Глава 5.

      “Вот теперь ты попал конкретно, Жан Клод”, - промелькнуло в голове Дешама пока он летел вниз по извилистому тоннелю, предательски похожему на их волчью яму, старательно подготовленную Сергеем и Ольгой.       А может было бы и хорошо, если бы сейчас, в конце этого пути его ждали те самые серебряные копья? Злой рок и ничего личного. Но так было бы слишком просто. Он не может так поступить со своей семьёй. И Олей.       В конце тоннеля забрезжил свет, говорящий о скором окончании его недолгого путешествия.       И француз падает на каменный пол. Вокруг стоят кипы коробок. Невысокие потолки и искусственное освещение говорят о том, что это всё-таки подвал.       -Это ещё кто!? - раздалось из-за угла, мужчина в рабочей форме направил на Дешама пистолет, - зовите скорее подмогу!       На шум прибежали ещё несколько мужчин в рабочей одежде. Судя по всему обычные люди. Наверное те самые добровольные доноры, которые кормят вампиров в замен на работу и жильё. Их судьбе не позавидуешь.       -Господа, дайте объяснить, - попросил Жан.       В помещение чинно вошли Уральские вампиры. Все они были очень разными. И по возрасту и внешне. Встав полукругом верховные смерили врача изучающим взглядом.       -Ты чей будешь? - спросил старший вампир.       Но Жан ответить не успел, из тоннеля раздался крик и рядом упал Женька с ошарашенным видом. Что собственно было не удивительно. К такому началу знакомства жизнь его не готовила.       -Дедуля где? - удивленно спросил француз.       - Приколист он… - вернув вывихнутую руку в исходное состояние Евгений добавил, - скоро должен появиться.       - Да что ж тут происходит?! - не выдерживает ещё один из екатеринбургских вампиров.       Из тоннеля медленно кряхтя появляется дед Слава.       -Святослав Вернидубович? - удивленно вопрошает молодой (внешне) кровопийца.       Женя и Жан переглядываются не зная стоит им радоваться или переживать.

***

      -Неужели нельзя придавить ментовку и узнать у нее, где графиня? - спрашивает брюнетка.       -Тронешь её, и Воронцову нам не достать, - расслабленно качает головой Борис.       -Как всё непросто, - недовольно проворчала Агата.       -Я не понимаю, почему ты сама до сих пор не узнала, где наш козырь, - протянул стиляга, - вроде элементарное задание.       - После нашей беседы в больничке брюхатая не высовывается, - вздыхает вампирша, - и пока она их козырь, к сожалению.       -Так займись наконец делом, а не причитаниями, - жестко отвечает мужчина, - или забыла, что бывает за отсутствие результата?       В глазах женщины на считанные секунды промелькнул неподдельный страх, но она быстро взяла себя в руки.

***

      В окно предоставленной вампирам комнаты пробились первые лучи солнца и Ольга Анваровна сонно потянулась на кровати. Это не укрылось от взгляда Сережи и отложив блокнот, куда он записывал слова новой песни мужчина тут же оказался рядом.       -Доброе утро, родная, - нежно поцеловал её Барановский.       - Никак не привыкну спать ночью, - промурлыкала Ольга.       - А я не спать совсем, - улыбнулся мужчина.       Первые минуты после сна Оля была в прекрасном расположении духа. Она хорошо себя чувствовала и смогла выспаться. Что еще нужно для счастья? Но не в их семье.       - Жан не звонил? - возвращаясь в суровую реальность и садясь на кровати спросила вампирша.       С этого вопроса теперь начинался каждый их день. И Сергей понимал почему. Её страх был вполне обоснован.       -Нет, но я уверен, что надолго они там не задержатся, - максимально успокаивающе проговорил он.       - Очень надеюсь на это, - кивнула Воронцова и положила руку на живот, - сынок, только не торопись появляться на свет без дяди Жана, а то мама сойдет с ума.       Сначала Сергей обрадовался тому, что Оля так активно стала общаться с их ребенком, но иногда она говорила страшные вещи и их не хотелось слышать.       - Олечка, всё будет хорошо, - положив свою руку поверх её, проговорил Сережа, - вместе мы со всем справимся.       Так странно, Ольге всё больше верилось в это “вместе”. Настолько убежденная одиночка, она привязывалась снова, или уже безнадежно привязалась.       Теперь, когда графиня утратила практически все свои способности она испытывала чувство беспомощности и не знала куда от него деться. Теперь от нее мало что зависело. И Сережа стал для нее единственной надежной опорой в этом хрупком мире.       Ольга встала с кровати, накинула халат и подошла к зеркалу, чтобы собрать волосы. В дверь постучали и после разрешения в комнату вошёл Гриша. Графиня улыбнулась, она действительно была рада его видеть.       -Ольга Анваровна, Константин Сергеевич просит Вас зайти к нему.       -Спасибо, Гриша, - отозвалась женщина, - как дочка?       - Спасибо, всё хорошо, ей уже месяц, - поделился Григорий - Вам-то сколько ещё ждать своё счастье?       - Около двух недель, - ответила Воронцова, - хоть бы за это время всё разрешилось.       - Вся Ваша семья прикладывает к этому максимальные усилия, - вздохнул хранитель.       - Ну по сравнению с тем, что недавно ты охранял общество от меня, а теперь охраняешь меня от стайки упырей, - рассуждала Ольга, - всё не так плохо.       - Охранять Вас, а не от Вас, мне куда приятнее, - улыбнулся Гриша покидая комнату.       - И когда ты успела с ним подружиться? - удивляется Сергей.       - Знаешь, он поддерживал меня во время ареста, куда больше, чем всё моё семейство вместе взятое, не то что Жан со своими шуточками, - взгляд ее стал серьезным, как всегда, когда она упоминала свое заключение.       - Вот за что я зол на твою семью, так это за то, что всё скрыли от меня, - вздохнул мужчина, - и я не мог быть твоей опорой. Да и про ребенка имел право знать!       - Я боялась, что узнав правду, ты наделаешь глупостей, - тихо произнесла Воронцова.       - А что бы мне оставалось! Посадить в карцер беременную женщину за превышение самообороны! - возмутился Сергей.       - К счастью, всё позади, не хочу продолжать эту тему, - графиня прогоняет тревогу и вздыхает.       Барановский поддерживающей сжимает ее плечо и возвращается к блокноту. Ольга же перекусывает кровью, приводит себя в порядок и отправляется на разговор с Костей.

***

      -Емельяныч, ты чтоль? - расплывается в улыбке Святослав Вернидубович.       - Кривич! Сколько лет, сколько зим! -       Мужчины обнялись, похлопав друг друга по спине.       Остальные присутствующие молча наблюдали за развернувшейся картиной встречи.       -Знакомься, это Жан, он дохтур значится, а это Евгений, толковый парниша, - гордо рассказывал дедуля товарищу о своих обращенных.       - Растет смоленское семейство! - радостно произнес Емельяныч.       -Это ты еще мою невестку не видел, - хмыкает старик, - бывшую правда.       Жан предостерегающе блеснул глазами. Не прошло и двух минут, как дедуля начал вываливать лишнюю информацию.       -Это, конечно, великолепно, - прерывает приветствие двух знакомых мужчина до сего момента сохранявший молчание, - но с чем пожаловали к нам?       - Так разговор у нас имеется, - отвечает Древний.       - Ах, разговор, смело, Вам ситуацию с Милой никто не простил, - серьёзно проговорил один из верховных, - око за око.

***

      Когда дверь в кабинет открывается Константин Сергеевич за столом разбирает какие-то документы.       -Ольга Анваровна, проходите, присаживайтесь, - чересчур любезно начинает Костя, - как вы устроились? Возможно, есть какие-то пожелания.       - Константин, мы обы понимаем, что это не отдых на курорте, кроме как об укрытии я не прошу, - переняв заданную манеру общения, говорит Воронцова, - я умею быть благодарной.       - Как Вы себя чувствуете? - продолжает беседу хранитель.       - Вас действительно это интересует? - графине надоедает бесполезный обмен любезностями, - неужели пригласили меня на светскую беседу?       - Нет, конечно, нет… - Бредихин понимает, что эту женщину не обмануть, - я думаю, как Вам сообщить, только не волнуйтесь…       - Поверьте, за последние месяцы я неоднократно волновалась как никогда за предшествующие полтора столетия. Не думаю, что Ваша информация что-то изменит.       - Дело в том, что Жан Иванович и остальные не выходят на связь третьи сутки, а GPS трекер потерял сигнал, - решается Константин.       Графиня резко поднимается на ноги. Кабинет предательски плывёт перед глазами Ольги Анваровны. И её накрывает спасительная темнота.