15 глава

      В школе дела шли так себе. Я забыла принести с собой ручку и обед. О чем я вообще думаю... Конечно, о сегодняшней ночёвке в доме Чонсоба! Бона ещё не дала ответа и это очень раздражает!       На перемене, я пыталась придумать в какой одежде пойти и какую пижаму взять. Бона пошла выполнять свои обязанности старосты, а Юна с Юджуном игрались где-то в конце коридора. Хантер вовсе не пришёл в школу. Похоже он получил серьёзную травму, когда играл в баскетбол. Говорили ему не играть с растянутой рукой. В последнее время Хантер никого не слушается, даже родителей. Пубертат никого не щадить. И мне тоже достается... Пока думала ко мне присел Сэын. Я застыла на месте и посмотрела ему в глаза. Он растянул дружелюбную улыбку и стал разглядывать моё лицо. В классе были ребята, но они смотрели на свои телефоны.       — Чего тебе? — спросила я у него.       — Спасибо, что не рассказала друзьям о том что я плакал.       — А ты про это. Было не сложно, — я опустила глаза на его тонкие пальцы. Он снова играл в баскетбол. От этого мячика у него руки всегда красными становятся и долго не проходят.       — Ты готовишься к отбору?       — Да. Ынъён, — он подправил свои волосы и приблизился ко мне. Я в тот же момент почувствовала аромат красного яблока вперемешку с виноградом, — ..ты надела тот самый пирсинг с цветком! Тебе очень идёт!       — А да, я вспомнила про него и вот надела.       — Тебе очень идёт!       Я поблагодарила его и словила себе на мысли что Сэын скучает по нашим дружеским объятиям и по телесным контактам со мной. Мы не давали слово, что не будем прикасаться друг к другу. Похоже, Сэын сам дал себе слово. Я просто улыбнулась другу и заметила через окошко коридора макушку рыжеволосого. Он увлеченно о чём-то разговаривал с Шотой.       — Я никому ещё не говорил этого... По ходу после нового года я переведусь в другую школу, — друг не дал мне его перебить, поэтому продолжил, — На самом деле, мой папа давно планирует меня перевести в другую школу. Он говорит, что наша школа ничему новому не учит. Просто кучка детей мажориков без мозгов! Поэтому если я промолву хоть слово о переводе в другую школу, он это одобрит, — Сэын грустно, положил свою голову на парту и посмотрел на меня.       — Ты серьёзно?       — Я говорю серьёзно и не потому что хочу чтобы ты отговаривала меня. Все и так знают, что я не планирую стать врачом или бизнесменом. Не вижу смысла терять время. Скоро начнутся экзамены и если я до сих буду здесь, то я стану как отец... Я не хочу оставаться в Южной Корее, жить, работать... Мне это не нравится... Я завидую некоторым ученикам, которые уже знают кем станут работать и знают, где будут жить. В Сеуле я чувствую себя неполноценным будто я не должен быть здесь... Поэтому хочу свалить отсюда, как можно быстрее.       — Ты же говорил что будешь идти по наставлению отца, пока не найдешь себя!       — Так и будет, но он отправит меня учится за границу. Это мне и нужно на данное время.       — Это где?       — Скорее всего где-то в Америке. У него там друзья и связи с компанией.       — А-а понятно...       — Ты пока никому не говори, пожалуйста, — Сэын поднял голову с парты и улыбнулся мне. Я не могла улыбнутся ему в ответ. На душе стало очень тяжело. Потому что чувствую себя виноватой. Если бы я ответила ему взаимностью, то Сэын остался бы в Корее. Но в то же время, он всегда стремился покинуть родину. И если логически подумать, то здесь нет моей вины, но я могла спровоцировать его желание - как можно быстрее покунуть страну. И это очень давит на меня.       — Хорошо, — потом когда он покинул меня, я погрузилась в свои мысли.       На обеде, я собралась с друзьями в кабинете активистов и там решили покушать. Так как я забыла обед, я купила немного еды и это больше всего похоже на перекус. Но с рисом и кимчи друзья обещали поделиться. Бона весь день игнорирует меня и это начинает раздражает! Она пользуется тем что я не конфликтная и не требовательная подруга, но этот год дал знать что нельзя быть такой. Надо брать быка за рога. Когда друзья ушли, а мы с ней остались убирать стол - я подошла к ней и она сразу тяжело выдохнула воздух.       — Ынъён... — устало произнесла моё имя подруга, — Я решила не идти, прости. Это очень рискованно, я на грани нервного срыва! Я боюсь, что сделаю что-то не так на глазах Шоты и вообще, я не умею нормально реагировать на объект симпатии. Ты же сама всё видела... Я два года была тайно влюблена в Хёну: избегала и ругала его, даже дралась с ним, но когда узнала что мои чувства взаимны - я тут же охладела к нему. Думаю, с Шотой так же будет. Поэтому пусть это останется как есть. Прости ещё раз, я правда не могу.       — Я где-то читала про такое отношение к объекту симпатии. Это похоже на "литромантика".       — Да, это я. У меня "тревожно-избегающий" тип привязанности... мне так удобней, когда человек не демонстрирует свои чувства, но в то же время я в этом нуждаюсь. Мне трудно заводить романтические отношения, пока я не отработаю свои психические травмы.       — Да, это так.       Настала тишина в кабинете. Слышны только звуки часов, беззаботные голоса школьников в коридоре и наши мысли, которые громче всего звука в данное время. Моя подруга Бона не любит говорит о любви. Она рассказала мне лишь однажды, когда я первый раз ночевала у неё. С тех пор, мы стали подругами. Нам было по 12 лет.       — Можешь позвать Хери. Я не против.       — Хорошо, если и она не согласиться, то я не пойду к Чонсобу.       Подруга кивнула и пожелала мне удачи.       Я нашла Хери в библиотеке, поздоровалась и медленно перешла к теме. Хери не раздумывая сразу согласилась пойти со мной на ночевку. Как хорошо что наши дружеские отношения возобновились. Я думала что лагерным друзьям принято не дружить за пределами лагеря. Я скучаю по Дани. Она исчезла с тех пор как наступили школьные будни. Похоже ей там весело.       Мои родители немного заволновались, когда узнали что Бона не идёт со мной. Я заверила их, что с Хери в лагере мы многое пережили и ей можно доверять как и мне. Про самое главное, мы не сказали что будем одни в доме без взрослых. Ничего запрещенного мы не будем делать. У нас и так много планов.              Дом дяди Чонсоба был скромного размера, непримечательным среди других домов в районе, но было видно что дом крепкий и простоит ещё 20 лет. Мы попрощались с моими родителями и нас встретил Шота. Я вопросительно посмотрела на него. А где Чонсоб?       — Всем привет! Я сегодня буду вашим гидом по дому Чонсоба. Он сам вышел в магазин.       Мы зашли внутрь и японец начал экскурсию. Внутри дом оказался небольшим рассчитанный на двух персон. Что очень интересно, зайдя я не почувствовала запах дома. Есть слегка такой тонкий запах лаванды и каких-то масел. Кухня, гостиная, туалет, душ и 2 комнаты, ещё есть кладовка с вещами и балкон. Шота сказал что в кладовке очень интересно. Там реально было очень много разных вещей. Не знаю сколько времени прошло, но по ощущениям явно 20 минут.       — Чонсоб точно тебе разрешил копаться здесь? — спросила я у Шоты, тот закивал и продолжил:       — Так как дядя Чонсоба - учёный, я рад что у нас есть доступ почитать некоторые его работы и идеи. Он занимается цветочками...       — ШОТА! — внезапный крик рыжеволосого из гостиной заставил нас содрогуться от испуга. Это было очень неожиданно и не каждый день услышишь громкий голос Чонсоба. Глаза Шоты становятся огромными, когда он увидел своего друга рядом. Чонсоб здоровается с нами и делает замечание другу: — Ты не закрыл дверь! Агрх... ты снова за своё!.. Не копайся в вещах дяди!       — Он же разрешил!       — Я помню, но только потом уберись!       — Хорошо. Постой... когда я не убирался?       Чонсоб проигнорил вопрос друга и велел нас пойти в гостиную, там мы должны немного поговорить и обсудить планы на вечер. В итоге, мы решили сначала поиграть в различные игры Нинтендо (в частности в соревновательные), поесть (Чонсоб купил куриные ножки в панировке и многое другое), потом в игры которые принёс с собой Шота (похоже там дженга и какая-то настольная игра), далее если время останется посмотрим один фильм.       Время пролетело очень быстро. На часах уже 01:35, мои родители несколько раз писали и звонили. На всякий случай я написала им, что ложусь спать. Завтра воскресенье, поэтому мы ложимся спать чуть позднее обычного. Пока мы играем в настольную игру - это скорее всего как монополия, но немного другая. Я и забыла каким мастером игр был Шота. Он один способен нас троих обыграть. Даже не смотря на то, что Чонсоб играет с ним почти каждый день. Почему-то навыков от этого у рыжеволосого не прибавляется.       — Это потому что он привык проигрывать! — смеётся японец и тут же получает по голове от своего друга. Я с Хери смеёмся.       — Скажи это 364 уровню, которого ты так и не обыграл!       — У меня села батарейка! И потом папа не смог починить геймпад, пришлось бросить всё... Я же тебе рассказывал!       — Я тупо застрял на 366 уровне и обыграл его.       — Это не нечестно!       Во время дружеской ссоры Хери положила голову на моё плечо и погладила меня по спине. Я немного покраснела и посмотрела на неё. В школе на ней был макияж, а сейчас она без макияжа. У Хери очень чистая кожа, даже постакне нет. Её чёлка уже выросла, поэтому она отвела её за ухо. Мне нравится что Хери стала открытой и может постоять за себя. В лагере она противостояла против Сохи. Девушке, которая ненавидела меня потому что я помешала её плану завоевать Чонсоба, не смотря даже на то что рыжик давно её отверг и не хотел с ней общаться. Все знали о её свободовольном характере и ничего не делали, пока Чонсоб не сказал своему вожатому.       Фильм мы решили посмотреть после ночных процедур (почистить зубы, лицо, снять макияж) и по желанию надеть пижаму. Надели все, кроме меня. У Чонсоба просто белая футболка и просторные штаны синего цвета. У Шоты что-то вроде чёрного кимоно, а у Хери розовая пижама с вишнями. У меня не было нормальной пижамы как у Хери. Они почти все были как полупрозрачные платья с открытыми плечами и тонкими лямками Обычно я сплю в них или в чёрной футболке большого размера. С собой я принесла белую ночнушку с белым кардиганом. Я решила надеть их, когда лягу спать. Ребята все были бодрыми. Меня уже немного клонило в сон, но я пыталась держаться. Темная комната дала о себе знать, я постепеннно погружалась в сон. Не помню какой фильм они выбрали потому что из полузакрытых глаз ничего не видно. Я слышала только голоса персонажей из фильма. Через некотрое время я почувствовала как кто-то сел рядом и положил мою голову на его плечо. Это Чонсоб. От него веет мятным ополаскивателем. Опустившись на уровне моей головы он шепчет:       — Можешь пока поспать на моей кровати. Когда фильм закончиться, я приготовлю диван для тебя и Хери.       Я помотала головой и попыталась поднять голову, но я почувствовала что мой разум покинут и точно надо идти спать. Без слов я положила свою голову на колени Чонсоба и быстро заснула. Пока остальные что-то комментировали и смеялись, я с Чонсобом были тихими. Даже слишком. Проснулась от громкого голоса Шоты. Подняв голову с колени рыжика, я встретилась с его красным лицом. Затем я убрала с лица мешающиеся локоны и уже чувствовала себя лучше будто поспала 5 часов. Чонсоб сидел словно парализованный и не смел даже смотреть в мою сторону. Похоже моё действие напугало его интровертскую натуру. Хотя мы и встречаемся, но Чонсоб говорил что иногда резкие движения его пугают. Особенно если это было без предупреждения.       — Прости, я не контролировала себя. Ты в порядке? — спросила я у него.       — Да, — отстраненно ответил Чонсоб и сказал что ему надо отойти.              Ну, вот я напугала его. Надо было пойти к нему в комнату, но я постеснялась того что ему придётся меня таскать туда-сюда и вообще "оказаться в его кровати" - это звучит как-то пошло. Отношения Хери и Шоты были похожи на друзей 100 уровня. У них было много тем для общений, не было намека на флирт и романтику. Они просто болтали, а я с Чонсобом - почти не разговаривали и даже избегали зрительного контакта. Такое чувство будто мы незнакомцы, но относились друг к другу вежливо. Честно, я просто в шоке что у меня уже есть парень и не верю в это. А Чонсоб... он, конечно, кидает какие-то намёки потому что стесняется говорить прямо. Иногда рыжик забывает что он стеснительный и идёт напролом даже если мы не одни. Я не могу предугадать его настроение, действия и слова. Порой его переменчивость меня загоняет в тупик. Он тот тип людей у которых строгое лицо, но мягкое сердце.       Фильм кончился и Шота бросил нам, что пойдёт в душ. Хери спала очень крепко. Она не почувствовала как японец украл у неё подушку. Зачем ему подушка в душе, не понимаю. Он у нас просто приколист. Вместо того, чтобы встать и прибраться Чонсоб сидел как статуя и смотрел на титры. Я тоже. У меня возникли очень странные ощущения, когда Чонсоб обратно сел рядом. От него веет тревогой и задумчивостью. Такое чувство словно рыжик сейчас находится в другом измерении.       Он думает тоже что и я?       Я повернулась лицом к нему и он тоже посмотрел на меня. Мне не удалось ничего прочитать в его серых глазах. Он не собирается выходить из своих раздумий. Поэтому я сказала ему следующее:       — Чонсоб, хватит загонять себя. Ты не в клетке.       — Мне сложно сказать что я чувствую, это так странно. Это будто приятно, но в то же время это может быть очень плохо. Мне кажется, я подхватил инфекцию. Голова болит.       — Чонсоб... у тебя "пятёрка" по биологии, — улыбнулась я и он снова призадумался.       — Я по ходу догадываюсь что это за чувство, но я не готов к этому и это очень заклишировано. Я чёртов подросток.       — Это пройдёт. Моя тётя подсказала, что в подростковом возрасте легко даются творческие порывы. Например, она стала заниматься в театре на зло родителям. Она играла многие роли, потом стала сама ставить спектакли и даже сняла несколько короткометражек. И в следствии ее работу признали, затем она поступила в институт на режиссера и по сей день работает. Она ни разу не пожалела что будучи подростком пошла туда.       — Бан Пёсон... я знаю про неё. Дядя обожает её фильмы.       — Она знаменита, но...       — ... ведёт себя будто она обычный человек. Но это же хорошо.       — Да, это так.       Рука Чонсоба стеснительно приближается к моей руке и я почувствовав притяжение, поддалась этому и посмотрела на наши руки. Я переплела свои пальцы с его и игралась с рукой парня, пока рыжик не заговорил:       — Не хочу думать о том, что я испортился до такой степени... но похоже, я либо пьян без алкоголя или схожу с ума из-за того что у меня температура... мне хочется жёстко засосаться с тобой.       Услышав последние слова, я жутко покраснела и даже засомневалась что рядом со мной сидит Чонсоб. Обычно он не говорит такие смелые слова. Я могла бы сказать "провокационные". Это те слова, которых я боялась произнести вслух и думать. Я тоже мечтаю о том, чтобы Чонсоб так поцеловал меня. Мне только покажите зеленый цвет и я сама сделаю это, потому что Чонсоб слишком правильный и от него не дождёшься таких действий. Тем более он сам разрешил мне трогать его без вопросов.       — Прямо здесь?       — Ага.       Мой взгляд упал на спящую Хери. Она может проснуться в любой момент, но похоже этого не случится если мы намеренно не разбудим её. В лагере, Хери тоже спала очень крепко. Я поворачиваюсь к Чонсобу, тихонько приблизилась и села ему на колени, затем крепко обняла его, чтобы Чонсоб почувствовал моё сердцебиение. Он тоже обнял в ответ и тяжело выдохнул воздух. Его теплое дыхание защекотало мне ухо. Я улыбнулась и немного отстранившись от объятий, я посмотрела ему в глаза и потом на его губы. Чувствую что рыжик волнуется и потому не смотрит на меня. Поэтому я взяла его за подбородок и подняла голову парня на уровне моих глаз и тут же приступаю целовать его. Чонсоб стал очень стеснительным. Он забывал дышать и отвечать мне, позволял мне хозяйничать в его рту. Мне кажется рыжик просто в шоке, что я взяла инициативу на себя или от того что я сейчас творю. Я сама в шоке от себя. Будто меня заменили. Отстранившись от поцелуя, я погладила его по голове и слегка чмокнула его в шею. Из-за того что кожа у рыжика светлая, мой невинный чмок сразу покраснел на его шее. Лицо Чонсоба не переставало краснеть, а сам он тяжело дышал и вскоре аккуратно положил свои руки на мои плечи. Я хотела снова поцеловать его в шею, но он остановил меня.       — Опасно так делать, — шепнул он.       — Ты сам попросил.       Чонсоб растянул хитрую улыбку и стал раздевать меня своим взглядом. Сейчас моя очередь краснеть. Вот потом он точно "засосал" меня. Теперь уверенно могу сказать что у Чонсоба не только неловкие поцелуи, но и страстные. Я чувствовала себя очень приятно и похоже я узнала, что такое "возбуждаться". Сначала чувствуются бабочки в животе, потом внизу живота зарождается странное чувство и там становится "мокро". Мне стыдно в этом признаться, но после такого поцелуя - я мечтала сделать с Чонсобом нечто большее. Я старалась много не думать об этом, но иногда позволяла себе помечтать.       Утром, я проснулась где-то в обед и увидела перед собой спящую Хери. Я накрыла её одеялом, которого она бросила на пол. Ночью было жарко поэтому мы спали с открытым балконом. Мне захотелось пить и удостоверившись что никого нет в коридоре. Я вышла в одном платье и набрала себе воды. Пока пила я услышала звуки из туалета. Я не успела обратно пойти в гостиную и мне пришлось столкнуться с глазу на глаз с главным героем моих романтических желаний - Чонсобом. Он смущенно закрыл глаза руками и потом отвернулся. Рыжик уже был в другой одежде. Я же закрылась руками.       — Привет, прости...       — Привет, ничего...       — Мой дядя должен прийти к вечеру. Твои родители во сколько должны приехать?       — Где-то в четыре.       — Хорошо, я пожалуй пойду.       Пока эти двое спали как убитые, я с Чонсобом сидели на кухне и болтали о вчерашнем. Он сказал, что ему понравилось всё что я делала ему. Что конкретно, Чонсоб не сказал. Я смущенно кивнула и нервно игралась руками. Чонсоб это заметил.       — Я не осуждаю твое поведение и никому не расскажу об этом.       — Я тоже.       — Ты мне очень нравишься, Ынъён. Поэтому повторяю, ты можешь делать со мной всё что угодно. В отличие от меня.       — Почему ты не можешь так же поступать со мной?..       — Потому что я парень, я не могу быть таким нежным как ты. Могу сорваться и причинить тебе вред. Не отговаривай меня, пожалуйста... — потом рыжик замер и признался, — На самом деле я - черный флаг. Мне не стоит состоять в отношениях, я не люблю терять над собой контроль. Поэтому могу переключить его на тебя. Я боюсь что такое может случиться когда ты потеряешь бдительность. Наверное, многие тебя уговаривали со мной не говорить и они были правы. Я - манипулятор и абьюзер. Мне не стоит верить только из-за того, что я выгляжу "мило". Я скрывал это потому что ты мне реально понравилась. Думал, что стал нормальным, но на деле лишь притворялся.       — А теперь что заставило тебе рассказать правду? — я почти начала плакать от горькой правды.       — Ты очень хорошая девушка. Я так не хочу играть.       Не могу поверить что это говорит Чонсоб! Мой Чонсоб! Я опустила глаза и начала плакать, но уходить я не собиралась. Мне и вправду многие говорили что мне нельзя с ним общаться, потому что он хороший манипулятор и арбузик. Я не слушала их и теперь вот сама удостоверилась. Похоже я должна его бросить, чтобы такого не произошло. Но потом я чувствую вибрацию телефона и смотрю на дисплей: сообщение от Пряника Соби : "с кем ты это разговариваешь?"