Глава 11: Цветок в волосах

— Так, давай-ка обо всем по порядку, — Цзин Юань открывает дверь в свой кабинет, приглашая туда Сушан. Цзинлю тоже заходит следом. Что-то не очень сходится. Пропади Гуй в самом деле, Юйкун бы первая сообщила об этом и Фу Сюань, и Цзин Юаню, и вообще всем вокруг, поставив полицейский участок на уши, поскольку в неприятном ожидании нового видео продолжала пристально следить за аккаунтом девчонки. — В полицию пока никто не заявлял, — неуверенно говорит Цзин Юань, бегло проверяя свой телефон. Ну, нету никаких сообщений. Девочка живет с бабушкой, та бы уже обратилась в полицию, если что-то реально серьезное. — Некому заявлять! — Что?.. — Гуй… — Сушан виновато мнется у стола и делает глубокий вдох, чтобы собраться с силами для исповеди. — Бабушка взяла ее на воспитание в очень солидном возрасте и… Недавно у нее началась деменция. Гуй осталось всего два месяца до совершеннолетия, она боится, что их разлучат, и у них заберут жилье, и… Я помогала ей. А Гуй стала немного зарабатывать на своем видеоблоге. Все было хорошо. — Чем дальше она говорит, тем сильнее дрожат губы, голос становится плаксивее, а глаза ожидаемо краснеют. — Ей ведь чуть-чуть совсем осталось… Я просто хотела помочь. Какая-то шокирующая новость привлекла бы больше внимания к ее блогу, и у нее бы вырос доход с рекламы. Это же просто развлечение. Вот теперь понятно и кто помогал снимать видео бедной девочке из неблагополучного района, и зачем был весь этот слив, и почему Гуй так боялась их разговора с бабушкой и проверки органов опеки. — Подожди, успокойся, Сушан. Ты была у нее дома, но ни ее, ни бабушки там нет? Может, они в больницу просто поехали? Или еще куда? — Бабушка есть. Но она даже не помнит, что у нее есть внучка. Я пыталась расспросить, где Гуй, но она говорит, что не знает такую и никогда не видела. Гуй всегда на связи, остаться без телефона для нее — это нонсенс. Я с утра названиваю, но телефон выключен. Хотела сказать обо всем госпоже Юйкун, но… Но решила пойти дальше, аж до начальника следственного отдела, ага. Впрочем, Юйкун в участке все боятся намного больше, чем Цзин Юаня, так что неудивительно. К тому же Гуй вероятно рассказала подружке как добрый дядя-следователь простил их обеих за все нарушения. — Она бы все равно отнеслась к твоим опасениям со скепсисом, не бери в голову. Если с Гуй реально что-то случится или уже случилось, Сушан так может потом всю жизнь винить себя, что не начала трубить тревогу раньше, а решила дождаться Цзин Юаня. Но что могла бы тут сделать Юйкун? Время детское, девочка не выходит на связь всего несколько часов. Может, телефон потеряла или разрядился где в дороге. Сломался. Может, сбежала вообще, устав от больной бабушки. Юйкун в любом случае приказала бы дождаться вечера хотя бы, прежде чем отправлять на поиски полицейских. В конце концов они занимаются отнюдь не одним этим делом, у полиции всегда много работы, вызовов и задач. И Цзин Юань по идее тоже мог бы пойти сейчас домой в надежде, что Гуй вернется к ночи и все будет хорошо, но вот нюанс — Гуй так или иначе тоже косвенно связана с этим делом. Маньяки нередко переключаются на журналистов, чтобы устроить показательное шоу. Наказать. А вдруг это не беспочвенная паранойя подружки? Вдруг, если они сейчас ничего не сделают, Гуй найдут завтра мертвой? — Мы со всем разберемся, — успокаивает Цзин Юань Сушан. — Подожди немного, я поговорю с Юйкун. И начинается. Череда звонков, вызов Фу Сюань и Яньцина в участок, мягкий разговор с Юйкун, которая первым делом хочет расправиться с Сушан, а только потом искать девочку, поднятие патрульных на поиски. Сбор информации и свидетельских показаний. — Это все госпожа Цзинлю сглазила, — ворчит Яньцин, который, судя по виду, успел уже лечь спать и был безжалостно разбужен. Цзинлю смеряет его столь красноречивым взглядом, что он первым же вызывается поехать на осмотр дома Гуй. Со слов Сушан там нет никаких признаков борьбы или похищения, но все же стоит получше изучить все, да и кто-то должен находиться там на случай, если Гуй все же вернется. Или придет тот, кто знает, где она. Сушан низко кланяется, благодаря Цзин Юаня, во-первых, за содействие, а, во-вторых, за разговор с Юйкун — он попросил ограничиться выговором и лишением премирования для первого раза, иначе бы Сушан ждало увольнение по статье. Она вместе с Яньцином отправляется домой к Гуй, а Цзин Юань остается с Цзинлю и Фу Сюань в участке. — Господин Цзин Юань, — через час севшим голосом говорит Фу Сюань, — на ее канале появилось новое видео… Она кладет смартфон на стол, Цзин Юань отрывается от чтения очередного поступившего протокола, и все трое склоняются над экраном. Уже по стоп-кадру видно, что Гуй привязана к стулу и напугана. Фу Сюань дрогнувшей рукой включает видео. — Привет, любимки… — несмело говорит Гуй и вымученно улыбается на камеру. — Сегодняшнее видео будет необычного формата. Взгляд ее нервно бегает, будто Гуй смотрит на нескольких людей перед собой. Один из них — в полностью черных одеждах — выходит вперед. Судя по фигуре мужчина. Головы не видно, только спортивная черная куртка и черные кожаные перчатки. В одной руке кухонный нож, в другой белый цветок лотоса. Гуй нервно сглатывает, неверяще смотрит на нож и вся вжимается в спинку стула, к которому привязана. — Эй, вы же не собираетесь… правда?.. Преступник заправляет цветок Гуй за ухо. Затем нож легонько колет ее в плечо, но Гуй все равно вскрикивает. Больше от страха, чем от боли, даже крови не видно. Как давно это видео было снято? По обстановке в комнате понять невозможно, потому что комнаты не видно в принципе — за спиной Гуй, похоже, хромакей или что-то его заменяющее, поверх которого наложен маскирующий темно-серый цвет. Преступника на таком фоне разглядеть все сложнее. Гуй в своих роликах тоже нередко использовала хромакей, запуская на заднем плане всякие пейзажи. Яньцин как раз недавно прислал его фотографии из дома — ярко-салатовое полотно натянуто у пустой стены. Возможно, новое видео записывалось там же. Но как тогда не осталось никаких следов? Это постанова? — Отпустите меня уже, пожалуйста! — просит Гуй, но нож снова касается ее. На сей раз щеки: медленно надавливает, опускаясь по челюсти к шее. Колет острием, а потом один резкий взмах, и Гуй снова кричит. На сей раз на плече появляется яркая красная полоса. — Это!.. — Гуй будто хочет разоблачить своего похитителя, но ей сразу же закрывают рот, и экран гаснет. Однако, ролик на этом не заканчивается. — Хотите спасти девочку? — Голос женский, но явно в компьютерной обработке, возможно, и вовсе полностью сгенерированный средствами какой-нибудь программы. — Отгадайте загадку: как лето, так она несется, а как зима, впадает в спячку. Но вот весна — поди попробуй удержи, она везде пролезет по-кошачьи. Видео заканчивается. Экран гаснет. Цзин Юань еще долго молчит, смотря перед собой. — Не понимаю, зачем она ему? — первой голос подает Фу Сюань. — Эта девушка ведь даже не свидетель. И никак не связана с тем делом десятилетней давности. Она тогда еще даже не жила в Лофу. — Им. Преступник действует не один, — коротко говорит Цзин Юань. — Вы подумали об этом из-за голоса? Но сейчас любой голос можно подделать. Фу Сюань внимательна, но социальные взаимодействия по-прежнему ее слабая сторона. — Гуй периодически смотрела в сторону камеры, будто там стоял кто-то еще, — поясняет Цзин Юань. — К тому же Дань Хэн вчера сказал мне… Что, возможно, десять лет назад убийц было двое. — Почему ты не сказал мне? — Цзинлю впервые нарушает молчание. — Да я никому не сказал, как видишь, — Цзин Юань пожимает плечами. — Это пока всего лишь предположение. Все же далеко не факт, что это так. И даже если сейчас у убийцы есть помощник, опять-таки нет гарантии, что это он же был десять лет назад вторым убийцей. Телефон ожидаемо вибрирует. — Яньцин звонит, — тихо говорит Цзин Юань, после чего поднимает трубку. — Да, Яньцин? Вы уже видели? — Да, — голос Яньцина звучит приглушенно. Где они находятся? — Сушан… в истерике. Какие будут дальнейшие указания? — Возвращайтесь в участок. Оба. Ничего не предпринимать без разрешения. А то кинутся сейчас еще по всему городу искать Гуй. Яньцин нужен здесь, в участке, а Сушан вообще надо прийти в себя. Чувство вины ей уже в любом случае обеспечено. — Понял. Скоро будем. Через еще несколько мгновений в кабинет влетает взволнованная Юйкун. Надо как-то сосредоточиться, определить, что делать дальше, отдать распоряжения. Еще эта дурацкая загадка. Как для отвода глаз — претензия на какого-то киношного маньяка, но маньяк ли это? Все прежние убийства имели определенный мотив, преступник намеренно устранял тех, кто мог его раскрыть или кто мешал ему, это никак не похоже на маньяка. Более того, часть убийств сделана руками Инсина. — Это просто чудовищно, — Юйкун ждет указаний, а у самой глаза на мокром месте. Ее дочь — Цинни — как раз ровесница Гуй. Возможно, изначально видео Гуй именно благодаря Цинни дошли до матери. — Госпожа Юйкун, нужно обратиться к администраторам сайта, чтобы видео немедленно удалили. Полагаю, убийца хочет минуту славы. Не будем ему в этом потворствовать. Юйкун делегирует задачу следующей за ней по пятам Цинцзу, а сама остается в кабинете. С удалением ролика проблем возникнуть не должно, хватит даже обычной пользовательской жалобы: в правилах сайта запрещены любые изображения реального физического насилия и уж тем более насилия над несовершеннолетними. — Ну, что? Есть у кого-нибудь идеи? Вопрос, конечно, о загадке. Фу Сюань уже выписала ее слова на отдельный листочек и принимается сосредоточенно зачитывать вслух. — Как лето, так она несется, а как зима, впадает в спячку. Но вот весна — поди попробуй удержи, она везде пролезет по-кошачьи. Бред. Это может быть все, что угодно. Я вбила загадку в поисковик, но результатов нет, выдает только загадки про зиму и весну. Зимой все процессы замедляются, а весной возобновляются. Возможно, речь о каком-то животном? — Речь должна быть о месте, — Цзинлю тоже принимается соображать. — Убийца предлагает нам найти и спасти Гуй, пока она еще жива. Загадка должна указывать на место, где она находится. — Тогда, возможно, зоопарк?.. Ферма? — неуверенно предлагает Фу Сюань. Звучит, в принципе, логично. Хочется верить, что убийца не настолько сумасшедший, чтобы кинуть девочку в клетку к опасному животному. К какой-нибудь большой «кошке». — Я отправлю людей в зоопарк, — решительно говорит Юйкун. — Ферм на Лофу нет, самая ближайшая сельская местность уже на территории Чжумин. — Проверьте так же контактные зоопарки, — добавляет Цзин Юань. — Будет сделано. Юйкун уже собирается выйти, как вдруг Цзинлю задумчиво выдает: — Мне не дает покоя, что в загадке подчеркнуто «она». — Ну, ферма подошла бы больше, но ты же слышала Юйкун, — Цзин Юань, по правде говоря, без идей. Убийца действительно мог иметь в виду все что угодно. Такие игры с преступниками еще ни разу не заканчивались хорошо, все это понимают. Шансов на то, что Гуй найдут живой, практически нет. — Не думаю, — Цзинлю хмурится, стуча пальцами по столешнице. — На ферме производство идет круглый год, сельскохозяйственные животные не впадают в спячку, только некоторые дикие. Это что-то другое. — Может, речь о природе в целом? Она — природа. — Но это слишком размыто! — не выдерживает Фу Сюань. — Должно же быть что-то более конкретное. — Госпожа Юйкун, отправьте так же людей в парки и скверы, — вздыхает Цзин Юань. Это хоть какие-то варианты. Юйкун, наконец, выходит, чтобы отдать распоряжения своим офицерам. — А мы что будем делать? — спрашивает Фу Сюань. — Нужно пересмотреть записи с камер видеонаблюдения из Переулка Ауруматонов. Узнать, кто та женщина. Она может знать намного больше, чем Тяни и Толкай или Тинъюнь. К тому же надо проверить, выходила ли Тинъюнь из ресторана. Мы должны быть готовы к разговору с ней. Фу Сюань смотрит на Цзин Юаня очень странным взглядом: неверящим, непонимающим. — Хорошо… — говорит тоже растерянно. Наверное, не понимает, как он сейчас может думать об этом, пока где-то истязают беззащитную девушку, которую они должны хотя бы попытаться спасти. Фу Сюань впервые сталкивается с такими убийцами. Все же годы ее работы пришлись на довольно спокойное время. А Цзин Юань хорошо знает, каково это. И особенно — как тяжело от бессилия, когда кидаешься из угла в угол, но ни черта не можешь сделать. Так он хотя бы займется чем-то действительно полезным. Возле дома Гуй ни камер, ни видеорегистраторов — откуда им взяться в самом бедном районе Лофу? — судя по рассказам очевидцев она вчера до обеда была в школе, а сегодня там так и не появилась. Никто не видел, ни с кем она была, ни где ее перехватили, ничего. Полиция и так делает сейчас все возможное, последние полтора часа Цзин Юань провел за изучением полученных показаний, но все бесполезно. Их задача — найти самого убийцу. — Мы вернулись, — из коридора сначала доносится голос Яньцина, а потом в дверном проеме показывается его голова. — Как Сушан? — Уже лучше, — Яньцин заходит и устало плюхается на свой стул. — Она вообще молодец. Быстро взяла себя в руки. Сейчас умоется и придет к нам. — Хорошо. — Они… — он понижает голос, — довольно близки с этой Гуй. Познакомились детьми, еще когда Сушан жила в Яоцине. — А ведь Гуйнайфэнь сирота, — задумчиво говорит Цзин Юань. — Она никогда не жила в нашем интернате? — Жила, да, — Яньцин вздыхает. — Родители Сушан хотели удочерить Гуй, но поскольку они оба постоянно в разъездах по работе, опека была против и девочку отправили в наш местный интернат, так как в Яоцине все было переполнено. Я так понял, Сушан переехала в Лофу и поступила в академию, а потом и на службу здесь, как раз ради Гуй. Она даже хотела переоформить опеку на себя, но с ее уровнем доходов ничего не вышло. И снова все ведет к интернату и Цзинлю. Мотив потихоньку начинает все-таки вырисовываться. Если все так, девочка могла быть выбрана не случайно. Злоумышленник, возможно, знаком с ней. Через несколько минут в кабинет входит Сушан. Не как полицейский, как свидетель. Она выглядит довольно собранной, в истерику больше не впадает, садится перед рабочим столом Цзин Юаня, готовая к допросу. — Сушан, когда ты решила рассказать Гуй о Цзинлю, тебя, случайно, никто на это не надоумил? — первым делом спрашивает Цзин Юань. Сушан опускает голову. — Господин, я понимаю, как это прозвучит, и понимаю, что вы не поверите мне, но это не я… Я рассказала Гуй про лотос и то, старое преступление. Но я правда не говорила ей ничего такого про госпожу Цзинлю. Вот это неожиданный поворот. Она решила идти в отказ? Зачем? Неужели те сообщения… Но Сушан не могла не знать о них. Она должна была сразу тогда сообщить ему, что кто-то другой прислал их ее подруге. По крайней мере сразу, как Гуйнайфэнь пропала. — Почему ты не сказала об этом? — Но вы бы мне не поверили! Интересно. — Хочешь сказать, ты не отправляла ей второе сообщение? — Второе сообщение?.. Нет. Я не понимаю, о чем вы. Цзин Юань переглядывается с Яньцином, как бы подавая ему знак, чтобы был готов. — И видео снимать ты ей тоже не помогала? — Второе — нет… Она позвонила мне рано утром вчера и сказала, что хочет снять новое видео немедленно, перед школой. А я была занята, и сказала, что не смогу, потому что у нас погиб преступник прямо в камере, и что у меня и так проблемы из-за прошлого видео, она обиделась и бросила трубку, — Сушан сглатывает слюну, держа руки на коленях перед собой и смотрит исключительно только на них. — Через несколько часов госпожа Юйкун сообщила, что вышло новое видео. Я пыталась поговорить с Гуй, но она сказала, что теперь у нее нет времени. Это нормально, она иногда обижается, но быстро отходит. Я решила просто перезвонить ей утром, когда она остынет. Тут уже совсем ничего не сходится. Говорит вроде складно, но… — И тебя не смутило, откуда она знает подробности моего разговора с Инсином? — Подробности?.. Но… Это было на самом деле? Я подумала, она просто выдумала все мне в отмеску. Я много рассказывала ей о госпоже Цзинлю. Она — мой кумир… — последние слова Сушан говорит чуть ли не шепотом, потому что Цзинлю собственной персоной стоит у стены неподалеку. — Я думала, Гуй наговорила гадостей, просто чтобы позлить меня. А про смерть заключенного я сама ей сказала, когда она позвонила, да. И вот теперь, наконец, картинка сложилась полностью. Нет причин не верить Сушан, удивление в ее голосе вполне искреннее, да и, к тому же, Цзин Юань не видел ее в момент разговора с Инсином в участке. Потому что именно она ведь дежурила ночью. И каталась с ним до больницы, откуда потом поехала прямиком домой — отсыпаться. Сушан и не могла знать, о чем Цзин Юань говорил с Инсином, если бы только кто-то другой не рассказал, но это уже вряд ли. — Это точно кто-то из своих, — Яньцин хмурится. Да уж, точнее некуда. — Сушан, как ты отправляла Гуй первое сообщение? Из участка? — Да я вообще не отправляла никаких сообщений! Я просто звонила ей и все. Да, дерьмово вышло. Яньцин корчит скептичную моську, мол, а я вам говорил, а я предупреждал. Но даже если бы они забрали тогда телефон Гуй, что бы это изменило? Узнали бы они, кто отправлял сообщения с одноразовых почтовых ящиков? Нет, конечно. Сдали бы Сушан сразу в руки Юйкун — кому бы это помогло? Впрочем, с другой стороны они могли больше времени уделить внутреннему расследованию, да и к Гуй было бы основание приставить охрану — ведь с ней, получается, связывался потенциальный преступник. — Значит, кто-то слышал это. Или Гуй общается в участке не только с тобой. Ты знаешь что-нибудь о других ее друзьях? — В участке она никого не знает, — Сушан отрицательно мотает головой. — А про звонок… Возможно. Я обычно звоню с улицы, кто-то мог и услышать. И кто же? — Я еще хотела сказать про загадку. — Да? — Вы уже, наверное, и сами решили… — Сушан неловко мнется. — Но, я думаю, это река. — Река?.. — Да. Река несется. Зимой она замерзает, а весной тает и снова начинает нестись. — В Лофу есть всего одна река, и она как раз недавно растаяла, — Цзинлю уже накидывает снятую со стула куртку на плечи, потому что эта разгадка звучит как гребанный идеальный ответ. — Могу я поехать с вами?.. — Сушан тоже поднимается со стула, когда все начинают оперативно собираться. — Нет, оставайся в участке, — Цзин Юань говорит ей уже практически на бегу. После всего, что рассказал Яньцин, Сушан точно не стоит ехать в Порт Звездочет Навалия с ними. Они приезжают на место очень быстро. Ночью на дорогах движение слабое, ни пробок тебе, ни заторов. Порт уже давно перекрыт, рыбаков не видно, а мосты разведены — на другую сторону так просто не попадешь, впрочем, это же касается и преступника ведь. Машину приходится оставить на въезде в порт и топать до променада пешком. Холодно. Дыхание оставляет след в воздухе белыми разводами. Людей вокруг нет, как вымерли все. Даже фонари почти не горят, штуки два на всю улицу, благо ночь в городе никогда не бывает по-настоящему темной. Нужно идти к месту спуска, где обычно пришвартовываются катамараны для речных прогулок. Яньцин как самый быстрый добегает раньше всех и останавливается возле спуска. За довольно высоким каменным ограждением реку не видно, пока не приблизишься, но Яньцин не двигается, не оборачивается к ним, а это уже дурной знак. Наконец, Цзин Юань и Цзинлю подбегают тоже. Тогда открывается и вид на реку. Белые лотосы плавают в воде, на сей раз их много, целое скопление. Путаются в рыжих волосах яркими белыми звездами. Укрывают шею и грудь, блестят на ладонях, вложенные в руки. Гуйнайфэнь качается на мягких волнах как Офелия с картины Милле. И она уже очень давно мертва.