ГЛАВА 2. "ОБЩИЙ СБОР"

ГЛАВА 2 "ОБЩИЙ СБОР" Я ослепла. Ослепла. Боже, как это страшно. Какое же это... незнакомое и тревожное чувство. Это ужасное ощущение, что я ничего не вижу. Это не темнота, это сплошная пугающая пустота. Сплошная. Когда погибают одни чувства, то усиливаются иные, и мой слух стал настолько резким, что даже пролетевшая мимо муха показалась оглушающе громкой. Каждый стук, вздох, выдох были чересчур громкими для моих чувствительный ушей, но благодаря данной особенности я поняла, что далеко не одна в этой неизвестной мне комнате. В этом неизвестном мне помещении, увидеть которое мне сейчас не по силам. Здесь есть кто-то ещё. И этот некто может быть опасен, и этот.. а, может быть, даже и эти.. пытаются вести себя тихо. И причина этому мне неизвестна, но знайте, молчаливые наблюдатели, я вас нашла. Мой нос непроизвольно втянул воздух, и я ощутила горький привкус пыли во рту, словно вся эта грязь въелась мне в язык. Вперемешку с пылью в воздухе витало нечто ещё. Что-то очень старое, но — необъяснимо моему человеческому разуму — могущественное.. Я не могла объяснить эту силу, понять её, но ощущала её всеми клеточками своего тела. Здесь, в таком тихом пыльном помещении, некто опасный и сильный, но почему-то, к привеликому удивлению, меня это не пугает. Не пугает больше ничто. Ни моя слепота, не позволяющая лицезреть всё происходящее со мною на данный момент в неизвестном мне пространстве, ни, опять-таки, где я вообще, чёрт его побери, оказалась, даже не то, что, очнувшись после сна, я перестала ощущать свои конечности. Я буквально не понимаю в какой позе на данный момент я нахожусь. Стою ли я, лежу ли я. А может я парю в воздухе, будто подчинённая некой магии, будто заколдованная, будто обременённая на подчинение неизвестной мне материи, что не отпускает меня из нежной абстрактной глади, что лишила меня ощущения собственных рук и ног и ощущению любого страха перед неизведанным и непонятным. И что же это, всё-таки, была за сила? Манящая... Сила парящая и вездесущая, пленительная... И последние слова, прежде, чем всё это произошло. "Мы идём за тобой, Елизаздра...". Это я помнила точно. Хоть что-то я ещё могла осознать. Вдруг мои гиперчувствительные уши, что всё это время ощупывали окружающие меня звуки и подавали ощущения в мозг, пронзил звенящий тиннитус.[симптом, характеризующийся наличием у пациента акустических ощущений при отсутствии источника звука.] Это было так громко и устрашающе, будто сама смерть кричала прощальную балладу, что я непроизвольно захотела унять это чувство тревоги и заткнуть наконец свои уши, и, удивительно, благодаря этому вновь почувствовала свои руки и ноги. Вот только дотянуться руками до ушей не могла, мои руки были привязаны к чему-то прочному, а мои ноги были точно так же неподвижны. Я издала стон боли. Тиннитус будто пересёк мои ушные раковины и устремился под кожу, вызывая невыносимую чесотку и боль везде, где только можно. Из моих ослепших глаз брызнули слёзы безысходности. Хотя нет, стойте.. Боже, я вновь могу чувствовать. Да, да! Я чувствую. Какая радость вновь ощутить горечь. Горе, слёзы, печаль.. Всё это такое родное и знакомое, и оно снова в моих руках. Поняв это, я перешла со слёз на смех, но вспомнив о слепоте, привязанных конечностях, неизвестном месте и нахождении кого-то живого и могущественного рядом, я тут же замолкла и опустила голову. Было всё происходящее больше похоже на припадок сумасшедшей. Как же это страшно. Страшно, страшно, страшно. Молю, подайте хоть кто-нибудь голос. Объясните мне, где я и что от меня хотят. Почему я сижу на каком-то чёртовом стуле? Он, наверное, деревянный, судя по материалу под моими ладонями. А мои руки, ноги.. А где моё зрение?! Самое дорогое, что есть у меня после слуха. Но наконец, после долгой мучительной тишины, раздался угрожающий и страшный крик, который вновь прорезал мои уши, но будто сбавил мой страх от происходящего: —Подонки! Без-дельники! - это был мужской голос, при чём старческий, но будто... искажённый, не похожий на человеческий. Некто, скорее всего именно тот, что подал голос первый, подскочил с места и стал бродить по комнате, это я поняла по скрипу стула где-то поблизости и вибрации на полу. (Кстати, прощупав поверхность пальцами ног, я разузнала деревянный пол из тёмного дуба.) Затем раздался другой, более грубый голос, заставивший меня вновь ощутить тревогу и беспокойство: —Закрой свой рот, люмпен! Что вы хотите сказать данными заявлениями? Прошлое собрание было амикошонством?! Теперь вы решили всё высказать в лицо!? —Тривиально. Просто тривиально, - раздался ещё один голос, но уже женский, и, всё же, такой же грубый, серьёзный, странно искажённый для моего восприятия. Эта женщина была на стороне того, кто использовал в обиходе чудное слово "люмпен". И "амикошонство"... весьма интересный словарный запас. И почему-то я вновь не чувствую тревоги. Будто я сама не своя. Я другая. Не такая, как в обычной жизни. Что со мной происходит? Меня бросает то в дрожь, то в спокойствие, то в тревогу, то в умиротворение... И странный голос в моей голове.. Более женственный, чем мой настоящий, более властный, озвучивающий каждую мою мысль. Абсолютно. А если я попробую сматериться этим гордым и серьёзным голосом? Блять. Хаха, а это интересно. Но как будто это всё равно не я. Не я! И точка. Даже сейчас меня не покидает тупое озорство. Детская наивность и детские размышления. Какая же я глупая. Вновь молчание. Но все находящиеся раньше в этом месте никуда не ушли, а продолжили сидеть на своих местах, кроме одного отделившегося мужчины, который всё продолжал одиночный марш, я ощущаю это. Не знаю, как описать подобное, но все собравшиеся ещё тут. И что-то словно поменялось... Было бы моё зрение до сих пор при мне, я бы сразу поняла, но шестое чувства даже в полной тишине и пустоте кричало: "они все смотрят!" А ведь и вправду.. Чувствую столько взглядов на себе. Все шесть. Шесть же? Да, точно шесть. Они пристально наблюдают за мной, ждут каких-то действий, поступков, слов. Что ж, ждёте от меня чего-то подобного? Получайте! —Где я? - прошептала я и тут же сжала губы в узкую трубочку, испугавшись дальнейших событий после такого рискового решения. —Левиафан, неужели отказываешься от своих слов? Хочешь закончить верховную династию на этой невинной девочке? Не бывать этому! Я лично прослежу за ней, и чтобы никто к ней даже не прикоснулся, даже не посмотрел в её сторону. Ясно, подлецы? Муфлоны! - раздался строгий женский голос, но другой, не предыдущий. От этого голоса шло необычайное женское могущество, невероятная сила. Я ощутила приятные и добрые нотки, пусть и запечатанные в напускной строгости. Было ощущение, будто этот голос защищал меня, оборонял. А кто знает. Может, так оно и было в действительно. И кто же эта "девочка" о которой они говорят? Что за династия? Что вообще происходит? И как же от этого уже устала... —Собрание окончено. Будьте вы все прокляты, - услышала я четвёртый, новый голос, но не успела его как следует изучить, как вдруг ощутила сильный толчок. Толчок, похожий на землетрясение, что невыносимой силой ударил меня в лоб, да так, что я ощутила невероятную колючую боль, отзывающуюся на коже неприятным покалыванием, но потом... бездна. И свежий лесной запах. Где. Я. На следующий день я встала с самого утра, полная сил и энергии, и совершенно без единой боли в теле. Создавалось впечатление, будто я снова ожила. Будто вся та болючая жизнь до этого утра — просто страшный сон, а сейчас я живу в новом мире. И здесь нет болей в голове и спине по утрам, здесь спокойно и мирно, даже птички поют за окном. Подумаешь, немного искажённое пространство. Совсем чуть-чуть изогнута реальность. Пус-тя-ки... Впервые за эту неделю в комнату ворвался солнечный свет и странности прострации, в которой я находилась, отошли на второй план. Зачем задумываться о нереальности бытия, когда жить так хорошо? Встав с кровати, я обула пушистые синие тапочки с ушками и пританцовывая отправилась в ванную. Даже запах зубной пасты ощущался по-другому в этом измерении. Знаю, что это всё выглядит слишком хорошо для реальности. Но от этого становится лишь радостнее! И я не могу ничего объяснить или изменить, мне просто хорошо! Собралась я тоже довольно быстро, даже не заметив, как перед зеркалом уже предстала красавица с журналов. Я перестала ощущать себя подавленной, и даже выглядеть стала как принцесса! Мои чёрные липкие сосульки превратились по щелчку пальца в шикарные волнистые локоны. Мерзкие прыщи и чёрные точки с уставшего лица пропали, как и сама усталость в виде фиолетовых, почти серых мешков под глазами. Выйдя на улицу, я взглянула на яркое солнце, похожее на большой светящийся лимон, чьи лучи, прямые и тонкие, падают на мокрую после дождя землю. Грязные лужи постепенно высыхали, как и высохло моё горе этим утром. Людей мало на улице, но они все сияют от счастья, ведь весна на дворе! На спине моей висит рюкзак кислотно-жёлтого цвета, с многими кармашками и замочками. Из него я по пути достала наушники, а из них уже играет чудесная мелодия: Blue skies smiling at me Nothing but blue skies do I see Bluebirds singing a song Nothing but bluebirds all day long Улыбка моя растянулась до ушей, и я задорным шагом пошла... Ай, да и не важно куда я шла! В магазин, наверное, ведь вчера, забегавшись по аптекам, совершенно забыла про продукты. Never saw the sun shining so bright Never saw things going so right Noticing the days hurrying by When you're in love, my, how they fly В груди расцвело приятное чувство свободы и счастья. Никакой тревоги, никаких переживаний. Полноценное чувство жизни, которое наполняет всё тело светом, Заставляет ноги идти, Бежать, любить, дорожить, цвести. Blue days, all of them gone Nothing but blue skies from now on Знакомый мужской силуэт появился на дороге. Он всё увеличивается на пути, пока я шагаю навстречу к нему. Мускулистый, мужественный. Очень знакомый, очень. И я всё всматриваюсь в него, пытаюсь разглядеть под сплошными лучами солнца, пока лицо не показалось мне окончательно... Это Станислав. Да, точно он! Тот самый охранник из аптеки, защитивший меня от страшной старухи. Как всегда прекрасен. Мужественный, привлекательный. Я даже посчитала его слишком красивым прямо сейчас, шагая по залитой солнцем улице, он словно ангел, спустившийся с небес, с Рая. Не знаю, узнал ли он меня? Всё приближаясь к нему, я помахала Стасниславу, но он не среагировал. Забыл меня?.. Нет, не может быть. Нет, нет, нет, прошу, он.. не мог забыть себя. Прошёл всего лишь день, он должен помнить моё имя. Never saw the sun shining so bright Never saw things going so right Noticing the days hurrying by When you're in love, my, how they fly Когда мы почти столкнулись, я остановилась, как вдруг.. Он тоже остановился, внезапно, задев лакированными чёрными туфлями мои грязные конверсы. Я взглянула в его строгое привелекательное лицо, в его чёрные, как ночное небо, глаза, изучила орлиный нос с горбинкой, тонкие губы, загорелую кожу, как вдруг он наклоняется и... целует меня прямо в губы! Blue days, all of them gone Nothing but blue skies from now on (From now on) From now on From now on Da-da, da-da-da-da, da, da-da-da Da-da, da-da-da-da, da, da-da Da-da, da-da, da-da Da-da, oh Oh, ah Я жмурю глаза, моё сердце бешено колотится, будто норовя вырваться из груди. На губах остаётся вкус вишни, кофе, чего-то ещё горького, пока я не... Просыпаюсь окончательно. Это лишь сон?.. Кровать Яна такая мягкая, как кошачья шерсть, и прохладная, как тетрадный лист. Я начинаю ворочаться, поворачиваться то на живот, то на спину, от этого приятный холод одеяла сменяется на невыносимый жар. Я сонно вздыхаю и прикладываю все усилия, чтобы заснуть, но сладкий сон ускользает из моих рук, как кусок скользкого ароматного мыла. Здесь так свежо и приятно. Из открытого на провертивание окна слегка дует ночным ветром. Я вспоминаю вчерашнюю ночь, когда сидела на кухне в аромате пыли, плесени и одиночества, и сейчас уже начинаю скучать по горькому домашнему кофе, по грязному коврику у двери с надписью "Welcome" и похождениям по аптекам в пасмурную погоду. Удивительно, ведь это моя первая ночь здесь, да и такая спонтанная, такая внезапная, как приход весны в этом городе, когда на улицах ещё холод и лёд. Пока я наслаждалась ощущением комфорта и уюта в мягкой, как облаке, кровати, вдруг ощутила, что безумно хочу пить. Моё горло пересохло, и я почувствовала вкус грязных носков на своём языке, а мои зубы странно побаливали. Я встала с кровати и лениво поплелась на кухню. У Яна дома были такие чистые полы... Было страшно даже передвигаться по ним, чтобы, не дай бог, не испачкать. На кухне я всполоснула длинный узкий стакан и налила в него холодной воды из крана. Ненавижу тёплую или, тем более, горячую воду. Но я была уверена, что у Яна в квартире была вкусной любая вода. Сам интерьер кухни был впечатляющим. В интерьере я совершенно не разбираюсь, но всё вокруг такое белое и девственно-чистое... А я была такая грязная, вылезшая из грязной квартиры, поросшей паутиной и пылью, захламлённой и чересчур серой, как дождевая туча... Мне на миг стало стыдно перед Яном и его квартирой. Уж простите, чистые полы, что я хожу по вам. На обратном пути я решила проверить гостиную, где, в свою очередь, спал Ян. Он наверняка был в шоке после вчерашних событий, и нужно было поддержать его, если он ещё не спит. Хотя, я думаю, ему не спится вовсе. Скрипучая дверь медленно открылась и я появилась на пороге комнаты. В абсолютной темноте на раскладной кровати сидел Ян. В очках, весь в пластырях и вате, которые скрывают его порезики от стекла. —Ян? Не спишь? - шепнула я в темноту. Он вздрогнул, бросив испуганный взгляд на дверь. —Елиза? Я.. я не сплю. —Ты слишком напуган. Может, попробуешь поспать? —Пытался. Но этот случай пугает. —Мы ведь уже объясняли, это.. случайность. Просто лопнуло окно. Не знаю.. ветер. Или кто-то камень кинул. —Я не верю в это. И теперь я боюсь, что могло быть что-то страшное. Я даже ощутил нечто... Слова Яна были взбивчатые, беспорядочные и неукомплектованные. Он перепрыгивал с одного слова на другое, съедая окончания. Тем вечером, когда я обрабатывала раны Яна на его теле, он постоянно жаловался на головокружения, боли в голове, потом страшно дрожал, как от сильного озноба, а затем у него начинался странный припадок: он лежал на кровати и сильно выгибал спину. Тогда я уже думала вызывать скорую, но тогда все симптомы мигом прошли. Он даже один раз чуть не упал в обморок, ударившись об стол и опрокинув чашку, стоявшую там. Хорошо, что не прибавилось новых порезов, мне бы не хватило перекиси водорода и ваты. —Просто хорошее воображение. Ты выдумал какой-то ужастик, когда на самом деле.. у тебя был просто озноб. Ты испугался температуры? Хотя я сама уже не верю своим словам.. Вообще не знаю чему теперь верить, а чему – нет. —Как обычно шутишь. Считаешь себя серой мышкой, а сама.. устраиваешь стенд-ап. —Хей, хей... - Ян в миг опечалился, снимая очки и скрещивая руки на груди. Я не на шутку испугалась, тут же бросившись к Яну на диван. Какая же я глупая, он ведь правда боится и я могу понять почему, а я лишь пошутила над ним, чёрт.. Друзья могут всегда проявить своб слабость друг перед другом и надеяться на поддержку, а я.. шучу? "Урок освоен, шутить буду меньше... В таких случаях" —Прости меня, я.. просто тоже напугана. Думала, что поддержу тебя так... —Да ничего, просто странная ситуация. Хотел бы заснуть, но такая тревожность. А ты как спишь? —Нормально. На удивление. У тебя мягкая кровать. —Спасибо, я ей передам. Мы тихо засмеялись, и болтали шёпотом, будто боялись разбудить нечто мистическое в темноте. Пока не раздался звон телефона. В этот раз мы подпрыгнули вдвоём. Кто в своём уме начнёт трезвонить глубокой ночью? Ян поднял телефон и на экране высветился контакт "Катя". —Она звонит тебе даже ночью? —Это впервые. —Не отвечай. Она же окультистка. —Подожди, Елиз.. —Ладно-ладно, я предупреждала. Нажав на зелёную кнопку на экране телефона, парень поднял трубку. Я прислушалась к звукам из динамика и.. обомлела. Оттуда тут же раздались странные шептания, бормотания. Это было похоже на чтение заклинания. Руки и лицо Яна покрылись мурашками, он посмотрел на экран, убедившись, что ему точно звонила Катя. Я вскочила с кровати. Эта дьявольская речь продолжалась целую минуту, пока мы молча переглядывались и кидали испуганные взгляды. —Кать, ты.. чего? —Nos te, Elizadra, te capiemus... —Что?! Она сказала что-то про Елизаздру?! Дай сюда! С той секунды я перестала думать и размышлять. Я с силой вырвала телефон из руки Яна и стала орать в трубку благим матом, нарушив молчание в темноте: —Корова! Ты здесь?! Окультистка хренова! Скажи, что ты про меня знаешь! —Лиза? Лизочка... - промурлыкала Катя, как самодовольная сытая кошка. Шептания прекратились. —Катя, что это было? —Ты о чём?.. Я просто поздоровалась. Ты гостишь у Яна? Хотела позвонить ему насчёт вечеринки на этих выходных. —Я.. э.. Что только что произошло? —Странно, ты всегда казалась мне такой скромной. С чего тебе так кричать на меня? —Прости, пожалуйста. Я ощутила себя полной дурой. Вдруг стало так неловко, что я аж сгорбилась. А ведь правда, сколько я себя помню, я старалась казаться людям тихой и скромной. Что на меня нашло? Я бы не стала ни за что кричать на Катю, пусть я и недолюбливала её, пусть мне и казалось нечто страшное пару секунд назад. Сразу вернув телефон Яну, я отошла в самый угол комнаты и стала медленно стекать по стене, кусая кожу вокруг ногтя на пальце. Неприятно, неприятно... —Алло, Кать. Прости, мы тут.. просто.. Я на время перестала слышать все окружающие меня звуки, будто в уши вставили резиновые беруши для сна, но в голове у меня чётко звучал писклявый голос Кати из телефона: —Что у тебя в квартире делает эта коза? Ты с ней... Хотелось провалиться сквозь землю, поэтому я, недолго думая, вернулась бегом в свою спальню. Провожал меня недоумевающий взгляд Яна, он продолжил разговор со своей новоиспечённой "девушкой". Укрывшись по голову одеялом, словно спрятавшись от кого-то, я потихоньку стала успокаиваться, но негативный осадок неприятно саднил душу. "Ничего такого не произошло. Да, я ошиблась. Может быть, мне просто послышалось. Надо забыть. Вот же дура.." А ведь и правда.. что это был за чёртов шёпот? Мне не послышалось. Может, я и вправду поспешила с выводами, но слово "Elizadra" я слышала отчётливо. Это, вашу мать, неспроста. Шепот был. Точно. Или, всё же, нет? Может, это просто совпадение? Учитывая прошедшие дни, мне может мерещится всякая ересь. Блин, блин, блин! Что за чушь происходит вновь? Мне рассказывали, что Катя в последнее время стала баловаться с каким-то окультизмом. Недавно её сосед отправился в больницу с тяжелым отравлением. Причину данного случая не обнаружили и теперь отравление многие повесили на "ведьму". Странно, ведь Катя была неплохой девочкой в школе.. Да, я её тогда уже недолюбливала, она всегда действовала в свою пользу. Перед контрольными работами дружила с девчонками-ботаниками, а потом разрывала с ними общение сразу после хорошей оценки; пыталась даже пробиться в компанию самых крутых девчонок школы, но была для этого слишком странной и удержимой. Помню слух о ней, когда те самые классные девочки застали её в туалете за шептаниями над какой-то.. странной книгой и зажённой свечой. Что ж, все эти слухи и те слова в трубке... С утра спрошу у Яна, слышал ли он. Но всё это слишком жутко... Дверь открылась на небольшую щель и оттуда показался Ян. Наверняка он хотел спросить меня о произошедшем пару минут назад. Но я даже не повернулась к нему, было слишком стыдно, наверное. Знаю, я веду себя как ребёнок.. Да и вообще, я решила притвориться, что сплю, чтобы избежать каких-то разговоров. Надоело, моя социальная батарейка снизилась слишком сильно даже для него. И стыд меня слишком сковывает. —Елиз.. Хэй. Спишь? - раздался мужской голос. Ян был обеспокен мной и, конечно, хотел поговорить. Но поздно. Прошло уже минут десять, я занята сном. Но голос Яна был не один, за ним — другой.. неизвестный мне шепоток, который я не смогла разобрать. Но это был отчётливый чужой голос, по тембру более низкий, чем голос Яна, и более тихий. Осознав это, я тут же подскочила и развернулась к двери, прислушиваясь к чужому тембру и неразберимой речи, но.. —Ян? Его уже не было у двери. Меня бросило в дрожь. Только что ведь был здесь. Ну, мне так казалось. А может быть, просто разыгралось воображение.. Снова? Совпадения не случаются дважды за короткий период. То это Катя с шёпотом в трубке, то голос чужой.. Уже пора спать, мой мозг слишком устал.. Но я же отчётливо, бл***, слышала! ААА, МЕНЯ ЭТО ВСЁ ЗАДРАЛО!! —Ян! - перешла я с шёпота на крик. Подорвавшись с места, рванула в гостиную, где в последний раз был Ян. По пути я подскользнулась и почти упала, но должна была найти Яна. И вот, дверь в его спальню распахивается, а в его кровати... Пусто. Яна нет, а темнота в его комнате странно сгущается, я ощущаю нарастающий в горле ком, затем я срываюсь на сильный кашель, прикрывая рот ладонью, а на руке... остаётся чёрная субстанция, которую я, скорее всего, выкашляла. —Нет.. - вдруг накатывают слёзы, которые странным образом жгут мою кожу, выжигают лицо до крови, и я начинаю беспричинно кричать, разрывая глотку. Неперестанный ор рвёт моё горло, потом я падаю на колени и... уже вскоре засыпаю, охваченная внезапной сонливостью. Туман. Не видео ни зги. Всё заволокло белым. —Тугодум, пойми счастье свободы от оков! —Если она – твои оковы, то ты, пожалуй, тупее, чем я думал. Она – наше светлое будущее, придурок. Она – свет.. —Да-да-да, манящий, но губительный, бла-бла-бла... Набрав в грудь больше воздуха, собеседник мужчины заорал, вызвав оглушительное эхо в коридоре: —Гомогенный ты чёрт! Я устрою тебе такую инвективу, баран! Будешь свой грязный язык вновь изо рта доставать и окружающих им вывешивать! Сколько не разговариваю с тобой, сколько правды не несу! Всё без толку!!! —Прекрати орать. Мы по разные берега, и ты это не изменишь. —Может быть я сжёг наши мосты, но я насильно отправлю корабль на твой берег и затащу к себе на остров благоразумия, осёл ты. —Ха, эгоцентрик.. Да будь ты проклят. Ведёшь себя как дитя!. Темнота заполняет каждую крупицу света, разносится сплошной мат и ругань из соседней комнаты. Начинается собрание. —Ха, нашу девочку принесли. —Посмеешь сказать что-то против... —Тише! - перебил своего приятеля мужчина. —Тише да тише. Тьфу на тебя, козёл. —Забыл, что её хэким сегодня тоже на собрании? —Ох, и правда. Да начнётся шоу. Продолжение следует...