелось… — Ну как тебе? — Меттатон выжидающе посмотрел на робота. — красиво… — Вот и чудно! Можем прогуляться, если ты не против. — эм… да, конечно… — неловко усмехнулся Напстаблук. Они шли рядом, не говоря ни слова. Робот тоскливо вспоминал Азриэля, надеясь, что козленок найдет его здесь. Погруженный в свои мысли, он не заметил, что бумажный Меттатон помрачнел. — Так что, тебе правда нравится? — натянуто улыбнулся он, привлекая к себе внимание. — а? — Напстаблук растеряно повернулся к нему. — да, конечно… — Может, ты хотел бы добавить что-то еще? — произнес Меттатон с нажимом. — ну… может, место, где мы могли бы отдохнуть в тени… солнце ведь светит… Меттатон снова похлопал в ладоши. Перед ними появилось небольшое кафе с терассой. Его создатель подошел ко входу и открыл дверь, вежливо пропуская робота вперед. Тот нерешительно вошел внутрь. В самом кафе было прохладно. Меттатон сразу прошел к одному из круглых столиков, что были окружены стульями с розовой обивкой. Да и в целом почти все в этом кафе было розовым — за исключением золотой стойки бара. На месте кассира стоял манекен, похожий на те, что призраки по обыкновению выбирали себе в качестве тела. Напстаблук поспешил к своему спутнику и неловко опустился на противоположный стул. К ним подлетел официант (тоже манекен) и неожиданно низким, но приятным голосом спросил, что они будут заказывать. — …но у нас даже нет меню… — Я буду, как обычно, а моему другу попрошу особое комбо, — Меттатон лукаво подмигнул манекену. Официант записал это, кивнул и удалился. Робот недоуменно посмотрел на своего спутника. — Тебе понравится, Блуки! — заверил его последний. — Не сомневайся! — …как скажешь, — пожал плечами Напстаблук и повернулся к окну, снова вспоминая Азриэля. Он отдал бы все, чтобы снова с ним встретиться… — Так, что думаешь о кафе? — слегка раздраженный голос вернул робота в реальность. — …милое — Рад, что ты оценил! Еда здесь еще лучше. — ага… Робот продолжал смотреть в окно. Меттатон же сверлил его взглядом несколько минут, пока официант снова не подлетел к их столику. — Ваш заказ, — манекен опустил на стол два подноса, — приятного аппетита. — Ах, благодарю! Блуки, еду уже принесли. — а? — Напстаблук пару секунд пялился на поднос, прежде чем сообразить, чего от него хотят. — а… да, спасибо… Робот осторожно взял с подноса полупрозрачный бургер (почему он вообще полупрозрачный?) и повертел в руках. Выглядит… Не так уж подозрительно. Напстаблук откусил немного — что ж, и вправду неплохо. Убедившись, что еда здесь не опасна, он расслабился и перевел взгляд куда-то в сторону. Заметив на стене плакат одного из выступлений Меттатона, робот невольно улыбнулся. Но его лицо вытянулось, когда он понял, что такого выступления никогда не существовало: идея плаката брала начало еще из тех времен, когда гламурная звезда Подземелья была призраком, работающим на семейной улиточной ферме, просто плакат отредактирован под стиль уже нынешнего Меттатона. Напстаблук насторожился, но вспомнив, что они в его сне, тут же расслабился. В конце концов, сны основаны на воспоминаниях, иногда даже на таких давних. Нарисованный Меттатон заметил, как его друг рассматривает плакат: — О, тебе нравится? Подумал, что будет к месту. Все же, это шоу вряд ли когда-нибудь покажут по телевизору, так что я не нарушаю ничьих прав! — хе-хе… да… Видя, что Напстаблуку стало комфортнее, чем в начале, его компаньон не смог удержаться от улыбки. Он взял робота за руку и чувственно добавил: — Блуки, мой главный приоритет — твое счастье. Надеюсь, ты это понимаешь и не будешь злиться на меня за столь явную заботу! — что ты… я только рад… — пробормотал Напстаблук, не ожидавший таких откровений. — Отлично! Тогда, чем бы ты еще хотел заняться? Все, что угодно! Так прошло какое-то время. Много времени… Робот буквально с головой погрузился в ностальгию, позволив своему бумажному другу придумывать развлечения. Совсем как в старые добрые времена, когда ферма Блуков была «оживленной», если можно так сказать… Но, чем дольше Напстаблук погружался в прошлое, тем сильнее давило на него настоящее. Каждое приятное воспоминание с кузеном невольно заставляло робота вспомнить также, кто он теперь и какие у него обязательства. Все это не могло не омрачить его радость, хоть Напстаблук и старался держаться позитивнее. Наконец, он все же решился прямо сказать обо всем бумажному Меттатону. — Ах, ну разве не прелесть? — ворковал тот, разглядывая расставленные на полках товары. Они с роботом сейчас прогуливались по торговому центру. — …да, конечно, — рассеянно кивнул Напстаблук, собираясь с мыслями, — здорово… эм, слушай… — Посмотри, какой классный блокнот вон там! Надо взять обязательно! Ой, ты что-то хотел сказать? — эм… да… слушай… Робот остановился, стараясь не смотреть своему спутнику в глаза. — я… наверное, мне надо домой. ну, знаешь… проснуться и все дела — Почему? — искренне недоумевал Меттатон. Кажется, его движения стали плавнее, чем раньше… — Разве тебе не нравится здесь? — нравится… — Так зачем уходить? Напстаблук тяжело вздохнул, делая шаг назад. — я ведь король. я должен вернуться и продолжить поиски… все рассчитывают на меня… — Ах, Блуки, все такой же серьезный, — мягко произнес Меттатон, словно общаясь с монстренком, — позволь себе отдохнуть, как следует! Альфис верно сказала, ты — лидер и не должен перетруждаться! Так что давай забудем об этом и… — откуда ты знаешь, что сказала Альфис.? Бумажный Меттатон застыл на месте. Несколько секунд он молчал, но тут же с облегчением рассмеялся. — Ну как же… Я ведь часть твоего сознания! Конечно, я знаю, что сказала тебе Альфис, — видя, что робота это успокоило, он продолжил, — да и потом, суть не в этом! Разве ты не устал? Разве ты не хочешь забыть о своих обязанностях? Ты ведь не просил этого всего… Да и потом, уверен, они справятся без тебя! Напстаблук подумал немного, но все же согласился. Действительно, все поручения отданы, можно и отдохнуть. С чистой совестью они продолжили свою прогулку… Спустя еще какое-то время, Напстаблук уже чувствовал себя, как дома. Все мысли об ответственности за судьбу монстров постепенно рассеялись, уступая место спокойствию и ностальгической радости. Робот даже начал забывать, что это лишь сон и что его спутник не Меттатон вовсе. Да и сам «Меттатон», казалось, был не против такого отношения. Он перестал каждые две секунды делать уточнение, что это не его личные воспоминания, и называл их теперь «общими». Напстаблук не замечал (или не хотел замечать) этой подмены. Робота все устраивало, пока он мог расслабиться и забыться в этом маленьком приключении. — Блуки, милый мой, — почти пел Меттатон, поднимая бокал, полный шипящей газировки, — я так рад снова встретить тебя спустя столько лет! Ты не представляешь, как тоскливо мне было… Но вот мы снова вместе! — да… я тоже скучал, — улыбнулся в ответ Напстаблук. — Ах, вот только ты так изменился. Это тело… Что-то с чем-то! Робот изумленно оглядел себя. За время своего правления он успел свыкнуться с новым обликом и ничего странного в нем уже не видел. Да и тосковать по прежней жизни было некогда… — …тебе не нравится…? — Что ты, что ты! — оскорбленный таким заявлением, Меттатон чуть не поперхнулся. — Просто… Непривычно видеть тебя НЕ призраком (если ты понимаешь, о чем я). — может, ты прав… но это было необходимо — Конечно, я понимаю. Однако, ты не боишься, что… Ну… Сольешься с этим телом? Напстаблук застыл на месте. Он и не предполагал такого исхода событий, ведь совершенно не планировал становиться материальным навсегда. Но теперь, когда Меттатон упомянул эту возможность, робот напрягся. — …я не собираюсь сливаться с ним — Да, конечно, — кивнул Меттатон, — только всякое в жизни бывает. Вдруг это и вправду случится? Если, конечно, уже не случилось. — ..........такого не будет. — Ну… Как знаешь. Я бы на твоем месте был настороже. Этот диалог снова окунул робота в холодную, неприятную реальность, от которой он пытался хоть на минуту скрыться. Напстаблук молча встал и направился к выходу из ресторана. Его приятель, осознав, что перегнул палку, поспешил следом. — Куда ты? — обеспокоенно суетился он вокруг робота. — Я тебя обидел? Прости, если так! Ну не уходи, прошу… — мне пора. долг ждет. — Да черт с этим долгом! — Меттатон преградил путь, хватая робота за плечи. — Забудь о них! Останься… Напстаблук, не зная, что сказать, молча стоял и смотрел ему в глаза. Только теперь робот заметил, что его друг больше не похож на кривой детский рисунок, каким был раньше. Наконец, он тихо произнес: — …мне нужно идти. убери руки. — …Ты обещаешь вернуться? — голос Меттатона дрогнул. — обещаю, если отпустишь. я и так задержался… что-то могло произойти за это время. — Что ж, пусть так. Бумажный Меттатон отпустил робота и отошел в сторону. Он тоскливо наблюдал, как Напстаблук исчезает в дверном проеме, шепча себе под нос: «Он вернется. У него нет выбора.» Напстаблук открыл глаза и резко сел. В комнате было темно. Видимо, он проспал несколько часов… Скинув с себя плед, которым кто-то заботливо укрыл правителя, Напстаблук опустил ноги на пол, но не встал. Он просидел так несколько минут, переваривая свой странный сон. Наконец робот поднялся и подошел к окну. Он отдернул шторы — на улице царили сумерки. От барьера, который было хорошо видно из этой части дворца, шло слабое мерцание. Это означало, что на Поверхности ночь. Напстаблук отворил одну из ставен, впуская внутрь свежий воздух. Он глубоко вздохнул, чтобы собрать мысли в кучу. Внезапно, на телефон, лежавший на прикроватной тумбочке, пришло сообщение. Робот неспеша подошел и взял телефон в руки. Сообщение, как и ожидалось, было от Папируса. «ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО, РАПОРТУЮ, ЧТО МОЙ РАБОЧИЙ ДЕНЬ ПРОШЕЛ БЕЗ ПРОИСШЕСТВИЙ! ПОИСКИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ ЧЕТКО ПО ПЛАНУ. Я ЗАХОДИЛ К ВАМ ВЕЧЕРОМ, НО ВЫ ТАК УЮТНО СПАЛИ, ЧТО Я НЕ СТАЛ ВАС БУДИТЬ! ЕСЛИ ВЫ ЧИТАЕТЕ ЭТО УТРОМ, ТО ХОРОШЕГО ВАМ ДНЯ! А ЕСЛИ НОЧЬЮ… ТО СЛАДКИХ СНОВ!» Напстаблук невольно улыбнулся. Это сообщение окончательно вернуло его в реальный мир, успокоив. Однако, теперь сон казался роботу еще страннее и даже пугал. Вспоминая их разговоры с «Меттатоном», он невольно поежился. И как он мог быть таким слепым? — наверное, не стоит снова ложиться спать… — пробормотал робот сам себе. Почти полночь. Чтобы отвлечься, Напстаблук решил написать Альфис — она наверняка не спит. И он оказался прав, девушка ответила почти сразу же. Они разговорились, и робот подумал, что стоит поведать ей о своем странном сновидении. Но говорить, что «Меттатон» видится ему и наяву, он пока не спешил. Все же, признавать, что ты можешь сходить с ума, не хочется никому… Альфис, выслушав рассказ Короля, молчала пару минут. Напстаблук даже подумал, что она уснула, как тут же получил сообщение: «Лол, ну и странные у тебя сны… А я говорила тебе отдыхать чаще! Бр-р, похоже на эпизод из одного среднячкового аниме… Там в итоге оказалось, что это призрак погибшего пытался захватить тело своего брата! Стрем короче, не советую смотреть» «ха-ха, ты права. только спать теперь не хочется…» «Можешь прийти ко мне, посмотрим что-нибудь вместе» Робот задумался. Конечно, это звучало заманчиво, но что-то внутри него противилось такому решению. Пересилив себя, он все же написал: «извини, после всего этого совсем нет настроения… наверное, я все же попробую уснуть» Конечно, спать Напстаблук не собирался, но и болтать дальше с Альфис желания не было. Она отправила стикер с котиком, показывающим палец вверх, и пожелала сладких снов. Робот не стал отвечать, а просто выключил телефон. Он сидел на кровати, пялясь в темноту. Слова нарисованного Меттатона о слиянии с телом не выходили из головы. Впервые за долгое время Напстаблук снова почувствовал себя неуютно. Он даже захотел покинуть свое тело на какое-то время, но так и не решился. Вместо этого робот тихонько вышел из комнаты и побрел на любимый балкон. Столица даже ночью не казалась пустой. Горели фонари, некоторые вывески продолжали мигать. То тут, то там бродили редкие монстры, которые ночью работали или просто не могли уснуть. Не оживленное круглые сутки Жаркоземье, конечно, но и не тихое Водопадье. Напстаблук тоскливо вспоминал своих улиток, которых уже давно не навещал из-за загруженности. Он твердо решил, что завтра же заглянет на ферму. Отчего-то, тело казалось ему тяжелее обычного. Словно он не один был его обладателем… Но робот отбросил эту глупую мысль прочь. Напстаблук простоял так до самого утра. Лишь когда зарево с Поверхности начало освещать пробуждающуюся Столицу, он отправился сразу к себе в кабинет. Так прошла неделя. Робот ложился спать с опаской, но к его изумлению, «Меттатон» появился не сразу. А когда появился, не наседал так сильно, понимая, что может спугнуть робота. Несмотря на это, Напстаблук уже не расслаблялся так, как в первый раз, держа нарисованного приятеля на расстоянии. Что, разумеется, не нравилось тому от слова совсем, но выбора у него не было. В итоге «Меттатон» пропал из снов робота. Вместо этого он снова начал появляться наяву, в зеркалах и отражениях, делая вид, что ничего не произошло. Такой расклад Напстаблука вполне устроил, и странные сны прекратились. Однако Папирус и Альфис стали замечать необычное поведение робота. Например, иногда он мог разговаривать с окном, буквально. Конечно, они не видели Меттатона, и поэтому такие разговоры казались им неуместными. Папирус пытался мягко намекнуть Напстаблуку об этом, но тот все отрицал. В конце концов, Альфис придумала, как выяснить, в чем же дело. — …техосмотр? — Д-да, — нервно улыбалась ученая, — стоит провести т-техосмотр! Лучше уж выявить все неполадки заранее, верно? — наверное… Напстаблук сидел перед компьютером Альфис, пока она соединяла оперативную систему его тела со специальной проверочной программой. Конечно, можно было бы обойтись и без этой системы, ведь Напстаблук сам управлял телом, но удалять ее было бы муторно, а так она облегчала задачу, автоматизируя большую часть процессов. — …ты уверена, что это необходимо? — Еще как! — подтвердила Альфис, не отрываясь от монитора. — Физически и механически т-ты в полном порядке, но если система будет н-неисправна… Эм, это повлечет за собой реально большие последствия. — ладно… Наконец, все было настроено, и Альфис запустила программу. Робот со скучающим видом оглядывал Лабораторию, надеясь, что это скоро закончится. Внезапно, посреди процесса на экране появилось окно ошибки. Ученая нервно поправила очки и попыталась снова запустить программу, но она вылетела на том же месте. Лицо Альфис начало потеть от напряжения, пока она старалась разобраться, в чем же дело. — Ничего не понимаю… — бормотала она раздраженно. — Э-этой ошибки не должно быть! Я ведь утром все проверяла… — может, тогда отложим техосмотр на другой день? — с надеждой спросил Напстаблук. — Видимо, придётся… Расстроенная провалом, Альфис весь день возилась за компьютером, перенастраивая злосчасную программу. Она снова перечитала отчет об ошибке и заметила кое-что странное: судя по всему, процесс прерывала сама система робота. Точнее, какой-то ее сигмент. Конечно, это сильно напрягло ученую и та поделилась с Папирусом опасениями. — ВОЗМОЖНО, ОН ПРОСТО ПЕРЕТРУДИЛСЯ! — пытался оправдать робота Папирус. — Н-но ведь сама система явно не в порядке! Нужно попробовать еще раз все проверить… — ЕСЛИ МЫ БУДЕМ НА НЕГО ДАВИТЬ, ВСЕ СТАНЕТ ТОЛЬКО ХУЖЕ, — твердо возразил скелет, — Я ДУМАЮ, НУЖНО ПРОСТО ОТВЛЕЧЬ ЕГО ОТ КОРОЛЕВСКИХ ДЕЛ. — И что ты предлагаешь? — Альфис скептически приподняла бровь. — ДОВЕРЬСЯ МНЕ, Я НАЙДУ, ЧЕМ ЗАНЯТЬ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО! УВЕРЕН, МЫ С АНДАЙН СМОЖЕМ ЧТО-НИБУДЬ ПРИДУМАТЬ. Услышав об Андайн, ученая тут же одобрительно кивнула. Уж главе Королевской стражи можно доверять! Тем более, что их с Напстаблуком отношения стремительно наладились — робот даже стал чаще видеться с ней в нерабочее время. Сама Андайн яро поддержала идею. Она тоже заметила, что Напстаблук в последнее время как будто не от мира сего, так что обещала Папирусу поговорить с роботом лично. Долго ждать для этого случая не пришлось: этим же вечером Напстаблук вызвал стражницу в свой кабинет…