Во всём виноват Малфой!

— Выходит, день рождения получился у Рона не из лучших? — спросил Фред. Был уже вечер, в Больничном крыле стояла тишина — окна занавешены, зажжены лампы. Только одна койка и была здесь занята — Роном. Гарри, Гермиона и Джинни сидели вокруг неё, они провели весь день, ожидая снаружи, у двойных дверей, пытаясь заглянуть в них всякий раз, как кто-то входил в палату или выходил из неё. Внутрь мадам Помфри впустила их лишь в восемь часов вечера. Фред с Джорджем появились минут десять спустя. — Да, совсем не так надеялись мы вручить ему наш подарок, — хмуро сказал Джордж, пристраивая на шкафчик рядом с койкой Рона большой свёрток. — Что верно, то верно. Когда мы рисовали себе эту сцену, Рон был в ней живым-здоровым, — согласился Фред. — Сидели себе в Хогсмиде, ждали случая удивить его… — продолжал Джордж. — Вы были в Хогсмиде? — поднимая на них взгляд спросила Джинни. — Думали купить «Зонко», — мрачно ответил Фред. — Ну, знаешь, хогсмидский магазин волшебных шуток… Хотя какой теперь в этом смысл, если вас больше туда не отпускают по уикендам и покупать вы у нас всё равно ничего не можете… Да что сейчас об этом говорить! Он пододвинул свой стул поближе к Гарри, вгляделся в бледное лицо Рона. — Как же всё это произошло, Гарри? Гарри пересказал ему историю, которую уже, как ему казалось, раз сто рассказывал Дамблдору, МакГонагалл, отцу, мадам Помфри, Гермионе и Джинни. — Тут я засунул ему в рот безоар, дыхание выровнялось, Слизнорт побежал за помощью, появились МакГонагалл с мадам Помфри, они его сюда и притащили. Говорят, всё обойдется. Мадам Помфри сказала, что Рону придется полежать здесь примерно неделю, настой руты попить… — Господи, какое счастье, что ты вспомнил о безоаре, — негромко сказал Джордж. — Счастье, что он там оказался, — отозвался Гарри, которого каждый раз пробирала дрожь при мысли о том, что могло бы случиться, не найди он камушек. Гермиона почти неслышно шмыгнула носом. — Мама с папой знают? — спросил у Джинни Фред. — Они его уже повидали, появились здесь час назад. Теперь сидят у Дамблдора, но скоро вернутся. Все помолчали, глядя на Рона, забормотавшего что-то во сне. — Выходит, яд был в вине? — негромко спросил Фред. — Да, — сразу ответил Гарри. Он не мог думать ни о чем другом и рад был возможности обсудить всё снова. — Слизнорт разлил его и… — А он не мог подсыпать что-нибудь в бокал Рона — так чтобы ты не заметил? — Давайте теперь думать, что Слизнорт – Пожиратель смерти… — закатил глаза Сириус, — Сперва Малфой, теперь Слизнорт… — Наверное, мог, — ответил Гарри, — да только зачем Слизнорту травить Рона? — Вот именно! — взмахнул Блэк рукой. — Понятия не имею, — нахмурившись, сказал Фред. — Ты не думаешь, что он просто перепутал бокалы? А отравить собирался тебя? — У меня сейчас воспалится мозг от этих нелепых теорий заговора! — застонал Сириус. — А Гарри Слизнорту зачем травить? — спросила Гермиона. — Отравить хотели Дамблдора, как вы этого не поймёте! — громко произнёс Блэк. Гарри в недоумении посмотрел на крёстного. — В самом начале разговора Слизнорт сказал, что хотел эту бутылку подарить Дамблдору. Но потом, видимо, передумал и оставил её себе. Сперва ожерелье, которое та девочка должна была отнести Дамблдору, теперь вот вино… Видимо, отравитель совершенно не знает, как Слизнорт любит себя и такую хорошую медовуху может и не подарить… «Это точно! Хорёк снова просчитался… Он чуть не убил Рона, да и вообще мог убить нас троих, если бы мы выпили медовуху одновременно…» — Гарри, что случилось? — Гермиона дотронулась до руки парня. — Мне тут в голову пришла идея, что отравить всё-таки пытались Дамблдора, так как эту бутылку Слизнорт хотел подарить именно ему на Рождество. Видимо, Малфой это услышал вот и… Дверь палаты распахнулась, заставив всех, кто сидел в ней, подпрыгнуть: к ним широким шагом приближался Хагрид — волосы сбрызнуты дождем, полы длинной бобровой шубы хлопают сзади по ногам, в руке арбалет. Хагрид оставлял за собой цепочку грязных следов, и каждый из них был размером с дельфина. — Как Рон? — Неплохо, — ответил Гарри. — Говорят, все обойдется. — Не больше шести посетителей одновременно! — выскакивая из своего кабинета, провозгласила мадам Помфри. — Хагрид как раз шестой, — заметил Джордж. — Просто он один пойдёт за шестерых, — хмыкнул Сириус. — А ты, Гарри, давай уже завязывай с Малфоем. Не он это! «Как же не он!» — А… ну да… — сказала мадам Помфри, похоже, считавшая Хагрида — по причине его роста — за нескольких человек сразу. Чтобы скрыть замешательство, она торопливо вытащила волшебную палочку и устранила оставленные лесничим грязные следы. — Ну прям не верится, — хрипло сказал Хагрид, глядя на Рона и покачивая огромной косматой головой. — Не верится, и всё тут… Вы только гляньте, лежит здесь… Кто ж это ему зла-то пожелал, а? — Об этом у нас и шёл сейчас разговор, — ответил Гарри. — Я думаю, что это Малфой… — Только не это! — Сириус схватился за волосы. — Малфой? — переспросил Хагрид. — Решил перебить гриффиндорскую команду таким образом? Сперва Кэти, нынче Рон… «Вот-вот!» — Не могу себе представить, что в этом замешан этот напыщенный хлыщ, — сказал Джордж. — Вот, Гарри, послушай его, — махнул рукой в сторону близнеца крёстный. — Я тоже не верю, что это Малфой, да и вообще, что это насчёт квиддича тоже не уверена, а вот связь между этими покушениями точно существует. Я тоже думаю, что таким образом пытаются убрать Дамблдора, — тихо сказала Гермиона. — Моя ты девочка! — Сириус протянул к ней руки, желая расцеловать. «Это моя девочка!» — Так, а какая связь между этими событиями? — спросил Фред. — Во-первых, оба предполагали смертельный исход, до которого дело не дошло только благодаря чистой случайности. А во-вторых, ни яд, ни ожерелье так и не попали к тому, для кого они предназначались. Конечно, — задумчиво прибавила Гермиона, — это делает тех, кто стоит за покушениями, ещё более опасными. Им, судя по всему, безразлично, сколько людей они прикончат, пока не доберутся до своей настоящей жертвы. Прежде чем кто-либо успел отреагировать на это зловещее заявление, двери опять распахнулись, и в палату торопливо вошли мистер и миссис Уизли. При первом посещении Рона они успели только увериться, что он поправится, теперь же миссис Уизли подошла к Гарри и крепко обняла его. — Дамблдор рассказал нам про безоар, про то, что ты спас Рона, — с трудом сдерживая рыдания, пролепетала она. — Ах, Гарри, ну что тут скажешь? Ты спас Джинни… спас Артура… а теперь спас и Рона… — Да нет, я же не… — смущенно пробормотал Гарри. — Если подумать, так половина нашей семьи обязана тебе жизнью, — придушенным голосом произнесла миссис Уизли. — Я могу сказать только одно: день, когда Рон надумал занять в «Хогвартс-экспрессе» одно купе с тобой, был счастливым для нас днём, Гарри. «Да нет же! От меня одни только проблемы!» Придумать ответ на эти слова Гарри не удалось, он почти обрадовался, когда мадам Помфри снова напомнила, что больше шести посетителей к Рону не допускается. Гарри и Гермиона сразу же встали, намереваясь уйти, да и Хагрид решил составить им компанию — пусть с Роном побудут родные. — Страшное дело, — пророкотал в бороду лесничий, когда они втроём направились по коридору к мраморной лестнице. — Столько всякой новой охраны, а детишек всё едино губят… Дамблдор прямо болен от беспокойства. Но об этом молчок, но я же вижу… — У него никаких идей на этот счёт нет, а, Хагрид? — с отчаянием в голосе спросила Гермиона. — Идей у него штук сто, при его-то мозгах, — ответил преданный Хагрид. — Да только не знает он, кто эти бусы прислал, кто вино отравил, а то бы давно уж их переловил. — Я уже говорил, что Дамблдору нужно присмотреться к Малфою, — мрачно произнёс Гарри. — Ну почему вы не видите связи? — Потому что нет никакой связи! — громко произнёс Сириус. — Малфой, конечно, злобный малый, но он не убийца, — упрямо произнёс лесничий. — Меня вот что беспокоит, — он понизил голос и оглянулся, — если тут на детишек охота пошла. Так долго ли сам Хогвартс открытым останется? Опять как с Тайной комнатой, верно? Паника поднимется, родители станут детишек из школы забирать, а там и опомниться не успеешь, как попечители… — Хагрид умолк — мимо них невозмутимо проплыл призрак Серой дамы, — а потом снова хрипло зашептал: — Как попечители начнут поговаривать, чтобы прикрыть нас насовсем. — Неужели это возможно? — встревожилась Гермиона. — А ты посмотри их глазами, — с горечью ответил Хагрид. — Посылать детишек в Хогвартс всегда было дело рискованное, так? Запираешь в одном месте сотни колдунов-недоростков, так уж жди всяких несчастных случаев. Да только когда их поубивать норовят, это совсем другая история. Чего ж удивляться, что Дамблдор так осерчал на Сне… Хагрид замер на месте, и на лице его над спутанной черной бородой появилось знакомое виноватое выражение. — Что? — быстро спросил Гарри. — Дамблдор рассердился на отца? — Интересненько… — пробормотал Сириус. — Что они не поделили или кого? — Я так не говорил, — ответил Хагрид, но его испуганный вид выдавал беднягу с головой. — Ба, времени-то сколько, к полуночи, мне бы надо… — Хагрид, почему Дамблдор рассердился на отца?! — громко спросил Гарри. «Хагрид, не пытайся уже улизнуть! Я теперь так просто тебя не отпущу!» — Чш-ш-ш! — нервно и сердито откликнулся Хагрид. — Не горлань так, Гарри, ты же не хочешь, чтобы меня с работы погнали? Хотя тебе, может, и всё едино, тебя ж теперь Уход за маги… — Хочешь, чтобы я почувствовал себя виноватым? Ну так ничего у тебя не выйдет, — твёрдо сказал Гарри. — Почему Дамблдор рассердился на отца? — Да не знаю я, Гарри, мне вообще их слушать не полагалось! Вышел я вчера вечером из леса, слышу, разговаривают… ну это, спорят. Я им на глаза попадаться не хотел и вроде как пошел себе потихоньку, старался не слушать, да только они… ну, в общем, горячились, а уши-то не заткнешь. — Почему же не заткнёшь? — усмехнулся Сириус. — И когда это Хагрид научился тихонько ходить, да ещё и в лесу, где каждый сучёк под ногой ломается? Ясно же, что стоял и подслушивал! — И что? — поторопил Гарри виновато перебиравшего огромными ступнями Хагрида. — Я просто слышал, как Снейп сказал: мол, Дамблдору много чего кажется само собой разумеющимся, а ему, Снейпу то есть, может, больше этого делать неохота… — Делать что? – спросил гриффиндорец. — Не знаю я, Гарри, вроде как Снейпу показалось, будто он малость перетрудился, вот и всё. Да только Дамблдор ему прямо сказал, что он, дескать, сам вызвался, так что тут и толковать не о чем. Строго так сказал. А после добавил что-то насчет расследований, которые Снейп у себя в Слизерине ведёт. Так тут же ничего странного и нет! — торопливо добавил Хагрид, увидев, как Гарри и Гермиона обменялись многозначительными взглядами. — Всем деканам велено было порасспросить своих насчёт тех бус… «МакГонагалл как-то нас и не расспрашивала, а тут целое расследование!» — Осторожно! — коротко предупредила Гермиона. Они обернулись как раз вовремя: на стене за ними вырастала тень, и из-за угла появился Северус Снейп. — А вот и тот, кто малость перетрудился! — хмыкнул Сириус. — Я так и думал, что найду тебя здесь, — произнёс Снейп, встретившись взглядом с сыном. — Я тебе велел после Больничного крыла явиться в апартаменты! — Чтобы в очередной раз послушать о новых правилах и запретах? — фыркнул Блэк. — Я сперва хотел провести Гермиону… — оправдывался Гарри. — Я, пожалуй, пойду, — Хагрид с опаской посмотрел на Снейпа и направился к выходу из замка. — Я бы тоже пошёл, чтобы только всего этого не слушать… — пробубнил Сириус. — Хорошо, мы сейчас вместе проведём Гермиону, а после пойдём в апартаменты. — тоном не терпящим возражений произнёс отец. «Он точно хочет поговорить по поводу Лаванды!» Гарри тяжело вздохнул. Гермиона взяла его под руку, и они двинулись в сторону гриффиндорской башни, а за ними шёл Снейп. — Прям как под конвоем! — недовольно пробормотал Блэк. — Хагрид же только что сказал, что Снейп малость устал. Вот бы как раз и отдохнул, сел бы возле камина, открыл бы бутылочку огневиски так нет же, бродит как мрачная тень… «Надеюсь, что отец ничего не услышал из нашего разговора с Хагридом, не то у него могут быть неприятности. Он ох как не любит, когда его подслушивают». Полная Дама уже похрапывала и нисколько не обрадовалась, когда её разбудили, но увидев Снейпа всё же поворчав, отступила в сторону, позволив Гермионе и Гарри протиснуться в благодать тихой, пустой гостиной. Северус тактично остался ждать снаружи, за что Гарри был ему благодарен и хотел, чтобы Сириус тоже остался ждать с ним. Но знал, что этого не произойдёт. — Судя по всему, о случившемся знают пока немногие, иначе бы здесь была толпа любопытных, — произнёс Гарри. — Мне на сегодня хватило расспросов, но ещё нужно переживать лекцию о хорошем поведении от Северуса. — Это точно! — тяжко вздохнул Сириус. — Я, конечно, тебе ещё ничего не говорила по этому поводу, Гарри. Тебе и так сегодня хватило неприятностей, но я считаю, что с применением магии всё-таки был перегиб, — устало сообщила Гермиона. — Она же девушка, а ты её поднял вверх ногами… Почему было не применить «Остолбеней»? Гарри зыркнул вверх на Сириуса. — Так получилось даже интереснее! — крёстный развёл руками. — Я заметил, что этим заклинанием уже давно никто не пользуется, а в моё время очень часто кто-то взлетал вверх тормашками. — Просто я запаниковал, она была такая злая, когда Рон ей сообщил, что я веду её знакомить с Ромильдой Вейн… — Я представляю… — губы Гермионы слегка дрогнули. — Я бы её вмиг успокоила, если была бы рядом. — Гермиона, Авада Кедавра — это непростительное заклинание! — укоризненно произнёс Блэк. — А в Азкабане нет библиотеки! Услышав это, Гарри еле сдержался, чтобы не прыснуть от смеха. — Ты сомневаешься во мне? — прищурилась Гермиона, уткнув руки в бока. — Ни в коем случае! — миролюбиво произнёс Гарри и, подойдя ближе, коснулся кончиками пальцев её щеки. — Ну не буду мешать, — пробормотал Сириус. — Посмотрю, не ковыряется ли Снейп в носу, пока вы тут прощаетесь! Гарри усмехнулся, услышав крёстного. Пройдя сквозь стену, Сириус застал недовольного Снейпа. Тот стоял нахмурившийся со сложенными на груди руками и недовольно смотрел на портрет Полной Дамы. — Не отмалчивайся, я знаю, о чём ты думаешь… — серьёзно произнесла Полная Дама. — Я не желаю разговаривать, — отрезал Снейп. — Как интересно… — прокомментировал Сириус, зависнув наверху. — Не знал, что у вас отношения… — Ты сейчас снова в своих воспоминаниях и думаешь о той рыжеволосой девочке, которая так и не пожелала к тебе выйти. — Да тут разворачивается драма! — цокнул языком Сириус. — Забудь о ней и живи себе дальше, — продолжила портрет не дождавшись реакции от профессора. — Молодец, что взял мальчика под опеку, я уверена, что она это оценит… — Я не собираюсь слушать советы от портрета! — рявкнул Снейп. — Замолчи, или я заставлю тебя замолчать! — с этими словами он вытащил волшебную палочку. — Портрет, между прочим, дело говорит, Снейп, — прокомментировал Блэк. — Ну и зря! — обиженно произнесла Полная Дама. — Я долго уже здесь вишу и очень много знаю и… — но она не договорила, так как Снейп направил на неё волшебную палочку. Полная Дама продолжала шевелить губами, но из её рта не доносилось ни звука. — Здорово она тебя задела! — прокомментировал Блэк, внимательно смотря на бывшего одноклассника. — Прошло столько лет, а ты всё ещё не можешь забыть… Мы сами уже давно взрослые, в наших волосах уже появилась седина, но внутри мы всё те же испуганные, страдающие дети… Лучше посмотрю как там Гарри, что-то он задерживается… Когда Сириус осторожно выглянул из-за стены, то увидел, как Гермиона уже поднимается  к себе в спальню. Он тогда полностью прошёл сквозь стену и подлетел к крестнику. — Ну вот и ты, Поттер! — раздался в темноте чей-то хриплый голос. «Кто здесь, мать его?!» Гарри испуганно дёрнулся, держа наготове волшебную палочку. Сириус полетел вперёд в сторону голоса. «Я был совершенно уверен, что в гостиной никого нет, а тут из дальнего кресла поднимается кто-то огромный». Когда Сириус приблизился и осветил второго человека своим призрачным светом, то Гарри уже понял, что это Маклагген. «Чего выскакивать на меня в темноте? Тоже полетать захотел как Лаванда?» — Я ждал твоего возвращения, — сказал Маклагген, не обращая внимания на палочку Гарри. — Заснул, наверное. Слушай, я видел утром, как Уизли волокли в Больничное крыло. Похоже, к назначенной на следующую неделю игре он не поправится. «Чего? Игра? Какая игра! Квиддич, мать его, я уже совсем и забыл об этом». — А… ну да… квиддич, — протянул Гарри, засовывая палочку за пояс джинсов и устало проводя рукой по волосам. — Да, к игре он может не поспеть. «К моему большому сожалению!» — Ну тогда я смогу встать на ворота, правильно? — спросил Маклагген. — Рон пострадал, а этому только бы занять его место! — Сириус недовольно покачал головой, поглядывая на семикурсника. — Да, пожалуй… «Ох как же мне не хочется, чтобы он играл, но он во время отборочных испытаний показал второй результат…» — Отлично, — обрадовался Маклагген. — Так когда тренировка? — Завтра вечером. «Чувствую, что завтра вечером я об этом очень пожалею…» — Хорошо. Послушай, Поттер, нам стоило бы поговорить ещё до неё. У меня есть кой-какие соображения насчёт стратегии, может, ты сочтешь их полезными. — Ладно, — без всякого энтузиазма согласился Гарри. — Только давай ты мне о них завтра расскажешь. «Мне сейчас только и не хватало слушать о стратегии…» — Поттер, но я только… — начал было Маклагген. Но тут в общую гостиную влетел Снейп с палочкой наперевес. «Спаситель!» — Не спится, Маклагген? — строго спросил профессор, при этом опуская волшебную палочку. — Могу назначить отработку, после мытья полов вы будете засыпать только голова коснётся подушки. — Нет, сэр. Я уже иду, — Маклагген быстро развернулся и направился в сторону спален для мальчиков. — Быстро он его, — хмыкнул Сириус. «Все знают, что Снейп никогда не шутит». — Что он от тебя хотел? — спросил отец, когда они уже шагали по коридору. — Он увидел, что Рона отнесли в Больничное крыло, и ждал меня, чтобы сообщить, что хочет играть вместо него. — А ты этого не хотел? — А куда я денусь? — Гарри развёл руками. — Он показал второй результат, место его. Рон же точно играть не сможет. — Если с ним ничего не случится, — зловеще прокомментировал Блэк. — Не осталось ли у тебя ещё этих шоколадных котелков? — А потом он мне ещё норовил рассказать про стратегию игры, у него видите ли есть кое-какие идеи, которые он просто немедленно хотел мне озвучить. Конечно, выспался в кресле пока меня ждал и теперь готов вещать. — Тяжела роль капитана… — Северус похлопал сына по плечу. «Тяжела роль Избранного, а уж с капитаном я худо-бедно справляюсь». Северус и Гарри зашли в апартаменты. Взяв сына за плечо, Северус отвёл его сразу на кухню. — Я приготовлю нам какао, и мы поговорим. — Плесни туда огневиски… — хмыкнул Сириус. — Спасибо, — устало выдохнул гриффиндорец присаживаясь на стул. — На трезвую голову выслушивать Снейпа — это то ещё удовольствие… — прокомментировал Сириус, следя за тем, как Снейп открывает шкафчик и достаёт две чашки. — Гарри, профессор МакГонагалл попросила меня провести с тобой беседу по поводу инцидента с мисс Браун, — произнёс Северус, беря молоко. — Как мне известно, у неё не было волшебной палочки… — Это же было шуточное заклинание… — пробормотал гриффиндорец. — Зря ты это сказал, — предостерёг Блэк. — Значит по-твоему это смешно болтаться вниз головой? — Снейп резко обернулся и строго посмотрел на сына. «Действительно недобрый взгляд. Ну, я же не пытался снять с неё штаны, она просто повисела так немного, чтобы успокоиться…» — Нам всегда было смешно, — встрял Блэк, — Особенно подвешивать вниз головой Ню.. — Нет, конечно, но она же хотела напасть на меня, она была такая злая и я ничего не придумал лучше, как применить это заклинание. Оно первым мне пришло в голову, и я подумал, что это её остановит. — А «Остолбеней» тебе не пришло в голову? — сурово спросил отец. — Увы, нет… — гриффиндорец покачал головой. — Гарри, это недостойное заклинание, я понимаю от кого ты его узнал… — От меня! — Довольный Сириус высоко поднял правую руку. — Я прошу тебя, Гарри, больше его не применять тем более к беззащитным девушкам! — строго произнёс отец. «Лаванда никак не выглядела беззащитной!» Гарри тяжело вздохнул и произнёс: — Хорошо. — Я ожидаю, что ты попросишь прощение у мисс Браун, — тоном не терпящим возражений сообщил опекун. — Попрошу, — неохотно сообщил подопечный. — Возьми с собой Гермиону, так на всякий случай, — пошутил крёстный. «Ну зато хоть я помог Рону порвать с Лавандой. Дела у них и так шли не очень, так что Ромильда Вейн была завершающим штрихом». — Гарри, я хочу тебя предупредить, что если ты ещё раз применишь это заклинание к беззащитному человеку, то я тебя накажу, — строго произнёс отец. — Ты меня понял? — Детские обиды не забываются, да Снейп? — ехидно произнёс Сириус. — Понял… — произнёс подросток и тяжело вздохнул. — Есть много других заклинаний, которые могут остановить… — Я же сказал, что понял! — недовольно произнёс Гарри. — Я был неправ и всё такое. Ты мне лучше скажи, это Ромильда Вейн оставила котелки в моём чемодане? — Правильно, что перевёл тему, а то мы до самого утра будем это выслушвать… — прокомментировал Сириус. — Мы с профессором Макгонагалл переговорили с мисс Вейн, и она подтвердила, что «Шоколадные котелки» с любовным напитком подарила тебе, так как хотела, чтобы ты её пригласил на праздник к профессору Слизнорту. Но ты видимо благополучно про них забыл, положив в чемодан. — Что-то я такое припоминаю… — нахмурившись произнёс гриффиндорец. — А ты когда доставал карту и искал Малфоя то выложил их, а Рон подумал, что это его. Всё сходится! — подытожил Сириус. — Я как раз искал подарок Рона в чемодане и много чего успел выложить, пока нашёл его… — не смотря на отца пробормотал Гарри. — Видимо он подумал, что это его коробка, и он тогда их ещё много и съел. — Получается, что так, — Снейп внимательно смотрел на сына. — Рон их много съёл на голодных желудок, тем более зелье успело настояться за это время. Вот и результат. — А что будет с Ромильдой? — спросил Гарри посмотрев на отца. — Её накажут? — Четвертуют или ограничатся колесованием? — усмехнулся крёстный. — У неё недельная отработка со мной, — строго произнёс Северус. — Я думаю, что после у неё точно пропадёт желание, кому-либо дарить конфеты с приворотным зельем. — Я бы лучше выбрал колесование, даже жалко бедняжку, — прокомментировал Блэк. — А мне вот её нисколько не жалко, — вспыхнул Гарри, смотря на крёстного, — Это унизительно быть под этим зельем! Я помню, как Гермиона липла к Малфою и… — гриффиндорец замолчал и овернулся в сторону сжимая и разжимая кулаки. — Да ладно, я просто так… — миролюбиво произнёс Сириус немного виновато смотря на крестника. — Я не говорил, что её нужно жалеть, — нахмурился Снейп смотря на сына. — Это она пожалеет о содеянном. Гарри не смотря на отца, молча кивнул. «Сириус вечно болтает, что попало, а я попадаю потом в переделку!» — Держи какао, а потом иди в душ и ложись спать, — произнёс Северус, поставив перед сыном чашку с какао. — Спасибо… — произнёс Гарри, не глядя на отца. — Я тебе это уже говорил сегодня, но повторю ещё раз, Гарри, что ты сегодня отлично справился, — Северус прижал его к себе. — Именно ты, а не профессор Слизнорт. — Слизнорт вообще застыл как мумия… — неодобрительно произнёс Блэк. — Я бы даже хотел, Гарри, чтобы ты безоар носил всегда с собой в кармане… — нахмурившись произнёс Снейп. — И ходил в перчатках… — поджав губы, прокомментировал Сириус. Гарри вопросительно посмотрел вверх на отца. — Я утром тебе дам один, — Северус раздал объятия и потрепал сына по макушке. — Пап, ты не знаешь, кто это мог быть? — Может быть сам Снейп таким образом решил устранить конкурента? — усмехнулся Блэк, но встретив сердитый взгляд крестника замолчал. — Я не знаю, Гарри, — отвернувшись ответил Снейп беря свою чашку с какао. — Уходит от ответа, — прокомментировал Сириус. — Мне кажется, что Снейп всё-таки о чём-то догадывается.